— У вас есть ответ?.. — не сдавался Дэнни.

— Конечно… Мой ответ такой… Понятия не имею! Может, он любил собираться утром, а может, у него вообще не было друзей… Я образованный человек, но и я не могу объяснить, какие привычки были у Уильяма Сантьяго…

Каффи слегка поежился от ненавидящего взгляда Джэссопа.

— Однако одно я знаю твердо: он должен был покинуть базу в шесть часов утра.

Полковник откашлялся и сел поудобнее, обдав холодным презрением Каффи.

— Имено из-за этого меня вызвали сюда? Телефонные звонки, тумбочки… Пожалуйста, скажите, у вас есть что-то посерьезнее, лейтенант! — Джэссоп вдруг сменил гнев на милость и по-отечески проговорил: — Эти два пехотинца могут сесть в тюрьму пожизненно… Неужели у их адвоката нет ничего, кроме каких-то телефонных счетов… У вас есть еще ко мне какие-нибудь вопросы?

Каффи молчал.

— Лейтенант! У вас есть еще вопросы к свидетелю, — нетерпеливо повторил судья Фэлтон.

Адвокат молча обвел взглядом состав суда.

Неожиданно полковник Джэссоп резко встал и, проходя к выходу мимо стоявшего в задумчивости Каффи, с наигранной веселостью произнес:

— Спасибо, Дэнни, я люблю Вашингтон…

— Простите, — остановил его Каффи, — но я вас еще не отпустил.

Джэссоп круто развернулся:

— Прошу прощения? — в изумлении переспросил он.

— Я еще не закончил допрос. Сядьте! — Дэнни весь напрягся.

Джэссоп не шелохнулся.

— Полковник! — обратился судья Фэлтон.

— Что?! — в прозрачных глазах Джэссопа закипела злость. Он направился к креслу свидетеля. — Он ко мне должен обращаться «полковник или сэр», я, кажется, это заслужил, — с яростью проговорил Джэссоп.

Судья сдержанно повторил:

— Адвокат должен обращаться к свидетелю «полковник или сэр»…

— Я не знаю, что у вас здесь за порядки, — пробурчал Джессоп.

— А свидетель будет обращаться к судье — господин судья или Ваша честь, — суровым басом пророкотал Фэлтон. — Я думаю, что я это заслужил… Садитесь, полковник!

Дэнни подошел к столу защиты и залпом выпил полный стакан воды. Джоан восхищенно смотрела на него, а Сэм одобряюще кивнул.

— Что теперь будем обсуждать? — спросил Джэссоп с издевкой. — Мои любимые цветы?

— Полковник! — Дэнни не ответил на иронию Джэссопа, — это был первый самолет, в 6 часов утра?

— Да, — полковник нервно подергал шеей.

— А не было ли самолета в 11 часов, который сел в 2 часа ночи на базе Эндрюс? — Каффи не спускал с Джэссопа взгляда.

— Мы, кажется, уже это обсуждали, лейтенант! — заметил судья Фэлтон.

— Ваша честь! — Дэнни взял со стола два объемистых тома. — Эти журналы с базы Гуантанамо и с базы Эндрюс. Здесь нигде не записан самолет, который вылетел в 23.00 и сел в 2 часа ночи… Мы просим приобщить их к делу…

И Дэнни положил журналы перед судьей. Фэлтон, перекладывая их на стол для вещественных доказательств, заметил:

— Я что-то здесь не понимаю. Это что значит, что рейса не было?

— Рейс был! — Дэнни повернулся к залу. — Мы потом вызовем Сисстона Мэлли и Энтони Родригоса — они работают на базе Эндрюс…

— Этих людей не было в списке! — вскинулся возмущенный капитан Росс.

— Мы их вызвали только для того, чтобы опровергнуть показания свидетеля, — Джоан Галуэй ответила за защиту.

— Ну хорошо, — согласился судья, — разрешаю..;

— Да это смешно! — не выдержал Джэссоп. — Проверьте, черт возьми, журналы! — почти прокричал он.

— Да, сейчас, минутку, сэр, — с готовностью согласился Каффи, — проверим.

— Вы сказали, что вы приказали Кендрику, чтобы рядового Сантьяго не трогали? — Дэнни благодушно глядел на свидетеля.

— Совершенно верно! — кивнул тот.

— Лейтенант Кендрик понял, что вы хотите от него? — поинтересовался Дэнни.

— Абсолютно! — последовал ответ.

— А может, он мог проигнорировать ваш приказ? — усомнился адвокат.

— Проигнорировать приказ? — переспросил с издевкой Джэссоп.

— А может, лейтенант Кендрик подумал: да ладно, старик с ума сошел… — не унимался Дэнни.

— Нет, — твердо сказал полковник.

— Лейтенант Кендрик, когда говорил с людьми, он им велел не трогать Сантьяго, а они не могли не выполнить приказ? — настойчиво допытывался Каффи.

Терпению Джэссопа пришел конец:

— Сынок! — угрожающе зашипел он на Каффи, — ты когда-нибудь был в пехоте?

— Нет, сэр!

— Ты когда-нибудь был на военной базе на территории противника? — гневно рявкнул офицер.

— Нет, сэр!

— Ты вручал когда-нибудь свою жизнь другому человеку, а он вручал тебе свою? — заорал Джэссоп.

— Нет, сэр! — одарил Дэнни полковника чистым взглядом.

— Мы выполняем приказы, сынок! — Джэссоп захлебывался от ненависти к Каффи. — Мы выполняем приказы, или люди — умирают! — Потом, поостыв немного, полковник добавил: — Все очень просто… Это понятно? — он смерил Дэнни уничтожающим взглядом.

— Да, сэр! — спокойно ответил лейтенант и, выждав немного, добавил: — Только есть еще один вопрос, полковник, прежде чем я вызову Родригоса и Мэл-ли… Если вы отдали приказ, чтобы Сантьяго не трогали, а ваши приказы ведь всегда выполняются, тогда почему же жизнь Сантьяго оказалась в, опасности? Почему нужно было переводить его с базы?..

Джэссоп заерзал под пронзительным взглядом адвоката. Ему было явно неуютно в этом казенном кресле, и он меньше всего на свете хотел отвечать на вопросы этого юнца в форме офицера правосудия. Джэссоп весь налился кровью и, багровея от злости, начал выплевывать в лицо адвоката фразу за фразой:

— Сантьяго был средним пехотинцем, его нужно было…

— Вы не это сначала говорили, — перебил его Каффи. — Вы сказали, что решили его перевести, так как жизнь Сантьяго была в опасности… Я спросил — в серьезной опасности, а вы ответили, что разве бывает другая опасность?.. Вам все это могут прочесть в протоколе…

— Я знаю, что я говорю, — взорвался Джэссоп, — не нужно мне ничего читать! Я не идиот…

— Почему два приказа, полковник? — неожиданно спросил Дэнни.

Глаза Джэссопа забегали.

— Иногда люди решают сами свести счеты с кем-то.

— Вы сказали только что, что ваши люди всегда выполняют приказы или умирают. Значит, Сантьяго не должен был быть в опасности? — Каффи, не моргая, смотрел на Джэссопа.

— Ну ты, ублюдок вонючий! — процедил он сквозь зубы.

— Мы требуем перерыв, — прозвучал голос обвинителя.

— Я жду ответа, — настаивал адвокат.

— Да, вы должны ответить, — согласно кивнул судья.

— Если лейтенант Кендрик отдал приказ, чтобы Сантьяго не трогали, тогда почему его нужно было переводить с базы? Полковник! Лейтенант Кендрик приказал устроить красное наказание, потому что это вы ему приказали! — договорил Дэнни довольно громко.

— Протестую! — возразил капитан Росс.

Каффи, не слыша его, продолжал кричать:

— Вы приказали через Кендрика этим людям?! Вы фальсифицировали журнал! Теперь боитесь в этом признаться! Полковник Джэссоп, вы приказали устроить красное наказание? — гневно переспросил адвокат.

— Вы можете не отвечать, — заметил судья Фэлтон.

— А я отвечу! Тебе нужны ответы?! — Джэссоп буквально завизжал.

— Я думаю, что имею на это право! — заявил Дэнни.

— Тебе нужны ответы?! — от ярости полковник захлебнулся.

— Я хочу услышать правду, — Каффи твердо стоял на своем.

— Правда тебе не по зубам! Сынок, мы живем в стране, где есть стены, их должны охранять люди с ружьем. Кто это будет делать? Ты?! — он глянул на Каффи, потом перевел взгляд на Сэма, — лейтенант Уэдберг?! У меня такая ответственность на плечах — ты даже представить не можешь! Тебе жалко Сантьяго! Ты себе можешь это позволить. Ты можешь позволить это, не зная того, что знаю я! Сантьяго умер, но, возможно, это спасло жизни! Тебе не нужна правда… Ты о ней не будешь говорить на вечеринках. Нет. Я нужен вам, на этой стене, нужен чтобы защитить вас! У нас есть честь, кодекс, верность. Это хребет нашей обороны, сынок. А для вас это все шутки! У меня нет ни времени, ни желания объясняться перед человеком, который спит под одеялом свободы, свободы, которую защищаю я! А он еще сомневается, так ли я это делаю. Ты должен сказать «спасибо», и все! А иначе иди и встань на этой стене, вместо меня! Да мне наплевать, что ты думаешь, наплевать на твои права! — Джэссоп вытер платком взмокший лоб.

— Вы приказали устроить красное наказание? — как будто и не было предыдущего монолога, спросил Каффи.

— Я выполнил свой долг, — твердо произнес полковник.

— Вы отдали приказ? — повторил Дэнни.

— Да, отдал, черт возьми, конечно отдал! — заорал в ответ Джэссоп и запнулся.

Долгое молчание воцарилось в зале суда.

Лейтенант Каффи подошел к кафедре судьи Фэлтона и сказал:

— Я предлагаю немедленно проводить присяжных из зала суда, чтобы воспользоваться 39-й статьей.

— У свидетеля есть права, — проговорил судья. — Капитан Росс?

Росс сидел пораженный.

— Джек? — окликнул его Дэнни.

Капитан Росс еще долго молчал, затем, кивнув, опустил голову.

Перед тем как ударить судейским молотком, Фэлтон сказал:

— Присяжных проводить в соседнюю комнату до дальнейших инструкций.

— Всем встать! — потребовал судебный пристав.

— Это что за черт еще? Что здесь происходит? Я выполнил свой долг и выполню его снова. Мне нужно спешить на самолет, возвращаться на басу, — проговорив все это, Джэссоп встал и направился к выходу.

— Никуда вы не пойдете, — остановил его судья. — Военная полиция — к полковнику!

— Так точно, сэр!

Джэссопа взяли под стражу.

— Капитан Росс! Это что за черт! — полковник уничтожающе глядел на обвинителя. — Меня что, обвиняют в каком-то преступлении? Это слишком просто!

И вдруг Джэссоп с кулаками бросился на Каффи. Мощные полицейские едва удерживали его.

— Я тебе глаза выдавлю, я тебе башку оторву! Ты к кому, кому, мать твою! — Джэссоп оттолкнул полицейских, встряхнулся и поднял с полу свою фуражку, оброненную во время потасовки. — Мать вашу, говнюки. Вы не понимаете, как защищать страну! — Каффи молча смотрел в глаза полковнику. — Ты, Каффи, сегодня ослабил страну, вот и все, чего ты добился. Из-за тебя жизнь людей в опасности. Приятных сновидений, сынок. — Ненависть переполняла Джэссопа.

— Не нужно называть меня «сынок». Я адвокат и офицер военно-морского флота США, а ты арестован, сукин сын!

Они молча смотрели друг на друга…

— Ваша честь! У меня нет вопросов к свидетелю. — Каффи повернулся к Джэссопу спиной.

В сопровождении охраны полковник вышел из зала.

Голос судебного пристава через несколько минут возвестил:\"

— Всем встать!

Присяжные заняли свои места.

— Вы пришли к какому-нибудь заключению? — устало обратился к ним судья Фэлтон.

— Да, сэр, — ответил один из них и протянул Фэлто-ну протокол.

— Капрал Доусон и рядовой Дауни, — обратился судья к подсудимым.

Подсудимые встали, огромный мулат показался еще больше рядом с изящным светлоголовым Лаути.

Судья сделал паузу и зачитал протокол:

— По обвинению в убийстве вы признаетесь невиновными. — От напряжения Каффи закрыл глаза. — По обвинению в заговоре с целью совершения убийства — вы признаетесь невиновными. — Джоан счастливо улыбнулась. — По обвинению в поведении, недостойном морского пехотинца США, вы признаетесь виновными. — Доусон и Дауни с недоумением посмотрели на адвокатов и опустили глаза. — С зачетом времени, которое вы провели в тюрьме, вы будете уволены из морской пехоты США. — Эти слова судья припечатал своим молотком. — Заседание трибунала закрыто. Всем встать!

Судья и присяжные покинули зал.

Наступила напряженная тишина. И вдруг рядовой Ла-ути Дауни, едва сдерживая слезы, кинулся к Доусону и, дергая за рукав, почти закричал:

— Что это значит? — Доусон молчал, опустив голову. — Эй, что это значит? — Дауни повернулся к защите: — Я не понимаю! Полковник Джэссоп приказал устроить красное наказание, он же приказал это! Так что же плохого мы сделали? Что мы сделали плохого? — еще громче закричал Дауни. — Мы ничего плохого не сделали!

После долгого мучительного молчания чуть слышно проговорил Доусон:

— Мы должны защищать тех, кто не может защитить себя сам. Мы должны были защитить Уилли.

Потрясенная этими словами Доусона, Джоан молча обменялась с Сэмом долгим взглядом и посмотрела на Дэнни. Каффи плотно сжал веки и отвернулся.

— Лейтенант Каффи, — представитель военной полиции нарушил тишину, — мне нужно проводить людей и оформить документы…

В сопровождении охраны подсудимые направились к выходу.

— Гарольд! — окликнул капрала Доусона адвокат, — ты можешь с честью носить свои медали!

Доусон остановился, умным взглядом посмотрел на Каффи. И вдруг громко скомандовал:

— Смирно! Офицер в помещении! — и, вытянувшись по стойке «смирно», отдал лейтенанту честь.

Лейтенант Каффи ответил на приветствие капрала по всем правилам воинского устава.

Уэтберг, Галуэй и Каффи еще долго смотрели вслед ушедшим.

Капитан Росс, собрав свои бумаги, подошел к Дэнни:

— Слушай, а зачем тебе были нужны эти Родригос и Мэлли? Что они должны были сказать?

Каффи, хитро блеснув глазами, произнес:

— Они должны были подтвердить под присягой, что не помнят о том рейсе…

— Ничего себе свидетели! — Росс присвистнул.

— Но они сделали то, что нужно, правда? И Дэнни счастливо улыбнулся.



Конец