На следующее утро я дождалась, пока откроется офис, и отправила Рейчел электронное письмо через рабочую систему. Это был единственный способ безопасной передачи информации, поскольку Дэвид никак не мог перехватывать сообщения.

Вчера вечером все нормально прошло?


Наверное, рядом с ее столом никого не было, потому что очень быстро ответила:

Думаю, да, хотя не уверена. Кто же знает наверняка?


Я вздрогнула. Разумеется, она должна бы уснуть, не переживая о том, что кто-то делает ее откровенные фотографии. И тут я вспомнила себя в гостиничном номере в Лондоне, и мигом встрепенулась. Я начала писать электронное письмо со словами:

Когда вернусь в Честер, я собираюсь пойти в полицию. Если хочешь, можешь пойти со мной, я в любом случае к ним обращусь.


Я остановилась, не успев нажать «Отправить». Дэвид – ее муж. Она и вправду собирается ждать, пока явится полиция? Разумеется, она ему все расскажет – или он сам догадается. А вот это хуже. Гораздо хуже. Я содрогнулась. Что он сотворит, если узнает, что ей все известно и она ничего ему не сказала?

Я стерла сообщение и набрала другое:

Тебе нельзя так жить.


Она ответила:

Знаю.


На этом наш диалог закончился. Мама, папа, я и Рори отправились до Ливерпуля на пароме и целый день провели в музеях. Потом выпили чаю в какой-то гостинице, после чего вернулись к машине на метро. Эта поездка поразила Рори больше всего: раньше он на метро никогда не ездил и был просто вне себя от восторга. Коробочка с пирожными из отеля, которую он держал в руках, только добавляла ему радости.

Уже под вечер, вернувшись в родительский дом, мы позаимствовали у соседки надувной бассейн, а она отпустила свою дочку Эви поиграть с Рори. Не знаю, что такое у Рори в характере, но если хотите его развлечь, дайте ему воды, и он будет счастлив не вылезать из нее несколько часов. Я устроилась на улице, следя, за детьми, а мама с папой подремывали в садовых креслах: за день они явно умотались.

Я достала свой айпад и вернулась к просмотру фотографий, которые Джек выложил в «Фейсбук», наши фотки, пока мы два года вместе учились в старших классах. Я хотела было сказать Рейчел, чтобы она отправила Джеку запрос на добавление в друзья, чтобы тоже посмотреть эти фото, но была не уверена, не заставят ли они ее чересчур переживать. Из комментариев к фото становилось ясно, что Джек совсем недавно их разместил, то и дело выскакивали имена моих одноклассников, смеявшихся и веселившихся от души. Я терялась в догадках, помнит ли кто-то из них, чем закончился тот учебный год, хотя, разумеется, в свое время они все знали.

Я воображала, как они переговариваются: «А что это была за девчонка… Ну, маленькая такая, рыженькая и неряшливая… Не с ней ли что-то там случилось? Сейчас уже не помню, что именно… Она что, умерла, или как?»

Я часто-часто заморгала, чтобы сдержать слезы.

А потом я собрала все свое мужество и стала смотреть фотографии с вечеринки, которые Джек сбросил в облачное хранилище.

Я повернула айпад от прямых солнечных лучей. Часть альбомов я уже просмотрела и открыла следующий. Стало ясно, что у Джека кончился запал, а может, просто кончилась пленка, потому что тогда он, разумеется, снимал не цифровой камерой. Последние пятьдесят фотографий представляли собой случайные снимки, а не какие-то законченные сцены. Вот группа девчонок поет в караоке, потом фото костра, вокруг которого кружком расселись курильщики с пивом в руках. Вот Лорен, сидящая с Томом в гамаке. На этом фото я задержалась, вспомнив, что тогда мне захотелось домой, но Лорен избегала моих взглядов. Я заметила засос у нее на шее, он с первого взгляда был похож на розовый цветочек с ее платья.

Я внутренне подобралась. Сейчас я увижу то, что происходило, пока я была наверху. Вот танцующий во внутреннем дворике народ, хотя, по-моему, они больше дурачились. По крайней мере, я надеялась, что так. Следующее фото – на кухне. Джек, наверное, возвращался обратно в дом. На фото была Лорен.

Я вспомнила, как в такси по пути домой она мне говорила, что кто-то выбросил их из гамака, и платье ее вымазалось в грязи. Я не ответила ни слова, делала вид, что сплю.

На первом фото она стояла у кухонной раковины и плескала водой себе в лицо. Том придерживал ее волосы, и на секунду я заметила, как же она нравилась Джеку, потому что капли воды искрились у нее на лице, а словно парившие в воздухе волосы придавали ей такой романтический вид – который, правда, напрочь портил засос на шее.

На следующей фотографии она сидела на коленях у Тома, небрежно обняв его рукой за шею. Как же Джеку было больно делать этот снимок, а? А позади нее, собираясь выйти из кухни в коридор, стоял какой-то молодой человек. Не парень. Его бы никогда не назвали парнем.

Он был одет в джинсы и футболку с надписью «Коралл». Такие футболки тем летом продавались в Гластонбери. И в такой же футболке весь вечер ходил Алекс.

Похоже вовсе не Алекс выходил из комнаты незаметно для других.

Это был Дэвид.

Глава 57

Джемма

Моя реакция была такой бурной, будто меня сильно ударили в грудь. Пару секунд я не могла дышать, как бы широко ни открывала рот. Я опустила голову между коленей и попыталась сделать вдох. Мои родители дремали в креслах на веранде, и я слышала, как где-то вдалеке в бассейне плескались Рори и его подружка.

И тут из меня как будто выпустили весь воздух, и после одного вздоха я начала часто-часто дышать.

– Мама! – подбежал ко мне Рори и потряс меня за руку. – Мама! Что такое? – Он завизжал: – Бабушка! Бабушка!

Я услышала, как мама ахнула и позвала отца. Она подбежала ко мне, но я видела лишь ее расплывчатые очертания.

– Что такое, Джемма? Что случилось?

Я с трудом пыталась успокоить дыхание. Грудь сдавило, она казалась воздушным шариком, который вот-вот лопнет, но выпустить из него воздух я не могла.

Я слышала, как папа на кухне открывал ящики, ругаясь себе под нос, и вот он уже разжимал мне кулаки, я почувствовала, как в руках у меня захрустел бумажный пакет. Он опустился передо мной на колени и впился в меня глазами.

– Дыши туда, дочка, – сказал он, и, прежде чем из глаз у меня потекли слезы, я вспомнила, как он говорил это много лет назад. – Вдох и считаем. Одни, два, три, четыре. Вот так. Теперь выдох. Давай, сильнее. Как можно сильнее. И смотри на меня. Смотри на меня! – Он снова стал считать, и я не отрывала от него взгляда. – Все получится. Давай, посчитаем снова.

Мама суетилась где-то на заднем плане, пытаясь убедить Рори и Эви, что со мной все хорошо. Она заставила Рори слить воду из бассейна, пообещав ему потом спа-салон, если будет себя хорошо вести, потом отправила детей поискать коробочку с печеньем.

– Я знала, что нам не надо было об этом говорить, – не унималась она. – Это все я виновата. Ты никогда от этого не отойдешь. Не надо мне было ее расспрашивать.

Я поняла, что папа не знает, о чем это она сейчас, но потом он, видимо, вспомнил, как ему приходилось помогать мне продышаться после случившегося. В глазах его мелькнула злоба, не на меня или на маму, но ярость оттого, что что-то случилось со мной, его единственной дочерью, что мне по-прежнему больно – даже пятнадцать лет спустя.

Мой взгляд медленно уперся в папу, дыхание выровнялось. Мама была в кухне с Рори, отправив Эви домой. Когда паническая атака наконец утихла, папа пододвинул стул и сел рядом со мной.

– Мы об этом поговорим, Джем, – сказал он, – но не сейчас. Отдохни, а мы уложим Рори. И если не настроена на разговор сегодня вечером, не переживай. Ты же приехала на несколько дней. У нас масса времени.

Айпад выключился сам, пока меня не было рядом. Меня трясло от мысли, что я снова увижу эту фотографию, но в то же время я запаниковала – а вдруг она исчезнет. Я попросила папу пойти и проверить, все ли в порядке с Рори, и за пару минут, что он отсутствовал, я переслала эту картинку на свой личный электронный адрес.

Когда пискнул сигнал нового письма, я поняла, что фото надежно сохранено.



В тот вечер я легла спать раньше, вымотавшись за день. Мне казалось, что усталость эта от того, что мне пятнадцать лет приходилось держать себя в узде.

Я не могла рискнуть снова взглянуть на фото. Поговорить мне было не с кем, кроме Рейчел, но в тот момент она вела свой бой. Я слышала, как внизу мама говорила по телефону с Джо. Она сказала ему только то, что я решила лечь пораньше, я заставила ее пообещать мне ничего не говорить ему о моей панической атаке.

Почему Дэвид оказался на вечеринке? Эта мысль неотступно преследовала меня несколько часов. Что он там делал? Рейчел говорила, что они с Алексом были лучшими друзьями, но та вечеринка организовывалась только для тех, кто учился в нашей школе. Я помню, как он это подчеркнул, когда кто-то из девчонок спросил его, можно ли взять с собой подружку.

«Это только для нас, – ответил он. – Чужих здесь не надо, только для своих. Это последний раз, когда мы собираемся все вместе».

Я была там с самого начала и Дэвида не видела. Я бы его заметила просто потому, что раньше никогда его не встречала. Куда бы я в тот вечер ни посмотрела, везде были люди, которых я знала два года. Даже если кто-то и был в других классах, я видела их в столовой, в библиотеке или в школьном автобусе. К тому же Дэвид был симпатичным молодым мужчиной, и вот в чем дело – все одноклассники были для меня скорее мальчишками. Мы называли их ребятами, а не мужчинами. Дэвид выглядел старше нас, и это бросалось бы в глаза.

Я взяла телефон и отправила в «Фейсбуке» сообщение Джеку Говарду, парню, что делал фотографии, прося его мне позвонить в любое время, когда у него выдастся минутка. Через несколько минут у меня зазвонил телефон.

– Привет, – сказала я. – Извини, что написала так поздно.

– Ничего страшного, – ответил он. – Что такое?

Голос у него стал басовитее, нежели я помнила, но я знала, что все равно бы его узнала. Говорил он дружелюбно, и я снова поняла, как же я оторвалась от своих школьных друзей.

– Спасибо, что выслал фотки, – поблагодарила его я. – Как раз об одной из них хотела бы тебя просить. О той, на которой Лорен.

– О какой именно? – сухо спросил он. – Я их целую кучу нащелкал.

Я рассмеялась.

– Она ведь тебе нравилась, да?

– Да я с ума по ней сходил. Потом очень долго отходил. И все же это было давно.

Я вспомнила его статус в «Фейсбуке».

– Ты теперь женат?

– Да, скоро у нас будет ребенок.

– Ой, как здорово! Поздравляю.

– Спасибо. Так что с фоткой – какая именно?

– Там где Лорен на кухне сидит у Тома на коленях.

– Секундочку. Погляжу у себя. – Я подождала несколько секунд, потом он заговорил: – А-а, вот эта. Да, я тогда был немного мазохистом, верно?

– Видишь того парня на заднем плане? Ты его знаешь?

– Странно, никогда раньше не замечал, что он там стоит. Он ведь не из нашей школы, да?

– Не из нашей.

– А что он там делал? – удивился Джек. – Вечеринка же для своих была… Я помню, как пришлось говорить ребятам, что им нельзя приводить подружек, потому что те не из Уиррала. Отец и мать Алекса поставили это непременным условием.

– Я слышала, как Алекс тоже об этом кому-то говорил, – подтвердила я.

– Однако раньше я его видел. Он выглядит старше нас, да? – Он немного помолчал, потом произнес: – А, я, кажется, знаю, кто он.

Я затаила дыхание.

– Я видел его пару раз, когда он играл в хоккей за школу «Всех Святых». Иногда мы играли против них. До переезда в Уиррал Алекс ходил в ту школу. – Пауза. – Теперь вспомнил. Они с Алексом ездили на фестиваль в Гластонбери.

– Ты уверен?

– Да, ездили только они вдвоем. Остальные не могли себе этого позволить. Когда Алекс вернулся, все уши прожужжал об этом. Он там на славу повеселился.

– А ты знаешь, как его зовут?

– Не знаю. Тогда точно знал, если вспомню, свяжусь с тобой.

– Спасибо. Ты мне очень помог.

– Джемма, это как-то связано с тем, что произошло тем вечером? – спросил он.

– Не знаю, – призналась я. – Честно не знаю.

– Я просто поверить не мог, что Алекс такое совершил. Мне казалось, что я очень хорошо его знал. – Я молчала, а он продолжил: – Я не говорю, что ты врала. Честно. Просто… о нем я бы никогда не подумал, что он способен на изнасилование.

Ни слова не говоря, я сбросила вызов и поняла, что лицо у меня мокрое от слез. Мне захотелось быть рядом с Джо. Чтобы он меня обнял и сказал, что все образуется. Я знала, что он сейчас с Майком, но отправила ему сообщение:

Я люблю тебя, Джо. Очень скучаю. Скоро буду дома. Целую.


Телефон тотчас же запищал.

Я тоже скучаю, любимая. Без тебя тут все не так. Люблю тебя. Завтра позвоню. Целую.


Я улыбнулась и отправила ему фото, сделанное мамой в саду: я обнимала Рори, прижавшись щекой к его лицу.

Когда через секунду телефон снова запищал, я ожидала, что это скорый ответ от Джо. Но это оказалось сообщение от Джека:

Извини, если расстрою. На душе просто кошки скребут. Просто Алекс был одним из моих лучших друзей. О том парне – только что разыскал коробку с хоккейной атрибутикой и всяким – его зовут Дэвид Гендерсон.


Я ощутила себя победительницей, узнав настоящую фамилию Дэвида. И сразу же ответила:

Ты видел его на вечеринке? Я знаю, что он есть на фотке, но сам ты его заметил?


Нет. Я вообще его не видел. Я бы удивился, откуда он там взялся, и сказал бы что-нибудь Алексу.


Если бы заметил и сказал, ничего из этого, наверное, и не случилось бы.

Мне отчаянно захотелось поговорить с Рейчел, но я знала, что дома она не сможет ответить на мой звонок, так что отправила ей электронное письмо, которое она наутро увидит на работе:

Рейчел, мне надо с тобой поговорить. Можешь мне позвонить, как только увидишь это сообщение? И убедись, что тебя никто не подслушивает.


Глава 58

Джемма

Четверг, 17 августа



В ту ночь я не спала. Да и как я могла уснуть? Я долго лежала в ванне, пытаясь успокоиться, но даже через несколько часов сердце у меня все равно колотилось.

На следующее утро я пролежала в постели до девяти часов. Я ждала звонка от Рейчел, но телефон молчал. Я быстро сходила в душ, взяв телефон в ванную, но она по-прежнему не звонила. Я пыталась найти хоть какое-то логическое объяснение – наверное, она позвонит, когда все более-менее успокоится. Сначала утреннее совещание в офисе, потом, она говорила, у нее осмотр объекта – и тогда она позвонит мне из машины.

В то утро я выглядела просто ужасно, и мама предложила мне отлежаться, но я для этого была слишком взвинчена. Тогда она предложила, что они с папой на целый день увезут Рори гулять.

– Или ты хочешь, чтобы мы побыли с тобой? – спросила она. – По-моему, кому-то из нас стоит остаться. Что скажешь?

Мне надо было поговорить с Рейчел с глазу на глаз, так что я отказалась.

– Все нормально. Я справлюсь. Возьму какую-нибудь книжку потолще и целый день проваляюсь на диване.

В конце концов они уехали, вид у них был озабоченный, а я вздохнула с облегчением. Как только машина скрылась из виду, я позвонила в офис.

– Привет, Джемма, – отозвалась Люси. – Как самочувствие?

– Спасибо, нормально. Все же у мамы с папой хорошо.

– Еще бы. Тебе давно пора отдохнуть, но ты тут кое-что пропускаешь, – добавила она. – Только что приходил почтальон – ну, этот серфер – и пригласил Софи на свидание.

Несмотря на плохое настроение, я рассмеялась.

– Да, жаль, что меня там нет. Бьюсь об заклад, что она от радости до потолка прыгает.

– Она только об этом и говорит, не переставая. Он пригласил ее всего полчаса назад, а у меня уже раскалывается голова. – Люси понизила голос. – У тебя все нормально? Ты какая-то расстроенная.

– Все отлично, спасибо. Я просто очень устала и подумала, что если поеду к маме, то она позаботится обо мне.

Люси рассмеялась.

– Держу пари, что она просто в восторге, что ты приехала.

– Именно так. Люси, мне надо поговорить с Рейчел. Она на месте?

– Сейчас она обсуждает ипотеку с миссис Дэвис, но как только она освободится, я скажу, чтобы она тебе позвонила.



Рейчел перезвонила через полчаса, голос у нее был подавленный. Я слышала шум машин и догадалась, что она на автостоянке – подальше от коллег.

– Это я, – сказала Рейчел. – Все в порядке?

– Мне надо с тобой поговорить. Время есть?

– Немного, – ответила она. – Через десять минут придет миссис Джонсон, а до этого мне еще надо сделать один звонок.

Не подходящий момент для моего рассказа. Я просто не смогу ей сказать. Я растерялась, не зная, что делать. Ей нужно знать, что Дэвид был на вечеринке, но как мне ей об этом сообщить, если она или на работе, или дома рядом с ним?

– Все нормально? – спросила я.

– Я решила продать мамин дом. Но через нашу контору я не могу выставить его на продажу. Надеюсь, вы понимаете.

– Конечно. О, конечно же, не можешь. Даже и не думай об этом. Я не понимаю, как ты его раньше не продала. – Я замялась. – Давно он пустует?

– Примерно десять месяцев. Мама умерла в октябре прошлого года. С тех пор я там не была. После ее смерти мы с Дэвидом на месяц уехали во Францию – медовый месяц, – а потом я перебралась в Честер.

– Это же масса работы – все там разобрать, верно? Мы тебе поможем, Рейчел, – сказала я. – Я и девочки из офиса. Не надо все взваливать на себя.

– Спасибо, – придушенно пробормотала она и добавила: – Мне надо идти.



Чуть позже я получила от Рейчел письмо:

Извините, ко мне приближалась миссис Джонсон, так что пришлось бежать.


Я сразу же ответила:

Мне надо с тобой поговорить. Кое-что всплыло. Это очень важно.


Через десять минут у меня зазвонил мобильник.

– Это я, Рейчел. Ушла на обед пораньше. Что случилось?

– Тебе лучше выйти на улицу, а потом поговорим, – ответила я. – Сможешь?

– Все нормально. Я припарковалась в тихом месте. В чем дело?

– Конечно, надо было бы сказать тебе это лично, Рейчел. Извини.

– Что? – напряглась она. – Да что стряслось-то? Вы меня пугаете.

– Дэвид был на той вечеринке.

Наступило молчание, потом она спросила:

– Как вы сказали?

– На той вечеринке. Когда…

– Да, я знаю, на какой вечеринке. Но его там не было. Вечеринка была только для одноклассников Алекса. А Дэвид учился во «Всех Святых».

– Я знаю, что она задумывалась только для своих, но он все-таки там был. У меня есть его фото. Погоди секундочку. – Я пододвинула к себе айпад и отправила ей фотографию. – Проверь входящие.

Наступило молчание, Рейчел открывала сообщение, потом она ахнула.

– Но откуда вы знаете, что это именно та вечеринка?

– Видишь девушку на переднем плане? Она была моей лучшей подругой. – Я не назвала Лорен по имени, не хотела, чтобы Рейчел поняла, что именно она орала на Алекса в пабе, что именно она заставила его вернуться в Оксфорд за пару дней до гибели. – Мы были на той вечеринке вместе и вместе покупали в тот день платье, которое на ней.

– Да, но… – Она совсем растерялась. – Но, может, это было другой раз.

– А после той вечеринки в вашем доме что-то еще устраивали?

Молчание.

– Он мне не говорил, что был там. И его имени не было в списке гостей – Алексу пришлось составить его для полиции. Он взял в школе списки всех одноклассников и использовал их как основу. – Голос ее дрогнул. – Я видела тот список. Он до сих пор лежит в доме у мамы. Дэвида там нет.

– Может, он как-то узнал о вечеринке и решил, что можно заявиться просто так. Кто знает. Но, Рейчел, он там был.

– Алекс не знал об этом, – растерянно произнесла она. – И не мог знать.

– Может, он был в саду, когда приехал Дэвид. На улице было много людей, тот вечер выдался на редкость душным. – Я умолкла. Надо было сказать кое-то еще, и я этого боялась. – Знаешь, я опознала Алекса по футболке.

– Да, футболка из Гластонбери. С надписью «Коралл».

Я молчала. Я закрыла глаза и ждала, пока она сообразит.

Когда она все поняла, голос ее задрожал.

– На фотографии Дэвид в футболке с надписью «Коралл».

Я снова подождала.

– Это… О господи. Это значит, что это Дэвид… – Я расслышала в ее голосе слезы и ярость. – Вы хотите сказать, что это Дэвид вас изнасиловал?

Глава 59

Джемма

Я молчала. Да и что я могла сказать? Я обвинила ее брата в изнасиловании. Из-за моих обвинений он погиб, а ее мать умерла, потому что лишилась сына. Теперь я говорю, что виноват был ее муж.

– Выходит, вы врали?! – закричала она. – Если вы не были уверены, почему вы этого не сказали?!

Я молчала. Я сидела, опустив голову и прижав к уху телефон, и слушала ее гневные упреки.

– Скажите же хоть что-нибудь! – вопила она. – Все это случилось из-за вас!

И тут меня словно прорвало. Мне надоело быть виноватой в том, что со мной сделали много лет назад.

– Это случилось не из-за меня! – крикнула я в ответ. – Я спала на кровати Алекса, и меня кто-то изнасиловал. Я увидела кого-то ростом с Алекса, его комплекции, в футболке Алекса. Он выходил из комнаты. И что мне было думать?!

– Не знаю. Не знаю…

На какое-то время воцарилось молчание, мы обе слишком разволновались, чтобы говорить. Я слышала, как она плачет, потом она высморкалась и спросила:

– Откуда у вас эта фотография?

– От Джека Говарда. Это мой одноклассник, который был на той вечеринке.

– Я знала его. Это один из друзей Алекса. Они вместе играли в хоккей. Иногда мы подвозили его на матчи.

– Это его снимок. В тот вечер он сделал фотографий двести, а Дэвид оказался всего лишь на одной. Джек знал Дэвида. Ну, встречался с ним несколько раз. Он тогда все фотографировал мою подругу – с ума по ней сходил – и не заметил никого на заднем плане. Но вчера вечером я с ним созвонилась и спросила, узнаёт ли он человека за спиной Лорен, и он ответил, что это Дэвид. – Я замялась. – Дэвид Гендерсон. Его ведь так зовут?

– Да, так. – Она пару секунд помолчала, потом сказала: – Я помню, что Алекс с Дэвидом ездили в Гластонбери. Они обожали группу «Коралл». Даже теперь… даже теперь Дэвид иногда играет их песни. Мне это не нравится – напоминает о лете, когда Алекс играл, а он со мной танцевал. – Она рассмеялась, но я услышала в смехе слезы. – А вы уверены, что это фото с той вечеринки? Абсолютно уверены?

– Да. Сомнений быть не может, Рейчел.

– Значит, Алекс все-таки этого не делал. Я так и знала, что не делал.

Минуту-другую мы молчали. Я смотрела на фото на экране айпада и знала, что она тоже на него смотрит.

– Думаю, нам надо обратиться в полицию, – предложила я. – Пойдем в полицию вместе.

– Я тоже об этом думала, – ответила она. – Но знаете что, Джемма?

– Что?

– По-моему, нам самим нужно с ним разобраться.

Я было сказала: «Ни в коем случае», но связь прервалась.

Глава 60

Джемма

После разговора я чувствовала себя совершенно вымотанной. Мне хотелось просто пойти в полицию и все рассказать, но я знала, что придется убеждать Рейчел согласиться сделать то же самое для ее же блага. Она так долго оставалась совершенно беспомощной, и теперь ей нужно было почувствовать контроль над своей жизнью.

В ожидании возвращения Рори и родителей я еще раз просмотрела остальные фотографии с вечеринки. Дэвида ни на одной из них не было, и, как выяснилось, Алекса тоже. На одном из кадров Лорен была одна: Джек, наверное, решил в последний раз запечатлеть ее перед отъездом. Она стояла в прихожей у самого края лестницы с каким-то нетерпеливым выражением на лице, и я догадалась, что она, наверное, звала меня. От мыслей о случившемся со мной в тот момент стало не по себе. На фотографии входная дверь была распахнута настежь, и я терялась в догадках, выбежал ли Дэвид за минуту до появления Лорен или же он выжидал наверху, пока не услышит, как я ухожу.

Я заставила себя снова просмотреть все фотографии, и сохранила каждое фото. Снимков было сотни две, и я знала, что все они мне не понадобятся, но решила все же сохранить. Я не могла рисковать: а вдруг Джек уберет их из облака или, хуже того, вообще сотрет. Зачем бы ему это делать, я понятия не имела, но от одной такой мысли меня охватывала паника.

К тому времени, когда вернулись родители и Рори, я уже безумно соскучилась по сыну. Я не хотела, чтобы они снова куда-то с ним уезжали, мне хотелось все время быть рядом. Но я также отдавала себе отчет, что нужно разобраться с этим делом, а это потребует некоторого времени вдали от него. Я твердо пообещала самой себе, что потом все изменится.

Пока я играла с Рори, готовила ему ужин, слушала его рассказы, как прошел день, я думала лишь об одном: что Рейчел имела в виду под «самим разобраться» с Дэвидом? Зная, что в это время на работе обычно затишье, я отправила ей письмо:

Что ты имела в виду?


Она моментально ответила:

По-моему, нам надо сначала с ним поговорить. И послушать, что он скажет. Застать его врасплох.


Он просто станет все отрицать.


Через минуту она прислала мне еще одно письмо со ссылкой на веб-сайт. Я щелкнула по ней, и когда страница открылась, я уставилась на экран, не веря своим глазам. На этом сайте продавалась шпионская спецтехника, в том числе и записывающие устройства, ссылка вела на замаскированную под пуговицу фотокамеру, которую можно пришить на рубашку или пиджак. Выглядела она как простая пуговица, и к ней прилагался дополнительный комплект обычных пуговиц, чтобы все они выглядели одинаково. Приглядевшись, я так и не смогла рассмотреть там камеру, хотя в описании упоминалась даже видеозапись.

Я ответила:

Что это такое?


Она была у него на рубашке, когда вы ужинали.


Откуда ты знаешь? Он сам тебе это сказал?


Прошло несколько минут, прежде чем она откликнулась, и, увидев ее ответ, я догадалась, что отвечать ей не хотелось.

Я сама ее пришивала. Простите меня, Джемма.


Тут меня охватила ярость оттого, что они со мной сделали. И она все знала. В тот вечер я болтала без умолку, а он все записывал. И, разумеется, он еще и в номер ко мне зашел, и это тоже записывалось.

Что-нибудь еще было?


Не знаю. По-моему, нет.


Мне надо идти.


Я выключила телефон, не могла продолжать диалог с ней.

Глава 61

Джемма

Тем вечером, уложив Рори спать, мы с родителями уселись смотреть кино по телевизору. Я видела, как они бросают в мою сторону озабоченные взгляды, они чувствовали, что я что-то недоговариваю. Когда кино закончилось, наступила неловкая пауза. Отец начал было говорить, но мама только покачала головой. Я сделала вид, что ничего не заметила, поднялась со своего места, зевнула и сообщила им, что готова идти спать.

Уже из кровати я позвонила Джо, но когда он принял вызов, я услышала только какие-то невнятные шумные разговоры на заднем фоне.

– Прости, дорогая, – извинился он, перезвонив мне через несколько минут. – Я смотрел футбольный матч в «Короне». Скучаю по тебе, Джем. Мне тут так одиноко без тебя и Рори.

– Одиноко в пабе, – съязвила я. – По звукам понятно, что ты от души развлекаешься.

– В первый вечер очень даже развлекался, – признался он. – Было здорово, обычно-то я дома один не остаюсь.

Я об этом никогда не задумывалась. У него всегда была масса возможностей куда-нибудь пойти – он занимался и бегом, и футболом, да и просто встречался с приятелями. Ну, а когда он оставался дома, Рори всегда был вместе с ним.

– И тебе понравилось?

Он рассмеялся.

– Вчера ночью было даже как-то странно. Днем все шло хорошо. Я разобрался с кухней, причем одному, без Рори, было гораздо проще. Но… я задумался о том, как изменилась моя жизнь по сравнению с прежней. Конечно, приятно ходить куда хочешь и возвращаться очень поздно. Но когда я вошел в дом, там было так тихо, и мне это совсем не понравилось!

– Понимаю. Мне тоже не нравилось, когда вы уезжали. – Он молчал, и я тут же испытала угрызения совести. – Ну, прости, я не собираюсь подсчитывать, кто и сколько раз скучал.

– Я тоже. Хотя я думал, что тебе это нравится.

– Сама идея неплохая, но в реальности получается не совсем так.

– Согласен. Ты когда вернешься?

– Уже скоро, – ответила я. – Через пару деньков. – Вдруг во мне проснулась храбрость полностью открыться ему. – Но, Джо, нам надо поговорить. Мне не нравится то, как мы живем.

Наступила напряженная пауза.

– Ты с нами несчастлива?

– Да нет же, конечно, я счастлива. Это насчет работы. Как сейчас, не подходит, по крайней мере мне. Больше я так не могу.

– Что? Ты не в состоянии работать?

– Могу. Конечно, я могу, но это не то, как бы мне хотелось жить. – Я старалась сохранять спокойствие. – Я скучаю по Рори. Я… я ревную его к тебе. – Я почувствовала, что он хочет возразить, и затараторила: – Я чувствую себя так, будто не принадлежу нашей семье. Как будто я нужна вам только для того, чтобы приносить домой деньги.

– Ну, перестань.

– Помолчи. Дай мне высказаться. Иногда мне кажется, что настоящая семья – это он и ты. Вот, что я вижу своими глазами. Он обращается с просьбой сначала к тебе. И тебе всегда известно, что для него будет лучше всего. Иногда я его почти не вижу неделями. Я ухожу раньше, чем он просыпается, часто работаю допоздна и прихожу, когда он уже спит. Я так устала. – Тут я не смогла сдержать слез. – Мне нравится, что вы так дружите, но мне тоже хочется быть рядом с сыном.

– Он же весь день только и ждет, когда же ты вернешься.

– Но когда он плачет, он идет к тебе. А я ведь его мама! Он должен бежать ко мне!

– Джемма, дорогая, не говори ерунды. Мы оба его родители.

– Знаю. Я просто говорю, что хочу многое поменять. Я не хочу постоянно работать. Я хочу стать частью его жизни. Я довольна своей работой, но… – Джо молчал. Не знаю, о чем я тогда думала, но неожиданно выпалила: – Почему так должно быть всегда – я на работе, а ты дома? Почему бы мне тоже иногда не оставаться дома? Почему ты тоже не можешь ходить на работу? – Я понимала, что делаю ему больно, что он сейчас решит, что я его критикую. Но остановиться я уже не могла. – Иногда ты представляешь все так, будто я не знаю своего собственного ребенка! Я ощущаю себя чем-то вроде запасной детали в семье.

Тут я уже не смогла сдержать слез. Я услышала стук в дверь, и в спальню заглянула мама.

Я выхватила несколько салфеток из коробки на прикроватной тумбочке.

– Разговариваю с Джо, – пояснила я.

Она понимающе и с некоторым сочувствием кивнула и так же тихо закрыла дверь. Похоже она подумала, что я рассказываю про ту самую вечеринку и ночь, и от этого я расплакалась еще сильней, ведь я же не могла сейчас выложить ему все это. Только не сейчас. Об этом надо говорить, глядя в глаза.

– Секундочку, мне надо в туалет, – сказала я Джо.

– Я подожду.

Зайдя в ванную комнату, я попыталась успокоиться. Взяла мягкое полотенце, намочила его холодной водой и приложила к пылающим глазам. Теперь я была рада, что высказалась. Он должен был это услышать.

Я вернулась в комнату, и мы продолжили разговор.

– Джем, поговорить надо. Серьезно и основательно. Я понимаю, что ты устала. Прости, я не задумывался над этим раньше. – Он помолчал, потом произнес: – Наверное, ты ненавидишь меня.

– Конечно, нет. Все не так. Я люблю тебя. И всегда любила. – Я легла на кровать, и мне даже показалось, как будто он лежит тут же, рядом со мной. – С того самого момента, когда мы встретились. Ты мой спаситель.

– Я тоже тебя люблю.

Мне почудилось, будто я слышу даже его мысли. Я понимала, что сейчас он начнет обдумывать все то, что я сказала. Нужно было сделать это гораздо раньше.

Джо продолжал говорить:

– Прости меня. Я правда очень виноват перед тобой. Мне нужно было давно уже заметить, что ты не совсем счастлива. Но мы что-нибудь придумаем.

Я поверила, что мы обязательно придумаем, вот только существовала еще одна история, о которой он вообще ничего не знал. И мне надо было в ней признаться. Но в тот вечер я не могла ему открыться. Не могла, и все. Я понимала, что наступит время, и он все равно все узнает. Оставалось надеяться, что он простит меня.

Глава 62

Джемма

Пятница, 19 августа



На следующее утро я проснулась поздно и обнаружила, что Рори и папа уже завтракают в саду.

– А я кушаю уже второй раз, – сообщил Рори. – Когда проснулась бабушка, я с ней позавтракал, а теперь еще и с дедушкой, как только он встал.

Он подбежал и уселся ко мне на колени, обнимая, принялся гладить меня по руке, одновременно рассказывая бабушке и дедушке о своих сегодняшних планах во всех подробностях. Потом извернулся так, что оказался ко мне лицом, и прошептал на ухо:

– Мам, а ты с нами пойдешь?

– А ты этого хочешь? – тоже шепотом спросила я.

Он радостно закивал.

– Очень хочу.