Настройки шрифта

| |

Фон

| | | |

 



КОРОЛЬ ЛЕВ



НОВЕЛЛИЗАЦИЯ ЭЛИЗАБЕТ РУДНИК



РЕЖИССЁР ДЖОН ФАВРО



ОСНОВАНО НА СЦЕНАРИИ МУЛЬТФИЛЬМА «КОРОЛЬ ЛЕВ»



THE LION KING



Король Лев / [пер. с англ. О. Малинской]. – Москва: Эксмо, 2019. – 256 с. – (Уолт Дисней. Нерассказанные истории).



В жаркой африканской саванне случилось радостное событие: в семье короля льва Муфасы родился наследник. Маленький Сим- ба должен будет стать новым королём, когда правление его отца приблизится к закату. Вот только Круг Жизни может прерваться, ведь в дело вмешивается бессердечный Шрам – младший брат короля. И вот Муфаса погиб, а юному Симбе, винящему себя в трагедии, приходится бежать, навсегда отказавшись от семьи и от будущего.

Когда спустя годы перед повзрослевшим львёнком возникает призрак из прошлого и просит спасти королевство, Симба колеблется. Разве может он вернуться после всего, что случилось? Не проще ли забыть, кто он, и жить без забот?

Читайте новую книгу по мотивам потрясающего фильма Disney «Король Лев»!



Джонатану Касту

Твои память и любовь не забыты

Э. Р.



ГЛАВА ПЕРВАЯ



Перед самым восходом солнца африканская долина затихла. Ни пения птиц. Ни криков животных. Единственными звуками были лишь мягкий шёпот весеннего ветерка, шевелящего длинную зелёную траву, и отдалённый грохот реки, низвергающейся с водопада Виктория.

Но как только солнечный свет начал заливать саванну, жизнь пришла в движение.

Сперва это было едва заметно. Из норы сурикатов донеслось мягкое мяуканье. Шелестя перьями, аисты марабу подняли длинные чёрные крылья и вытянули шеи. Звуки становились всё громче, быстро сливаясь в единую песню саванны. Мамы- гепарды уговаривали своих малышей выйти на солнечный свет, мягко подталкивая их в бока и быстро облизывая, чтобы подбодрить. Пара антилоп топи приветственно стукнулись рогами, а потом двинулись по равнине, готовясь отведать первую в этот день пищу. Их коричневые тела, разрисованные чёрными полосами, блестели на солнце, пока оно поднималось всё выше и выше над горизонтом.

Стадо слонов начало шествие через открытую долину к водопою, длинные хоботы покачивались, стопы огромных ног оставляли глубокие следы на сухой земле. Рядом с вершиной холма появилась мама-жирафа. Её детёныш следовал за ней по пятам, крутя туда-сюда головой и осматривая пейзаж в поисках друзей – а заодно и хищников. Внизу, где долину ещё покрывал тонкий слой утреннего тумана, скакало и резвилось стадо газелей: молодые особи, позабыв обо всём, прыгали через кусты. Они пугливо замерли, когда мимо прошествовало ещё большее, чем их, стадо зебр.

Пробуждалась даже самая крохотная жизнь. Муравьи выбрались из своих убежищ на ветвях деревьев и осторожно начали путь к земле, стараясь держаться подальше от цесарок. Крохотные птицы летали от ветки к ветке, самые смелые пикировали вниз, чтобы прокатиться на проходящем мимо слоне.

Жители саванны продолжали просыпаться, звуки нарастали и уже достигли крещендо, когда наконец их прервал протрубивший слон. В воцарившейся тишине принялось расти волнение, слитое из того чувства, что испытывало теперь каждое животное – от самого большого до самого маленького. Благодаря ему в почти совершенной синхронности и полной гармонии они направились к Скале Предков.

Скала Предков, сердце их части саванны, была местом, где жил Муфаса – гигантский лев, правивший этой землёй уже много лет, и его прайд. И сегодня он собирался представить королевству своего сына. Эта традиция сохранялась на протяжении многих поколений. Семью Муфасы глубоко уважали. Он был суровым и могучим, но добрым, и относился ко всем – от муравья до антилопы – с одинаковым вниманием. Этим он заслужил преданность каждой семьи на землях прайда. И теперь они продемонстрируют её, поприветствовав его наследника.

Ко времени прибытия зверей к Скале Предков на небе уже полностью взошло солнце. В наступившей тишине все подняли головы и устремили взгляды на огромное каменное плато. Доминируя над пейзажем, оно отбрасывало тень на ближайшие окрестности. Это место для всеобщего сбора многие годы было символом королевства. В сезоны дождей здесь предоставлялось укрытие, а в засухи – убежище от жестокого солнца. Но, что самое главное, именно здесь жил Муфаса со своей королевой Сараби и прайдом. Сейчас же Скала превратилась в сцену, и все жаждали начала представления.

Пока они собирались, в пещере, спрятанной глубоко в камне, Муфаса с нежностью смотрел на жену. Рядом с ней мирно спал их новорождённый сын Симба, не подозревающий о том, что его ждёт. Тельце, покрытое мягким мехом цвета песка, было расслабленно, бока спокойно поднимались и опускались с каждым вдохом. Опустив голову, Сараби осторожно тронула львёнка носом. Симба медленно открыл глазки. Под успокаивающими взглядами отца с матерью он широко зевнул и потянулся. Наблюдая за ним, Муфаса гордо улыбался. За время правления он совершил много великих вещей, но больше всего гордился именно своим сыном, королевой и жизнью, которую для них создал.

Услышав шаги, король обернулся, и его улыбка стала шире. Пришёл его добрый друг и советник – Рафики. Хотя старый мандрил уже был наполовину седым и сгорбился, его глаза по-прежнему светились острым умом. Он опирался на деревянный посох – с каждым годом всё сильнее – но шаги его оставались лёгкими. Именно Рафики представил Муфасу королевству, когда тот был ещё львёнком, теперь то же произойдёт и с Симбой. Приблизившись, двое старых друзей обнялись, после чего Муфаса отошёл в сторону. Пора было начинать церемонию.

Симба с любопытством наблюдал за тем, как к нему подходит мандрил. Увидев деревянную палку, он игриво попытался поймать её лапой и промахнулся, чем вызвал смех окружавших его взрослых. Рафики довольно кивнул. Симба любопытен и проворен, а это хороший знак. Подняв посох выше, Рафики посыпал голову малыша красной пылью, отчего львёнок чихнул.

Удовлетворённый, Рафики наклонился и осторожно поднял детёныша. Прижимая его к себе одной рукой, он повернулся и медленно вышел из пещеры. За ним плечом к плечу следовали Муфаса и Сараби. Когда они показались на Скале, солнце спряталось за облаком, словно не желая мешать моменту. Животные внизу в предвкушении подались вперёд. Шаг за шагом Рафики подходил к краю Скалы Предков и остановился прямо над крутым обрывом. Под тысячами взглядов мандрил поднял Симбу высоко-высоко, так, чтобы его могли увидеть все пришедшие поприветствовать его звери.

Толпа тут же разразилась радостными криками. Слоны трубили. Зебры топали ногами. Аисты хлопали крыльями, а гепарды громко ревели. Затем солнце прорвалось сквозь облака, и луч света упал прямо на голову Симбы – будущего короля.

И все до одного животные опустили свои головы, склоняясь перед своим будущим королём.

Симба, свисая с рук Рафики, смотрел на всех, не осознавая величия момента. Такова жизнь на Скале Предков. Так было всегда, и так всегда должно быть. Это Круг Жизни, путь саванны. В тяжёлые и лёгкие времена животные полагались друг на друга и на заведённый порядок жизни. Теперь настала пора и Симбе присоединиться к этому порядку.

И, хотя он этого пока ещё не знал, однажды ему предстоит занять место своего отца и замкнуть круг.

* * *

Хотя казалось, что каждый житель саванны пришёл поприветствовать своего будущего короля, кое-кого всё же не хватало. Того, чьё отсутствие не заметили другие, но остро ощутил Муфаса. Его брат, Шрам, пропустил торжество.

Посмотрев на место, которое было приготовлено для него, Муфаса вздохнул. Брат вновь его разочаровал. Король надеялся, что хотя бы в этот раз Шрам придёт и покажет, что он выше мелочной зависти. Но надежды оказались напрасными. Брат оставался таким же, каким был всегда: пропитанным обидой до мозга костей.

Пока Муфаса следовал за Рафики и Сараби обратно в пещеру, его глаза блуждали по гигантской тени, отбрасываемой Скалой Предков. Именно там Шрам устроил себе жилище. Чувство разочарования сменилось гневом. Да, Шрам родился вторым, но в этом не было вины Муфасы. И всё же в глазах брата он всю жизнь был врагом. Муфаса знал, что тот винит именно его во всех своих бедах. Шрам был недальновидным и жестоким львом, вечно сеявшим недовольство среди молодых и неуважительно насмехавшимся над царственным братом. Как он сделал и сегодня.

Стараясь не тревожить Сараби и Симбу, находящихся в купальне, Муфаса кивнул своему помощнику, птице-носорогу по имени Зазу, и прошептал:

– Иди и скажи Шраму, что я недоволен. – Его голос даже сейчас сохранял командные ноты. – Вскоре я спущусь, чтобы услышать, какое у него оправдание... на этот раз.

Отдав приказ, он вернулся к семье. Ему хотелось провести с ними несколько радостных минут как отцу, а не как королю. А потом он поговорит со Шрамом – но уже не как брат, а как король.



ГЛАВА ВТОРАЯ



Шрам прятался в тени в глубине пещеры. Ему прекрасно были слышны приглушённые звуки праздника снаружи. Стены мелко вибрировали, пока звери шествовали вокруг Скалы Предков, трубя и крича от восторга после встречи с маленьким Симбой. Лев сердито ударил лапой по земле. Неужели так трудно вести себя немного тише? Столько суеты из-за какого-то крошечного львёнка. Такого же противного, как его отец. Да уж, могучий король любил хорошее шоу.

Пытаясь отгородиться от шума, лев сосредоточился на более насущной проблеме – дневном приёме пищи. Пригнувшись, он ещё больше углубился во мрак и принялся ждать. Через несколько секунд воцарилась жуткая тишина, словно Шрам перестал дышать и существовать. Живи он снаружи в саванне, стал бы великим хищником. Но отец считал его слабым, а потому никогда не брал с собой на охоту и ничему не учил. Внутри своей пещеры, однако, лев был величайшим воином. Здесь никто не осуждал его за хилый вид: вечно торчащие рёбра, тонкую и облезлую гриву, рано поседевшую пятнистую шкуру, разные глаза – один пронзительно-яркий, а другой затуманенный увечьем. В своей пещере он был королём.

И он собирался раздобыть еду.

Мышь, успокоенная обманчиво-безопасной тишиной, выбежала в центр пещеры. Она подняла нос и пошевелила усами, пока её маленькие глазки бегали туда-сюда. Затем убеждённая, что находится в одиночестве, мышь понеслась вперёд в поисках объедков. Сосредоточившись на своей задаче, она не заметила тени, выросшей прямо позади неё.

Шрам медленно поднялся на ноги. Когда он увидел добычу, его шерсть встала дыбом, а глаза сузились. Приближалась его самая любимая часть охоты. Последние секунды перед атакой – появление перед жертвой. Муфаса был сильным, зато Шрам – хитрым. И он всегда любил хорошую игру в кошки-мышки. Беззвучно продвигаясь вперёд, лев едва касался холодной и твёрдой земли пещеры подушечками гигантских лап. Почти приблизившись к мыши, он поднял одну из них, на секунду задержав в воздухе, а затем резко опустил вниз, загнав крохотное существо в угол.

Морду исказило насмешливое удовлетворение. Мышь лихорадочно пыталась сбежать, но скрыться ей было негде. Подняв лапу, лев наклонился к перепуганному зверьку.

– Жизнь несправедлива, не так ли, мой маленький друг? – спросил он. Тяжёлое дыхание зверя заставляло шерсть зверька шевелиться. – В то время как одни пируют, другим приходится проводить жизнь в темноте, выпрашивая объедки. С моей точки зрения, мы с тобой не сильно отличаемся. – Он опустил голову ещё ниже, безмолвно посмеиваясь над сравнением. Но это было правдой. Они одинаковые. Они оба – пленники обстоятельств. И хотя Шрам родился в самой претенциозной семье, выглядел он не более могучим, чем его пленница. Вздохнув, лев продолжил: – Мы оба пытаемся найти выход...

Подняв мышь за хвост, Шрам несколько секунд наблюдал за тем, как она извивается. Он всегда будет получать удовольствие, заставляя слабых страдать. Да и почему нет? В семье именно он всегда был слабым. И посмотрите, как с ним поступили: отбросили в сторону, словно мусор, Муфасу же окружили заботой и вниманием. Шрам бы никогда не стал королём. Такова его судьба, особенно теперь, когда появилось это мелкое отродье. Похоже, всё, что ему остаётся – искать радость, издеваясь над существом, слишком ничтожным, чтобы ответить.

Вновь сосредоточившись на обеде, Шрам открыл пасть и начал опускать туда мышь. Только он собрался сомкнуть челюсти, как услышал хлопанье крыльев. Через несколько секунд по пещере эхом пронёсся легко узнаваемый голос Зазу.

– Король здесь! – прокричал помощник Муфасы. – Это не учебная тревога!

При слове «король» хватка Шрама ослабла. Длилось это всего пару мгновений, но мыши вполне хватило. Отпрыгнув в сторону ото льва – и от его всё ещё открытой пасти, – пленница бросилась к маленькому лазу, из которого изначально появилась. Прежде чем Шрам успел хотя бы зарычать от разочарования, его закуска исчезла.

А на её месте стоял Зазу.

Усаживаясь обратно, Шрам посмотрел на нервную птицу. Он ненавидел Зазу почти так же сильно, как презирал брата. Наглый малый полагал, что раз король сделал его своим доверенным лицом, он может ходить куда угодно и говорить что угодно. Это так раздражало. Как и его привычка постоянно дёргаться и оглядываться, как будто кто-то мог осмелиться прикоснуться к советнику короля.

Под пристальным взглядом льва Зазу осматривал пещеру. Его клюв раскрылся от удивления, когда он разглядел грязный пол, жёсткую лежанку в углу и остатки последней трапезы. Наконец он посмотрел на самого Шрама.

– Его величество просит аудиенции, – огласил Зазу. – Когда он войдёт, вам надлежит встать и поклониться.

Шрам посмотрел на лаз, в котором скрылась мышь.

– Зазу, – сказал он, растягивая имя птицы-носорога. – Из-за тебя я упустил свой обед.

Но Зазу беспокоило не это.

– Вы ответите перед Муфасой за то, что пропустили церемонию!

Шрам тут же поднялся на ноги и приблизился к птице, опустив голову и едва сдерживая рык. Если Зазу полагал, что может просто влететь и приказать ему поклониться и извиниться, то он ещё более глуп, чем ему представлялось. Голодный лев медленно облизнулся.

– Шрам, – сглотнул Зазу, начиная отступать. – Не смотрите на меня так!

– Ты голоден, Зазу? – не останавливаясь, спросил Шрам. – Возможно, мы могли бы перекусить вместе?

Расслышав угрозу в голосе Шрама, Зазу вспорхнул с пола. Он вполне мог подождать Муфасу снаружи. Однако прежде чем пернатый успел улететь, Шрам бросился вперёд, перекрыв выход из логова. Его тело заслонило солнечный свет, и пещера погрузилась во мрак.

Зазу весь затрясся.

– Вы не можете съесть меня! – произнёс он, пытаясь унять дрожь в голосе.

В ответ Шрам щёлкнул зубами. Зазу с воплем поднялся в воздух, едва избежав участи быть перекушенным пополам. Внизу Шрам снова и снова лязгал челюстями, звук эхом отскакивал от стен.

– ШРАМ! – Освещённый солнцем Муфаса появился у входа в пещеру. Его густая грива казалась охваченной огнём, но устремлённые на брата глаза были холоднее льда.

– Посмотрите-ка, кто спустился пообщаться с простолюдинами! – произнёс Шрам, с презрением глядя на короля, а затем с оттягом лизнул лапу и медленно провёл по собственной чёрной спутанной гриве.

– Подойди сюда! – приказал Муфаса.

Ему было понятно, что делает младший брат: ведёт себя так, будто ничто в этом мире его не волнует. Но Муфаса знал, что это не так. Шрам не появился по одной-единственной причине – из зависти. Повернув к выходу, он подождал, пока брат двинется следом.

Шрам медленно приблизился к границе солнечного света. Он давно отвык от такой яркости, а потому прищурился. Затем пару раз обошёл Муфасу по кругу, убеждаясь, что тот больше никого с собой не привёл. Король был один.

– Мы с Сараби не видели тебя на представлении Симбы, – наконец сказал Муфаса.

Он поднял взгляд на вершину Скалы Предков, находящуюся высоко над ними. Его тело было расслабленно, но тон ясно выражал недовольство. Он даже не потрудился посмотреть на брата, ожидая, пока тот начнёт оправдываться.

Шрам выпустил длинный острый коготь и принялся царапать им камень. Зазу поморщился, но Муфаса даже не вздрогнул.

– А что, это было сегодня? – спросил Шрам. – Должно быть, вылетело из головы. – Он пожал плечами. – Конечно же, я не хотел проявить неуважение к вашему величеству. Или Сараби. Я неимоверно уважаю королеву, вы же знаете, как я к ней отношусь... – Он замолчал, делая вид, что осознал, какую вопиющую ошибку совершил.

Зазу заворожённо следил за словесным поединком. Ему всегда было некомфортно находиться в такие моменты рядом со львами, но сейчас это особенно пугало. Он чувствовал, что Муфаса практически кипит от гнева, в то время как Шрам был делано безразличным. Прочистив горло, птица-носорог сделал шаг вперёд.

– Как брат короля вы всегда должны быть в первых рядах! – заметил он, озвучив мысли Муфасы.

«Брат короля» поднял бровь, оттянув свой шрам, отчего стал выглядеть ещё более жалко, чем обычно. Зазу так шутит? Или правда не видит в сказанном иронии?

– Я и был в первых рядах, – напомнил он. – Пока не появился драгоценный принц.

Не видя смысла в дальнейшем разговоре, лев собрался уйти. У него были дела поважнее, чем выслушивание лекций от самодовольной птицы и пустоголового брата. Например, найти свой сбежавший обед.

– Не смей поворачиваться ко мне спиной, Шрам! – прозвенел голос Муфасы.

Шрам обернулся. С него хватит!

– О, нет! – прорычал он. – Возможно, это тебе не стоит поворачиваться ко мне спиной!

– Это вызов?! – проревел король.

Несколько долгих мучительных секунд львы стояли, не отводя взглядов друг от друга, пока наконец Шрам не опустил голову.

Он был мелочным и злобным, но не глупым. В драке с таким противником не было никакого смысла.

– Я бы никогда не вызвал тебя, – кротко сказал Шрам, но тут же ехидно добавил: – Снова.

Шерсть на загривке Муфасы поднялась, в горле заклокотало.

Зазу быстро вклинился между львами.

– Мудрое решение! – заявил он. – Тебе не сравниться с его величеством!

Шрам пожал плечами:

– Что ж, в том, что касается мозгов, львиная их доля досталась мне. Но когда дело доходит до грубой силы, боюсь, тут мой старший брат всегда будет на первом месте.

– Не всегда, – поправил его Муфаса. – Однажды это будет мой сын. Симба тоже будет твоим королём.

– Тогда да здравствует король, – фыркнул Шрам. Повернувшись к своему логову, он проскользнул внутрь и исчез в темноте.

Наблюдая, как тот уходит, Муфаса поник. Он не хотел, чтобы всё так закончилось. Разумеется, его злило, что брат пропустил церемонию, но какая-то часть его души – хоть и очень маленькая – надеялась, что у того была на то уважительная причина. Что, возможно, с рождением нового поколения они смогут забыть о прошлом. Но, очевидно, этого не произойдёт никогда.

– Что же мне с ним делать? – вздохнул Муфаса, когда они с Зазу отправились обратно на вершину Скалы Предков.

– Ну, есть у меня одна мысль, – начал помощник, решаясь озвучить прямо давно терзавшую его мысль. – Почему бы вам не утащить его прочь своими огромными зубами и когтями?

Муфаса постарался не рассмеяться. Не секрет, что Зазу презирал Шрама. Король только не был уверен, была ли тому причиной вероломность или скорее неопрятность старого льва. Управляющего до самой глубины его птичьей души возмущало отсутствие порядка.

– Мы оба знаем, – продолжил Зазу, – что его давным-давно нужно было изгнать из земель прайда.

Улыбка Муфасы исчезла.

– Он мой брат, Зазу, – сказал он, покачав головой. – Это его дом. И, пока я король, так и будет. – «Как бы трудно с ним ни было», – мысленно добавил Муфаса.



ГЛАВА ТРЕТЬЯ



Дни бежали в саванне один за другим, как обычно, Круг Жизни не останавливался. Засуха сменялась ливнями, озёра испарялись, а потом наполнялись вновь, стада редели и снова пополнялись новым приплодом. Солнце иссушало землю до трещин, а потом дождь утолял её жажду. А львы Скалы Предков между тем наблюдали за подрастающим принцем, становившимся всё смелее.

Время, когда Симба мог целыми днями спать в объятиях матери, закончилось. Его шёрстка потемнела от долгих игр под солнцем, а непоседливая беготня сделала его сильным и поджарым. Глаза, яркие и любознательные, постоянно выхватывали что-то интересное, а язык переставал болтать лишь в те минуты, когда львёнка одолевал сон. Но и во сне храбрый маленький охотник продолжал гоняться за антилопами, забавно дёргая лапами.

Однажды утром, пробудившись от особенно яркого сна, в котором он помогал отцу спасти семью антилоп топи от наводнения, Симба потянулся. Затем, подняв голову, громко зевнул. Рядом с ним зашевелился во сне другой львёнок, но потом успокоился и прижался к матери. Симба подождал ещё секунду, надеясь, что приятель проснётся, но после очередного зевка – на этот раз гораздо более громкого – понял, что придётся поискать в компанию кого-нибудь другого. Потом его глаза радостно расширились. Ему не нужен приятель для игр. Он совсем забыл, какой сегодня день! Сегодня он проведёт время с отцом, совсем как в его сне!

Поднявшись на ноги, Симба принялся перепрыгивать через спящих львиц и их детёнышей, пока не достиг той части логова, в которой спали король и королева. Схватив Муфасу за хвост, львёнок подтянулся и заполз на огромную спину. Хотя Симба заметно вырос с церемонии представления, по сравнению с отцом он по-прежнему казался крохотным. Добравшись до головы Муфасы, малыш потянул за большое мягкое ухо.

– Пап, ты не спишь? – спросил он. – Пап...

В ответ Муфаса лишь громко всхрапнул.

«Полагаешь, что твой притворный храп одурачит меня? – сузив глаза, подумал Симба. Озорные искорки проскользнули в его взгляде. – Что ж, посмотрим». Наклонившись прямо к уху Муфасы, он закричал:

– Папа! ПРОСНИСЬ, ПАП! ПАПА! ПА-А-А-АП!

Сараби приоткрыла один глаз и посмотрела на сына. Увидев, что тот не ранен, не истекает кровью и не нуждается ни в чём срочном, она повернулась на другой бок.

– Твой сын проснулся. – Её голос был полон сонливости.

Муфаса потряс головой.

– До рассвета это исключительно твой сын, – сказал он, не потрудившись открыть глаза. Это был уже не первый раз, когда его будили крики – или зубы – не по годам резвого отпрыска.

– Ну давай, пап, вставай, – заныл Симба. – Ты сказал, что сегодня я могу пойти с тобой в саванну! И сегодня уже наступило. Ты обещал!

Симба повис на гриве отца, цепляясь за жёсткую длинную шерсть маленькими острыми коготками.

– Ты же уже не спишь. – Теперь он уже не ныл, а улыбался. Хотя отец и сопротивлялся, было ясно, что он уже проснулся.

Король медленно поднялся. Затем зевнул. Но, в отличие от Симбы, его зевок эхом разнёсся по львиному логову и разбудил с дюжину спящих львят.

– Ладно, пойдём, – сказал он, стряхивая остатки сна и легко коснувшись носом Сараби.

Отец и сын вместе вышли из пещеры навстречу утру. Королева проводила их нежным взглядом. Она знала, что неторопливая леность Муфасы была лишь притворством: больше всего на свете тот любил возиться с Симбой. И она не возражала, ведь это давало ей несколько мгновений спокойствия и тишины.

– Итак, с чего начнём? – спросил Симба, глядя на раскинувшуюся перед ним саванну. – Отдадим охотникам приказы? Прогоним злых нарушителей?

Не отвечая, Муфаса вышел вперёд, направившись к самой вершине Скалы Предков. Симба изо всех сил старался не отставать, с трудом карабкаясь по круче.

– Папа! – крикнул он. – Ты идёшь не в ту сторону!

Муфаса снова не ответил, медленно и уверенно поднимаясь. Тяжело дыша и окончательно растерявшись, Симба наконец забрался наверх. Осмотревшись, он увидел, что отец сидит спиной к Скале, а его глаза устремлены вдаль на солнце, которое поднималось всё выше. Симба подошёл и сел на плато рядом с ним. Он подождал минуту – для Симбы она длилась целую вечность – и спросил, не сдержав любопытства:

– Что ты делаешь? Здесь ничего нет!

Муфаса покачал головой.

– Смотри, Симба, – его голос был серьёзным. – Всё, на что падает свет, – это наше королевство.

Львёнок посмотрел на уходящую за горизонт землю, что лежала перед ним. Его глаза расширились.

– Ничего себе, – осторожно отозвался он. – И ты всем этим правишь?

– Да, – Муфаса кивнул. – Но как солнце не может всё время находиться высоко в небе, так и правление короля не вечно. Однажды, Симба, наступит закат моей власти – и рассвет твоей.

Симба кивал, слушая отца, хоть и не вполне понимал, о чём он. В тоне льва было что-то очень торжественное и грустное, заставляющее его дрожать. Они никогда раньше так не разговаривали. И, хотя львёнок не мог этого объяснить, от слов Муфасы о конце его правления ему тоже стало грустно. А потом он кое-что понял и оживился.

– Подожди. Ты хочешь сказать, что всё это будет принадлежать мне?

– Это никому не принадлежит, – поправил Муфаса, качая головой. – Но на твоих плечах будет лежать ответственность за защиту этих земель.

Он отвернулся от горизонта и посмотрел на Симбу. Малыш пока ничего не знал об ответственности, но скоро обязательно узнает. В землях прайда львы росли быстро, и нужно, чтобы сын понимал, что его ждёт.

Какое-то время Симба с благоговением смотрел на саванну.

– Не может быть, – наконец сказал он. – Ты уверен? Всё, на что падает свет? И те деревья, и водопой, и эта гора, и... – Он ненадолго замолчал, осматривая окрестности. – И даже то, что скрыто тенями?

Муфаса проследил за взглядом сына до самой дальней точки на горизонте. Там солнце едва касалось земли и царила вечная тень. Лев покачал головой.

– Ты не должен ходить туда, Симба, – предупредил он.

– Но я думал, король может делать что хочет. – Симба выглядел озадаченным. – И получить что хочет.

Муфаса вздохнул:

– Пока остальные ищут, что могут получить, настоящий король ищет, что может дать.

Развернувшись, король начал спускаться вниз. Симба задержался, наблюдая, как отец ловко маневрирует между острыми камнями. «Однажды я стану таким, как он, – подумал львёнок. – И тогда смогу ходить где хочу, и ничто меня не испугает. Даже царство теней».

Удовлетворённо кивнув самому себе, он последовал за Муфасой. Какое-то время львы шли в дружеской тишине, каждый погрузившись в свои мысли.

В тот день Муфаса показал сыну маленькие, почти секретные места земель прайда: пещеры в древних скалах, где жили длиннорогие быки, рощу деревьев, служивших пищей для слонов. Симба внимательно всё запоминал. В одной из пещер боролись двое быков, сталкиваясь рогами столь яростно, что эхо громом отражалось от стен. Львёнок прижался к отцу. Он станет храбрым, и ничто не сможет его испугать – когда-нибудь. Сейчас же он радовался тому, что Муфаса рядом.

Когда они подошли к одной из самых обширных областей саванны, Симба увидел стадо скачущих антилоп. Его сердце заколотилось, и он посмотрел на отца, надеясь пуститься за ними в погоню. Но лев покачал головой.

– Всё, что ты видишь, находится в хрупком равновесии, – объяснил он. – Как король ты должен понимать это и уважать всех своих подданных: от ползущего по ветке муравья до скачущей антилопы.

Симба опустил голову:

– Но пап, разве мы не едим антилоп?

– Да, едим, – подтвердил Муфаса. Симба вскинул на него глаза, но отец ещё не закончил. – Позволь объяснить. Когда мы умираем, наши тела становятся травой, и антилопы едят её. Таким образом, мы все связаны через великий Круг Жизни...

– Ваше величество!

Услышав знакомый голос Зазу, отец с сыном обернулись и посмотрели вверх. Помощник короля летел прямо к ним, его жёлтый клюв казался ещё ярче в солнечном свете.

– Доброе утро, Зазу, – сказал Муфаса, когда птица-носорог приземлился перед ними. – Ты с утренним докладом?

Зазу коротко кивнул, гордо выпятив грудь:

– Да, сир! Десять фламинго заняли свои позиции. Двух жирафов поймали за шею...

Продолжая доклад, Зазу чванливо задрал клюв и прикрыл глаза. Встретившись взглядом с Симбой, Муфаса пригнулся и просигналил сыну, чтобы тот сделал то же самое.

– Готов повеселиться? – прошептал он, указав на Зазу.

Его живот касался кончиков травы. Симба с волнением кивнул. Он не сводил глаз со своей цели.

– Давай я, – осторожно сказал он.

– Проверь ветер, – напомнил Муфаса.

Но львёнок не нуждался в подсказках, он уже был на шаг впереди. Симба поднял нос и проверил свою тень, чтобы убедиться, что она его не выдаст, а затем замер, готовясь к прыжку.

Зазу, совершенно не осознавая, что стал объектом охоты, продолжал болтать:

– Из-за жужжания пчёл леопарды находятся в затруднительном положении. Птицы снова щебетали в середине ночи без остановки...

Симба подкрался чуть ближе, слегка махнул хвостом и повёл носом. Ветер дул в его сторону. Он замер, ожидая, пока Зазу закончит.

– Гепарды украли обед бабуинов, и теперь бабуины ведут себя, словно стая диких обезьян. – Пернатый рассмеялся над собственным каламбуром и резко осёкся, когда его неожиданно схватили сзади.

Спохватившись, он обернулся и уткнулся клювом в нос Симбы.

Муфаса громко рассмеялся, глядя, как его сын гордо навис над своей добычей. Обиженно ворча, Зазу поднялся в воздух и отряхнул перья. Он выглядел совершенно подавленным и уже собирался сообщить, что он советник короля, а не игрушка принца, когда заметил что-то в отдалении. Зазу прищурился, желая убедиться, что глаза его не обманывают, прежде чем подать сигнал тревоги.

– Сир! – крикнул он, отбросив сомнения. – Гиены в землях прайда! Они охотятся!

Муфаса мгновенно насторожился, смех в его глазах сменился свирепостью. Симба испуганно сжался.

– Ты видишь Сараби? – спросил Муфаса Зазу.

Мажордом кивнул:

– Она и другие львицы преследуют их.

Довольный ответом, лев бросился в ту сторону.

Королева с другими львицами будут сдерживать гиен достаточно долго, чтобы он успел до них добраться. И тогда ему придётся напомнить – причём далеко не самым мягким способом, – что согласно договору, гиены не должны ступать на земли прайда. На ходу он велел Зазу:

– Отведи Симбу домой!

– Папа! – запротестовал львёнок. – Позволь мне пойти! Я могу помочь!

– Нет, сын, – Муфаса покачал головой. – Ты останешься с остальными львятами, так безопаснее.

И больше уже не оборачиваясь, он бросился через саванну.

Симба ударил лапой по земле. Отец не прав. Он уже не детёныш! Он почти взрослый и должен помогать в спасении земель прайда! Таков его долг. Но нет! Теперь придётся возвращаться на Скалу Предков и болтаться там с малышами и Зазу. Это ужасно несправедливо.



ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ



Симба сидел в отдалении и наблюдал за тем, как несколько его приятелей весело гонялись друг за другом. Он нахмурился, когда один из львят схватил другого, а потом укусил за ухо. Какая-то часть Симбы хотела присоединиться к игре, но другая всё ещё негодовала из-за того, что его бросили. «Может быть, – думал он, – если я докажу папе, что стал хорошим охотником, в следующий раз он возьмёт меня с собой».

Ему нужен кто-то, на кого можно поохотиться. Например, Зазу, сидевший на одной из самых высоких скал. Возможно... но не совсем то. Зазу уже был пойман сегодня утром и перестал быть интересной добычей, так что Симба продолжил поиски. Можно попробовать с другими львятами... но тогда придётся им всё объяснить, и они, вероятно, захотят присоединиться к нему, а не играть роли жертв. Вдруг его взгляд упал на жука, ползущего по камням. Существо, чья чёрная спинка поблёскивала на солнце, двигалось как раз с нужной скоростью.

Соскользнув со скалы, Симба пригнулся, как учил его отец. Потом медленно двинулся вперёд.

Сосредоточившись на выслеживании жука, львёнок не заметил, что уходит всё дальше от дома. Вскоре он оказался с другой стороны Скалы Предков, и на него упала густая тень каменного плато. Наконец жук был настигнут. Только Симба решил совершить бросок, как его напугал голос, раздавшийся сзади:

– Если хочешь кого-то убить, то лучше оставаться с подветренной стороны.

Резко обернувшись, Симба увидел своего дядю, появившегося из темноты пещеры. Он встал у входа, наполовину оставшись в тени.

– Я знаю как охотиться, дядя Шрам, – возразил Симба, развернулся, бросился вперёд на жука... и промахнулся, к тому же неловко ударившись головой о каменную стену.

Шрам поднял бровь.

– Будем надеяться, что жуки никогда на нас не нападут. – Его голос сочился сарказмом. – Возвращайся домой, Симба. Я тебе не няня.

Взмахнув хвостом, он направился обратно в пещеру. Симба опустил голову.

– Няня? – повторил он, последовав за дядей вовнутрь. Ему не нужна няня. – Я буду королём! Папа показал мне всё королевство и сказал, что я буду им править.

– Неужели? – произнёс совершенно не впечатлённый Шрам.

Симба кивнул. Проследовав за дядей, он вошёл в пещеру и огляделся. Ему ещё не доводилось бывать здесь. Львёнок сморщил нос. Тут было грязно и пахло... забавно. И ещё было холодно. Солнце не грело подножие Скалы так, как другую сторону, где располагалось убежище семьи Симбы. Он задрожал, внезапно пожалев, что ушёл так далеко. Но потом вспомнил нынешнее утро. Он больше не маленький львёнок. И ему не нужно бежать домой.

– Только подумай, – он снова сосредоточился на Шраме. – Когда я стану королём, то буду приказывать тебе. Говорить, что делать, куда идти. Странно, правда?

– Ты и понятия не имеешь, насколько, – ответил лев и посмотрел на Симбу сверху вниз. – Так что, отец показал тебе всё королевство? – уточнил он, и Симба закивал. – А он показал тебе край в тени за северной границей?

Симба перестал кивать и удивлённо посмотрел на дядю. Откуда Шрам знал, что он спрашивал об этом месте? А затем нахмурился. Может, ему сказал Зазу? Может, Зазу вообще всем рассказал, что папа ему не доверяет? Львёнок нахмурился ещё сильнее и ответил:

– Только сказал, что мне нельзя туда ходить. Вообще никогда.

К его удивлению, Шрам кивнул.

– И он абсолютно прав! Слоновье кладбище не место для юного принца. Ой... – Оборвав себя, Шрам виновато замолчал.

– Слоновье кладбище? – повторил Симба, и его глаза расширились от удивления. – Ничего себе!

Неудивительно, что отец хотел, чтобы он держался оттуда подальше: это, наверное, самое потрясающее место в мире! Полное гигантских костей и других вещей, которых он никогда не видел. Львёнок опустил голову. Ну не может быть там уж слишком опасно. Кто захочет жить рядом с кучкой костей? И всё же... хорошо было бы взглянуть хоть одним глазком.

– О, дорогой мой. – Шрам, очевидно, заметил волнение племянника. – Я слишком много тебе разболтал. Впрочем, полагаю, ты в любом случае рано или поздно узнал бы. Ты же станешь королём и всё такое.

Симба с благоговением посмотрел на дядю:

– А ты был там?

Шрам кивнул, и глаза Симбы расширились ещё больше. Отец всегда говорил ему, что со Шрамом лучше не водиться. Но сейчас он не казался таким уж плохим. Вообще-то сейчас он был единственным, кто, кажется, понимал, что однажды Симба станет королём и потому заслуживает знать всё- всё. Но только ему показалось, что они с дядей могли бы стать друзьями, как тот покачал головой.

– Мы все были там. И это не место для львёнка.

При слове «львёнок» мордочка Симбы скривилась. Но следующая фраза Шрама вновь заставила его воспрянуть духом:

– Все эти гниющие кости и кипящие лужи с грязью...

– Гниющие кости... лужи с грязью? – Симба почувствовал, что вот-вот выпрыгнет из шкуры. Ему захотелось немедленно оказаться там.

Шрам поднял лапу.

– Обещай, что будешь держаться подальше от этого места, Симба, – торжественно произнёс он. – А теперь иди.

Потянувшись, он слегка подтолкнул племянника к выходу. Тот попытался повернуть назад, но дядя не сдвинулся с места. Опустив голову, Симба вздохнул и отправился домой. Как только он вышел на тропу, то услышал окрик. С надеждой обернувшись, принц увидел, что дядя стоит на прежнем месте.

– Запомните, ваше высочество, – повторил Шрам. – Это наш маленький секрет.

Удовлетворённо кивнув, лев скользнул обратно в своё логово.

«Наш маленький секрет», – повторил про себя Симба. Он умел хранить секреты. Он никому не скажет о проведённом вместе со Шрамом времени или о том, что он узнал о тенях у горизонта. Ну, почти никому. Кое-кому всё же придётся сказать. Как иначе он уговорит её пойти с ним?

Нала покорно лежала на животе, сгорая от желания броситься прочь. Серафина, мама маленькой львицы, вылизывала её, а Нала ненавидела мыться. Она хотела побегать с другими львятами или, что ещё лучше, найти своего друга Симбу и заняться чем-нибудь интересным вместе с ним. Может, сходить к водопою? Или поиграть в ловлю хвоста? Или потренироваться в прыжках? Но вместо этого приходилось сидеть неподвижно, пока мама вылизывала каждую пядь золотистого меха. Она любила уделять особое внимание белым отметинам, благодаря которым Нала выглядела очень необычно и красиво.

Впрочем, Нале приходилось признавать, ощущения в целом были довольно приятные. Хотя иногда она жалела, что ей приходилось делать всё, что говорит мама, жизнь её в основном была прекрасной. Можно играть, когда хочешь, есть, когда проголодаешься, и спать в безопасном логове, прижавшись к тёплому боку матери. Быть частью прайда Муфасы очень почётно, и Нала это знала. Об этом она слышала с самого рождения. Она была всего на несколько дней младше Симбы, поэтому они с будущим королём росли вместе, и уроки им преподавали тоже вместе. Даже рассказы про королевство они слушали, сидя бок о бок. Словно мать готовила её к тому, чтобы стать королевой. Эта мысль смешила Налу. Она? Королевой? Это был бы тот ещё денёк!

Услышав шаги у входа, Нала подняла голову и увидела любопытные ищущие глаза Симбы. Маленькая львица попыталась подать ему сигнал, но Серафина прижала её к земле и принялась ещё усерднее вылизывать. К счастью, Симба всё равно её заметил.

– Нала! – крикнул он, промчавшись через логово. – Пойдём! Нам нужно кое-куда сходить!

– Куда? – безуспешно стараясь вырваться, спросила Нала.

Приятель, казалось, готов был лопнуть от нетерпения. Нала улыбалась, пока он скакал перед ней, не в силах усидеть на месте. Львёнок повернулся и указал на выход из логова.

– К водопою! – сказал он так, будто это было очевидно.

Прежде чем Нала смогла ответить, Серафина покачала головой:

– Нала моется. Приходи позже.

В этот момент мама Симбы королева Сараби вошла в логово. Её шерсть покрылась пылью, но даже в таком виде она выглядела царственно. Это была большая львица, гораздо более крупная, чем Серафина, с широкой головой и большими понимающими глазами. Нала всегда немного трепетала перед ней. Как королева, Сараби была обязана обеспечивать кормом львиц и львят. Муфаса тоже помогал, но большая часть работы приходилась на её долю. Нала знала, что её мать лучшая подруга и правая рука Сараби на охоте. Она надеялась однажды стать такой же сильной, как они обе.

Хотя Симба яростно сопротивлялся, Сараби подняла его за загривок, села на ближайший выступ и тоже принялась вылизывать. Её шершавый язык избавлял шёрстку от грязи, оставшейся после прогулок в саванне. Наконец львёнок вырвался.

– Видишь – всё чисто! – сказал он, поворачиваясь то одной, то другой стороной. – Можем мы идти?

Сараби подняла нос и понюхала воздух.

– Там нет гиен, – поняв, о чём она волнуется, заявил Симба. – Ты только что их всех прогнала!

Нала взглянула на них, ожидая, что Сараби зарычит на Симбу, но вместо этого обнаружила, что львица пытается спрятать улыбку. С Симбой было тяжело спорить.

– Только до водопоя и ни шагу дальше, – наконец согласно кивнула она.

– Идите через высокую траву, – сказала Серафина, освобождая Налу из объятий.

Вскочив на ноги, Нала помчалась вслед за Симбой, и два львёнка вместе повернули к выходу.

Но Сараби ещё не закончила:

– Оставайтесь с подветренной стороны. И ещё кое-что... Зазу пойдёт с вами.

Львята разочарованно застонали. Взять с собой птицу-носорога означало лишиться всякого удовольствия от любого приключения, которое мог придумать Симба. Потому что Нала прекрасно знала своего друга: он явно что-то задумал. Что-то интересное. Но если с ними будет Зазу, то приключениям, вероятно, придётся подождать...



ГЛАВА ПЯТАЯ



Симба и Нала шли через высокую траву, как им и было велено. Солнце грело их спины, а земля под ногами всё ещё сохраняла мягкость после сезона дождей. Совсем скоро безжалостное светило высушит почву и сделает её такой твёрдой, что будет больно ступать. Но пока всё было великолепно. За исключением фальшивого пения летевшего над ними Зазу.

– Так куда мы на самом деле идём?

Симба удивлённо оглянулся. Нала всегда безошибочно определяла, когда у него на уме было что-то особенное.

– Как ты узнала? – прошептал он, не желая привлекать внимание Зазу.

– Ты же ненавидишь воду.

Симба кивнул. Вода – это мерзость, и львёнок обычно брыкался и кричал, когда его пытались затащить к водопою.

– Я тут прослышал об одном месте, – начал он. – Оно невероятное, удивительное, просто...

– Да скажи ты уже как есть! – прошипела Нала.

Симба улыбнулся. Одна из причин, почему именно Нала стала его лучшей подругой, состояла в том, что эта маленькая проказница всегда была готова к приключениям.

– На Слоновье кладбище.

– Насколько оно далеко?

– Не очень далеко, – ответил Симба, хотя не был уверен, на каком расстоянии от них расположено было то место. – Не беспокойся, там были буквально все.

Пока он это не сказал, Нала и не думала беспокоиться.

– А что, если мы потеряемся?!

Симба двинулся вперёд, раздвигая траву. Чем ближе они подходили к водопою, тем реже она становилась. Он не хотел признаваться, но его терзал тот же вопрос. Перспектива потеряться была очень страшной... Но не мог же он выглядеть трусом перед Налой! В конце концов, он – будущий король. И Шрам сказал, что все туда ходили. Вероятно, существует специальная тропинка или что-то в этом роде.

– Не бери в голову, – фыркнул львёнок. – Сегодня утром я вместе с папой обошёл все королевство. Нам не о чем беспокоиться.

– Вообще-то есть о чём, – Нала указала взглядом на Зазу.

Птица-носорог летала кругами, непрерывно и с тревогой осматриваясь по сторонам.

– Неминуемая угроза! – вдруг завизжал он.