«– Так давай сообщим нашим соратницам об этом», – образ синеглазой красавицы не скрывал любопытства. – «Попросим Иллюзорных, чтобы Рафаэллу с Чикитой доставили к своим истинным половинкам. Может, уговорим, и они согласятся!»
«– Иллюзорные, может, и согласятся», – Оля доплыла до Варвары, и обе девушки направились дальше. – «А вот Рафаэлла с Чикитой – нет. Им туда совсем не захочется, я вижу это четко. Там они – Обычные девушки, жены батраков, на какое-то время счастливые и навсегда нищие… либо несчастные, зато выгодно замужем. А тут они – Пробужденные, элита, с серьезными возможностями и личным счастьем, хоть и не являющимся идеалом, но вполне себе комфортным. В женскую генетику Красных рас заложен механизм сосуществования двух жен при одном муже. Чем больше энергосоответствие, тем проще им найти между собой компромисс. Соответствие Чикиты и Рафаэллы относительно Риккардо равнозначно, поэтому они найдут общий язык без труда. Фактически они уже его нашли, потому что в их конкуренции нет ненависти или лютой злобы. Это больше похоже на спортивное состязание. Если короче – они сами не захотят отказываться от такого положения дел. Если хочешь, предложи им сама, но только без меня. Мне очень неловко…»
«– Еще бы…» – задумчиво протянула Варвара. – «Я сама не знаю, как правильно поступить с этим знанием. Лучше бы не спрашивала… Послушай, Ольга, а ты можешь посмотреть мое соответствие с Агнем?» – образ Варвары замерцал заговорщицкими нотками. – «Хотя бы в образном выражении? Раз уж его защиту не пробить!»
«– Я уже пробовала», – Оля виновато пожала плечиками. – «Не получается. Сил не хватает. Я сильнее ребят из Красной группы, их энергии мне разбирать несложно. А вот энергетического соответствия тех, кто сильней меня, я не вижу. Контакт не устанавливается. Я чувствую, что когда стану сильнее, то смогу подключаться к гораздо большим объемам информации! Но когда еще все это будет…» – Оля печально произнесла, копируя Лиса: – «Эххх…»
«– Очень похоже получилось!» – молча хихикнула Варвара. – «Теперь ты понимаешь, как непросто ему приходится!»
«– Надеюсь, мы оба потерпим и выдержим», – при мысли о Лисе Оля вновь пришла в тихий ужас. Как бы так сделать, чтобы и не обидеть Лиса ни за что, и самой избежать не прекращающегося допроса. Нужно что-то придумать, а пока не придумалось, стоит поскорее добраться до школы, там он ее без веской причины вызывать не станет.
«– Сколько у тебя воздуха осталось?» – уточнила Варвара. – «Ты под водой сто пятьдесят секунд».
«– Еще минутку осилю», – Оля вслушалась в ощущения. – «Далеко еще?»
«– Начнем прямо отсюда!» – синеглазая красавица остановилась. – «Оставайся здесь, мол, изучаешь открытую часть лабиринта, глазеешь на новый коралловый риф и все такое! А я сейчас увяжусь с Агнем на осмотр экзаменационного участка подводного лабиринта. Это хороший повод отвлечь его разговорами. Вдруг ему нравится моя болтовня, и у тебя получится увидеть его отношение ко мне… хотя бы на уровне эмоций».
«– Я попробую», – подтвердила Оля. – «Хотя шансов ноль. Варвара, а почему ты не спросишь его напрямик?»
«– Ага!» – Варвара сделала большие глаза. – «Скажешь тоже! Он же командор! Сейчас я заявлю ему, что люблю его до беспамятства, и тут окажется, что это чувство не взаимно. И Иллюзорные сразу же переведут меня в другой Круг, подальше от раздражителя, чтобы ничто не мешало успокаиваться. А я не хочу успокаиваться! Я лучше тут подожду! Семь лет ждала – и ничего, не рассыпалась!»
«– У тебя запрет на личную жизнь истекает через год!» – увидела Оля. – «Будешь ждать год?»
«– Конечно, буду!» – решительно заявила Варвара. – «Если ты меня до того момента не обрадуешь! Начинаем?»
«– Начинаем!» – Оля осталась на месте, разглядывать причудливые сплетения разноцветных кораллов и заодно экономить воздух, и Варвара устремилась вглубь лабиринта, к начинающейся неподалеку системе опасных пещер. Оля проводила ее взглядом. Идеально выточенное обнаженное тело Варвары, окутанное нереально густым нежно-соломенным шлейфом волос, достигающим середины бедра, напоминало сказочную русалку. Когда Олины волосы отрастут до такого же состояния, это будет праздник. Потому что с такой мощной проводимостью волос-волноводов сила ее Разума точно возрастет! И контакт будет устанавливаться ощутимо легче.
«– Агнь!» – синеглазая красавица окликнула командора на канале личной связи, как бы между делом, не отключая от информационного энергообмена Олю. – «У нас с Ольгой появилась мысль: может, я сымитирую потерю сознания где-нибудь в центре опасных пещер, а ты меня спасешь? Так можно на практике проверить, как будет происходить эвакуация в случае чего!»
«А она находчивая! Борется за свое счастье» – внезапно возникло в Олином сознании.
Оля резко провернулась вокруг своей оси, ожидая увидеть кого-либо, но вокруг было пусто, и браслетик связи показывал, что на озере по-прежнему только три человека: Агнь, Варвара и сама Оля. Сознание молчало, и Оля пришла к выводу, что это, скорее всего, была ее собственная мысль. Просто прозвучало все как-то неожиданно, но такое уже с ней бывало. Видимо, это особенности Контактера, просыпающиеся у Оли с возрастанием силы Разума.
«– Диаметр пещер достаточен для того, чтобы один человек мог вытащить другого», – откликнулся Агнь. – «А вообще идея неплоха, давай попробуем. Всегда полезно проверить что-либо на практике. Только придется обойтись без Ольги. Она опаздывает в школу. Поэтому ты подыщи узкое место, а Ольга пусть поторопится на завтрак. Лис с Малышом проводят ее до школы, они будут на базе через пятнадцать минут. Лис как раз собирался у нее о чем-то спросить».
«– Варвара, извини!» – Оля усиленно гребла руками и ногами, осуществляя экстренное всплытие. – «В другой раз попробуем, ладно? Мне надо в школу спешить!»
«– Хорошо!» – образ синеглазой красавицы переливался веселым смехом. – «Удачной учебы!»
Спустя полторы минуты Оля сидела за обеденным столом и торопливо уминала завтрак, не сводя мысленного взора с браслетика связи. Надо что-то придумать относительно Лиса, не будешь же прятаться от него постоянно!
– Не торопись! – Славица с дымящимся блюдом на подносе подошла к Оле и укоризненно проводила взглядом мелькающую в ее руках ложку. – Так есть нельзя! Что за глупости?! Перестань сейчас же! Ешь по-человечески! Не спеша и чувствуя вкус! Я что, зря старалась?!
– Извини, – Оля виновато поежилась и принялась тщательно жевать. – Я в школу опаздываю…
– Да ты что?! – иронически всплеснула руками девушка-целитель. – В школу?! Опаздываешь?! С каких это пор оно стало тебя так волновать?! Тебя же туда палкой не загонишь!
– Через двенадцать минут на базу вернется Лис, – начала объяснять Оля, одновременно пытаясь проглотить ложку ароматной рассыпчатой каши, – он вчера услышал про эти разумные камни…
– Ах вот оно что! – Славица тихо прыснула. – Только это было позавчера! Но ты права, вопросов у него целый вагон! Он с кем только не поделился миллионом своих предположений! Ты рассчитываешь укрыться от него в школе? Но вы же с ним в одной группе, так тебе не скрыться, если не планируешь с этого момента жить в школе безвылазно!
– Это на первое время, – поделилась планами Оля. – Пока буду терпеть уроки, постараюсь придумать что-нибудь понадежнее!
– В свое время Торвальд решил этот вопрос… – Славица сочувственно шевельнула золотистыми бровями, – … недостаточно надежно.
– Не сомневаюсь, что Лис добрался до него и достал насмерть! – Оля приказала себе думать о балансе и наслаждаться вкусом. – А как все произошло?
– Ну, Лис, как обычно, доставал его вопросами, когда только мог. – Девушка-целитель поставила перед Олей прозрачную чашу с десертом из лесных ягод. – Торвальда это утомило, и он ввел правило: десять минут в сутки. В смысле, Лису отводилось на расспросы ровно десять минут раз в одни земные сутки. Поначалу это сработало, но потом Лис ухитрился замучить его даже в течение этого десятиминутного интервала, и Торвальд заблокировал его канал связи. Теперь бедняжка Лис не может связываться с ним напрямую, если только не идет боевая операция.
– Блин! – Оля разочарованно наморщила нос. – А я как раз раздумывала, может, выделить Лису десять минут ежедневно, с условием, что в другое время он не задает вопросов!
– Как видишь, Торвальду этот способ помог не сильно! – продолжала улыбаться Славица. – Хочешь совет?
– Еще как! – Оля доела кашу и переключилась на десерт. Он оказался настолько вкусным, что рука не поднималась есть торопливо, и Оля в пятьсот первый раз пообещала себе, что обязательно научится кулинарии Иллюзорных, как только со временем у нее станет попроще. Если только она не умрет, отвечая на вопросы Лиса. – Я не знаю, как выйти из этого положения! Обижать соратника не хочется, но его вопросы никогда не заканчиваются!
– Выдели ему пять минут в день вместо десяти! – хихикнула девушка-целитель. – Тогда тебя хватит на дольше! А за это время ты отыщешь Лису его половинку, и у него будет с кем поболтать по поводу и без повода!
– Отыщешь половинку! – Оля сделала большие глаза. – Скажешь тоже! Да это чуть ли не самая трудная трудность! К тому же Лис сильнее меня, я не вижу всех его энергопотоков. Тут бы собственную половинку разглядеть!
– Как все непросто… – неопределенно протянула Славица, бросая на Олю растерянный взгляд: – Я думала, ты уже знаешь свою половинку, ты же Контактер… А что касается соотношения сил, то потенциально ты сильнее Лиса. Я думаю, через два-три года тебя переведут из Желтой группы в Зеленую. Со временем твои возможности сильно возрастут.
– Скорее бы! – вздохнула Оля, тут же мысленно одергивая себя: да сколько можно вздыхать! – Мне очень не хватает силы. Я постоянно чувствую, что из-за слабости не могу увидеть много важной информации. То баланса нет, то концентрация не налаживается, то контакт не устанавливается. А иногда бывает, что контакт есть, но Разуму не по силам вытащить из Единого Поля нечто особенное.
– Это ты сейчас про Иллюзию говоришь? – в глазах Славицы вспыхнули искорки интереса.
– Про Иллюзию, – согласилась Оля, – про Древнюю Кровь, про наш космодром, про Агня… чем серьезнее данные, тем большая сила Разума требуется. Это как шарить рукой в темном погребе через распахнутый люк: мало нащупать что-то нужное, надо еще суметь вытащить, а оно слишком тяжелое, руками не поднять, подъемный кран нужен.
Она доела десерт, с сожалением отодвинула опустевшую кристаллическую вазочку и спросила:
– Невероятно вкусно! А еще есть?
– Это биологически активное блюдо, – объяснила девушка-целитель, – оно благотворно влияет на продолжительность жизни клеток серого вещества и общий тонус головного мозга, но злоупотребление им вызовет переизбыток микроэлементов в мозговых тканях. Раз тебе предстоят несколько скучных сидячих часов, то с добавкой лучше повременить. Вот, – Славица протянула ей совсем небольшую берестяную флягу: – Возьми с собой. Это очень чистая питьевая вода с особой энергоструктурой. Ее заряд особенно полезен для Контактеров. Соратники из Скандинавского Круга прислали формулу, когда узнали, что ты пострадала на тренировке. Я вчера создала в своем садике специальный родничок для тебя. Он крохотный совсем, но для одного Контактера хватит. Выпей, когда уроки закончатся, это поможет тебе выйти из полусонного состояния. Фляга одноразовая, идеально сохраняет свежесть и чистоту родника, но ее придется выбросить, как выпьешь водицу.
– Это не береста из здешнего леса. – Оля взяла в руки флягу, свободно умещающуюся у нее на ладони. – Внутри объем больше, чем видно снаружи. Это Иллюзорный материал. Он распадется после того, как потеряет контакт с энергетически активным наполнителем.
– Даже так? – Славица подняла брови. – Как загадочно! Торвальд прислал ее специально для тебя. Он ничего не объяснял, но Контактеры не ошибаются. Я поговорю с Настей, пусть смастерит что-то подобное, только многоразовое, точно под твой энергоконтур.
– Благодарю. – Оля усилием Разума вырастила на платье-броне небольшой кармашек размером точно с флягу и вложила туда подаренную емкость. – Я побежала! Времени совсем мало осталось!
– Доброй учебы! – Она ощутила, как девушка-целитель улыбнулась ей вслед.
В свое жилище Оля вернулась посредством энергетической двери, чтобы сэкономить время, и с неохотой вылезла из иллюзорного платья. Опять придется натягивать костюм для лицея. После личной брони – ну очень неохота. Она с недовольной миной подала энергию силы Разума на энергетический отпечаток одежного шкафа, и часть стены между двумя окнами распахнулась, открывая хранилище одежды. Оля, не глядя, достала из десятка брючных костюмов ближайший, и принялась одеваться. Все ее шмотки изготовила Настя, ее вкусу и мастерству позавидовали бы маститые дизайнеры, поэтому заморачиваться с выбором смысла не имелось. Что ни надень – по меркам Обычных будет круто и при этом не кричаще, потому что согласно легенде о множестве перенесенных операций Оля закрыта одеждой от подошв до самого горла. Это не скрывало фигуру целиком, наряды были неброскими, но изящными и идеально подогнанными, и такой баланс Олю устраивал. Тем более что Настя подходила к процессу создания шмоток нетривиально.
Чтобы не таскать из Мира Людей на базу лишних бактерий и прочей микрофлоры с микрофауной, ношеную одежду необходимо сдавать в биологическую обработку раз в двенадцать часов. Носить один и тот же костюм дольше этого временного интервала Оле было строго-настрого запрещено Славицей, потому что на новичков распространяются повышенные медицинские требования. Атмосфера базы мгновенно атакует чужеродные бактерии из Мира Обычных, и когда у тебя на коже или в легких такое вот микросражение идет слишком уж бодро, тебе может очень даже ощутимо поплохеть, если силы Разума недостаточно для досконального управления своей биохимией. А у новичков ее всегда недостаточно. Поэтому после возвращения из Мира Людей все Олино барахло должно подвергаться биологической обработке. Включая саму Олю. Шкаф сам отправляет ношеную одежду в лабораторию Насти, а лаборатория сама возвращает в шкаф обработанные объекты, и это касается не только биологической обработки.
Настя со Славицей постоянно следят за процессом развития Олиного энергоконтура и прочими сопутствующими этому параметрами. Для этого в ткань ее одежд для Мира Людей постоянно что-то там добавляется, потом изымается для научных целей, затем вновь добавляется… Но Насте неинтересно работать с одним и тем же, поэтому она постоянно переделывает комплекты одежды. В результате никогда не знаешь, что именно находится у тебя в шкафу прямо сейчас. Обычно Оле очень нравится выбрать наряд не глядя, одеться и оценить мастерство соратницы. И, что греха таить, полюбоваться на себя, красивую. Но сегодня над ней нависла нешуточная угроза в виде Лиса, и было не до эстетических наслаждений. Оля влезла в брючный костюм, подхватила иллюзорную обувь, броню и зажгла переход в Мир Людей.
Оказавшись в своей крохотной московской квартирке, она немного успокоилась и принялась собираться в школу. За этим занятием ее застал вызов Лиса.
«– Ольга, доброго дня». – Браслетик зажег образ бойца и показал его отпечаток неподалеку и неожиданно где-то сверху. – «Мы с Малышом ждем тебя на крыше. Поторопись, ты опаздываешь».
«– Бегу!» – сообщила Оля, выходя из квартиры. – «А почему на крыше?»
«– Потому что сегодня ты не будешь выходить из подъезда», – уклончиво ответил Лис. – «А прыгать из окна неприлично».
«– После того как я едва не выпрыгнула из окна четырнадцатого этажа, мысль о прыжке из окна вызывает у меня неприятные ассоциации». – Перед глазами появилась издевательская рожа рыжей стримерши, и Оля мгновенно вспыхнула целым букетом агрессивных желаний. Ну вот, опять разозлилась! В таком состоянии эту овцу не увидеть! Оля слегка притопнула ножкой от негодования. Вот же повезло картавой толстожопке – ее прячут от Оли Олины же эмоции! Ладно, когда-нибудь она все равно найдет Сару Коннор и обязательно с ней поквитается.
«– Клин клином вышибают!» – заявил Малыш. – «Если ты боишься прыгать из окна, то нужно прыгать из него при каждом удобном случае! Айда с нами ночью в Москва-Сити? Будем прыгать из окон! Они там не везде открываются, но это вопрос решаемый!»
«– Для начала лучше с высотки МИДа», – предложил Лис. – «Она поменьше и находится недалеко от ее дома».
«– Тогда уж лучше с Бурдж-Халифы в Дубае», – Оля заперла дверь и легко взбежала вверх по лестнице. – «Он самый высокий, а еще где-то там неподалеку прячется Избранный из ЦУП».
«– Можно и с Бурдж-Халифы», – согласился Малыш. – «А не испугаешься?»
«– Конечно, испугаюсь! Я боюсь прыжков из окон». – Она подумала, что предложение Малыша не лишено смысла. А то взгляд из высокого окна сразу же напоминает ей все, что случилось с ней и мамой, и мгновенно выводит из баланса. – «Но я хочу перестать бояться».
«– Перестанешь», – авторитетно пообещал Малыш. – «Как только поверишь в свои силы, так сразу же! Потом еще понравится! Я поначалу тоже высоты боялся, а теперь обожаю!»
«– Ты?» – удивилась Оля, набирая ускорение. – «Ты боялся высоты?!»
«– До третьего удачного прыжка», – подтвердил Малыш. – «Агнь учил меня прыгать на Урале. Начинали с шестнадцати метров. Как сейчас помню! В тот миг мне казалось, что это совершенно безумная высота! Мне тогда пятнадцать было, и роста поменьше, и силенок, но я вцепился в его ручищу обеими ручонками, будто меня на казнь привели! Так и прыгнули! Я толком не понял ничего, все слишком быстро произошло. Потом мы влезли обратно, прыгнули еще раз, и мне понравилось. А вот перед третьим прыжком я испугался по-настоящему! Потому что командор сказал, что сейчас я буду прыгать сам! Он спрыгнул вперед меня и говорит снизу, мол, прыгай, я тебя поймаю, если струсишь и запутаешься в управлении Кристаллом Приземления!»
«– Ловко он тебя провел!» – улыбнулась Оля, взлетая вверх по ступеням очередного пролета.
«– Ну да! Кто же хочет быть трусом!» – образ Малыша тоже окрасился улыбкой. – «Я и прыгнул! У меня все получилось, и захотелось еще. Через пару часов я освоился так, что не хотелось на базу возвращаться!»
«– Ольга, а ты сейчас видишь Избранного из ЦУП?» – поинтересовался Лис.
«– Фу, не напоминай!» – Оля брезгливо скривилась. – «Даже настраиваться на него неохота… А вообще вижу. Он у себя, в номере подводного отеля. Спит в окружении пустых бутылок из-под алкоголя. Стриптизеры ушли, больше там никого нет».
Она взбежала на самый верхний этаж и врезалась в Лиса, запоздало гася скорость.
– Ты разучилась останавливаться? – Лис за долю секунды до столкновения с завидной скоростью скользнул в сторону, пропуская мчащуюся Олю мимо себя, и тут же подхватил ее за талию, отрывая от земли и прокручиваясь вокруг своей оси вместе с ней, словно детская карусель. Боец погасил инерцию и поставил Олю на пол: – Так можно и со стеной поцеловаться! Скорость-то немаленькая.
– Я отвлеклась на этого урода, – Оля недовольно терла виски, – и пропустила момент торможения. Над балансом еще работать и работать… Мы всерьез будем прыгать с крыши? У меня броня в сумочке, я без нее с десятого этажа разобьюсь, как помидор об асфальт! Переодеваться?
– Не нужно, я с тобой прыгну. – Лис посторонился, пропуская ее к ведущей на чердак лестнице: – Залезай! Только осторожнее на чердаке. У вас там голуби живут, местами можно очень сильно вымазаться, а ты в обычной одежде. Ступай за Малышом, а я пока закрою тут все, как было.
На крыше было скользко, ветрено и неожиданно светло. Утренние сумерки, вяло растекшиеся за окном московской квартиры, тут, наверху, безнадежно уступали позиции дневному свету – сказывалось нахождение на самой высокой точке квартала. На крыше уже был серый московский день, но само солнце, как обычно, было скрыто за облачностью и повисшим над столицей смогом. Ни сегодня, ни завтра солнца не будет, потом пасмурный небосклон немного просветлеет, но такого, чтобы солнышко ярко светило на небесах, заставляя щуриться, – этого придется ждать еще неделю. Оля перевела взгляд с серого насупившегося неба вниз, на хмурую панораму зимнего города, и несколько мгновений разглядывала высотки Москва-Сити. Может, и вправду попрыгать оттуда с парнями? Самостоятельно она расшибется в лепешку, но с их помощью все будет хорошо. Пора избавляться от страха перед высотой из окна. Она подошла к краю крыши и посмотрела вниз. Высоко, спешащие на работу прохожие не крупнее муравьев. Сверху высота всегда ощущается острее, чем снизу. Страшновато.
– Не отходи далеко, – предостерег ее Малыш. – А то Обычные увидят.
– За нами следят? – Оля прислушалась к ощущениям. Двое мужчин боролись с дремотой в одном из припаркованных во дворе автомобилей, не сводя глаз с ее подъезда. – Поэтому мы выбрали такой экстравагантный способ покинуть квартиру?
– За нами – нет! – Малыш улыбнулся. – За тобой – да! Ты популярна, забыла?
– Забудешь тут, – она пожала плечиками и удивилась получаемой информации: – Ого! ФСБ! Им-то я зачем понадобилась?
– Это ты у нас спрашиваешь? – Лис выбрался с чердака на крышу. – А мы у тебя хотели спросить!
– Эти двое ничего не знают. – Оля принялась снимать с себя школьный рюкзачок, чтобы Лису было удобнее держать ее на руках. – Они простые оперативники из наружки, и даже не Избранные, им никто ничего не объяснял. Дали фото, адрес – и все. Почему мы просто не вышли из подъезда?
– Так неинтересно! – заявил Лис. – И неинформативно.
– А как прыжок с крыши влияет на информативность? – Оля взяла рюкзачок в руку и с интересом посмотрела на обоих бойцов: – Есть какая-то хитрая связь?
– Конечно, есть! – воскликнул Лис. – Смотри!
Он внезапно сорвался с места, словно спринтер на стометровке, на бегу схватил Олю и спрыгнул вниз. От неожиданности и стремительного падения у нее захватило дух, и девушка невольно вцепилась в рюкзачок руками, словно в сумку с парашютом. Взгляд уперся в слишком быстро приближающуюся землю, и в голове возникла грустная мысль: «Так вот оно как… исполненный ужаса короткий полет, тупой удар и смерть… либо бесцветная, если повезло сразу разбиться насмерть, либо кровавая с мучительной болью, если не повезло, и размозженное тело будет агонизировать какое-то время…»
Казалось, что Лис вонзился в асфальт, словно стрела в мишень, но непосредственно контакт вышел мягким и плавным. Сознание ощутило исходящий от бойца всплеск волновой активности, подхваченный биоэнергетическим оборудованием, и кинетическая энергия удара растворилась в его теле. Лис силен, ничего не скажешь! Ей так суметь еще очень не скоро. Как обычно – все, что ей нужно уметь, настанет еще очень не скоро. Беда, да и только… А вообще прыгать с крыши действительно весело, если точно знаешь, что ничего с тобой не произойдет.
– Ну как? – Лис поставил ее на ноги и забрал рюкзачок. – Уловила хитрую связь?
– Нет, – Оля перевела дух и улыбнулась, – но мне понравилось!
– Тогда сегодня ночью прыгаем с МИДа! – рядом почти бесшумно приземлился Малыш. – Если других дел не будет. А пока погоняем на машине! – Он устремился к проезжей части: – Я за рулем!
– Ты уже был! – воскликнула Оля прежде, чем Лис успел согласиться. – Я имею в виду, что ты постоянно за рулем. Пусть Лис поведет! Или его за руль не пускают, потому что он водит хуже тебя?
– Отделаться от меня хочешь, да? – Лис с легкостью разгадал ее наскоро слепленный коварный план. – Не бойся, я ничего не стану спрашивать. – Он насупился, словно ни за что обиженный воробей. – Мы на операции, за тобой ведется слежка. Сейчас эти двое поклянутся, что ты не выходила из дома, камеры на входе в метро это подтвердят, а какие-нибудь другие шпионы сообщат, что ты уже в школе. У них начнется переполох, и к моменту окончания уроков тебя будет вести целая толпа. Из которой кто-нибудь наверняка знает больше, чем эти двое. В такое время я лишних вопросов не задаю! А ездить я умею хорошо, но в нашей ситуации Малыш за рулем результативнее, потому что он ниже тебя ростом, а телохранитель должен быть выше подопечного, так эффективней по всем показателям! Даже просто спрятаться за более высоким человеком проще, чем за более низким.
Он беззвучно вздохнул и направился следом за Малышом, держа Олю за руку. Она запоздало ощутила развернутый вокруг себя защитный кокон и прибавила шаг, чтобы не отставать. Неловко как-то вышло… Лис старше ее на двенадцать лет, он опытный боец и хорошо знает свое дело, а она оценила его слишком однобоко… Ну, любознательный он человек, это же не преступление… Она сама видела его детство и то, как эта любознательность появилась. Нельзя так. Но куда деваться, когда он начинает посыпать вопросами, как из рога изобилия, совмещенного с ящиком Пандоры? В такие минуты Оле кажется, что если она его не убьет, то без вариантов сойдет с ума.
Малыш с довольной рожицей влез на водительское сиденье мощного немецкого внедорожника, очень ощутимо предвкушая перспективу от души погонять, и Оля оценила возможности авто:
– У вас новая машина?
– Соратники из Баварского Круга подарили! – с гордостью ответил Малыш. – Вообще-то это не просто «новая машина», это концепт-кар, такое просто так не купить! Избранные начали брать себе такие, вот Баварцы и распространили по всем Кругам аналоги. Избранных это изрядно путает.
Лис молча усадил Олю на заднее сиденье, уселся рядом, и внедорожник осторожно покатил по узкой улице, недовольно урча мощным мотором, словно рассерженный гепард, которого заставили плестись со скоростью черепахи. Лис продолжал молчать, браслетик показывал его несправедливо обиженный образ, и Оле стало жалко бойца.
– Лис… – Оля коснулась пальчиком его плеча. – Не обижайся, ладно? Просто в те моменты, когда ты нападаешь на меня с миллионом вопросов, мне приходится очень тяжело. Честное слово. Давай договоримся, а? Ты не будешь сводить меня с ума лавиной вопросов, а я обещаю выделять немножко времени каждый день исключительно для тебя…
– Десять минут в сутки? – буркнул Лис, бросая на нее взгляд никому не нужного несчастного щенка, которого сначала завели в угоду моде, а потом не знают, как отделаться. – Шестьсот секунд строго по секундомеру, да?
– Кхмм… – Оля опешила от неожиданности и виновато пробормотала: – Я хотела пять… если можно…
– Пять минут? – Лис внимательно посмотрел на растерянную Олю и вдруг оживился: – Договорились! Может, так тебя хватит подольше, чем Торвальда с Аэлитой! Когда начинаем?
– Можно сегодня… – Оля попыталась просчитать, что в реальности означает это самое «хватит подольше», но тут без помощи аналитика не обойтись. Потому что ресурс любопытства Лиса однозначно бесконечен. – Если будет свободное время.
– Хорошо! – оценил Лис, довольно устраиваясь на сиденье в более удобную позу. – Малыш, покажи класс! Мы опаздываем, у нее звонок через двадцать три минуты!
– Двадцать три? – Малыш фыркнул. – Дважды доехать можно!
Внедорожник вырулил на забитую машинами магистраль и рванул по разделительной полосе, за секунды набирая абсолютно небезопасную скорость. Оля почувствовала, как Лис воздействует на окружающих, и вместо эксклюзивного внедорожника все видят экипаж ГИБДД, мчащийся куда-то с мигалками и сиренами. Было хорошо заметно, что воздействие перекрывает больший радиус, чем получилось бы у настоящего полицейского экипажа, и автомобильная пробка начинает ужиматься заранее, значительно раньше приближения их автомобиля.
– Зачем такое сильное воздействие? – Оля с улыбкой глядела на Малыша, с горящими от удовольствия глазами орудующего средствами управления автомобилем. – Мы же не на самолет опаздываем!
– На всякий случай, – ответил Лис. – Так безопаснее для Обычных. Это очень хорошая машина, в ней есть все, чего только сумело достигнуть местное автомобилестроение, но все же это техника Обычных, не более того. Она не умеет творить чудеса. Иногда случаются неприятные инциденты. Попадается какой-нибудь тупой мажор, то есть, я хотел сказать, стритрейсер-нонконформист, или Избранный, а еще хуже, когда и то и другое сразу. Ему плевать на спецсигналы, он не уступает дорогу или даже пытается поиздеваться над «ментами»: подрезать и устроить гонки, чтобы, типа, круто уйти от погони и тому подобное. Чтобы в такой ситуации не поцарапать машину или не угробить кого-нибудь из Обычных – лучше иметь пространство для маневра с запасом.
– Может, лучше тогда внушать всем, что мы пожарные или «Скорая»? – предложила Оля.
– «Скорую» мы стараемся не имитировать, – Лис покачал головой. – Чтобы не усиливать у Обычных неприязнь к настоящим «Скорым». Это все-таки врачи, которые спешат кому-то на помощь, вдруг чья-то жизнь под угрозой. К тому же Избранные часто используют для своих махинаций медицинский транспорт и медучреждения. В такие моменты, как ты понимаешь, эти липовые медики ведут себя на дороге, и не только на дороге, по-скотски, и Обычные это видят. В итоге нелюбовь к медикам вообще и к «Скорым» в частности сильно выросла среди Обычных за последние годы, и теперь Избранные усиливают карательные меры, чтобы бороться с плодами собственных манипуляций.
– А пожарная машина слишком большая! – весело продолжил за него Малыш, лихо крутя руль на крутом повороте. – Она требует много места, и Обычным приходится сильно потесниться. Это серьезно усиливает пробку. Поэтому без особой причины мы так не поступаем. Жаль их, все-таки. Они тоже куда-то спешат. Правда, в столицах все кишит Избранными, нормальных Людей мало, так что, если нужно быстрее, можно переделаться в пожарную машину!
– Не нужно, – Оля закрыла глаза. – Мы успеем и так. Приедем за минуту до звонка. Меня там уже ждут, завуч с классным руководителем и председателем педсовета, преподом по обществознанию. Блин! – Она открыла глаза и полезла в рюкзачок. – Я опять забыла про мобильный! Он разрядился давно, а они названивают мне, беспокоятся!
– В вашей школе администрация заботится о каждом опоздавшем ученике? – Малыш недоверчиво скосил на Олю глаза через зеркало заднего вида. – Первый раз такое вижу!
– Нет, конечно, – Оля копалась в рюкзачке в поисках зарядного устройства. – Это после того, как с ними Варвара пообщалась насчет моего вчерашнего прогула. Они уверены, что получили официальную справку из больницы, в которой я проходила обследование.
– Ну почему же «уверены», – улыбнулся Лис. – Они ее на самом деле получили. В больнице могут подтвердить отправление и предъявить результаты твоего вчерашнего осмотра.
– Стоило устраивать такие сложности ради одного дня? – зарядка наконец-то обнаружилась где-то на самом дне рюкзачка. – Можно было бы вообще без справок обойтись, я бы просто сказала, что чувствовала себя нехорошо, и мне бы простили. У нас хорошие преподаватели, и директриса нормальная.
– Можно было и так, – согласился Лис. – Но тогда твое отсутствие могло остаться незамеченным в определенных кругах. Не забывай, что на космодроме в тебя стрелял Избранный.
– Вы специально развили такую возню, чтобы они подумали, что я убита? – Оля выудила зарядное устройство и поискала глазами, куда ее можно подключить в салоне автомобиля.
– Вот порт, – Лис указал на гнездо в панели управления электроникой пассажирской зоны салона. – В твою смерть при настолько смешных обстоятельствах Избранные бы не поверили. Но, например, в ранение – уже могли бы. Вдруг ты выпала из Круга на какое-то время в связи с лечением? И тут ты очень удобно не приходишь в школу! Пусть немного поломают голову над тем, что все это значит.
– Понятно, – оценила Оля. – Хотя ничего не понятно. Я ощущаю, что тут приводится в действие какой-то хитрый план командора. Агнь придумал его сразу, как только я по глупости подставилась под энергоудар. Нет худа без добра, как говорится.
– Да? – Лис заинтересовано встрепенулся. – И в чем суть?
– Не вижу, – Оля коротко развела руками. – Это же командор. Сквозь его защиту ничего не видно.
– Ладно, так даже интереснее! – оценил Лис. – Надо посоветоваться с Ленью!
– Опять будете соревноваться, кто первый догадается? – Малыш хихикнул. – И опять проиграешь!
– Он аналитик, я с ним на его поле не соревнуюсь, – возразил боец. – Я делаю свои предположения, он делает свои. Потом я сравниваю, где был не прав, и таким способом совершенствую собственные аналитические способности.
– Планируешь заменить Лень, когда его заберут в Иллюзию? – Малыш не скрывал шутки.
– Как можно заменить аналитика, не будучи аналитиком? – невольно рассмеялся Лис. – Но это же не значит, что нельзя попытаться просчитать ту или иную операцию! Тебе самому не любопытно?
– Мне? – удивился Малыш. – Мне – нет. У меня есть чем заняться: когда идет операция, столько нужно успеть, причем все и сразу – тут не до лишнего. Руководящие планы пусть Агнь составляет, это его Удел. К тому же он очень хороший командор. С ним все советуются в случае чего.
– И командоры других Кругов тоже? – Оля попыталась включить смартфон, но его аккумулятор еще не набрал достаточно заряда.
– Из всех командоров Агнь самый опытный и самый результативный, – не без гордости ответил Малыш. – Это слова командоров других Кругов, кстати. Так что я не вижу смысла перепроверять его тактико-стратегические решения.
Дмитрий Силлов
«– Вот он всегда такой!» – Лис вышел на связь с Олей по каналу личной связи.
Закон меча
«– Агнь?»
© Д.О. Силлов, 2021
«– Малыш!» – образ Лиса нес оттенок легкой грусти за соратника. – «Ему никогда ничего не хочется узнать, если это не входит в боевой приказ. И Чикита точно такая же! Им что ни поручи, все отработают идеально! Но сверх этого не сдвинутся ни на миллиметр! Не понимаю, как это у людей может отсутствовать здоровая любознательность?»
«– Чиките приходится собирать и хранить в памяти столько мелочей, что вне работы ей просто хочется отдохнуть от бесконечных сопоставлений», – объяснила Оля. – «Поэтому она не горит желанием обдумывать что-то сверх и без того огромного вороха дум».
© ООО «Издательство АСТ», 2021
«– Допустим», – согласился Лис. – «А Малыш? Ему-то что мешает?»
Хронология романов о Снайпере
«– Ну он просто…» – начала было Оля, но умолкла, получая информацию.
СТАЛКЕР. Закон проклятого
«– Контакт!» – Лис чуть не взорвался от мысленного восторга. – «У тебя контакт! Скорее говори, что с ним? Его можно вылечить? Болезнь “отсутствие любознательности” – это не смертельно?»
СТАЛКЕР. Закон Зоны
«– Он не болен», – немного погодя ответила она. – «Ему действительно неинтересно…»
«– Это как так?!» – опешил Лис.
СНАЙПЕР. Закон юга
«– Я сама не ожидала, если честно», – призналась Оля. – «Это особенности Желтой космической расы. У них очень сильна градация генетических специализаций. Одни родовые линии приспособлены руководить, другие – изобретать, третьи – производить и так далее».
СТАЛКЕР. Закон стрелка
«– Это как в муравейнике, что ли?» – образ Лиса понимающе кивнул. – «То есть наш Малыш – исполнитель на генетическом уровне? Любознательность ему несвойственна?»
СТАЛКЕР. Закон шрама
«– Свойственна, почему нет», – Оля невольно улыбнулась. – «Просто она не входит в набор его приоритетных способностей. Поэтому в сравнении с тобой он абсолютно не любопытен. Зато в вопросах чести и выполнения долга он не уступит никому!»
КРЕМЛЬ 2222. Северо-запад
«– Настоящий самурай!» – Лис поддержал улыбку. – «Это правда, он у нас такой! Поэтому его забрали Иллюзорные, хотя Желтая космическая раса такое не приветствует».
КРЕМЛЬ 2222. Север
– Вы чего там улыбаетесь? – лихо управляющий внедорожником Малыш вновь посмотрел на них через зеркало заднего вида. – Гадости всякие про меня думаете, да?
КРЕМЛЬ 2222. МКАД
– А как же! – Лис сделал коварное лицо. – Я рассказываю Ольге про твои самурайские замашки, которые так пугают покровителей твоих сородичей.
КРЕМЛЬ 2222. Сталкер
– Не пугают, а раздражают, – поправил его Малыш. – Ольга, не слушай его! Спрашивать у него получается гораздо лучше, чем объяснять! Ты же Контактер, лучше сама посмотри. А он пусть за дорогой следит, а то радиус воздействия на Обычных снизился!
РОЗА МИРОВ. Закон дракона
– На что мне посмотреть? – Оля с интересом переводила взгляд с Малыша на Лиса. – Я чего-то не знаю? О каких покровителях идет речь?
СТАЛКЕР. Закон Шухарта
– О Желтой космической расе, – подсказал Лис, и исходящая от него волновая активность усилилась. – И их здешних потомках, носителях той Древней Крови. Точнее, тех Древних Кровей.
РОЗА МИРОВ. Побратим смерти
СНАЙПЕР. Закон Хармонта
– Тех Древних Кровей? – она удивленно приподняла брови. – То есть их было несколько? – Оля закрыла глаза, сосредотачиваясь, и пару мгновений молчала. – Действительно несколько… я как-то никогда об этом не задумывалась… Точнее, их было две… Обе из одной и той же галактики, принадлежащей Желтым космическим расам… Но из разных ее спиральных рукавов. Причем там, на родине, первая ветвь гораздо могущественнее второй, отчего вторая частенько страдала и всегда находилась на вторых ролях, по большей мере в качестве исполнителей. На эту планету обе ветви данной Древней Крови попали сорок тысяч лет назад, в ходе глобальной межгалактической войны. Это были разбитые в сражении войска их объединенного космического флота. Основная масса боевых кораблей погибла в битвах, большую часть беглецов составляли тыловые службы, в которых состояло большое количество женщин. На тот момент данные Желтые космические расы состояли в союзе с сияющими гигантами – Древней Кровью, являвшимися Пращурами Иллюзорных и хозяевами этой планеты. Беглецы спасали свои жизни и отступили сюда, так как это был единственный союзный форпост, до которого у них был шанс добраться…
КРЕМЛЬ 2222. Петербург
Представители первой, много более многочисленной, цивилизации Желтой космической расы всегда были более воинственными, специализировались на научном и воинском укладе, являлись приверженцами фундаментальных традиций воинской чести, сформировавшихся в их родной галактике. Сей уклад не приветствует малодушие… в общем, их боевые эскадры погибли в сражениях почти полностью, а тыловые функции обеспечивались представителями второй цивилизации. В результате на этой планете спаслись в основном представители второй цивилизации, представителей первой оказалось меньшинство. Но многотысячелетняя неприязнь давно закрепилась на генетическом уровне, она не позволила обеим цивилизациям ассимилироваться. С тех самых пор и по сей день их потомки то поддерживали нейтралитет, то враждовали, то мирились, но никогда не отождествляли себя единой кровью и при каждой возможности не уставали напоминать друг другу об этом.
КРЕМЛЬ 2222. Шереметьево
СТАЛКЕР. Закон «дегтярева»
– Угу, так и есть, – подтвердил Малыш. – Потомки первых – это нынешние японцы, как я! Потомки вторых – нынешние китайцы. Здесь их всегда было много, поэтому остатки Древней Крови среди них самые многочисленные, даже несмотря на то что гибридизация в тех регионах планеты очень высока. Мы действительно разные! У нас даже анатомия отличается! Один из примеров: у японцев до сих пор более гибкая стопа! При необходимости я могу вцепиться пальцами ног, например, в ветвь, на которой стою! Это не как руками, конечно, но все-таки! У китайцев стопа так не гнется. И активность головного мозга у нас разная! Мы все равно поцивилизованней будем! Правда, из-за гибридизации все эти различия стираются все сильней.
– Чужаки через Избранных поддерживают высокий уровень гибридизации искусственно. – Оля вслушалась в возникающую в сознании информацию. – Наличие Древней Крови на этой планете противоречит воплощению их интересов. Поэтому кроме китайцев и японцев здесь уже много других подвидов Желтой расы, и чуть ли не каждый новый подвид имеет научное обоснование исключительности и уникальности собственного происхождения. Но я не знала, что Желтая космическая раса поддерживает своих потомков здесь, на этой планете…
– Потому что она не поддерживает, а ограниченно взаимодействует в рамках научного наблюдения, – ухмыльнулся Малыш. – Они не нарушают Конвенцию о Нейтральных Территориях. И вообще, речь идет только о представителях второй Желтой космической цивилизации, а им нет дела до потомков первой. Наоборот. Давняя неприязнь никуда не делась.
– Первой Желтой космической цивилизации досюда слишком далеко, – объяснила Оля, – количество их местных потомков слишком мало, качество генетического материала тоже сильно пострадало, к тому же в конечном итоге эта планета вернется в пространство Древней Крови Пращуров Иллюзорных. В общем, они не видят смысла нарушать глобальную Конвенцию из-за мелочей. Поэтому Иллюзорные иногда проводят Пробуждение кому-нибудь из их потомков, если толика Древней Крови у такого субъекта позволяет успешное осуществление данной процедуры. Представители потомков второй Желтой цивилизации не рассматриваются в качестве кандидатов на Пробуждение, потому что цивилизация Желтого Дракона сама занимается своими потомками в рамках научно-исследовательской программы.
– Что-то как-то незаметно они ими занимаются! – пренебрежительно заявил Малыш, закладывая очередной поворот.
Оля скрыла улыбку. Конкуренция между этими желтыми цивилизациями действительно закрепилась на генетическом уровне. Малыш защищает своих машинально, как полагается носителю Древней Крови.
– Нормально они ими занимаются! – тут же поддел его Лис. – Для рамок невмешательства и исключительно научного интереса получается очень даже неплохо! Вон в Китае какой экономический подъем, весь Мир Обычных одевают, обувают и снабжают всякими айфонами! Избранные туда который век лезут, все никак не залезут полностью!
– Полностью, может, и не залезли, – не сдавался Малыш, – но проникли достаточно глубоко!
– Поэтому в Китае ведется негласная программа по сохранению и поддержанию чистоты расы, – продолжал поддевать друга Лис. – А в Японии такого нет!
– Потому что в Японии и без того девяносто восемь процентов населения – японцы! – с гордостью возразил Малыш. – Чище ни у кого нет! А цивилизация Желтого Дракона просто планирует эвакуировать всех своих потомков после того, как эта планета достанется Иллюзорным! Вот и готовятся заранее, чтобы меньше возни было, когда настанет пора отделять гибридов от настоящих!
– Интересно, почему они не эвакуировали своих сразу? – Лис на мгновение задумался, но тут же насторожился: – Малыш, впереди пробка в обе стороны, авария, что ли… По разделительной не проедем. Надо съезжать с дороги по дворам, пока не застряли.
– Хотели бы эвакуировать – эвакуировали бы сразу, – деловито изрек Малыш. – Но никто не торопится.
– Они ведут научный проект, – неожиданно для себя произнесла Оля. – Изучают, может ли их вид сопротивляться оружию, которым чужаки подмяли под себя планету.
– Понятно! То есть технологии культивации Избранных! – Малыш снизил скорость и принялся перестраиваться. – Тут есть съезд и дворовый проезд, метров шестьсот до него. Успеем?
– Должны, по идее… – Лис усилил подачу силы Разума на свое оборудование. – Куча недовольных эмоций как раз где-то там сосредоточена…
– Сейчас надо в первый ряд, – перебила его Оля. – На разворот и дальше под эстакаду, по перпендикулярной дороге. Потом дворами выйдем на параллельный путь, я покажу.
– Ура, заработало! – обрадовался Лис. – Я помню, как ты вела нас в архив в больнице! Можешь дать образ маршрута? Я Обычных немного потесню, чтобы не переехать никого во дворах ненароком!
– Я не навигатор, я не умею прокладывать курс, – напомнила она. – Я просто знаю, куда ехать.
– Ерунда, потом научишься. – Лиса это нисколько не смутило. – Показывай, что знаешь, я разберусь! Во дворах скорость будет маленькая, мне хватит времени очистить путь.
– Эй, меня-то не забудьте! – возмутился Малыш. – Вообще-то это я за рулем, если что!
– Давайте руки, – Оля протянула парням ладошки. – Чтобы не тратить концентрацию на передачу через браслетик. А то я волнуюсь, вдруг во дворах дети или старики немощные, там скользко сейчас.
Она сжала парням руки и закрыла глаза, сосредотачиваясь на маршруте. Сразу бросилось в глаза, что Малыш ведет машину одной рукой ничуть не хуже, чем обеими, и некоторая неловкость позы, когда водитель вынужден протягивать руку назад, к пассажирским сиденьям, ему нисколько не мешает. Сознание выдало объяснение: Малыш потомок Желтой космической расы. Это Древняя Кровь, и, как положено Древней Крови, она способна на определенные биоэнергетические манипуляции, но сила Малыша не столь велика, как, например, у Лиса. Желтая космическая раса эволюционно предпочитает техногенный путь развития. Кстати, как и Красная. Поэтому Рафаэлла и Чикита лихо гоняют на машинах, а лучше Риккардо за рулем в Восточном Кругу не ездит никто. На втором месте Малыш, и он действительно водит лучше Лиса. В идеале и Малышу, и Риккардо лучше работать с техникой техногенных образцов, так их эффективность была бы во много раз выше.
Но Пробужденными занимаются Иллюзорные, а у Древней Крови сияющих гигантов не существует ни техногенной техники, ни техногенного пути развития вообще. Поэтому Иллюзорные действуют исходя из того, что есть. Для Пробужденных изготавливается персональное оборудование, изначально спроектированное под их индивидуальные параметры. Таким способом Иллюзорные разгоняют силу Разума Пробужденных до свойственного тем максимума. Пробужденные разные, сила их Разума тоже различна, но в рамках своей специализации, обусловленной генетикой древних родовых линий, итоговые возможности оных высоки. А еще это очень эффективно в борьбе с Избранными, потому что Избранные получают от своих хозяев техногенное оборудование. С другим техногенным оборудованием оно так или иначе может конкурировать, а с противостоянием биоэнергетическим технологиям всегда возникают проблемы. В силу того, что биоэнергетика эволюционно более высокая и более сложная область физики Вселенной. Поэтому недостаток личной силы, зависящей от качества Древней Крови, Пробужденные компенсируют превосходством принципов биоэнергетики над техногенным путем развития. За годы Пробуждения Малыш освоил свое персональное биоэнергетическое оборудование в совершенстве и не раз очень сильно и очень неприятно удивлял Избранных. Вот только найти свою половинку ему будет непросто. Оля не видит подходящих для Малыша девушек среди Пробужденных. Сейчас не стоит отвлекаться от дороги, но как-нибудь потом нужно будет выбрать время и попробовать посмотреть, кто и где ему подходит.
К лицею внедорожник подкатил точно за минуту до звонка, как она и говорила. Лис помог ей выйти из машины, вручил рюкзачок и предупредил:
– Мы будем поблизости. Если почувствуешь что-то неладное – зови!
Он остался стоять возле автомобиля, и Оля направилась к входу в школу, на ходу вводя пин-код в смартфон. Аппарат запустился и тут же разразился кучей сигналов, оповещая о скопившихся входящих сообщениях и непринятых звонках.
– Иоланта, хай! – Павел встретил ее чуть ли не в дверях. – Как дела? Тебя на связи не было двое суток, я волновался! Говорят, ты в больницу попала? Проблемы с позвоночником?
– Все в порядке. – Оля сунула смартфон в карман. С сообщениями можно будет разобраться во время урока, сейчас как раз обществознание. – Просто легкое недомогание, ничего серьезного.
– Найс, – оценил Павел, косясь в раскрытую дверь: – Какой у тебя заботливый таксист!
– Таксист? – Оля оглянулась. Внедорожник соратников еще стоял на прежнем месте, и находящийся возле него Лис внимательно смотрел в ее сторону.
– Ну таксист, который тебя привез, – подтвердил Павел, указывая на внедорожник: – Вон твой желтый седан с шашечками! И старый жирдяй-водила. До сих пор пялится на тебя! Старый пень, а все туда же!
– Я просила его помочь мне выйти из машины. – Оля закрыла дверь. – Там скользко было.
– Что же он не остановился, где почище? – Павел недовольно скривился. – Водитель, блин!
– Забей! – посоветовала ему Оля, оборачиваясь к подходящим преподавателям: – Доброе утро!
– Иоланта! Нам уже сообщили из больницы! – Препод по обществознанию легок на помине, опередил классную и директрису. – У тебя были проблемы с опорно-двигательным аппаратом?
– Ничего страшного, все быстро прошло, – объяснила Оля. – Врачи сказали, это из-за того, что организм привыкает к новому росту. Я же находилась в растяжках больше месяца, позвоночник выпрямился, и рост увеличился.
– Это очень заметно, – с энтузиазмом подтвердила классная руководительница, тщательно следя за тем, чтобы не обидеть перенесшего цепь трагедий ребенка: – Новый рост тебе очень идет. Как ты себя чувствуешь? Может, тебе лучше провести один день дома?
– Спасибо, но лучше не надо, – поблагодарила Оля. – Со мной все хорошо. Я могу посещать уроки и не хотела бы отставать от школьной программы. Все-таки выпускной класс, а я и так много пропустила, когда… ну, когда со мной случилось все это…
– Рады слышать, что у тебя все в порядке! – провозгласила директриса. – Если во время занятий почувствуешь недомогание, сразу обращайся к любому преподавателю! Педагог поможет тебе дойти до врача! А сейчас Абрам Борисович проводит тебя в аудиторию, его урок у вашего класса сегодня первым часом.
Прозвеневший звонок частично заглушил окончание ее фразы, и все разошлись по своим делам. Оля направилась к гардеробу, на ходу снимая дубленку, и Павел увязался за ней.
– Павел? – Мацаев вперил в него строгий взгляд. – Ты куда? Звонок для кого прозвенел?
– Я помогу ей с верхней одеждой, и мы сразу в класс! – оправдался тот. – Одна минута!
– Марш в аудиторию, помощник! – Препод сделал менторское лицо. – Готовиться к ответу! Тебе сейчас отвечать у доски! Одного провожатого Морозовой будет достаточно!
Павел, недовольно кривясь, скользнул взглядом по Оле, типа, Мацаев – козел! – и пошел прочь. Оля ощутила, что препод срисовал и взгляд, и его смысл, но никак не отреагировал внешне. Внутри ему это, конечно, не понравилось, но вроде бы счеты с Павлом он сводить не собирался. Мацаев довел Олю до гардероба, перебросился парой фраз с гардеробщицей и помог Оле донести рюкзачок до кабинета. Препод вел себя сдержанно и корректно, вопросов не задавал, и в его ауре не ощущалось всплеска половых гормонов. Короче, образцовый педагог. И именно это почему-то вызывало какое-то смутное чувство недоверия. В чем дело, понять не получилось, и Оля списала свою реакцию на избранность Мацаева. В конце концов, она, как любой Пробужденный, испытывает антипатию к любому Избранному, хоть реальному, хоть потенциальному. Оттого и недоверие.
Оказавшись в классе, Мацаев дождался, пока она займет свое место на последней парте, и тут же вызвал к доске Павла. Препод начал гонять его по всей теме, путая каверзными вопросами, и всем стало ясно, что Павлу светит пара. Однако под занавес Мацаев неожиданно перешел к совсем простым вопросам, и, по сути, сам натянул Павлу оценку до трояка. Павел, получив тройку, ушел за парту переводить дух, незаметно ухмыляясь приятелям, типа, пронесло. И Оля почувствовала, что Мацаев специально устроил все это, чтобы напомнить Павлу, кто на уроке хозяин. На этом все хоть сколь-нибудь несонливое закончилось, и Оля украдкой занялась смартфоном. Там, конечно же, не обнаружилось ничего стоящего, и она сосредоточилась на Избранном в подводном отеле. Тот все еще спал, и по его энергетическому отпечатку выходило, что спать он будет еще долго.
С началом перемены все потянулись в другую аудиторию, и Оля обратила внимание, что неприязнь одноклассников к ней явно подросла. Не то чтобы ее прям невзлюбили, но никто не подошел к ней с расспросами о чем-либо, зато косых взглядов хватало, что на уроке, что на перемене. Оля подумала, что ее это устраивает. Меньше внимания – проще дождаться окончания уроков. Она подхватила рюкзачок и направилась к выходу из класса.
– Иоланта! – Она выходила последней, и Павел вновь ждал ее в дверях. – Можно тебя на минуту?
– Что не так? – Оля придала своему голосу безразличные интонации.
– Да не, все о\'кей… – смутился Павел. – Это быстро! – Он торопливо открыл свой рюкзак и достал оттуда мягкую игрушку – небольшого плюшевого котенка с мимимишной рожицей. – Это тебе!
– Зачем? – Она запоздало вспомнила, что до Пробуждения любила кошек и держала у себя на страничках в соцсетях уйму фоток со всевозможными котятами в милейших ракурсах. После Пробуждения интересы сменились, и она ни разу не вспоминала об этом.
– Это… ааа… подарок! – замешкался Павел, явно не ожидая такой реакции. – Знаю, ты любишь котят, ну… вот… решил подарить… – К нему вернулась решительность: – Мы же друзья! Я всегда на твоей стороне!
– Спасибо. – Оля равнодушно убрала игрушку в рюкзачок. – А что, теперь много кто не на моей?
– Ну есть люди, – уклончиво ответил Павел, подхватывая ее рюкзачок: – Давай помогу!
– И что этим людям не нравится? – Она не стала препятствовать и покинула аудиторию.
– Да там гон какой-то, – он отмахнулся. – Комментируют твое изменение внешности и обсуждают, сколько все это стоило. Некоторые не верят, что все твои операции были рекомендованы врачами. Типа, после необходимых операций ты сама замутила… ааа… несколько косметических, ну, там… ааа… грудь сделала и попу силиконом накачала. Говорю же – гон!
– Разве это касается кого-то, кроме меня? – флегматично уточнила Оля.
– Не, ну ты же в курсе, пипл любит все пообсуждать! – объяснил Павел. – Ну там, ааа… фотки откомментить, бабло чужое посчитать…
– У меня на страничке нет фоток. – Оля перевела на Павла внимательный взгляд: – Кто-то так сильно расстарался, что нафоткал меня в школе?
– Ты что, не в курсе? – он явно удивился. – Один знаменитый чувак выложил в своем блоге большую статью про тебя! Типа, расследование! Там всякие документы из психушки про… ааа… твоего отца, и твои фотки… ну, типа… ааа… «до» и «после».
– Да? – Олин тон остался равнодушным. – И чем он недоволен?
– Ну там не все так просто… – Павел поморщился. – Чувак хитро замутил. Написано все с целью привлечь внимание к твоей проблеме, но это… ааа… на первый взгляд. Если все прочесть и посмотреть, то подтекст получается… ааа… неоднозначный. Типа, у тебя на почве трагедий поехала крыша, потому что… ааа… наследственность дурная, и нервы не выдержали. Ну, типа, в этом духе. А государству плевать. Сначала бросили сироту на произвол судьбы, потом ты… ааа… с тобой все стало плохо, тебя лечить надо, а они тупо баблом от тебя откупаются. А тебе… ааа… будет становиться все хуже, и как бы чего не случилось…
– И давно вышел блог? – флегматично уточнила Оля.
– В воскресенье. Уверен, преподы его тоже читали! То-то директриса примчалась тебя встречать! Никто не поверил, что ты была в больнице с позвоночником. Все уверены, что у тебя был… ааа… нервный срыв, и тебя забирали в психушку. Чувак в блоге вангует, что так с тобой будет часто. Считаю, это все фигня! Но… ааа… пипл активно лайкает его пост, а дизлайк всего один…
– Твой? – не столько спросила, сколько констатировала Оля.
– Мой! – подтвердил Павел. – Я за справедливость! Чё он на тебя гонит?! Он тебя вообще не знает, но выводы делает! Может, ты интервью ему давала или на вопросы какие-нибудь письменно отвечала? Вспомни! У чувака никнейм «Нос», типа он… ааа… везде свой нос сует и вынюхивает правду.
– Не знаю такого, – Оля безразлично пожала плечами. – Да и что с того? Ну запостил. Мне-то что?
– Как что? – возмутился Павел. – Из-за его поста пипл считает тебя неадекватной!
– И что дальше? – ее интонации не изменились.
– Как что… – повторился Павел, бросая на нее недоуменный взгляд: – Это же общественное мнение! Люди могут перестать с тобой общаться, если… ааа… сочтут тебя в неадеквате!
СТАЛКЕР. Закон Призрака
– Люди забыли уточнить у меня, а требуется ли мне их общение. – Оля была сама флегматичность. – Меньше народа – больше кислорода. Если все оставят меня в покое и станут держаться подальше, я только «спасибо» скажу этому вашему «Носу».
– Нельзя игнорить общественное мнение, – Павел укоризненно покачал головой. – В наши дни многое зависит от того, как тебя воспринимает пипл! Имидж – это визитная карточка! Надо выглядеть позитивно! Люди в инете состояние делают на лайках!
– Я рада за них. – Они добрались до следующей аудитории, и Оля направилась к последней парте.
Павел проводил ее взглядом, и в его ауре возникли нотки сомнения, практически сразу же исчезнувшие под натиском полового влечения. Сейчас, когда Оля шла спиной к половине класса, направленные ей в спину взгляды одноклассников ощущались очень отчетливо. Кто-то из девочек ее жалел, большая часть испытывала смесь зависти с неприязнью. Неприязнь была вызвана тем самым «общественным мнением», зависть же подогревалась ее внешним видом и реакцией на него мальчишек. Те смотрели на Олю подобно лисе из басни про виноград, при этом вне зависимости от степени приязни или неприязни каждый был очень даже не против с ней переспать. Похоже, уловка с ожогами и шрамами во все тело пока не принесла желаемого эффекта. В целом общий настрой был не в ее пользу, зато теперь никто не мешал ее отшельничеству, и это все упрощало.
СТАЛКЕР. Закон клыка
Громкое дребезжание звонка возвестило о начале урока, в класс вошла математичка, и занятие началось. Следующие часы прошли обычной рутиной, и Оля терпеливо слушала школьную программу. Во время последнего урока в сознании шевельнулся образ Избранного из подводного отеля, и Оля закрыла глаза, настраиваясь на цель. Избранный проснулся, к нему пришли две рыжеволосые девушки с модными нынче широкобедрыми фигурами, одна из них вкатила в номер массажный стол с различными причиндалами для спа-процедур. Избранный велел им готовиться к работе и отправился в ванную. В общем, пока ничего существенного.
– Иоланта? – учительница прервала свою монотонную речь. – С тобой все в порядке?
СТАЛКЕР. Закон долга
– Все хорошо, спасибо, – Оля открыла глаза. – Я задумалась, извините.
СТАЛКЕР. Закон свободы
– О\'кей, – учительница внимательно вгляделась в Олю, но не нашла поводов для беспокойства.
Урок продолжился, но было видно, что полкласса заметило ее закрытые глаза, и теперь Софья многозначительно переглядывается со своими подругами. На Софью и ее подлиз Оле глубоко безразлично, но вот над балансом нужно работать. Ей еще универ заканчивать, не будешь же все время сидеть с закрытыми глазами, это привлекает лишнее внимание. Нужно учиться находиться в балансе постоянно.
СТАЛКЕР. Закон монолита
Наконец последний урок закончился, и Оля принялась собираться. Попутно она повернулась спиной к окружающей суете и вновь настроилась на Избранного. Тот с видом владыки мира шествовал к массажному столу в банном халате. Массажистки с подобострастными физиономиями бросились снимать с него халат и помогать укладываться для массажа. Избранный снисходительно терпел прикосновения женских рук и принимал наиболее удобную позу, требуя от массажисток что-то где-то поправить и отрегулировать.
ГАДЖЕТ. Чужая Москва
– Иоланта, ты о\'кей? – рядом появился Павел. – Ты снова с закрытыми глазами сидишь! У тебя проблемы? Может… ааа… к врачу тебя отвести?
СТАЛКЕР. Закон сталкера
– Нет у меня никаких проблем. – Оля спокойно посмотрела на одноклассника. – Я часто глаза закрываю, чтобы отдыхали. После травмы они быстро устают. Со временем это пройдет.
СТАЛКЕР. Закон торговца
– Это потому что у них цвет сменился? – предположил Павел. – Чувак-блогер… ааа… который «Нос»… в общем, он писал, что консультировался с медицинскими экспертами, и есть мнение, что изменение цвета радужной оболочки, случившееся… ааа… из-за травмы, может привести к ухудшению и потере зрения. Это будет отражаться на твоем… ааа… психическом равновесии.
– Пока что со зрением все в порядке, – успокоила его Оля. – И с психическим равновесием тоже. – Она подхватила свой рюкзачок. – Мне домой пора. До завтра!
СТАЛКЕР. Закон крови
– Провожу тебя до метро! – не унимался Павел. – Как обычно. Вдвоем веселее! Давай рюкзак!
СТАЛКЕР. Закон Охотника
В эту секунду массажистки быстрыми отточенными движениями застегнули на руках и ногах Избранного наручники, приковывая его к массажному столу лицом вниз, и одна из них ловко залепила ему рот пластырем. Избранный забился в панике, что-то мыча, но было уже поздно. Вторая массажистка достала из кармана прибор чужаков, и на его поверхности вспыхнули индикаторы.
– Иоланта? – Павел заглянул Оле в глаза. – С тобой точно все о\'кей? Мы идем?
СТАЛКЕР. Закон Припяти
– Пошли, – ответила она, посылая импульс силы Разума в браслетик связи на общей частоте: – «Нашего Избранного похищают! Прямо из номера в подводном отеле!»
СТАЛКЕР. Закон якудзы
«– Что-то долго думали», – отозвалась Варвара. – «Я рассчитывала, что его еще утром отловят».
«– Проверяли сопутствующую информацию», – объяснил Лень. – «Ольга, кто его схватил?»
СТАЛКЕР. Закон лесника
«– Две женщины-Избранные», – Оля следила за тем, как рыжие массажистки заталкивают массажный стол с пленником в зажегшееся посреди номера телепортационное окно. – «Он даже не заподозрил ничего, когда они появились. Его инопланетное оружие и оборудование лежало в карманах халата, в который он был одет, но Избранный даже нейроинтерфейсом не успел воспользоваться».