— Там, наверху. Квартира 407.

Я поблагодарила его и вернулась к дому, направилась по лестнице, которая всё время скрипела, на четвёртый этаж. Квартира была на самом верху, рядом с той, из которой доносилась взрывная неприятная музыка. Я постучала в 407, но не получила ответа. Я не была уверена, что меня услышали, и постучала громче, но ответа так и не последовало. Я посмотрела на ручку и подумала о химических веществах в своей сумке. Но сразу, же отбросила эту мысль. Даже в таком сомнительном доме как этот, сосед мог забеспокоиться, если увидит, как я вламываюсь в квартиру. Я не хотела привлекать внимания. Хотя сложившаяся ситуация всё больше и больше расстраивала меня, я не рассчитывала провести здесь весь день.

Я перешагнула через себя. Все говорили, что я была умна. Конечно, у меня были некоторые растворы, но какие будут работать? Ждать его в зале — не вариант. Там не было никого, кто знала Маркуса или \"Дэйва\", чтобы показать его. И, честно говоря, чем меньше времени я проведу в грязном зале, тем лучше. Если бы только был какой-нибудь способ попасть внутрь, который не связан с разрушением. Тогда решение пришло ко мне. Я тяжело вздохнула. Это не было одним из тех дел, которые нравятся мне, но это бы дало мне работу.

Я вышла на улицу и приветственно махнула мальчику, в то время как он пытался спрыгнуть с лестницы.

— Дэйв был дома? — спросил он.

— Нет, — Мальчик кивнул. — Его обычно нет дома.

Так, по крайней мере, это было бы полезной информацией для следующего сумасшедшего плана. Я оставила мальчика и обошла здание снаружи, где было пустынно. Там, цепляясь за внешнюю стену, была самая шаткая пожарная лестница, которую я когда-либо видела. Учитывая, насколько жесткие стандарты безопасности были в Калифорнии, я была удивлена, что об этой лестнице еще не сообщили. Конечно, лестницу видели, но этого было не достаточно для владельца этого здания, что бы действовать, судя по остальным условиям, которые я видела.

Дважды убедившись, что вокруг никого не было, я встала в тень лестницы, надеясь, что она более или менее скрывает меня. Из сумки я достала некоторые из моих амулетов: ожерелье из агата и перья ворона. Я одела их на голову, и произнесла греческое заклинание. Я чувствовала как тепло магии проходит сквозь меня, но не видела каких-либо изменений. Теоретически, я должна стать невидимой для тех, кто не знал меня и не искал. Независимо от того что произошло на самом деле, я не смогла бы сказать результат. Я полагаю, что о результате станет известно в том случае, если кто-то придет и потребует объяснить, почему я лезу в квартиру по пожарной лестнице.

Как только я начала подниматься, мой план почти рухнул. Пожарная лестница скрипнула и пошатнулась. Лестница была настолько ржавой, что я бы не удивилась, если бы она прям сейчас сломалась под моими ногами. Я замерла на месте, пытаясь набраться мужества двигаться дальше. Пришлось напомнить себе, что это возможно единственный шанс найти Маркуса. Мальчик с парковки подтвердил, что он живет здесь. Я не могу упустить такой возможности.

Я сглотнула и продолжила идти, осторожно перемещаясь с этажа на этаж. Когда я дошла до четвертого, я поглядела в изумлении, не веря, что пожарная лестница была всё еще цела. Теперь появилась новая проблема. Я выяснила, где была студия Маркуса — нужно было забраться на посадку этой лестницы за окном. Расстояние было не так уж велико, но на узком выступе между ними оно покажется целой милей. Не менее осложняло ситуацию то, что мне нужно было пролезать через это окно. Оно было закрыто, давая повод думать, что он в бегах. С собой у меня было несколько магических амулетов, способных расплавить стекло, но я не доверяла себе, чтобы иметь возможность воспользоваться ими на узком выступе, чтобы означало, что мне предстоит увидеть, хороша ли я в своей физической подготовке.

Однако осознавая неустойчивость пожарной лестницы, я достала из сумки маленький мешочек с порошком. Рассчитав расстояние, я бросила мешочек в окно, читая заклинание, и промахнулась. Мешочек попал в стену здания, и, поднимаясь пыльным облаком, начал разъедать штукатурку. Я вздрогнула, когда стена растворилась. В большей степени заклинание подействовало, но оставило при этом приличное отверстие. Хотя оно не растворило всё до конца, я полагала, что даже при этом никто бы даже не заметил.

На левом плече у меня была сумка, и я должна была это учитывать. Окно было довольно большим, и я не могла упускать время. Я бросила комок, и они вступили в контакт. Порошок разбил стекло. Сразу же реакция начала распространяться, и началось плавление стекла. Оно таяло, как лёд на солнце. Теперь я с тревогой наблюдала за реакцией, я надеялась, что она пойдёт настолько далеко, насколько это возможно. Мне требовалось достаточно большое отверстие, чтобы пролезть. К счастью, когда реакция остановилась, я была уверена, что смогу пройти внутрь.

Я не боюсь высоты, но ползая по карнизу, я чувствовала себя так, будто была на вершине небоскрёба. Моё сердце бешено стучало, и я задумалась об обеспечении своей безопасности с технической точки зрения. Мои руки вспотели, и я приказала им остановиться. Я проделала весь этот путь не для того, чтобы соскользнуть в последнюю минуту.

В это мгновение моя нога соскользнула. Мир пошатнулся, и я отчаянно потянула руку и схватилась за внутренности окна. Я потянулась к нему, и всплеск адреналина помог мне подтянуть ноги. Я сделала глубокий вдох и попыталась успокоить своё сердце. Я была в безопасности. Я собиралась это сделать. Мгновение спустя я была в состояния подтянуться вся и перекувыркнулась в комнату.

Я приземлилась на пол, ноги не были устойчивыми, пока я пыталась восстановить своё дыхание. Я была так близко. Если бы мои рефлексы были медленнее, то я узнала бы, что может произойти с человеком, упавшим с четвёртого этажа. Я любила науку, но не была уверена, что хотела поставить этот эксперимент. Возможно, окружение дампиров помогло мне улучшить свои физические навыки.

Когда я восстановилась, я сразу же оценила окружающий меня интерьер. Здесь была точно такая же студия, что и в моём видении. Оглянувшись назад, я отмерила расстояние до Миссии. Ага. Точно такое же. Я так же узнала матрас на полу и те же скудные пожитки. В другом конце комнаты, дверь имела ряд очень новых и современных замков. Растворение дверной ручки снаружи не принесло бы никакой пользы.

— И что теперь? — пробормотала я. Я была внутри. Маркуса здесь не было, но теоретически квартира была в моём распоряжение. Я не была уверена в том, что я искала, но нужно было с чего-то начать.

Во-первых, я рассмотрела матрас, не то чтобы я ожидала от него многого. В нём нельзя было спрятать вещи, в отличие от моего. Однако он мог скрыть крыс и бог знает что ещё. Я осторожно приподняла уголок, поморщившись при этом, но под ним не оказалась ничего живого или чего-либо ещё. Следующей моей целью была небольшая беспорядочная куча одежды. Рыться в грязном белье (я предположила, что оно грязное, так как оно лежало на полу) было не лучше, чем заглядывать под матрас. Запах порошка, однако сказал мне о том, что вещи недавно были в стирке. Они были обычной мужской одеждой, вероятно, на молодого парня, похожего по фигуре на Маркуса. Джинсы. Футболки. Боксеры. Пока я разбиралась в куче, я чуть не начала их складывать, и мне пришлось напомнить себе, что я не хотела оставлять следов своего прихода. Конечно, расплавленное окно разбивало все мои надежды.

Рядом стояла пара личных вещей: зубная щётка и дезодорант с запахом \"Ocean Fiesta\". Помимо шаткого деревянного стула и древнего телевизора здесь так же была ещё одна вещь комфорта и развлечения в пустынном номере: потрёпанная копия \"Над пропастью во ржи\".

— Отлично, — пробормотала я. Интересно, что можно сказать о человек, если больше не видел его личных вещей. — Маркус Финч — притязательная и эгоистичная личность.

Ванная комната квартиры была маленькой, в ней едва хватало места для душевой кабинки, туалета и раковины. Судя по плесени на полу, много воды разлеталось во время пользования душем. Большой чёрный паук поспешил в канализацию, и я поспешно отступила.

Потерпев поражение, я отправилась изучать узкую дверь шкафа. После всей проделанной работы по поиску Маркуса Финча, я так и не нашла его. Мой поиск ничего не выявил. У меня не было времени, чтобы дожидаться его здесь, честно говоря, если бы я, вернувшись домой, увидела расплавленное окно, я бы скорее вышла за дверь и больше бы сюда не возвращалась. Если он сбежал, то у меня не оставалось выбора, кроме как продолжить поиски и…

— Ах!

Что-то прыгнуло на меня, когда я открыла дверь шкафа — и это была не крыса или таракан.

Это был мужчина.

Шкаф был крошечным, и это было чудо, что он смог туда поместиться. У меня не было времени, чтобы обдумать всё логично, поскольку кулак вылетел и врезался в часть моего лица.

Я лишь один раз была застигнута врасплох между кирпичной стеной и зубами стригойки. Меня ни разу не били, однако я и не хотела получить такого опыта. Я отшатнулась, и от удивления не смогла реагировать сразу. Парень бросился ко мне, схватив мои плечи и тряся меня, он наклонился ближе ко мне.

— Как же вы, ребята, меня нашли? — воскликнул он. — Сколько ещё идёт?

Я ощущала боль в лице, но мне удалось собраться. В прошлом месяце я брала курсы самообороны у немного странного человека, похожего на пирата. Несмотря на немного нетрадиционное поведение Михаила Вульфа, он на самом деле научил меня некоторым навыкам, и сейчас я вспомнила о них. Я коленями стукнула нападавшего в живот. Его голубые глаза расширились от шока, он отпустил меня и упал на пол. Это не вывело его из строя надолго. Он поднялся на ноги и двинулся ко мне, но в это время я уже схватила стул и угрожала им парню.

— Отвали, — сказала я. — Я просто хочу…

Игнорируя мои угрозы, парень толкнул меня вперёд и схватился за одну из ножек стула, потянув её от меня. Он загнал меня в угол, и, несмотря на некоторые уловки, которым меня научил Эдди, я не была уверена в своей способности наносить удар. Тем не менее, я ринулась в бой, когда мой злоумышленник попытался схватить меня снова. Мы боролись и в итоге упали на пол. Я пинала его и ногтями делала всё, что было в моих силах. Тогда ему удалось прикрепить меня всем телом, так что мои размахивания руками и ногами были прекращены. Однако у меня было достаточно свободы, чтобы достичь рукой кармана.

— Кто тебя послал? — потребовал он. — Где остальные?

Я ничего не ответила. Вместо этого я достала маленький пузырёк и открыла крышку. Из него сразу вылетели запахи вредных паров жёлтого с консистенцией сухого льда. Я сунула его к лицу парня. Он отпрянул в отвращение, и ему на глаза навернулись слёзы. Само по себе вещество было относительно безвредным, но его пары действовали как своего рода перцовый аэрозоль. Он отпустил меня, и я даже не знаю как, но мне удалось схватить и удерживать его. Я заехала локтём ему по запястью, и он издал небольшой стон от боли. Своей другой рукой, я махнула флаконом с той же целью, что и раньше. Этим не удалось бы обмануть его надолго, но я надеялась, что этого времени мне хватит для того, чтобы пересмотреть моё положение. Теперь я, наконец, смогла осмотреть его и с облегчением заметила, что я, по крайней мере, достигла своей цели. Он был молод, на красивом лице была татуировка цвета индиго. Это был абстрактный узор, похожий на решётку из серпов луны. Слабый блеск серебра исходил от лилии из-под этой татуировки.

— Приятно видеть тебя, Маркус.

Тогда случилось самое удивительное. Благодаря его слезящимся глазам, он пытался хорошенько рассмотреть меня тоже. Понимание появилось на его лице, когда он моргнул мне в фокусе.

— Сидни Сэйдж, — выдохнул он. — Я искал тебя.

У меня не было времени на удивление, потому что в этот момент я внезапно услышала щелчок взводимого курка и почувствовала, как к затылку мне приставили ствол.

— Слезь с него, — потребовал голос. — И положи свою дымовую бомбу.

Глава 7



Я, возможно, была полна решимости найти Маркуса, но я, конечно, не собираюсь выступать против пистолета.

Я подняла руки в воздух и медленно встала, держась спиной к вошедшему. Также осторожно, я отошла от Маркуса и поставила флакон на пол. Из него все еще шел дым, но реакция вскоре должна была прекратиться. Затем я осмелилась оглянуться назад. Когда я увидела девушку, стоящую там, я едва могла поверить своим глазам.

— Ты в порядке? — спросила она Маркуса. Он, шатаясь, поднялся на ноги. — Я ушла как только ты позвонил.

— Ты! — Я не могла произнести ничего более членораздельного.

Девушка, стоящая передо мной была примерно моего возраста, с длинными спутанными светлыми волосами. Она по-прежнему направляла пистолет на меня, но на ее лице появилась легкая улыбка.

— Рада снова видеть тебя.

Я её чувств не разделяла. Последний раз я видела её, когда противостояла Воинам на их арене. В тот раз она тоже была вооружена и спутанные волосы обрамляли её лицо. Она хамила и угрожала мне, не скрывая своего мнения о том, как еретично я защищала Соню. И хотя сейчас она выглядела гораздо спокойнее, чем тогда, с теми фанатиками, я все равно не могла отделаться от мысли кто она — или в чем заключается её причастность. Я с недоверием повернулась к Маркусу. Он бережно держался за свое запястье, которое я пригвоздила локтем.

— Ты. . ты один из них! Один из Воинов Света!

Я не думаю, что я когда-то в жизни так сильно ошибалась. Я возлагала так много надежд на Маркуса. Он стал для меня важнее жизни, неким повстанческим спасителем, который мог рассказать мне все тайны мира и уберечь меня от судьбы винтика в машине алхимиков. Но всё это оказалось ложью. Кларенс упоминал о том, что Маркусу удалось уговорить Воинов Света оставить его в покое. Я могла предположить, что у него были какие-то свои рычаги влияния на Воинов, но похоже ключ к разгадке заключался в том, что он был одним из них.

Он поднял глаза от своего запястья.

— Что? С этими чокнутыми? Черт, нет.

Я почти указала на девушку, но решила, что лучше не делать резких движений. Я кивнула в ее сторону и заметила, что все замки на двери были открыты. Я была настолько погружена в борьбу с Маркусом, что ничего не услышала.

— В самом деле? Тогда почему один из них только что спас тебя?

— Я не то чтобы одна из них. — Она говорила почти небрежно, но пистолет в руке противоречил ее тону. — Я имею в виду, в каком то смысле так и есть…

— Сабрина — шпионка, — объяснил Маркус. Он выглядел куда более спокойнее теперь, когда я не нападала на него. — Прекрасная. Она была под прикрытием больше года. Она также та, кто рассказал мне о тебе.

И снова я не знала что ответить. Я также не была уверена, что купилась на эту историю про шпионку.

— Что именно ты ему рассказала?

Он улыбнулся мне улыбкой кинозвезды. Его зубы были настолько белые, что я подумала, что они из фарфора. Это было не характерно для изгоев, живущих на ходу, но за этот день ничего не случилось так, как я ожидала.

— Она рассказала про девушку-алхимика, которая защищала моройку, а затем сыграла ведущую роль в проведение отряда дампиров для её освобождения.

Ведущую? Навряд ли. Никто, в частности Стэнтон, не чувствовал необходимости рассказать мне про рейд, хотя я была в центре событий. Я не хотела раскрывать всё сразу.

— Алхимики организовали рейд, — сказала я.

— Я видела, как ты говорила, — сказала Сабрина. Ее глаза метнулись между Маркусом и мной, ожесточенные на меня и восхищенные на него. — Это было вдохновляюще. И знаешь, мы наблюдали за тобой некоторое время. Ты проводила очень много времени с мороями и дампирами в Палм-Спрингс.

— Это моя работа. — ответила я. В то время она не казалась мне вдохновленной. В основном она выглядела разочарованной, не имея возможности использовать свой пистолет на мне.

Улыбка Маркуса стала всезнающей.

— Насколько я слышал, ты и те морои выглядели практически как друзья. А затем ты стала искать меня. Без сомнений, ты тот самый диссидент, на которого мы надеялись.

Нет, всё шло не так, как я запланировала. Фактически, всё было наоборот запланированным мной действиям. Я была так горда, что выследила Маркуса, но я даже предположить не могла о том, что за мной следят. Это заставило меня чувствовать себя уязвимой, даже несмотря на то, что он говорил именно те вещи, которые я надеялась услышать. Я должна была чувствовать, что именно я управляю ситуацией, поэтому старалась быть спокойной и сильной.

— Возможно поблизости есть другие алхимики, которые скоро появятся, — сказала я.

— Они бы уже были здесь, — сказал он, раскусив мой блеф. — Они бы не послали тебя одну… хотя сначала я запаниковал, когда увидел тебя. Я не понял, кто ты, и думал, что другие позади тебя.

Он сделал паузу, а затем заговорил уже более робким голосом.

— Извини за, эм-м, то что напал на тебя. Если это заставит тебя почувствовать себя лучше, то ты серьёзно повредила моё запястье.

На лице Сабрины отражалось беспокойство.

— О, Маркус. Тебе нужно обратиться к врачу?

Он проверил подвижность его запястья, а затем покачал головой.

— Ты знаешь, мы не можем. Никогда не знаешь, кто может наблюдать в больнице. Такие места слишком легко контролировать.

— Ты действительно прячешься от Алхимиков, — изумилась я.

Он кивнул, выглядя почти гордым.

— Ты сомневалась? Я полагал, что ты это знаешь.

— Я подозревала, но я не слышала это от них. Они отрицают, что ты существуешь.

Ему казалось это забавным. На самом деле ему все казалось забавным, что я считала немного раздражающим.

— Да. Это то, что я слышал от других.

— Каких других?

— Других, как ты. — Эти голубые глаза задержались на мне на мгновение, как будто они могли увидеть все мои тайны. — Других алхимиков желающих освободиться из загона.

Я знала, что мои собственные глаза широко раскрылись.

— Есть… есть другие?

Маркус уселся на полу, прислонившись к стене, и все еще сжимая запястье. — Давайте устроимся поудобнее. Сабрина, убери пистолет. Я думаю, что Сидни не доставит нам никаких проблем.

Сабрина не выглядела уверенной в этом, но через некоторое время выполнила его приказ. Она присоединилась к нему, выступая в роли его защитника.

— Я лучше постою, — сказала я им. Ни в коем случае я не хотела бы сидеть на этой грязи. После того как я дралась здесь с Маркусом, я была готова искупаться в антисептике для рук.

Он пожал плечами.

— Как хочешь. Ты хочешь узнать ответы на некоторые вопросы? Сначала ты ответишь мне. Зачем ты искала меня в тайне от алхимиков?

Я не люблю, когда меня допрашивают, но какой смысл быть здесь, если я не собираюсь вступать в диалог?

— Кларенс рассказал мне о тебе, — наконец ответила я. — Он дал мне твою фотографию, и я видела, что под твоей татуировкой остались следы лилии. Я не знала, что такое возможно. Татуировка никогда не выцветала.

— Кларенс Донахью? — Маркус выглядел искренне обрадованным. — Он хороший парень. Я полагаю, вы с ним друзья, раз ты в Палм-Спрингс, да?

Я начала было говорить что мы не друзья, но задумалась. Кем еще мы были, если не друзьями?

— Получить такую не просто, — добавил Маркус, постукивая по синей татуировке. — Тебе придется проделать много работы, если ты хочешь такую же.

Я отступила назад.

— Э-эй, я не говорила что хочу этого. Зачем мне вообще хотеть сделать это?

— Потому что она освободит тебя, — просто сказал он. — Татуировка не позволяет тебе обсуждать все, что связано с вампирами, так? Ты же не думаешь что это её единственное действие? Подумай. Что мешает ей контролировать что-то еще?

Я бросила все попытки предугадать повороты этого разговора, потому что каждая тема была еще безумнее предидущей.

— Я никогда не слышала ни о чем подобном. Я никогда не чувствовала ничего такого. За исключением защиты информации о вампирах, я контролирую себя сама.

Он кивнул.

— Возможно. Изначально татуировка только запрещает говорить о вампирах. Они начинают добавлять новые компоненты с повторным вводом чернил, так как у них есть свои основания для беспокойства насчёт вас. Человек может пробиться через это, и если он это делает, то… его отправляют на перевоспитание.

Его слова бросили меня в холод, и я прикоснулась рукой к щеке, вспоминая совещание перед тем, как меня отправили на новое задание в Палм-Спрингс.

— Мне повторили татуировку…но это было как всегда. — Как всегда. Нормально. Ничего похожего на то, о чём он говорил.

— Может быть. — Он наклонил голову и опять пронзительно на меня посмотрел. — Ты сделала что-то плохое до этого, милая?

Например, помогла беглому дампиру?

— Зависит от того, что ты считаешь плохим.

Оба они рассмеялись. Смех Маркуса был громки и бесшабашным, он был довольно заразительным, но только не в данной ситуации, мне было тяжело присоединиться к ним.

— Она могла усилить твою верность их группе, — сказал он, всё ещё посмеиваясь. — Но не сильно, иначе ты не смогла бы бороться с этим, иначе ты бы не была здесь.

Он взглянул на Сабрину.

— Что ты думаешь?

Сабрина изучала меня с критической точки зрения. Мне до сих пор трудно было поверить в её роль во всём этом.

— Я думаю, она бы хорошо подошла. И так как она всё ещё состоит в их организации, то она могла бы помочь нам… в другом вопросе.

— Я тоже так думаю, — сказал он.

Я скрестила руки на груди. Мне не нравилось, что они меня обсуждали так, будто меня здесь не было.

— Хорошо подошла бы для чего?

— Для нашей группы, — сказал он, взглянув на Сабрину. — Нам действительно нужно придумать название для группы, ну ты понимаешь.

Она фыркнула, и он снова обратил своё внимание на меня.

— Мы как ассорти. Некоторые бывшие Воины или двойные агенты, такие как Сабрина. Некоторые бывшие алхимики.

— И что вы делаете? — я обвела комнату жестом — Это не совсем похоже на высокотехногенный штаб для секретных миссий тайного общества.

— Вы только посмотрите на неё. Симпатичная и с чувством юмора, — сказал он восторженно. — Мы делаем то же что и ты, ну или то, что ты хочешь делать. Нам нравятся морои. Мы хотим им помочь, на наших собственных условиях. Теоритически алхимики тоже хотят им помочь, но все мы знаем, что всё это основано на страхе и неприязни, не говоря уже о строгом контроле своих членов. Таким образом, мы работаем тайно, так как алхимики явно не являются поклонниками тех, кто нарушает правила. Они явно не являются моими поклонниками, поэтому нам приходится работать в таких местах, как это.

— Мы также следим за Воинами, — сказала Сабрина. Она нахмурилась. — Я ненавижу находиться рядом с ними, притворяться, что я как они. Они утверждают, что хотят убивать только стригоев, но то что я слышала было и насчет мороев…

Я вернулась к одному из моих волнующих воспоминаний на арене Воинов. Я слышала как один из них загадочно прокомментировал, что однажды они будут иметь дело и с мороями тоже.

— Но, что вы на самом деле делаете, ребята?

Говорить о восстаниях и тайных операциях это одно, но добиваться изменений на самом деле это другое. Я ездила к своей сестре Карли в колледж, и видела несколько студенческих групп, которые хотели изменить мир. Большинство сидели и пили кофе, по большей части говорили, чем что-то делали.

Маркус и Сабрина переглянулись.

— Я не могу посвятить тебя в наши планы. — сказал он. — По крайней мере, пока мы не сломаем твою татуировку. Твоя татуировка перестанет действовать.

В этом было что-то зловещее, не говоря уже о постоянстве этих слов, и вдруг я подумала что я здесь делаю. Кем были эти люди в действительности? Почему я выслушиваю их? Потом меня осенила еще более страшная мысль: сомневаюсь ли я в них из-за контроля татуировки? Делает ли она меня скептической по отношению к любому, кто ставит под сомнение алхимиков? Говорит ли Маркус правду?

— Это я тоже, честно говоря, не совсем понимаю, — сказала я им. — Что значит \"сломать\" татуировку. Вы ведь просто наложили чернила поверх этой?

Маркус встал.

— Всему свое время. А сейчас, мы должны выбраться отсюда. Даже если ты была осторожна, я предполагаю, что ты использовала ресурсы алхимиков, чтобы найти меня?

Я колебалась. Даже если эти ребята были законными и имели хорошие намерения в отношении мороев, я, конечно, не собиралась раскрывать мою причастность к магии.

— Что-то вроде того.

— Я уверен, что ты все сделала хорошо, но мы не можем рисковать. Это место было скомпрометировано. — Он бросил тоскливый по студии. — Честно говоря, я думаю, что должен быть благодарен, что есть повод уйти.

Сабрина поднялась, ее лицо было сосредоточено:

— Я прослежу готово ли следующее месторасположение.

— Ты ангел, как и всегда, — сказал он.

— Эй, откуда ты знал, что я приду к тебе? — спросила я. — У тебя было время чтобы спрятаться и позвонить ей. — Что я в действительности хотела знать, это то как он узнал меня через заклинание невидимости. Я чувствовала как магия переполняет меня. Я была уверена, что наложила заклинание правильно, но он обнаружил меня. Заклинание не работало, только если кто-то специально искал меня. Так может ли быть что он случайно выглянул в окно, когда я взбиралась по пожарной лестнице? Хуже и не придумаешь.

— Тони предупредил меня. — Маркус одарил меня ослепительной улыбкой. Я думаю, что он пытался заставить меня улыбнуться в ответ. — Хороший парень.

Тони? Теперь я поняла. Тот мальчик на парковке. Он сделал вид, что помогает мне, а затем продал меня с потрохами. Он, должно быть, сказал Маркусу, когда я поднималась по пожарной лестнице. Возможно, Маркус отвечал на некоторый секретный стук. По крайней мере, мне стало комфортнее от знания, что я сделала заклинание правильно. Это просто не работало, потому что Маркус был заблаговременно предупрежден, что какая-то девушка искала его.

Он начал упаковывать свои скудные пожитки в рюкзак.

— «Над пропастью во ржи» великая книга, кстати. — Он подмигнул. — Может быть, когда-нибудь мы поболтаем о литературе.

Я не была заинтересована в этом. Наблюдая за ним, я увидела, что он пользовался в основном неповрежденной рукой. Я не могла поверить, что я нанесла вред, я почувствовала себя немного виноватой, несмотря на все, что случилось.

— Тебе нужно подлечить запястье, — сказала я. Сабрина кивнула в знак согласия.

Он вздохнул.

— Я не могу. По крайней мере, не с помощью обычных средств. У алхимиков глаза повсюду.

Обычные средства.

— Я, э-э, возможно могу помочь тебе, исцелить с помощью нетрадиционных средств, — сказала я.

— Ты знаешь доктора практикующего вне больницы? — с надеждой спросила Сабрина.

— Нет. Но я знаю мороя — пользователя духа.

Маркус замер, и мне отчасти понравилось, что я застала его врасплох.

— Серьезно? Мы слышали о них, но никогда не встречали их. Та женщина, которую они похитили — Соня? Она была одна из них, верно? Она уехала прежде, чем мы могли бы узнать больше.

Говоря об Адриане, он заставил меня нервничать, но Сабрина, вероятно, уже знала, что он существовал, если они наблюдали за мной.

— Да, она была, однако есть еще один в Палм-Спрингс. Я могла бы отвезти тебя к нему, и пусть он исцелит тебя.

Волнение осветило черты лица Маркуса. Сабрина посмотрела на него с ужасом:

— Ты не можешь просто уйти с ней.

В ее голосе было беспокойство или ревность?

— Почему нет? — спросил он. — Она перешагнула через свою веру ради нас. Это меньшее, что мы может сделать. Кроме того, я до смерти хочу встретиться с пользователем духа. Новый штаб не так далеко от Палм-Спрингса. Ты убедишься, что всё в порядке, а потом заберешь меня.

Сабрине не нравилось, что она не все контролирует. Может быть, я не понимаю динамику их группы, но одно было очевидно, что она считает его лидером и безумно защищает его. На самом деле, я подозревала, что ее чувства к нему были больше, чем профессиональные. Они стали обсуждать, будет ли он в безопасности или нет, и я слушала молча. Все это время я подумала, была ли я в безопасности с этим неизвестным парнем… Кларенс доверял ему, напомнила я себе. А он был параноиком. Кроме того, запястье Маркуса было повреждено, я могла бы легко его скрутить если что.

Он окончательно убедился, что Сабрина отпустила его, но не прежде, чем она прорычала: \"Если с ним что-нибудь случится, я приду за тобой.\" Видимо ее злобный характера на арене был не фальшивкой.

Мы расстались с ней, и вскоре, Маркус и я ехали в Палм-Спрингс. Я пыталась получить больше информации из него, но он ничего не выдавал. Вместо этого, он продолжал хвалить меня, и говорить вещи, которые были только в одном шаге от линии пикапа. Судя по тому, как он подтрунивал с Сабриной, я не думаю, что он думал обо мне что-то особенное. Я думаю, он просто привык к женщинам, которые обожали его. Он был симпатичный, но этим он меня не расположил к себе.

Солнце почти село, когда мы подъехали к дому Адриана, и я запоздало подумала, что надо было предупредить его заранее. Но теперь было слишком поздно.

Приблизившись к двери, я постучала три раза.

— Открыто, — раздался голос изнутри.

Я зашла внутрь и Маркус последовал за мной.

Адриан работал над абстрактной живописью, которая была похожа на прозрачное здание из выдуманного мира.

— Приятно удивлен — сказал он.

Его глаза остановились на Маркусе и расширились.

— Будь я проклят! Ты нашла его!

— Благодаря тебе, — сказала я.

Адриан взглянул на меня. У него начала было появляться улыбка и затем мгновенно угасла.

— Что случилось с твоим лицом?

— О, — Я слегка коснулась опухшего места. Оно по-прежнему болело, но не так сильно, как это было раньше. Я произнесла следующие слова, не задумываясь. — Маркус ударил меня.

Никогда раньше не видела, чтобы Адриан так быстро двигался. У Маркуса не было ни единого шанса, возможно из-за того, что он устал от нашей предыдущей схватки. Адриан толкнул Маркуса к стене и — к моему крайнему изумлению — ударил его. Адриан однажды пошутил, что никогда не пачкает свои руки, так что к такому я была абсолютно не готова. На самом деле, если бы Адриан собрался драться, я ожидала, что это произойдет скорее при помощи магии или силы духа. Однако…наблюдая за ним, я поняла, что что-то вроде магии, требующее ясной головы, было сейчас не для Адриана. Он действовал в режиме первобытного инстинкта. Видишь угрозу — устрани ее. Это была еще одна, одновременно удивительная, и в тоже время захватывающяя, сторона загадки по имени Адриан Ивашков.

Маркус быстро получил свои удары и ответил тем же. Он толкнул Адриана назад, немного морщась. Даже с его травмой он был еще силен.

— Что за черт? Кто ты?

— Парень, который надерет тебе задницу за то, что ударил её. — сказал Адриан

Он попытался сделать еще один удар, но Маркус увернулся и сумел дать удар, от которого Адриан отлетел назад на один из своих мольбертов. Когда Маркус снова качнулся, Адриан ускользал от него с помощью маневра, который был изучен на занятиях Вулфа. Я бы аплодировала ему, если бы не была так потрясена ситуацией. Я знала, что некоторые девушки думают, что это сексуально, когда мужчины борются за них. Но я не из их числа.

— Ребята, прекратите! — крикнула я.

— Никто не смеет ударить тебя и думать, что это сойдет ему с рук, — сказал Адриан.

— Произошедшее с нами не имеет никакого отношения к тебе — парировал Маркус.

— Все что связано с ней, имеет отношение ко мне.

Эти двое ходили кругами ожидая, кто из них наброситься.

— Адриан. — воскликнула я. — Это был несчастный случай.

— Это не выглядит как несчастный случай. — ответил он, не отрывая взгляда от Маркуса

— Тебе лучше выслушать ее. — проворчал Маркус.

Спокойного парня, которого я видела раньше, не стало, но я думаю это нападение сделало свое дело.

— Это может спасти твое красивое личико от повреждений. Сколько стайлингов ты использовал, чтоб сделать волосы такими?

— По крайней мере я хоть причесываюсь. — сказал Адриан.

Маркус рванулся вперед, но не прямо на Андриана. Он схватил картину с мольберта и использовал ее как оружие. Андриану снова удалось увернуться, чего не скажешь о картине. Холст был разорван, и Марку бросил его в сторону, готовый к следующему нападению.

Адриан бегло взглянул на порванный холст.

— Теперь ты действительно выбесил меня.

— Хватит! — Что-то подсказывало мне, что они не станут сейчас слушать голос разума, и ситуация требует прямого вмешательства. Я зашагала по комнате и встала между ними.

— Сидни, уйди с дороги, — приказал Адриан.

— Да, — согласился Маркус. — Первая стоящая вещь, которую он сказал.

— Нет! — Я вытянула руки, чтобы разделить их. — Вы оба, прекратите немедленно!

Мой голос прозвенел по квартире, и я отказывалась сдвинуться с места.

— Назад, — повторила я.

— Сидни… — голос Адриана стал менее уверенным, чем когда он сказал мне, отойти с дороги.

Я посмотрела по очереди на обоих, подарив каждому парню свой взгляд.

— Адриан, это на самом деле был несчастный случай. Маркус, это тот человек, который поможет тебе, поэтому прояви немного уважения.

Похоже, я ошарашила их обоих.

— Подожди, — сказал Адриан. — Ты сказала \"поможет\"?

Маркус был шокирован в равной степени.

— Этот мудак и есть пользователь духа?

— Вы оба ведёте себя как идиоты. — сказала я. В следующий раз, я должна буду взять с собой книгу по управлению тестеронами. Это не входило в мои обязанности.

— Адриан, мы можем поговорить наедине? В спальне, например?

Адриан согласился, но перед этим послал Маркусу последний угрожающий взгляд. Я сказала Маркусу оставаться там, где он и был, надеясь, что он не станет звонить по телефону кому-нибудь с пистолетом. Адриан последовал за мной в спальню и закрыл за нами дверь.

— Знаешь, — сказал он. — При нормальных обстоятельствах, если бы ты позвала меня в спальню, то это стало бы «гвоздем программы» моего дня.

Я скрестила руки на груди и села на кровать. Села, потому что устала, но спустя секунду потрясенно поняла, что наделала. В этой кровати спит Адриан. В эти простыни он кутается каждую ночь. Что он одевает? Если вообще одевает?

Я вскочила с кровати.

— Это на самом деле был несчастный случай. — сказала я ему. — Маркус думал, что я пришла, потому что хотела схватить его.

Адриан, не имевший таких размышлений по поводу кровати, сел. Он поморщился по видимому от удара в живот.

— Если бы кто-то вроде тебя пришёл схватить меня, то я не стал бы сопротивляться.

Даже когда ему было больно, он не прекращал шутить.

— Я серьезно. Эта была просто самозащита. И он извинялся снова и снова в машине, когда понял кто я такая.

Это привлекло его внимание:

— Он знал тебя?

Я рассказала ему все, что со мной произошло в Санта Барбаре. Он внимательно слушал, кивая головой, и его лицо выражало что-то между интригой и удивлением.

— Я и подумать не могла когда везла его сюда, что ты нанесешь ему еще больший ущерб.

— Я защищал твою честь, — ответил Адриан улыбаясь мне, обезоруживая меня и очаровывая. — Довольно-таки мужественно, да?

— Очень, — сухо сказала я. Мне не нравилось насилие, но то, что ради меня он сделал что-то настолько не похожее на него, по правде говоря, было потрясающим. Но я никогда не скажу ему об этом. — Вульф бы гордился тобой. Но можешь больше не показывать своё \"мужество\", пока он здесь? Пожалуйста?

Адриан покачал головой, все еще улыбаясь.

— Я тысячу раз говорил, ради тебя я сделаю все, что угодно. Просто я все еще надеюсь, что это будет что-то вроде: \"Адриан, давай примем горячую ванну\" или \"Адриан, давай поедим фондю\".

— Ну, иногда мы вынуждены… ты сказал фондю?

Иногда было сложно успевать следовать за мыслями Адриана.

— Зачем, бога ради, мне говорить такое?

Он пожал плечами.

— Мне нравится фондю.

Я даже не знала, что сказать по этому поводу. Этот день становился всё более и более утомительным.

— Прости, что мне сейчас нет дела до чего-то такого гламурного, как плавленый сыр. Но сейчас мне нужно выяснить информацию о группе Маркуса и его татуировке.

Адриан признал серьёзность ситуации. Он встал и коснулся лилии на моей щеке.

— Я не доверяю ему. Он может использовать тебя. Но с другой стороны… мне не нравится идея, что тебя контролируют.

— Нас таких двое, — призналась я, теряя прежнюю уверенность.

Он провел линию по моей щеке на некоторое время задержав руку, и потом отпустив.

— Возможно стоит помочь ему чтобы получить некоторые ответы.

— Обещаешь больше не ввязываться ни в какие драки? Пожалуйста.

— Обещаю, — сказал он. — Если он первый не начнёт.

— Я заставлю его пообещать то же самое.

Я просто надеялась, что их \"мужественная\" природа не станет ещё сильнее. Пока я размышляла над этим, я почти забыла об ещё одной проблеме.

— Ой…Адриан, у меня ещё есть к тебе одна просьба. Большая.

— Фондю? — спросил он с надеждой.

— Нет. Это касается сестры мисс Тервиллигер…

Я рассказала ему о том, что узнала. Улыбка исчезла с его лица, и на нём появилось недоверие.

— И ты так просто говоришь сейчас об этом? — воскликнул он, когда я закончила. — То что некая сумасшедшая ведьма хочет высосать из тебя жизнь?

— Она не знает о моём существовании. — Я чувствовала себя на удивление защищённой. — И я единственная кто может помочь, по крайней мере по словам мисс Тервиллигер. Она думает, что я какой то супер-детектив.

— Ну, ты делаешь то, что и Шерлоку Холмсу не снилось, — сказал он. Ему не удалось пошутить, потому что он был слишком расстроен. — Но ты должна была рассказать всё мне! Ты могла мне позвонить.

— Я была вроде как занята с Маркусом.

— В таком случае, твои приоритеты расставлены неправильно. Это намного важнее, чем его группа Весёлых Мужчин. Если нам нужно остановить эту колдунью прежде, чем она доберётся до тебя, то я помогу. — Он колебался. — Но с одним условием.

Я настороженно взглянула на него.

— Какое условие?

— Позволь мне вылечить тебя.

Я отступила назад, шокированная даже больше, чем если бы он предложил еще раз ударить меня.

— Нет! Только не это! Я не нуждаюсь в этом. Я в гораздо более лучшей форме, чем он.

— Ты хочешь вернуться в Амбервуд с таким лицом. Ты не в состоянии скрыть это, Сэйдж. И если Кастилль увидит это, то он действительно убьёт Маркуса. — Адриан вызывающе скрестил руки на груди. — Такова моя цена.

Он блефовал, и я знала это. Может быть это было эгоистично, но я знала, что он не отпустит меня одну в опасное место. Однако в этом был смысл. Я ещё не видела последствий удара Маркуса, но не хотела объяснять это в школе. И да, существовала большая вероятность, что Эдди захочет выследить напавшего на меня. Если мститель-дампир нападёт на Маркуса, то это создаст сложности в работе с ним.

Тем не менее… как я могла согласиться? По крайней мере, та магия, которую использовала я, была на моих условиях. И хотя татуировка содержала некоторое количество вампирской магии, но я утешала себя тем, что она содержала четыре вида \"нормальной\" магии, которые мы могли понять. Дух был ещё не изведан, и его способности поражали нас. Как я могла подвергать себя такому риску?

Угадав мое внутреннее замешательство, лицо Адриана смягчилось.

— Я постоянно это делаю. Это простое заклинание. Никаких сюрпризов.

— Возможно, — сказала я неохотно. — Но каждый раз как ты используешь дух, больше вероятности, что ты сойдешь с ума.

— Я уже схожу с ума по тебе, Сейдж.

По крайней мере, это была уже знакомая территория.

— Ты обещал не поднимать эту тему.

Он просто смотрел на меня, ничего не говоря. Наконец, я вскинула руки вверх.

— Ладно, — сказала я с большей смелостью, чем на самом деле. — Просто покончим с этим.

Адриан не стал тратить время в пустую. Шагнув вперёд, он протянул ладонь и снова прикоснулся к моей щеке. Моё дыхание перехватило, и сердце забилось чаще. Сейчас он с лёгкостью мог притянуть меня к себе и поцеловать снова. Покалывающее тепло распространялось по моей коже, и на мгновение я подумала, что это просто нормальная реакция на него. Нет, я поняла. Это была магия. Его глаза встретились с моими, и моё сердцебиение остановилось, время для нас перестало существовать. Затем он убрал руку и отошёл.

— Сделано, — сказал он. — Это было так плохо?

Нет, это было вообще не плохо. Пульсирующая боль ушла. Единственное что оставалось, это мой внутренний голос, который ныл о том, что что-то произошло не так. Тот же голос говорил мне, что Андриан оставил след… но в это было тяжело поверить. Я выдохнула, до этого я задержала дыхание.

— Спасибо, — сказала я. — Ты не обязан был это делать.

Он улыбнулся одной из тех маленьких улыбок.

— О, поверь мне, я был обязан.