Рассвет
А рассвет на Мексиканском заливе такой. Солнце встает по щелчку с криком «А вот я!».
Закат
Когда на побережье Тихого океана садится солнце, когда последний горящий край заваливается в воду, то весь пляж ему аплодирует. Это очень красиво.
Море
Карибское море в Мексике в белом-белом песке. Как мягкая мука. А само море сначала голубое, потом синее, а вдалеке фиолетовое. А если купаться ночью, то луна такая яркая, что отражается от белого песка, который под водой, и кажется, что снизу кто-то включил свет. А ты плывешь, плывешь…
Грибы
Деревня Сан Хосе эль Пасифико, которая находится в Мексике между Оахакой и Пуэрто Эскандидо, очень известна в определенных кругах. Это грибная деревня. Вы туда приходите, там живут грибные шаманы. Вы с ними разговариваете и выбираете того грибника, к которому прониклись симпатией и доверием. Он идет с вами в лес. Там грибник срывает такие грибы, которые, как он считает, подходят именно вам больше всего. При этом грибы должны расти из коровьих лепешек, а не из конских, потому что из конских грибы растут ядовитыми. Потом вы возвращаетесь в деревню и закрываетесь с грибником в его шаманской. Вы съедаете гриб, и шаман съедает гриб. Это важно. Вы должны оба съесть одинаковые грибы. А потом беретесь за руки и уходите в путешествие. То есть куда-то там погружаетесь, где-то там бродите, нечто видите, как-то иначе ощущаете действительность. У последователей и учеников шамана, которые в это время сидят скучные и видят, как вам хорошо, есть важная роль в этом процессе. Они должны вас из этого путешествия вернуть. Потому что можно не вернуться, были такие случаи. А когда вы возвращаетесь, то шаман рассказывает, где вы были, что видели и что вся эта эпидерсия значит. И это не наш аналог «ждет тебя дальняя дорога, казенный дом». Такого рода обряд – это вам не в квартире с друзьями глюки под грибы позырить. Тут иной подход. Для этого обряда в деревню специально привозят детей, чтобы шаман накормил их грибами, и дети бы открыли себя, определили, кто они, зачем пришли в этот мир и узнали бы свое предназначение. Моя компания очень хотела попасть в эту деревню и пройти обряд, а я не хотела, потому что своей дури и так хватает.
Шаман
Но у шамана в Мексике мы все ж таки побывали. Это был обычный такой шаман, который встретился в горной деревушке, не знаю названия. Шаман был бабушкой. У нее просторный двор, отдельно стоящее жилище, крепкий быт: дом, сарайка, гараж с машиной, большой бассейн для выращивания рыбы с растущей рыбой, детская площадка с качелями, палисадник из кактусов и шаманская. Для острастки во дворе висят череп, труп броненосца и дохлая кошка. Нас по очереди проводили в помещение, просили полностью раздеться, встать ногами на коврик и закрыть глаза. Потом было очень приятно. Бабушка-шаман брала кустик, который был собран из 12 трав, шумно брызгала изо рта каким-то пряным алкоголем и начинала бить кустом. А потом она катала сырое яйцо по всему телу. Почти спа. А потом разбивала яйцо в стакан воды и смотрела, есть ли на тебе сглаз. У одной из нас оказался сглаз. Сглаз выглядит так: в стакане с водой болтается сырое яйцо, и шаман видит, что там сглаз. А Марьяна спросила: «Очень болит горло, небольшая температура, неважно себя чувствую. Вероятно, это простуда. Может быть, вы мне посоветуете что-то?» Мы ожидали, что шаман изобьет ее каким-то специальным кустом или даст отвар дикой расторопши. А шаман сказала, что надо пить чай с ромашкой и медом.
Новый год
Новый год мы встретили на берегу Тихого океана. На самом-самом берегу. Больше я ничего не помню. Утром, часов в шесть, позвонил бригадир постановщиков дядя Вова. У него уже был день в Москве, он не знал, что у меня шесть. Дядя Вова – замечательный большой человек. Он очень добрый и хороший, похож на преувеличенного Карлсона. Дядя Вова сказал, что «Алеся, я поздравляю тебя с наступившим Новым годом, желаю тебе здоровья, счастья и…». Я говорю: «Дядя Вова, я в Мексике, у меня шесть утра, я пьяная, мне дорого разговаривать», а дядя Вова продолжал: «…Плохо слышно! Но это не важно! Так вот! В наступившем две тысячи девятом году я желаю тебе здоровья, счастья, успехов в работе, но главное здоровье, а с остальным можно справиться всегда! И здоровья твоим родителям! Чтобы ты, Алеся, не боялась трудностей, а трудности бы обходили тебя стороной! Желаю я не ведать бед, не знать ни горя, ни ненастья и чтоб хватило на сто лет здоровья, радости и счастья! Пусть в этом году, Алеся…»…
И он говорил, говорил… А я лежала пьяная в Мексике в шесть утра и думала, сколько же в этой жизни хороших людей, которые по-настоящему желают мне добра. Вот прямо сейчас. И с этой мыслью пошла на балкон курить. И захлопнула за собой дверь. А поскольку девочки, мягко говоря, крепко спали, то я там просидела в одних трусах часа три. Так я встретила первое утро две тысячи девятого года.
Еще раз грибы
А еще в Мексике есть закрытая деревня художников, которые специализируются на кактусах. Один раз в году эти художники идут в определенную долину, где растут определенные кактусы. Только раз в году эти кактусы бывают нужной консистенции. Художники приходят домой, закрываются целыми семьями, съедают кактус, и их не видать и не слыхать месяца три. Они намазывают доску тонким слоем воска и, будучи под кактусом, из ниток начинают делать картины. Яркие разноцветные нитки прокладываются дорожками по воску, составляется целый сюжет. Это делает вся семья вместе. Самое удивительное, что при этом они видят одно и то же. Когда семья перестает быть кактусами, то они пишут на обратной стороне доски, что означает сие полотно, описывают сюжет. Вот этот человек пошел туда-то, встретил того-то, поговорил с ним о том-то, потом прилетела птица, и они пошли с птицей на гору к шаману, который дал кактус, а это кактус, который сказал что, а это солнце, которое летело с птицей, а это море облаков в цветах, которые рвал он, когда пришел туда… Зрелище удивительное. Это не комикс с последовательной раскладкой сюжета, а одно единое яркое полотно, которое если разбирать, то можно сойти с ума.
Мопед
В Тулуме Вика придумала взять в прокат мопеды. Нас четверо, итого по одному мопеду на двоих. Вика водит мопед так, будто это блестящий мотоцикл с оттопыренными зеркалами. Рита сразу приняла продюсерское решение и села к Вике (Рита продюсер, и она всегда принимает такие решения). А мы с Марьяной заняли другой мопед. Поскольку из всех транспортных средств я мастерски вожу только лифт, то Марьяна была за рулем. На мопеде я ехала первый раз в своей жизни, немножко волновалась. В прокате нам выдали шлемы, у одного был такой вид, будто человек в нем упал и из шлема потом долго вытрясали голову. В этом шлеме как раз ехала Марьяна впереди меня за рулем, и я всю дорогу на него смотрела. Я решила на всякий случай сделать комплимент водителю и сказала: «Марьяна, а где ты так классно научилась водить мопед?» А Марьяна ответила: «ДА ВООБЩЕ НЕ УМЕЮ!» Однако со временем во мне вдруг проснулась телка байкера, которая, оказывается, спала все эти годы. Я стала садиться на мопед так, будто это крутейший байк, а я – крутейшая герла, а худая Марьяна – огромный чувак в черной коже (оу-е, крошка, прыгай ко мне). И когда Марьяна заводила мопед и делала так «дрын-дын-дын», то я автоматически резко запрокидывала волосы и медленно закидывала ногу на эту адскую тарахтелку. И ощущение, что сейчас мы полетим по ночному городу, не реагируя на светофоры, а ветер будет лизать мои голые коленки. И вообще мы все – Рита и Вика, Марьяна и я – это «Ночные шакалы», которые не знают ни стыда, ни совести. Конечно, проезжающие водители, обгоняя нас на скорости примерно пять километров в час, сигналили. Потому что наверняка шалели от таких крутых телок. Это было нереально круто! Ночью! В Тулуме! На мопедах. В круглых касках. Ну просто звери!
Акапулько
Акапулько, несмотря на булькающее романтичное название, про которое спето много песен, это тот же самый Сочи, и делать там нечего вообще.
Сталактиты
Инструктор по дайвингу кричал «ДОНТ ТАААЧ!!!», когда я в подводных пещерах подтягивалась на сталактитах. Им, оказывается, от всего плохо. Они растут раз в столетие по миллиметру, на них тут даже не дышат, а то они зеленеют, краснеют, заболевают ветрянкой и вообще крайне нежные и называются по именам. А я этого не слышала, потому что я не знаю почему. Инструктор так кричал «ДОНТ ТАААЧ!!!», что моя компания сразу поняла, что это какой-то дебил трогает сталактиты. А я на них висела и не понимала, что дебил – это я.
Что еще
Видела огромного мертвого крокодила.
Потом что еще.
Нюхала морскую черепаху.
Черепаха пахнет дешевой морской капустой. В мертвого крокодила кто-то кинул пустую бутылку. Так и лежит в каньоне это громадное чудовище, поджав лапы, с бутылкой на спине. И никто его не хоронит, потому что надо же удивлять туристов.
А еще в джунглях меня угостили прекрасным и удивительным чаем из дерева, который инструктор сварил прямо на костре. На вкус чай и чай. Мне сказали, что он очень полезен и очищает организм от вредных веществ. Поскольку все полезное для меня – яд, то я тут же заблевала все джунгли в Мексике и не могла остановиться два дня. Так что теперь ничего полезного, хватит этих экспериментов.
А серфингисты в Пуэрто-Эскондидо просто прекрасные. Ходят по пляжу то в одну сторону, то в другую. То по одному, то парами. Больше трех не собираются. Из одежды только шорты и доска. В воду редко заходят. В воде их вообще нет. В основном гуляют. Наверное, утром просыпаются и говорят: ну что? Пойдем походим? Ты какую доску сегодня берешь? Ну не бери красную, у меня шорты сегодня такие.
Ну что? Хорошо идем? Скучно что-то. О! о! о! Девчонки вон сидят, смотрят. На меня вон та два раза повернулась. Да ты-то не поворачивайся! Мы – ноль внимания. Идем дальше, виляем досками.
По дороге в Пуэрто-Эскондидо я познакомилась с итальянцем Лучано. Он работает барменом в маленьком городке. Много месяцев копил свою зарплату и много часов ехал сюда, чтобы выйти на автобусной остановке деревни Мазундо, выдернуть перо из курицы, воткнуть его в шляпу и сказать: я ждал этого ровно год! И сейчас счастлив.
* * *
В передаче «Что? Где? Когда?» однажды был вопрос: «Четырехлетняя девочка Катя сказала родителям: „Я хочу всегда жить на даче, потому что…“ Почему, уважаемые знатоки?»
Знатоки не ответили правильно.
Правильный ответ: «Потому что там всегда лето».
Я хочу обратно в Мексику.
16 фев. 2009 г
Люди делятся на два типа. Когда они встают со стула, то он теплый. Когда они встают со стула, то он холодный. Я вот вторая. Я ничего не грею. Поэтому меня надо греть постоянно.
22мар. 2009 г
Работы нет. Работы нет уже три месяца. Вечера коротаю по скайпу с Лешей и Марусей. Вчера говорили на очень серьезную тему. Про ПМС. Предменструальный синдром, случающийся у женщин раз в месяц. Мы с Марусей начали заламывать руки и причитать, что вот, мол, вам-то, мужчинам, и знать-то не дано, что это такое. Каждый месяц организм женщины готовится стать матерью. Каждый месяц в нем происходят гормональные бури, которые сказываются на поведении и характере счастливой обладательницы ПМС. Каждый месяц ее организм будто бы готовится встретить гостей: все чисто убирает, пылесосит, протирает пыль, наводит лоск, приводит яйцеклетку в порядок, наряжает ее во все самое. Чтобы когда гости пришли, то все бы сияло, а яйцеклетка стояла со стихотворением на стульчике, а все бы потом говорили: «Видели, какая у Самсоновых смышленая яйцеклетка выросла». И так каждый месяц! Каждый месяц полная готовность стать матерью из года в год! И это особый труд, который мужчине не понять!
На что Леша зевнул, потянулся и сказал, что в отличие от организма женщины, организм мужчины готов стать отцом каждый день, каждую минуту и даже каждую секунду.
И пошел на кухню за чаем.
И мы с Марусей остались сидеть вчетвером: я, она и два наших пэмээса.
1 апр. 2009 г
Недавно я пошла ночью попить. Я любительница поесть на ночь соленой рыбы, всю ночь пить, а утром отечь. Иду по квартире в темноте и вдруг чувствую, что наступаю на что-то мягкое и теплое. А поскольку я иду спя, то в голове за секунду проносится ужас: я точно засыпала одна! я точно никого не впускала! тут точно никого не может быть! тогда кто это? труп!!! а почему теплый? убили недавно! почему в моей квартире?!
За секунду я отлетаю в прыжке от трупа, по дороге обдираю спину об шкаф, бьюсь головой со всей силы в стену.
С февраля месяца у меня живет Пирожок. Катечка подарила на день рождения. Пирожок – крупная меховая игрушка. Когда она покупала его, то продавщицы спрашивали, хороший ли я человек, потому что хотели, чтобы Пирожок попал в хорошие руки. Когда они засовывали его в пакет, то сетовали, что Пирожок не влезает, мол, растолстел. И провожали его всем отделом.
Мы с Пирожком долго искали место для него по всей квартире. Больше всего на свете он любит сидеть на мощном заду и смотреть вверх. Я пересаживала его то туда, то сюда. Он постоянно цеплялся за ноги и перемещался в пространстве. Недавно мы с Пирожком решили, что он будет жить в коридоре. Смысл такой: я захожу, а он встречает. Это очень приятно и трогательно, учитывая его взгляд и манеру сидеть, растопырив ноги. Про наш с ним уговор я забыла и ночью, когда шла спя, наступила на переднюю лапу. А поскольку в коридоре сделан пол с подогревом, то Пирожок на нем нагрелся и стал как настоящий только что труп: мягкий и теплый. Я разбила себе голову, хожу с ободранной спиной, иногда хромаю и не могу двигать плечом.
14 апр. 2009 г
У меня новый сосед. Сегодня вышла утром на балкон потянуться, а он сидит и смотрит. Он – кот из соседней квартиры, наши балконы рядом. Я думаю, что сосед въехал зимой и его не выпускали, потому что холодно и он мог обморозить нежные лапы. И вот теперь весной он видит этот мир впервые. И потрясен наличием в нем других людей. Например, меня. Я сделала бантик и начала шуршать по карнизу. Сосед посмотрел на меня скептически. Бантик ему, наверное, уже показывали, он не велся. Тогда я начала резко садиться и вставать, то появляясь, то исчезая, растопырив руки в стороны. Кот просто офигел, потому что так ему еще не показывали. А когда я резко подскочила в очередной раз с выражением лица, то на балкон вышла его хозяйка. Она меня увидела, метнулась в угол балкона и что-то пролила из кастрюли. Наверное, выходила, хотела отсудить бульон.
Когда ж я на работу-то уже выйду, а?
16 апр. 2009 г
Когда-нибудь на земле произойдет непрогнозируемый катаклизм. И мы все неожиданно замрем. Я часто об этом думаю. Застынем в тех позах и с теми выражениями лиц, с какими будем. Потом нас найдут инопланетяне и напечатают про умершую цивилизацию книжку. Она будет называться что-то типа «История Земли для 5 класса. Третье издание, 3015 год. Под редакцией щупальцев». В книжке будут наши фотографии. Кто-то будет криво зевать. Кто-то разговаривать по телефону и, как на неудачной фотографии, замрет с полузакрытыми глазами. Кто-то будет вычищать лоток за котом. А кот будет смотреть из-за угла туалета. Кто-то заниматься любовью с задранными ногами. Кто-то застынет, наказывая сына ремнем. Кто-то навсегда останется в памяти пришельцев с ремнем на заднице. Кто-то с ложкой во рту. Кто-то на унитазе. У доски с мелом. С пальцем в носу. Кто-то замрет у компьютера с чаем, как я сейчас. Когда я думаю об этом, то сразу выпрямляю спину, перестаю хмуриться, плавно опускаю пальцы на клавиатуру и красиво отпиваю чай с одухотворенным лицом. Потом забываю и опять, как очень неудачная фотография.
Когда инопланетяне будут расследовать причины гибели жизни на планете Земля, то будут проводить расследование по следам на песке, как сейчас детективы изучают отпечатки пальцев. Они распутают эту цепочку следов, осторожно сметая кисточкой слой за слоем, и обязательно найдут того, кто включил рубильник. Во всех газетах напечатают фотографию человека, который ест бутерброд на какой-нибудь атомной станции. К тому времени ученые-инопланетяне научатся определять последнее слово, которое сказал человек, по положению его языка во рту. Последние слова человека с бутербродом: «Доча, только ничего не трогай, папа сейчас придет». А потом бу! – и тишина на несколько столетий, и на память глупые лица землян, которым школьники-инопланетяне будут подрисовывать усы, рога и закрашивать глаз, как повязку у Кутузова.
25 мая 2009 г
На съемках второго «Дозора» в Казахстане была такая история. По сюжету лошади должны были пробивать стены старинного каменного лабиринта. Художники построили фальшивые стенки из пенопластовых кирпичей, зафактурили их, замазали глиной. От настоящих не отличишь. Каскадеры разгоняли лошадей, но те шли на попятную и отказывались врезаться в стены. Видят же, что камни. Тогда каскадеры придумали закрывать им глаза. Лошади начали спокойно, как в масло, врезаться в пенопласт, разносили его вдребезги. Один дубль, второй. Одна лошадь пошла, другая. Пока снимали первые дубли, то остальные лошади все это видели. И они поняли, что ТАК – можно. Скакать на стену и разбить ее – да. Поэтому последующие дубли снимали уже без каскадерских хитростей, лошади разбивали стены с открытыми глазами и ничего не боялись.
Нам рассказывали, что после съемок возникла проблема. Лошади шли на все стены, дома и здания. Объяснить обратно уже ни у кого не получилось. И тогда этих лошадей пустили на колбасу.
Я к чему рассказываю. Работа в кино – это когда ты лошадь. Когда невозможное – возможно, и тебя не остановить. Дальше три варианта. Либо ты станешь колбасой. Либо останешься лошадью. Нет, два варианта всего, два.
17 апр. 2009 г
Режиссер назначил встречу в районе Белорусской по поводу проекта. НАКОНЕЦ-ТО РАБОТА. Утром я понимаю, что денег нет. Ну то есть как нет. Не просто нет, а НЕТ. Даже на метро. А я живу на Речном вокзале. Ну что, думаю, делать. Встала и пошла до Белорусской. Шла почти три с половиной часа. Это примерно 16 км. Опоздала минут на 10 всего. Захожу, а режиссер мне говорит: «Ой, Алеся… Вас не предупредили! Забыли, наверное… Мы на этот проект взяли другого второго режиссера, вы уж извините!» Я говорю: «Ну ладно». И пошла обратно.
20 июн. 2009 г
Мама уехала домой в Барнаул.
Судя по количеству оставленных пельменей, она вернется примерно в следующем тысячелетии.
Мама меня любит, очень заботится и все убирает.
После ее отъезда ничего невозможно найти.
Легче пойти и купить, чем найти то, что мама положила на место.
Я так всегда и делаю. Иду и покупаю.
Правда, иногда звоню ей в истерике и вою: «Ну где хотя бы мой паспорт?»
А она говорит, что в верхнем ящичке.
Вчера я пошла покупать все, что убрала мама. Щипчики для маникюра, летнюю обувь, вонючие палочки для аромата помещений, соль, носки, полотенца, тушь, а еще завтра я иду в налоговую восстанавливать кое-какие документы, которые мама тоже убрала.
Я ей говорю.
Мама. Скажи честно. Ты у меня воруешь. Скажи прямо, я так отдам.
А она говорит.
«Алеська! не выдумывай ерунды! Посмотри в верхнем ящичке».
Вчера я пошла восстанавливать вещи, которые мама положила в верхний ящичек. И наткнулась на пару магазинов. Поскольку я родилась в провинции, то у меня комплекс: я люблю дорогие и породистые вещи. Это важный момент. При том я люблю какую-нибудь дорогую вещь надеть с полной херней. Я тогда чувствую, что немножко унижаю ее и, таким образом, пренебрежительно отношусь ко всяким там маркам. А сама, когда появляются деньги, бегу в какойнибудь потрясный магаз. Поскольку деньги у меня появляются обычно резко и много, а до этого их нет совсем, то я успеваю за это время зашоркаться, скататься и сваляться. Когда прихожу в магаз в своих кедиках и с хвостиком, то меня там сначала не воспринимают. Потом я достаю всякие свои карточки и говорю: «Мне вот это, это и это!» И я выгляжу в такие моменты как из города Нефтегазодобытчинск. Они сразу начинают предлагать чай.
* * *
Было так.
Я пошла в кино.
Пошла одна в кино.
Одна моя подруга иногда ходит в кино одна.
Мол, она так воспринимает кинематограф.
А я считаю, что ходить в кино одной – это хуже самоубийства.
Но пошла. Делать все равно нечего.
Прихожу, а там кино.
Очень плохое кино, хуже некуда.
Перед тем, как зайти в зал, я немножко попросила у себя мороженое.
Наругала себя за то, что мороженое на ночь плохо, и решила взять попкорн.
Обиделась за то, что мороженое (видишь ли!) плохо.
На что это я намекаю? Что я толстая? Другую себе нашла, что ли?
Дулась весь сеанс и не разговаривала.
Сидела такая… ну такая. Мол, нет-нет, ничего-ничего, ешь свой попкорн сама, я не хочу.
Ела свой попкорн сама.
В смешные моменты не смеялась, поджимала губы, показывала обиженное настроение.
В смешные моменты поворачивалась, видела, что эта сидит и жмет губы, показывает обиженное настроение.
Подумала: ну и не надо мне твое мороженое, подавись ты им.
Подумала: как же ты задолбала со своими обидами. Куплю я тебе это мороженое, подавись ты им.
После кино попыталась с собой помириться.
Помирилась не сразу.
Сначала стояла и искала сигареты в сумке с независимым видом.
Потом сделала примирительный жест и себе прикурила.
Стою, курим.
Думаю, ну ладно… далось мне это мороженое.
Позвала себя посидеть в ресторанчике.
Пришла. Села и сижу.
Молчим с ней.
Официантка спрашивает: вы кого-то ждете или будете одна?
И вот тут мне стало обидно.
21 июн. 2009 г
Когда у меня когда-нибудь родится сын Вася, то Вася будет все время ходить с саблей. Это произойдет вот почему. Вася посмотрит какой-нибудь мультик, а у главного героя будет сабля. И Вася тоже так захочет. Мы будем покупать ему по сабле в день, потому что за саблю Вася будет шелковым, слушаться, убирать за собой игрушки (тоже сабли) и без каприз ложиться спать в 9 (с саблей). Один раз я скажу своему мужу: думаю, надо отвести Васю к детскому психологу. Он с саблей не расстается. Вдруг это какое-то отклонение, я читала в журнале. Муж мне скажет: да ну… и тут же уснет. А я буду лежать и накручивать себя про саблю. Потом я найду самого популярного психологического доктора для детей, к которому трудно попасть на прием, потому что он очень известный и дорогой. Но я через знакомых договорюсь, и доктор нас примет без очереди за десятерную плату. Вася будет сидеть в приемной с саблей, которую мы берем обычно для выходов. Для гостей у нас будет другая сабля. Для детского сада тоже другая. Доктор пригласит нас в кабинет. Он будет сидеть на стуле, протянет Васе руку, мол, ну как тебя зовут, а? А Вася в ответ ударит доктора по руке саблей. Доктор скажет: ай, так нехорошо! Надо извиниться! И якобы приветливо улыбнется, потому что он детский врач. А я скажу: Вася! Немедленно извинись! А он будет стоять и сжимать губы. Тогда я присяду рядом с ним и скажу, заглядывая в глаза: ты слышишь меня? Вася, извинись! А он будет стоять со сжатыми губами (весь в отца) и скажет: мама! Этот доктой не встай, когда здоровался с ультракомандиром! (Согласно мультипликационной иерархии Вася будет как раз ультракомандиром.)
И, сидя около Васи с саблей, я пойму, что нельзя его сейчас предавать. И скажу: извините, доктор, мы не можем извиниться. И мы пойдем с Васей из кабинета. А Вася повернется, уводимый за одну руку, а другой, в которой сабля, погрозит доктору и скажет: ууу, это тебе еще повезло!
28 июн. 2009 г
У Катечкиной хороший муж. Я знаю про него много прекрасных историй. Один раз Катечкина договорилась с мужем, что если он еще раз нажрется, как скотина, то она поедет на Гоа одна. Муж сказал, что больше никогда! И вот один раз он приходит домой и говорит.
(Ну как приходит… ну как-то под утро попадает домой.)
Так вот. Он говорит.
(А Катечкина как бы стоит и слушает, потому что волновалась и ждала всю ночь.)
Ну так вот. Он говорит:
– Я-то хотя бы знаю, где пил всю ночь. А вот ты-то где была?! – это еще надо выяснить!
Катечкина смотрит. А муж говорит дальше:
– И вообще, у меня для тебя хорошая новость. Ты едешь на Гоа!
Один раз Катечкина возвращалась домой поздно со службы. Она приехала во двор и стала парковать автомобиль. Пока она то сдавала задом, то выворачивала колеса, из подъезда вышел ее муж. Тогда Катечкина подумала, что ну какой же у нее – хороший муж. Увидел в окно, что она приехала, оделся, спустился и идет ее встречать, потому что любит. Катя приехала голодная, уставшая и холодная. Увидев встречающего мужа, она разулыбалась, потеплела, вышла из машины, а муж говорит: «О! Ты приехала уже. А я дома двадцатку нашел, пошел за пивом».
В другой раз Катечкина и ее муж поехали в Таиланд. Там было много массажа. Катечкина попала на один из них, а муж пошел в гостиницу, потому что у него болела нога. Катечкину мяли. Она лежала. Было хорошо, как это бывает в Таиланде на хорошем массаже. Потом она вышла на улицу и села с сигареткой. И ей даже вынесли чаю. Это было тоже хорошо, потому что в Таиланде в этот момент пошел дождь большими крупными каплями. Они начали биться обо все на свете и разлетаться на мелкие капли. Ей было очень хорошо, потому что в Таиланде с чаем под дождем и с сигареткой после массажа – ну вы представляете. Про это есть даже фотография. И Катечкина пошла в гостиницу прямо под дождем. И видит, что идет ее муж и хромает, потому что у него болит нога. Она думает: «Опять двадцатку нашел». А он говорит: «Пошел дождь, я подумал, что ты замерзнешь и принес тебе кофту».
31 июл. 2009 г
Или вот еще случай был. Одна моя знакомая очень любит работу и страшно ответственный человек. Она такая ответственная, что слова «нет» не услышишь. И ей все родственники говорили, что она никогда не выйдет замуж, потому что все время на работе. И вот один раз в выходной день Эля идет по улице, звонит начальство и говорит, что вот сейчас срочно, вот прямо сейчас срочно надо отправить один документ, который есть только у нее в почте, и если она его не отправит, то все, как это обычно бывает, рухнет к чертям собачьим. И вместо того, чтобы намекнуть, что выходной день, Эля бежит со всех ног срочно искать интернет, параллельно звонит в справочную и выясняет, где ближайшее интернет-кафе, скоблится во все двери магазинов с просьбой попасть в интернет, ну у них же наверняка есть! Прибегает в кафе по адресу, а интернета нет, интернет там сломался, а начальство обещает ее параллельно убить по телефону. Этот бледный вид видит менеджер в кафе и говорит, что здесь интернет появится не скоро, а вот у него рядом друг, у него дома есть, я ему позвоню, через два дома живет. Эля бежит в дом к другу менеджера интернет-кафе и отправляет оттуда то самое письмо, которое, как это обычно бывает, понадобилось только через неделю. Но Эле это было не важно, потому что она любит работу и очень ответственная. А на прошлых выходных Эля вышла замуж за друга менеджера интернет-кафе. На свадебном фото она выглядит счастливой, а он выглядит очень счастливым, а не пойманным за яйца, как это обычно бывает. Потому что чувство ответственности и любовь всегда порождают что-то хорошее, даже если кажется, что пропади оно все пропадом
31 авг. 2009 г
Произошла следующая вещь.
Я лежала на кровати и увидела, что по покрывалу ползет черный жучок.
И нет бы его убить сразу, но я не могу.
Я взяла первую попавшуюся бумажку с тумбочки, подсадила жука и пошла выбрасывать его с балкона.
Вместе с жуком случайно улетела бумажка, потому что он не хотел стряхиваться сразу, а на улице порывистый ветер.
Сначала я не обратила на это внимания.
А когда уже легла на кровать без жучка, то встала тут же обратно и сразу прямо на пятки.
Меня просто подняло всю сразу, как рельсу.
Потому что эта бумажка была не просто так бумажка, а расписка про деньги.
Эту расписку через меня передал один продюсер другому продюсеру.
Это была расписка про очень много денег.
Не просто много денег, а по-настоящему много денег.
А ветер был сильным.
А черный жучок, наверное, спасся и сейчас пришел домой.
Жук-жена ему жужжит: «Ты где шлялся? Видел, который час?! Кора остыла, для кого я это готовлю?! Позвонить не мог?! Личинки без отца растут!»
А черный жук-муж сидит весь белый, бледный и отвечает ей сухо, а у самого желваки ходят: «Наташа, я сейчас с 17-го этажа летел…»
А она замерла, как это услышала, четыре лапы об фартук вытерла, вплеснула ими и кинулась сразу: «Коленька! Да ты что… да как же так…»
И вот пока они там обнимались и у них было все хорошо, пока она его гладила по голове с усами, которые растут примерно из глаз, то я ходила по кварталу между домов и искала беленький листочек. И представляла, как мне один продюсер вырвет руки, а потом ноги. В голове была пара планов по отступлению. Например, сказать, что я ехала в метро, сумку выхватили и расписку украли. Или лучше сказать, что я ехала в метро и украли все метро вообще.
Один раз я поехала в Киев в командировку. А мне и говорят, что раз уж я туда еду, то могу и отвезти деньги. Очень часто у меня выключается мозг, и организм переходит на резервное питание. Я начинаю думать жопой. Потому что я взяла эти деньги и рассовала в сумке между трусов несколько тысяч долларов. Ну то есть как несколько… Несколько десятков тысяч долларов. Не могу сказать сколько, потому что участники тех событий до сих пор живы. Прилетела в командировку, положила деньги в сумку и пошла по улице так, будто просто так иду, а не несколько десятков тысяч долларов. И зашла в магазин купить кефир, положила его в сумку. Хорошо, что однопроцентный, наверное. Каша из кефира и нескольких десятков тысяч долларов – это то, что я почувствовала, когда полезла доставать деньги в офисе. Я сказала, что ой, секундочку, сейчас вернусь, у меня звонок. И побежала из кабинета прямо с рукой внутри сумки, потому что если бы вытащила, то там прилипли доллары. Деньги давать мне не просто небезопасно, но и бесполезно. И даже бессмысленно.
Я мыла их сутки примерно. А потом сушила между страниц в толстом справочнике «Весь Киев». Это называется отмывать деньги.
Расписку я нашла. Лежала прямо на дороге, не очень далеко от дома. Просто так лежала. С таким видом, будто какая-то дебилка выбросила ее с балкона. То есть тут никакого детектива не произошло. Она просто лежала, а я ее увидела, встала на колени и подползла, целуя асфальт. Пришла и тут же написала про это в скайпе своему знакомому. А он говорит: «Ты проверь, это ТА расписка?» Помимо расписки я нашла несколько газет, инструкций к чему-то и чеков от чего-то. Если кто-то сегодня спасал жучка, то ваши бумаги у меня.
3 июл. 2009 г
Снимают кадр. Из вагона выталкивают девушку, она катится кубарем по склону и потом лежит мертвая. Все, конец фильма. Героиня погибает, все плохо, такая несправедливая жизнь. Хвост поезда выезжает из кадра, наступает тишина, трава колышется по переднему плану, поют птички, летают стрижи, милое лето, ласточки сидят на проводах, бездыханное тело лежит на склоне, ветер треплет ее мертвые волосы, титры… Такой вот кадр. Для съемок пригласили каскадершу, которая из бывших гимнасток. Внимание, приготовились, мотор, начали! Поезд едет, каскадерша прыгает, скатывается по склону, разбрасывая руки и ноги в разные стороны, все как надо, прикатывается в нужное место и вдруг хоп! – выпрыгивает из травы и встает в стойку, которую принимают гимнасты в конце упражнения. Например, прыжок через козла. Пятки вместе, носочки врозь, спина выгнута, руки в стороны. У каскадерши сработал рефлекс гимнастки: после каждого прыжка вставать в стойку. Режиссер говорит: «Света. Давайте договоримся». Договорились. Еще дубль. Опять поезд, прыжок, кувырок ииииии – стойка! Ну рефлекс! Режиссер багровеет, и у него ощущение, что эти прыжки через козла не закончатся никогда, а козел – это он. Гонять состав туда-сюда, потому что одна гимнастка не может лежать мертвая, – это дорогое удовольствие. Режиссер говорит: «Света, перестань немедленно не выполнять мою задачу». Ну не так говорит, но смысл тот. Еще дубль! И начали! Хвост поезда выезжает из кадра, наступает тишина, трава колышется по переднему плану, поют птички, летают стрижи, милое лето, ласточки сидят на проводах, каскадерша стоит в стойке пятки вместе, носочки врозь, спина выгнута, руки в стороны, а ветер треплет ее волосы. Пять дублей она показывала эту стойку. Надо сказать, что безупречную. Так и не сняли.
4 июл. 2009 г
Паша – директор съемочной группы. Мы с ним сейчас доснимаем проект. Поэтому Паша часто звонит мне, а я ему. Общаемся про декорации, количество смен, состав группы, деньги, актеров, павильоны и прочую организацию процесса. За один день мы совершаем по много звонков друг другу.
А я весь день работала дома, делала раскадровки. А потом решила лечь спать, потому что почти до утра сидела на монтаже и очень устала. И тут мне звонит режиссер монтажа. Я еще думаю: брать трубку или нет? Опять скажет, что они перемонтировали материал и мне надо снова переделывать все бумажки. Ну что он еще может сказать? Лучше не знать. Ну сколько можно?.. Но беру трубку, куда деваться. А режиссер монтажа говорит: «Алеся. Срочно позвони Паше и скажи, что мы нашли мяч и чтобы он шел обратно. А то у нас нет его телефона».
Паша сегодня поехал играть в футбол. Потому что он почти до утра считал смету и устал. Они играли, а мяч потерялся. Ну, пнули его куда-то. И Паша пошел искать мяч. А пока он шел, то мяч нашли, а Пашу потеряли. А номера Паши ни у кого нет. А мой есть. Паша идет где-то и ищет мяч. И тут я ему звоню. А он идет и думает: брать трубку или не брать? Опять эта Алеся скажет, что съемочный план поменялся и мне надо снова переделывать все бумажки. Ну что она еще может сказать? Лучше не знать. Ну сколько можно?.. Но берет трубку, куда деваться. А я ему говорю: «Паша. Мяч уже нашли. Иди обратно».
4 июл. 2009 г
Я сегодня во сне была любима и любила.
Меня любили, и я любила.
Это такое забытое ощущение.
А оно мне вот прямо приснилось.
Я его почувствовала, ощущала по-настоящему.
Когда хочется обниматься и прижиматься к человеку.
Приснилось такое чувство, что я необходима и почему-то кому-то нужная, важная.
И что мне нужен и необходим.
И еще вот такое волнение, когда видишь этого человека.
Одновременно и страшно, и радостно, и отпускать не хочется, но в то же время хочется убежать.
Убежать не вперед, а вверх куда-нибудь.
Мне вот такое сегодня приснилось.
Я уже сто лет никого не любила.
Когда встречаются, не предают и не прощаются.
А оно мне видишь как сегодня приснилось.
Я и забыла, как такое бывает.
А потом мне позвонили и сказали: «Алеся, из какой папки надо распечатать сценарий? Где последняя версия? Ты спишь, что ли?»
Я села на кровати – а вокруг никого.
А я сижу и люблю.
И весь день так было.
17 июл. 2009 г
Или вот еще случай был.
Одна моя знакомая, которая работает в кино и занимается актерами, поехала со своим мужем в заграничную поездку.
На контроле их начали досматривать, проверять личные вещи.
Муж мялся рядом и кряхтел про то, что кого-то ловят.
Сумочку протрясли, пронюхали, просветили насквозь и начали щупать руками.
И тут до девушки доходит, что накануне знакомый режиссер дал ей травы.
Она ее положила в сумку и забыла.
И, стоя на контроле, понимает, что это – все. Сходили за хлебушком, съездили на пляж.
Рядом стоит муж, ничего не знает, мнется и кряхтит.
Женщина-таможенница-проверяющая берет сумку, запускает туда руку и начинает осмотр.
С этого момента у моей знакомой события развиваются очень медленно, как в кино, когда в подробностях хотят показать смерть героя, которого выбрасывают с 22-го этажа. Она одновременно следит за руками женщины-таможенницы-проверяющей и вспоминает, кто ей рассказывал историю про то, что сына знакомой заловили с травой, а потом адвокат отмазал и где найти этого адвоката.
Она видит, как медленно расстегиваются кнопки, открывается молния, раздвигаются матерчатые отделения, пальцы перебирают мелкие вещи, открывается кошелек и она уже представляет, как руки натыкаются на маленький целлофановый пакетик, женщина-таможенница-проверяющая берет его в руку и…
И тут из сумки моей знакомой, которая занимается актерами, вываливаются фотографии актеров. Она их тоже накануне положила в сумку и забыла.
И женщина-таможенница смотрит на мою подругу, которая стоит с белым лицом, и видит, что у нее такое выражение, будто ее скинули с 22-го этажа. Потом она смотрит на рядом стоящего мужа, быстро понимает ситуацию по-своему, судорожно собирает фотографии мужчин в сумку и отдает подруге.
* * *
Если сейчас открывать входную дверь в мою квартиру, то надо прилагать усилия. Например, немножко навалиться плечом, потом сильно толкать руками.
Просто был тяжелый и долгий проект, я немножко редко следила за порядком.
От входной двери до кровати лежит плотная и скатанная дорога из штанов, раскадровок, полотенец, сценариев, маек, сумок, чеков за такси, футболок, съемочных планов, джинсов, салфеток, коробок от доставки суши, бесконечных фотографий актеров, носков, кружек, схем проезда до съемочных площадок, обуви. В комнате стоит шкаф с таким видом, будто его вырвало вещами. Уже не получится спать на кровати, потому что негде, если только лечь очень с краю. Там гнездо из ноутбуков, шнуров, одеял, фотоаппаратов, покрывал и подушек. Паспорт нашла в тарелке на кровати. Вытащила одеяло, проволокла его через всю комнату в свободную кухню, скатала из полотенца подушку и быстро упала на это сверху спать, потому что вставать надо было через час, а до этого не спала двое суток. Легче сменить квартиру, чем убрать.
Особенно хорошо в эти моменты жизни проявляет себя моя мама. Она, например, звонит и говорит: Алеся, ты заплатила за квартиру? Я говорю, что нет! А она говорит: почему? не накапливай. Я говорю: хорошо, мама. А она говорит: а за телефон заплатила? Я говорю, что нет. А она говорит: почему? не накапливай. Я говорю: хорошо, мама. А она говорит: у тебя дома все в порядке? Ну и дальше по кругу.
Или это бывает еще так:
– Мама, говори быстро!!! Я на съемке!!!
– Алеся! Алло? Это мама.
– Мама, быстро говори, я не могу говорить!!! Что-то случилось?
– Алло?
– Да, мама. Что случилось?
– Алеся. Как дела?
(блин, блин, блин)
– Хорошо, мама!!! Давай потом поговорим!!! Я не могу!
– У тебя что-то случилось?
(блин, блин, блин)
– Да, я на съемке! Все, потом позвоню!
– Нет. Подожди! Мне не нравится твой голос! Ты не беременна?
– Мама, потом!
– Что потом!? Я так и думала, что что-то произошло! Говори немедленно!
– Все хорошо!
– Ну ладно тогда. Позвони сегодня вечером, хорошо?
– Да!!!!!!!!!
– Я буду ждать!
– Да!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
– У тебя деньги есть?
– Мамааааааа!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
– Ну ладно. Все, пока! Целую, мой цветочек! Моя ягодка и ненаглядная доченька!
– И я тебя, мама! Всё!!!
– Ну все, пока, доченька. Клади трубку первая!
А не брать трубку, когда звонит мама, нельзя. Потому что после десятого гудка я автоматически считаюсь с перерезанным горлом в канаве.
А еще когда я впадаю в состояние затяжного проекта, то в конце концов прихожу на съемочную площадку в вечернем платье, потому что больше ничего чистого не осталось. И все говорят: Алеся! Какая ты красивая!
Один раз я пришла домой. На следующий день надо было уезжать в Питер на съемки. Пришла в два ночи, а уезжать в пять утра. Была зима. И надо было брать теплое, чтобы не замерзнуть на площадке. Все теплое было грязное. Я положила это в стиральную машинку и рассчитала так, что оно постирается и высушится, когда надо выходить из дома. А потом я упала спать сверху гнезда из ноутбуков и проводов на кровать. Вспомнила, что надо поставить будильник. Будильник только на телефоне. Телефон разряжен. Когда идет проект, то выговариваю по семь телефонов в день. Я поставила телефон на зарядку. Знакомый как-то недавно посоветовал мне, что можно купить советский будильник. Если купишь, будешь бояться не встать за три минуты до его звонка. Ощущение, что тебе стена на мозг падает.
Когда я уже начала терять сознание, то вдруг слышу, что раз – и дома тихо. Потому что все замолчало, например, стиральная машинка. Слезла с проводов и поползла смотреть. Оказалось, что выключилось электричество. Я поползла на лестничную площадку, где свет был. И начала щелкать всеми штуками, которые есть в этой штуке, которая отвечает за электроэнергию. Вырубила свет у всех соседей, потому что я не знала, какая штука отвечает за мою квартиру. Электричество не появилось. Это означало, что есть два варианта. То есть даже один. Мне – конец. Без будильника не проснусь, а телефон разряжен. А потом я встала около стиральной машины на колени и смотрела, как там в мокрой пене лежат мои теплые штаны. Смотрела и думала, что ну… Нельзя ложиться спать, а то просплю. Но спать хотелось так, что нижние веки ползли на верхние. А потом я еще раз грустно посмотрела на штаны. И точно помню, что подумала: пошло. Оно. Всё. На. И легла спать.
24 июл. 2009 г
Один раз мы с моей подругой решили встретиться утром выходного дня и позавтракать в приятном ресторанчике. До этого я примерно месяц чудесно проводила время в абсолютном безделье. Спала целыми днями, читала книги (вру, не читала) и просветлялась (вру, очень грустила), накладывала косметические маски для цвета лица, дышала свежим воздухом в парках города, маникюр, массаж, праздный образ жизни. И вот мы с подружкой встретились, позавтракали в приятном месте приятной едой, идем свежие и светлые, думаем, а не зайти ли в книжный магазин или просто так сделать небольшой шопинг, на улице тихо, такая теплая весна, и мы все в предвкушении лучшего. И вдруг навстречу идет Олег, продюсер, с которым мы когда-то работали на проекте. А это был тяжелый и неприятный проект, с которого мы с подружкой уползали назад коленками. Олег нас запомнил такими. И вот он идет навстречу, и мы идем, но уже совсем иные! не те, что раньше. Ветер развевает наши волосы, впереди другая жизнь, молодость, все худшее позади, привет, Олег! как ты! О! Привет девчонки! Как вы? Что такие уставшие и замученные-то? Со съемок, что ли? Опять ночная смена?
И мы поняли, что хорошо выглядеть не получится уже никогда.
29 июля 2009 г
Я тут, кстати, собралась завести себе животное. Но приехала погостить мама из Барнаула. Каждый спор она ловко прекращает фразой: «Вот я умру – будешь плакать!»
Мама как кошечка, собачка, хомячок, рыбка и птичка. Требует внимания, ласки, общения и еды. Крутится под ногами, щебечет и любит, чтобы с ней гуляли. Мы с ней начали думать, какое животное мне завести. Я просила кота (кот – это моя мечта). Но потом прикинула рабочий график на ближайшее время и стало понятно, что когда приду домой с работы, то кот успеет не только умереть от голода, но даже истлеть. Мама сказала, что не надо мне животное. Я начала спорить, потому что хочу кота! Мама ловко пригрозила умереть и хитро посмотрела. По ее виду было понятно, что она не умрет никогда и будет жить вечно.
А вечером позвонила Маруся и напомнила, что они с Лешей держат для меня тибетский гриб. Тибетский гриб – это как чайный гриб. Чайный гриб – крепкая слизь, которая плавает в трехлитровой банке. Это надо пить, потому что полезно. Тибетский гриб похож не на слизь, а на мозг (белый и пористый). Он заливается молоком и дает дико полезный кефир. У мамы болит желудок, и ей такой кефир будет очень хорошо. Я обрадовалась и сказала, что заведу себе тибетский гриб! Он будет расти и радовать меня. Приходишь домой, а тебя встречает тибетский гриб. Но Маруся напомнила, что тибетский гриб нуждается в уходе, его надо мыть и заливать молоком. С моей работой это трудно успеть. Тогда я впала в отчаяние и решила завести себе диван. И назвать его Митей. Это лучшее имя на земле.
Он даже не диван, а топчан. Мягкая широкая сидушка на низких бревнах вместо ножек, кокетливые валики по бокам, приятная обивка с витиеватыми восточными узорами.
Такая легкая и изящная конструкция для уюта в узбекском стиле. Адылбек-дизайн. Начертила чертеж тонким карандашом, указала масштаб, отдала мастеру. Купила Мите приданного: подушки разные, накидочки.
Привозят сегодня моего Митю.
Железобетонный мост с перилами.
Димон.
Когда мастер звонил и уточнял «Алеся, может, 90 сантиметров, а не 65?», то надо было сразу бежать из страны, сразу!
Получился такой мощный пацан с загривками в виде валиков. У него на лбу написано «Ляг и сдохни. Легла я тебе сказал!»
Митя застрял во всех дверях, потому что человек создал его массивным в дурацких и нелепых витиеватых восточных узорах.
Грузовой лифт в нашем доме построен очень удобно и специально таким образом, что если вам необходимо совершить грузовые работы крупногабаритных предметов, то надо разобрать стену. Узбеки – это главное изобретение человечества. Потому что они натурально молились, когда втискивали Митю в лифт. Митя вставал то боком, то кверху ногами, то задом, но не в лифт.
Чтобы занести Митю хотя бы по частям, его начали раскручивать. Я только успевала собирать саморезы и складывать их в задний карман. Зато теперь я в курсе, что у нас в подъезде 500 жильцов, которые знают, как заносить Митю на самом деле. Параллельно мне звонил сердитый продюсер и спрашивал, какой съемочный план печатать.
Потом я срочно с саморезами в жопе побежала на встречу, на которой были распечатаны не те съемочные планы.
Митя сейчас стоит в виде расчлененки, но все равно он очень заносчивый.
Прыгай на меня, бэйб! Потискаю тебя!
Еще одна половина Мити куда-то уехала, чтобы ее там разобрали на двенадцать частей, и он хотя бы так пролез куда-нибудь.
Опять я сделала какую-то хуйню.
13 авг. 2009 г
Водитель говорит:
– Ты почему сразу не сказала, что живешь в Чикаго? Ну в Чикаго. Так твой район называли, потому что тут одни зэки и отморозки.
А я как раз искала район поспокойнее. Я – молодец.
Митю привезли. Собрали. Поставили. Мама сразу вышла из комнаты. Потому что места не хватило, везде стоял Митя. Я тоже вышла. Мама хотела сказать, что я никогда ее не слушаю, а она говорила, но мне же ничего невозможно доказать, я упрямая, а она говорила, а я не послушала, а у нее жизненный опыт, и кто так делает, вот что хотела сказать мама, да только я так делаю, никогда не слушаешь мать, и куда теперь девать эту гробину, и как пройти по комнате, давай хотя бы спилим ему ноги, хотя бы можно будет перешагивать, вот что хотела сказать мама, и когда уже у меня появится мозг и я начну слушать мать, чем я думаю, мне уже почти тридцать лет, когда ей было тридцать, то мне было уже пять лет, вот что хотела сказать мама, давай ноги ему отпилим, Алеська! я тебе говорю, ну послушай ты мать хоть раз! Она повернулась, чтобы это все сказать, а потом увидела мое, скажем так, лицо и говорит:
– Алеся. Ну, может, ты привыкнешь к нему?
У меня есть порно-столик. Это, знаете, такой столик, на котором дворецкие выкатывают завтрак господам. И еще в порнографических фильмах девушки, наряженные служанками в коротких фартучках, немного нагнувшись, катят этот столик, виляя задом без трусов. Этот стол мне достался с одних съемок. Пиротехники взрывали на нем ананас. Когда я его качу, то ощущение, что трусов нет вообще и зад начинает вилять сам собой.
И вот я стою. Смотрю. Курю. Я никогда не курю в квартире, но тут курю. Тупо курю. Смотрю на блядский стол, Митю рядом. Мама говорит:
– Ну. Если картинки повесить, то будет нормально.
А вешать картинки в данной ситуации, это как делать маникюр при гангрене.
Выбросить Митю нельзя, это просто невозможно. Ни физически, никак. Легче обложить его динамитом и взорвать. Но и это тоже невозможно. Потому что Митю я заказывала на киностудии и мастеру строго сказала: «Делаем крепко, а не как обычно на три дубля». То есть Митя не истребим.
Правда, есть один вариант. Разобрать стену к соседям и тогда можно будет как-то обходить Митю. Это очень удобно. Просто у меня будет одна общая комната с соседями.
Утром просыпаешься, соседи спят. Ходишь тихо, собираешься, ведешь себя деликатно, чтобы не разбудить. Вечером поздно приходишь, на цыпочках пробираешься. Установим очередность мытья полов общей комнаты.
Мама говорит:
– Ну, а если накидку на него кинуть? Если его не видно, то он вроде бы и ничего. Закидать подушками.
Я не могу его сфотографировать. Потому что сразу упираюсь объективом в Митю, когда держу фотоаппарат.
Водитель, который возил его туда-сюда из мастерской и в мастерскую собирать-разбирать, намекал, мол, соображай, хозяйка, думай, считай, дополнительные расходы, бензин, у меня минималка, а тут катайся столько дней, носи его туда-сюда, мне это зачем, мне это не надо, твой диван – твое дело.
Сегодня водитель привез Митю. Поднял. Собрал. Сам все крепко скрутил. И еще до работы меня подвез. Я говорю «Сколько?» и лезу в карман. А он мне отвечает: «Да нисколько. Ничего я с тебя не возьму». – «Почему?» – «Потому что я подумал, что тебе надо просто помочь».
Теперь мы с Митей живем в Чикаго. Судя по Мите, мы тут главные.
* * *
Недавно я работала несколько суток подряд без перерыва на сон и отдых. Когда такая напряженная работа, то всегда в процессе дня появляется выбор: в туалет или покурить? покурить или туалет? Потому что надо выбирать или, или. И я всегда выбираю покурить.
Когда столько много работаешь, то рано или поздно возникает ощущение, что кости мягкие. Не знаю, как это правильно передать. Просто мягкие кости. У меня есть один знакомый, который очень мало разговаривает. Когда становятся мягкие кости, то я приползаю с ним помолчать. Есть очень мало людей на свете, с которыми есть о чем помолчать. У него живет попугай, какой-то редкий попугай, который приспособлен разговаривать. Но попугай молчит, как убитый, потому что брать пример не с кого. Мой знакомый развелся с тремя женами, потому что они с ним разговаривали. Последняя жена оставила ему птицу в качестве злой насмешки. У него огромная квартира, которую он соединил из двух, и огромный диван, который он собрал из пяти. Мы видимся очень редко, раза три за год, потому что его постоянно нет в Москве. Когда он приезжает, то обязательно сообщает: «Я тут». Пишу ему: «Мне надо помолчать с кем-нибудь». Он отвечает: «Я тут». Это очень многословно с его стороны.
Прихожу и знаю, что меня никто не будет ни о чем спрашивать или, например, вступать в половую связь. Это иногда совсем не нужно. Недавно пришла и говорю: «Можно я тут полежу?» Он сидел за компьютером, а я лежала на диване, и мы молчали. Мы хотели так: чтобы он доработал за компьютером, а я бы полежала, а потом бы мы попили чаю, покурили сигарет с вишневым вкусом, которые он откуда-то привез, а потом бы пошли гулять или кататься на машине. У нас есть игра: мы пристраиваемся за каким-нибудь автомобилем и едем за ним. Куда машина, туда и мы. Один раз мы так уехали в Тулу. Но это такая игра, надо ехать, иначе проиграешь.