– Это местонахождение офиса НАСПЦН, взорванного в шестьдесят восьмом.

– Думаешь, он встретит нас там?

– Думаю, он очень осторожный человек.

– Он сказал, только ты и я.

– И отнюдь не для красного словца.

– А как же Богарт и ФБР?

– Предпочту поверить Рою на слово. Если они приблизятся хоть на пушечный выстрел, он скроется, Мелвин. И дело закрыто.

– Мы ведь получили Оливер и Макклеллана. Разве этого не достаточно?

– Мне – нет. У нас хрен в конгрессе, манипулирующий грандиозной властью, и миллиардер, которые взорвали кучу людей, и детей в том числе. Такое я простить не могу.

– Ладно. Я тоже. Как будем действовать?

– Ускользнуть от Богарта будет нелегко, но можно. Вообще-то придется.

– Когда мы приедем, он может просто убить нас. Чувак, шизанутый на всю голову, Декер. Я видел. И ты видел.

– Будь у нас альтернатива, Мелвин, я бы за нее ухватился. Но ее нет.

– Ладно, снова спрошу: как будем действовать?

– Лететь или брать машину напрокат нельзя. Для этого нужна кредитная карта, а Богарт может запросто ее отследить.

– И что тогда?

– У меня хватит наличных на поездку автобусом. Готов прокатиться?

Поглядев на него, Марс только головой покачал:

– «Бакай» и «лонгхорн» в одном чертовом автобусе? Шиза полнейшая!

* * *

Чтобы добраться из Вашингтона в Таскалусу, потребовалось две пересадки и почти двадцать четыре часа. Они направили свой путь через «носок» Вирджинии в Теннесси, потом задели «макушку» Джорджии, прежде чем рассечь Алабаму по диагонали и пронестись через Бирмингем. Прибыть в Таскалусу они планировали в семь вечера.

Оба отключили свои телефоны, чтобы Богарт не сумел отследить их и этим способом.

Изрядную часть пути Декер и Марс то и дело засыпали и просыпались – двое крупных мужчин на слишком тесных для них сиденьях. Амос прихватил пакет с едой и бутылками воды.

Они беседовали, смотрели на проносящиеся за окнами пейзажи, потом опять беседовали. Автобусы были почти полны, так что разговаривать приходилось вполголоса.

Когда они наконец вырвались из третьего автобуса на улицы Таскалусы, оба потянулись во весь рост.

– Напомнило мне некоторые поездки, когда мы играли в футбол, – сказал Декер.

– Неужто такое крутое заведение, как Огайский гос, жмотилось на авиабилеты? – удивленно посмотрел на него Марс.

– Да нет, не жмотилось. Я о средней школе.

– А, верно… Эй, тебе бы в Техасе поиграть. Пилить приходилось столько же, а ты все в том же долбаном штате.

Оба огляделись, а потом Декер посмотрел на часы.

– Надо убить время. Как ты насчет того, чтобы найти, где бросить кости и поужинать?

– Было бы неплохо. Меня уже тошнит от батончиков мюсли и сухофруктов. Хочется стейка с картошкой.

– Скажи спасибо Джеймисон. Она пытается сделать из меня скелет.

Через пару кварталов нашелся отель, где принимали наличные, и они, побросав сумки, отправились искать ресторан.

На поиски ушло не больше пяти минут. Заняв столик, они сделали заказ.

– Ты когда-нибудь приезжал сюда играть с Алабамой? – Марс поглядел за окно.

– Раз. Нам надрали задницы.

– Здесь мы им проиграли, но дома побили.

Оба примолкли.

– Ты по нему скучаешь? – промолвил Марс.

– Что, по футболу?

– А ты как думаешь?

– Я не дотянул до твоей лиги, Мелвин.

– Эй, мужик, не говори так! Ты-то попал в НФЛ. Не то что я.

– Не будем вдаваться в детали. Тут смягчающие обстоятельства. Да и продержался-то только одну игру.

Принесли заказ, но, прежде чем взяться за еду, Марс поинтересовался:

– Каково оно было?

– Что было? – Декер развернул салфетку.

– Ступать по этому полю? Видя, сколько там, тысяч восемьдесят человек на трибунах? Играя с лучшими в мире?

Увидев совершенно серьезный взгляд Марса, Декер сразу смекнул, как важен для него этот вопрос.

– Это было невероятно, Мелвин. Когда я бежал через этот туннель и мои бутсы коснулись газона, сердце у меня так колотилось, что думал, меня хватит инфаркт еще до кикоффа. Такого кайфа я не испытывал ни разу ни до того, ни после. Словно они все болели за меня, хоть я и знал, что это не так. Это… это был один из лучших моментов в моей окаянной жизни.

Ухмыльнувшись, Марс заткнул салфетку за воротник и взял нож с вилкой.

– Ага, врубаюсь, мужик, правда врубаюсь. – И мечтательно добавил: – Наверное, это и вправду было что-то.

– Знаешь, ты был бы одним из лучших игроков всех времен.

– Кто его знает, – Марс тряхнул головой. – Я ведь был тейлбек, чел; одна травма, и все может быть кончено. И есть масса примеров, когда чуваки вроде меня, раздолбав всех в колледже в пух и прах, приходили и вдруг узнавали, что не могут тягаться с большими парнями из НФЛ. Или выбьешь колено – а это разница в долю секунды; нехватка взрыва скорости – и ты лишаешься того крохотного преимущества, которое решает, в какой просвет нырнуть, какой рывок сделать для паса. И тогда ты спекся, чел, ты труп, подайте свежий кусок мяса.

– Я бы поставил скорее на то, что ты был бы вроде Барри Сандерса или Эммитта Смита против спекшегося трупа.

– Спасибо, Декер, – хмыкнул Марс, – ценю твою уверенность.

– Я вовсе не лью елей. Я играл среди профи. У нас в команде не было ни единого раннингбека, заслуживающего носить за тобой бандаж.

Перестав резать свой стейк, Марс уже хотел было сказать в ответ что-нибудь въедливое, когда увидел, насколько Декер серьезен.

Взгляды их сцепились.

– Спасибо, это… много для меня значит, – пробормотал Марс.

Больше до конца трапезы они не обмолвились ни словом.

Покончив с едой, Амос заказал два бокала пива. Они чокнулись.

Отхлебнув, Декер поставил бокал. Он был на взводе, натянут, как струна, и нервно барабанил пальцами по столу. Хотел что-то сказать, но слова в голове как-то не складывались.

Заметив его беспокойство, Марс поинтересовался:

– Эй, мужик, ты в норме?

Декер сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и когда увидел встревоженный взгляд Марса, нужные слова наконец нашлись.

– Как бы там ни обернулось сегодня ночью, хочу, чтоб ты знал, что знакомство с тобой было настоящей честью для меня, Мелвин.

Похоже, Марс понял, как трудно далось Декеру это признание. И сказал, ухмыльнувшись:

– Черт, а я просто рад, что ты включил радио как раз вовремя.

За пивом он поинтересовался:

– Как ты себе это представляешь?

– Рой покажется, потому что мы играли по его правилам, и это только мы. Но не думаю, что все пойдет по линеечке, как в учебнике. Он будет подавать нам крученые, уж так этот тип устроен.

– Какие крученые?

– Будь я проклят, если знаю. Я играл в футбол, а не в бейсбол.

Глава 73

Они пешком направились по указанному Роем адресу и прибыли туда за минуту до полуночи. Улицы были пусты. Ночь выдалась зябкая, но небо было ясным. Декер велел Марсу включить свой телефон в ожидании получения следующего послания Роя.

– Замечательно, – оглянувшись, заметил он.

– Что? – Мелвин тоже оглянулся.

– На месте офиса НАСПЦН построили публичную библиотеку. Знаешь, люди, которые много читают, куда толерантнее, чем те, кто читать не любит.

– Прекрасно, давайте же выдадим всем на свете по библиотечному абонементу.

Ждать пришлось минут пять, прежде чем телефон Марса зажужжал. Пришло очередное сообщение от Роя:

«Идите строго на запад полмили. Черный “Форд” у обочины. Ключи под передним сиденьем. Указания на пассажирском сиденье. Я слежу за вами. Если кто-то последует, прощайте».

– Ну, начинается, – зловеще проронил Декер.

– Ты взял «пушку»?

Декер кивнул.

– Надеюсь, воспользоваться ей не придется, потому что это будет означать, что кто-то стреляет в нас.

Прошагав полмили строго на запад, они дошли до черного «Форда», припаркованного у обочины, и сели в него. Декер выудил ключи, пока Марс читал указания.

– Едем по этой дороге на запад, пока не выедем на Восемьдесят второе шоссе, потом сворачиваем на запад. Дальнейшие указания получим там.

Проведя какое-то время в пути, они выехали на шоссе 82, а потом съехали с него.

– Смахивает на то, что мы едем в глушь, – заметил Декер.

– Да мы и так уже в глуши, Декер! Оглядись, вокруг ничего, – возразил Марс, начавший нервничать. – Как, по-твоему, он устроит на нас засаду? Убьет нас?

– Если бы он хотел это сделать, возможностей у него было хоть отбавляй, Мелвин.

– Ага, пожалуй, ты прав.

– Ну, может, и нет. Ты сам сказал, этот чувак псих.

– Спасибо на добром слове.

Декер то и дело поглядывал в зеркало заднего вида.

– Он сказал, что следит за нами, но сзади я никого не вижу.

– Может, блефовал…

– Он не произвел на меня впечатления любителя блефовать.

Мелвин тоже оглянулся.

– Они могут ехать с погашенными фарами.

– Могут.

Марс велел ему сделать еще три поворота, и наконец они оказались у полуразвалившегося дома вдали от дороги и без единого соседа на добрую милю вокруг.

– Что ж, так уединенно и жутко, что дальше некуда, – заметил Мелвин, когда они остановились перед домом.

– Других машин не вижу, – сообщил Декер.

Но не прошло и секунды, как за углом дома вспыхнула и погасла пара автомобильных фар.

Декер и Марс выбрались из машины.

Дверца второго автомобиля распахнулась, и оттуда появился Рой Марс.

Когда он вышел под лунный свет, они увидели, что он одет в выцветший полукомбинезон, пальто, фланелевую рубашку и рабочие ботинки. В правой руке у него был большущий пистолет, нацеленный на них.

– Не думаю, что в этом есть необходимость, – ступив вперед, сказал Амос.

– А как же пистолет у тебя за поясом, Декер? Я и отсюда вижу, как он выпирает, несмотря на твое большое брюхо.

– Оно уже не такое большое, как раньше.

– Поздравляю. Вытаскивай за ствол.

Сделав, как велено, Декер протянул его Рою.

– Внутрь, – приказал тот.

И вошел следом за ними.

Тесная комната пахла гнилью и плесенью. Ступив мимо них, Рой повернул ручку походного фонаря, стоявшего на перевернутом упаковочном ящике. Комнату залил свет, отбросивший во все стороны резкие тени.

Сунув пистолет Декера в карман, Рой прислонился спиной к стене.

– Значит, бабу вы вернули.

– Откуда вы узнали о Дэвенпорт? – полюбопытствовал Декер.

– Я и не знал. Это просто умозаключение, основанное на сообщении, что шерифа Роджера Макклеллана ухайдокали на ферме его старикана под Кейном. Ни о какой мертвой женщине там не говорилось. Так, значит, вернули?

– Да.

– Мак – покойник. Значит, вы получили, что хотели. Так зачем звонить мне?

– Еще двое не охвачены, – ответил Декер. – Вот зачем.

– Нельзя же в жизни получать все, что хочется. Так не бывает. Спроси вон у Мелкого.

– Тогда зачем согласился с нами встретиться? – вмешался Марс.

– Наверное, любопытство замучило.

– Думаю, не только это, – заявил Декер. – Вы некогда были членом команды, может, даже неофициальным четвертым «мушкетером», но потом обратились против них.

– В толк не возьму, что ты такое городишь.

В ответ Амос достал страницу, вырванную из альбома выпускников Кейнской средней школы.

– Вы – четвертый слева, Аарон Каллахэн.

– Что?! – воскликнул Мелвин, впериваясь в страницу взглядом.

– Рой Марс – на самом деле Аарон Каллахэн. Конечно, вы изменились, Рой, но нетрудно разглядеть, что это вы и что вы ходили в Кейнскую среднюю вместе с «тремя мушкетерами».

– Недурно, Декер. Как ты догадался?

– В гардеробе вашей спальни в Техасе мы нашли две пары инициалов. АК и РБ. Я вырвал эти страницы фотографий класса с фамилиями на К и Б. Среди фамилий на Б не нашел никого похожего на вас. Но нашел на К. Значит, инициалы РБ должны принадлежать настоящему имени Люсинды.

– Роксана Барретт. – Рой поглядел на Марса. – Это настоящее имя твоей матери. Но Люсинда нравилось ей больше.

– А почему вы выбрали фамилию Марс? – поинтересовался Декер.

– Всегда любил красную планету, с самого детства, – ухмыльнулся Рой. – Думал, будет круто.

Декер кивнул.

– Вы были в одной футбольной команде с ними. Левый тэкл, значит, прикрывали слепой сектор Хьюи. Он был квотербеком.

– Парень был посредственным квочкой, выглядевшим хорошим благодаря нам. Макклеллан был бешеным псом-фулбеком и сэйфти со стороны обороны. Таким, что ногу тебе откусит в свалке. Истленд был вертким скэтбеком. Никогда не проходил через центр на пасах, а на беговых пробросках успевал уйти в аут до того, как его пригвоздят. Не любил получать тумаки. Настоящий ссыкун. Но был смазливый и сообразительный, из состоятельных, и было ясно, что далеко пойдет, так что стоило ему где объявиться, как девчонки роняли трусики. Ему да Турману. Но этому из-за его старика. Тот был большая шишка в Миссисипи. Всякий его знал.

– Хьюи-старший был ярым расистом, – сказал Декер. – Сегрегация ныне и вовеки, как сказал Джордж Уоллес.

– Эй, тогда в Миссисипи это был позитив. Может, и по сей день кое-где.

– Ты рос вместе с этими козлами? – спросил Марс.

– Ну, каждый должен где-то расти. Но в их круги я не входил. Не та родословная.

– И помогал им взорвать эти два места?

– Я же говорил тебе, Мелкий. Не вижу нужды повторяться.

– И у вас есть улики, способные их похоронить, – снова вступил Декер. – Потому-то вы и скрылись после терактов.

– Предпочел уйти.

– Почему?

– По своим причинам. Не ваше дело.

– Из-за детей? Детей, погибших в церкви?

– С чего тебе вздумалось, что мне есть дело до каких-то цветных детишек?

– Ты сказал, что им там быть не следовало, что это в план не входило, – напомнил Марс.

– И вы в конечном итоге женились на черной женщине, – добавил Декер.

Рой пожал плечами, но промолчал.

– Вы можете прижать этих говнюков к ногтю, Рой. Почти пятьдесят лет спустя. Справедливо?

– А мне не до лампочки? Я тут просто стараюсь выжить.

– Головорезы Истленда убили Макклеллана. А Хьюи уже предпринял шаги, чтобы сунуть палку в колеса расследованию ФБР.

– Ничуть не удивлен. Они всегда были мозговитые. Макклеллан был просто сторожевым псом. Потому-то и стал копом. Любопытно, сколько черепов старина Мак раскроил, щеголяя в мундире?

– Массу, – заверил Декер. – И готов пойти на пари, что по большей части черных.

– Но зачем бомбы? – спросил Марс. – Ты же сказал, они обещали далеко пойти. У Хьюи были папашины связи. Так зачем?

– Не в бровь, а в глаз, Мелкий. Хьюи-старший. Наверняка не знаю, но сильно подозреваю, что это он их науськал.

– Но зачем они согласились? Они не могли не знать, что это может им аукнуться.

– Они были юными хулиганами, считавшими себя неуязвимыми. В самом деле воспринимали себя этакими «тремя мушкетерами», сражающимися за свой образ жизни. Своей белой жизни. Надо было только их видеть. Всегда держались так благородно, будто занимаются богоугодными делами или каким говном вроде того. Дьявол, да они запросто могли жить в восемьсот шестидесятых.

– Значит, они дали славный бой, чтобы сохранить Юг таким, каким его замыслил Бог? – подытожил Марс.

– Что-то вроде того. Я же просто хотел срубить деньжат.

– Как благородно с твоей стороны, – с омерзением бросил Мелвин.

– Блин, думаешь, только одну эту церковь и офис НАСПЦН взорвали? Дьявол, да в пятидесятых и шестидесятых на Юге было как на Ближнем Востоке. Ты ни разу не видал старых кинохроник? Людей сбивают с ног пожарными брандспойтами. Собаки нападают на женщин. Здания взрывают. Побоища в закусочных. Трупы развешаны на деревьях. Пули свистят.

– Я рос в Техасе больше тридцати лет назад в семье родителей разных рас, так что нет, расизма я и в глаза не видел, – едко процедил Марс.

Рой с улыбкой склонил голову.

– Как бы то ни было, сынок всегда старался произвести впечатление на папашу. Турман собирался последовать по его стопам, стать игроком национального масштаба. Это не мои домыслы. В средней школе все об этом говорили. А Истленд всегда стремился в бизнес. Но еще и был одержим комплексом Бога – наверное, от таких деньжищ. Он и Хьюи – рыцари в сверкающих доспехах, отстаивающие свое лилейно-белое королевство. Вот вам будущий политик и будущий бизнесмен – парочка, сосватанная на небесах. А Мак подписался потому, что, ну, как вы, наверное, заметили, он не любит людей, отличающихся от него.

– А вы? – поинтересовался Декер. – Какие стимулы были у вас?

– Ты не слушаешь. Я уже сказал. Деньги! А тогда, должен сознаться, я был леммингом. Куда все, туда и я. У Хьюи была власть. У Истлендов – деньги. Мне довелось отведать капельку жизни куда лучше моей. Мои родители были практически издольщиками; единственный туалет, который я видел в детстве, – это в школе. Чуть не каждый день я шел в поле и набирал себе поесть. Поймите правильно, мои родители вкалывали будь здоров, но у них в карманах были лишь вши да тараканы.

– Так что вы присоединились?

– Да, черт возьми. Они мне платили. Обубенные деньжищи. Больше, чем я зарабатывал за жизнь чем бы там ни было. Я всегда умел мастерить и чинить всякие вещи. Двигатели, трансмиссии, бытовую технику.

– И бомбы, – добавил Декер.

– Трубчатые бомбочки я начал мастерить в средней школе. Потом увеличил масштабы. Они добывали мне материалы, а я делал бомбы с часовым механизмом.

– А Чарльз Монтгомери отвлекал внимание.

– Блин, местные копы знали, что произойдет, – но, угу, Чак разыграл роль пьяного водилы, чтобы у них был повод сбежать от церкви.

– И то же самое в Таскалусе, с офисом НАСПЦН? – спросил Декер. – Монтгомери проделал отвлекающий маневр, чтобы можно было установить бомбу?

– Меня там не было, но допускаю, что да. Позже Хьюи сказал мне, что копы следили за этим офисом из-за угроз.

– А Монтгомери кто привлек?

– Макклеллан и Истленд.

– Он играл с ними в футбол в Старушке Мисс, – кивнул Декер.

– Верно. Но вылетел из колледжа, попал под призыв, залетел во Вьетнам и вернулся с ворохом проблем. Ему нужны были деньги, а у них они были. Я закинул ту же удочку, когда хотел, чтобы Чак соврал насчет убийства нас, чтобы вытащить Мелкого из тюрьмы. Решил, что умирающему будет до лампочки. Да притом он хотел позаботиться о своем пацане. Во всяком случае, так мне сказала Реджина.

– Так что же случилось? – спросил Декер. – Зачем исчезать, менять имя, пускаться в бега?

Рой ответил не сразу:

– Я согласился встретиться с вами не для того, чтобы играть в двадцать вопросов.

– Разумеется, но согласились же. Поссорились?

– С чего ты взял?

– С того, что они хотели что-то получить от вас. То, что было в депозитном сейфе. Они знают, что вы живы, Рой. Они никогда не отступятся от поисков.

– Думаешь, меня это волнует?

– Не знаю. Может, просто отдадите нам улики, и мы с их помощью опустим их?

– И что, тогда вы дадите мне просто уйти в закат? – Он замотал головой.

– Это ведь ваш рычаг давления на них, да? – не унимался Декер. – Если они до вас доберутся, вы просто передадите это властям.

– Чертовски верно.

– А мама знала, что ты делал бомбу? – спросил Марс.

– Думаешь, она бы вышла за меня, кабы знала, что я натворил? – Рой снова поглядел на Декера. – После выхода репортажа И-эс-пи-эн в эфир я получил письмо.

– Вам угрожали?

– Они угрожали всем. И тут я узнал, что Люсинда умирает. Ей оставалось от силы два-три месяца. Я попал в настоящий переплет.

– Но ведь вы не предъявили улики против них столько лет спустя, Рой, – гнул свою линию Декер. – Почему же, увидев вас по телевизору, они взялись за вас с таким усердием? Ведь это могло заставить вас выдать их секреты.

– Это все затея Макклеллана. Это он рассылал угрозы, я не сомневаюсь. Хьюи и Истленд попытались бы спустить на тормозах, ничего не предпринимать. Но Роджер не того склада. Я знаю, что сукин сын все эти годы раздумывал о том, что я сделал. Он воспринял это как предательство. И не любит, когда над его головой что-нибудь заносят. Он-то и ринулся за мной, и двоих других приволок, в этом я уверен.

– После знакомства с ним вполне допускаю, что так оно и было, – кивнул Декер. – Но как вы оплатили барахло, которое накупила Реджина Монтгомери? Вам не по карману была даже медицинская помощь для Люсинды.

– Парочка взломанных сейфов, троечка мошенничеств, чуток краж, вооруженное ограбление. Отняло какое-то время, но я собрал довольно наличных. А потом безмозглой сучке вздумалось пробежаться по магазинам. Я ей талдычил, чтобы обождала, пока переедет, но ей, видите ли, не терпелось. Дура. Так что я решил эту проблемку.

– А мужик, занявший ваше место, когда вы исчезли, – Дэн Рирдон?

– Его жалеть нечего. Знаете, кем был этот Рирдон? Педофилом и убийцей. Никто не потрудился поискать, но в его старом доме закопано, наверное, с полдюжины детишек.

– И вы никогда никому не сказали? – спросил Декер.

– Нет, просто снес ему башку вместо того. Сэкономил всем уйму времени и денег.

– Но теперь они знают, что вы живы, Рой. И они придут за вами и Мелвином.

– Ну, меня сыскать куда как трудней, чем Мелкого.

– И вас это устроит?

– Меня устроит масса всякого такого, что тебе не по нутру.

– Даже если б Люсинда была против?

В ответ Рой поднял телефон.

– Это ведь ты писал, правда? Первое сообщение для меня. Потому что от Мелкого я такого красноречия не ждал.

Экран гласил: «Разве этого Люсинда хотела бы от тебя на самом деле, Рой? Это ее сын, единственное живое существо, оставшееся от твоей жены. Каких поступков ждала бы от тебя Люсинда?»

– Справедливый вопрос, – заявил Декер.

– Я и не говорил, что нет.

– Так каких же поступков она хотела бы от вас? Не только ради Мелвина. Но ради других убитых. Ради девочек, которым никогда не суждено повзрослеть и завести собственных детей.

– Не пытайся дергать за струны моей души. У меня их не осталось.

– А я в это не верю. Потому что вы освободили Мелвина из тюрьмы. Вы спасли ему жизнь.

– А ты тут просишь еще большего.

– Потому что работа еще не закончена.

– Может, твоя, но не моя.

– Мы можем перебрасываться словами всю ночь. Это никуда нас не приведет.

Двое мужчин воззрились друг на друга.

– Было бы любопытно поглядеть, что тобою движет, Декер, – процедил Рой.

– Мы можем быть более похожими, чем вам кажется.

– О, я думаю, мы очень похожи. – Рой потупился. – Что, если я дам тебе нужное? Неужто ты просто дашь мне уйти?

– Если у нас будут улики, чтобы упечь Истленда и Хьюи, я, вообще-то, не стану тратить время, разыскивая вас.

– Но ФБР может.

– Оно может. Но вы же сказали, что найти вас трудно.

Рой поразмыслил об этом и уже хотел было что-то сказать, когда вдруг оцепенел, устремив взгляд мимо них. Черты его окаменели.

– Вы меня кинули. Привели ФБР.

Декер оглянулся, а потом снова повернулся к Рою:

– Нет, мы этого не делали. А это значит, что там другая сторона.

Глава 74

Рой тут же выключил фонарь, погрузив их во тьму.

– Верните мне пистолет, – попросил Декер.

– Откуда мне знать, что это не ФБР и вы не пытаетесь просто обмануть меня? – возразил Рой.

Разбившая окно пуля заставила их распластаться на полу.

– Хотя бы потому, что ФБР обычно представляется и не склонно открывать огонь по зданию, в котором находятся люди.

В следующий момент голос, усиленный электроникой, объявил:

– Мы знаем, что ты там, Каллахэн! Просто выйди и прихвати барахлишко с собой!

– Жопа, – проворчал Рой, доставая пистолет Декера и передавая его владельцу.

– Здесь есть второй выход? – спросил Амос.

– Задняя дверь, но я уверен, за ней они тоже приглядывают.

Будто в подтверждение его слов, позади дома грохнул выстрел.

– Ладно, выхода нет, – признал Декер.

– Они загнали нас в угол. Теперь им остается просто ждать, пока мы выйдем.

Амос выудил свой телефон.

– Без толку, – тряхнул головой Рой, увидев это. – Этот район из тех, что не входят в зону покрытия. Никто тут не живет. Потому-то я и выбрал его для встречи.

– Значит, мы в жопе, – подытожил Марс.

– Ты в жопе с тех самых пор, как И-эс-пи-эн дал сюжет в эфир, Мелкий.

– Значит, это я виноват?

– Малость поздновато выяснять, кто виноват, – встрял Декер. Он подполз к окну и осторожно выглянул. – Ничего не вижу. Но, судя по звуку, это были винтовочные боеприпасы большой мощности. Вроде тех, какими убили Макклеллана. – Он поспешил обратно к остальным. – Они в самом деле думают, что вы носите эту штуку с собой?

– Нет, но хотят, чтобы я их к ней отвел.

– Где она?

– Не скажу. Теперь мне нужен рычаг.

– Они убьют нас, Рой, – настаивал Декер.

– Они проследили за вами досюда. Как же еще?

– Никто за нами не следил.

– У Истленда разведывательная фирма, дебил.

Ты не думал, что у него есть средства для слежки за людьми?

– Может, он прав, – Декер повернулся к Марсу.

– Я прав. Не надо было мне соглашаться встречаться с вами, парочка идиотов.

– Мы тоже не жаждали встречи с тобой, – парировал Марс. – Ведь это как раз ты и заварил эту кашу.

– Я уже спрашивал вас, но ответа не получил, – гнул свое Декер. – Вы скрылись, прихватив с собой инкриминирующие улики, Рой. Почему?