– На мелкие кусочки! – соглашается Эспарио.

– У нас получится!

– Вперед!

К двери по правой стене. К вожделенному проходу на набережную. К спасительному озеру. Все, что нужно, – пробежать тридцать ярдов по Алтарному залу и еще десять по коридору.

Всего сорок шагов.

Всего лишь…

И первые двадцать дались без труда: верная свита умирала, но не отступала, оставляя вожаку шанс. Свита дралась отчаянно… впрочем, вампиры всегда дерутся отчаянно, поскольку знают, что пощады не будет, но свита Эспарио превзошла сородичей, и не их вина в поражении: просто Схинки привел в пещеры идеальных убийц. «Персы» держали удары клинков и магии и так же, как кровососы, не боялись умереть. И не испытывали перед вампирами инстинктивного страха жертвы – ведь у големов не было крови. Пожертвовавшая собой свита сумела задержать врагов, сумела прикончить двух боевых кукол: им отсекли конечности, и операторы покинули тела, но не смогла остановить, и, сделав двадцать шагов, Эспарио и Кевин наткнулись на трех оставшихся воинов, покрытых кровью и абсолютно не уставших.

К этому моменту Эспарио уже понял, кто на него напал, и, замерев, спросил:

– За что?

Но ответа не дождался.

«Персы» молча кинулись в бой, зазвенели клинки, посыпались удары, пятый из которых стал для Эспарио роковым: здоровенный голем с такой силой приложил вампира кулаком в лоб, что вожак потерял сознание, а когда очнулся: обезоруженный, обессиленный, лежащий на троне, который некогда был символом его могущества, то первым, что он увидел, стала отрубленная голова Кевина, которую «персы» подложили ему под бок вместо подушки.

Увидел и завыл от горя.

///

– Гранни, ты никогда не обращала внимания на то, что кровь масанов сильно воняет? – поинтересовался Схинки, осторожно обходя растекающиеся по полу лужи.

– Нет, – односложно ответила ведьма, которой не доставляло особенной радости путешествие по окровавленной, наполненной искромсанными телами пещере. Ее давно перестали смущать убийства, даже жестокие, даже массовые, но то, что учинили в пещере ее ученики, а прежде учиняли вампиры, слегка… шокировало. Но Гранни старалась не показать виду, понимая, что заурду не нужны слабые, боящиеся крови помощники.

– Я неправильно выразился: не воняет, а как-то особенно воняет, – продолжила обезьяна, не обращая внимания или делая вид, что не обращает внимания на плохое настроение ведьмы. – Наверное, в ней есть какая-то добавка… или присадка… Или еще какая-нибудь дрянь, которая издает сей отвратительный запах…

Из бокового коридора вышли два перепачканных кровью «перса», и орангутан указал на них лапой:

– Придется облить из шланга. А одежду – сжечь.

– Мы что, заразились? – глупо спросил «перс», чем вызвал у Схинки приступ хохота:

– Да, мать твою, заразились! Подцепили големский лишай от этих кровососов.

– Су, придурок, мы же в големах, – напомнила китайцу подружка. – Как мы могли заразиться?

– Точно!

Куклы хлопнули друг друга по плечам и засмеялись.

– Следуйте за мной, – велела обезьяна.

– Скажешь, зачем мы все это затеяли? – хмуро спросила ди Атура.

– Сейчас, – ответил орангутан, входя в Алтарный зал. И обратился к «персам»: – Передайте остальным приказ: тщательно прочесать пещеры и отнести в грузовик все книги, какие найдете. Абсолютно все! Понятно?

– Да.

– Потом провести магическое выжигание всех помещений.

– Есть!

– Исполняйте!

Куклы бросились исполнять, а обезьяна подошла к трону.

– Ты меня предал, – прохрипел полулежащий в нем толстяк. – Мерзавец! Ты…

– Привет, Эспарио. – Орангутан начал раскуривать тонкую сигару.

И Гранни поймала себя на мысли, что не слишком удивилась тому, что они знакомы.

– Ты меня предал.

– Не зацикливайся на этой мысли, друг мой, – посоветовала обезьяна. – Навязчивая идея помешает тебе идти вперед.

– О чем ты говоришь?

Схинки пыхнул ароматным дымом, с легкостью запрыгнул на спинку трона и, глядя на вампира свысока, ответил:

– Я не говорю, а издеваюсь над тобой, жирный выродок. Что же касается предательства – его не было, потому что ты изначально был нашей пищей. Заурд растил тебя, как растят коров, поэтому хотел бы я сказать, что мне жаль, но лгать не стану – не жаль. Знаешь почему?

– Плевать!

– Потому что я считаю вас животными, – ответил орангутан, глядя кровососу в глаза. – Низшие расы превозносят вас от инстинктивного страха перед хищниками, окутывают романтическим флером, пытаются отыскать в вашей вечной жажде убийства хоть что-то здоровое… Но вы не сумасшедшие, хотя среди твоих сородичей их более чем достаточно. Вы, масаны, – тупые животные, созданные лишь для того, чтобы убивать, и тот факт, что вы умеете разговаривать, ни на что не влияет.

– Ты поэтому меня предал? – растерялся Эспарио.

– Еще раз, кретин: я тебя не предавал. Просто проект подошел к концу, и я приехал кое-что забрать.

– Что?

– Вот что. – Стоящий справа от трона голем быстро протянул Схинки меч – обычный, человский, с которым могла без труда управиться обезьяна, – и орангутан ловко отрубил вампиру голову. Затем спрыгнул со спинки трона, наступил на дергающееся тело, следующим ударом вскрыл жертве грудь и посмотрел на сердце вампира. – Вот ради чего заурд тебя выращивал, тупой ты баран, а не ради возрождения вашего идиотского культа.

* * *

Замок, штаб-квартира Великого Дома Чудь

Москва, проспект Вернадского,

16 июля, суббота, 00:11

Замечательные апартаменты на десятом этаже Замка, которые Дагни получила в свое полное распоряжение, могли произвести впечатление на самого взыскательного гостя. Апартаменты были небольшими – гостиная и спальня, но обставлены с большим вкусом, причем не с чудским вкусом, тяготеющим к тяжеленной резной мебели из массива ценных пород дерева, а с современным вкусом, поэтому девушка чувствовала себя не в музее, а как дома… Ну, с оговорками, конечно, поскольку ни телевизора, ни компьютера, ни даже радио в апартаментах не было, а из развлечений Дагни предлагались исключительно книги. Зато любые книги из богатейшей библиотеки Ордена, и их девушка с удовольствием изучала, восполняя пробелы в образовании. Второй неприятный момент заключался в том, что все помещения, за исключением – как надеялась рыжая – ванной комнаты, просматривались видеокамерами, а «вишенкой на торте» были внезапные осмотры, которые охранники устраивали в любое время по своему желанию.

– Откройте!

Охранники никогда не барабанили в дверь, не переходили грань между жесткой вежливостью и грубостью, но стучали напористо и громко, выводя пленницу из себя. С особенным удовольствием они являлись на «осмотр» после того, как Дагни исчезала в ванной комнате, наверное, вид разъяренной полуодетой девушки приводил их в неописуемый восторг.

– Откройте!

Однако сегодня рыцари позволили Дагни спокойно подготовиться ко сну и стали рваться в дверь в тот миг, когда девушка собиралась погасить свет.

– Думала, вы обо мне забыли, – произнесла рыжая, распахивая дверь.

– Мы должны провести проверку, – сообщил возглавляющий охранников лейтенант с таким видом, словно впервые появился в апартаментах пленницы. Впрочем, именно этого чуда Дагни действительно видела впервые.

Она посторонилась, пропуская военных внутрь, и подняла брови:

– Мне раздеться?

Это был единственный укол, который она могла нанести стражникам, и Дагни никогда о нем не забывала.

– Только если появится желание покрасоваться, – спокойно ответил лейтенант, оглядывая кутающуюся в тонкий шелковый халат девушку.

– Обычно желание появляется у вас, – язвительно ответила рыжая.

Однако этот офицер оказался воспитаннее предшественников.

– Мне этого не нужно, – ровным голосом произнес он и попросил: – Будьте добры, встаньте к стене.

Дагни подчинилась. Но при этом демонстративно отвернулась, не желая смотреть на то, как рыцари роются в ее одежде, осматривают полки и проверяют разобранную кровать. Сам лейтенант провел сканирование комнат, убедился, что магический фон не превышает допустимый, сделал запись в электронном журнале и приказал подчиненным уходить.

Очередное унижение закончилось.

Закрыв за чудами дверь, Дагни вернулась в гостиную, подняла с пола сброшенную охранником книгу, аккуратно вернула ее на полку, села в кресло, выпрямилась, положила руки на подлокотники и, глядя прямо перед собой, громко выругалась.

///

Приближаться к Замку Захар Треми не собирался. Он прекрасно знал систему безопасности чудов – изучал по долгу службы, поскольку Великие Дома не готовились к войне друг с другом, только когда воевали друг с другом, – и четко представлял границы зоны, в которой специалисты Оперативного отдела Ордена его обязательно засекут и «поведут» магическим наблюдением.

В этой зоне епископ должен был оказаться, приняв форму тумана.

А чтобы не расходовать лишнюю энергию, Захар отправился на Ломоносовский проспект, незаметно обратился и занял позицию на светофоре, спокойно дожидаясь нужной машины, той, которая гарантированно въедет на территорию Замка. Таких здесь проезжало достаточно много, и Треми остановил выбор на полуторатонном фургоне с продуктами для столовой гвардии. На светофоре фургон не остановился – горел «зеленый», – но ехала машина не быстро, и Захар успел «прилипнуть» к днищу. Появление тумана могло вызвать легкий всплеск магического фона, но сидящие в кабине чуды имели при себе достаточно работающих артефактов, чтобы не обратить внимания на едва заметное повышение уровня.

Они и не обратили.

Перед воротами епископ аккуратно перетек внутрь фургона и оказался в безопасности, когда машина остановилась для проверки и одновременно была просвечена снаружи «протуберанцами». А по дороге от ворот до грузового ангара, лампы которого были также снабжены губительными для масанов артефактами, Захар покинул машину и заструился к центральной из трех башен Замка, где, он это знал, находились апартаменты Дагни.

Первый этап – проникновение – прошел удачно.

///

– Смирно! – рявкнул сопровождающий мастера войны капрал.

Сидящий у дверей охранник подскочил и вытянулся, по-уставному таращась на явившееся с внезапной проверкой начальство.

– Вольно, – махнул рукой Гуго де Лаэрт. – Докладывайте.

– За время дежурства на вверенном мне объекте происшествий не было, – отрапортовал стражник и машинально покосился на вышедшего из технической комнаты лейтенанта.

Тот щелкнул каблуками, но промолчал.

– Что-нибудь подозрительное? – уточнил Гуго, обращаясь к офицеру.

– Никак нет.

– Когда проводили осмотр?

– Сорок три минуты назад.

– Она легла спать?

– Она собиралась лечь спать, но после осмотра отправилась в душ.

Лейтенант не уточнил, что сначала девушке пришлось убраться в комнатах, ликвидируя устроенный стражниками бардак. Впрочем, де Лаэрт и сам об этом знал.

– Я хочу войти.

– Разумеется. – Лейтенант сделал шаг и постучал в дверь. – Дагни, откройте.

– Что случилось?

– Откройте!

Дверь распахнулась, Гуго на мгновение замер, разглядывая завернувшуюся в большое полотенце девушку, затем приказал:

– Ждите здесь, – и шагнул внутрь.

Подошел к окну, не обращая внимания на семенящую следом Дагни, остановился, разглядывая открывающийся вид, и негромко произнес:

– Отвернись от видеокамер.

Наблюдение за апартаментами вел верный Ярге гвардеец, но первый князь не часто позволял подчиненным слушать свои разговоры.

– Что случилось? – одними губами спросила девушка, после того как исполнила приказ.

– Плохое предчувствие, – так же тихо отозвался первый князь.

– Операция под угрозой?

– Не операция… но назревает какое-то неприятное событие. – Он поморщился. – Причем я не вижу какое, а значит, в нем будут принимать участие высшие маги.

– Что мне делать?

– Быть осторожнее обычного. Возможно, тебя хотят устранить.

– Меня с рождения хотят устранить.

– О тебе никто не знал, а теперь знают. – Ярга едва заметно улыбнулся. – Я заблокирую дверь «Кольцом саламандры», но ты должна быть готова к любой неожиданности.

///

Несмотря на положение епископа клана и допуск к обширным разведывательным материалам Темного Двора, Захар так же, как Сантьяга, плохо представлял себе структуру внутренней охраны Замка, количество постов, патрулей, периодичность обходов и внезапных проверок. Устав внутренней службы в любом Великом Доме считался секретным документом, и недружественным военным оставалось лишь догадываться, как безопасность Замка обеспечена в мирное время.

То есть епископ имел приблизительное представление о том, что ждет его внутри, но реальность оказалась куда более суровой: охраны стояло больше, патрули проходили чаще, и повсюду были включены лампы с «протуберанцами». Сначала Треми решил, что стал жертвой предательства, но, поразмыслив, отказался от этого предположения, согласившись с тем, что комиссар, конечно, способен отправить солдат на смерть, но вряд ли пожертвует столь серьезной фигурой, как епископ клана. К тому же из подслушанного разговора стражников Захар узнал, что чуды понятия не имеют, по какому поводу тревога – им просто велели быть настороже, и сообразил, что усиление бдительности прошло по рекомендации мастерской Предсказаний.

«Похоже, у рыжих завелся толковый провидец, сумевший почувствовать замысел Сантьяги…»

Комиссар будет изрядно удивлен, но это случится потом и если епископ доживет до доклада, а пока нужно решить что делать. Продолжать выполнение задачи опасно, но отступал Захар в крайних случаях, лишь убедившись, что действительно не способен ничего предпринять. Поэтому он вылетел из первого этажа башни, преодолеть который не сумел, поднялся к третьему уровню и влетел в первое же приоткрытое окно, чудом увернувшись от ощупывающего здание прожекторного луча с «протуберанцем». Выждал несколько секунд, убедился, что его появление осталось незамеченным, и вытек в коридор.

Как Треми и рассчитывал, верхние этажи рыжие защитили слабее нижних, во всяком случае, на них отсутствовали лампы с «протуберанцами», и епископ спокойно добрался до лифта, по шахте которого поднялся на десятый этаж. Нужные апартаменты вычислил без труда: около дверей торчали три возбужденных гвардейца, но никто из них не обратил внимания на появившуюся на потолке легкую рябь – чуды увлеченно обсуждали, что именно побудило де Лаэрта усилить охрану Замка, причем гипотезы выдвигали настолько занятные, что Захар с трудом сдержал смех.

Тем не менее сдержал, ничем себя не выдал и, аккуратно просочившись в узенькую дверную щель, оказался в апартаментах Дагни де Гир.

///

Мастер войны де Лаэрт любил жить красиво, не отказывая себе в удовольствиях. Он и раньше не был монахом, а заняв высокий пост, стал особенно притягателен для дам и девиц, предложений получал огромное количество, принимать их не стеснялся и крайне редко оставался по ночам один. Ярге, занявшему тело любвеобильного де Лаэрта, приходилось продолжать эту линию поведения, дабы никто из окружающих не заподозрил неладное.

Сегодняшней его пассией стала Мария ле Дабр, красивая молодая вдова, познакомившаяся с Гуго буквально за день до того, как Ярга захватил тело капитана гвардии. Положение вдовы позволяло Марии не стесняться и навещать любовника не только в городской квартире, но и в служебных апартаментах, что весьма нравилось Гуго, но раздражало первого князя. Однако делать было нечего, и, вернувшись от Дагни, Ярга занялся дожидавшейся его Марией, затем уснул, но плохое предчувствие не ушло и заставило его подняться среди ночи.

Поскольку что-то было не так.

Назревали проблемы, и Ярга поймал себя на мысли, что впервые не только не контролирует происходящее, но даже плохо представляет, что именно должно случиться.

– Гуго? – Мария оторвала голову от подушки и удивленно посмотрела на собирающегося куда-то любовника.

– Лежи, я скоро, – рассеянно отозвался первый князь.

– Что-то случилось?

– Нужно кое-что проверить.

Он выдал женщине дежурную улыбку, вышел в коридор, почти бегом добрался до лифта и нажал кнопку десятого этажа. А подходя к апартаментам Дагни, понял, что чутье не подвело. Нет, внешне все пребывало в полном порядке: трое стражников сидят у дверей, болтают. Разумеется, что им еще делать. Увидев капитана, подскочили, вытянулись, отрапортовали, что «происшествий не было», но Ярга не дослушал, поскольку увидел, что дверной проем больше не защищает лично им установленное «Кольцо саламандры». Выругался, пинком выбил дверь, даже не потрудившись ее открыть протянутыми ему ключами, вошел, оглядел гостиную – никого, перешел в спальню, несколько секунд смотрел на разобранную, но пустую кровать, прислушался, надеясь уловить шум воды из ванной комнаты, наконец, принял факт, что в апартаментах никого нет, и повернулся к ничего не понимающим гвардейцам.

– Где она? – глупо спросил лейтенант.

Ярга с трудом подавил желание оторвать офицеру голову и медленно произнес:

– Объявите тревогу и сообщите великому магистру, что Дагни де Гир… – он покачал головой, показывая, что сам не верит в происходящее, – …исчезла.

Глава 6

частный жилой дом Италия,

Флоренция, Via de’Neri,

16 июля, суббота, 04:12 (время местное)

Бывает так, что просыпаешься и тебе хорошо.

Просто хорошо.

Сон только что закончился, но еще не слетел, еще окутывает легкой дымкой небытия, сохраняя чарующую вуаль ленивой полудремы. Ты понимаешь, что скоро вставать, но знаешь, что можно не торопиться, и с удовольствием нежишься в теплой кровати, мягко блуждая по тонкой границе нереальности и… улыбаешься… Улыбаешься, не открывая глаз. Потому что тебе хорошо.

Просто хорошо.

И не имеет значения почему.

Может, приснился замечательный сон, как это бывает: без подробностей и деталей, лишь с ощущением добра и нежности, приснилась чудесная сказка, предназначенная только для тебя. Может, ты вспоминаешь восхитительный вчерашний вечер и шепчешь любимое имя. Может, ты точно знаешь, что сегодняшний день сделает тебя счастливым, и предвкушаешь сладость сбывшейся мечты.

Ты еще ничего не помнишь.

Ты просто улыбаешься.

Тебе хорошо.

Дагни перевернулась на спину, с наслаждением потянулась, почувствовала запах только что сваренного кофе, тонкий аромат свежей выпечки, и на мгновение девушке показалось, что она чудесным образом переместилась на два года назад, когда они устроили себе отпуск, отправились в путешествие по Франции и каждое утро мама приносила ей свежие, необыкновенно вкусные круассаны, запах которых остался с девушкой на всю жизнь, как запах беззаботного счастья.

Она улыбнулась. Открыла глаза и несколько секунд смотрела в далекий, потому что стены комнаты оказались очень высокими, потолок. Затем улыбка исчезла, рыжая резко села на кровати, повернулась и посмотрела на расположившегося в кресле Артема.

– Доброе утро, – спокойно произнес наемник.

Кресло стояло у стены, так что их с Дагни разделяли пять шагов и маленький столик с завтраком.

– Ты?! – Она судорожно прикрылась одеялом, потом поняла, что не голая, что на ней ночнушка, которую она надела перед сном… перед тем, как лечь спать в Замке… Но откуда она взялась тут? Откуда все взялось? – Ты?!

– Я надеялся, что ты меня узнаешь, – рассмеялся наемник.

– Ты издеваешься? – выдохнула Дагни, не зная, что еще сказать.

– Ну, не то чтобы издеваюсь, скорее, дружески посмеиваюсь. Пытаюсь шутить, чтобы сгладить ситуацию.

Он был абсолютно расслаблен, держал руки на виду и вообще старался не шевелиться, чтобы не спровоцировать Заклинателя на атаку. Артем знал, что в Дагни почти нет магической энергии, но понятия не имел, сколько ее требуется, чтобы выпустить бесплотного убийцу, и не хотел рисковать.

– Что происходит?

– Ты проснулась.

– То есть ты не мой ночной кошмар… Плохо… – Девушка чуть успокоилась, но по-прежнему куталась в одеяло. – Где мы?

– В Италии.

– Что?!

– Думал, тебе понравится, – развел руками наемник. – Флоренция чудесна, и…

– Ты рехнулся? – перебила мужчину Дагни.

– Что плохого во Флоренции? – удивился Артем.

– Перестань дурачиться и ответь: что происходит?

– Я тебя похитил, – подчинился он. – Поверь, это было нелегко.

– Ты издеваешься?!

– Не то чтобы издеваюсь… – Наемник замолчал и с наигранным недоумением покачал головой. – Кажется, я уже отвечал на этот вопрос?

– Причем точно так же, – едко заметила Дагни.

– Рад, что ты запомнила. Кофе?

– Не хочу! – Девушке очень хотелось кофе, но соглашаться на предложение она не собиралась. – Сделай мне какао. Я хочу какао. Сейчас!

– С зефирками?

– А ты как думаешь?

Артем поднялся и направился на кухню. Дверь оставил открытой, так что разговор не прервался.

– А круассаны?

– Без тебя знаю. – Дагни дотянулась до столика, схватила ближайший рогалик, откусила и счастливо улыбнулась, поскольку лакомство наемник принес именно такое, какое ей хотелось. Выпила апельсиновый сок и крикнула: – Я не хочу какао!

И по лицу вышедшего из кухни Артема поняла, что он не удивился.

«Точно! У него же есть постоянная подружка!»

– Я не хочу какао. – Рыжая надеялась, что фраза прозвучит с вызовом, но даже если он был, наемник не среагировал: спокойно поставил перед ней столик для завтрака и поинтересовался:

– Кофе налить?

– Справлюсь. – Дагни макнула круассан в жидкий мед, откусила и блаженно закрыла глаза. И с удовольствием отметила, что Артем наполнил ее чашку.

– Как ты это сделал?

– Взял кофейник в правую руку…

– Ты понимаешь, о чем я спрашиваю, – сказала девушка. – Как ты вытащил меня из Замка?

– Тщательное планирование творит чудеса, – ответил Артем, возвращаясь в кресло.

Дагни поняла, что делиться подробностями операции наемник не станет, во всяком случае, не сейчас, и задала следующий важный вопрос:

– Зачем?

– Это был единственный способ тебя спасти.

– Я не нуждалась.

– В спасении?

– В похищении.

– Как видишь, я тебя не спрашивал.

– Ты все испортил, – сообщила девушка. Первый круассан закончился, и она обдумывала, с чем есть второй: с медом или джемом?

– Я так не считаю.

– Можешь считать, как тебе нравится, – отрезала Дагни, остановив выбор на джеме. – Но ты меня так разозлил, так разозлил… – Она прожевала откушенный кусочек, кивнула, показывая, что нужно долить кофе, и закончила: – Так разозлил, что я хочу тебя убить.

– Ты можешь меня и пальцем не трогать, рыжая, – спокойно сказал Артем, наполняя девушке чашку. – Тебе достаточно вернуться в Тайный Город, обо всем рассказать, и на меня сразу же начнется охота.

– Никто не называл меня рыжей! – вспыхнула Дагни.

– Привыкай.

– Не забывай, с кем говоришь! – ляпнула девушка, но тут же пожалела об этом. Впрочем, наемник не обиделся, видимо, ждал чего-нибудь подобного. Он вернулся в кресло, подпер голову рукой и сделал жест бровями, говорящий: «Продолжай, мне интересно». Дагни отвернулась, положила недоеденный круассан на тарелку, помолчала и тихо произнесла: – Извини.

– Ничего страшного, – улыбнулся Артем. – Ты взвинчена и не понимаешь, что происходит. И не знаешь, что делать дальше.

– Похищение организовал отец?

– Да.

– Почему он выбрал тебя?

– Потому что только мне он может доверять.

– Ты работаешь на Темный Двор. – Она не спрашивала.

– Поправка: как правило, я работаю на Темный Двор, – уточнил Артем. – И второе: великий магистр знает, что ты мне доверяешь.

– С чего бы это вдруг? – вновь вспыхнула Дагни.

– Возможно, ему показалось, – ровно ответил наемник.

И в разговоре возникла пауза. Один из тех моментов, когда слова могут лишь помешать, потому что случайно или нет, но собеседники вдруг прикоснулись к тому, что много больше деловых отношений. И оба это поняли.

И потому замолчали.

– Да, – подтвердила девушка. – Показалось, – и медленно провела рукой по одеялу. – Почему ты согласился рискнуть?

– Потому что ты спасла мне жизнь.

– Только поэтому?

– Разве мало?

– Я спасла, – согласилась Дагни. – Но сначала я тебя подставила.

– Это детали, – махнул рукой Артем.

– Ты не смог отказать отцу?

Наемник нахмурился, подбирая нужные слова, после чего негромко ответил:

– Я не захотел отказывать твоему отцу.

Это значило совсем другое.

– Почему?

– Не хочу, чтобы ты умерла.

– Почему?

– По той же причине, по которой ты сначала играла со мной, а потом пришла и спасла.

– Что ты знаешь о той причине? – очень тихо спросила Дагни.

– Достаточно, – скупо обронил наемник.

– Достаточно, чтобы ввязаться в безнадежное и смертельно опасное дело?

– Почему безнадежное? – удивился Артем.

– Темные меня не простят, – ответила девушка, глядя наемнику в глаза. – Мы оба знаем, что я приговорена, но… все равно спасибо.

– Давай не будем забегать вперед.

– Куда вперед?! – не сдержалась Дагни, но тут же вновь вернулась к спокойному тону: – Артем, все уже сделано: я убила Баррагу. Я призналась в убийстве, а ничего больше навам не надо – теперь я их враг. Их добыча. Но я поступила так, действуя по плану, который ты… Который вы с моим отцом испортили.

– Не испортили, а изменили.

– Ты идиот, – вздохнула девушка.

Она поняла, что все плохо, но не могла винить в этом Артема. Понимала, что он и отец, можно сказать, ее убили, но злости не испытывала. Ведь они…

– Я не хочу, чтобы ты умерла, – повторил наемник. – И сделаю все, чтобы этого не случилось.

– Навы…

– Именно: навы, – в голосе Артема появился напор. – Подумай сама, рыжая: Ярга оставит тебя в живых? Нет, не оставит. Если он победит, его любимые навы обязательно потребуют возмездия, и он бросит тебя на растерзание.

– Почему? – нахмурилась Дагни. Судя по всему, до сих пор эта мысль ей в голову не приходила.

– Потому, что в убийстве Барраги принимали участие двое: ты и Ярга, исполнитель и заказчик, – как ребенку объяснил девушке наемник. – Он сделает виноватой тебя, а мы с твоим отцом планируем сделать виноватым его и купить твою жизнь у Темного Двора.

– Ты идиот.

– Спасибо, рыжая, но ты повторяешься.

– Я… – Девушка поняла, что должна подумать: одно-единственное событие – ее похищение, – слишком сильно все изменило, и нужно попытаться просчитать новые обстоятельства. Или хотя бы осознать. – Нас ищут?

– Конечно, – рассмеялся Артем.

– Я хотела спросить: нас найдут?

– Поиск по генетическому коду ничего не даст, великий магистр закрыл нас от сканирования. Так что, если мы сами не сглупим, нас не отыщут.

– Я должна сидеть взаперти или мне придется разгуливать по городу в пижаме?

– Ты собираешься прогуляться?

– Мне нужно подумать.

– Я прихватил все, что было в твоем шкафу. – Он поднялся и поднес к кровати сумку. – Там джинсы, футболка, кроссовки… Остальное купим.

– Тебя выследят по карточке.

– У меня есть карточки, о которых никто не знает. К тому же я прихватил достаточно наличных.

– Все предусмотрел, да? – прищурилась девушка. И услышала спокойный ответ профессионала:

– Да.

– Тогда забери столик, иди на кухню и помой посуду: мне нужно переодеться.

* * *

Замок, штаб-квартира Великого Дома Чудь

Москва, проспект Вернадского,

16 июля, суббота, 08:37

На этот раз видеоконференция получилась еще более сухой и деловитой, почти без шуток и язвительных замечаний, которыми изредка позволяли себе обмениваться главы Великих Домов в общении друг с другом. Более того, на этот раз в разговоре принимали участие только главы – за исключением Сантьяги, – без помощников: таким было требование де Гира. Все знали, что ночью в Замке была поднята тревога, догадывались, что она была связана с Дагни, однако точную причину великий магистр лишь собирался озвучить, поэтому комиссар и Берегиня собрались по первому зову.

– Доброе утро, – поздоровался Франц, начав разговор на правах организатора встречи.

– Доброе утро, – вежливо отозвался Сантьяга.

– Что случилось? – подняла брови Всеведа.

Берегиня демонстративно не поприветствовала великого магистра, показав, что недовольна его поведением на прошлом совещании, и тут же услышала хмурое:

– Я вас отвлек?

– Я исполняю обязанности главы Великого Дома, – с прежней холодностью напомнила Всеведа. – У меня масса повседневных обязанностей, в том числе важных.

– Уверен, сообщение великого магистра не оставит никого равнодушным, – вклинился в разговор Сантьяга, не позволяя разгореться костру скандала.

– Возможно, оно нас даже изумит. – Берегиня отказывалась сбавлять тон, но Франц прекрасно понял намек нава и перестал обращать внимание на вызывающее поведение Всеведы.

И сухо произнес:

– Сегодня ночью из Замка была похищена Дагни.

Его слова не произвели эффекта разорвавшейся бомбы, но несколько секунд и комиссар, и Берегиня молчали, обдумывая сообщение великого магистра, после чего Сантьяга прищурился:

– Если не ошибаюсь, ваша дочь находилась под охраной?

– И сегодня ночью мастер войны де Лаэрт распорядился эту охрану усилить, – ответил Франц.

– С чем было связано подобное решение?

– У мастера войны появились плохие предчувствия.

– Жаль, что они оправдались, – обронила Всеведа.

– Мы старались этого не допустить.

– Возможно…

– У Темного Двора нет никаких оснований не доверять словам великого магистра, – громко произнес Сантьяга, и его голос вновь заставил де Гира взять себя в руки. – Франц, скажите, что показало расследование?

– Мы внимательно изучили улики и в целом представляем картину преступления, – ответил де Гир, откидываясь на спинку кресла. Было видно, что неожиданная поддержка нава позволила ему слегка расслабился. – Злоумышленник проник в Замок, использовав «Майского жука», уменьшив себя и его с помощью «Плаща кобольда» до такого размера, который позволил просочиться сквозь охранное «Кольцо саламандры»…

– Стражники должны были почувствовать столь сильный аркан, – заметил комиссар.

– Мы предполагаем, что злоумышленник использовал мощное маскировочное заклинание, скрывшее его от внутренней стражи, – ответил великий магистр. – Он проник в апартаменты Дагни, вернул себе нормальный размер…