Гринько. Вы меня?

Милда. Да, и вашего товарища. Вон того.

Гринько. Фролка! Вот это да!

Яков. Гринь. Кран влево на полметра.

Гринько. Постой минуту.

Яков. Чего там?

Гринько. Помнишь в клубе товарища? Завертел, а он бабой оказался.

Яков. Ну так я при чем?

Милда (Якову). Здравствуйте, товарищ. На одну минуту можно вас попросить вниз?

Яков. Не особо можно. Я к тому и не видел, как он вас схватил.

Милда. Я не за тем.

Яков. Ну, слушаю.

Милда. Скажите, ваш отец и дед из крестьян или рабочие?

Гринько(передразнивая). И что вы делали до шишнадцатого года, а если нет, то почему?

Яков. Анкету, что ль, заполняете?

Милда. Нет, это мне нужно.

Гринько. Для доклада?

Милда. Да, вроде.

Гринько. Бабы наши говорили, что вы им все доклады читаете. Строгая, говорят. Нераспорядительность. Распыление времени. Распыление энергии. Пороки.

Милда. Чего это?

Гринько. Вас так дрязнят за строгость — прямо, говорят, монашенка.

Яков. Это вы ясли налаживаете?

Милда. Я. А что?

Яков. Ничего. Полезно. Я смотрел у инженера планы. Когда дом отстроится, тут не ясли, а целый дом матери и ребенка будет. На месте старого клуба. А клуб — в нижний этаж.

Милда. Извиняюсь, мы отклонились.

Гринько. Вы насчет дедов? Мой дед мужик, а отец дьячок. А вот он — прямо граф. Отец и дед — путиловские металлисты.

Милда. Еще вопрос: были ли у вас в роду пьяницы?

Яков. Дед, кажется, пил.

Гринько. Мои — староверы.

Липа. Эй, там, берегись! (Катится в вагонетке по рельсам вниз.)

Гринько. Осторожно! (Хватает Милду и удерживает.)

Яков перескочил через рельсы.

Яков. Липка, дура. Переехать так можешь. Чего, ошалела?

Липа. Не лайся. Не зевай. А то после работы тебе накладу.

Гринько. Наклади. Он, черт, вашу сестру тут честил.

Милда. Не уходите минуту, я сейчас. (Идет к доктору.)

Липа. Это кто такая?

Гринько. Это такая солдат-баба. Сурьезная. И нами интересуется.

Липа. Смотри, Яшка.

Яков. Смотрю.

Вопиткис. Вспомнили, о чем просила ваша подруга?

Милда. Вспомнила. Она ставит вопрос так: кто лучше отец — осмотрительный или удалой?

Вопиткис. Смотря по характеру матери. А эта женщина относится к числу горячих, вспыльчивых, или нет?

Милда. Сухая, рассчитанная педантка.

Вопиткис. Тогда нужно брать того, кто перебежал через рельсы… Виноват, я хотел сказать — удалого.

Милда. Спасибо, доктор.

Вопиткис. Не стоит, товарищ Милда. Больше ваша подруга ни о чем не говорила?

Милда. Нет, всего…

Вопиткис. Товарищ Милда. Если ваша подруга давно не рожала, скажите ей, что очень существенно для верности зачатия сделать промывание матки раствором соды. Хотите, дам рецепт?

Милда. Ладно. (Берет рецепт.) Спасибо. Стойте, вы написали рецепт на мое имя. Исправьте. Подругу мою зовут…

Вопиткис. Я не буду его исправлять. Всего хорошего.

Гринько. Задерживаете, товарищ.

Милда. Выясняла кое-что.

Гринько. Насчет дедушки?

Милда (к Якову). Меня, товарищ, особенно интересуете вы.

Гринько. Не везет мне. Дьячок подвел.

Милда. Вы, выходит, стопроцентный пролетарий.

Яков. Ничего не стопроцентный. Врет он вам. Балагур.

Милда. Как не стопроцентный?

Яков. Ну да. Отец у меня кондуктор, а не путиловец.

Милда. Но не интеллигент?

Яков. Нет, конечно, не интеллигент.

Милда. Товарищ, у меня к вам просьба Здесь разговаривать неудобно, и вам работать надо. Не зашли бы вы ко мне сегодня вечером?

Яков. Не мастер я разговаривать. Или работу какую дать хотите?

Милда. Да, есть дело. Приходите. Часов в девять можете, или в десять?

Яков. В десять? Поздновато. На работу-то в шесть выходить.

Милда. Ну, в девять.

Яков. Ладно. Куда прийти?

Милда. Вот мой адрес. Всего, товарищ.

Гринько. Товарищ!

Милда. Да?

Гринько. Вот у меня прадедушка разбойником был.

Милда. Да? Очень интересно.

Гринько. Но несущественно?

Милда. Да. (Уходит.)

Гринько (бросает шапку). Эх! Неинтересны наши бабушки! Полметра балку влево. Эй, штукатур, черт! Почему не на месте?

Яков. Сам созвал, а теперь звонишь. (Бежит вверх.)

Липа. Яков, вечером в сад пойдешь?

Яков. Не знаю. Не скажу. Освобожусь — пойду.

Выводят под конвоем Ашкина и еще двоих.

Агент. Пошли.

Ашкин. Прощай, ребята.

Рабочие (хмуро). Ладно.

Подходит управдом к агенту. Саксаульский с управдомом смотрят на процессию.

Управдом. Взялись за голубчиков. Теперь легче будет.

Саксаульский. Нашим женам по улицам пройти нельзя. Эту сорную траву надо выполоть.

Управдом. Расстреляют пару молодчиков — живо притихнут.

Милда. На улице притихнут, а в комнатах?

Саксаульский. В чем дело?

Милда. Сами хороши. (Уходит.)

Саксаульский. Это та самая ясельница.

Управдом. Необычайно вредная тварь.

Сцена «Зачатие»

Дом. Освещенные окна. Филиринов и Вопиткис.

Голоса:

— Зажги красный.

— Не зажигай.

— Открой пианино. (Музыка.)

Филиринов. И есть после сумерек час, когда покончено с нужной работой. Тогда дома воркуют, как влюбленные гиппопотамы.

Вопиткис. Прожили без искусства? Без стихов, без музыки, без влюбленности. Дома стонут от изнеможения.

В доме начинается стихотворье:

«Это было у моря».

«Ах, опять, ах, опять без возврата».

«Бейте в площади…»

Внизу, в воротах, фигуры хулигана и женщины.

Хулиган. Придешь в пивную?

Женщина. Приду. Пусти.

Хулиган. Ну, пущу.

Нa высшей ноте декламации хор кончается экстазной нотой двух котов на крыше.

Филиринов. Больше стону. Больше темперамента.

Вопиткис. Половой невроз. Половая психопатия.

Филиринов. Бросьте, вас не услышат.

Мужской голос. Ближе.

Женский голос. Не надо.

Мужской голос. Ближе…

Женский голос. Ты раздавил мне губы. Пусти. Вон! Солнце, солнце…

Откуда-то идущие войска пением совпадают с последним словом строфы:





Солнце полуденное.
Жара — не подступи.
Конная Буденного
Раскинулась в степи. (Гик, свист.)





филиринов (в наркотическом обалдении). Мой город, мой гигант. Сталь, бетон, стекло. Во имя меня мчат поезда, бегут трамваи, рычат автобусы и скачут пролетки. Я хозяин!

Милиционер. Отойдите, гражданин. Вас раздавят.

Вопиткис. Опять нанюхались. Пока вы не напишете санитарную инсценировку, я вам не дам ни копейки аванса.

Филиринов. Инсценировка. Я хочу изобразить сифилис царем Ассарагона.

Вопиткис. Попридержите пегаса.

Филиринов. Не могу же я изобразить сифилис частником в толстовке.

Вопиткис. Почему?

Филиринов. Не могу.

Вопиткис. Ерунда.

Вошла Милда, бросила сверток.

Милда. Без десяти девять. Ой! Ой!

Ласкова ворвалась.

Ласкова. Милда!

Милда. Я.

Ласкова. Не раздевайтесь.

Милда. Почему?

Ласкова. Идемте. По дороге расскажу.

Милда. Куда?

Ласкова. В клуб. Там дым коромыслом. Без вас до драки дойдет.

Милда. А что?

Ласкова. Насчет яслей. Началось случайным собранием работниц, а потом встряли хозяйки. За хозяйками — студийцы. Теперь там каша. За студийцами — добы-комсомольцы.

Милда. А почему вы их не уняли?

Ласкова. Во-первых, я не в курсе, а во-вторых, куда мне с моим голосом в их крик лезть. (Разворачивает сверток.) Я думала — съестное, а оказывается…

Милда. Съестное в столе. Только, товарищ Ласкова, я очень прошу вас. Мне совершенно некогда.

Ласкова. Убраться прикажете?

Милда. Зачем так резко? Я ничего не приказываю. Я занята. У меня сегодня люди.

Ласкова. Я могу прилечь там, за ширмой.

Милда. Нет, Ласкова, это неудобно.

Ласкова. Неудобно? Я не понимаю.

Стук в дверь.

Милда. Войдите.

Входит Яков.

Яков. Здравствуйте. Ну вот, я зашел. Не опоздал?

Милда. Нет, вовремя. Будьте знакомы.

Знакомятся.

Яков. Прямо со стройки к вам, даже рук не помыл.

Милда. Вот умывальник. Действуйте, товарищ.

Ласкова. Вы не с большой ли стройки?

Яков. С ней самой.

Ласкова. Не слыхали, крик в клубе еще продолжается?

Яков. Это бабья визготня-то? Продолжается.

Милда. Товарищ Ласкова, вы поступите нехорошо, если не сходите туда.

ласКова (будто не слыша). Почему вы, товарищ, с таким презрением — «бабья визготня»?

Яков. Почему с презрением? Я просто. Визжат — за четыре квартала слышно. Ясно — визготня. Не щенячья же.

Ласкова. Строги вы к женщинам, товарищ. Строговаты.

Яков. А что с ними нежничать?

Ласкова. Не надо, значит, нежничать? Совершенно? Точно вам самому не приходилось нежничать. Значит, если вам женщина нравится…

Яков. Любовь, что ли?

Ласкова. Называйте любовь, если хотите. Тоже не будете нежничать?

Милда. Товарищ Ласкова, вы мне обещали прийти на со брание.

Ласкова. Ничего подобного.

Милда. Я еще раз прошу вас.

Ласкова. Мне гораздо интереснее побыть здесь и довести до конца спор с этим товарищем.

Милда. Товарищ Ласкова…

Ласкова. Вы мне говорили, что заняты. Пожалуйста, кончайте скорее с товарищем, и мы выйдем вместе с ним и по дороге докончим наш спор. Хорошо?

Яков. Я — пожалуйста. (Милде.) Вам вопросы заполнить?

Милда. Я товарища несколько задержу.

Ласкова. Пожалуйста, я не тороплюсь. (Якову.) Значит, на женщину надо исподлобья? По-бычьи?

Милда (Ласковой). По-вашему, надо наоборот?

Ласкова. Я вообще не понимаю, зачем создавать какую-то тяжесть, грузность, неловкость в отношениях. Легче, проще, случайнее.

Милда. Легче, проще, случайнее. Ваш принцип. Хороший принцип, только плохие от него последствия.

Ласкова. Товарищ Милда, что с вами?

Милда. У вас триппер не от этой ли случайности завелся?

Ласкова. Вы с ума сошли! Ведь я же вылечила! Что с вами? При товарище…

Милда. А чем товарищ плох? Зачем прятаться? Легче. Проще. Случайнее.

Ласкова. Ревность? Так глупо. Могли сказать просто.

Милда. Я полчаса уже говорю просто.

Ласкова. Нда… Тихоня. Долой романтику, долой романтику, а в тишине карася ловит. Триппер… Сука! (Уходит.)

Милда. Не разоряйтесь, Ласкова.

Яков. Вас рассердила подруга?

Милда. Нет, я просто не могу найти формулировок. А вы торопитесь?

Яков. Нет, у меня с полчаса есть.

Милда. Не больше?

Яков. Да я вот обещал одному человеку в сад пройтись.

Милда. А вы хотите? Выпить?

Яков. Нет, не пьющий. А вот музыку послушать или кино. Кстати, вы у меня про деда спрашивали. Я еще вспоминал и вспомнил: дед у меня силач был, всех борцов в цирке валял, а потом еще сумасшедшим он был.

Милда. Как сумасшедшим?

Яков. Буйный.

Милда. Больной?

Яков. Как сказать? Это не от болезни, а правильнее — от здоровья. У него жена была и соблудила. Ну, он в буйство пришел и ее придушил, она потом долго болела, а его пришлось в рубашку увязать. Я эту рубашку помню — рукава у нее по сажени. А вы, товарищ, писательница, что ли?

Милда. Н-нет.

Яков. А то я все вспоминал из дедовского, чего бы вам сообщить. Для доклада какого это собираете?

Милда. Я вам сейчас поясню, товарищ. Слушайте внимательно. Говорю я плохо, и вообще вопрос очень трудный.

Голос. Гражданка, вам звонят на парадном.

Милда. Будьте добры, очень прошу. Откройте и скажите, что меня нет. (Якову.) Вы, конечно, представляете себе, что вот у нас идет всеобщая стройка. Кооперация там, больницы, школы. Одним словом, чтоб человеку было лучше.

Голос. Не верят. Говорят, какая-то ваша подруга их сюда направила.

Милда. Закройте дверь. Позвонят и уйдут. А все-таки придется запереть. (Запирает дверь.)

Яков. Все дела заедают?

Милда. Да. На чем я кончила? Да, это не то. Видите, товарищ, как бы вам попроще сказать. Вы знаете, есть производство. Это когда продукты на фабриках или на земле получают, а есть воспроизводство — это когда обновляют самый род человеческий, попросту — людей рожают.

Яков. Так, понимаю.

Милда. При плохой постановке производства получается плохого качества продукт. При неправильной постановке воспроизводства получаются плохие люди: от зараженных родителей — зараженные дети, от пьяниц-родителей — слабоумные дети, от умственно ненормальных — дети-самоубийцы.

Яков. Так, понимаю.

Милда. А тут пристегивается брак, семья, которая воспитывает ребенка плохо, по образу и подобию своему.

Голос. Граждане, к вам случайно не забросили письма для номера сорок второго?

Милда. Будьте добры, не мешайте. Никакого письма не знаю.

Голос. Как двери отпереть — будьте добры, а как письмо — то не мешайте.

Милда. Ну, извиняюсь за резкость, только я занята.

Тишина, где-то заплакал ребенок.

Слышите, плачет. Вероятно, живот болит.

Яков. Скорее, тити просит, проголодался. Вы, значит, ребятами интересуетесь?

Милда. Да. Ближе к делу, товарищ. Я, товарищ, хочу иметь ребенка, но хочу иметь хорошего ребенка, чтобы отец его был здоровый парень, и чтобы отец его был рабочий парень. Вот.

Яков. Ну что ж. Это неплохо.

Милда. Значит, вы согласны быть отцом?

Яков. Я? Отцом?…

Милда. Вы. Отцом.

Яков. Да вы ошалели, товарищ?

Милда. Я абсолютно нормальна.

Яков. Во-первых, товарищ, у меня уже есть, ну, как бы это сказать, женщина. Я с ней, может, в загс пойду. Охота. Вы блажить захотели, а я разделывайся.

Милда. Товарищ! Одну минуту. Обсудим по пунктам. Бывает у женщины: возьмет ее за горло сила, и вся работа из рук вон. Я не хочу мужа. Я хочу ребенка. Мне вы сами не нужны. Мне нужны ваши сперматозоиды. Сама я абсолютно здорова — свидетельство от врача от вчерашнего дня. Для вас риска заразы нет. Я не собираюсь разбивать ваши связи с другой женщиной. На вас не ложится никаких обязательств, если опасаетесь алиментов — это я предусмотрела, вот документ, нотариально засвидетельствованный отказ мой от каких бы то ни было претензий к вам. Итак, резюмирую. Вы ходите ко мне спать до тех пор, пока не определяется беременность, после чего мы расстаемся, не имея никаких претензий друг к другу.

Яков. Товарищ, я вас понимаю. Но почему ко мне? Мало ли парней на свете?

Милда. Товарищ, я долго искала. Надо, чтоб не только сам был здоров и силен, а чтоб отец и дед.

Яков. Вот почему вы про деда спрашивали.

Милда. Ну да. И, кроме того, я хочу, чтоб отцом моего ребенка был стопроцентный пролетарий.

Яков. Взяли бы Гриньку. Кстати, он на вас зарился.

МЙлда. Он осторожнее вас. Я тоже осторожная. Осторожность, приумноженная на осторожность, может дать в результате тупицу.

Яков. Так меня в отцы, говорите?

Милда. Да, вас.

Яков. Вот чудачина. Ну и чудачина. (Смеется).

Милда. Товарищ, вы думаете, это шутка?

Яков. Ничего себе шутка! Вот чудачина! Нет, бросьте.

Милда. Товарищ, я говорю всерьез. Я не буду повторять. Я думаю, вы поняли все.

Яков. Понять-то понял…

Милда. Ну так как?

Яков. Что как?

Милда. Согласны?

Яков. Ей-богу, не знаю. Какая-то канитель.

Милда. Не канитель. Вы останетесь сегодня здесь.

Яков. Сегодня?

Милда. А что?

Яков. Ничего не понимаю. Как можно детей так делать — нарочно?

Милда. Почему вы упираетесь?

Яков. Как вам сказать, товарищ…

Милда. Я знаю, я некрасивая.

Яков. Почему некрасивая? Девка как девка.

Милда. Я не девка, я женщина.

Яков. Ну, все равно, баба как баба.

Милда. Так в чем же дело?

Яков. Так, простите, товарищ, у меня на вас, как бы сказать, аппетиту нету.

Милда. Я понимаю.

Яков. Ну, цапаются, когда шалят — по-шальному. Там все подходящее: и хаханьки, и музыка, и прочее… А тут — все равно что судебное присутствие.

Милда. Я понимаю. Я это предвидела. Подождите, товарищ, минуту. (Уходит за ширму.)

Яков волнуется.

Милда (из-за ширмы). Как вас звать по имени?

Яков. Яковом. Яковом Кичкиным. А вас?

Милда. Милда.

Яков. Не русское имя.

Милда. Я латышка.