Всего лишь одно задание, сказал Мертон. И все, и она будет свободна от него, от советской разведки. Свободна идти своим путем и жить своей жизнью. И она, как полная дура, ему поверила. Ей теперь никогда от них не укрыться, верно? С этим никогда не будет покончено.



Рыбарь допил виски, потушил сигарету и сказал:

– Наверно, вы сейчас жалеете, что не застрелили меня несколько минут назад, когда у вас была возможность? Так, как застрелили Долли Робертс?

Да есть ли хоть что-нибудь, чего он не знал бы?

– Годфри тогда попал в переплет, – засмеялся он. – Он был странно привязан к вам, пытался защитить вас. Как и многие другие. Надо думать, потому вам все и сошло с рук. Аллейн, конечно…

Он умолк и презрительно взмахнул рукой, словно отгоняя самую мысль об Аллейне.

– Аллейн подозревал Годфри, – сказала Джульетта. – Он просил меня доносить ему на Годфри. Я следила за ним и видела вас обоих в Бромптонском храме.

– Да, вы прямо-таки бросались в глаза. Я помню, при вас еще была собака. Всегда везде фигурирует какая-нибудь собака, верно? – задумчиво произнес он и вдруг воскликнул, будто найдя недостающий кусок головоломки: – А! Так это была собака Нелли Варги!

– Почему Аллейн вас подозревал?

– Я думаю, этот вопрос стоит перевернуть с ног на голову. Кто шпионит за шпионами, мисс Армстронг?

– Вы? Вы подозревали Аллейна?

– Я всех подозреваю, мисс Армстронг. Это моя работа.

– А что миссис Амброз? Она – ваш человек?

Рыбарь хлопнул в ладоши, словно обозначая конец представления:

– Ну же, хватит разоблачений и разъяснений. Мы не в финале романа, мисс Армстронг.

Но что же Годфри? – не отставала она. Он тоже существует в спектре призрачного света?

– А что Годфри? Мы вызвали его на эти берега, чтобы поймать «крота», хотя лично я предпочитаю слово «предатель». В Службе много сомнительных элементов, как вам, конечно, известно. Мы подозревали, что появление фламинго позволит выкурить одного крота из норы, если позволите мне воспользоваться такой сомнительной метафорой. И мы оказались правы, так ведь? Вы наш маленький кротик, мисс Армстронг. Маленький слепой кротик.

Заметать и подтирать, сказал тогда Хартли. Годфри умеет заметать и подтирать. Она искала Годфри, но, оказывается, все это время он сам искал ее.



Рыбарь предложил ей сделку. Ее не арестуют и не будут судить за измену (и не повесят), если она передаст Мертону ложную информацию.

– Мы готовы спасти вашу шею, мисс Армстронг. Но вам придется за это заплатить.

– Вы хотите сделать меня двойным агентом? – устало спросила она. – Хотите, чтобы я продолжала работать с Мертоном и в то же время работала на вас?

Хуже не придумаешь. Слуга двух господ. Мышь, с которой играют сразу две кошки.

– Боюсь, для вас это единственный выход. Я пришел объявить вам о расплате, мисс Армстронг.



Меж страницами газеты «Таймс», которую Джульетта должна была оставить Мертону в Национальной галерее, прятался микрофильм, как она и договаривалась с Мертоном ранее. Но на микрофильме были не фотографии чертежей из чемоданчика чеха, спавшего у нее на диване, а сфабрикованная информация.

– По сути, чепуха, – сказал Рыбарь, – но русские не сразу это поймут. Надеюсь, они устроят парочку взрывов, прежде чем до них дойдет. А потом, конечно…

Он широко развел руки, словно показывая открывшиеся перед ней широкие перспективы сбыта ложной информации, двурушничества.

– Ну что ж, мне пора, – сказал он. – Я и так отнял у вас много времени.

– Надеюсь, вы сами найдете выход, особенно учитывая, что вы самостоятельно нашли вход.

В дверях он приостановился и посмотрел на нее долгим взглядом:

– Теперь вы моя, мисс Армстронг. Не забывайте.

Так вот, значит, истинный счет, подумала Джульетта, когда за ним захлопнулась дверь. И по этому счету она обречена платить до конца жизни. Нет выхода.

– Я верила, – печально сказала Джульетта, хотя услышать ее было некому. – Я верила в нечто лучшее. В нечто более благородное.

И это для разнообразия была истина. А ныне Джульетта больше не верила, и это тоже была истина. Но какая разница? Ну в самом-то деле?



После свидания с Мертоном в Национальной галерее Джульетта отправилась прямиком на Портленд-Плейс. Девица на ресепшен помахала ей конвертом:

– Мисс Армстронг, вам кто-то оставил сообщение.

Но Джульетта прошла мимо не останавливаясь, словно девицы и не было. Хватит уже сообщений. Она дошла до кабинета Прендергаста и постучала в дверь. Он сидел за столом в одиночестве, но запах мускатного ореха и старой церкви – запах фройляйн Розенфельд – еще висел в воздухе, будто она вышла только что.

– Я кое-что написала, – сказала Джульетта. – Рекомендательное письмо для Лестера Пеллинга. «По месту предъявления. Мистер Пеллинг – отличный работник…» – в таком духе. – Она вручила письмо Прендергасту. – Я его подписала, – может быть, вы тоже подпишете?

Она легко могла бы подделать его подпись – чужие подписи ей всегда удавались, – но решила, что лучше не рисковать. Лестер был честный до безобразия мальчик, пострадавший из-за ее собственной халатности. «Ей следовало быть осторожней». Она хотела хоть раз в жизни поступить порядочно по отношению к другому человеку.

– О, с удовольствием! – горячо сказал Прендергаст, подписываясь с росчерком. – Вы молодец, что об этом подумали. Я сам должен был бы написать ему рекомендацию, не дожидаясь напоминаний. Он был хороший мальчик.

– Да, он был хороший мальчик. Точнее, он и сейчас хороший мальчик.

Выходя, Джульетта замешкалась в дверях. Она хотела что-нибудь сказать Прендергасту. Может быть, что-нибудь про идеализм, хотя он был бы против очередного «изма». А может, посоветовать ему скорее жениться на фройляйн Розенфельд. Она представила себе их совместное будущее – как они ходят на чужие похороны и читают друг другу Честертона. Но она сказала лишь:

– Ну что ж, мне пора. «Прошлые жизни» бедняжки Джоан и все такое.

Рекомендательное письмо для Лестера она положила в конверт и отдала секретарше:

– Найдите адрес Лестера Пеллинга и отправьте это в отдел корреспонденции.

Прежде чем отдать конверт, она нацарапала на обороте: «Лестер, желаю удачи. Джульетта Армстронг».



В коридоре она столкнулась с Георгиной.

– Мисс Армстронг! – пропела та. – Куда вы идете?

– К глазному врачу, Георгина. Вы же знаете, у меня головные боли.

– Мисс Армстронг, вернитесь!

В голосе Георгины зазвенели новые нотки, неподобающе властные для дочери священника. Она приняла стойку уикет-кипера в крикете, преграждая Джульетте путь к ресепшен.

Так, значит, она и вправду работает на Службу, подумала Джульетта и отпихнула ее со словами:

– Георгина, я вас умоляю – неужели вы думаете, что меня это остановит?

Она мчалась к парадной двери, слыша за спиной удаляющийся голос:

– Мисс Армстронг! Мисс Армстронг!



У Джульетты был план побега. Выход. С самого утра сегодня она положила чемодан в камеру хранения на вокзале Виктория. Кроме одежды, в нем было несколько вещей, дорогих по воспоминаниям, – кое-какие вышивки матери, фотография самой Джульетты с Лили и Сирилом, снятая Перри, и кофейная чашечка с обетованной Аркадией.

Сейчас Джульетта укрылась в чайной на вокзале Виктория, где собиралась сесть на поезд до Гар-дю-Нор. Она купила билет первого класса, чтобы в Дувре не пришлось сходить с поезда и снова в него садиться, рискуя привлечь внимание людей из Службы или людей Мертона. Из Франции она проберется в какую-нибудь нейтральную страну – очевидным вариантом была Швейцария. Куда-нибудь, где никто не будет заявлять на нее права. Где ей не придется быть ни на чьей стороне, кроме своей собственной.

Она хотела сесть в вагон в последнюю минуту. Вот нужный момент наступил, и она прошла на перрон, откуда уходил поезд к парому через Ла-Манш. Люди еще толпились на перроне, впитывая общую атмосферу предвкушения, какая всегда бывает при отправлении поезда на континент. Паровоз развел густейшие пары, и кондуктор подгонял носильщиков, загружающих в поезд последние чемоданы.

Их было двое. Громоздкие типы в плохо сидящих костюмах. Они целенаправленно двинулись к ней, когда кондуктор уже начал захлопывать двери.

– Мы должны сопроводить вас, – сказал один из них, и они схватили Джульетту за руки.

О боже, теперь фламинго – это я, подумала она.

– Куда сопроводить? – спросила она, когда они потащили ее прочь от поезда.

Она не знала, на кого они работают, но это было совершенно не важно. Может быть, они собирались отвезти ее в Москву, а может – в загородный дом где-нибудь в Кенте. А может, просто куда-нибудь в укромный уголок, чтобы там прикончить.

Тут паровоз начал выпускать пар с душераздирающим свистком, и в то же время из ниоткуда появилась спасительница Джульетты. Нелли Варга. Она принялась без разбору осыпать ударами Джульетту и ее сторожевых псов. Псы слегка растерялись, когда на них напала сумасшедшая маленькая женщина, вопящая что-то на непонятном языке. Пока они возились с Нелли, Джульетта не упустила случая.

Она была оленем. Она была стрелой. Она была королевой. Она была единством и борьбой. Она побежала.



Она добежала до моста Воксхолл, когда рядом взревел мотор и завизжали тормоза. Открылась пассажирская дверь, и Перри сказал:

– Залезайте.



– Я не мог допустить, чтобы они вас забрали. Они – волки, все до единого.

– А вы тоже волк?

– Одинокий. – Он засмеялся.

Он довез ее не до Дувра, но до самого Лоуэстофта. Когда они прибыли на место, уже стемнело. Они поели жареной рыбы и выпили пива в пабе для матросов траулеров у порта.

– Откуда вы знали, где я окажусь? – спросила она.

– Мне сказала маленькая птичка.

Он предложил ей сигарету.

– О, так вы все-таки курите.

– Мне вас не хватало, мисс Армстронг.

– Мне тоже вас не хватало, мистер Гиббонс.

Сладостное и невыносимо острое чувство.

– И это пройдет, – сказал он и поднес ей зажигалку.



Он договорился, что ее возьмут пассажиркой на рыболовный траулер, и оплатил проезд. Капитан согласился на рассвете перевезти ее в Голландию.

– Я думаю, там как раз можно будет сбыть те бриллиантовые серьги, – сказал Перри.

Я думала, у меня столько секретов, подумала Джульетта. А оказывается, они были всем известны.

– Боюсь, что я просто заурядная воровка.

– Не заурядная. Я бы даже сказал, чрезвычайно незаурядная.

– А у вас не будет неприятностей? Если узнают, что вы мне помогли?

– Не узнают.

Видимо, даже после инфракрасного слоя есть еще какие-то слои. Тайны поверх тайн.

– Перри, на чьей вы стороне?

– На вашей, мисс Армстронг. Вы ведь моя девушка.

То была ложь, но очень милая, и Джульетта мысленно поблагодарила его за это. У него всегда были такие хорошие манеры. Она полагала, что вопрос даже не в том, кто на чьей стороне. Наверняка все гораздо сложнее.



Они провели ночь в пансионе, лежа одетыми поверх покрывала на кровати. Мраморные скульптуры на крышке саркофага – в самый последний раз.

Когда занялся холодный рассвет, Перри проводил ее к гавани. Он сунул ей конверт с деньгами («На первое время»), – а затем расцеловал в обе щеки:

– Главное слово, мисс Армстронг, – мужество.

И она поднялась на борт. Там воняло рыбой и машинным маслом, и экипаж не знал, как к ней относиться, поэтому по большей части ее игнорировали.



Она проведет за границей тридцать лет, а когда вернется, то вернется уже в совершенно другую страну. Ее жизнь за эти годы будет интересной, но не чрезмерно. Она будет счастлива, но не чрезмерно. Так и должно быть. После войны – долгий мир.

Она будет жить в Равелло, когда за ней придут. Постучат в дверь, и на пороге обнаружатся двое мужчин в сером, и один из них скажет:

– Мисс Армстронг? Мисс Джульетта Армстронг? Мы должны отвезти вас домой.

Она только что посадила лимонное деревце и расстроилась, что не увидит его плодов.

Нужно заполнить пробелы, скажут они. Ей предстоят бесчисленные допросы. Ее свидетельство понадобится, чтобы осудить Мертона и «подвести черту». Мертон обладал непонятной неуязвимостью. Он получил рыцарское звание и был столпом общества. Но в конце концов слухи стали слишком сильны, и от них уже нельзя было отмахнуться. Он взлетел слишком высоко – и упал. Единственный возможный сюжет.

Имя Джульетты на суде не называлось, но, когда все кончилось, ее не выпустили из страны. «Мы хотели бы присматривать за вами, мисс Армстронг». Она не очень возражала. Маттео мог ее навещать, хотя девушка, с которой он был несчастен, всячески старалась помешать ему.

Оливера Аллейна к тому времени уже разоблачили – это произошло в 1954 году. Это для всех оказалось сюрпризом, даже для Джульетты. Он был ловок и умудрился сбежать. Последовали броские газетные заголовки и охота на него по всей Европе. Потом разоблачили еще двоих – дипломата из посольства в Вашингтоне и высокопоставленного сотрудника Министерства иностранных дел. Оливер Аллейн через год с большой шумихой всплыл в Москве.

Ходили упорные слухи, что был еще и пятый. Многие верили, что это Хартли, хотя Джульетта никогда так не считала. Над ним так и осталось висеть облачко подозрения, и, хотя доказательств не было никаких, его продвижение по службе затормозилось.

Перри продолжал работать на радио. Умер он при отчасти загадочных обстоятельствах в 1961 году. Годфри Тоби к тому времени давно уже снова ушел в тень. Говорили, что он перебрался в Америку. А может, и в Канаду.



Рыболовный траулер вышел из порта в дымный, туманный рассвет, суливший позже хорошую погоду. «Хамбер, Темза, северный, переходящий в юго-западный четыре-пять, хорошая». Джульетта пересекала Рубикон. Она была рада, что отплывает не из Дувра. Слишком сентиментальна была бы картина – удаляющиеся белые скалы, слишком явная метафора для чего-то такого, что Джульетта уже понимала не до конца. Эта Англия. Как вы думаете, стоит за нее драться? Да, подумала она. Разве есть какой-то другой ответ? Ну в самом-то деле?



Траулер подошел к выходу из гавани, готовый покинуть ее гостеприимные объятья. Волнорезы раскрылись, как челюсти. Как рот, подумала Джульетта. Как рот. Крот. Ирония на прощание от родной страны. И на одном волнорезе, медленно выплывая из утреннего тумана и обретая четкость по мере приближения, стоял безошибочно узнаваемый Годфри Тоби.

Не он ли – та маленькая птичка, что рассказала Перри, где ее искать? Может, Годфри ее спас? Или предал? Кто он – «ихний» или «наш»? То и другое? Ни то ни другое? Джульетта поняла, что конца вопросам не будет. Великая Энигма. Как тогда, много лет назад, выразился Хартли? «Годфри Тоби – мастер дымовых завес. В его дыму очень легко заблудиться».

Он приподнял шляпу, приветствуя Джульетту. Она молча отсалютовала в ответ. Он приподнял и опустил трость. Посох Просперо, подумала Джульетта. Годфри – великий маг. Церемониймейстер.

Словно по сигналу, туман сомкнулся вокруг него, и он исчез.

1981

Невидимый свет

– «Эта Англия», – пробормотала она.

– Мисс Армстронг! Вы меня слышите?

Она быстро угасала. Ее жизнь – воспоминание. Ей захотелось в последний раз увидеть сына. Заповедать ему, чтобы он прожил свою жизнь хорошо. Сказать, что она его любит. Сказать ему, что ничто не имеет значения и что это – свобода, а не бремя.

Она была одна. Уже не на Уигмор-стрит, а в самом начале спуска по длинному темному тоннелю.

– Мисс Армстронг!

Голос у нее в голове – возможно, ее собственный – сказал: «Спокойной ночи, дети, где бы вы ни были». Это ее неожиданно утешило.

– Мисс Армстронг? Что она сказала?

– Кажется, «все в порядке».

– Мисс Армстронг! Мисс Армстронг!

От автора

Очень приближенно, на каждый факт из этой книги, который можно считать историческим, приходится один авторский вымысел. Мне хочется думать, что по большей части читателям не удастся отличить одно от другого. Я говорю это лишь для того, чтобы меня не обличали в ошибках. В книге много неточностей, но они все намеренные. После множества бесед с собственной совестью я дала себе карт-бланш и стала выдумывать все, что мне хотелось, – прерогатива беллетриста, я полагаю. Если бы меня попросили описать этот процесс, я сказала бы, что разъяла историю на части и вновь сложила вместе, пустив в ход воображение. (И да, я действительно впала в легкую одержимость исторической прозой, что мне нисколько не помогло.)

Несмотря на все вышесказанное, сюжет «Хозяйки лабиринта» основан на реальных событиях – собственно говоря, толчок моей фантазии дал один из выпусков документов, которые МИ-5 периодически передает в Национальный архив. Документы, за которые зацепился мой глаз (приношу свои извинения Джульетте), касались агента времен Второй мировой войны, известного как Джек Кинг. (В этих документах его почти всегда именовали просто Джеком.) Личность Джека наконец, после многих лет гаданий и предположений, была раскрыта. Это оказался Эрик Робертс, обыкновенный с виду банковский клерк, живший с семьей в Эпсоме.



В деле есть письмо из Вестминстерского банка, вопрошающее, почему (они совершенно явно подразумевали «почему, ради всего святого») Служба безопасности интересуется совершенно непримечательным сотрудником. «Каковы особенные и отличные квалификации мистера Робертса, делающие его пригодным для работы национальной важности, ибо мы не смогли обнаружить за ним таковых?» (Это письмо каждый раз приводит меня в восторг.)

На самом деле Робертс к тому времени уже давно работал на МИ-5, внедряясь в профашистские круги, и по его CV видно, что это человек незаурядный: например, он отлично владел дзюдо (и был членом Англо-японского общества дзюдоистов) и знал несколько языков – испанский, французский и «слабо» португальский, итальянский и немецкий.

Новая операция, для которой затребовали Робертса (курирующим офицером был Виктор Ротшильд), состояла в организации наблюдения за пятой колонной и любыми задуманными ею подрывными действиями. Робертс притворялся агентом гестапо и в квартире недалеко от Эджвер-роуд встречался со многими британскими фашистами, сообщавшими ему о других симпатизирующих немцам. Кое-кому (например, Марите Перигоу) за эту деятельность платили, но большинство служило Третьему рейху из убеждений. Только служили они вовсе не Третьему рейху, поскольку Джек всю доставленную ему информацию сливал Службе безопасности. Эта операция нейтрализовала практически всю британскую пятую колонну, и важным сведениям (среди огромного объема шлака) не дали утечь в Германию. Хотя, надо сказать, при последующем анализе стало ясно, что пятая колонна была относительно не важна на фоне общей картины.

От встреч Джека Кинга с информаторами остались расшифровки записей – когда их читаешь, захватывает дух. Хотя начала я с личности Джека, расшифровки скоро заворожили меня. В публичных архивах нет сведений о том, кто их печатал, – по-видимому, это был в основном один и тот же человек («девушка», разумеется). Поскольку я сама когда-то занималась транскрибированием аудиозаписей, то почувствовала некую общность с этой неизвестной машинисткой. Особенно когда изредка меж строками протоколов замечала проблески ее собственной личности.



Когда эти документы были переданы в Национальный архив, я как раз читала недлинную книгу воспоминаний Джоан Миллер (не самой надежной рассказчицы, как я полагаю). Джоан Миллер была одной из агентесс Максвелла Найта, внедрившихся в «Правый клуб» – еще одно объединение представителей пятой колонны. Я решила, что интересно будет скрестить в художественном вымысле «дело Джека» и операцию, которую проводил Максвелл Найт из квартиры в «Долфин-Сквер», где с ним работала и Джоан Миллер. (Она также и жила с ним, хотя этому союзу недоставало кое-чего весьма существенного.) Джоан Миллер – не Джульетта Армстронг, но кое-какие приключения у них общие.

Эрик Робертс, Максвелл Найт, «миссис Амос» (Марджори Мэкки), Хелен де Мунк, капитан и миссис Рэмзи, Анна Волкова (Волкофф), Тайлор Кент – все эти люди своим незримым присутствием подтолкнули мой рассказ в определенную сторону, но в персонажах и событиях книги от них остались лишь тени и оттенки. (Хотя в книге мимоходом фигурирует настоящая Анна Волкова, да и мисс Диккер, реальная заведующая женским персоналом Службы, тоже мелькает на страницах.) В закоулках моей книги обитают и призраки кембриджских шпионов, а кое-какие выходки Перри основаны на подлинных дневниках Гая Лидделла. Нелли Варга и Лили – крохотный кивок в сторону двойного агента Натальи (Лили) Сергеевой (псевдоним Сокровище) и ее собаки, которую, по разным источникам, звали Фриссон или Бэбс (лично я предпочитаю Бэбс) и которая умерла, находясь в карантине, куда ее сдали сотрудники МИ-5. Смерть собаки привела Сокровище в ярость. Сергеева, как и многие ее современники, прожила чрезвычайно интересную жизнь.



То же относится и к описаниям Би-би-си, хотя здесь я дала значительно больше воли своей фантазии, за что прошу прощения у доблестных патриотов редакции программ для школьников. Некоторые – даже многие – упомянутые в книге программы существовали на самом деле, но несколько из них я придумала. Содержание передач я во многом восстанавливала по собственным детским воспоминаниям. Я вообще не собиралась вводить Би-би-си в свой роман, но по совпадению как раз прочитала шедевр Пенелопы Фицджеральд «Человеческие голоса»[60], а также перечитала мемуары Розмари Хорстманн[61] и решила, что две национальные твердыни должны выситься на этих страницах бок о бок. Моя мать в последние годы жизни дружила с Розмари, и я беззастенчиво – хотя и с величайшим пиететом – использовала факты из ее жизни. После войны Розмари начала работать в Манчестерской редакции Би-би-си, а затем, в 1950 году, переехала в Лондон и поступила в редакцию программ для школьников. История ее жизни полна ценнейших перлов, которые иначе были бы забыты. (В частности, носовое кровотечение Джульетты на самом деле произошло с пианисткой Гарриет Коэн.) В начале пятидесятых Розмари перебралась на телевидение и прошла курсы продюсеров в «Александра-палас». Одновременно с ней там учился молодой Дэвид Аттенборо. При работе над этой книгой меня удивляло не то, что столь многое осталось в памяти и было документировано, а то, что столь многое потеряно и забыто. Я вижу свою задачу в том, чтобы заполнить пробелы. Другие могут видеть ее иначе.

Как я ни билась, в МИ-5 не согласились поговорить со мной о технических подробностях расшифровки прослушек во время войны (и это хорошо, что наши секретные службы предпочитают хранить свои секреты). Поэтому я «позаимствовала» оборудование для прослушки из арсенала «комнаты „M“» в Трент-Парке, хотя там операция велась со значительно большим размахом. (Подробная инвентарная опись хранится в Национальном архиве.)



Сами расшифровки, за исключением редких цитат, я сфабриковала, но они очень похожи на настоящие тематикой, характером реплик и так далее. Перерывы на печенье, светские разговоры, технические неполадки – все это подлинное, как и бесчисленные «нрзб». Идея Труди о том, что труп можно спрятать в угольном люке, на самом деле принадлежит Марите Перигоу, хотя она не называла конкретно клуб «Карлтон». (Клуб этот разбомбили во время Блица, так что идея спрятать в нем труп была бы удачной.) Многие технические подробности работы над передачами в Би-би-си тоже основаны на воспоминаниях Розмари, а также на «Истории редакции школьных программ» и могут содержать неточности и анахронизмы (но достаточно близки к реальности). Я оставляю за собой право на художественный вымысел.

Я была уверена, что романом «Человеческие голоса» Пенелопа Фицджеральд закрыла тему Би-би-си военных времен (разве можно написать об этом лучше?), но Роджер Хадсон познакомил меня с замечательными мемуарами Джорджа Бирдмора «Штатские на войне»[62], и после этого, а также после знакомства с «Шумом и яростью» Мориса Горэма[63] я поняла, что огромный материал остался у меня неохваченным. (В особенный восторг меня привел рассказ Джорджа Бирдмора о том, как он сидел у двери центральной пультовой Би-би-си с заряженным охотничьим ружьем, готовый защищать звуковое оборудование ценой собственной жизни.) К сожалению, для меня было уже слишком поздно, но я горячо рекомендую труд Бирдмора любому, кто хочет прочитать внятный и выразительный рассказ о жизни в военном Лондоне. (В конце моей книги приведен сокращенный библиографический список для тех, кому интересны материалы, служившие мне источником фактов и вдохновения.)



И наконец, последние извинения – управляющему жилым комплексом «Долфин-Сквер», показавшему мне квартиру. Я явилась туда под видом потенциальной квартиросъемщицы. Впрочем, возможно, что мой энтузиазм при виде оригинального камина меня отчасти выдал.

Список литературы[64]

Andrew, Christopher, The Defence of the Realm: The Authorized History of MI5 (Penguin, 2009). / Эндрю, Кристофер. Защищая королевство: авторизованная история МИ-5.

Fry, Helen, The M Room: Secret Listeners Who Bugged the Nazis in WW2 (Marranos Press, 2012). / Фрай, Хелен. Комната «М»: Люди, которые тайно подслушивали нацистов во время Второй мировой.

Pugh, Martin, Hurrah for the Blackshirts! (Jonathan Cape, 2005). / Пью, Мартин. Ура чернорубашечникам!

Quinlan, Kevin, The Secret War between the Wars (Boydell Press, 2014). / Куинлен, Кевин. Тайная война в межвоенный период.

Saikia, Robin (ed.), The Red Book (Foxley Books, 2010). / Сайкиа, Робин (ред.). Красная книга.

West, Nigel, MI5 (Stein and Day, 1982). / Уэст, Найджел. МИ-5.

Carter, Miranda, Anthony Blunt: His Lives (Macmillan, 2001). / Картер, Миранда. Энтони Блант: Его жизни.

Masters, Anthony, The Man Who Was M: The Life of Maxwell Knight (Basil Blackwell, 1984). / Мастерс, Энтони. Человек, которого звали М.: Жизнь Максвелла Найта.

Miller, Joan, One Girl’s War (Brandon, 1986; originally published 1945). / Миллер, Джоан. Война одной девушки.

Rose, Kenneth, Elusive Rothschild (Weidenfeld and Nicolson, 2003). / Роуз, Кеннет. Неуловимый Ротшильд.



West, Nigel (ed.), The Guy Liddell Diaries, Vol. 1: 1939–1942 (Routledge, 2005). / Уэст, Найджел (ред.). Дневники Гая Лидделла, том 1: 1939–1942.

Lambert, Sam (ed.), London Night and Day (Old House, 2014; originally published 1951 by the Architectural Press). / Лэмберт, Сэм (ред.). Лондон ночью и днем.

Panter-Downes, Mollie (ed. William Shawn), London War Notes, 1939–1945 (Farrar, Straus and Giroux, 1971). / Пэнтер-Даунс, Молли (под ред. Уильяма Шона). Лондонские военные записки, 1939–1945.

Sweet, Matthew, The West End Front (Faber and Faber, 2011). / Суит, Мэтью. Вест-Эндский фронт.

Bathgate, Gordon, Voices from the Ether: The History of Radio (Girdleness Publishing, 2012). / Батгейт, Гордон. Голоса из эфира: История радио.

Briggs, Asa, The Golden Age of Wireless: The History of Broadcasting in the United Kingdom, Vol. 1 (OUP, 1995). / Бриггс, Эйса. Золотой век радиопередач: История вещания в Соединенном Королевстве.

Compton, Nic, The Shipping Forecast (BBC Books, 2016). / Комптон, Ник. Корабельный прогноз.

Higgins, Charlotte, The New Noise: The Extraordinary Birth and Troubled Life of the BBC (Guardian Books, 2015). / Хиггинс, Шарлотт. Новый шум: Удивительное рождение и бурная жизнь Би-би-си.

Hines, Mark, The Story of Broadcasting House (Merrell, 2008). / Хайнс, Марк. История Дома вещания.

Murphy, Kate, Behind the Wireless: A History of Early Women at the BBC (Palgrave, 2016). / Мерфи, Кейт. По ту сторону приемника: Женщины на Би-би-си в ранние годы.

Palmer, Richard, School Broadcasting in Britain (BBC, 1947). / Палмер, Ричард. Радиовещание для школьников в Британии.

Fitzgerald, Penelope, Human Voices (Flamingo, 1997; originally published 1980). / Фицджеральд, Пенелопа. Человеческие голоса.

Gorham, Maurice, Sound and Fury: Twenty-One Years in the BBC (Percival Marshall, 1948). / Горэм, Морис. Шум и ярость: Двадцать один год на Би-би-си.



Horstmann, Rosemary, Half a Life-Story: 1920–1960 (Country Books, 2000). / Хорстманн, Розмари. История половины жизни: 1920–1960.

Shapley, Olive, Broadcasting a Life (Scarlet Press, 1996). / Шепли, Олив. Передавая жизнь.

Beardmore, George, Civilians at War (OUP, 1986). / Бирдмор, Джордж. Штатские на войне.

de Courcy, Anne, Debs at War (Weidenfeld and Nicolson, 2005). / Де Курси, Энн. Дебютантки на войне.

Из Национального архива

KV-2-3874 (The transcriptions of Jack King’s conversations with his fifth-columnist informers). / Расшифровки бесед Джека Кинга с его информаторами из пятой колонны.

KV-4-227-1 (History of the MS, the Jack King operation). / История MS, операции Джека Кинга.

WO-208-3457, 001-040 (Inventory of the recording equipment used in the M Room). / Инвентарная опись звукозаписывающей аппаратуры, использованной в комнате «М».

KV-2-3800 (The Marita Perigoe case). / Дело Мариты Перигоу.

KV-2-84, 1–4 (The Anna Wolkoff case). / Дело Анны Волковой.

DVD

Death at Broadcasting House (Studiocanal). / Смерть в Доме вещания

BBC: The Voice of Britain, Addressing the Nation (GPO Film Unit Collection, Vol. 1, BFI, 2008). / Би-би-си: Голос Британии. Обращаясь к народу.

Благодарности

Подполковнику М. Кичу, кавалеру медали Британской империи, Королевский корпус связи (в отставке).

Дэвиду Мэттоку – за некоторые сведения по географии срединных графств.

Сэму Халласу и знатокам из Клуба истории коммуникаций – за помощь с кодами районов в телефонных номерах 1940 годов.

Саймону Руку, заведующему архивом Би-би-си.

А также моему агенту Питеру Стросу, моему редактору Марианн Велманс, Элисон Бэрроу и всем сотрудникам издательства «Трансуорлд», превращающим мои листки в книгу.