«Это не игрушки».
И от понимания этого жуткого факта она стала ближе к убийце, чем когда-либо.
*
Чем ближе Райли подъезжала к дому, тем хуже становилось её настроение.
Теперь она столкнулась с реальными бытовыми проблемами.
Сначала она торопилась убраться из квартиры Райана прежде, чем испортит всё окончательно. Потом она сосредоточилась на встрече с отцом и том, что происходило между ними. Всё это время она не задумывалась, где ей теперь жить.
Одно она знала точно: она больше никогда не сможет спать в общажной комнате, которую делила с Труди. Возможно, если она вызовет куратора, её смогут определить в другую комнату с другой соседкой, но от самой мысли о том, чтобы снова войти в здание общаги, ей стало плохо.
Рано или поздно, конечно, у неё не будет другого выбора. Большая часть её одежды и вещей всё ещё находилась там, а она должна как-то их получить. А пока самое необходимое, что она брала в квартиру Райана – туалетные принадлежности, учебники и сменная одежда – лежало рядом с ней в машине.
«Я похожа на бродягу», – со вздохом подумала она, въезжая в Лантон.
Так куда ей поехать теперь? Она не может остаться спать в машине, которую арендовала на один день.
Приехав на парковку проката, она кое-что вспомнила: пару дней назад она звонила Джине из квартиры Райана. Джина сказала, что они с соседкой, Кэсси, больше не могли оставаться в общежитии и решили съехать. Она дала Райли свой новый номер.
Где бы они ни жили теперь, может быть, там найдётся местечко и для Райли?
Она вернула ключи от машины и получила обратно свой депозит, а потом притащила свои вещи к месту, где видела таксофон. Она набрала номер Джины.
Трубку взяла незнакомая девушка.
– Алло?
Райли, смутившись, пробормотала:
– Могу я услышать Джину Формаро?
– Кто её спрашивает?
Голос был очень недружелюбным.
– Райли Суинни.
– Я узнаю.
Райли услышала стук положенной на стол трубки. Потом раздались голоса и шаги. Наконец, раздался радостный голос Джины.
– Привет, Райли! Как ты? Как дела с тем твоим парнем?
Райли сглотнула.
– Эм, с Райаном всё вышло не очень хорошо, и я…
Она заколебалась, с каждой минутой чувствуя себя всё больше не в своей тарелке.
– Джина, я не могу вернуться в общежитие.
Джина сочувственно вздохнула.
– Я понимаю, – сказала она. – Мы с Кэсси тоже так решили.
Райли сказала:
– Вот я и думаю… вы теперь где живёте?
– Помнишь Стефани Уайт и Аврору Ян? Они в прошлом году жили на нашем этаже в общаге.
Райли прекрасно помнила Стефани и Аврору. Они ненавидели общажную жизнь и решили найти недорогое жильё вне кампуса.
Джина продолжала:
– Так вот, мы с Кэсси переехали к ним. Здесь довольно тесно, и это начинает действовать всем на нервы. Однако я думаю, что ничего страшного не будет, просто будем впятером платить, вот и всё.
Райли разочарованно вздохнула.
«Там уже живут четыре девочки», – поняла она.
Похоже, нет особого смысла спрашивать, сможет ли она присоединиться к ним.
Но тут Джина сказала:
– Погоди минутку, я поговорю со Стеф. Она здесь вроде за старшую, – шёпотом она добавила: – Она тот ещё тиран, если хочешь знать.
Райли снова услышала стук трубки об стол, а потом Джина стала разговаривать с кем-то, кажется, с той девочкой, которая сначала сняла трубку.
Наконец, Джина вернулась.
– Стеф говорит, ты можешь приехать. Здесь есть маленькая комнатка на чердаке, где никто не живёт. Когда приедешь, мы рассчитаем твою долю.
Райли сразу стало легче дышать.
– О, спасибо тебе, – воскликнула она. – Это просто замечательно.
– Где ты? Я приеду за тобой.
Райли уже и забыла, что у Джины есть автомобиль. Кажется, удача всё-так и повернулась к ней лицом. Она сказала Джине, что находится у проката машин, и они повесили трубки.
Поставив свои скромные пожитки рядом с собой, Райли оперлась на стену здания проката. Её вдруг захлестнуло волной беспомощности и тщетности, когда она подумала…
Должно быть, я выгляжу как нищая.
И в каком-то смысле так оно и было…
Зато бездомные будут ко мне добры.
Она сдержала всхлип и моргнула, чтобы загнать слёзы обратно.
К приезду Джины нужно успокоиться.
Она никак не могла вспомнить, что совсем недавно она боролась с отцом, чувствуя себя сильной и уверенной.
Сейчас от этого ощущения не осталось и следа. Казалось, любой ветерок может унести её, как пылинку.
Она напомнила себе…
Убийца всё ещё где-то неподалёку.
И в глубине души она чувствовала, что однажды ей предстоит столкнуться с ним лицом к лицу.
И когда бы этот день ни настал…
«Я должна быть сильной», – сказала она себе.
Глава тридцатая
Хотя Райли знала, что на неё вот-вот нападут, она чувствовала себя на удивление спокойно.
Даже дыхание её было под контролем.
Когда противник, который был больше её раза в полтора, сделал выпад и схватил её за левое запястье, движения Райли были лёгкими, как танец. Время как будто остановилось.
Драка казалась ей больше похожей на сон.
Она вывернула свою руку грациозным полукругом таким образом, что парень не смог её удержать. Затем она схватила его самого за руку правой рукой и одним изящным движением одновременно подалась вперёд бёдрами, руками и ногами. Она подняла правую руку до его локтя, а затем выше головы.
Всё его тело наклонилось вперёд, как будто его подвесили за пояс. Он упал на колени, и она подняла его руку сзади его беспомощного тела.
Райли и её противник на мгновение застыли в этом положении.
Затем она отпустила его, и он встал и улыбнулся ей – с оттенком флирта, как ей показалось.
Не то чтобы она возражала.
Он был очень милым и приятным молодым человеком.
Это был первый урок айкидо Райли в спортзале кампуса, и она с удивлением обнаружила, что преподаёт единоборства её профессор по психологии, Брент Хейман.
Профессор Хейман объявил классу:
– Отлично, теперь тори и укэ поменяйтесь.
Райли уже немного выучила терминологию айкидо и знала, что он хочет, чтобы партнёры поменялись ролями. Укэ был тем, кто нападает, а тори – тем, кто защищается.
Теперь Райли предстояло быть укэ.
Они учились нападению и падениями столько же, сколько и защитным приёмам.
По команде профессора Хеймана она протянула руку и схватила партнёра за запястье, но тут же почувствовала, как его правая рука приближается к её локтю. Когда он поднял её локоть над головой, она послушно рухнула на колени.
Они снова застыли на месте, только на этот раз партнёр держал её руку за спиной.
– Очень хорошо, – сказал профессор Хейман ученикам. – Теперь займёмся дыханием.
Райли с партнёром и остальные человек десять выстроились в ряд. Профессор Хейман познакомил их с упражнением плавных подъёмов рук в сочетании с дыханием. Хейман уже объяснял ранее, что это упражнение должно было поднять «ци» – азиатское понятие, обозначающее что-то среднее между энергией и потоком.
Пока Райли дышала, выполняя упражнение, она задумалась: «Неужели я на самом деле в это верю?»
Хейман всё время использовал слова, которые, по её мнению, не имели никакого отношения к бою: гармония, творчество, дух и даже мир.
Всё это казалось ей странным и незнакомым.
Краткий урок крав-мары, преподанный ей её отцом несколько дней назад, был посвящён чистой агрессии – быстрому и жестокому нападению. В том же, что она делала сейчас, не было ни капли жестокости.
Тем не менее, она должна была признать, что ей нравилось это делать. Она чувствовала одновременно расслабление и заряд энергии.
Урок продолжался, и профессор Хейман обучил их ещё нескольким приёмам, чередуя их с дыхательными практиками. Наконец, занятие закончилось так же, как и началось – с группового поклона.
Когда остальные студенты вышли из зала, Райли подошла к профессору Хейману поговорить.
Он улыбнулся и сказал:
– А, Райли! Ну как тебе айкидо?
– Ещё не поняла, – призналась она.
Хейман с любопытством поднял брови.
– Что тебя беспокоит?
Райли на мгновение задумалась, а потом сказала:
– Ну, не хочу прозвучать грубо, но… Вы действительно думаете, что всё это поможет мне, если на меня нападут?
Хейман снова улыбнулся.
– Хороший вопрос, – признал он.
– И что же?
Хейман посмотрел вдаль с мечтательным выражением лица.
– Скажи мне, Райли, – произнёс он, – если на тебя нападут – скажем, в тёмной аллее –разве не пригодится тебе умение обращать агрессию нападающего против него же? Чтобы закончить противоборство без боя как такового?
Райли невольно усмехнулась.
– С тем же успехом, что и умение избить его до кровавого месива.
Она с облегчением услышала добродушный смех Хеймана.
– Да, наверное, это тоже сработает, – согласился он.
Снова став серьёзным, он сказал:
– То, какой путь ты выберешь, зависит только от тебя. Дело в том, что айкидо – это скорее философия, чем система самообороны. Его даже можно назвать стилем жизни – жизни, в которой насилие и агрессия испаряются, едва коснувшись тебя, с каждым твоим вдохом.
Райли не знала, что и ответить.
Наконец, профессор Хейман сказал:
– Попробуй походить ещё на пару уроков. Посмотрим, понравится ли тебе. Но вне зависимости от этого, я рад, что ты пришла ко мне в группу. Тебя всегда приятно учить, Райли.
Райли залилась лёгким румянцем. Она вспомнила слова Труди: «Райли хочет впечатлить профессора Хеймана. Она к нему неровно дышит».
Глядя на своего привлекательного учителя, Райли невольно задумалась: «Может быть, она была права, и я действительно на него запала?»
Если это и так, лучше она не подаст виду. Профессор Хейман не похож на человека, который может вступить в романтические отношения с ученицей. А если бы был похож, Райли предпочла бы держаться от него подальше.
Она попрощалась и вышла из зала.
В коридоре её ждал человек – её партнёр по спаррингу на занятии.
Он робко улыбнулся ей и сказал:
– Кажется, нам так и не представилось случая познакомиться. Меня зовут Леон Хеффернан.
– Райли Суинни, – сказала она, протягивая ему руку. – Ты учишься здесь, в Лантоне?
– Да. Философский факультет. А ты?
– Психология.
Леон неуверенно переступил с ноги на ногу и сказал:
– Послушай, надеюсь, ты не против, если я спрошу… но ты бы не хотела выпить со мной кофе?
Райли поняла, что очень хотела бы, но, к сожалению, они договорились с Джиной, что она заберёт её после тренировки и они займутся делами.
– Прости, но я не могу сегодня, – отказалась она.
Но тут ей кое-что пришло в голову:
– Сегодня мы устраиваем большую вечеринку. Приглашены все. Может, тоже придёшь? Если не будешь занят.
Леон оживился.
– О, отличная идея! – воскликнул он.
Райли записала адрес на бумажке и дала ему. Тут она услышала сигнал машины у здания.
– Это за мной, мне пора, – сказала она. – До вечера.
Она выбежала из здания и прыгнула к Джине в машину.
Джина проворчала:
– Я уж думала, никогда тебя не дождусь.
– Прости, меня задержали, – сказала Райли.
Про себя она добавила: «Это был красивый парень, с которым у меня будет свидание».
В этот момент она даже забыла, как плохо всё закончилось с Райаном.
– Нужно поторапливаться, – сообщила Джина. – Нам ещё кучу всего нужно купить для вечеринки, а времени не так много.
Джина тронула с места, когда Райли почувствовала странную дрожь.
Это было сильное ощущение присутствия убийцы, как будто он смотрел на неё прямо сейчас.
Она была поражена. Она давно не чувствовала ничего такого. Она делала всё, чтобы выбросить убийства из головы, и уже несколько дней не говорила с агентом Криваро. Последний раз, когда они говорили, он уверил её, что они с командой задержатся в Лантоне подольше.
Райли была этому очень рада.
А ещё она была рада, что что-то узнала о самообороне.
Где-то в глубине души она была уверена, что это знание ей пригодится – и, возможно, уже очень скоро.
Глава тридцать первая
Райли чувствовала себя как будто загнанной в ловушку.
В доме, в котором она жила ещё с четырьмя девочками, всегда было тесновато.
«Но чтоб так, как сегодня – никогда», – подумала Райли.
Она окинула взглядом толпу гостей на первом этаже и задумалась…
Почему мне не очень весело?
Она не знала.
Большая вечеринка перед экзаменами казалась, безусловно, отличной идеей, когда они с соседками планировали её. Сама Райли была почти готова к экзаменам. Повторение в последнюю минуту было не в её стиле. К тому же вечеринка – отличный способ для студентов Лантона стряхнуть тревогу, всё ещё нависшую над кампусом после двух убийств.
Казалось, что это работает для всех кроме Райли.
Музыка оглушала. Пиво текло рекой из двух кег, которые они с Джиной приволокли домой вместе с остальными припасами, а в воздухе стоял сильный запах плана. Все танцевали, смеялись и болтали, и четыре соседки Райли затерялись среди гостей.
Райли же стояла одна в углу потягивая пиво из пластикового стакана. Чувства опьянения не было, хотя выпила она уже довольно много. Обычно она не курила травку, но решила, что, возможно, попробует и её, если ей не удастся расслабиться.
Однако пока она не чувствовала ровным счётом никакого веселья – а после нескольких дней в этом доме она не была довольна и своими новыми условиями жизни.
Они с Джиной и Кэсси отлично ладили друг с другом, как и раньше в общежитии. Но вот Аврора по мнению Райли была пустышкой, которая могла болтать без умолку о совершенно неинтересных вещах, а Стефани в точности соответствовала описанию, данному ей Джиной по телефону: «Она тот ещё тиран».
Стефани была ярым приверженцем правил и порядка и повсюду развесила списки обязанностей и дел по дому для каждого. Она даже сейчас говорила гостям, что они должны делать…
Она как будто режиссёр фильма.
Райли напомнила себе, что всё это временно. На следующей неделе начнутся экзамены, а там уже скоро и выпуск.
Тут она задумалась, не стало бы ей лучше, если бы прямо сейчас в дверь вошёл Райан Пейдж? Она не связывалась с ним с тех пор, как покинула его квартиру, и оказалось, что ей труднее пережить расставание, чем она ожидала.
Она знала, что юристы выпускаются раньше, чем все остальные студенты. Возможно, его уже даже нет в школе. Он мог сдать всё и уехать.
Увижу ли я его когда-нибудь?
Ей вдруг стало очень грустно от этой мысли.
Тут магнитофон вдруг заиграл знакомую песню.
То была «Whiskey in the Jar» Металлики – та самая песня, что играла в Хижине кентавра в ночь, когда была убита Рея.
Райли вздрогнула, стараясь не дать жутким воспоминаниям унести её окончательно.
Может, пойти и переключить?
Нет, всем нравится, так что это будет грубо с её стороны.
«Лучше просто уйти отсюда», – со вздохом подумала Райли.
Она как раз размышляла над тем, куда она может пойти, когда входная дверь открылась и вошёл знакомый ей человек.
Она улыбнулась. То был Леон Хеффернан, её партнёр в спарринге в группе айкидо.
Райли уже успела забыть, что пригласила его, и в этом окружении он выглядел неуместно.
Райли протолкнулась к нему сквозь толпу.
Подойдя достаточно близко, она крикнула, чтобы перекричать музыку:
– Привет, Леон! Я рада, что ты пришёл!
Он улыбнулся, радуясь тому, что нашёл знакомое лицо.
– Я тоже, – крикнул он в ответ.
– Пошли, нальём тебе пива!
Райли схватила его за руку и потащила к кегам, где он набрал себе пластиковый стакан, а она долила в свой. Затем они отошли в тот же угол.
Райли подняла стакан и сказала тост:
– За экзамены.
Он стукнул своим стаканом по её:
– Да, за экзамены.
Они глотнули пива.
Затем Леон огляделся и сказал:
– Вечеринка полным ходом.
Райли улыбнулась на его неуклюжий комментарий.
– Это точно, – сказала она без особого энтузиазма.
Несколько минут они оба молчали. Неловкость, возникшая между ними, не удивила Райли – они с Леоном были едва знакомы. Тем не менее, кто-то из них должен был что-то сказать.
Какая там у него специальность?
– Значит, философия.
Леон кивнул и сказал:
– Ага.
– Кажется, это что-то сложное, – заметила Райли.
Леон как будто оживился.
– Не так чтобы очень, – сказал он. – На самом деле философия во многом пересекается с твоей специальностью – психология же?
– Да.
Леон сказал:
– Ну, например, если взять цвета. Что они на самом деле?
У Райли вдруг случилось дежавю.
«Разве я раньше говорила об этом?» – подумала она.
– Сдаюсь, – сказала она. – Что же есть цвета?
Леон пожал плечами и сказал:
– Ну, с научной точки зрения нет такого понятия, как цвет. Есть лишь свет с разной длиной волны. Тем не менее, мы постоянно видим цвета. Красный, зелёный, голубой – все цвета радуги кажутся нам совершенно реальными. Но как мы можем видеть то, чего даже не существует в реальности. И чем цвета являются на самом деле?
У Райли образовался комок в горле, когда она вспомнила кое-что… Труди временами говорила на эту тему, когда слишком много выпивала. Её восхищала природа цвета и то, как его воспринимает человек.
Леон сделал ещё глоток пива и добавил:
– Так что я совершенно уверен, что понятие цвета тесно связано как с психологией, так и с философией.
Райли снова вспомнила, как они с подругами дразнили Труди, когда та начинала говорить об этом.
Она очень пожалела сейчас об их поступках.
Тема на самом деле оказалась интересной, и ей очень захотелось, чтобы Труди была здесь и присоединилась к их беседе.
От мысли о Труди ей стало очень грустно.
Тут Леон громко сказал:
– Тебе не кажется, что в таком шуме трудно разговаривать?
Райли кивнула в знак согласия.
– Может, пойдём туда, где потише?
Райли внимательно посмотрела на его лицо.
«Что это – фраза для съёма?» – гадала она.
И если так, то хорошо это или плохо?
Она оглядела Леона с головы до ног и снова заметила, как он привлекателен – высокий, мускулистый, и лицо приятное, без тени самодовольства.
«Он ещё и умён», – подумала она.
Возможно, сегодня ей не повредит небольшой роман.
Она улыбнулась ему и сказала:
– Пошли, в моей комнате должно быть тише.
Она за руку повела Леона вверх по лестнице на второй этаж, а потом по ещё более узкому пролёту в свою комнату на чердаке. Она вдруг смутилась оттого, что её комната очень скромно обставлена. Потолок был скошен на один край, так что такому высокому парню как Леон негде было даже пройтись. И хотя окно было открыто, воздух был спёртый.
Кроме того, в комнате почти не было мебели – лишь пара стульев, стол и складной диван.
Но, по крайней мере, шум снизу сюда почти не доносился.
Райли сказала:
– Прости, здесь так…
Но прежде, чем она успела договорить, Леон вдруг схватил её, прижал к себе и поцеловал.
Райли была поражена, хотя нельзя сказать, чтобы ей было неприятно.
Она почувствовала, что внутри неё стало жарко – чувство, которое последнее время она подавляла из-за волнения и страха.
Она напомнила себе…
Ты его почти не знаешь.
Но её почему-то это почти не волновало. Она как будто снова превратилась в безбашенного подростка.
И это чувство ей понравилось.
Продолжая целовать её, Леон начал заваливать Райли на диван.
Ей стало немного некомфортно.
«Всё происходит слишком быстро», – подумала она.
В её голове появились смутные, не выразимые словами тревоги.
Райли изо всех сил старалась собраться с мыслями.
Привлекательный парень…
…интересные разговоры…
Он настолько хорош собой и умён, что она без лишних мыслей пригласила его к себе в комнату.
Она вдруг в шоке вспомнила, как в её воображении убийца попал в комнату с Труди – ведя с ней приятную беседу.
«Это он!» – в ужасе подумала она.
Она попыталась вырваться, но он держал её крепко.
И он был гораздо сильнее её.
Глава тридцать вторая
Райли изо всех сил старалась высвободиться, но Леон был очень крупным и сильным. Она услышала треск пуговиц, отлетающих от её блузки, когда он дернул её. Теперь он вцепился в её бюстгальтер.
– Перестань! – кричала она. – Стой!
Но вместо того, чтобы остановиться, он схватил Райли в медвежье объятье, прижав её руки к бокам. Чем сильнее она боролась, тем крепче он держал её – как в китайской игрушечной ловушке для пальцев, которая фиксировала пальцы тем сильнее, чем упорней их пытаешься высвободить.
Он снова попытался поцеловать её, но теперь она отвернула голову.
Уже задыхаясь, она закричала что есть мочи:
– Кто-нибудь! На помощь!
Однако весь дом вибрировал от громкой музыки, и она знала, что никто снизу не услышит её.
В её голове пронеслись приёмы, которым она научилась сегодня. Однако они были танцеподобными, изящными со стороны защищающегося и даже нападающего. Она ещё не усвоила, как те плавные движения способны помочь ей в такой ситуации.
В том, что происходило с ней сейчас, не было ничего грациозного. Это было неуклюже, мерзко и опасно.
И если она ничего не сделает, всё станет ещё хуже.
Она почувствовала, как Леон пытается оторвать её от пола. Если он бросит её на кровать, она точно будет полностью беспомощна.
Теперь в её голове отозвался резкий голос: «Агрессия – вот ключ».
Её отец призывал её отвечать на агрессию агрессией – с помощью крав-маги. Она должна быть агрессивней, чем нападающий.
Теперь она ясно вспомнила всё, чему он учил её касательно захвата спереди.
Сначала нужно потяжелеть…
Она заставила себя обмякнуть до колен, пользуясь своим весом, чтобы немного приспуститься. Благодаря этому между их телами появилось немного расстояния, хотя её руки всё ещё были крепко прижаты к телу.
Она сжала обе руки в кулаки и ударила его в пах.
Леон громко охнул от боли.
Но Райли знала, что ещё не закончила. Он всё ещё держал её, всё ещё собирался завалить её, а она знала, что, испытав боль, он стал ещё опасней.
Она дважды ударила его правым коленом в ту же область, заставив стонать от каждого удара, а потом со всех сил ударила его пяткой во взъём ноги.
От этого он пошатнулся и почти упал, но сумел удержаться.
Она снова услышала голос своего отца: «Это просто грязная уличная драка».
«Ещё грязней», – сказала она себе.