Я забрал собачью лапу и положил её в дополнительный холодильник, который стоял в нашем гараже. Я обнаружил, что постоянно захожу туда, чтобы проверить как она, одержимый навязчивой мыслью, что она начинает портиться. Иногда, бывало, сдерживая слёзы, я её касался. Как-то раз я даже поцеловал. Хоть и недолго она была частью Стейси, и я чувствовал себя ближе к ней, когда гладил замёрзшую шерсть, вспоминая, как счастлива она была, когда спрыгнула со стола и направилась ко мне, чтобы обнять.

Возможно, я совершил ошибку, когда из-за меня дочь её лишилась.

— Стейси, — говорил я, рыдая. — Стейси…





В следующее после исчезновения Стейси и Джун воскресенье я онемело сидел перед телевизором, глазея на футбольный матч, но не следя за ним. Раздался звонок в дверь, и когда я подошёл, чтобы спросить кто там, то увидел стоявшую на крыльце Дарлу, смотревшую на меня ясными глазами.

— Стейси стало лучше? Может она выйти поиграть?

Мне хотелось сказать: «Стейси нет дома, она уехала», но рот не смог произнести эти слова.

Дарла просто стояла, глядя на меня взглядом, который заставил меня подумать, что ей об этом известно. Я начал закрывать дверь, но остановился, когда она сказала:

— У меня есть мысль, мистер Харрисон. Хотите её услышать?

Несмотря на то, что мне не нравилась эта девчонка, услышав её слова, я подумал, что речь пойдёт о дочке, и обнаружил, что киваю.





Через пятнадцать минут вместе с собачьей лапой я был в «клубе». Дарла сходила домой, чтобы принести то, что ей было нужно, и только-только вернулась. Она взглянула на меня, я кивнул и лёг на стол. Дарла намазала кошачьими консервами мою ногу, поплевала на них, затем прижала к ним лист какого-то растения. Я ничего не ощущал до тех пор, пока она не запела. Слова были безумными: что-то про танцующих на деревьях птичках и медведях, а мотив был таким же, как и у многих детских песенок, вроде «Гори, гори, маленькая звёздочка» или песенки про алфавит. На мгновение, пока она пела, я ощутил покалывание в ноге, странное ощущение не только на поверхности кожи, но и глубоко внутри, у самой кости.

Чувствовала ли это Стейси?

Дарла улыбнулась мне и подняла топор.

— Готовы? — спросила она.





Конец