Виктор Угаров
Дикий артефакт
© C. Лукьяненко, 2013
© В. Угаров, 2018
© ООО «Издательство АСТ», 2019
* * *
Пролог
Урла припозднилась и в кафе «Камелот» попала ближе к вечеру.
Декабрь покрыл изморозью стекла, и поэтому только внутри она увидела, что глава цыганского ковена ведьм уже здесь.
Верховная мать сидела за столиком у окна и хриплым голосом что-то сердито выговаривала официанту. Бросилось в глаза, что старуха замаскировала свою ауру под обычного человека.
Шифруется от Иных, усмехнулась про себя ведьма-неформалка, всем своим видом демонстрирующая окружающим принадлежность к панк-культуре.
Урла расстегнула короткую шубку и танцующей походкой направилась к начальнице. Шлепнулась на стул напротив Верховной матери и осмотрелась. Посетители кафе сразу же стали обращать внимание на странную пару: дорого одетую пожилую бизнес-леди и юное чучело, затянутое в кожу, с густо наложенными вокруг глаз фиолетово-черными тенями и металлическими кольцами на одежде, лице и в ушах.
– Брысь отсюда! – шикнула Урла на официанта и одновременно взмахнула рукой, создавая над столиком «купол невнимания».
Публика, потеряв к ним интерес, вернулась к своим чашкам, бокалам и ленивым разговорам.
– Раздобыла? – быстро спросила старая цыганская ведьма, и Урла кивнула.
Нетерпение Верховной матери можно было понять.
Пару недель назад в руки Ночного Дозора Москвы случайно попал древний манускрипт с текстом на латыни. Грянула сенсация – это была подлинная летопись создания «дикого артефакта». Значит, он реально существует, а не является мифом, которые так любит Иная молодежь!
– Как удалось достать?
– Темная история, – заявила Урла двусмысленно и растянула в улыбке фиолетовые губы. – В Ночном Дозоре довольно быстро сделали перевод на русский. А на следующий же день на улице зарезали одного из Светлых. Из тех, кто в Дозоре помельче. Вроде бы простого курьера. Я узнавала в полиции: они считают, что это чистый криминал. По официальной версии, погиб посыльный одной из группировок, перевозивший брюлики. На трупе ничего не обнаружили. Чуешь, сестра, откуда ноги растут?
– Меня не интересуют мелкие подробности. Дальше!
– А сегодня Темная из нашей тусовки призналась мне по секрету, что кто-то из магов поручил ей размножить на ксероксе один документик. Тот самый перевод! Вот я и убедила дурочку сделать дополнительную копию. Лично для меня, приватно.
Верховная мать не смогла скрыть удивления:
– За такое и голову оторвать мало. Как твоя знакомая решилась?
– А она ко мне неровно дышит! – с вызовом отреагировала девица, достала из внутреннего кармана несколько листов бумаги, скатанных в рулон, и протянула начальнице.
– Молодежь, – протянула старая ведьма.
По ее тону нельзя было понять, восхищена ли она собеседницей или считает ее полным отморозком.
Верховная мать углубилась в чтение. Урла, сердито тряхнув прической а-ля «взрыв на макаронной фабрике», настроилась на долгое ожидание.
Поскучать действительно пришлось.
Наконец глава цыганского ковена оторвалась от документа и задумчиво уставилась на свою помощницу. Она смотрела на юную ведьму, словно в пустоту, не замечая ее присутствия.
– Теперь понятно, где искать «дикий артефакт», – сказала ведьма в никуда. – Но слухи об этом наверняка разбегутся быстрее лесного пожара. И если об артефакте узнает кто-нибудь из Конклава – о нем тут же станет известно Арине. А значит, следует поспешить, если мы хотим опередить Бабушку Бабушек…
– Мы участвуем в поисках?! – воодушевилась Урла.
На лице Верховной матери обозначилась улыбка. Настолько для нее редкая, что невольно пугала.
– Конечно, участвуем, – спокойно ответила старая цыганка. – Но пошлем тех, кого не жалко.
Часть первая. Трусливый маг
Глава 1
Вдоль западного побережья Скандинавии протянулась полоса из сотен островов. Тяжелые волны Атлантики без конца накатывали на них, постепенно, как резец скульптора, извлекая из камня причудливые скальные формы. Мощь океанской воды, доходя до побережья, вгрызалась в материк и порождала ущелья, каньоны и лабиринты фьордов, способные спрятать от чужих глаз любую тайну.
Время словно заблудилось в этих местах. Каждое из племен, разбросанных вдоль извилистой береговой линии, считало время по-своему. Но потоку дней было все равно, как его измеряют и на каком языке. Тем более что письменные календари здесь еще не прижились. В будущем ученый люд прикрепит к этой эпохе единый ярлык.
Раннее Средневековье.
На севере полуострова приютилась горсть рассыпанных вдоль берега маленьких островков. Один из них напоминает корону – ее венец состоит из кривых скал-зубцов, торчащих из воды неровным кругом.
День выдался солнечным, но штормило, и холодный северный ветер срывал пенные барашки с водяных валов. Редкие в этих местах рыбачьи лодки прятались далеко на юге, и некому было заметить, как между каменными зубцами острова-короны из толщи воды взметнулось в воздух могучее серо-стальное тело.
Зубастая пасть, раздутые ноздри и угольно-черные глаза на драконьей голове на миг застыли на конце дуги длинного бочкообразного тела. Раздался рев, и тридцатиметровая громадина рухнула обратно в волны.
Морской Змей разминался после сна.
Когда в мире не происходило ничего интересного, не считая вечной погони Иных и людей за властью, Морской Змей предпочитал впадать в спячку. Он любил пропускать сквозь себя годы и годы в сладких сновидениях. Спал он настолько глубоко и безмятежно, что иногда непроизвольно проваливался в Сумрак, пугая рыбью мелочь. Вывести его из такого состояния могли только голод, природные катаклизмы или колебания Силы.
В этот раз Змея разбудил наставник.
Старый Кракен связался с ним через Сумрак, когда ученик после охоты за косяком трески вернулся к островку и устроился вокруг подводной скалы, своего излюбленного места, чтобы немного вздремнуть. Услышав зов, Змей обрадовался. Учитель всегда находил для него интересные поручения.
Старина Кракен! Наставник в мире Иных, лучший друг и проводник на путях Силы. Тот, кто когда-то, давным-давно, стащил с лодки перепуганного греческого мальчишку и, обхватив его щупальцем, окунул сначала в теплые волны Эгейского моря, а потом и в загадочные воды странного мира с выцветшими красками. Там, в Сумраке, юный житель Эллады впервые почувствовал и примерил на себя облик Змея. И влюбился в него навсегда.
* * *
Хтонические существа, хтоники – так прозвали их люди. Прозвали, не ведая того, тех Иных, кто отказался от человеческого тела и предпочел сумеречный облик.
«Иные наоборот», как шутил Кракен. Они появлялись очень редко и, сменив внешность в Сумраке во время инициации, уже не хотели с ней расставаться. Они готовы были перенестись в реальный мир не как люди, а как грифоны и сирены, драконы и гекантохейры. Именно в таких странных обличьях они наиболее полно ощущали свободу и радость жизни. Ветераны из хтоников, такие как древний Кракен, всегда помогали новичкам осваивать своеобразный вид магии – метаморфоз.
Не быстрое перевоплощение оборотней и вампиров, а медленные и разнообразные изменения своего тела, которые помогают выживать в самых необычных условиях.
Погружаться в черные глубины океана без страха быть раздавленным и возвращаться оттуда к свету и волнам, не опасаясь взорваться изнутри. Греться, а не поджариваться вблизи потоков лавы. Видеть в глубоких пещерах, как летучие мыши. Или, отрастив крылья, оседлать ветер и перенести себя с одного континента на другой.
Но ничто не дается даром. Свобода метаморфоза не дает свободы от людей. Наоборот, случайные встречи с простыми смертными порождали мифы о жутких и опасных чудовищах. И хтоники иногда гибли – под ударами копий, мечей или в огне, – попавшись на пути охваченных ужасом людей.
Первое, чему учили новообращенных, – умению прятаться, сливаться с природой. Отводить от себя взгляды и мысли чужаков, будь то Иные или люди.
* * *
Морской Змей сделал глубокий нырок и, обогнув остров, устремился на юг вдоль скандинавского побережья. Ему не терпелось узнать подробности, и, чтобы не прерывать связи с наставником, Змей держал свою драконью голову в Сумраке. Для посторонних глаз его грива, похожая на морские водоросли, была аккуратно обрезана на уровне безголовой шеи. Но удивляться было некому: вокруг простиралась только водная пустыня на много дней пути.
– Какие новости, учитель? – бодро начал Змей. – Есть для меня задание?
Ответа не последовало, только шелестел магический путь для связи, сотворенный мастером в Сумраке. Пауза затянулась. Наконец в голове у Змея раздался тихий и печальный голос:
– Не будет никакого поручения, Бродяга. Я хотел только попросить.
– Все что угодно, мастер Кракен! Вы же меня знаете!
– Не спеши. Очень нужно, чтобы ты опять превратился в человека. – Наставник сделал еще одну паузу, а по телу Змея непроизвольно прошла волна отвращения. – У меня дурные вести. Аглаофа погибла.
Вот это было плохо! По-настоящему горько и обидно, ведь сирены были любимицами всех хтонических существ. Три Светлые девчонки, которые из чистого озорства взяли имена опасных сирен, придуманных людьми: Пейсиноя, Аглаофа и Телксиепия, – и поселились на одном из островков на юге Эгейского моря.
Веселые подруги всегда были любопытными и много раз посещали материк. Они добирались туда либо по воде, либо по воздуху, меняя рыбьи хвосты на птичьи крылья. Новости из мира Иных и человеческих городов были их страстью, а ночные игры в тумане с рыбачьими лодками и военными судами – любимой забавой.
– В этот раз они забрались довольно далеко по суше в глубь материка, почти вплотную к Родопским горам, – продолжил наставник. – И нарвались на драку местных Темных и Светлых магов. Девочке остановили сердце прямо на лету. И даже не заметили, что убили постороннего!
Змей осторожно спросил:
– А подруги?..
– Они спрятались в предгорьях и вынесли тело Аглаофы только через неделю. Но зато смогли проследить за местными магами и кое-что узнали. – Голос Кракена окреп. – Иные прекратили вражду. Полностью!
Сначала Змей не понял.
В последние годы Светлые и Темные грызлись постоянно. Драки, угрозы, смертельные поединки. Были случаи, когда они пытались поделить целые государства на зоны влияния. Затишье, а уж тем более полное замирение невозможно было даже представить.
Догадка пришла неожиданно.
Корецкий Даниил
Змей резко остановился и, подняв волну, свернул свое тело в клубок.
Адмиральский кортик
– Глаз урагана, – прошептал он. – Пророчество.
– Да, – прошелестел Сумрак. – Да, Бродяга.
Среди магов иногда встречаются те, кто способен читать линии судьбы. Кто способен распознать беду или удачу в недалеком будущем – смутно и неопределенно, часто ошибаясь. И уж совсем редко, реже самых крупных драгоценных камней, в этом мире появляются пророки. Иные, читающие линии судьбы ясно и четко на годы вперед. И обладающие даром видеть будущее целых народов еще дальше, но уже только в виде смутных образов. Так рождаются пророчества.
Среди хтоников, немногочисленных и разбросанных по всему миру существ, пророк появился только однажды – Левиафан. Его огромное тело кита постоянно пересекало воды океанов по извилистым траекториям. Он разносил новости, предостерегал от беды, замирял врагов. Левиафана всегда почитали как патриарха.
Незадолго до своей смерти он породил свое самое долговечное, но и самое туманное пророчество. Видение Большой беды, как назвали его Иные. Именно Кракену, тогда еще молодому осьминогу, кит-пророк рассказал о далеком будущем.
По его словам, вражда Темных и Светлых будет медленно, но непрерывно возрастать, разделяя Иных на два непримиримых лагеря. Но наступит момент, когда противостояние затихнет.
Неожиданно, сразу, как Глаз урагана.
А потом разразится буря. Что это будет – мор, междоусобица, война с людьми или природный катаклизм, – Левиафан не знал, но твердо был убежден, что погибнет большинство Иных.
А возможно, и все.
Даниил Аркадьевич КОРЕЦКИЙ
– Впервые в жизни я пожелал пророчеству не сбыться, – признался Кракен. – Но ты же знаешь, я не умею видеть линии судьбы. Но могу улавливать всплески магии на больших расстояниях. И я почувствовал, как сдвинулись огромные пласты Силы, совсем недавно, причем по приказу чьей-то воли. Мы должны знать, что происходит, Бродяга!
АДМИРАЛЬСКИЙ КОРТИК
Морской Змей ненавидел саму мысль вновь обратиться в человека, но выхода, похоже, не было. У него имелся кое-какой опыт. По воле Кракена, примерно раз в столетие, он выбирался на сушу к Иным и людям, пытаясь понять неизбежные перемены и возможные угрозы для хтоников.
Повесть
– Я предупрежу всех наших. – Кракен издал булькающий звук, похожий на вздох. – Пусть накапливают Силу и готовят заклинания. Ты еще не забыл свой облик Темного мага-лекаря? Понтус, кажется?
ОГЛАВЛЕНИЕ:
– А еще костолом и костоправ, – мрачно добавил Змей. – И Черный торговец жизнью и смертью. Так меня прозвали саамы.
БАРКЕНТИНА \"КЕЙФ\"
– Твой приятель все еще верховодит местными племенами?
СВИДЕТЕЛИ
– Алвис? Только одной общиной, недалеко отсюда.
ИСКУШЕНИЯ ДЛЯ ИЩУЩЕГО ИСТИНУ
– Начни с него. Береги себя, ученик. И удачи!
ПЕРВЫЙ КАМЕНЬ
Старый хтоник-осьминог прервал связь, а Змей окончательно вынырнул из Сумрака и устремился на юг с максимальной скоростью.
ПУТЬ В ПОТЕМКАХ. ВЕРШИКОВА
* * *
ПЕТРЕНКО
Этот фьорд был безымянным.
МАРОЧНИКОВА
ЗОЛОТОВ
Как, впрочем, и его ближайшие соседи. В глубине извилистого залива путь воде закрывала стена из нагромождения полуразрушенных скал, поросших колючим кустарником и деревцами с искривленными стволами. В глубине каменного хаоса низкие заросли раздвигал массивный валун из гранита, один из тех, что привалил к подножию горы последний ледниковый период.
ПАУТИНА
Даже взгляд Иного через Сумрак не смог бы определить, что камень – искусная иллюзия, один из мороков, в создании которых хтоникам нет равных. Валун прикрывал широкую щель в горе. Она вела в просторную пещеру, до которой не способен добраться солнечный свет.
ВЫПАД ПЕРЕД ЗЕРКАЛОМ
ЛИЦО И МАСКА
Прошла неделя после памятного разговора Кракена со своим учеником. В какой-то момент кромешная тьма потайной пещеры стала рассеиваться. Свет, идущий ниоткуда, слабо и медленно разгораясь, залил распростертую на полу тушу мертвого морского чудовища.
БАРКЕНТИНА \"КЕЙФ\"
Челюсть гиганта приподнялась, и оттуда показалась кисть человеческой руки. Она одним резким движением распахнула пасть зверя, словно та не имела костей. Наружу, извиваясь, выполз голый мужчина, покрытый блестящей слизью. Он быстро прошел в глубь пещеры, где по стене сбегал маленький ручеек. Мужчина встал под струйку воды и энергично смыл с себя остатки Морского Змея.
Дача стояла на возвышенности, в центре большой поляны, и чем-то напоминала стремительный старинный корабль.
Прямой нос без переносицы, тяжелый подбородок и твердый взгляд почти черных глаз – уверенный в себе эллин закончил купание и вернулся назад, на ходу стряхивая ладонями воду с шапки густых волос.
- На что она похожа, ребята?
Уже не Змей, а человек-торговец произнес заклинание «псевдо». Останки зверя на полу зашевелились. Все, что было раньше грозой морей, подползло к неровной впадине в форме чаши в центре пещеры и, шурша, свалилось в нее аморфной кучей.
- На дачу и похожа, - резонно ответил Генка. - На что же еще?
Понтус щелкнул пальцем, и над останками поднялись языки бездымного пламени. В пещере сразу стало теплее, и человек, быстро высыхая, для разминки сделал несколько гимнастических упражнений. Затем подошел к стене и снял магическую защиту, близнеца той, что создала иллюзию гранитного валуна при входе.
- Заметим, на классную дачу, - добавил Петр.
Часть стены растаяла. В появившейся нише темнела стопка одежды, пролежавшая под заклинанием «заморозки» более полувека в целости и сохранности. Через несколько минут, полностью одевшись, мужчина сотворил очередное и привычное для хтоника заклинание иллюзии.
Ну что ж, мои впечатления могут объясняться тем, что я уже знал, как называли этот загородный особняк Валерий Золотов и его друзья.
Перед ним из воздуха соткалось зеркало.
Понтус с неодобрением уставился на свое отражение, пытаясь понять: точно ли он восстановил свой человеческий облик? Одежда на нем была землисто-серого цвета, похожая на шкуру некоторых рыб, а тяжелый черный плащ имел странную изнанку: правильные ряды блестящих пластин – уменьшенные копии чешуй с брюха почившего Морского Змея.
Просторный участок оказался изрядно запущенным, хотя видно было, что он знал и лучшие времена. Асфальтовая лента соединяла ворота с гаражом, выложенные кирпичом дорожки вились между пропаханными грядками и мертвыми клумбами, огибали здание и обрывались у деревянной баньки, сложенной над маленьким, но на удивление чистым прудом.
Мужчина осторожно отогнул одну из них: в углублении лежала веточка высушенной водоросли – и довольно рассмеялся. На плечах Темного мага был не просто плащ, а целая аптека, сотни спрятанных за пластинами снадобий, самых экзотических ядов и лекарств, добытых в морских глубинах. Правы были саамы – действительно Черный торговец жизнью и смертью!
Понтус сосредоточился, прислушиваясь к себе.
За банькой стоял огромный ящик, доверху наполненный бутылками из-под портвейна. В гараже тоже обнаружились три набитых бутылками мешка. А в общем осмотр двора ничего не дал.
Сам он не умел создавать порталы. Среди ныне живущих хтоников только один обладал нужным уровнем мастерства – Кракен.
Учитель придумал выход. Он создал и зарядил магией амулет непосредственно в теле своего ученика – маленький нарост в форме звездочки в основании черепа.
Я без труда нашел на связке нужный ключ и, сорвав печать, толкнул дверь. На первом этаже располагаются службы, кухня, кабинет и зал, а наверху - спальни и зимняя веранда. Но, переступив порог, мы вначале оказались в небольшом холле перед двустворчатой дверью с табличкой \"Кают-компания\".
Неприметный нарост в теле рослого эллина слегка завибрировал и нагрелся.
В \"кают-компании\" стоял спертый плотный воздух, в котором смешивались запахи винного перегара, табачного дыма и перестоявшейся еды. Не знаю, как мои спутники, а я уловил в этой сложной смеси еще один компонент. Раньше, до того, как я стал работать на следствии, я думал, что выражение \"запах смерти\" не более чем красочная метафора, но потом убедился в обратном. Смерть имеет даже два вида запахов: реально ощутимый обонянием и психологический, воспринимаемый сознанием, создающий особое отношение к месту, которое она посетила. И если первый может отсутствовать, то второй - ее непременный спутник.
Понтус произнес заклинание. Воздух перед ним задрожал и ухнул внутрь черным провалом. Создание портала всегда отнимает много Силы, но сейчас было не время экономить. Возникла безвыходная ситуация – добираться по скалам до человеческого жилья было бы слишком долго.
В \"кают-компании\" запах смерти исходил от грубо начерченного мелом на полу силуэта, повторяющего контуры распростертого человеческого тела.
Мужчина бросил последний взгляд в зеркало и неожиданно вспомнил свое детство, когда в родной деревне он с родичами праздновал приход весны.
Поскольку я читал протокол, то отчетливо представил позу, в которой лежал убитый. Собственно, первичный осмотр места происшествия проведен толково и грамотно, в принципе можно было им и ограничиться, но я привык детально изучать места преступлений.
Он сложил из пальцев на руке козьи рога и показал своему отражению язык – знак, отгоняющий беду, – усмехнулся и решительно шагнул в дрожащий проем портала.
Я разъяснил приглашенной с соседней дачи пожилой супружеской паре права и обязанности понятых, затем повернулся к практикантам.
- Мы готовы, - нетерпеливо сказал Генка.
Глава 2
- А раз так, приступаем. Только вначале откройте окна.
Братья-погодки Ахто и Валто, зажав в руках охотничьи луки, настороженно вглядывались в утренний туман, наползающий из фьорда. Шаги чужака они услышали загодя. И когда на тропе из влажной мути появился его контур, два наконечника стрел смотрели точно в лицо пришельца, по одному в каждую глазницу. Человек – не белка, трудно промахнуться!
Легкий сквозняк быстро выдавил на улицу сизый воздух с его тяжелым духом, и дышать сразу стало легче. С запахами разделаться просто, нетрудно навести порядок в комнате, убрать тарелки с закисшей пищей, стаканы с остатками спиртного и даже стереть мокрой тряпкой зловещий меловой силуэт.
Незнакомец в длинном, до земли, плаще остановился за несколько шагов до охраны и вежливо поклонился:
Но самая тщательная уборка не поможет избавиться от того, что превратило уютную загородную дачу в место происшествия. Недаром на предложение поехать сюда вместе глава семейства ответил категорическим отказом.
– Лекарь Понтус к вождю Алвису.
\"Кают-компания\" представляла просторную светлую комнату. Три мягких кресла, журнальный столик, декоративный электрокамин-бар, магнитофон. Справа у окна - стол, сервированный на четыре персоны. Открытые консервы, вареная колбаса, сыр, кабачковая икра, ваза с яблоками и виноградом. Французский коньяк \"Камю\" - треть бутылки, пустая бутылка из-под шампанского, бутылка с незнакомой иностранной этикеткой. Пепельница с окурками,
Охотники переглянулись, а потом одновременно посмотрели на дубовую дверь святилища, которую охраняли. Прямо сейчас их предводитель, великий колдун и повелитель ветров, находился в трансе – он был на путях ясновидения. Его дух покинул тело, чтобы найти пропавших рыбаков, среди которых был и отец братьев.
На стене большая гравюра - фрегат с туго надутыми парусами, накрененный в лихом галсе, орудийные порты окутаны клубами дыма. На журнальном столике искусно выполненная модель парусника, над ним старинный штурвал. Вот и еще атрибут морской романтики, на ковре - ножны от кортика. Того самого, что сейчас лежит у меня в сейфе.
Валто решительно натянул тетиву.
Мы начали делать рулеткой нужные замеры, как вдруг зазвонил телефон.
– Выйди за пределы селения, чужак. Жди там или умрешь!
\"Телефон на даче - редкость\", - была первая мысль, но я уже прошел в кабинет и взял трубку.
– Подожди, брат, – остановил его старший. – Вы тот самый Понтус? Черный торговец?
- Все в порядке? - осведомился мужской голос.
Валто открыл было рот, но запнулся. Еще бабушка рассказывала братьям, когда они были совсем маленькими, что у вождя есть друг, важный человек, который мог излечить любую хворь. Высокий, в черном плаще и зовут… точно, Понтус!
- Да, - ответил я. Действительно, не спрашивать же, что он понимает под \"порядком\".
– Вождь наверняка скоро вернется к нам, – примирительно сказал гость, одновременно посылая легкие чары доброжелательности. – Он будет рад увидеть рядом старого друга. А вдруг ему понадобится помощь лекаря? Не волнуйтесь, я друг саамов и хорошо знаю обычай. Нельзя подходить к владыке ветров во время ясновидения. А прикоснуться – прямое святотатство.
- О\'кэй, - раздались гудки.
– Мы присмотрим за тобой, торговец, – предупредил старший из братьев, распахивая дверь.
Осмотр и составление протокола, планов и схем заняли часа два. Дело шло к концу, и я поднялся наверх, заглянул в две маленькие комнатки с кроватями и вышел на веранду. Отсюда открывался умиротворяющий вид на окрестный пейзаж, и, надо сказать, с приподнятой точки обзора он выглядел еще живописней. А через поляну по направлению к даче шел человек.
Понтус зашел в хорошо освещенную просторную комнату с низким потолком и огляделся. Увидев маленькую скамейку при входе, он сразу же на нее уселся, чтобы не усиливать подозрения молодых охотников. Вновь воцарилась тишина, лишь тихонько потрескивали горящие фитили в многочисленных плошках, и воняло жженой ворванью.
Я спустился вниз и вместе с практикантами вышел на крыльцо, чтобы встретить посетителя. Но прошла минута, другая, третья, а в калитку никто не входил.
В центре комнаты стоял широкий алтарь, застеленный медвежьими шкурами, а на них лежало, вытянувшись, тело в мешковатом балахоне со скрещенными на груди руками. По сторонам от него на алтаре беспорядочно валялись грубо сделанные ритуальные статуэтки из меди: лягушки, змеи, кто-то еще – лекарь не мог рассмотреть их со своего места.
- Ну-ка, ребята, посмотрите, куда он делся.
Вернувшись в дом, я сел в кресло и услышал тихий тупой скрежет, который то пропадал, то появлялся вновь. Жук-древоточец!
Маг быстро проверил лежащего колдуна через Сумрак и усмехнулся про себя – на шкурах никого не было! Только морок, он сам научил Алвиса этому трюку много лет назад. Теперь местный вождь умел «раздваиваться», чтобы спокойно, не торопясь, искать пропавших людей через Сумрак, якобы воспаряя при этом духом к небесам.
Застывшее тело дернулось, по нему прошла судорога.
Я подошел к стене и посмотрел вблизи на ровную деревянную поверхность. И точно. Одна дырочка, другая, третья... А сколько ходов уже проделано там, внутри? Дача оказалась больной...
Балахон вдруг оказался порванным, а благостный вид колдуна – всклокоченным и грязным. Он бешено вращал глазами, а под левой мышкой у него кряхтел и стонал коренастый мужчина с седой бородой в простой куртке из шкуры тюленя. Одна нога у него была неестественно вывернута, из прорванного и окровавленного холста штанины торчал обломок кости.
Вернулись Генка с Петром.
– Отец! – крикнул Ахто и, по-детски шмыгнув носом, бросился к алтарю.
- Никого нет. Наверное, он куда-то в другое место шел.
– Стоять! – рявкнул мудрый, но потрепанный повелитель ветров. – Их лодку бросило волной на камни у Кабаньего утеса. Ахто, быстро собери людей, и отправляйтесь туда морем. Тихую воду и попутный ветер я вам обеспечу. Рыбаки целы, но их сильно потрепало, и по суше им пути нет. Живо!
Может быть, конечно, и в другое. Но тропинка ведет прямо к воротам.
Братьев-охотников как ветром сдуло.
Я сфотографировал все помещения, снял со стены ножны от кортика. Подчиняясь внезапно пришедшей мысли, отлил в пронумерованные флаконы образцы спиртного из экзотических бутылок. Кажется, все, можно дописывать протокол.
Колдун повернулся к Понтусу. Его запачканное лицо расплылось в широкой улыбке, и он перешел на латынь, опасаясь посторонних ушей.
Хотелось есть, а предстоял еще обратный путь до станции, потом ожидание электрички, потом...
– Ты откликнулся на призыв Высших, костоправ! – Белесо-голубые глазки колдуна лучились искренней радостью. – Вижу, ты понял, что отсидеться в сторонке не удастся. Я всегда знал, что ты умный, а не дурак!
- А почему вы не ездите на машине? - Мысль Петра работала в том же направлении, что и у меня.
Грубые слова вождя не ввели гостя в заблуждение – Алвис иногда любил притвориться простачком.
- Потому что на ней ездит прокурор, - дал я исчерпывающий ответ и приготовился к следующему вопросу, но его не последовало. Чувствовалось, что ребята устали.
– Может быть, сначала займемся бедолагой? – Понтус кивнул на рыбака.
Из окна электрички я все время смотрел в левую сторону. Там, за деревьями, любили проводить время Валерий с друзьями, и, видно, отдых удавался на славу, недаром же они назвали дачу \"Баркентина \"Кейф\".
Он пошарил в своем плаще-аптеке и быстро собрал смесь, которую затем растер в деревянной тарелке простым камнем. Полученная кашица усмирила боль и вогнала седобородого в глубокий сон. Привычки лекаря не забылись: он уверенно вправил кости и закрепил ногу в деревяшках и ремнях, которые нашлись здесь же, в святилище. Заклинания для заживления и против горячки довершили дело.
В названии чувствовалась фантазия, изобретательность и даже некоторый изыск, а слово \"кейф\" произносилось правильно, без распространенной ошибки.
Колдун и лекарь перевели дух.
Грамотные, симпатичные, положительные молодые люди с развитым воображением... Я тем не менее один из участников вчерашней вечеринки лежит сейчас на холодном каменном столе морга, а другая заперта в душной камере.
Но вдруг снаружи раздались жалобные вопли, и Алвис нахмурился.
Лес расступился, и я увидел знакомое здание на холме. Сейчас оно напоминало мне парусник, идущий ко дну.
В дверь просунулась растрепанная женская голова и уставилась на своего повелителя.
СВИДЕТЕЛИ
– Господин! – тревожно заголосила она. – Хилья рожает, и…
Допрос, можно сказать, не получился. Марина Вершикова дала показания, подписала протокол, но контакта с ней установить не удалось. Она все время плакала и сквозь слезы рассказала, что да, ударила Петренко кортиком, за что - не помнит, так как была пьяна. Убивать не хотела, и как все получилось - сказать не может...
– Мне что, покряхтеть с нею рядом? – прошипел мудрый вождь и повелитель ветров. – Пошла вон! Во-он!!!
Сплошной туман. Как докладывать шефу?
* * *
Прокурор пребывал в благодушном расположении духа, это я понял сразу же, как только он ответил на приветствие.
Лодка под парусом летела вперед, сама выбирая себе путь.
- Можно направлять в суд. - Я положил перед ним законченное накануне дело.
Сама сворачивала на подветренную сторону островов и аккуратно обходила подводные камни. Темный маг Алвис задумчиво глядел вперед и крутил в руке кожаный шнурок с узелками. Развязав один из них в самом начале пути, колдун обеспечил лодке постоянный и сильный ветер в парус и теперь мрачно размышлял о будущем.
- Так-так, - Павел Порфирьевич взглянул на обложку. - Иванцов и Петриков, грабеж, две кражи, угон автомобиля и вовлечение несовершеннолетних. Целый букет... А что, Иванцов так и не признался?
Два столетия назад, когда он привел часть племени оленеводов сюда, к западным водам, он мечтал только об одном – о покое. Но неуемные людишки в своем стремлении найти рай на земле расползались по миру с упорством тараканов. И небольшие племена мирных кильдов стали окружать чужаки, настырные и жадные. Они цепляли к рыбакам и оленеводам разные прозвища на своих языках: самь, лопь, квены или финны – но требовали всегда одного и того же.
Меня всегда поражала феноменальная память шефа, который не только держал в голове перечень всех дел, находившихся в производстве следователей, но и помнил их суть, ориентировался в обстоятельствах преступлений, знал позиции обвиняемых и свидетелей.
- Не признался. Ну это дело его - не новичок. На этот раз влепят ему на всю катушку...
Шкуры. Белок, оленей, морских животных. Хорошо, если обходились только торговлей или данью. Могли просто отобрать все, что им было нужно, убивая попутно всех недовольных.
Белов дочитал обвинительное заключение, полистал пухлый том и размашисто подписался под словом \"утверждаю\".
На этом фоне постоянно растущая грызня Иных перестала заботить. Пророчество Большой беды потихоньку выветривалось из памяти Алвиса, вытесняемое привычными бедами. И перемирие Светлых и Темных, а потом и призыв кого-то из Высших магов к общему сбору грянули как гром среди ясного неба.
- А как обстоит дело с убийством на даче Золотовых?
«Наступил час расплаты», – подумал тогда старый колдун. Но, как ни странно, подумал со злым облегчением. Теперь решал не он – решала судьба. Жаль только, что грядущее столь туманно! Ведь нынешние времена не породили ни одного пророка. А значит, некому было вразумить непутевое племя Иных.
- Вчера делал дополнительный осмотр, сегодня допрашивал подозреваемую...
Алвис бросил ехидный взгляд на своего попутчика.
- Ее фамилия Вершикова, если не ошибаюсь? - Шеф не ошибался и знал это, просто хотел продемонстрировать свою осведомленность и блеснуть памятью - маленькие слабости свойственны людям. - Ну и что она? Признается?
Не удалось хитрому лекарю отсидеться в глухих чащобах, где он пропадал в поисках трав и грибов для своих снадобий. Попался на глаза – держи ответ! Если будет драка и если победят Темные, то отступникам и трусам придется несладко. По уровню Силы Черный торговец был ниже колдуна, но зато умен и может принести хоть какую-то пользу. Для раненых лекарь окажется очень кстати, а его яды уже пригодились.
- Признается-то признается, да как-то странно. Дескать, убила, а как - не помню, по деталям ничего не дает.
Алвис погладил свой кожаный ремень, на котором были закреплены ножи. Лезвия некоторых из них были смазаны экзотической отравой, которой приятель поделился с вождем.
- Это объяснимо - вечеринка, выпивка... В общем-то дело несложное. Надо в этом месяце и закончить.
«А дружок мой совсем скис», – усмехнулся про себя повелитель ветров, глядя на фигуру, закутанную в черный плащ. Лекарь сидел на корме лодки, опустив ладонь в воду, и задумчиво смотрел, как сверкающие на солнце струи бегут между пальцами.
Шеф внимательно разглядывал меня. Он был массивным, внушительного вида мужчиной с крупными, простоватыми чертами лица и имел привычку изучающе рассматривать собеседника. Один глаз он потерял на войне, протез был подобран умело, и долгое время я не мог определить, какой глаз у него живой, а какой - стеклянный, и оттого испытывал неловкость, когда он вот так, в упор, меня рассматривал.
Опытному колдуну было невдомек: единственное, что владело Понтусом, – это несбыточное и жгучее желание вновь обернуться Змеем, сделать нырок и уйти в родные глубины Атлантики…
- И еще вот что. У меня был Золотов-старший...
* * *
- Интересно, когда же он успел?
Северная оконечность Дании, похожая на моржовый бивень, встретила их начинающимся штормом и дождем. Все суда, на которых прибыли Иные, загнали в маленькую бухту, спрятанную от волн и ветров. Место было глухое, далекое от человеческих поселений. Из жилья – только приземистый дом из грубого камня, временный приют для местных мореходов.
Сегодня здесь было многолюдно.
- ...Он просил как можно деликатней отнестись к ним. Они уважаемые люди, и так уже травмированы, а тут следствие, повестки, огласка, ну вы понимаете... Так что постарайтесь как-нибудь помягче. Может быть, вообще не будет необходимости их допрашивать...
Группы по три-четыре бойца под присмотром высокого норманна, упакованного в доспехи, по очереди ныряли в дверной проем, закрытый пологом мерцающего воздуха.
- Такая необходимость уже есть! - Я не любил подобных разговоров.
– Портал! – Алвису приходилось почти кричать из-за грозы. – И командует, конечно, викинг! Любят они это дело – покомандовать. Хотя…
- ...а если все-таки понадобится, то можно вызвать по телефону, одним словом, поделикатней. Мы же должны внимательно относиться к людям, с пониманием...
Он внимательно пригляделся и воскликнул:
Это уже начинались нравоучения, до которых шеф большой охотник.
– Я его знаю! Оборотень-волк. Действительно, он у норманнов лучший. Да и вообще на всем Севере! Но я не думаю, что он способен пробивать порталы. Наверно, ему кто-то помогает с другой стороны!
- ...проявить терпимость и такт. Так?
Воин у двери, пытаясь бороться с порывами ветра, придерживал рукой свой щегольски расшитый плащ. На плаще выделялся тканый большой крест, символ модного ныне христианства. Норманн подгонял Темных чуть ли не пинками, поскольку из-за рева воздуха его голос был едва слышен.
Он выжидающе посмотрел на меня, ожидая подтверждения.
Несмотря на все его старания, у двери образовался затор: в последней группе, компании пестро одетых низкорослых людей, сцепились двое, и дело шло к драке. «Шаманы», – понял лекарь и заметил, как викинг, подзывая, энергично машет рукой Алвису. По Черному торговцу он едва мазнул взглядом.
- Так. - Действительно, что можно еще сказать в ответ? - Я могу идти?
– Вождь! – прокричал норманн и махнул рукой сначала на шаманов, а потом в сторону портала. – На той стороне возьмешь командование над ними! Иди вперед, а я запущу эту шайку следом.
Шеф был прав - дело из той категории, которые следователю нужно лишь должным образом задокументировать и оформить, закончить его можно довольно быстро.
– Ни за что! – возмутился Алвис. – Они не умеют подчиняться, и ты, конунг, об этом прекрасно знаешь!
Я набросал план расследования и отпечатал необходимые документы: запросы на характеристики всех участников вечеринки, сведения о наличии у них судимостей и постановление о назначении судебно-медицинской экспертизы. Обычные вопросы: причина и время наступления смерти, характер и локализация телесных повреждений, причинная связь их с наступившими последствиями, наличие алкоголя и ядов в крови.
- Можно? - Дверь кабинета приоткрылась.
- Входите.
Шаманы радостно заулыбались и закивали. А один, несмотря на почти ураганный ветер, крутанулся пару раз, звякнув ожерельями из зубов и костей.
Блондинка лет двадцати двух, короткая стрижка, аккуратно уложенные волосы, гладкая кожа, чуть-чуть косметики - личико красивое и какое-то кукольное.
Викингу явно надоели разговоры, он прищурился и достал меч. С кончика длинного прямого лезвия сорвался белый луч, уперся возле ног Алвиса и медленно пополз к нему, оставляя в мокрой траве шипящий след из пара.
- Присаживайтесь. Вы, как я понимаю, Марочникова?
Она кивнула.
– Понял я, понял, верзила… – пробормотал вождь и, уже не колеблясь, пригнул голову и шагнул в проем двери. Лекаря тем более не надо было убеждать, и он нырнул в портал следом.
- Паспорт с собой?
- Да. - Девушка положила документ на стол, и я начал переписывать установочные данные в протокол. Марочникова Ирина Васильевна, двадцать три года, образование 10 классов, работает на студии телевидения, ассистент режиссера, не замужем, ранее несудима...
* * *
- Допрашиваетесь в качестве свидетеля, должны говорить правду, за дачу ложных показаний предусмотрена уголовная ответственность. Распишитесь, что предупреждены об этом. - Я подвинул свидетельнице протокол.
После завываний ветра на уши навалилась тишина.
- Я всегда говорю правду! - Она округлила глаза и, приподняв брови, с укором посмотрела на меня.
Вместо нагромождения скал вокруг простиралась равнина с редкими невысокими холмами. Когда звуки постепенно вернулись, тишина уже не казалась мертвой. Слабый гул, подобный морскому прибою, накатывал и отступал, но шел не от воды, а от людских тел.
Я подождал, пока она распишется.
Впереди прибывшие маги увидели шевелящуюся стену Иных. Они стояли на месте, бродили или спорили, разбившись на группы. Все чего-то ждали.
- Теперь расскажите, давно ли знаете Золотова, как часто ездили на его дачу, кто еще там бывал, как проводили время, а потом подробно про последнюю вечеринку.
А где-то там, впереди, можно было разглядеть отсветы слитой воедино ауры тысяч Светлых бойцов.
Марочникова развела руками:
Черного торговца толкнули в спину, послышался гомон – стали прибывать шаманы.
- Так много вопросов... Давайте я буду рассказывать все подряд, а если чего упущу - вы напомните?
– Пахнет смертью, – сказал Алвис и поежился.
- Ну что ж, давайте так. - Про себя я отметил, что она уверенно держится в кабинете следователя, пожалуй, слишком уверенно для своего возраста.
– Я думаю, наши Высшие планируют договориться со Светлыми, – отозвался лекарь. – Может быть, у них и получилось бы. Ведь разума и опыта старейшинам не занимать. Но как они остановят всех остальных?
- Значит, так... С Валеркой мы познакомились года два назад, кажется, на какой-то вечеринке или на танцах, точно не помню. Ну, встречались, ходили в кино, театры, кафе. Знакомых у него много, да и у меня тоже, часто собирались компаниями, ну, музыку послушать, шампанского выпить. Вначале в городе, у кого-нибудь дома, а потом стали ездить на дачу к Валере. У него дедушка был адмирал... - Ирина на мгновение умолкла и выжидающе посмотрела на меня, очевидно, ожидая реакции удивления. Но я молча ждал, и она продолжила:
И он показал вперед.
- И у дедушки чудесная дача, знаете, такое уютное место - кругом лес, в общем, красота. Мы туда приезжали обычно на день-два, человек по шесть, и всегда было все нормально. Музыку слушали, у него записи классные, танцевали, вина хорошего выпьем, там запас марочного, импортного... В общем, отлично время проводили. Дача со всеми удобствами, даже финская баня есть...