Пол. Все б-будет хорошо, обещаю. Закончу я школу — п-пусть не сейчас, а летом.

Энид. Вот что я тебе скажу: не вернешься в школу до июля — ищи работу.

Пол. Что т-ты имеешь в виду?

Энид. Обыкновенную работу, милый мой, труд, который поддержит тебя материально в настоящем и обеспечит будущее.

Пол. А ч-что именно?

Энид. Надеюсь, ты не думаешь, что нам все это нравится? Ну то, что ты годами торчишь у себя в комнате, добиваясь того, чтобы шелковые платки незаметно оказывались в рукаве.

Пол. Я найду работу.

Энид. Вот как? И по какой специальности?

Пол (отступая к столу). Еще н-не знаю.

Энид. Так я и думала. Ты никогда не задумывался о будущем. (Берет в руки стакан со спиртным.)

Пол. Н-нет… я п-подумывал…

Энид. О чем же?

Пол. Чт-тобы стать фокусником.

Энид. Прекрасная новость! Пол, ты что, думаешь, я вечно буду вас тянуть? А что будет, когда отец бросит нас из-за этой маленькой сучки?

Пол. Я же сказал, что н-найду работу.

Энид. Когда я говорила о твоем будущем, то не имела в виду работу фокусника.

Пол. А если отец уйдет, т-ты снова выйдешь замуж?

Энид. А то как же! Сразу. В первый же день. А тебе что за дело? Приискал что ли мне кого?

Пол. Н-нет. Не в эт-том дело.

Энид. Чудак, ну где мне познакомиться с мужчиной? Не в универмаге же? А может, ты хочешь, чтобы я подцепила его на танцульках? Ты, видно, забыл, что мне уже не двадцать. Мужчины не заглядываются на меня, как прежде.

Пол. Н-не говори. Взять хоть м-мистера Бригса из п-пятой квартиры.

Энид. Ну, спасибо. Вижу, ты обо мне невысокого мнения.

Пол. Т-ты меня не п-поняла.

Энид (принимая серьезный тон). Послушай, Пол… Буду с тобой откровенна. Ты уже достаточно взрослый, чтобы понять. Я все еще люблю твоего отца. Разве я прожила бы с ним целых двадцать лет, будь это иначе?

Пол. Т-тогда не стоит все время п-пилить его.

Энид. Я его не пилю, я подталкиваю. Он ведь слабый человек. В этом все дело. Слабый — и все. Мой отец это сразу понял — в самый первый раз, как я его привела к нам домой. Он умолял меня не выходить замуж за букмекера, за участника нелегальных лотерей. (Пьет.)

Пол. Н-не стоит тебе т-так много пить.

Энид. Макс был просто чудо! Ни капельки не похож на этих скучных, серых субъектов, которых выбрали в мужья мои подруги и Лина… всех этих аптекарей, талмудистов… или ортопедов… Я рассказывала тебе о докторе Глассе?

Пол. Да. И не раз.

Энид (продолжает). Герберт Гласс, классный ортопед, просто обожал меня — сейчас у него денег куры не клюют — но кому интересно слушать с утра до вечера про больные ноги? Даже за столом! Это просто невыносимо. А мне в те дни больше всего на свете хотелось танцевать в мюзикле.

Пол. Если бы т-ты хоть раз п-попробовала говорить с ним спокойно, без упреков.

Энид. Пусть сначала бросит свою потаскушку. Может, тогда все и наладится. Открыли бы новую страницу. Как ты думаешь, у нас еще есть шанс? Если скажешь «да», обещаю поговорить с отцом… и не цепляться к нему.

Пол. Я б-буду искать работу… Начну сам зарабатывать. Обещаю т-тебе.

Энид (ласково дотрагивается до него). Заниматься фокусами на досуге — это чудесно. Только не надо делать это профессией. Шоу — бизнес — дело ненадежное. Миллионы стараются в него попасть, но удается это единицам. Нужно ремесло посолиднее.

Пол медленно поднимается и идет в свою комнату.



Настоящая работа. Нужно считаться с реальностью. (Замечает, что Пола нет рядом.) Куда ты? Я еще не все сказала.

Пол. П-пойду потренируюсь…

Энид. Что ж, иди, Пол. Тренируйся. (Идет в ту же сторону.)

Пол закрывает дверь комнаты.



Занимайся своими фокусами. Только этого нам и не хватает — иллюзий и фокусов. (Направляется к дивану и достает из сумочки аспирин.) Захочешь распилить женщину — могу предложить себя.



Сцена пятая


Глубокая ночь. Макс возвращается домой с работы, включает свет.
Накидывает пальто на кухонную дверь и осторожно идет на кухню, чтобы сварить кофе. Стив выходит из своей с братом комнаты и тоже направляется на кухню. У него в руках колода карт.


Макс. Ты чего не спишь?

Стив. Да вот рассматривал карты Пола. Он проделывает с ними всякие фокусы. Взгляни! (Показывает карты.)

Макс (отстегивая кобуру). А что?

Стив. Он может назвать любую по оборотной стороне.

Макс (кладет револьвер на ручку кресла. Садится и берет протянутые Стивом карты). Ого! Только я видел крапленые колоды задолго до твоего рождения. А мой дружок Эйб Коэн мог в темных очках распознать любую карту. В особой колоде, конечно, — там, где крап можно увидеть только в солнцезащитных очках.

Стив. А ты можешь угадать карту?

Макс (изо всех сил старается). Видишь ли, меня зрение подводит. Надо бы пойти к врачу.

Стив. Мама говорит, ты стесняешься носить очки.

Макс. Твоя мать с радостью усадила бы меня в инвалидную коляску.

Стив. А по мне ты — хоть куда.

Макс. Твоя правда. Видел бы ты, как я отделал на днях одного поляка. Здоровый был мужик. Не захотел платить по чеку — ну и пришлось дать ему разок в зубы.

Стив (тянется к револьверу). Можно посмотреть?

Макс (легонько шлепает его по руке). Нельзя.

Стив. Ну тогда разряди его.

Макс (перекладывает револьвер на другую ручку, чтобы Стив не мог дотянуться). Сказал — нельзя. И если когда увижу тебя рядом с ним — отделаю по первое число.

Стив. А почему ты с ним не расстаешься? За тобой что, охотятся гангстеры?

Макс (наливает себе кофе). Кто тебе сказал такую чушь? Сам знаешь — я работаю допоздна. А в два утра в таком районе, как наш, кого только не встретишь! Только на прошлой неделе одного зарезали.

Стив. Тебе звонил Эдди.

Макс (заинтересованно). Эдди Линч?

Стив. Он просил передать, что ждет от тебя завтра конвертик.

Макс. Завтра? Он сказал «завтра»?

Стив. А я мог бы хорошую деньгу заколачивать с этой крапленой колодой.

Макс. Ты спятил.

Энид (выходит из спальник в халате). Чего тебе не спится? Завтра — школа. Или ты в нее не собираешься?

Стив (поднимается). Ну, началось. (Идет в комнату и ложится на кровать.)

Энид. Не могу заснуть. Не в состоянии расслабиться, пока ты не вернешься. (Достает из холодильника лимонад.)

Макс (холодно). Вот как?

Энид (дружелюбно, но несколько нерешительно). Как прошел вечер?

Макс (намного теплее). Чаевых — кот наплакал.

Энид (разочарованно). Опять?

Макс. Мало посетителей. Теперь до самой весны будет мало. Только на уик-энды побольше.

Энид. А сегодня неплохая погода.

Макс. Холодновато.

Энид. Может, официанты с тобой не делятся?

Макс. Не в этом дело.

Энид. А откуда тебе знать?

Макс. Никто ничего не утаивает. Просто место гиблое.

Энид. Вы ведь складываете чаевые вместе, так откуда тебе знать — может, они часть денег прячут?

Макс. Меня не надувают. Говорю тебе, дела идут плохо.

Энид. Как ты можешь быть уверен?

Макс. Уверен — и все.

Энид. Но почему?

Макс (встает). Оставь меня в покое, прошу! (Кладет на стол немного денег.) Вот все, что я заработал. Хочешь — бери, хочешь — нет.

Энид (мигом подхватывает деньги). Ладно, не сердись.

Макс. А ты не заводи!

Энид. Я не завожу. Просто хочу понять, как у нас обстоят дела с деньгами. Господи… да тут и четырех долларов не будет.

Макс. Всю жизнь я только и делаю, что вкалываю, как последний идиот, а ты все недовольна.

Энид. Почему мы всегда переходим на ругань?

Макс. Не знаю. Я устал. У меня и без того много забот.

Энид (кладет деньги в карман). Звонил Эдди Линч. Ты что должен ему большие деньги?

Макс. Это не твоего ума дело.

Энид. Он почище любого ростовщика. (Подбирает с пола два комикса и два шелковых платка.)

Макс (ходит по комнате). Я это улажу.

Энид (кладет комикс на край стола и идет к кофейному столику). Как? С помощью вот этого револьвера?

Макс. Мне нужно всего лишь угадать этот чертов номер. Я поставил на номера с трехсот двадцати пяти по тридцать три. Вчера выпал триста двадцать восемь.

Энид. Мы всю жизнь только и делаем, что ждем счастливый номер.

Макс. Грех жаловаться. Разве я не выигрывал? И ты этим тоже пользовалась.

Энид. Как же! После дождичка в четверг! (Кладет шелковые платки в специальный «волшебный» ящик Пола.)

Макс. Теперь я повысил ставки.

Энид. Откуда у тебя на это деньги?

Макс. Отвяжись, Энид.

Энид. Лучше бы ты их клал в копилку — больше было бы пользы.

Макс. Еще что! Это не для меня. Мне нужно все сразу! (Садится в мягкое кресло.)

Энид. У тебя усталый вид.

Макс. Я плохо спал.

Энид. Красные глаза. И жуть как много седых волос! (Гладит мужа по голове.)

Макс. Да оставь наконец меня в покое! У меня всего один-два седых волоса. Вот посмотри! Они такие еще с юности.

Энид. Да нет, их гораздо больше. (Наклоняется, чтобы достать из-под кресла карты.)

Макс. Чего ты добиваешься, Энид? Я всегда делал все, что мог. Но ты никогда не была довольна. Может, уже хватит?

Энид (подходит к кофейному столику и собирает остальные карты). Почему ты не повзрослеешь?

Макс. Когда я был букмекером, тебе не нравилось. Стал водить такси — так ты чуть сознания не лишилась, стоило мне раз припарковаться у нашего дома.

Энид. А чем тут гордиться? Зачем соседям знать, что ты простой водитель?

Макс. И всегда врала сестрам, что мне делают разные выгодные предложения.

Энид. Я просто заступалась за тебя.

Макс. А почему, собственно, они всегда смотрели на меня сверху вниз? Сами они кто? Твой отец — не Ротшильд, а просто уличный торговец. И ему, видите ли, не нравилось, что я букмекер!

Энид. Ты достоин большего.

Макс. Надо было им и оставаться. Тогда у меня были связи. Я бы многого достиг.

Энид отворачивается от него.



Сейчас у меня водились бы денежки. Не приходилось бы клянчить чаевые. И ломать голову, как угодить твоим родным. Чем я только не занимался! Установкой рам, распространением декоративной бижутерии, торговлей по почтовым заказам!

Энид (после непродолжительного молчания). Пола исключили из школы. Если тебе это интересно. (Садится на диван и кладет карты на кофейный столик.) Директор считает, что он умственно отсталый ребенок.

Макс. Какая чушь!

Энид. Я ему сказала: «Мой сын — не умственно отсталый. Да, он мечтатель, но это не показатель умственной неполноценности».

Макс. Пол — абсолютно нормальный, только молчаливый и большой выдумщик.

Энид. У него совсем нет друзей.

Макс. Он тратит время на свои дурацкие фокусы. Пребывает где-то в другом измерении.

Энид. А чего ты ждешь? Мы с тобой постоянно цапаемся.

Макс. Нечего все валить на меня. Ты хотела иметь детей — ты их получила.

Энид. Это правда. И я не жалею.

Макс. Пусть или учится, или идет работать. Другого не дано.

Энид. О другом и думать не хочется.

Макс. Ты о чем?

Энид. Не хотелось бы, чтобы он оказался одним из тех, что вечно чего-то ждут… чтобы провел жизнь в мечтаниях и иллюзиях, варясь в собственном соку… чтобы кому-то приходилось о нем заботиться.

Макс. Ему надо становиться на ноги. Какого черта!

Энид (встает). Вот я и подумала, Макс… Может, если мы постараемся и начнем все сначала…

Макс (отворачивается). Не надо об этом.

Энид. Если бы ты не тратил деньги на эту женщину… Ты что, думаешь, я слепая?

Макс. Я думаю, что ты совсем спятила.

Энид. Не смей отрицать!

Макс (поворачивается к ней). Энид, у меня много забот. И еще проблемы с этим долгом Линчу!

Энид. Почему ты не хочешь об этом говорить?

Макс. Потому что и говорить не о чем.

Энид. Вот как? Ты утверждаешь, что не встречаешься с ней?

Макс. Ничего я не утверждаю. Это моя жизнь.

Энид. С каких это пор?

Макс. С этих самых.

Энид. Макс, у нас еще есть шанс. Брось ее. Мы все начнем сначала. Переедем отсюда.

Макс. Замолчи. Надоело.

Энид (поворачивается к нему). Что это за сокровище такое? И чем только она тебя очаровала?

Макс. Слушай, хватит. Уже три часа ночи.

Энид. Не затыкай мне рот! Как связался с ней — стал совершенно невыносим!

Макс. Я вовсе не стал хуже, Энид. Просто поумнел. И это тебе не нравится. Не хочу больше притворяться. Хочу наконец подумать и о себе — пока не поздно!

Энид. А что сделаешь с нами! Может, спустишь в туалет? Как быть нам когда ты сбежишь со своей куколкой?

Макс (снимает пальто с кухонной двери). Что-нибудь придумаешь, Энид. Сыновья вырастут — помогут. Голодать не будете.

Стив встает с кровати, медленно идет к двери и открывает ее.



Энид. Вот ты как! Я найму адвоката, еще посмотрим, что будет!

Макс. Вот как? Что ж, ищи ветра в поле! На днях, уверен, выпадет мое счастливое число, и тогда попробуй — найди меня!

Энид. И найду! Найду тебя, прохвоста! Найду бездельника! Если только тебя раньше не пристукнут!

Стив (стоя на пороге спальни). Может, вы наконец угомонитесь! Ну помолчите хоть немного!



Сцена шестая


Свет падает на мальчиков. Пол показывает Стиву фокус.
Серебряная шкатулка, которую он держит в руках, пуста, но ему как-то удается извлекать из нее один шелковый платок за другим.


Пол. Д-давным-давно один человек н-нашел волшебную коробку, она была пуста, но когда он закрыл ее и снова открыл, там оказался п-платок. И хотя она оставалась п-пустой (закрывает шкатулку), ему всякий раз удавалась в-вытащить еще один п-платок… (Извлекает из шкатулки сразу два платка.) Н-не знаю, как это ему удавалось…

Стив. А как тебе удается?

Пол. Этого я не скажу — п-просто фокус. (Кладет шкатулку на кофейный столик. Берет в руки веревку и ножницы.)

Стив. У тебя лучше получается, чем у того старика, что выступал прошлой зимой у нас в школе. Помнишь? Этот болван еще показывал летающую женщину. Все, даже малыши, видели, что она вся опутана веревками. И анекдоты рассказывал с бородой.

Из спальни выходит разодетый Макс.



Макс. Чем занимаемся? (Подходит к зеркалу и завязывает перед ним галстук.)

Стив. Пол, покажи ему.

Макс. Что там еще?

Стив (подталкивает Макса к тому месту, где находится Пол). Тебе нужно это видеть. (Полу.) Покажи ему фокус с галстуком. (Подталкивает Макса.) Ну, иди же.

Пол смущен.



Макс. Ну же, не строй из себя звезду.

Пол. Т-ты ведь не любишь фокусы.

Макс. Кто тебе сказал? Давай — показывай!

Пол (берет мешок.) Вот посмотрите, он пуст. (Выворачивает его.)

Макс. Да, пуст.

Пол (откладывает мешок и берет ножницы). А вот обычные ножницы. Я разрежу твой галстук пополам. (Отрезает кусок галстука.) Эту часть я кладу в мешок. А теперь сними то, что осталось, и положи туда же.

Макс (развязывает галстук). Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. (Кладет галстук в мешок.)

Стив. А мне этот галстук никогда не нравился.

Макс. Что ты понимаешь. Это очень дорогой галстук. Его мне подарила ваша мать, когда оправился после растяжения ноги.

Пол (делает «магические» пассы). Несколько магических пассов и — вот… (Извлекает целый галстук.) Вот твой галстук — как новенький!

Макс (под впечатлением). Вот это да! Потрясающе! Я убит! (Поднимает мешок, выворачивает его наизнанку. Там ничего нет.) Как это, черт возьми, тебе удается!

Пол. Такой фокус.

Макс. Я понимаю, что фокус.

Пол (подбирает мешок, веревку и ножницы). Мне нужно репетировать.

Макс. Подожди, я хочу с тобой поговорить. (Показывает жестом Стиву, чтобы он вышел.) С тобой, Пол!

Пол. О чем?

Макс. Сядь. Есть разговор.

Пол (садится на диван). Да…

Макс. Что с тобой происходит?

Пол. Ты о чем?

Макс. О чем, о чем? Ты не ходишь в школу. Тебе не дадут аттестат.

Пол. Ты тоже не закончил школу.

Макс. При чем тут я? Мне и не нужно было. Я хотел служить во флоте, вот и пошел туда… И не забывай, у моего отца водились денежки. Когда кончилась война, отец подарил мне автомобиль — «Дюзенберг». Я тогда всю Европу на нем проехал. При отце я ни в чем не нуждался… А потом — бац! Он потерял все на Уолл-стрит. Мне никогда не забыть этот день. А месяц спустя отец замертво рухнул в турецких банях. Я долго его оплакивал. Этот человек умел жить.

Пол. Ты м-мне это рассказывал.

Макс. Не хочешь учиться — иди работать.

Пол. Я п-пойду.

Макс. Когда? И кем? На прошлой неделе ты бросил работу в канцтоварах. Я все знаю — не ври!

Пол. Хозяин м-меня уволил.

Макс. Работай ты хорошо — тебя бы не уволили. Что с тобой происходит? Сидишь у себя в комнате и играешь в игрушки. А ведь тебе скоро семнадцать! Хочешь оказаться в моем положении? Вечно сидеть без гроша?

Пол. Не мог я б-больше работать в канцтоварах. Т-там все орали. У меня г-голова раскалывалась.

Макс. Голова, говоришь? Ты часом не тронулся? У тебя нет друзей. Мяч ты не гоняешь. Никакой спорт не любишь. А меня отец таскал на все матчи. Когда дрался Фирпо я сидел в первом ряду. Демпси рухнул в первом же раунде.

Звонит телефон. Пол снимает трубку, а Макс тем временем продолжает говорить.



Если бы не журналисты, он не вернулся бы в большой спорт — те ему здорово помогли. Кто звонил?

Пол. Н-никто. Ошибка. (Вешает трубку и снова садится на дивна.)

Макс (снимает куртку, которая висела на двери). Уф! Если бы я не слушал твою мать, у которой вечно всякие завиральные идеи, то мы были бы сейчас в полном порядке. И ты мог бы делать все, что угодно. (Надевает куртку.) Поверь, я купил бы все, что нужно, для твоих фокусов и в лотерею не играл бы — когда у меня есть деньги я не скуплюсь. Ну, мне пора. (Направляется к двери. Пауза. Чувствуется что ему неловко.) Ну, что еще? Что ты так смотришь на меня?

Пол. Я н-не смотрю. (Отворачивается.)

Макс. Ладно. (Возвращается к Полу, протягивает ему доллар). Постарайся быть как все. Хоть иногда веди себя нормально. (Уходит.)

Стив (встает с кровати и идет в гостиную. В руках у него каталог товаров для фокусника). Какой замечательный каталог!

Пол (рассеянно). Угу.

Стив (садится в мягкое кресло). А я хочу купить пособие по гипнозу. Там написано, как заставить девушек выполнить все твои желания.

Пол. Человек не б-будет делать под г-гипнозом т-то, что не станет делать п-при обычных обстоятельствах.

Стив. Надо потренироваться на девушках-католичках.

Пол. Он меня н-ненавидит.

Стив. А правда, есть такие кости, которые всегда выбрасывают семь или одиннадцать?

Пол (собирая свой реквизит). М-мне нужно репетировать…

Стив (встает, подходит к кофейному столику и берет карты). Когда он нас бросит, я тоже сбегу из этого ада. Запишусь в морскую пехоту и перееду в Техас. Послушай, научи меня, как узнавать карту по оборотной стороне.

Входит запыхавшаяся Энид. Она с трудом сдерживает волнение.

В руках — сумка и пакет с провизией. Идет к столу за диваном и разбирает покупки.



Энид. Последние новости!

Стив. Что случилось?

Энид. Дайте дух перевести.

Пол. Что т-там еще?

Энид. Твои мечты могут осуществиться.

Пол. Что?

Энид. Ты знаешь миссис Гарвей из четвертой квартиры?

Пол. Кто это?

Энид. Ну, миссис Гарвей, инвалид… ты каждый день ее видишь.

Пол. Та женщина, что н-носит огромный корсет?

Энид. Вот именно. У нее есть брат, Джерри Уэкслер, известный театральный агент. По словам миссис Гарвей, он регулярно ее навещает, обедает у нее… не так уж часто, конечно, — ведь он с женой живет на Манхэттене и к тому же очень занят. Джек Бенни — его друг и еще многие знаменитости — Сэзар Ромеро, например… И вот сегодня спускаюсь я по лестнице и вижу, как миссис Гарвей ковыляет рядом с представительным джентльменом. Я, естественно, не хочу мешать и прохожу мимо, но она замечает меня и подзывает.

Стив. Что тут особенного?

Энид. Помолчи!.. Ну, я говорю: «Вы, должно быть, мистер Уэкслер?.. Ваша сестра много рассказывала о вас». «Да, это я, — говорит мужчина. — А мне сестра говорила о вашем сыне Поле, который увлекается фокусами».

Пол. Обо м-мне?

Энид. А о ком еще? Ну, мы разговорились, и я стала тебя расхваливать «Он такой талантливый… Все, кто видел, как он работает, в восторге».

Пол. Но я ни п-перед кем не выступал.

Энид. Я знаю, но лишняя реклама не помешает.

Пол. Что ты имеешь в виду?

Энид. Он сказал, что если бы встретил хорошего фокусника с пятнадцати — двадцатиминутной программой, то завалил бы его работой. И еще сказал, что многие его артисты-певцы, комики --загребают большие деньги. По сто пятьдесят долларов за вечер — вот как!

Пол. Н-не знаю, что и сказать…

Энид (обнимает его). Всего лишь: «Спасибо, мама». Спасибо за то, что помогаешь осуществиться моей мечте.

Пол. Как это?

Энид. Да так. Мистер Уэкслер заинтересовался тобой. Очень заинтересовался. Чем больше я рассказывала, тем больше в нем крепла уверенность, что у тебя есть шанс. Пол, знай, такие люди, как мистер Уэкслер, на улице не валяются. (Вешает пальто.) Люди годами ждут такой возможности, а тебе вот сразу повезло. Во всяком случае надеюсь, что повезет в следующий вторник.

Пол. Что т-такое? Почему во вторник?

Энид. Он снова придет к сестре на обед. И обещал после обеда зайти к нам и познакомиться с тобой.

Пол. С-со мной?

Энид. Да, с тобой. И закрой наконец рот. Познакомиться и посмотреть, что ты умеешь.

Пол. Что я умею?

Энид (несет продукты на кухню и выгружает на стол). Да, что ты умеешь.