Настройки шрифта

| |

Фон

| | | |

 

Феномен Лео Кастелли в чем-то схож с блистательной карьерой Уилсона. Кастелли тоже добился успеха в 1950-е гг. и достиг зенита славы в 1960-е. В 1967 г. отмечался десятилетний юбилей его профессиональной деятельности. Раздался хвалебный хор, воспевавший Кастелли – антрепренера, исследователя, первооткрывателя, не боящегося идти на риск, законодателя рынка и миссионера. В Нью-Йорке его репутация в СМИ, пожалуй, даже превосходила реноме Питера Уилсона. Многие и многие стремились на открытия выставок в его галерее и мечтали, чтобы их там заметили. Именно благодаря Кастелли и его сотрудничеству с музейными кураторами и критиками американская публика стала более чутко и глубоко воспринимать искусство, а в стране сложилась атмосфера, в которой художники, подобные Уорхолу, могли делать то, что им лучше всего удавалось, то есть наслаждаться собственной знаменитостью. Кастелли среди прочего изобрел и образ художника как рок-звезды. Впрочем, создал он и образ арт-дилера как рок-звезды. Кастелли был франтоватым, утонченным, обаятельным дамским угодником, безжалостно очаровывавшим всех представительниц прекрасного пола. Энди Уорхол описывает другую вечеринку, устроенную в марте 1977 г., уже по случаю двадцатилетия профессиональной деятельности Кастелли, и печально замечает: «Все девицы почему –то в него влюбляются».

Кастелли на удивление долго сохранял здоровье, силы и энергию, он скончался в 1999 г. Однако многим казалось, что в старости он сдал и что больший динамизм теперь отличает дилеров помоложе. Стала раздаваться критика в его адрес. Роберт Хьюз писал о нем героическим дистихом:


Под старость лет его смутился дух,
И зренье заменил Кастелли слух.


Давний союзник Кастелли, влиятельный музейный куратор Генри Гельдцалер предположил, что миф о Кастелли несколько преувеличил его репутацию, что он-де не отправлялся на поиски новых художников в надежде обнаружить неизвестное дарование, что ему приводили их другие и что «он просто был достаточно образован, чтобы понимать, насколько талантлива картина, которую ему показывают». Иными словами, заслуга Кастелли якобы состоит только в том, что он элегантно преподносил публике найденное кем-то другим. Затем прозвучал вердикт Арнольда Глимчера. Он назвал Кастелли первой «знаменитостью среди арт-дилеров, поставляющих искусство знаменитостям», и сделал вывод, что роль знаменитости удавалась Кастелли лучше, чем роль дилера: «Лео был неподражаем, когда устраивал у себя богемные вечеринки, но дилер из него получился так себе. Он продавал слишком много работ в одни руки. Если вы дружили с ним, то автоматически превращались в члена его клуба. Если нет, то нет. Лео всегда стремился в высшее общество, даже если делал это с большим вкусом». «Его интересовали не столько деньги, сколько власть, – вспоминает куратор Роберт Сторр. – Он был торговцем, наподобие торговцев предметами роскоши, которые гарантируют клиентам качество и марку. Лео отличали европейские манеры и американская смелость».

Кроме того, удержать власть над целой могущественной дилерской сетью ему помогали связи с множеством собратьев по ремеслу. Повсюду в Европе и Америке у него были союзники, он поддерживал контакты с галереями в разных частях света, от Лондона до Кёльна и Турина, а также Лос-Анджелеса, Далласа и Майами. Он поставлял им работы своих художников, а через них устанавливал связи с мировым сообществом коллекционеров и директоров музеев. Он отдавал себе отчет в том, что будущее успешного арт-дилерства, особенно специализирующегося на современном искусстве, – в глобализации торговли. Как и Питер Уилсон, он был убежден, что продажу предметов искусства радикально изменят новые технологии, в том числе перелеты на реактивных самолетах и быстрая передача изображений и информации. «Вы можете переслать фотографию картины электронным способом в Москву, и вам сразу же переведут через Интернет деньги! – говорит Ларри Гагосян. – Жаль, что Лео не дожил до этого, то-то бы он порадовался!» По собственному признанию, Гагосян многому научился у Кастелли, иногда его считают наследником Лео. В том числе он устраивает в традициях Кастелли чрезвычайно впечатляющие выставки музейного уровня, которые отличает глубокая, исторически оправданная подготовка материала и которые сопровождаются изданием великолепных каталогов, составленных лучшими учеными.

Кастелли не только установил полезные контакты с арт-дилерами по всему миру, но и применил инновационный подход дома: в сентябре 1971 г. он открыл огромные новые залы в доме четыреста двадцать по улице Вест-Бродвей, признав тем самым, что, если арт-дилер хочет выставлять не только картины, ему требуется не просто традиционная галерея, а «пространство». Он настолько увлекся этим новым направлением деятельности, что в 1977 г. даже закрыл свою прежнюю галерею. Однако к 1980-м гг., как и в случае с Уилсоном, прекрасная мечта Кастелли начала рассеиваться. Художники стали его бросать: сначала к Нёдлеру переметнулся Раушенберг, потом к Глимчеру – Дональд Джадд и Джулиан Шнабель. «В первый же год я заработал на Шнабеле девять миллионов долларов», – скромно отмечал Глимчер. Едва ли известие о таких прибылях могло утешить Кастелли. Однако более всего обидела Кастелли продажа «Трех флагов» Джаспера Джонса из коллекции Тремейнов: «Три флага» купил Музей Уитни за миллион долларов при посредстве Глимчера. Кастелли почувствовал себя оскорбленным, тем более что на протяжении всей своей жизни всячески поддерживал Джонса и популяризировал его творчество, а с Тремейнами его как будто связывали дружеские отношения. Он полагал, что честь продать «Три флага» должна была принадлежать ему. Рано или поздно подобный момент наступает в жизни любого арт-дилера, даже лучшего: его предает высокоценимый клиент, и он понимает, что, с точки зрения большинства, деньги важнее личной преданности.

Америка, которую Лео Кастелли впервые увидел в начале 1940-х гг., сильно отличалась от той, что он оставил в год своей смерти, в 1999-м. Кирк Дуглас вспоминает, как в 1956 г. реагировал Джон Уэйн, узнав, что Дуглас сыграл главную роль в биографическом фильме «Жажда жизни», посвященном Ван Гогу. «Слушай, Кирк, – раздраженно воскликнул он, – зачем ты согласился на эту роль? Таких, как мы, осталось немного. Мы должны играть сильных, стойких героев. А не каких-то слабаков и извращенцев». Боб Манк, десять лет проработавший у Кастелли, вспоминает, что «до конца 1960-х – начала 1970-х гг. американское общество оставалось довольно мещанским, и мужчину, который цитировал поэзию или созерцал картины, в Америке часто считали женоподобным пижоном. Но Лео доказал множеству бизнесменов, что можно служить олицетворением мужественности и при этом любить искусство и литературу, что можно смотреть бейсбол и ценить Джаспера Джонса».

Более того, благодаря Кастелли повешенная на стену картина Джонса, Лихтенштейна или Уорхола теперь воспринимается как утверждение незыблемых ценностей американской культуры, и преданность этому культурному идеалу теперь, с точки зрения американцев, отнюдь не исключает членства в гольф-клубе. И все это потому, что Джонс, Лихтенштейн и Уорхол были художниками, о которых слышали многие финансисты. С одной стороны, они были модными, они были американцами, а с другой – их имена обладали финансовым могуществом, подобно валюте. И валюте довольно твердой, вселяющей уверенность. Немногие арт-дилеры могут похвастаться теми же достижениями, что и Кастелли.

17. Передовые рубежи

В XXI в. арт-дилеры вышли на следующий рубеж: сегодня такие крупные дилеры, как «Пейс», «Гагосян» и «Белый куб», достаточно богаты, чтобы превратить свои галереи в подобие музеев современного искусства. Они устраивают выставки на уровне, который сделал бы честь любому известному музею, и показывают зрителям ценные предметы искусства, на время предоставленные музеями и создающие контекст и фон двум-трем вещам, выставляемым на продажу. Структура и охват их деятельности соответствуют нынешней глобализации: они привлекают еще не снискавшие известность таланты, предлагая им выставки в собственных залах в Нью-Йорке, в Лондоне или в Риме, в Мумбаи, в Сан-Паулу или в Гонконге. Их сотрудники сидят, прильнув к мониторам, за столами, поставленными в ряд, как в трейдерском зале на бирже. Их операции под стать серьезным коммерческим сделкам. Часто они продают еще не написанные картины; когда известные художники открывают выставки своих новых работ в ведущих галереях, оказывается, что почти все они уже заранее проданы коллекционерам, которые в лучшем случае лишь мельком видели их и даже точно не знают, что именно они приобрели. Нельзя сказать, чтобы эта система, предполагающая привилегированный доступ к творениям художника, вызывала бурный восторг у всего художественного мира. «Напыщенные, жаждущие власти и нестерпимо снисходительные, эти законодатели хорошего вкуса уместнее смотрелись бы в амплуа вышибалы у дверей ночного клуба, решая, кого пустить, а кого нет», – писал Чарльз Саатчи в 2009 г. В зависимости от вашего восприятия личности Саатчи, это высказывание можно интерпретировать как cri de coeur[25] измученного коллекционера или как акт непокорности в борьбе за власть, разгоревшейся между арт-дилерами различных типов.

Однако, хотя под влиянием чрезвычайно проницательных, обладающих незаурядным даром убеждения и коммерческой хваткой дилеров современный арт-рынок стал более безжалостным и беспощадным, все происходящие на этом рынке события окутала завеса тайны, и именовать их отныне принято с помощью эвфемизмов. Те, кто покупает и продает предметы искусства с целью получения прибыли, отныне величают себя не «дилерами», а «кураторами» или «галеристами»; иногда они называют себя «арт-профессионалами». «Кураторство» – звучит благородно и возвышенно. Именно этим занимаются сотрудники музеев. Куратор – что-то вроде контролера, проверяющего качество, и не ради денег, а лишь ради наслаждения от совершенного предмета искусства, от лучших, с любовью собранных коллекций. Само представление о кураторстве в XXI в. весьма расширилось и стало охватывать многие сферы, где найдется место честолюбцам. Появились кураторы не только музеев, выставок и художественных течений, но и кураторы кулинарных блюд (работающие в самых «продвинутых» нью-йоркских ресторанах), и даже кураторы публики. В Нью-Йорке можно встретить хозяек светских салонов, которые абсолютно серьезно говорят о том, какое удовольствие доставляет им «курирование вечеров, раутов и приемов». Если же начинаете именовать себя «куратором», будучи арт-дилером, то по статусу приближаете свою галерею к музею. Размывание границ между этими учреждениями культуры и есть современный идеал арт-дилерства. Осознавая, что мечта о покупке музейных экспонатов неосуществима, вы как минимум можете обставить свою трансакцию самым что ни на есть «музейным образом».

Кроме того, арт-дилеры величают себя «галеристами». Пусть Хайнц Берггрюн и возражал против этого обозначения, оно все чаще употребляется для описания арт-дилера – владельца галереи; стоит лишь помнить, хотя это и сбивает с толку, что нынешний галерист имеет в своем распоряжении не галерею, а «пространство». Этот термин лишен выраженного коммерческого оттенка и потому приятен на слух и позволяет вообразить обстановку, где можно сосредоточиться на восприятии искусства и забыть о низменной прибыли. По крайней мере, в теории. Арт-дилеры XXI в. упрочивают санитарный кордон, отказываясь «продавать» и «покупать» картины; они лишь «передают их в чужие руки» и «обретают», прибегая к терминам, в гигиенических целях очищенным от финансовых пятен и предполагающим, что сам процесс этой «передачи в чужие руки» имеет исключительно эстетическую природу и осуществляется филантропами, которые едва ли осознают разницу в цене приобретаемого предмета искусства и предмета искусства, привечаемого в родном, теплом доме. Случается, что сделка расстраивается из-за завышенных ожиданий дилера. Тогда, прибегая к эвфемизмам, говорят о том, что предлагающий картину или скульптуру «арт-профессионал» «опережает рынок».

В интересах повышения спроса арт-дилеры в тандеме с критиками разработали особый язык, ярко и наглядно описывающий творческий процесс, в который погружен художник. Образы этого «арт-языка» зачастую заимствованы из области военного дела («на переднем крае новаторских поисков»), или истории («важная веха в развитии»), или политики («радикальный пересмотр»). Художники же давным-давно отказались от «карьеры» и «творческого пути»; они лишь «совершают странствия» и «описывают траектории». «Совершая» это «странствие» или «описывая траекторию», они создают то, что принято обозначать квазирелигиозным термином «канон творчества», или корпус, или «совокупность опусов», или «отдельные опусы». Хотя в реальности дилеры продвигают современное искусство на рынке как тот или иной «бренд», это слово лучше не использовать. Здесь уместно что-то более возвышенное и торжественное. Поэтому наиболее типичные, легкоузнаваемые черты «бренда» принято описывать с помощью термина «икона», еще одного обозначения с религиозными коннотациями.

Ярмарки предметов искусства сейчас занимают значительное место в календаре «арт-событий». Ярмарки предметов искусства – ответный удар, наносимый дилерами аукционным домам с их устрашающей властью на рынке. На крупные международные ярмарки (в Базеле, в Майами, в Лондоне на «Фризе» демонстрируется современное и новейшее, а в Маастрихте – старинное искусство) свозят и предлагают вниманию европейских, американских и азиатских ценителей свои товары ведущие коммерческие галереи мира. Ярмарки предметов искусства – современный аналог антверпенского рынка «Панд» XV в. Их цель – повторить лихорадку и даже безумие популярной аукционной недели в Лондоне или Нью-Йорке. В их стенах действительно собирается множество богатых коллекционеров, кураторов, критиков и сотрудников музеев. В местном аэропорту один за другим приземляются дорогие частные самолеты. У местных ресторанов нет отбоя от посетителей, ведь если существует что-то, доставляющее современным дилерам большее удовольствие, чем искусство, которое они продают, то это вкусная еда и алкоголь. Самые успешные ярмарки умеют создать в среде коллекционеров атмосферу напряженного ожидания. Потенциальные покупатели максимально используют собственную репутацию и денежные средства, чтобы как можно раньше получить доступ к волнующим, еще неведомым предметам искусства, которые впервые предстанут взорам. Все стремятся первыми попасть в демонстрационный зал. На ярмарках кипит бурная художественная деятельность, прежде всего коммерческая, но не обходится и без сплетен, хвастовства и установления нужных контактов. Иногда туда приезжают и художники, хотя подобные арт-события могут причинить им психологическую травму: недаром воздействие ярмарок уподоблялось шоку, испытанному ребенком, который подсмотрел родительское соитие.

Роль тех, кто продвигает и продает современное искусство в XXI в., изначально была изобретена двести лет тому назад. Приход романтизма и героизация художника послужили для дилеров дополнительным стимулом предлагать картины на рынке не просто как декоративные объекты, а как отражение индивидуального творческого темперамента, возможно, даже гения. А глядя на царящий в модернизме хаос, полезно задать вопрос, насколько всевозможные «измы» придумывались или, по крайней мере, поощрялись дилерами для того, чтобы создавать художественные «бренды» и так затем воспитывать, поучать и ориентировать потенциальных покупателей. «Измы» успокаивают коллекционера: они одновременно формируют индивидуальный бренд художника как уникального, неповторимого творца и представляют его как часть коллективного бренда того или иного художественного течения, то есть среди других гениев. Вот потому-то один «изм» быстро сменяет другой: за романтизмом (Жерико, Делакруа, Гойя, пейзажи Тёрнера) следует реализм (Курбе), затем импрессионизм, он стремительно превращается в постимпрессионизм (Сезанна, Ван Гога и Гогена), а тот в свою очередь служит мостом к великим течениям раннего модернизма – экспрессионизму и кубизму. Одновременно появление иного направления, символизма, ведет к дадаизму и сюрреализму, а потом и к поп-арту. В первой половине XX в. экспрессионизм и кубизм порождают два совершенно разных типа абстрактного искусства: первый через посредство Кандинского мутирует в абстрактный экспрессионизм Джексона Поллока, второй – через посредство Малевича в чистый геометризм Арпа и Мондриана. Поэтому-то дилеры для удобства и распределили продаваемые картины по категориям, или брендам: в зависимости от их индивидуального создателя и от того художественного течения в развитии современного искусства, к которому он принадлежал. Таким образом, дилеры обрели решающее влияние на эволюцию современного искусства и его историографию. Снова приходит на ум максима Роберта Дженсена, касающаяся первых популяризаторов модернизма: «Контроль над арт-рынком означал контроль над историей».

На протяжении шестнадцати предыдущих глав этой книги мы пытались ответить на вопрос, заданный в предисловии: могут ли дилеры влиять на творчество художников? – и теперь отвечаем утвердительно: да, могут. Мы привели тому множество примеров: Эйленбург воздействовал на Рембрандта, Воллар – на Дерена, Гийом – на Модильяни, Поль Розенберг – на Пикассо. Но все это лишь отдельные эпизоды в карьерах названных художников; нельзя сказать, чтобы торговцы мертвой хваткой держали их за горло на протяжении всего творческого пути. По-прежнему нельзя отрицать, что великие живописцы создают великих торговцев, а не наоборот. Арт-дилеры также влияют на предпочтения публики в том, что касается искусства прошлого. Если они выступают как новаторы и первопроходцы, то учат публику воспринимать новое искусство: так, Дюран-Рюэль воспитал у зрителей вкус к импрессионизму, Канвейлер – к кубизму, Лео Кастелли – к послевоенному американскому искусству, и все они, каждый по-своему, внесли решающий вклад в развитие модернизма. Выигрывает ли искусство оттого, что иногда его развитие не просто в общих чертах задает, но даже направляет могущественная коммерция? Неужели это неизбежно? Можно ли считать деньги честной музой? Г ерберт Рид с удивлением писал о маршане и мемуаристе Рене Жампеле: «Он обладал обостренной чуткостью и восприимчивостью, которую нисколько не притупил долгий опыт торговли предметами искусства». Предположение, что долгие годы торговли картинами и скульптурами непременно притупят ваше эстетическое чувство, не выдерживает критики. Очень часто именно «долгий опыт торговли предметами искусства» обостряет взор и воспитывает вкус. «Многие арт-дилеры – ведущие мировые эксперты по творчеству тех художников, работами которых торгуют, – пишет Вальтер Файльхенфельдт. – Они постоянно и непосредственно сталкиваются с искусством и потому зачастую разбираются в нем лучше, чем музейные кураторы и профессора университетов». А еще можно добавить, что постоянная необходимость откликаться на вызовы рынка обостряет их суждения.

Однако если Рид имел в виду под «притупившимися» чувствами арт-дилеров не эстетическую, а моральную восприимчивость, то, возможно, он был не так уж не прав. История арт-дилерства пестрит безумствами и капризами, двуличием и коварством, но в ней находится место оригинальности, таланту, вдохновению, а иногда даже героизму.

Библиография

Предисловие

Assouline P. An Artful Life: A Biography of D. H. Kahnweiler, 1884-1979. New York: Fromm, 1991.

Feilchenfeldt W. By Appointment Only: Cézanne, Van Gogh and Some Secrets of Art Dealing. London: Thames & Hudson, 2006.

Hughes R. Nothing If Not Critical: Selected Essays on Art and Artists. London: Penguin Books, 1990.

Reitlinger G. The Economics of Taste: The Rise and Fall of Picture Prices, 1760-1960. London: Barrie and Rockliff, 1961.

1. Агенты и торговцы: продажа предметов искусства до 1700 года

Anderson C. M. The Flemish Merchant of Venice: Daniel Nijs and the Sale of the Gonzaga Art Collection. New Haven: Yale University Press, 2015.

Art Markets in Europe 1400-1800 / Ed. M North, D. Ormrod. Aldershot: Ashgate Publishing, 1998.

Auctions, Agents and Dealers: The Mechanisms of the Art Market, 1660-1830 / Ed. J. Turpin and A. Warren. Oxford: Archeopress, 2007.

Brown J. Kings and Connoisseurs: Collecting Art in Seventeenth-Century Europe. Princeton: Princeton University Press, 1995.

Ewing D. Marketing Art in Antwerp, 1460-1560 // Art Bulletin. December 1990.

Haskell F. Patrons and Painters: A Study in the Relations between Italian Art and Society in the Age of Baroque. New Haven: Yale University Press, 1980.

Lammertse F., Veen J. van der. Uylenburgh & Son, Art and Commerce from Rembrandt to De Lairesse, 1625-1675 / Trans. Y. Rosenberg, M Pearson, L. Richards. Zwolle; Amsterdam: Waanders Publishers/Rembrandt House Museum, 2006.

Marchi N. de, Miegroet H. J. van. Art, Value and Market Practices in the Netherlands // Art Bulletin. September 1994.

Montias J. M. Art Dealers in the Seventeenth-Century Netherlands // Netherlands Quarterly for the History of Art. 1 January 1988.

Pliny the Elder. The Natural History / Trans. J. Bostock, H. T. Riley. Vol. 5. London: George Bell and Sons, 1855-1857.

Stourton J., Sebag-Montefiore C. The British as Art Collectors from the Tudors to the Present. London: Scala Publishers, 2012.

2. Обманщики и ценители: XVIII век

Auctions, Agents and Dealers: The Mechanisms of the Art Market, 1660-1830 / Ed. J. Turpin, A. Warren. Oxford: Archeopress, 2007.

Farington J. The Farington Diary. 8 vols. London: Hutchinson & Co., 1922-1928.

Foote S. The Works of Samuel Foote, Esq. London: G. Robinson & Co., 1799.

Lewis L. Connoisseurs and Secret Agents in Eighteenth-Century Rome. London: Chatto & Windus, 1961.

Lippincott L. Selling Art in Georgian London: The Rise of Arthur Pond. New Haven: Yale University Press, 1983.

Mattick P. Art in its Time: Theories and Practices of Modern Aesthetics. London: Routledge, 2003.

McClellan A. Edme Gersaint and the Marketing of Art in Eighteenth-Century Paris // Art Bulletin. September 1996.

Pears I. The Discovery of Painting: The Growth of Interest in the Arts in England, 1680-1768. New Haven: Yale University Press, 1988.

SmentekK. Mariette and the Science of the Connoisseur in Eighteenth-Century Europe. Farnham: Ashgate Publishing, 2014.

Solkin D. Painting for Money: The Visual Arts and the Public Sphere in Eighteenth-Century England. New Haven: Yale University Press, 1993.

Stourton J., Sebag-Montefiore C. The British as Art Collectors from the Tudors to the Present. London: Scala Publishers, 2012.

The Development of the Art Market in England: Money as Muse, 1730-1900 / Ed. T. M Bayer, J. R. Page. London: Pickering and Chatto, 2011.

The Life and Letters of Gavin Hamilton / Ed. B. Cassidy. London; Turnhout: Brepols/Harvey Miller, 2011.

Vigee-Le Brun E. The Memoirs of Elisabeth Vigee-Le Brun / Trans. S. Evans. London: Camden Press, 1989.

Walpole H. Anecdotes of Painting in England. London: G. G. and J. Robinson, 1798.

3. Искусство спекуляции: Уильям Бьюкенен

Auctions, Agents and Dealers: The Mechanisms of the Art Market, 1660-1830 / Ed. J. Turpin, A. Warren. Oxford: Archeopress, 2007.

Buchanan W. Memoirs of Painting. London: R. Ackerman, 1824.

Farington J. The Farington Diary. 8 vols. London: Hutchinson & Co., 1922-1928.

Reitlinger G. The Economics of Taste: The Rise and Fall of Picture Prices, 1760-1960. London: Barrie and Rockliff, 1961. Sebag-Montefiore C. A Dynasty of Dealers: John Smith and successors, 1801-1924, a study of the art market in nineteenth-century London. Arundel: The Roxburghe Club, 2013.

Watson P. From Manet to Manhattan: the Rise of the Modern Art Market. London: Random House Publishing Group, 1992. William Buchanan and the Nineteenth-Century Art Trade: 100 Letters to his Agents in London and Italy / Ed. H Brigstocke. London: Paul Mellon Centre for Studies in British Art, 1982.

4. Эрнест Гамбар и рост популярности викторианского искусства

A Victorian Canvas: The Memoirs of W. P. Frith, RA / Ed. N. Wallis. London: Geoffrey Bles, 1957.

Flaubert G. L’Éducation Sentimentale. Paris: Michel Lévy, 1869.

Hamilton J. A Strange Business: Making Art and Money in Nineteenth-Century Britain. London: Atlantic, 2014.

Maas J. Gambart: Prince of the Victorian Art World. London: Barrie & Jenkins, 1975.

The Development of the Art Market in England: Money as Muse, 1730-1900 / Ed. T. M. Bayer, J. R. Page. London: Pickering and Chatto, 2011.

The Rise of the Modern Art Market in London, 1850-1939 / Ed. P. Fletcher, A. Helmreich. Manchester: Manchester Press, 2011.

5. Джозеф Дювин: коммерсант в амплуа художника

Behrman S. N. Duveen. London: Hamish Hamilton, 1952.

ClarkK. Another Part of the Wood: A Self-Portrait. London: Ballantine Publishing Group, 1974.

Cohen R. Bernard Berenson: A Life in the Picture Trade. New Haven: Yale University Press, 2013.

Fitz Roy C. The Rape of Europa: The Intriguing History of Titian’s Masterpiece. London, Bloomsbury Continuum, 2015. Fowles E. Memories of Duveen Brothers. London: Times Books, 1976.

Gimpel R. Diary of an Art Dealer / Trans. J. Rosenberg. London: Hodder & Stoughton, 1966.

Mary Berenson: A Self-Portrait from her Letters and Diaries / Ed. B. Strachey, J. Samuels. London: W. W. Norton and Co., 1985.

My Dear BB: The Letters of Bernard Berenson and Kenneth Clark, 1925-1959 / Ed. R. Cumming. New Haven: Yale Press, 2015.

Reitlinger G. The Economics of Taste: The Rise and Fall of Picture Prices, 1760-1960. London: Barrie and Rockliff, 1961. Secrest M. Duveen: A Life in Art. New York, Knopf, 2004.

Seligman G. Merchants of Art: Eighty Years of Professional Collecting. New York: Appleton-Century-Crofts, 1961.

Simpson C. Artful Partners: Bernard Berenson and Joseph Duveen. New York: Macmillan, 1986.

6. Династия Вильденстейн

Berggruen H. Highways and Byways. Yelverton Manor: Pilkington Press, 1998.

Goldstein M. Landscape with Figures: A History of Art Dealing in the United States. Oxford: Oxford University Press, 2000. Nicholas L. H. The Rape of Europa: The Fate of Europe’s Treasures in the Third Reich and the Second World War. New York: Knopf, 1994.

Wildenstein D., Stavrides Y. Marchands d’Art. Paris: Plon, 1999.

7. Продавец невиданного и неслыханного: Поль Дюран-Рюэль

Assouline P. Discovering Impressionism: The Life of Paul Durand-Ruel. New York: The Vendome Press, 2004.

Distel A. Impressionism: The First Collectors. New York: Harry N. Abrams, 1990.

Goncourt E., Goncourt J. Pages from the Goncourt Journal. London: Penguin, 1984.

Hook P. The Ultimate Trophy: How the Impressionist Painting Conquered the World. London: Prestel Publishing, 2009. Inventing Impressionism: Paul Durand-Ruel and the Modern Art Market / Ed. S. Patry. London: National Gallery Company, 2015.

MaupassantG. de. Bel-Ami. Paris: Victor-Havard, 1885.

Pissarro C. Letters to his Son Lucien. New York: Pantheon Books, 1943.

Paul Durand-Ruel: Memoirs of the First Impressionist Art Dealer / Ed. P.-L. Durand-Ruel, F. Durand-Ruel. Paris: Flammarion, 2014.

Renoir J. Renoir, My Father. London: Collins, 1962.

White H. C., White C. A. Canvases and Careers: Institutional Change in the French Painting World. New York: John Wiley & Sons, 1965.

8. Обогащение Амбруаза Воллара

Cassatt and her Circle: Selected Letters / Ed. N. M Matthews. New York: Abbeville Press, 1984.

Cézanne to Picasso: Ambroise Vollard, Patron of the Avant-Garde / R. A. Rabinow. New Haven: Press, 2006.

Feilchenfeldt W. By Appointment Only: Cézanne, van Gogh and Some Secrets of Art Dealing. London: Thames & Hudson, 2006.

Jensen R. Marketing Modernism in Fin-de-Siècle Europe. Princeton: Princeton University Press, 1994.

Letters of Roger Fry / Ed. D. Sutton. 2 vols. London: Chatto & Windus, 1972.

Taylor J. R., Brooke B. The Art Dealers. New York: Hodder & Stoughton, 1969.

Vollard A. Recollections of a Picture Dealer. London: Constable, 1936.

Wildenstein A. Catalogue Raisonné of the works of Odilon Redon. 4 vols. Paris: Wildenstein Institute, 1992-1998.

Wildenstein D., Stavrides Y. Marchands d’Art. Paris: Plon, 1999.

9. Даниэль-Анри Канвейлер: маршан, аскет и ригорист

Assouline P. An Artful Life: A Biography of D. H. Kahnweiler, 1884-1979. New York: Fromm, 1991.

Berggruen H. Highways and Byways. Yelverton Manor: Pilkington Press, 1998.

Bois Y.-A., Streip K. Kahnweiler’s Lesson: Cubism, African Art and the Arbitrariness of the Sign // Representations. April 1987.

Gee M. Dealers, Critics and Collectors of Modern Painting: Aspects of the Parisian Art Market, 1910-1930. New York; London: Garland Publishing, 1981.

Kahnweiler D. H. My Galleries and Painters / Trans. H Weaver. London: Thames & Hudson, 1971.

Letters of Juan Gris / Ed. D. Cooper. London: privately printed, 1956.

Richardson J. A Life of Picasso. 3 vols. London: Pimlico, 1991-2007.

Richardson J. The Sorcerer’s Apprentice: Picasso, Provence and Douglas Cooper. New York: Knopf, 1999.

10. Лис и креветка: братья Розенберг

Fitzgerald M. Making Modernism: Picasso and the Creation of the Market for Twentieth-Century Art. New York: Farrar Straus & Giroux, 1994.

Gimpel R. Diary of an Art Dealer / Trans. J. Rosenberg. London, Hodder & Stoughton, 1966.

Letters of Roger Fry / Ed. D. Sutton. 2 vols. London: Chatto & Windus, 1972.

Richardson J. A Life of Picasso. 3 vols. London: Pimlico, 1991-2007.

Severini G. The Life of a Painter. Princeton: Princeton University Press, 1995.

Sinclair A. My Grandfather’s Gallery: A Family Memoir of Art and War / Trans. S. Whiteside. New York: Farrar Straus & Giroux, 2014.

11. Террористы и законодатели вкуса: еще несколько французских маршанов

Des Cars L. Destini Incrociati. Modigliani e Paul Guillaume // Modigliani e la Bohème di Parigi: Exhibition catalogue. Turin; Paris, 2015.

Halperin J. Félix Fénéon: Aesthete and Anarchist in Fin-de-Siècle Paris. New Haven: Yale University Press, 1988.

Hoog M. Catalogue of the Jean Walter and Paul Guillaume Collection. Paris, 1990.

Sitwell O. Laughter in the Next Room: Being the fourth volume of left hand, right hand! London: Macmillan & Co., 1949. Modigliani and the artists of Montparnasse: Exhibition catalogue. Albright Knox Gallery, 2002.

Great French Paintings from the Barnes Foundation: Exhibition catalogue. Washington, 1993.

Watson P. From Manet to Manhattan: the Rise of the Modern Art Market. London: Random House Publishing Group, 1992.

12. Немцы: от Кассирера до Берггрюна

Bathrick D. Max Schmeling on the Canvas: Boxing as an Icon of Weimar Culture // New German Critique. No. 51. 1 October 1990.

Bauschinger S. Die Cassirers: Unternehmer, Kunsthändler, Philosophen - Biographie einer Familie. Munich: Verlag C. H Beck, 2015.

Beckmann M. Self-Portrait in Words: Collected Writings and Statements, 1903-1950. Chicago: University of Chicago Press, 1997.

Berggruen H. Highways and Byways. Yelverton Manor: Pilkington Press, 1998.

Feilchenfeldt W. Vincent van Gogh and Paul Cassirer. Zwolle; Amsterdam: Waanders Publishers, 1988.

Grodzinsky V. The Art Dealer and Collector as Visionary: Discovering Vincent van Gogh in Wilhelmine Germany 1900-1914 // Journal of the History of Collections. Vol. 21. 2009.

Hoberg A. Wassily Kandinsky and Gabriele Münter: Letters and Reminiscences, 1902-1914. Munich: Prestel, 2005. Kokoschka O. Oskar Kokoschka Letters 1905-1976. London: Thames & Hudson, 1992.

Ernst Beyeler: A Passion for Art / Ed. C. Mory. Basel: Scheidegger & Spiess, 2011.

Paret P. German Encounters with Modernism, 1840-1945. Cambridge: Cambridge University Press, 2001.

Prideaux S. Edvard Munch: Behind the Scream. New Haven: Yale University Press, 2005.

The Diaries of Paul Klee, 1898-1918 / Ed. F. Klee. London: Peter Owen, 1965.

13. Англичане: джентльмены и игроки

Bodkin T. Hugh Lane and His Pictures. Dublin: Nolan, 1956.

Brown O. Exhibition: The Memoirs of Oliver Brown. London: Evelyn, Adams & Mackay, 1968.

Fowle F. Van Gogh’s Twin: the Scottish Art Dealer Alexander Reid 1854-1928. Edinburgh: National Galleries of Scotland, 2010.

Art, Commerce, Scholarship: A Window on to the Art World, Colnaghi 1760-1984 / Ed. D. Garstang. London: P. & D. Colnaghi & Co., 1984.

Goodwin C. D. Art and the Market: Roger Fry on Commerce in Art. Ann Arbor: University of Michigan Press, 1998.

Melly G. Don’t Tell Sybil: An Intimate Memoir of E. L. T. Mesens. London: William Heinemann Ltd, 1997.

Sykes C. S. Hockney: the Biography. 2 vols. London: Century, 2011-2015.

The Rise of the Modern Art Market in London, 1850-1939 / Ed. P. Fletcher, A. Helmreich. Manchester: Manchester Press, 2011.

14. Питер Уилсон и изобретение современного арт-рынка

Faith N. Sold: The Rise and Fall of the House of Sotheby. London: Macmillan, 1985.

Herbert J. Inside Christie’s. London: Hodder & Stoughton, 1990.

Herrmann F. Sotheby’s: Portrait of an Auction House. London: Chatto & Windus, 1980.

Lacey R. Sotheby’s: Bidding for Class. London: Little Brown & Co., 1998.

Peter Wilson and the Art Market of the 1960s and 1970s, an Anthology of Memories / Ed. P. Hook, K MacLean. To be published, 2017.

Reitlinger G. The Economics of Taste: The Rise and Fall of Picture Prices, 1760-1960. London: Barrie and Rockliff, 1961.

The Economics of Taste: The Rise and Fall of Picture Prices, 1760-1960. London: Barrie and Rockliff, 1961.

Seale P., McConville M. Philby: The Long Road to Moscow. London: Hamish Hamilton Ltd, 1973.

StraussM. Pictures, Passions and Eye: A Life at Sotheby’s. London: Halban Publishers, 2011.

Watson P. From Manet to Manhattan: the Rise of the Modern Art Market. London: Random House Publishing Group, 1992.

15. Искусство шопинга: арт-дилерство в США

Goldstein M. Landscape with Figures: A History of Art Dealing in the United States. Oxford: Oxford University Press, 2000.

Guggenheim P. Out of this Century: Confessions of an Art Addict. London: Andre Deutsch, 1980.

Pollock L. Girl with Gallery: Edith Gregor Halpert and the Making of the Modern Art Market. New York: Public Affairs, 2006.

Prose F. Peggy Guggenheim: The Shock of the Modern. New Haven: Yale University Press, 2015.

Rogers T. R. Alfred Stieglitz, Duncan Phillips and the “$6,000 Marin” // The Oxford Art Journal, 1992. P. 9.

16. Лео Кастелли и американская мечта

Cohen-Solal A. Leo and His Circle: The Life of Leo Castelli. New York: Knopf, 2010.

DouglasK. The Ragman’s Son: An Autobiography. London: Pan Books, 1988.

Hughes R. The SoHoiad: Or, the Masque of Art, A Satire in Heroic Couplets Drawn from Life // New York Review of Books. March 1984.

Hulst T. The Leo Castelli Gallery // Archives of American Art Journal. January 2007.

The Andy Warhol Diaries / Ed. P. Hackett. London: Simon & Schuster, 1989.

17. Передовые рубежи

Saatchi C. My Name is Charles Saatchi and I Am an Artoholic. London: Phaidon, 2009.

Благодарности

При подготовке этой книги я пользовался помощью и советами многих друзей и коллег, которым хотел бы выразить глубокую благодарность. Я хотел бы высказать признательность сотрудникам аукционного дома «Сотби» Улле Дрейфус, Йэну Данлопу, Вальтеру Файльхенфельдту, Колину Маккэю, Дункану Мак-Ларену, Кэтрин Мак-Лин, Дэвиду Нэшу, Джеральдин Норман, Перегрину Поллену, Дэвиду Поснетту, Джеймсу Стёртону, Мишелю Штраусу, Кристоферу Саймону Сайксу, Терезе Бимлер, Томасу Бойд -Боумену и Дориану Бюхи, а также любезному, предупредительному и высокопрофессиональному персоналу Лондонской библиотеки.

Права на изображения предоставлены

Коллектив издательства предпринял все возможные усилия, чтобы найти правообладателей перечисленных ниже изображений. В последующих изданиях он будет рад исправить все ошибки и погрешности и восполнить все лакуны, на которые обратят его внимание.

Цветные иллюстрации

1. Kunsthistorisches Museum, Vienna, Austria / Bridgeman Images

2. The Archives / Alamy Stock Photo

3. Josse Christophel / Alamy Stock Photo

4. World History Archive / Alamy Stock Photo

5. Interfoto / Alamy Stock Photo

6. 9, 10, 11, 12, 14, 16, 17, 18 ©Sotheby’s 8, 21 classicpaintings / Alamy Stock Photo 13. Private Collection / Bridgeman Images 15. Artepics / Alamy Stock Photo

19. Martin Shields / Alamy Stock Photo

20. GL Archive / Alamy Stock Photo

Иллюстрации в тексте

С. 27. Historical Picture Archive / Corbis / Corbis via Getty Images С. 36, 84, 104, 108, 217, 229, 351 ©Sotheby’s С. 125. George C. Beresford / Beresford / Getty Images

С. 131. David Seymour (Chim) (photographer), American, 1911-1956 - Bernard Berenson, Borghese Gallery, Rome, Italy, 1955. Gelatin silver print (printed later). Image: 336 x 505 mm (13 1/4 x 19 7/8 In.). The Fine Arts museums of San Francisco, gift of Ben Shneiderman, 2006.150.17

С. 159. Paul Slade / Paris Match via Getty Images С. 177. Peter Barritt / Alamy Stock Photo

С. 215. ГМИИ им. А. С. Пушкина, Москва / De Agostini Picture Library / Bridgeman Images С. 233. Weston / Getty Images

С. 245. The Art Institute of Chicago, IL, USA / Gift of Mrs. Gilbert W. Chapman in memory of Charles B. Goodspeed / Bridgeman Images

С. 260. Portrait de Léonce Rosenberg en poilu, 1914. ©ADAGP, Paris / photo ©Centre Pompidou, MNAM-CCI, Dist. RMN-Grand-Palais / Philippe Migeat

С. 275. Rosenberg Family archives / All rights reserved

С. 317. Painting / Alamy Stock Photo

С. 375. World History Archive / Alamy Stock Photo

Цветные иллюстрации



1. Тициан. Портрет Якопо Страды (1567). В руках изображенный держит статуэтку, но взор его устремлен на невидимого коллекционера. Страда - бессмертное воплощение ловкого умелого торговца



2. Франс Франкен -младший. Галерея торговца картинами (1630-е). В начале XVII в. подобные фламандские галереи уже предлагали наиболее взыскательным клиентам экспертизу предметов искусства в роскошных интерьерах, так сказать, «в розницу»



3. Антуан Ватто. Вывеска лавки Жерсена (1720). Ведущий парижский торговец картинами разрушил четвертую стену, отделяющую его помещение от зрителя, тем самым предвосхитив идеи шопинг -моллов



4. Леонардо да Винчи. Мадонна в скалах (до 1508). Картина стала величайшим триумфом в карьере торговца Гэвина Гамильтона, который обнаружил ее в Италии и продал в 1785 г. в Лондоне за восемьсот фунтов



5. Диего Веласкес. Венера с зеркалом (1647-1651). Первый английский владелец именовал ее «чудесной картиной, запечатлевшей зад Венеры»



6. Роза Бонёр. Конная ярмарка (1852-1855). Полотно, удостоившееся широкомасштабной рекламной кампании «от Гамбара», в том числе показанное королеве Виктории



7. Сэр Лоренс Альма-Тадема. Картинная галерея (ок. 1874). В центре в облике «древнеримского арт-дилера» изображен Эрнест Гамбар



8. Поль Гоген. Всадники на берегу (1902). Объявлена нацистами образцом вырожденческого искусства и в 1937 г. продана Вильденстейном голливудскому актеру Эдварду Г. Робинсону



9. Клод Моне. Тополя (1891). Дюран-Рюэль всячески подвигал своего самого популярного импрессиониста писать серии одних и тех же пейзажей в разные времена года, при различном освещении



10. Андре Дерен. Вид Темзы (1905). Картина вошла в революционный цикл лондонских видов, написанных в 1905 г. и задуманных Амбруазом Волларом





11, 12. Придерживаясь весьма строгих взглядов на то, что есть кубизм, Канвейлер отвергал кубизм Альбера Глеза (вверху, работа 1914 г.), но принимал кубизм Хуана Гриса (внизу, работа 1913 г.)



13. Феликс Валлоттон. Феликс Фенеон в своем кабинете (1896). Почти наверняка единственный в мире торговец картинами, по совместительству подвизавшийся на поприще терроризма и даже организовавший взрывы



14. Эдуард Мане. Купальщица, нагнувшаяся к ванне (1878-1879). Эту пастель Фенеон изобретательно включил в состав выставки «Фауна» на том основании, что на ней-де изображена губка



15. Отто Дикс. Портрет Альфреда Флехтхайма (1926). Архетипический арт-дилер, одной рукой придерживающий картину, а другую положивший, возможно, на чек



16. Поль Гийом, проделавший путь от автомеханика до владельца художественной галереи. Портрет кисти Модильяни 1916 г.



17. Выполненный Модильяни в 1917 г. Портрет другого его маршана, Леопольда Зборовского, поэта, превратившегося в бизнесмена



18. Герварт Вальден, основатель журнала «Штурм» и пионер модернизма, окончивший жизнь в советском концлагере (скульптура работы Вильяма Вауера. 1917)



19. Сальвадор Дали. Постоянство памяти (1931). В 1934 г. картина была продана Жюльеном Леви нью-йоркскому музею МоМА



20. Тициан. Похищение Европы (1560-1562). Когда Беренсон продал картину Изабелле Стюарт Гарднер, его комиссионные составили значительно больше, чем он сообщил своему партнеру



21. Пуссен капитана Бошана, с помпой проданный «Сотби» в 1956 г. за двадцать девять тысяч фунтов. Гарантировав владельцу минимальную цену, Питер Уилсон потерял шесть тысяч фунтов, но с лихвой восполнил убыток положительной рекламой