— Карта у него, и он отдаст тебе ее, когда ты к нему подойдешь. Если ты что-нибудь с ним сделаешь, пароля не узнаешь.
— Ладно, — буркнул Капюшон.
— Подойди к нему. Только медленно.
Глава 36
Гриссел не отрываясь смотрел в окно на горы Стелленбоса, он тут же забыл о стоящем рядом студенте.
Еще на ферме «Ля Пти Марго» у него зародилось смутное подозрение, что нападавших должно было быть больше одного, но кобра на гильзах спутала его мысли. Одна и та же гравировка, один стрелок. Вывод вполне логичный, хотя чутье с ним спорило. Он совершил ту же самую ошибку, что и Интерпол. А присланное из Интерпола досье усугубило его заблуждение.
Как он не сообразил с самого начала? Два прекрасно натренированных телохранителя, сравнительно неплохая охранная сигнализация, похищение человека, который ни за что не хотел, чтобы его схватили, — естественно, нападавших должно было быть больше одного. Постепенно все начало вставать на свои места.
Кобра — не один наемный убийца. Это целая группа.
Теперь понятны сомнения суперинтендента Мари-Каролин Обер насчет разных пистолетов. И замечание, что иногда после стрельбы находили гильзы и без гравировки.
Ситуация в корне меняется.
Поймать киллера-одиночку очень трудно. Но если работает бригада из трех человек… К тому же они все время должны быть вместе: вместе путешествовать, вместе передвигаться. В этом случае они гораздо заметнее.
Гриссел оглянулся на дверь Нади Клейнбои, увидел, что там в нетерпении топчется студент по имени Йохан. Придется немного сдержать его воодушевление.
— Йохан, вам следует кое-что понять, — строго заговорил Бенни. — Вы не имеете права никому передавать содержание нашего с бригадиром разговора. Сведения совершенно секретные. Если произойдет утечка информации, вас арестуют за то, что вы препятствовали следственным действиям.
— Я никому не скажу, капитан! — пылко заверил парень.
Гриссел достал из кармана бумажник и выудил оттуда банкнот в двадцать рандов.
— Мне нужно будет сделать еще один звонок, — пояснил он, протягивая деньги.
— Не надо, капитан, оставьте себе, — ответил студент.
— Сейчас вы услышите еще много такого, чем вам захочется поделиться с друзьями, но, если я узнаю, что вы кому-то передали хоть слово, я вас арестую. Ничего не выкладывайте ни в Твиттере, ни на Фейсбуке, ни в Возапе…
— Ватсапе…
— Вот именно. Вам ясно?
— Да, капитан, — с серьезным видом ответил парень.
— Спасибо. — Гриссел посмотрел на телефон в руке. «Блэкберри Z10». Экран заблокирован.
— Пожалуйста, покажите, что нажимать.
Студент набрал код, на экране появилась панель набора. Гриссел позвонил в УРОВП по стационарному номеру и попросил позвать Мбали Калени.
Первое, что она сообщила, было:
— Бенни, из аэропорта имени Оливера Тамбо звонил Радебе. Похоже, они засекли Кобру.
* * *
Тейроне смотрел, как Капюшон и Надя медленно поднимаются по ступенькам под вывеской и приближаются к Бобби.
«Не смотри на меня, Бобби… Что бы ты ни делал, не смотри на меня!»
Бобби застыл на месте. Вид у него сделался озабоченный. Он огляделся по сторонам, но на Тейроне не смотрел.
— Когда тот тип отдаст тебе карту, скажи ему, что он может идти.
Капюшон не ответил.
Надя по-прежнему выглядела как одурманенная. Она все время смотрела в землю, как будто не понимала, что происходит.
Ее накачали наркотиками?
Четыре метра от Бобби. Три. Два.
Бобби заметил их.
«Не смотри на меня, Бобби! Ну пожалуйста!»
Капюшон и Надя поравнялись с Бобби.
— Карта у тебя? — услышал Тейроне голос Капюшона.
На секунду обзор ему закрыла толстая пара. Когда он снова их увидел, Бобби вытаскивал руку из кармана. Издали не было видно, есть ли у него в руке карта памяти, но Капюшон протянул руку и как будто что-то взял.
— Можешь идти, — услышал Тейроне.
Голова Бобби дернулась в сторону Тейроне.
«Не смотри на меня, идиот!»
Но Бобби смотрел на Тейроне в упор, как будто спрашивал, получит ли он честно заработанную сотню и можно ли ему уходить.
Тейроне нырнул за угол магазина. Он не знал, заметил ли его Капюшон. Посчитал до пяти. Заглянул за угол. Увидел, что Бобби бредет в сторону Крускал. Он наверняка направляется к Хассану Икару, сомалийцу, чтобы получить свои сто рандов. Можно не сомневаться.
«Молодчина, белый… хотя ты все-таки посмотрел куда не следует».
— Твоя сестра еще не приехала? — Голос застал Тейроне врасплох, потому что он не сводил взгляда с Капюшона.
Тот же самый охранник в красном берете. Встал прямо перед Тейроне — вторгся в его личное пространство. Из-за идиота в красном берете он не видит Надю.
Тейроне покачал головой. Говорить нельзя, чтобы не спугнуть Капюшона — он невольно начнет озираться. И узнает Тейроне, если уже не узнал.
— Я не могу позволить тебе так долго здесь стоять, — заявил Красный берет. — Подожди сестру на платформе.
Возможно, ему пожаловался владелец магазина: почему этот парень тут так долго ошивается?
Тейроне кивнул, думая: «Уходи, ну пожалуйста!»
Красный берет неодобрительно уставился на Тейроне.
— Хорошо, — сказал Тейроне, прикрыв микрофон ладонью. — Еще всего несколько минут. Она говорит, что уже почти приехала. — И он показал на телефон.
Ему показалось, что прошла целая вечность. Красный берет не двигался с места. Потом он все-таки отошел влево, самодовольно покачивая бедрами.
Тейроне встревоженно посмотрел на то место, где стоял Капюшон.
Тот достал небольшой ноутбук и дал его подержать Наде, они стояли на фоне ярко-желтых рекламных плакатов магазина сотовой связи. Его пальцы проворно бегали по клавиатуре.
— Ну, ты убедился, что карта в порядке?
— Погоди, — сказал Капюшон.
Тейроне заметил, что Красный берет остановился на той стороне прохода, скрестив руки и мрачно глядя на него.
Время на исходе, сейчас подойдет поезд! Сколько времени нужно, чтобы проверить карту памяти?
Он покосился на часы на экране телефона. 15:04. Неужели так мало времени? Ему показалось, прошла целая вечность. У них девять или десять минут до отправления электрички на Кейптаун. Если, конечно, электричка задержится на пять минут… Только бы задержалась!
— Карта в порядке, — сказал наконец Капюшон.
— Ясно, — сказал Тейроне. — Первая буква пароля — «игрек». Скажи Наде, чтобы шла к спортивному магазину, прямо вперед. Он называется «Станция спорта». Его видно с того места, где ты стоишь. Потом пусть она повернет налево, к поездам. Я вижу ее и буду диктовать тебе пароль по буквам, пока она идет. А ты не двигайся. Оставайся где стоишь. Иначе я перестану диктовать код.
— Хорошо.
— Скажи ей, пусть идет.
По проходу прошла группа из пяти школьников в рыжевато-коричневых свитерах и блейзерах. Потом Тейроне увидел, что Капюшон переложил ноутбук в левую руку и что-то говорит на ухо Наде.
Надя шагнула вперед.
— Цифра «ноль».
Гриссел совсем забыл, что послал Радебе и Ндабени в Йоханнесбург, в аэропорт. В суматохе, начавшейся после массового убийства на набережной, никто не подумал отменить задание.
— Улинда уже прислал фото, — взволнованно продолжала Мбали. — Его засекли у сканера в аэропорту. Бенни, похоже, это он! Прилетел в Йоханнесбург в субботу утром рейсом из Парижа. На нем серая бейсболка и темные очки. Цветной, спортивная фигура. На паспортном контроле сохранились его данные. Он путешествует под именем Гектора Мало, гражданина Франции. Вуси проверял стыковочные рейсы. В тот же день, в начале третьего, тот же Гектор Мало прилетел в Кейптаун рейсом Южно-Африканских авиалиний…
— Молодец, Мбали, — похвалил ее Гриссел. — Улинда и Вуси еще в Йоханнесбурге?
— Да, Бенни. Конечно, нам пришлось отозвать их назад. Сейчас они дожидаются обратного рейса.
— Им придется еще задержаться. Передайте, Кобра — не единственный киллер. Их по меньшей мере трое. Нам нужны их имена.
Тейроне диктовал Капюшону буквы и цифры пароля, следя за каждым сделанным Надей шагом.
— «Ю»… «Эм»… «Ноль»…
Капюшон ничего не записывал — ноутбук он закрыл и сунул под мышку. Тейроне это не нравилось, но пока он решил не отвлекаться.
— «Ти»… «Эйч»… Цифра «три»… «Эр»…
Надя поравнялась с дверью парикмахерской, ей оставалось метров пять до угла и восемь — до него. Она не поднимала головы, не смотрела ни налево, ни направо. Просто шла вперед.
— «Эф»… «Ю»… «Си»…
Вдруг Тейроне заметил, что охранник в красном берете пристально смотрит на Надю. Он преградил ей путь.
Глава 37
Мбали спросила, с чего Бенни решил, что Кобра — не один человек, но Бенни ответил, что говорит не по своему телефону и сейчас не может ничего объяснить.
— Ладно, Бенни. Я им передам.
— Только пусть сначала перезвонят вам из телефона-автомата.
— Конечно.
— Как отреагировал Скелет? Вы ввели его в курс дела?
— Да, конечно.
— Вон уже купил телефоны?
— Нет, мы ждем его.
— Пожалуйста, передайте, что я буду на квартире у Нади Клейнбои. Сейчас попробую разыскать смотрителя, чтобы он отпер дверь, а потом произведу обыск. — Гриссел заметил, что стоящий рядом студент качает головой, и вопросительно посмотрел на парня.
— Вы не знаете дядюшку Стоффеля, — сказал студент.
Красный берет подошел к Наде вплотную.
Тейроне понимал, что вызвало его опасения. Надя двигалась как во сне, издали было заметно, что с ней что-то не так.
— Давай следующую букву! — велел Капюшон.
Красный берет по-прежнему загораживал Наде дорогу и что-то довольно злобно ей говорил.
Она устремила на него непонимающий взгляд.
— Какая следующая буква? — угрожающе спросил Капюшон.
Тейроне забыл, на чем он остановился. Кажется, на «си». Да, последняя буква была «си».
— «Кей», — сказал он.
Красный берет схватил Надю за руку.
Она вздрогнула, попятилась и в замешательстве огляделась по сторонам.
Тейроне понял, что не может больше прятаться.
— Цифра «три»! — Он зашагал к Наде. Капюшон его увидит, но у него нет другого выхода. — Осталась еще одна буква, и я продиктую ее, когда Надя будет в безопасности.
Он подошел ближе и услышал, как Красный берет спрашивает:
— Ты что, пьяная?
Поравнявшись с ними, он крикнул:
— Оставь ее в покое! Это моя сестра. Она больна.
Надя повернулась к нему. Тейроне понял: ее в самом деле чем-то накачали. Страх и тревога сменились яростью.
— Братик. — Надя криво улыбнулась.
— Сестричка! — Ему хотелось плакать.
— По-моему, она пьяная, — заявил Красный берет.
Тейроне покровительственно положил руку Наде на плечи.
— Пошли, — сказал он. — Нам надо спешить. — Он потащил ее за собой. Им нужно убираться отсюда. Он понимал, что Капюшон неотрывно следит за ним, а электричка, наверное, уже подошла. Надо бежать. Но, судя по Надиному виду, бежать она не могла.
— Эй ты, я к тебе обращаюсь! — сказал Красный берет, отстегивая с пояса дубинку.
Тейроне хотел послать его куда подальше, но он промолчал.
— Какая последняя буква? — спросил Капюшон по телефону.
Они повернули за угол и скрылись из вида.
— «Эр», — сказал Тейроне и отключился. Обхватил Надю за талию, легонько подтолкнул вперед: они должны бежать.
Красный берет не отставал от них.
— Стоять! — приказал он, помахивая дубинкой.
Неожиданно прямо перед Тейроне вырос утренний стрелок, убийца из торгового центра, цветной в бейсболке и с такими глазами, что поневоле вздрогнешь. Он стоял у самого входа на станцию и целился в Тейроне из того же самого пистолета с глушителем.
«Странно, — успел подумать Тейроне. — Как он сюда попал?»
Он пригнулся, потянул за собой Надю, выводя ее из-под удара. Но она вдруг споткнулась, перехватила тяжеленную сумку, набитую учебниками, тетрадями и неизвестно чем еще. Надя начала падать и потянула его за собой.
Пистолетный ствол двигался за ними. Послышался выстрел, приглушенный хлопок. Дернувшись, Надя упала на него.
Гриссел и студент по имени Йохан спускались по лестнице.
— Дядюшка Стоффель — drol, полное дерьмо, — пожаловался Йохан. — Козел, с которым невозможно иметь дело. Он ни за что не откроет вам ее квартиру, если вы не предъявите десяти документов с печатью: разрешения от Нади, от ее бабушки и от президента республики.
— Это мы еще посмотрим, — сказал Гриссел.
— А вы и ему пригрозите пистолетом, — с надеждой попросил студент.
* * *
Тейроне схватил Надю на руки и закричал. Весь страх, все напряжение, все отчаяние вырвались в одном его бешеном крике.
Прохожие оборачивались в их сторону.
Убийца терпеливо вел ствол пистолета за Тейроне. Ждал, когда тот перестанет дергаться, чтобы точнее поразить цель.
Неожиданно между ними очутился Красный берет. Он замахнулся дубинкой. Толстяк двигался на удивление быстро.
— Стоять! — властно крикнул он.
Убийца ответил без промедления. Прицелился в охранника, выстрелил — но почти одновременно дубинка опустилась ему на руку. На лицо Тейроне хлынула кровь, он увидел, как неуклюже осел охранник. Пистолет, лязгнув, упал на тротуар. Выругавшись, киллер нагнулся. Пистолет он пытался нашарить левой рукой, правая безвольно повисла.
Тейроне замахнулся ногой, постаравшись вложить в удар все силы. Он потерял равновесие — ведь ему приходилось еще удерживать внезапно отяжелевшую Надю. Он понимал, что это их единственный шанс выжить. Он пнул стрелка в лицо мыском ботинка — удар пришелся в челюсть и висок. Убийца рухнул как подкошенный.
Тейроне хотелось схватить Надю и бежать.
Но совсем рядом с ним, на тротуаре, валялся пистолет.
Крепче прижав к себе сестру одной рукой, он быстро нагнулся, подхватил пистолет, сунул его в брючный карман. Потом он поднял Надю на руки. Грудь у нее была окровавлена.
— Сестренка! — прошептал он. Теперь ни о какой электричке не могло быть и речи. Ее нужно срочно в больницу. Сгибаясь под тяжестью Нади, он бросился направо, к боковому выходу из торгового центра.
Он еще издали заметил на Чарл-Малан-стрит белый грузовой фургон «Киа». Двое цветных выгружали из него коробки с продуктами. Он прочел надпись на борту: «Мясо. Халяль». Спотыкаясь, он подбежал к ним и закричал:
— Прошу вас, помогите! Мою сестру ранили, ей срочно нужно в больницу!
Он понимал, что пронзительно кричит, чувствовал, как кровь течет по левой стороне его перекошенного лица, блестит на руке. Надина кровь…
Двое замерли и, разинув рты, уставились на Тейроне.
Он подбежал к ним вплотную.
— Прошу вас, братья! — взмолился он. — Кроме нее, у меня никого нет!
Старший опомнился первым:
— Полезай. — Он покосился на своего спутника и показал тому на штабель коробок: — А ты пока присмотри за товаром!
Смотритель дядюшка Стоффель оказался мрачным стариком лет шестидесяти пяти. Он жил в корпусе напротив. Не глядя на них, распахнул дверь и молча ткнул в табличку на стене: «Смотритель. Часы приема: 09:00–12:00, 13:00–15:00». Потом многозначительно покосился на часы и начал снова закрывать дверь.
Гриссел поставил ногу между дверью и рамой.
— ЮАПС, — сказал он. — Еще раз так сделаете, и вас ждут крупные неприятности.
— ЮАПС? — Дядюшка Стоффель посмотрел на него из-под кустистых бровей.
— Совершенно верно. Меня зовут Бенни Гриссел… — Он достал бумажник и удостоверение.
— Дядюшка, он из «Ястребов», — вмешался студент.
— Из чего?
— Управление по расследованию особо важных преступлений, — объяснил Гриссел, помахав удостоверением. — Будьте добры, отоприте квартиру номер двадцать один. Мне необходимо произвести обыск на месте преступления.
Дядюшка Стоффель вынул из нагрудного кармана очки, надел и не спеша прочел, что написано в удостоверении.
— Он правда из «Ястребов», дядюшка, — сказал студент.
— Где ваши бумаги? — спросил смотритель у Гриссела.
— Вот они. — Гриссел показал на удостоверение.
— Нет, где ваш ордер?
— Вы уверены, что хотите неприятностей?
— Я законы знаю, — не сдавался смотритель.
— Тогда вы, наверное, помните статьи с двадцать пятой по двадцать седьмую Акта об уголовном судопроизводстве.
— Я знаю одно: вы не можете просто так туда войти.
— Послушайте…
— У него пушка, — сказал студент Йохан.
— Помолчите, — бросил ему Гриссел и снова посмотрел на дядюшку Стоффеля: — Если вы сегодня хотите ночевать в своей постели, советую слушать внимательно. В статье двадцать пятой, пункт третий, подпункт «б» говорится, что я могу входить в жилые помещения, если считаю, что выписывать ордер нецелесообразно. В статье двадцать седьмой говорится, что я имею законное право производить личный досмотр или обыск помещений, если сочту нужным, и в случае необходимости имею право подавить любое сопротивление против такого обыска или входа в помещение. В том числе я имею право взломать дверь или окно при условии, что вначале я внятно потребую разрешения на допуск в помещение и извещу соответствующие лица о цели, по которой мне необходимо войти в данное помещение. Итак, в присутствии свидетеля повторяю: мы считаем, что девушка, проживающая в двадцать первой квартире, стала жертвой преступления. Немедленно откройте ее квартиру, иначе мне придется взломать дверь, а вас отправить за решетку!
— Он не шутит, дядюшка Стоффель! — воскликнул студент, упиваясь происходящим.
Тейроне крепко прижимал Надю к себе.
— Кто ее так, бандиты? — спросил водитель.
— Что-то вроде, — ответил Тейроне, не сводивший взгляда с лица Нади.
— Куда вас? В больницу Тайгерберг?
— Нет, дядюшка. Совсем близко отсюда есть частная клиника… рядом с полицейским управлением.
— Клиника Луи Лейпольдта. Знаю. Это частный медицинский центр. Их услуги дорого стоят.
— Знаю, дядюшка. Но она моя сестра.
— Хорошо.
Перед тем как они повернули на Бродвей, Тейроне вдруг вспомнил о Бобби. Он достал из кармана мобильник и позвонил Хассану Икару.
Глава 38
Тейроне знал, что сотрудники медицинского центра позвонят в полицию. Они обязаны известить правоохранительные органы обо всех случаях, когда к ним доставляют человека с огнестрельным ранением. Вот почему он тревожился. Сколько у него есть времени?
В отделении скорой помощи Надю переложили на носилки. Тейроне предупредил, что ее накачали наркотиками — пусть знают на всякий случай.
— Какой именно наркотик ей ввели? — спросила пожилая администраторша, подходя к нему.
Тейроне покачал головой.
— Какие наркотики она употребляет? — с непреклонным видом продолжала на африкаанс пожилая белая женщина.
Ее слова разозлили его.
— Она ничего такого не употребляет! Ее чем-то накачали. Она студентка, учится на врача, она не какая-нибудь там уличная… Пожалуйста, скорее везите ее к доктору!
— Успокойтесь, сэр. Сначала нам нужно записать номер ее страховки.
Тейроне достал из кошелька три тысячи рандов наличными:
— Страховки нет, тетушка. Вот, возьмите. Надеюсь, на сегодня этого хватит. Если нужно будет добавить, дайте мне знать… Только, пожалуйста, везите ее скорее к доктору!
Администраторша немного смягчилась и повернулась к санитарам.
— Везите ее! — велела она и повернулась к Тейроне: — У нее огнестрельное ранение, мы обязаны сообщить в полицию. — Она заговорила не так официально, и Тейроне по выговору услышал, что тетушка выросла в Бо-Капе.
— Извещайте, тетушка, нам скрывать нечего. Она ни в чем не виновата.
— Ваша подружка?
— Нет, тетушка, она моя сестра. Может, я и плохой, а вот она — совсем другое дело.
— Нет, молодой человек, того, кто так заботится о сестре, тоже плохим не назовешь.
— Спасибо, тетушка.
— Где ее ранили?
Тейроне замялся.
— Я обязана спросить, ведь у полицейских тоже возникнут вопросы.
— На станции, тетушка.
— В Бельвиле?
— Да.
Администраторша в ужасе покачала головой:
— Надо же, бандиты… — Она внимательнее посмотрела на него. — Кстати, вид у вас… Вы знаете, что вы весь в крови?
— Нет, тетушка.
— Вот ее сумка, если хотите, заберите ее с собой. Или можно сдать ее в камеру хранения. Сначала умойтесь, а потом приходите, и заполним ее карту.
Тейроне сказал, что сначала должен пойти в туалет. Ему хотелось переложить пистолет из брючного кармана в рюкзак, купленный у Хассана Икара. Потом он обещал вернуться и продиктовать пожилой администраторше все данные Нади. Кстати, он выяснит, когда та собирается звонить в полицию.
* * *
Дядюшка Стоффель не переставая бормотал что-то себе под нос, пока они выходили из подъезда, шли по парковке и поднимались по лестнице Надиного дома. Кое-что Грисселу удалось расслышать.
— Не знаю наизусть ваших статей, но свои права я знаю… — бурчал смотритель.
Грисселу доводилось встречаться со многими вроде дядюшки Стоффеля, всю жизнь они терпели унижение от других, но, получив крошечную власть, спешили отыграться. Они понимают только один язык — язык угроз. Столкнувшись с сопротивлением, они быстро никнут. Пропустив смотрителя вперед, Гриссел достал из багажника БМВ следственный чемодан. Студент бодро спешил за ним.
Они догнали дядюшку Стоффеля у Надиной двери, он перебирал ключи на большой связке в поисках нужного. Нашел, отпер дверь, посторонился и театрально взмахнул рукой:
— Вот, пожалуйста!
Гриссел вынул из чемодана перчатки:
— Пожалуйста, подождите меня здесь.
— У меня дела, — возразил смотритель.
— Какие еще дела? — хмыкнул студент.
— Тебя не касается, — огрызнулся дядюшка Стоффель.
— Я поддерживаю «Ястребов», — заявил студент.
Старик только фыркнул.
Гриссел взял чемодан, открыл дверь и вошел. Со вздохом облегчения закрыл за собой дверь изнутри.
В крошечной квартире было чисто, прибрано. Справа кухонька, впереди гостиная, за ней, слева, спальня.
Он спешил и решил ограничиться лишь поверхностным обыском. Он не заметил признаков того, что до него здесь уже кто-то побывал. Судя по всему, последней отсюда вышла хозяйка.
На кухне, на сушилке, стояли миска из-под каши, ложка и кофейная кружка — все было вымыто. К холодильнику приклеено несколько фотографий. Групповые снимки — наверное, однокурсники. С одной фотографии на него смотрел Тейроне Клейнбои, которого он видел утром в записи. Он стоял рядом с девушкой — скорее всего, самой Надей, — покровительственно положив руку ей на плечо.
Гриссел достал из чемодана пакет для вещдоков. Снял с холодильника фотографию и положил в пакет.
В гостиной стоял диван, обитый бежевым вельветом, старый и немного просевший, но чистый. И сосновый кофейный столик. На нем лежали две книги. На верхней симпатичная женщина ела пасту из миски. «Найджелла Лоусон. Nigellissima. Готовим по-итальянски».
Он перешел в спальню.
Односпальная кровать застелена покрывалом. С подушки всезнающими стеклянными глазами на него посмотрел плюшевый мишка. Старое кресло покрыто выцветшей красной материей. Одна деревянная ножка, видимо, сломалась, ее починили старательно, но не слишком умело. У стены длинный стол орегонской сосны. Гриссел увидел мышь и кабель, но не заметил ноутбука. В ряд вдоль стены выстроились учебники. Еще больше книг на полочке под окном.
Гриссел открыл встроенный шкаф.
Почувствовал слабый, но приятный аромат духов.
В одной половине на вешалках висит одежда молодой девушки: джинсы, блузки, несколько платьев, джинсовая куртка. Внизу шесть пар туфель. В левой половине, на полках, аккуратными стопками нижнее белье, свитера, футболки. На одной полке парфюмерия и шкатулка с украшениями. И коробка из-под айфона четвертой серии. Гриссел поспешно открыл коробку.
Внутри лежала карта компании «Водаком»: предоплатный тарифный план. Тут же — номер телефона и номер IMEI.
Зажав карту между пальцами, он вышел из квартиры. Дядюшка Стоффель стоял на лестнице, насупившись и скрестив руки на груди. Рядом с ним топтался страшно довольный студент.
— Пожалуйста, наберите вот этот номер, — попросил его Гриссел и показал ему карту «Водакома».
— Неужели полицейским не выдают мобильных телефонов? — язвительно спросил дядюшка Стоффель.
— Его телефон разрядился. Вот я ему и помогаю, — ответил студент.
— Ну конечно! — фыркнул смотритель. — Куда только катится наша страна!
— Пожалуйста, передайте мне телефон, как только пойдут гудки, — попросил Гриссел.
Студент набрал номер, послушал и протянул трубку Грисселу.
Гриссел почти ни на что не надеялся.
Когда зазвонил телефон, Тейроне сидел напротив администраторши в приемной.
— Это ваш телефон? — спросила она, услышав рингтон.
На него вдруг навалилась страшная усталость. Ужасный день начал сказываться на нем, мысли в голове путались. И он беспокоился за сестру — он не мог думать ни о чем другом.
— Нет, — ответил он.
Неожиданно он сообразил, что звуки доносятся из Надиной сумки. Должно быть, телефон запихнул туда похититель. Тейроне достал телефон, посмотрел на экран. Там высветился незнакомый номер. Если бы звонил кто-то из Надиных знакомых, на экране появилось бы имя.
— Вы лучше ответьте, — посоветовала пожилая администраторша.
— Алло, — сказал Тейроне.
— Кто это? — спросил мужской голос. Судя по всему, голос принадлежал белому.
— А вам кого надо?
— Надю Клейнбои, — властно ответил незнакомец.
— Она не может подойти. — Усталость как рукой сняло.
— С кем я говорю сейчас? — Тейроне нюхом почуял: это полиция. Он знал, что администраторша подслушивает, но надо от них как-то избавиться. Сейчас они научились выяснять, где кто находится, с помощью мобильников. Засекают местоположение…
— Алло! — произнес голос. — С кем я говорю?
— Ладно, — ответил Тейроне ради администраторши. — Ладно, я ей передам. До свидания!
Он отключился и сунул телефон в Надину сумку.
— Кто-то из ее однокурсников, — сказал он. — Так на чем мы остановились?
Гриссел стоял с телефоном в руке и думал: это Тейроне. По-другому и быть не может. Он не знал, почему так оказалось и как все сошлось, но чутье подсказывало ему, что он только что слышал голос карманника. Судя по выговору, он вырос в трущобах Кейп-Флэтс. Говорит осторожно, никому, похоже, не доверяет…
Кроме того, Тейроне сейчас не может говорить. Рядом с ним кто-то есть, Гриссел слышал другие голоса.
Неужели и его захватили «кобры»?
Пожалуй, это единственное объяснение.
Он снова достал бумажник, выудил оттуда тридцать рандов и сунул деньги в карман кожаной куртки студента.