Занавески на окне Детской развевались на ветру, а свет ночника мерцал на потолке.

— Я гляжу на свою тень, а она — на меня!

Джейн посмотрела на аккуратно причесанную голову, черным силуэтом вырисовывающуюся на стене, затем дружески ей кивнула, а тень кивнула в ответ.

— А у меня тёнь — это я и еще два лебедя!

Майкл поднял руки и принялся щелкать пальцами.

А на стене две птицы с длинными шеями открывали и закрывали клювы.

— Ну и лебеди! — фыркнула Мэри Поппинс, кладя пальто и украшенную тюльпаном шляпку на край своей раскладушки. — Больше похожи на гусей!

С этими словами она запрыгнула под одеяло.

Майкл вытянул шею и спросил:

— А почему вы не вешаете свое пальто, как обычно, на крючок?

— У меня ноги замерзли, вот почему! И ни слова больше!

Майкл с Джейн обменялись взглядами. Они прекрасно понимали, что это только половина ответа. Интересно, что она задумала сегодня ночью? Но Мэри Поппинс никогда ничего не объясняла. С тем же успехом можно было обращаться к Сфинксу.

— Тик-так! — приговаривали часы на камине.

Детям было тепло в кроватях. Кроватям было тепло в Детской, а Детской — тепло внутри дома. И завывания ветра, доносящиеся с улицы, лишь усиливали это ощущение.

Веки у ребят медленно опустились…

Тик-так! — приговаривали часы на камине.

Но ни Джейн, ни Майкл этого уже не слышали…



— Что это? — прошептала Джейн сонно. — Кто меня тормошит?

— Это я! — шепотом ответил Майкл. Он стоял у ее кровати с кленовым листком в руке.

— Наверное, сто лет прошло, пока ты проснулась! — недовольно проворчал он. — Я проснулся, когда хлопнула парадная дверь. И вот что я нашел у себя на подушке! Смотри! И на твоей подушке тоже листок! А Мэри Поппинс исчезла, и ее пальто со шляпой куда-то подевались!

Джейн взяла кленовые листья и подбежала к окну.

— Майкл! — воскликнула она. — Это на самом деле послание! На одном листке написано «приходите», а на другом «сегодня ночью».

— Но куда она ушла? Я ничего не вижу!

Майкл выглянул из окна.

На улице было спокойно. Ветер прекратился. Все дома крепко спали. Полная луна ярко освещала все вокруг.

— Джейн! В саду нет людей, одни тени!

Он указал на два небольших темных силуэта — один в пижаме, а другой в ночной сорочке. Они медленно двигались по садовой дорожке, пока не перепрыгнули через садовую ограду.

Джейн поглядела на стены и потолок Детской. Ночник светился, как яркий кошачий глаз. Но ни один из предметов не отбрасывал тени!

— Это были наши тени, Майкл! Надень что-нибудь! Быстрее! Мы должны поймать их!

Майкл схватил свитер и спустился по скрипящим ступеням вслед за Джейн.

Залитая лунным светом Вишневая улица была спокойна и тиха, но из Парка доносились звуки музыки и трели серебристого смеха.

Дети, сжимая в руках кленовые листья, вбежали в Парковые ворота. И тут же что-то светлое, будто снег или перья, опустилось Майклу на плечо. Джейн тоже почувствовала прикосновение чего-то, показавшегося ей легче воздуха.

— Наконец-то вы осалили нас! — воскликнули два странно знакомых голоса.

Обернувшись, дети увидели свои тени.

— Почему вы убежали? — спросила Джейн, глядя в прозрачное лицо, так похожее на ее собственное.

— Мы гости на Празднике! — улыбнулась ее тень.

— На каком еще Празднике? — удивился Майкл.

— Конечно же, на Хэллоуине! — объяснила его тень. — Это единственная ночь, когда тени свободны. А сегодня и вовсе особый случай. Во-первых — полнолуние, во-вторых — канун Дня Рождения! Но пойдемте, мы не должны опоздать!

Тени полетели вперед, и детям ничего не оставалось, как последовать за ними.

Музыка с каждой секундой становилась громче, а когда позади, остались заросли лавров, перед Джейн с Майклом предстала очень странная картина.

Вся поляна была заполнена тенями, смеющимися, выкрикивающими приветствия и пляшущими в лунном свете. Но самым странным было то, что они не лежали, как обычно, на земле, а стояли прямо! Здесь были и длинные тени, и короткие, и тонкие, и толстые… И все они ходили туда-сюда по поляне, здоровались друг с другом и вели непринужденные беседы.

На качелях сидела тень со шлемом на голове и играла на концертино. Она улыбнулась детям и помахала им своей темной рукой. В следующий момент Джейн с Майклом поняли, что это тень Полицейского.

— У вас есть приглашения? — воскликнул Полицейский. — Ни один человек не может войти сюда без специального пропуска!

Джейн и Майкл протянули ему свои листья.

— Все в порядке, — кивнула тень Полицейского. — Будьте здоровы! — добавила она, так как другая тень, сидящая рядом, чихнула. Может, это была тень Элен?

— Добрый вечер! — поздоровалась еще одна тень, проходя мимо. — Если только этот вечер можно назвать добрым!

Унылый голос тени и ее худое длинное лицо напомнили Джейн о Торговце рыбой. Зато рядом вырисовывался темный силуэт кругленького, веселого человечка. Ну, конечно же, это был Мясник! В руке он сжимал нож, а вокруг талии у него был повязан фартук. За ним шла еще одна тень — четвероногая и с рогами!

— Майкл! — прошептала Джейн. — Мне кажется, что это Танцующая Корова!

Но Майкл был слишком занят беседой с тенью какого-то мохнатого, усатого существа.

— Моя вторая половина, — донеслось до Джейн, — спит на камине. А у меня свободный вечер. Ведь сегодня Хэллоуин!

С этими словами тень поправила висящую у нее на шее цветочную гирлянду.

— Кошка, которая смотрела на Короля! — воскликнула Джейн. Она протянула руку, чтобы погладить ее по голове, но рука нащупала пустоту.

— Уберите отсюда кошку! — вскричал чей-то голос. У меня и без нее достаточно неприятностей!

Мимо прошествовала тень, очертаниями напоминающая птицу.

— Бедный старый Робин! Вечно у него какие-то неприятности! — зевнула кошка. — Он так и не оправился после похорон![6]

— Робин? Но ведь он из детского стишка! Его не существует на самом деле! — удивилась Джейн.

— Не существует? Тогда как я мог оказаться здесь? — казалось, птичка была сильно раздражена. — Живое существо без тени — это еще куда ни шло, но тень без существа\'— это уже слишком! А они что, тоже не существуют?

Он махнул прозрачным крылом на группу теней — высокого мальчика со свирелью, грузную фигуру с короной на голове, с кубком и трубкой в руках и трех скрипачей, держащих смычки наготове.

Майкл расхохотался.

— Да ведь это тень старого короля Коля! Он и выглядит так, как в книжке![7]

— Да, и Том, сын трубача! — подтвердил Робин, глядя на Джейн. — Но если есть тени, то должны быть и те, кому они принадлежат!

— Шарик шарику рознь, мои дорогие утятки! Никаких споров сегодня ночью! — донеслось откуда-то сверху, и дети увидели летящую на связке шаров женскую фигуру?

— Поосторожнее, пожалуйста! Вы чуть не сбили мне шляпу! — раздался вдруг знакомый трубный голос.

Дети вгляделись в толпу и… не может быть! — увидели мисс Эндрю! Точнее, ее тень, как две капли воды похожую на свою хозяйку: тот же крючковатый нос, те же маленькие глазки, та же серая вуаль, свисающая с полей фетровой шляпы, то же пальто с отделкой из кроличьего меха!

— Я приехала из Южных Морей не для того, чтобы с меня сбивали шляпу! — гремела мисс Эндрю, потрясая кулаком на старушку с воздушными шарами. — Это еще что? Кто тянет меня за пальто? — взревела она, поворачиваясь к двум маленьким теням, которые тут же с визгом бросились врассыпную.

Джейн ткнула Майкла локтем.

— Это наши тени! — смеясь, шепнула она.

— Освободите дорогу! Расступитесь! Пропустите Премьер-Министра!

Тень в форменной фуражке оттеснила детей в сторону.

— А, это вы! Соблюдайте правила! Не стойте на дороге! — строго произнесла она.

Джейн с Майклом взглянули на тень и узнали Смотрителя Парка.

— Я думала, вы не придете. Ведь вы говорили, что боитесь призраков и приведений.

— Это не я их боюсь, a оно. Мое тело, так сказать. Очень нервный парень. Он даже собственной тени боится. Ха-ха-ха! Прошу прощения за каламбур. Освободите дорогу! Расступитесь! Соблюдайте правила!

Тень Премьер-Министра вышла вперед и принялась раскланиваться направо и налево.

— Приветствую вас, друзья! Какая замечательная ночь! Бог мой! — он уставился на Джейн и Майкла. — Вы слишком толстые и неуклюжие!

— Тс-с-с! — тень Смотрителя Парка наклонилась и зашептала ему что-то на ухо.

— Специальное приглашение… друзья… — донеслось до детей.

— А! Ну, если так, то добро пожаловать! Но будьте осторожны, смотрите, куда идете! Мы не любим, когда на нас наступают!

— Один из них уже наступил на меня! — раздался откуда-то из травы раздраженный голос.

Майкл осторожно поднял ногу и увидел тень Смотрителя Зоологических Садов, стоящую на четвереньках.

— Ну, как, повезло? Удалось что-нибудь поймать? — закричала толпа оживленно.

— Еще бы! — радостно воскликнул Смотритель Зоологических Садов, размахивая сачком для ловли бабочек. — Красные Адмиралы! Синие Адмиралы! Пятнистые Бермуды! Розовые Амазонки!

Его сачок был доверху заполнен тенями бабочек.

— Ха! Я знаю, какого адмирала у вас нет! Это Адмирал Бум! — рассмеялась, протискиваясь сквозь толпу, тень с треуголкой на голове и таксой на поводке. — Очень редкий экземпляр! Самая большая бабочка в мире! На абордаж, ребята!

Ио — хо-хо! И бутылка рому!

Тень Адмирала повернулась к детям.

— Добро пожаловать на борт! — прорычала она, подмигивая. — Листок схватил — письмо получил! Всего лишь старая поговорка, не так ли? А, вот и она! К вашим услугам, мадам!

Голова в треуголке поклонилась тени, одетой в широкую юбку и темный плащ. Вокруг нее летали тени, очертаниями напоминающие голубей.

— Птичница! — прошептала Джейн Майклу.

— Корм для птиц! Два пенса пакетик!

В толпе приветственно закричали, заметив вновь прибывшую. Дети увидели, как их собственные тени повисли у нее на шее, и тоже побежали к Птичнице, словно тенями сегодня были они, а не наоборот.

Вокруг становилось все оживленнее. Парк звенел от смеха, а сквозь голоса доносился высокий голос свирели.

«Я долго по белому свету бродил», — выводил на ней Том, сын трубача.[8]

И люди на Вишневой улице, лежа в своих постелях, прислушивались к этим звукам и ежились под одеялами.

— Это Хэллоуин! — шепотом говорили они друг другу. — Конечно, я не верю в приведения, но послушайте, как они пронзительно кричат!

Пожалуй, они удивились бы еще больше, если бы осмелились выглянуть на улицу.

С каждой секундой толпа увеличивалась. В конце концов детям стало казаться, что в Парке собрались тени всех, кого они знали. Где-то промелькнула тень тетушки Флосси. А может, это была не она? Дети не могли сказать наверняка. Рядом с ней резвились два небольших темных силуэта, очертаниями напоминающие Джона и Барбару.

И как только Том принимался играть.

— Ну, мои дорогие? — воскликнула тень Птичницы, улыбаясь детям и их теням, идущим рука об руку.

— Га-га-га! — раздался в этот момент пронзительный голос.

— О, это Гусак, приятель Матушки Гусыни! Подожди нас! — и тени детей убежали прочь.

Птичница подобрала юбку и освободила место на скамейке для Джейн и Майкла.

— Боже! — воскликнула она, обнимая их. — Вы твердые, в этом нет никакого сомнения!

— Это потому, что мы настоящие! — объяснила Джейн.

— Плоть и кровь! — вежливо вставил Майкл.

— Вот как! — хмыкнула тень Птичницы. — Но тогда у вас должно быть специальное приглашение! Не каждый его получает. Но вы сказали, что тени… не настоящие?

— Ну… они проходят сквозь вещи. А еще они сделаны из ничего… — попыталась объяснить Джейн.

Птичница покачала головой.

— Ничто не может быть сделано из ничего, дорогуша. А про ходите сквозь вещи — их обязанность. Проходя сквозь вещи, тени становятся мудрыми. Поверьте, если вам доведется узнать то, что знают ваши тени, вам очень повезет. Тень — это часть вас самих, отражение вашего внутреннего мира, если, конечно, вы понимаете, что я имею в виду.

— Да бесполезно им это объяснять! Они все равно ничего не понимают!

Мимо скамейки важно прошествовала сердитая тень Робина.

— Какую-нибудь минуту назад они мне заявили, что Робин не существует на самом деле! Кого же тогда хоронили, хотелось бы мне знать! Почему все звери и птицы вздыхали и рыдали? Эй, осторожно, малютка Мэри![9]

Смотри, куда идешь! Твои овцы чуть не сбили меня!

Тень с хлыстиком в руках пробиралась сквозь толпу. За ней вприпрыжку следовало целое стадо кудрявых силуэтов.

— Но я думал, что малютка Мэри потеряла своих овечек! — в изумлении воскликнул Майкл.

— Верно! — рассмеялась тень Птичницы. — Но только не ее тень!

— Мы вас повсюду искали! — прорычали какие-то три большие мохнатые фигуры и, схватив малютку Мэри и ее овечек, унесли прочь.

— Ой! — воскликнула Джейн. — Это три Медведя![10] Надеюсь, они не причинят Мэру и ее овечкам вреда?

— Но, помилуйте, зачем? Насколько я знаю, тень еще никогда никому не причиняла вреда. Взгляните, они танцуют!

Тень Птичницы указала в сторону и, отбивая ритм ногой, принялась следить за танцем.

Неожиданно музыка изменилась, и, вскочив, Птичница воскликнула:

— Вот и они наконец! Встаньте на скамейку и посмотрите!

— Кто там? — спросил Майкл, но уже произнося эти слова, он знал, кто пришел в Парк.

Концертино заиграло торжественный марш. Тени освободили проход в середине, и скоро дети увидели две хорошо знакомые фигуры.

Одна из них была маленькой, худенькой, одетой в покрытый заплатками плащ и старомодные туфли.

А другая… была в шляпке, украшенной тюльпаном, и несла в руках зонтик с ручкой в форме головы попугая.

«Ти-ди-ум-пом-пом!» — гудело концертино, а две фигуры продвигались вперед, грациозно кланяясь публике. За ними, неуклюже переваливаясь, следовали Анни и Фанни Корри. Все четверо были живыми, настоящими, а их тени располагались там, где им и надлежало находиться.

Толпа восторженно закричала. Обитатели Вишневой улицы вздрогнули в своих постелях и спрятали головы под подушки.

— Добро пожаловать на Хэллоуин, Мэри Поппинс! Да здравствует канун Дня Рождения!

— Гип-гип-ура! — во все горло вопила тень Птичницы.

— А чей это День Рождения? — спросила Джейн, сгорая от любопытства.

— Как «чей»? Завтра День Рождения мисс Поппинс! А Хэллоуин — днем раньше. Поэтому празднуем мы все ночью. Корм для птиц! Два пенса пакетик! — закричала она Мэри Поппинс.

Та улыбнулась в ответ. Затем перевела взгляд на детей, и улыбка моментально исчезла с ее лица.

— Почему ты не надел халат, Майкл? Джейн, где твои шлепанцы? Подумать только, в таком виде явиться на званый вечер!

— Ха! Вы оказались умнее, чем это можно было предположить, — усмехнулась миссис Корри. — Вовремя вспомнили о своих тенях!

Но прежде чем дети успели ответить, торжественный марш сменился озорным танцем.

— Выбирайте партнеров! Время неумолимо идет! — прогремел голос Полицейского. — Помните, что с двенадцатым ударом часов мы должны вернуться к своим хозяевам!

— Будьте любезны, не откажите, — произнесла тень Отца-медведя, кланяясь миссис Корри.

— Эх, волны-цунами! — взревела тень Адмирала Бума и, подхватив мисс Эндрю, закружила ее в танце.

Тень Торговца рыбой расшаркивалась перед другой тенью, очень напоминающей миссис Брилл.

Тень Матери-медведицы направилась к Старому Королю Колю, а тени Премьер-Министра и тетушки Флосси скакали возле фонтана. Робин плясал с какой-то странной тенью, движения которой были замедленны, а голова сонно свисала на грудь.

— Проснись, проснись, моя хорошая! Кто ты? Где живешь? — сладко пропел Робин.

Тень громко зевнула и повисла на Робине.

— Э-э-э… гхм… гхм… там… в доме № 17…

Джейн и Майкл переглянулись.

— Ха-ха-ха! — рассмеялись они. — Это же Робертсон Эй!

А тени, держась за руки, кружились в стремительном хороводе.

Тени Джейн и Майкла, казалось, поспевали всюду. То они бегали за Медвежонком, то разговаривали с Танцующей Коровой…

— Бог мой! — время от времени раздавался тоненький голос миссис Корри.. — На такой веселой вечеринке я не бывала со времен Доброй Королевы Елизаветы!

— Ну и ну! — басили ее дочери, едва поспевая за ней.

Что касается Мэри Поппинс, то она кружилась, как волчок. Будто молния, она перелетала от одного партнера к другому. Вначале это была тень Адмирала, потом — Гусака… Польку она танцевала с тенью Робина, а вальс — с тенью Смотрителя Парка. Когда же темный силуэт Мясника пригласил ее на танец, она понеслась таким сумасшедшим галопом, что ее собственная тень чуть не отстала от нее.

Скрещиваясь и переплетаясь, тени проносились мимо, так что в конце концов у Джейн и Майкла закружилась голова.

— Интересно, почему тень Мэри Поппинс не разгуливает свободно, как остальные? Почему она все время возле нее? И тень миссис Корри тоже! — спросила Джейн, повернувшись к тени Птичницы.

— О, она очень хитрая — эта миссис Корри и ни за что не даст сбежать своей тени. Она старая и знает очень много. Посмотрите, тени Фанни и Анни тоже на месте. А что касается тени Мэри Поппинс… — Птичница усмехнулась. — Она не отпустит ее, даже если вы ей заплатите… тысячу фунтов!

— Теперь моя очередь! — воскликнула тень Старого Короля Коля и, выхватив Мэри Поппинс из объятий Мясника, увлекла прочь.

— А теперь моя! Моя! — послышалось сразу несколько голосов. — Торопитесь! Нельзя терять ни минуты!

С приближением двенадцати часов музыка играла все быстрее и быстрее. Веселье дошло до своей высшей точки, когда внезапно сквозь царящие вокруг шум и крики донесся возглас отчаяния.

На краю площадки стояла маленькая, одетая в белое фигура. Это была миссис Бум, в халате, с зажженной свечкой в руке. Будто испуганная курица, она таращилась на оживленную сцену.

— Пожалуйста, — умоляла она, — помогите мне кто-нибудь. Адмирал в ужасном состоянии! Он грозится потопить корабль, так как потерял свою тень… А, вот вы где! — воскликнула она, и ее лицо просветлело, когда знакомый силуэт промелькнул поблизости. — Он так ужасно кричит и топает ногами… Может, вы вернетесь домой?

Тень Адмирала тяжело вздохнула.

— Я всего на одну ночь в году оставляю его, и он угрожает потопить корабль! Прямо как испорченный ребенок! Никакого чувства ответственности! И все же, вам отказать, мадам, я не могу.

Тень Адмирала помахала рукой своим приятелям и послала по Воздушному поцелую Мэри Поппинс и миссис Корри.

— До встречи, мои дорогие испанки! — загорланила она и вышла из круга.

— Как мило с вашей стороны! — щебетала миссис Бум, припускаясь следом. — Кто это? — вскрикнула она, подойдя к воротам. — Неужели это вы, мисс Ларк?

Фигура в ночной сорочке и с клетчатым пледом, обвернутым вокруг плеч, вбежала в Парковые ворота. Следом за ней неслись две собаки.

— Может, и я! — отозвалась мисс Ларк, пересекая лужайку. — Господи! — простонала она. — Мне приснилось, что моя тень сбежала. А когда я проснулась, то оказалось, что так и есть на самом деле! Что я теперь буду делать без нее?

Она повернула полные слез глаза к танцорам, и ее брови поползли вверх.

— Боже мой, Лючинда Эмили! Что вы здесь делаете? Танцуете? В Парке? С незнакомыми… э-э-э… личностями? Я этого от вас никак не ожидала!

— Это мои друзья! — ответил голос из толпы, и вперед вышла тень, увешанная бусами и закутанная в шарф. — Я веселее, чем ты думаешь, Лючинда! Да и ты тоже не такая, какой себе кажешься. Почему ты все время суетишься и беспокоишься вместо того, чтобы наслаждаться жизнью? Если бы ты время от времени стояла на голове, я бы от тебя никогда не сбежала.

— Ну… — протянула растерянно мисс Ларк. — Это не совсем обычное предложение…

— Пойдем домой и попробуем! — воскликнула тень и взяла ее под руку.

— Хорошо, я попробую! — объявила мисс Ларк. (При этих словах обе собаки в ужасе переглянулись.) — Лучше всего это делать на ковре в гостиной… Профессор! Что вы делаете на улице ночью? Подумайте о своем ревматизме! — вскричала мисс Ларк, так как ворота со скрипом отворились, и в них, прижимая руку ко лбу, вошел Профессор.

— Ах, — отозвался он. — Мне кажется, я что-то потерял, только не могу понять, Что именно.

— Если вы что-то потеряли, посмотрите в мусорной корзине! — посоветовал ему дрожащий голос. Это был Смотритель Парка, который, прячась за кустами, приближался к танцорам.

— Я обязан был придти, — объяснил он свое появление, стуча зубами. — Мое место в Парке, что бы тут ни происходило!

Укрывшись за стволом большой магнолии, он уставился на кружащийся хоровод.

— Боже! — прошептал он. — Их здесь столько, что по спине мурашки бегут! А один сюда идет! К вам!

И действительно, от хоровода отделилась тень и двинулась к Профессору.

— Я слышал, вы что-то потеряли. Только не знаете, что именно. Странно, но я в таком же положении!

Тень близоруко взглянула на Профессора и вдруг понимающе улыбнулась.

— Мой дорогой, мой самый близкий яруг, это вы? Может ли быть такое? Да, так и есть, ведь мы потеряли друг друга!

Пара прозрачных рук обняла твидовый пиджак Профессора.

— Но зато теперь мы друг друга нашли! — проговорил Профессор и тоже обнял свою тень.

— Да, нашли друг друга… Какие замечательные слова! Так давайте же никогда больше не разлучаться! Если я что-то забуду, то вы будете помнить. И наоборот! — воскликнула тень Профессору, и, обнявшись, они побрели прочь.

— Все это совершенно против правил! — взяв себя в руки, подал голос Смотритель Парка. — Хэллоуин следует запретить! Убирайтесь отсюда все — и призраки, и тени! В Парке нельзя танцевать!

— Вот еще глупости! — усмехнулась Мэри Поппинс, проносясь мимо него в танце вместе с Кошкой. Она указала в сторону качелей, и Смотритель Парка тотчас покрылся краской стыда.

Дело в том, что возле качелей он увидел свою собственную тень, танцующую старинный Шотландский танец.



Ти-ди-ум-пом-пом!
Ти-ди-ум-пом-пом!



— Сейчас же прекратить! — закричал он. — И пойдемте со мной! Мне стыдно за вас — такое нарушение правил! О, Боже, что происходит с моими ногами?

А ноги Смотрителя, словно они жили своей собственной, отдельной от тела жизнью, вдруг начали подпрыгивать и притоптывать. Потом медленно пошли по кругу. Ти-ди-ум-пом-пом! К тому моменту, когда Смотритель достиг своей тени, он, как и все, танцевал зажигательный Шотландский танец.

— Стой спокойно! — сурово сказал он своей тени, слегка приостановившись. — Веди себя по-человечески!

— Нет, лучше я буду вести себя, как тень! — усмехнулась тень в ответ.

— Фред! Фред! — позвал вдруг чей-то голос, и из-за лавра высунулась голова в старомодном ночном колпаке.

— Бенджамен! — ахнул Смотритель Парка. — Что вы здесь делаете?

— Ищу свою тень, Фред, — буркнул Смотритель Зоологических садов. — Она убежала, когда я отвернулся. Я не осмелюсь предстать перед Главным Смотрителем, пока ее не найду! Оп! — он стремительно взмахнул сачком. — Поймал! — торжествующе завопил он, накрывая пробегающий мимо темный силуэт.

Тень засмеялась высоким звенящим смехом.

— Да, ты поймал меня, Бенджамен! Но тебе не получить моих сокровищ! Я не позволю тебе посадить их в стеклянные коробки! Пусть возвращаются туда, где они должны быть!

Из-под сачка показалась темная рука, и рой крошечных созданий вспорхнул вверх и унесся в ночное небо. Только одно из них по-прежнему Летало над танцорами, словно кого-то разыскивая. Наконец оно снизилось и устроилось на левом плече какой-то тени. Ребята вгляделись. Тень принадлежала Мэри Поппинс!

— Подарок на День Рождения! — донеслось из-под сачка, когда Смотритель Зоологических садов проходил мимо, направляясь домой.

— Бабочка на День Рождения! — восторженно зашумели тени.

— Правильно, — раздался бодрый голос. — Тени бабочек должны находиться там, где им положено. Но как насчет моих птичек?

На дорожке стояла полная женщина в широком плаще, а вокруг нее беспокойно металась целая стая голубей. Один из них сидел у нее на шляпе, другой на плече, а третий выглядывал из кармана.

— Мама, время позднее. Зачем ты вышла на улицу? — забеспокоился Смотритель Парка.

Не отпуская свою тень ни на шаг, он приблизился к Птичнице.

— Я знаю, что уже ночь, но я не могла не придти. Мои птички потеряли тени!

— Прошу прощения, — сказала тень Птичницы Джейн и Майклу, — но мне надо идти туда, где я должна находиться. Так положено. Эй, вы не меня ищете? — обратилась она к своей хозяйке.

— Не исключено, — Птичница с усмешкой посмотрела на свою тень. — У меня птицы, у вас — тени птиц. Не мне судить, что из этого лучше, но я знаю наверняка — они должны быть вместе.

Тень одобрительно кивнула головой, и Птичница удовлетворенно улыбнулась. И было от чего: у голубей снова появились тени!

— Корм для птиц! — радостно вскричала она.

— Два пенса пакетик! — отозвалась тень.

— Два пенса и четыре пенса… шесть и еще восемь пенсов — это будет двадцать четыре. Нет, не правильно. Что случилось? Я забыл, как складывать.

Мистер Бэнкс, одетый в купальный халат, медленно шел через Парк. Глаза его были закрыты, а руки вытянуты вперед.

— Мы здесь, папочка! — закричали Джейн и Майкл. Но мистер Бэнкс не обратил на них никакого внимания.

— Портфель на месте… Утренняя газета пришла вовремя… И все же чего-то не хватает…

— Эй! Кто-нибудь! Проводите его домой! — закричали тени. — Он лунатик и ходит во сне!

Одна из теней, в пальто и котелке, тут же бросилась к мистеру Бэнксу.

— Привет, старина! Я посчитаю за тебя. А теперь пойдем обратно в постель.

Мистер Бэнкс покорно повернулся, и его лицо просветлело.

— Я думал, что-то пропало, — прошептал он. — Но, кажется, Я ошибся.

Он взял свою тень под руку и пошел вместе с ней прочь.

— Кто ищет, тот обязательно найдет, верно? — усмехнулась Птичница и слегка подтолкнула локтем свою тень. — О, прошу прощения, Ваша Милость. Это я не вам.

Она сделала глубокий реверанс Лорду-Мэру, который в сопровождении двух Советников шествовал по Аллее. Их плащи развевались по ветру, а массивные золотые цепи на шеях мелодично позвякивали.

— Надеюсь, у Вашей Милости все в порядке? — вежливо поинтересовалась Птичница.

— Нет, миссис Смит, — буркнул в ответ Лорд-Мэр. — Я очень расстроен.

— Как, мой мальчик? Ты расстроен? — воскликнула своим пронзительным голосом миссис Корри, пролетая мимо в танце. — Ешь хотя бы по одному яблоку в день, и ты забудешь про докторов, как я обычно говорила своему пра-правнуку, который целых три срока подряд был Лордом-Мэром Лондона. Его звали Виттингтон. Может, слыхали?

— Вы хотели сказать, что он ваш пра-прадед? — Лорд-Мэр смерил ее строгим взглядом.

— Что за ерунда! Конечно, нет! Ну, что вас так расстроило?

— Случилось ужасное несчастье, мадам. Я потерял…

Он огляделся вокруг и вытаращил глаза.

— Что это?! — закричал он, указывая пальцем в сторону.

Там, куд& он показывал, стояла его тень, тщетно пытающаяся спрятаться за массивными фигурами Фанни и Анни.

Поняв, что спрятаться не удалось, тень заныла:

— Черт побери! Ну и зануда же вы! Не можете всего одну ночь без меня обойтись? О, Боже, как мне надоели эти бесконечные приемы! А о посещениях Короля я вообще не говорю…

— Ни за что! — вскричал Лорд-Мэр. — Появиться в обществе без тени… Это крайне неприлично и… и недостойно!

— Не надо быть таким надменным! Ведь вы всего-навсего Лорд-Мэр, а не Багдадский Шах! — возразила тень.

Смотритель Парка подавил смешок. Лорд-Мэр сурово взглянул на него.

— Смит, это ваша вина! — заявил он. — Вы прекрасно знаете правила, но постоянно их нарушаете! Подумать только! Устроить в Парке вечеринку! Что будет дальше, хотелось бы мне знать! Боюсь, что мне не остается ничего другого, как поговорить с Лордом-Канцлером!

— Это не я устроил вечеринку, Ваша Милость! Пожалуйста, дайте мне еще один шанс! Подумайте о моей старой…

— Не беспокойся обо мне, Фред! — Птичница резко щелкнула пальцами, и тут же голуби бросились на Лорда-Мэра.

Они садились ему на голову, на плечи и даже на нос. Два или три голубя забрались ему под плащ.

— Ой, не надо! Не надо! Я боюсь щекотки! Ой, ха-ха-ха! — и Лорд-Мэр, сам того не желая, разразился визгливым смехом.

— Сейчас же уберите этих птиц, Смит! Я не хочу, чтобы меня щекотали! Ой, ха-ха-ха!

Он заливался смехом и, пытаясь убежать от преследующих его голубей, кружился и подпрыгивал среди танцоров.

— Только не под мышкой! Ой-ой! Пощадите! Он залез мне в рукав! Ха-ха-ха! Хи-хи-хи! Боже мой! Это вы, мисс Поппинс? Ну, тогда… ха-ха-ха!.. тогда совсем другое дело! Вы так ре… ой-ой, не надо! Ха-ха-ха!.. так респектабельны!

Лорд-Мэр согнулся, так как голубь принялся щекотать его за ухом.

— Какая тут у вас замечательная вечеринка! — завопил он. — Ха-ха-ха! Мне надо было придти пораньше! Эй, я слышу свою любимую мелодию: «Я долго по белому свету бродил»! Хо-хо-хо!

— Что случилось, Ваша Честь? — спросил Полицейский, размашистыми шагами подходя к танцующим. Рядом семенила Элен, держа Полицейского под руку.

— Да, случилось! — дико захохотал Лорд-Мэр. — Меня щекочут, и я не могу прекратить смеяться! Все вокруг кажется ужасно забавным, а вы в особенности! Вы знаете что ваша тень сбежала? Вон она, сидит на качелях и… хи-хи-хи… играет на концертино!

— Тень сбежала? Концертино? — пробормотал Полицейский, глядя на Лорда-Мэра так, словно тот выжил из ума. — Сейчас ни у кого нет тени, Ваша Честь! На луну набегает облако.

— Как облако? Почему так быстро? Когда мы все встретимся опять?

Пока Полицейский говорил, луна совершенно скрылась за облаком. Тьма черным плащом накрыла Парк. Раздался протяжный вой, и в следующий момент все тени исчезли. Веселая музыка замерла вдали. Повисла мертвая тишина, и среди этой тицшны часы с городских колоколен возвестили наступление полуночи.

— Наше время истекло! — раздались заунывные голоса. — Хэллоуин закончился! Улетаем! Улетаем!

Легкие, как ветерок, и почти невидимые, тени пролетали мимо Джейн и Майкла.

— Прощайте! — сказала им одна.

— Адью! — добавила другая.

— Фьють-фью-и! — просвистела на свирели третья тень.

— Корм для птиц! Два пенса пакетик! — позвала Птичница, и голуби тотчас выпорхнули из-под плаща Лорда-Мэра, из рукавов его пиджака и из-под полей его шляпы.

Девять! Десять! Одиннадцать! Двенадцать!

После двенадцатого удара все смолкло.

— Прощайте! Прощайте! — донесло слабое эхо удаляющиеся голоса.

«Я долго по белому свету бродил…» — пропела свирель в последний раз.

— Это Том, сын трубача! — воскликнула Джейн. — Когда мы увидимся снова, Том?

Затем что-то невесомое, показавшееся детям легче воздуха, накрыло их, окутало и унесло прочь.

— Кто вы? — закричали они, пролетая над Парком и домами.

И то ли они сами, то ли кто-то еще им ответил:

— Мы — это ваше второе «я». Мы — ваши тени…