Видя, что в библиотеку входит отец, Эндрю налил себе второй стакан.

— Ну и как я, по-твоему?

Как ему было велено, Эндрю устроил встречу с Лори в библиотеке, чтобы отец мог слушать их разговор из соседней комнаты.

— Ты уже пьян, — ледяным тоном ответил генерал.

— Пока нет, но скоро буду.

Эндрю снова уселся в кресло, однако тотчас пожалел об этом. На пару дюймов выше и на тридцать фунтов тяжелее восьмидесятилетнего генерала, он внезапно почувствовала себя перед ним едва ли не крошечным. Сегодня генерал Джеймс Рейли был в своем самом «домашнем» наряде: синяя спортивная куртка, серые шерстяные брюки и накрахмаленная белая рубашка. Обойтись без галстука для него было сродни тому, как появиться на людях в пижаме. Эндрю тотчас осознал петушиную яркость своего наряда, более уместного для казино где-нибудь в Майами.

«Ты всегда предпочитал мне Хантера, — подумал он, посмотрев на отца. — Более того, только и делал, что твердил мне об этом».

Эндрю хорошо помнил, как мать однажды поймала его на том, что он пристально разглядывал фото, на котором были изображены он сам, Хантер и отец. Тогда ему было всего десять лет. Когда мать спросила его, почему он рассматривает снимок, Эндрю расплакался. А потом, вытерев слезы, солгал, сказав, что-де плачет, потому что скучает по папочке, который сейчас по своим военным делам уехал в Европу. Правда же заключалась в другом: он плакал из-за того, что накануне ночью ему приснился сон, будто он на самом деле подкидыш. Как и отец, Хантер был подтянут и строен, с волевым подбородком и густой шевелюрой, какая обычно бывает у дикторов на телевидении. Эндрю же всегда был пухлым. «Ты всегда смотрел на меня как на толстого, неуклюжего младенца, — подумал он. — Разве мог я сравниться с братом, красавцем и всеобщим любимчиком!»

Вот и сейчас отец смотрел на него с уже привычным неодобрением.

— Послушать тебя, так это именно я требовал, чтобы Хантер разорвал помолвку. Почему ты не сказал ей, что тебе было доподлинно известно, что как только они приехали с банкета домой, Хантер собирался бросить эту женщину?

— Потому, отец, что я этого не знаю. — Эндрю услышал насмешку в собственном голосе. — Ты же давил на Хантера, требуя разрыва помолвки, хотя прекрасно знал, что он любил Кейси. Я согласился участвовать в твоей авантюре, но рисковать быть пойманным на лжи в национальном телеэфире — это уж увольте.

Хотя Эндрю и заверил Лори в своей готовности ей помочь, на самом деле он не испытывал такого желания. Будь его воля, он бы пустил в ход свой обычный шарм, выслушал бы ее, после чего вежливо отказал бы. Тем более что, по его глубокому убеждению, так поступила бы любая нормальная семья. Зачем будоражить дурные воспоминания? Зачем впускать посторонних людей в свой внутренний мир? К чему все это? Куда проще и разумнее отказать. Но их семья никогда не была нормальной, а Джеймс Рейли не искал себе легких путей. Эндрю вновь попытался отговорить отца.

— Честное слово, пап, зачем нам в это ввязываться?

— Станешь давать мне советы только тогда, когда за твоими плечами будет авторитет.

Эндрю еще глубже вжался в кресло.

— В любом случае я не понимаю, почему ты не захотел встретиться с ней лично? — пробормотал он, делая очередной глоток виски.

Отец сердито выхватил из его рук стакан. Эндрю вздрогнул.

— Потому что телевизионщики наверняка думают, что человек моего статуса отклонит их приглашение. Не хочу, чтобы у них сложилось впечатление, будто я горю желанием им помочь. Вдруг эта Моран заподозрит меня в намеренной лжи? Зато есть ты. На все согласный, сговорчивый персонаж…

Поймет ли отец когда-нибудь, что никакой он не персонаж? Что его личность — не маска, которую можно то нацепить, то снять? Эндрю тотчас перенесся в юность, в тот день, когда отец приехал проведать его в частную школу — до того, как его попросили «перевестись в менее требовательное учебное заведение».

Помнится, тогда отец весь вечер пел дифирамбы Хантеру за то, что тот «тонко и умело руководил сценой» во время студенческого аукциона, сборы от которого должны были пойти на стипендии нуждающимся студентам. О чем не было сказано ни единого слова, так это о том, что именно благодаря стараниям Эндрю на это мероприятие удалось собрать такое количество желающих. Пусть Хантер Рейли был предметом всеобщего восхищения, но друзей у него, Эндрю, почему-то было гораздо больше.

— То есть ты хочешь сказать, что я был круглый дурак, согласившись на участие в этом шоу? Между тем ты сам хочешь, чтобы мы в нем участвовали. В таком случае что это говорит о тебе самом?

— Эндрю, изощренное мышление не для тебя. Мы оба знаем, что это не самое твое сильное место. Когда наконец до тебя дойдет, что командовать чем-то можно только изнутри? Если нас не будет на этой передаче, она окажется вне нашего контроля. Представляю себе, какую ложь может наговорить эта Кейси про твоего брата! Про меня, про тебя, коли на то пошло… Если мы проигнорируем их шоу, безнравственные телевизионщики выскочат в эфир со своими измышлениями и без нас; мы же лишим себя шанса дать им отпор. Нет, мы должны принять в нем участие. Кстати, почему, по-твоему, она спросила про Марка Темплтона?

— Потому что в тот вечер он был на банкете. В эту передачу приглашают всех, кто мог подметить хотя бы какую-то мелочь. Господи, она даже хотела поговорить с Мэри Джейн!

— Не у всех нас есть время смотреть телевизор, — оборвал его Джеймс. — Мэри Джейн скажет то, что велю ей сказать я. Она всегда была верным солдатом. Ты же демонстрируешь верх наивности, полагая, что вопросы Лори Моран про Темплтона были чистой воды совпадением. Когда я поручу Мэри Джейн отправить им мои условия, она четко даст им понять, что я соглашаюсь на участие, но без особого энтузиазма. Моя роль будет сводиться к тому, чтобы хорошо отзываться о твоем брате.

— А моя?

— Тоже. С моей стороны было бы верхом глупости стирать на потеху всем грязное белье. Но когда ты рассказал свои старые истории про капризы этой Кейси, это получилось у тебя просто здорово! К тому времени, когда передача выйдет в эфир, Кейси сто раз пожалеет, что не осталась в тюрьме. Молодец, сынок. Молодец!

Эндрю мог по пальцам пересчитать случаи, когда он удостоился отцовской похвалы.

Глава 23

Лори не помнила, когда она в последний раз сумела войти в нью-йоркский бар, не прокладывая себе боком дорогу в толпе. На ее счастье, такое популярное место, как «Булю», в это время дня было пустым. Цоканье ее каблуков эхом отскакивало от сводчатого потолка, пока она шла в глубь заведения, где за самым дальним столиком разглядела Шарлотту и Анжелу. Они уже заказали три бокала вина и блюдо с закусками, на котором красовались ломтики пармской ветчины, салями, паштет и еще пара вещей, который Лори не осмелилась бы взять в рот.

Когда она подошла к их столику, Анжела быстро пожала ей руку.

— Спасибо, что согласились принять нас с Кейси без предварительной договоренности. Сестра позвонила мне вчера поздно вечером. Она была не в себе из-за этих комментариев… Ой, что это я! — Анжела прижала ладонь к губам. — Некрасиво так говорить. Я хотела сказать, что она очень переживала.

— Любой на ее месте переживал бы, — ответила Лори. — И все же, согласитесь, странно, что спустя пятнадцать лет кто-то начал распускать про нее в Интернете слухи, пользуясь тем же ником. По-моему, этот человек не только зациклен на том случае, но и хочет, чтобы Кейси тоже про это знала. Зачем использовать старый ник, если вы не хотите сообщить кому-то о своей ненависти?

— Эй, это вы о чем? — спросила Шарлотта и помахала рукой. — Мне тоже интересно. Ведь это я представила вас друг другу. Живо говорите, в чем дело?

— Извини, — сказала Анжела. — Я не хотела говорить это в присутствии Кейси. Она слишком расстроена.

Анжела быстро рассказала Шарлотте про комментарии в Интернете, подписанные ником RIP_Hunter.

— Наверное, это кто-то зацикленный на Кейси, — сделала вывод Шарлотта. — Или же разные люди, которые пользуются в Интернете одним и тем же ником.

— Не понимаю, зачем разным людям постить негативные комментарии про Кейси, притворяясь, будто это делает один человек, — сказала Лори.

— Согласна. Разумеется, это не заговор. Но когда я училась в колледже, помню, когда заходила в чаты, чтобы обсудить очередной звездный развод — да-да, не судите меня строго, — люди часто подписывали свои коменты «Команда Дженнифер» или «Команда Энджи». В Интернет-войнах всегда занимаешь чью-то сторону. То же самое касается и политиков. В наши дни эти войны кипят в «Твиттере». Миллионы людей печатают один и тот же хэштег, сигнализируя, кого они поддерживают. Но это не значит, что все это написал один человек. Откуда нам знать, вдруг этот ник, RIP_Hunter, — просто своего рода ярлык у тех, кто на стороне Хантера, и с его помощью они хотят показать, что Кейси была виновна?

— И как нам узнать, что это на самом деле такое? — спросила Лори.

— Надо проверить, что это за сайт. Нужно ли, чтобы оставить на нем комментарий, создать личный аккаунт с уникальным именем пользователя, или же туда может зайти любой и напечатать RIP_Hunter в качестве своей подписи.

Лори поставила мысленную галочку — нужно будет срочно заняться технической стороной вопроса. Хотелось надеяться, что пятнадцать лет назад адвокат Кейси это уже проверила. Если да, это избавило бы ее саму от риска увязнуть в трясине компьютерной терминологии, которую она с трудом понимала. На всякий случай Лори скрестила пальцы.

— Ничего не могу сказать по этому поводу, — откликнулась Анжела. — Лично ломала голову над другим: ведь наверняка были те, что точили на Хантера зуб. Кейси вряд ли назвала вам пару имен, хотя и могла. Во-первых, ее бывший бойфренд, Джейсон Гарднер. Жуткий ревнивец. Мне всегда казалось, что он по-прежнему любил Кейси и пытался ее вернуть. Даже тогда, когда она уже была помолвлена с Хантером. Когда же ее осудили, он в буквальном смысле смешал ее с грязью. Даже накропал «разоблачительную» книжонку. А еще на вашем месте я присмотрелась бы к Габриэль Лосон. Это жалкая стареющая светская львица, в свое время поставившая своей целью окольцевать Хантера. Кстати, оба были на том банкете. Оба останавливались у нашего столика. Я беспокоюсь лишь об одном. Если Кейси решит все-таки участвовать в передаче, это убьет ее мать, точно так же как суд над ней когда-то свел в могилу ее отца.

Анжела говорила с такой страстью, что даже не заметила, что Лори и Шарлотта встревоженно переглянулись.

— Анжела, — мягко произнесла Шарлотта, — пусть Лори спокойно поест и отдохнет. Как бы ты себя чувствовала, если б она взялась изводить нас вопросами про осенний показ моделей, от одной мысли о котором нас уже тошнит?

Лори была знакома с Шарлоттой не так давно. Но та уже не в первый раз как будто читала ее мысли. Вообще-то Лори обожала поговорить о работе, причем в любое время суток. Однако считала себя не вправе обсуждать профессиональные вопросы с членом семьи Кейси, да еще сидя в баре. Шарлотта же, как всегда, оказалась на высоте, деликатно сумев перевести разговор в другое русло, за что Лори была ей крайне признательно.

— О господи, ну конечно! — виновато произнесла Анжела. — Мы ведь не на работе. Никаких деловых разговоров.

— Ничего страшного! — сказала Лори. — Кстати, я уже внесла обоих — и Джейсона, и Габриэль — в список тех, с кем было бы неплохо побеседовать.

— Скажите, Лори, — произнесла Анжела, меняя тему разговора, — вы замужем или же состоите в нашем клубе одиноких дам? Я не вижу на вашем пальце кольца.

Шарлотта дружески обняла Лори за плечо.

— Наверное, мне следовало предупредить тебя, что Анжела бывает излишне прямолинейна.

Похоже, такая прямота смутила даже Шарлотту. С другой стороны, судя по всему, она не стала рассказывать Анжеле про ее положение, что уже хорошо. Иногда Лори казалось: первое, что узнавали про нее люди, так это про убийство Грега.

— Я тоже не замужем, — призналась она. Похоже, на данный момент такое объяснение удовлетворило всех.

— Шарлотта говорит, что я слишком зациклена на поисках мужчины. Мол, умей радоваться жизни в одиночку и все такое прочее. И все же, скажу честно, мне грустно оттого, что я так и не нашла своего единственного.

Шарлотта закатила глаза.

— Ты говоришь так, как будто тебе не сорок, а девяносто! Да твоей внешности позавидует любая женщина независимо от возраста.

— Нет, конечно, я выхожу в свет, но толку от этого — ноль без палочки, — рассмеялась Анжела. — Я дважды была помолвлена. Но чем ближе была дата свадьбы, тем чаще я спрашивала себя, хочу ли каждый день видеть лицо этого парня.

— Вот видишь! — воскликнула Шарлотта. — К тому же у Лори на ее сцене происходит гораздо больше событий, чем она в состоянии разрулить.

Анжела проглотила наживку.

— Ты о чем? Явно что-то лакомое…

— Просто один коллега… Но с ним все довольно сложно.

— Как, по-твоему, неужели он не передумает и не вернется в твою передачу? — спросила Шарлотта. — Без его голоса это будет уже не то… — И она басом изобразила начало их передачи: — Добрый вечер. Это Алекс Бакли.

— Не может быть! — воскликнула Анжела. — Алекс Бакли? На самом деле? Знаменитый адвокат?

Лори пожалела, что они сменили тему, однако кивнула.

— Он — ведущий нашего шоу. Вернее, бывший ведущий.

— Теперь моя очередь признаться, что я ни разу не видела этих передач.

Шарлотта легонько шлепнула подругу по руке.

— Как? Лори берется за дело твоей кузины, а ты даже не посмотрела ее шоу?

— Собиралась сделать это на выходных. И конечно же, я жуть как хотела посмотреть ее в прошлом месяце, когда рассматривалось дело твоей сестры. Но ты сама говорила, что не хочешь, чтобы этот выпуск смотрели твои коллеги, потому что это слишком личное дело.

— Я не имела в виду тебя, — ответила Шарлотта. — Ты ведь одна из моих лучших подруг.

— Вам не нужно оправдываться, — сказала Лори.

После этих слов за столиком воцарилось молчание. Затем Анжела покачала головой и вздохнула.

— Подумать только, Алекс Бакли… И впрямь мир тесен!

— Вы с ним знакомы? — спросила Лори.

— Сейчас — нет. Но миллион лет назад однажды сходила к нему на свидание.

— Зачем ты рассказываешь об этом? — покачала головой Шарлотта.

— Потому что это забавное совпадение. Да и было более пятнадцати лет назад. Древняя история… — Анжела махнула рукой. Шарлотта же продолжала смотреть на нее укоризненным взглядом. — В чем дело, Лори? Вы расстроены? Поверьте мне: как говорится, было и прошло. Как и с Хантером.

— Погоди! Ты и с ним тоже встречалась? — уточнила Шарлотта. — Скажи, а с кем ты не встречалась?

— Все не совсем так, Шарлотта, — сказала Анжела. — Тогда ты меня не знала. Я выходила в свет каждый вечер. У меня были бейсболисты, актеры, даже один репортер из «Нью-Йорк таймс». И пожалуйста, не думай то, что ты думаешь. Все было очень даже невинно. Мы были такие юные, когда жизнь забросила нас в мир красивой жизни, где всем девушкам полагается иметь кавалера… Как совсем недавно сказала Кейси: ей казалось, будто она знакома со всем Нью-Йорком. Когда мне было двадцать с небольшим, со мной было то же самое. Вы то гордо шествуете по красной дорожке, то, собравшись девчачьей компанией, хихикаете, словно школьницы. Как будто существовал некий неофициальный клуб самых популярных обитателей Нью-Йорка, в котором все друг друга знали и друг с другом общались. Ничего серьезного, — сказала Анжела и улыбнулась воспоминаниям. — Но, боже мой, как тесен мир! Кстати, с Алексом я познакомилась на пикнике в Вестчестере, куда попала вместе с Кейси и всем семейством Рейли. На тот момент постоянного кавалера у меня не было. Алекс же был умный и симпатичный. Кто-то сказал мне, что он работает адвокатом в юридической конторе хозяина дома. Мы с ним проговорили почти весь пикник. Поэтому я решила рискнуть и позвонила ему на работу, чтобы пригласить на ленч. Когда мы встретились, я поняла, что он еще не адвокат. Просто стажер на летний период и еще даже не окончил юридическую школу. К тому же я была на несколько лет его старше — сегодня на это никто даже не смотрит, не как в то время! Я ощущала себя старухой. Оглядываясь назад, я понимаю, что совершила ошибку. Стоит посмотреть, кем он стал!

Что-то в лице Лори заставило Анжелу умолкнуть.

— Наверное, зря я пустилась в воспоминания. Но, честное слово, это был просто один ланч. Извините, Лори, если я вас расстроила.

— Ничуть. Как вы сами сказали, мир тесен. Скажите лучше: если вы познакомились с Алексом на пикнике, куда вас вместе с собой захватили Рейли, значит ли это, что Алекс тоже с ними знаком?

— Трудно сказать, — пожала плечами Анжела.

Между тем Шарлотта дала знак официанту принести им еще по бокалу.

— Боюсь, с меня хватит, — сказала Лори. — Мне сегодня еще предстоит готовить сыну ужин.

— Ты уверена? Неужели ты пропустишь, как я стану терзать Анжелу расспросами про длинный список ее бойфрендов девяностых годов?

Нет, признания Анжелы ее очень даже заинтриговали — но в первую очередь прошлое одного человека.

У тебя найдется секундочка?

Быстро набрав текстовое сообщение, она отправила его Алексу.

Глава 24

Кончик дорогой ручки генерала Джеймса Рейли завис над блокнотом. Увы, сегодня он не смог выдавить из себя ни слова. Генерал работал над мемуарами. Права на будущую книгу уже приобрело одно крупное издательство.

Почерк генерала был четкий и аккуратный, как и все в его жизни. Мэри Джейн без труда читала написанное и уже начала набирать текст на компьютере. Обычно слова текли рекой. Судьба подарила Джеймсу волнующую, полную ярких и удивительных событий жизнь. Он стал свидетелем многих перемен в этом мире, и ему было что рассказать.

Генерал прекрасно отдавал себе отчет в том, что многие смотрят на него как на старика, хотя сам Рейли стариком себя не чувствовал. Он также отлично понимал, почему сегодня воспоминания даются ему с таким трудом. Генерал пытался писать главу о том, как потерял своего первенца, сына Хантера. За свои долгие годы он пережил немало потерь. Старший брат — его герой и лучший друг — молодым погиб во время боевых действий. Любовь всей его жизни, мать его детей, унес в могилу безжалостный рак. А затем, три года спустя, у него был украден Хантер — его первенец, названный так в честь любимого старшего брата. Эта смерть стала для него самым страшным ударом. Война и болезнь — это, конечно, ужасно, однако они — часть этой жизни. Но потерять сына, более того — потерять от руки убийцы!.. Временами Джеймс задавался вопросом, как он сам тогда не умер от горя.

Генерал положил ручку на стол — в таком состоянии, как сегодня, он вряд ли что-то напишет. Внезапно его мысли вернулись к Эндрю. Сегодня в библиотеке тот был не в лучшем своем настроении. Джеймс знал, что подчас бывал суров с младшим сыном. Но что поделать, если тот не оправдал его надежд… Эндрю уже пятьдесят, а он по-прежнему воспринимается как ребенок. Что говорит о многом.

Джеймс мог только догадываться, что Сенатор, как они с братом звали своего отца, сделал бы с ними, если б они вели себя так, как Эндрю. У него нет никакого чувства гражданской ответственности. На деньги его младший сын смотрел с самой примитивной, гедонистической точки зрения и транжирил их на всякую ерунду. Вечеринки. Розыгрыши. Вечные переводы из одной частной школы в другую. Азартные игры.

«Да, я суров с тобой, Эндрю, но я суров для твоего же собственного блага. И, покуда жив, буду направлять тебя на путь истинный. Ведь совсем скоро ты останешься единственным представителем семейства Рейли».

Пока же все попытки Джеймса сделать из Эндрю взрослого, ответственного мужчину с треском проваливались. Сколько раз он помогал сыну найти приличную работу — и что же? Например, когда Эндрю работал в фонде, то почти не появлялся у себя в офисе. В конце концов Джеймс был вынужден сказать ему, что так дело не пойдет. Когда Хантер заговорил о своих намерениях попробовать себя в политике, Джеймс переложил ответственность за фонд на Эндрю. Это тоже добром не кончилось; в результате фондом теперь управляли посторонние наемные работники, а не члены семьи.

А ведь все задумывалось не так! Хантер, будь он сейчас жив, наверняка нашел бы себе достойную супругу и нес бы и дальше доброе имя их семьи. Да, он сделал этой Кейси предложение и даже надел ей на палец кольцо, но до заключения брака никогда бы не дошло. В этом у Джеймса не было ни малейших сомнений.

Пусть Эндрю не слишком щепетилен в выборе подружек, по крайней мере, он никогда не брал их с собой туда, где они могли бросить тень на их семью. Чего никак не скажешь о Хантере. Кейси была его ахиллесовой пятой. Стоило Джеймсу вспомнить об этой особе, как у него тотчас подскакивало давление. Взять, к примеру, вечер, когда она принялась излагать за обеденным столом свои радикальные политические взгляды, и это в присутствии заместителя генерального прокурора и одной недавно избранной конгрессменши, — как будто в своей беззаботной жизни она сделала нечто выдающееся, что давало ей право на собственное мнение… В конце концов он был вынужден сказать Хантеру, чтобы тот отвез ее домой. У этой женщины не было совершенно никакого понятия о скромности и приличиях!

Поймав себя на том, что снова держит ручку, генерал посмотрел на блокнот. Он сам не заметил, что написал «на мне лежит ответственность». Уже не в первый раз слова сами выходили из-под его пера, когда он от них такого даже не ожидал.

«Это я сказал ему, что он не должен вводить эту женщину в нашу семью. Более того, я заявил, что если у них с ней когда-нибудь будут дети, я не позволю назвать им сына-первенца Хантером.

Я отдал военной службе сорок один год. Я видел зло и не раз сталкивался лицом к лицу с опасностью. Но я никогда не видел, чтобы та сидела за моим собственным обеденным столом. Мне и в голову не могло прийти, что я рискую жизнью собственного сына, требуя от него разорвать отношения с женщиной, которая была его недостойна.

На мне лежит ответственность».

И вот теперь эта авантюристка рассчитывает закатить истерику перед телекамерами в расчете на всеобщую жалость и сочувствие… Нет, этому не бывать. Он готов бороться до последнего вздоха, чтобы все увидели, кто она такая на самом деле — жестокая, хладнокровная убийца.

Он сказал Эндрю, что его роль сведется к тому, чтобы с суровым лицом смотреть в телекамеру. Но не зря он прошел военную школу и назубок знал главное правило: тщательное планирование — залог успеха. Эндрю сделает свое дело, а именно выставит Кейси вспыльчивой социопаткой. Старания же самого Джеймса останутся за кадром.

По крайней мере, Марк Темплтон не скажет ни слова — ни про фонд, ни про Хантера. Джеймс позаботился об этом сегодня утром, когда впервые за много лет поговорил с ним.

Глава 25

Лори выходила из такси перед офисом Алекса, когда зазвонил ее мобильник. Судя по иконке на дисплее, звонил Джерри. Лори не удивило, что тот еще на работе. Она тотчас ответила на его звонок.

— Плохие новости, — произнес он. — Наконец позвонил Марк Темплтон, бывший финансовый директор фонда Рейли. Сказал, что хотел бы выяснить, что и как. Грейс соединила его со мной. Я рассказал ему о передаче. Надеюсь, ты не против.

То, что Джерри сказал про плохие новости, означало одно: Темплтон отказался принять участие в передаче.

— Конечно нет. Я тебе доверяю. Как я понимаю, он отказался?

— К сожалению.

— Что-то здесь не так, — сказала Лори. — Он был в числе лучших друзей Хантера.

Вдруг Кейси права и смерть Хантера как-то связана с ревизией активов фонда?

— Я не хотел без твоего ведома поднимать тему финансов фонда. Лишь сказал, что хотел бы поговорить с ним про тот вечер на банкете. Его отказ был довольно логичен. Темплтон заявил, что всей душой любил своего друга и со временем пришел к выводу, что Кейси виновна в убийстве. Будучи главой уважаемого некоммерческого фонда, он чувствует себя не вправе участвовать в передаче, во время которой — я цитирую — Кейси попытается разыграть козыри в свою пользу.

— Ты прав, что не стал на него давить.

В разговоре с Эндрю она поступила точно так же, а именно обошла стороной финансы фонда. Эти вопросы может задать Райан, уже в процессе работы над передачей. Лори очень надеялась, что к тому времени они выяснят, что именно вынудило Темплтона оставить свой высокий пост.

А пока им есть еще кем заняться из списка Кейси.

— Я только что разговаривала с кузиной Кейси, Анжелой. Та подтвердила, что Джейсон Гарднер пытался вернуть Кейси после того, как они расстались. Даже после того, как состоялась ее помолвка с Хантером.

— Неужели? Даже если половина тех гадостей, что он написал о ней в своей книге, верна, странно, что он был готов с такой прытью дать задний ход.

— Я тоже так подумала.

На суде обвинение пыталось выставить Джейсона в качестве свидетеля того, какая ревнивая и вспыльчивая особа эта Кейси Картер. Судья отмел его показания как «субъективные личные впечатления». Что, однако, не остановило Джейсона от написания своей книжонки, в которой он выставил Кейси этакой Лиззи Борден[5]. Давай посмотрим, что еще мы сможем нарыть о нем.

— Понял, — ответил Джерри. — Тебя не будет до конца дня?

— Да. Увидимся завтра.

Надо срочно поговорить с Алексом, подумала Лори.

Глава 26

Алекс приветствовал ее в фойе довольно долгим поцелуем. Как же приятно, подумала Лори, чувствовать рядом с собой его тело.

— Забавно. Я привык ездить к тебе в офис, а не наоборот.

— Извини, что ворвалась, не предупредив, — сказала Лори и зашагала вслед за ним по коридору.

Хотя официально у Алекса была индивидуальная практика, на деле он делил рабочее пространство с пятью другими адвокатами. У каждого имелся личный помощник, однако вместе они оплачивали восьмерых секретарей и шестерых следователей. В результате это скорее напоминало небольшую юридическую фирму, хотя внутренний декор офисов, по мнению Лори, никак этому не соответствовал. Никакого темного дерева, никаких кожаных кресел и пыльных рядов книг. Алекс предпочитал современное открытое пространство, с обилием стекла, воздуха, солнца и ярких художественных полотен. Когда они вошли в его кабинет, взгляду Лори предстали огромные, от пола до потолка, окна, из которых открывался вид на Гудзон, от которого захватывало дух.

— Это лучшее время дня. Люблю наблюдать, как солнце клонится к горизонту. Смотри, какое сегодня прекрасное небо — розовое, с золотистым оттенком…

Лори всегда восхищало это умение Алекса найти время для маленьких радостей, которые многие воспринимали как само собой разумеющееся. Но не совершила ли она ошибки, приехав сюда? Вдруг она зря принимает вещи так близко к сердцу? Не лучше ли взять пример с Грейс? Вот кто никогда ничего не берет в голову…

Это был мир, который она совершенно не понимала. Ей всегда казалось, что Грег был единственной родственной ей душой, потому что между ними все было просто и ясно. «Но что, если я сама усложняю себе жизнь? Создаю для себя проблемы на ровном месте?»

— Чему обязан удовольствием видеть тебя здесь? — между тем поинтересовался Алекс.

Солгать ему она не могла. Раз пришла — выкладывай начистоту.

— Недавно мне показалось, что ты избегаешь говорить со мной на тему неправосудного приговора Кейси Картер.

— Неужели? — удивился Алекс. — Как уже сказал, я просто не знаю, зачем мне совать нос в это дело, если я больше не работаю в твоей передаче. Как только ты сказала мне, что хочешь знать мое мнение, я постарался изложить его тебе, исходя из тех фактов, которые запомнил с того процесса.

Лори показалось, что он как будто оправдывается. Вернее, увиливает.

— А потом ты сказал мне, чтобы я не поддавалась давлению Бретта и не принимала скоропалительных решений. Кроме того, ты подчеркнул, что, в отличие от героев наших предыдущих выпусков, Кейси нечего терять.

— Говори прямо, к чему ты клонишь, Лори?

— Мне показалось, что у тебя имелись свои причины, чтобы я не бралась за эту передачу. С чего бы это?

Алекс снова посмотрел в окно.

— Даже не знаю, с какой стати ты завела этот разговор. Мне казалось, что у меня дома все прошло наилучшим образом. Мне было так приятно быть вместе с тобой, твоим сыном и твоим отцом, не думая ни о какой работе, которая вечно затмевает все остальное… Мне казалось, что, уходя от меня, ты была счастлива. Или я ошибался?

— Нет. Но это было до того, как я узнала, что ты встречался с кузиной Кейси.

— Что ты сказала?

— Может быть, встречался — это слишком сильно сказано. Но когда ты учился в юридической школе, то был знаком с кузиной Кейси, Анжелой Харт. Скажи, ты именно поэтому пытался отговорить меня от этой передачи?

Казалось, Алекс натужно пытается вспомнить, кто такая мисс Харт.

— Неужели у тебя было так много женщин, что ты не можешь ее вспомнить? Ведь это же была модель! Думаю, большинство мужчин ее точно запомнили бы.

Это был удар ниже пояса, и Лори это прекрасно знала. Алекс всегда уверял ее, что он не «светский бонвиван». Но, хотя ему было уже под сорок, он ни разу не был женат, и на страницах глянцевых журналов рядом с ним всегда была какая-нибудь красивая женщина. И вот теперь Лори напомнила ему об этом.

— Модель? Ты имеешь в виду Энджи? Да, смутно припоминаю… Ты хочешь сказать, что она кузина Кейси Картер?

— Да. А еще она подруга Шарлотты, о которой я уже тебе говорила. И она сказала мне, что познакомилась с тобой на вечеринке в Хэмптонс[6], в доме одного видного юриста. Где она была вместе с семейством Рейли.

Судя по его глазам, Алекс вспомнил. Раньше он, похоже, действительно не замечал такой связи.

— Точно. На том пикнике был генерал Рейли. Все мы, студенты-юристы, смотрели на него затаив дыхание. Подумать только, ведь он пожал нам всем руки!

— А его сыновья, Хантер и Эндрю?

— Если они там и были, я их не запомнил… Лори, честное слово, не понимаю, к чему все это?

— Скажи, ты пытался утаить от меня факт своего знакомства с Анжелой Хант?

— Нет! — Алекс даже поднял руку, как будто приносил присягу.

— Ты пытался скрыть от меня факт знакомства с Хантером Рейли?

И снова «нет», и снова под присягой.

— Не помню даже, чтобы я встречался с ним, — ответил он ей.

— Существует ли некая причина, почему ты не хочешь, чтобы я делала эту передачу?

— Лори, мне начинает казаться, что ты лучше меня владеешь искусством перекрестного допроса. Выслушай меня. Мне прекрасно известно, как ты болеешь за свое детище, передачу «Под подозрением». Она целиком и полностью твоя, он начала и до конца. Только тебе решать, какое дело заслуживает того, чтобы посвятить ему очередной выпуск. Однако я уверен, что, независимо от того, какое ты примешь решение, тебе наверняка подвернется еще одно громкое дело, потому что у тебя потрясающее профессиональное чутье.

С этими словами он обнял ее и поцеловал в макушку.

— Есть еще ко мне вопросы?

Лори покачала головой.

— Ты знаешь, что ты красивее любой модели?

— Как хорошо, что сейчас вы не даете показания под присягой, господин адвокат… Мне же нужно домой. Надо приготовить Тимми ужин. Не хочешь составить нам компанию?

— Я бы рад, но сегодня вечером я произношу речь в Нью-Йоркском университете. Один мой знакомый сегодня вступает в должность профессора юридической школы.

Еще раз поцеловав Лори, Алекс проводил ее к лифту. К тому времени, когда она вновь оказалась в фойе первого этажа, ноющее чувство внизу живота вернулось. Она представила Алекса с поднятой правой рукой, дающего клятву говорить только правду. Нет, в его намерения не входило скрывать знакомство с Анжелой. Нет, он не помнит, что разговаривал с Хантером. И все же должна быть какая-то причина, почему он настроен против новой передачи с участием Кейси Картер.

Алекс так и не ответил на ее вопрос. Но внутренний голос Лори — а тот всегда оказывался прав — буквально кричал ей в ухо ответ: «Он что-то от тебя скрывает!»

Глава 27

Спустя три дня Лори, Грейс и Джерри собрались в ее кабинете, чтобы обсудить, как у них обстоят дела с письменным согласием тех, кто выразил желание участвовать в следующем выпуске их телешоу.

Грейс пролистала папку с бумагами.

— Из тех, кто присутствовал в тот вечер на банкете, у нас есть брат и отец Хантера, причем они однозначно дали понять, что считают Кейси виновной. Есть также письменное согласие Мэри Джейн. Затем — самой Кейси и ее двоюродной сестры Анжелы. Еще у нас есть домоправительница, которая подтвердит, что видела на прикроватной тумбочке Хантера фото в стеклянной рамке, где тот запечатлен с президентом. Плюс мать Кейси.

Джерри театрально простонал.

— Я не уверен, что нам надо ее задействовать. Пола, конечно, прекрасная женщина, но она звонит мне по меньшей мере трижды в день и говорит о всякой ерунде. Она уже извела меня своими вопросами. «Вы уверены, что Кейси снова не посадят в тюрьму? Скажите, Кейси не нужен адвокат? Вы не могли бы затушевать наши лица?» Никаких заслуживающих внимания фактов у нее нет. И я боюсь, что, если мы поставим ее перед камерой, она будет как тот олень перед автомобильными фарами.

— Я подумаю над этим, — сказала Лори. — Возможно, ты прав.

Зрители включат их канал лишь для того, чтобы услышать, что скажет Кейси. Ведь на суде, как известно, она отказалась давать показания. Зрителям требуется нечто большее, чем пропавшее с тумбочки фото.

— Я так до сих пор и не решила, стоит ли мне и дальше пытаться заручиться согласием Марка Темплтона, — сказала Лори.

Грейс вновь перелистала свои бумаги, пытаясь припомнить все имена.

— Это тот, что распоряжался деньгами, я правильно поняла?

Лори кивнула.

— Финансовый директор фонда Рейли, если быть точным. Он заявил нашему Джерри, что не хотел бы, чтобы его имя упоминалось в связи с именем Кейси Картер. Свой отказ он мотивировал тем, что-де сейчас он директор крупной некоммерческой организации, но что-то подсказывает мне: у него могут быть совершенно иные мотивы не привлекать к своей персоне внимание. Тот факт, что фонд Рейли имел при нем финансовые проблемы, наводит на самые разные вопросы, особенно если вспомнить озабоченность Хантера финансовой отчетностью и тот факт, что, уйдя из фонда, Марк почти год не мог найти себе новую работу.

Джерри постучал кончиком ручки по блокноту.

— У нас есть иные свидетельства, кроме слов самой Кейси, что состояние дел фонда вызывало у Хантера тревогу?

Лори большим и указательным пальцем изобразила ноль.

— Располагай мы такими фактами, мы могли бы нажать на Марка. Без них это все равно что хвататься за спасительную соломинку.

Лори поймала себя на том, что ей страшно не хватает разговоров, которые они когда-то вели с Алексом. Они тщательно перебирали все улики, рассматривая каждую со всех сторон…

— Я бы сказала, что за соломинку хватается Кейси, — произнесла Грейс. — Если Хантер действительно заподозрил что-то неладное с финансами и был внезапно убит, разве это не причина рассказать все полиции? Например, это мог бы сделать один из нанятых им ревизоров.

— При условии, что Хантер успел их нанять, — заметила Лори. — По словам Кейси, он заметил какие-то финансовые нестыковки и собирался нанять сторонних аудиторов, чтобы те проверили бухгалтерскую отчетность. Но опять-таки так утверждает Кейси. Я с удовольствием устроила бы Марку Темплтону допрос с пристрастием, но боюсь, что он позвонит Рейли и спугнет их. Я же уверена: в том, что касается их фонда, те не хотят даже легкого душка скандала. Пока в отношении Марка у меня не будет твердых улик, его лучше не трогать.

— А теперь хорошие новости, — бодро продолжил Джерри. — У нас есть две главные съемочные площадки. Коннектикутский дом Хантера достался его брату Эндрю. У меня же сложилось впечатление, что тот совершенно об этом забыл. Когда я обратился к нему с просьбой предоставить нам его для съемок, знаете, что он мне ответил? Цитирую: «Mi casa esta su casa». Мой дом — ваш дом. И хотя банкетный зал «Чиприани» забронирован на месяцы вперед, фонд Рейли разрешил нам сесть им на хвост во время предстоящего чествования доноров. Правда, это уже следующая суббота. То есть в нашем распоряжении всего десять дней. Но ничего, что-нибудь придумаем. Мы проведем съемку до начала их мероприятия — разумеется, в обмен на небольшое пожертвование. Я уже побывал там и могу сказать, что это просто идеальное место для съемок нашего шоу.

— У меня тоже есть на этот счет одна идея, — подала голос Грейс. — «Тиро а Сеньо» в Вест-Виллидж. Частный стрелковый клуб и ресторан в одном флаконе. Скажите, где еще вам предложат телятину под пармезаном и дадут пострелять в тире? Кстати, это был излюбленный тир Хантера. Мы могли бы найти тех, кто помнит его и Кейси.

— Молодчина, Грейс. Отличная идея! — похвалила Лори. — Эх, был бы поиск места съемки всегда таким легким делом…

Судебный процесс также облегчал им жизнь. Предыдущие выпуски их передачи были посвящены случаям, в которых дело так и не дошло до ареста, не говоря уже о судебном разбирательстве. Лори приходилось по крупицам собирать улики из выпусков новостей, газетных статей и предвзятых воспоминаний целой армии свидетелей. Но только не в этот раз. Последние несколько дней она провела, изучая протоколы судебного процесса над Кейси, и теперь имела ясное представление обо всех уликах и показаниях.

— Неужели мы и впрямь сумеем уложиться в поставленные Бреттом сроки?

В этот момент раздался стук в дверь, и в ответ на ее «входите!» в дверях вырос Райан Николс.

— Извините, что опоздал. Виноват.

Судя по голосу, он отнюдь не считал себя виноватым.

Глава 28

С появлением Райана их живая, непринужденная беседа стала натянутой и неуклюжей.

— Я не знала, что вы захотите присоединиться к нам, — сказала Лори.

— Вы же отправили мне утром электронное письмо. Разве я мог не прийти?

Отправляя утром Райану это письмо, Лори не воспринимала его как приглашение и уж тем более как приказ явиться на совещание. Когда она написала ему, что во второй половине дня собирается обсудить с Джерри и Грейс производственный график, с ее стороны это была просто любезность, проявление дружеского отношения к новому игроку в их песочнице.

— Алекс обычно оставался в стороне, пока мы не давали ему полный список свидетелей, готовых выстроиться в ряд перед видеокамерой, — сказала она. — Только тогда мы все вместе разрабатывали стратегию и тактику наших вопросов.

— Лори, — почти перебил ее Райан, — я бы предпочел быть в курсе дел с самого начала. Я только что говорил на эту тему с Бреттом.

Джерри и Грейс обменялись тревожными взглядами, словно брат и сестра, ставшие свидетелями родительской ссоры. Они знали: Бретт ходит перед Райаном на задних лапках, а значит, Лори не может даже пожаловаться ему на самоуправство нового ведущего. Знали они и то, что Лори привыкла видеть в Алексе надежного советчика, к чьему слову она прислушивалась.

Загнанная в тупик, Лори предложила Райану сесть.

— Мы всего лишь прошлись по письменным согласиям тех, кто изъявил желание участвовать в нашей передаче. — И она быстро назвала ему имена из их списка.

— Не густо, — холодно произнес он. — Было бы неплохо пригласить также кого-то из их друзей, чтобы те пролили свет на отношения Хантера и Кейси.

— Мы уже подумали об этом, — сказала Лори. — Но когда ее арестовали, все подруги Кейси отвернулись от нее. Что касается друзей Хантера, у них наверняка о ней предвзятое мнение.

— С чего вы решили, что оно непременно предвзятое? — спросил Райан. — Может, она и впрямь такая, как о ней говорят.

Джерри робко прочистил горло.

— А как насчет того парня, с которым встречалась Анжела?

— Вы имеете в виду Шона Маррея? — уточнила Лори. — Он позвонил вчера. Но от участия отказался. Сейчас он женат, отец троих детей. По его словам, любой жене будет неприятно, если ей скажут, что у ее мужа была другая женщина, тем более с такой внешностью, как у Анжелы. Он даже поинтересовался, хороша ли она до сих пор.

— Еще как, — заметила Грейс. — Такую легко возненавидеть.

— Шон также сказал, что ему в любом случае нечего сообщить. В тот вечер, когда состоялся банкет, его не было в Нью-Йорке, а до этого он не видел Хантера и Кейси как минимум пару недель. Все, что он может сказать, так это то, что, по его мнению, между ними была большая любовь. Их ссоры он воспринимал как дебаты, которые доставляли обоим огромное удовольствие. Но после ареста Кейси, читая, что о ней писали газеты, начал задаваться вопросом: не существовала ли в отношениях этой пары темная изнанка, о которой он не догадывался?

Райан многозначительно выгнул бровь.

— Какой проницательный человек! Кстати, а кто у нас альтернативный подозреваемый?

У Джерри тотчас нашелся готовый ответ.

— Я изучил список, который ты дала мне, Лори, — произнес он, нарочно сделав нажим на ее имени, в попытке вернуть ей контроль над их разговором. — Я позвонил знаменитой светской львице Габриэль Лосон и договорился с ней на сегодня, в три часа дня, о встрече с тобой.

— Извини меня, — перебила его Грейс. — Что это значит — «светская львица»? Например, я здесь — секретарь, Лори — продюсер, Джерри — ассистент продюсера, Райан — бывший адвокат. Но чем занимаются светские львицы?

Лори улыбнулась.

— В случае Габриэль Лосон я бы сказала, что это представительница богатой, влиятельной семьи, которая обожает ходить по красной ковровой дорожке и видеть свое имя в светской хронике.

Похоже, Грейс такой ответ удовлетворил, и Джерри продолжил:

— За день до убийства колонка светских сплетен под названием «Трёп» опубликовала фотографию Габриэль в обществе Хантера на акции по сбору средств для подростковых клубов. — Джерри протянул Лори распечатку пресловутого фото; на нем Габриэль буквально пожирала Хантера влюбленным взглядом. — Вряд ли это совпадение, но репортером была Минди Сэмпсон — та самая блогерша, что после выхода Кейси из тюрьмы неустанно кропает про нее новые посты. Когда Минди вела в газете свою колонку, она буквально хвостом ходила за Хантером, утверждая, что тот-де вернулся к разгульной жизни плейбоя и готов разорвать помолвку с Кейси. У него, видите ли, роман с Габриэль, которая, как известно, не делала секрета из того, что Хантер ей нравится.

Пятнадцать лет спустя Минди Сэмпсон продолжает постить свои измышления по поводу Кейси… Неудивительно, что Бретт так торопит их с передачей.

— Я также нарыл один материальчик, опубликованный в «Слухах» за неделю до происшествия, — добавил Джерри.

— Когда-то я обожала эту колонку! — воскликнула Грейс. — Там обычно печатали «слепые» светские сплетни, без упоминания имен.

Лори зачитала вслух выделенные фломастером строчки:

— «Кто из самых завидных нью-йоркских женихов, похоже, взялся за старое, вместо того чтобы чинно пройти к алтарю?» По-твоему, это про Хантера? — спросила она.

— После того как Кейси арестовали, пресса подумала именно так, — ответил Джерри. — Плюс его фото вместе с Габриэль. Все это наводило на мысль, что у бывших голубков все было не так сладко.

Что касается Габриэль Лосон, Лори представляла, что та скажет во время телешоу.

— Габриэль дала показания в суде. По ее словам, Хантер открыто флиртовал с ней на той благотворительной акции. А точнее, она тогда сказала следующее: он вел себя как тот, за кем всегда остается последнее слово. На банкете она подошла к их столу, обняла Хантера за плечи и поцеловала. Обвинение использовало это как свидетельство того, что Хантер собирался разорвать помолвку с Кейси.

Судя по лицу Джерри, Лори заподозрила, что на этом история не заканчивается.

— Но сегодня нам известно больше, чем адвокату Кейси пятнадцать лет назад. Габриэль Лосон трижды была замужем и трижды разведена. Между браками у нее было несколько громких романов, как реальных, так и вымышленных, которые она обожала выставлять напоказ перед прессой. Обычно ее заигрывания с богатыми мужчинами заканчивались тем, что те, как говорится, давали ей от ворот поворот. Один из них, режиссер Ханс Линдхольм, даже обратился в полицию и получил для нее запретительный приказ.

Лори, Грейс и Райан дружно пробормотали, что да, нечто такое они слышали, однако Джерри тотчас принялся грузить их подробностями.

— Согласно заявлению Линдхольма, он мимоходом познакомился с Габриэль на кинофестивале «Трайбека»[7]. Вскоре она начала неожиданно появляться на всех других публичных мероприятиях с его участием. Линдхольм также утверждал, будто Габриэль позвонила колумнистке, пишущей светскую хронику, и поклялась ей, будто они вместе присматривают себе квартиру.

— И что же это за колумнистка? — Лори вопросительно выгнула бровь.

— Кто, как не Минди Сэмпсон, первая и единственная… Доказать, что это Габриэль звонила Минди, невоможно, однако то, что суд выдал запретительный приказ, не подлежит никакому сомнению.

Грейс нахмурилась.

— Звучит прямо как цитата из фильма «Роковое влечение». Может, она решила, что раз уж Хантер не может достаться ей, то пусть он не достанется никому… Застрелила его и выставила Кейси убийцей.

— Заметьте, — сказала Лори, — даже Грейс начала видеть обратную сторону этой истории. Как вы знаете, у меня на сегодня с Габриэль назначена встреча…

— Я также провел небольшое расследование по Джейсону Гарднеру, — добавил Джерри.

— Это бывший бойфренд Кейси, — пояснила Лори для Райана. — На том банкете он как младший банкир оказался за одним столом со своим боссом.

— Кстати, еще один кандидат в навязчивые прилипалы, — заметила Грейс.

— Райан, — поспешил пояснить Джерри, — Грейс — наш главный спец по вынесению преждевременных вердиктов.

— Я бы сказала иначе, — с вызовом парировала та. — У меня редкий нюх на людей. Кстати, поначалу я была на все сто процентов уверена, что Кейси виновна.

— Солидарен с тобой, — сказал Райан.

— Но теперь у меня открылись глаза, — заявила Грейс, — и мой подозреваемый номер один — это Джейсон. Подумайте сами. Ваша бывшая девушка помолвлена с Большой Шишкой. Ваша компания покупает столик на благотворительном банкете, где ненавистный вам Хантер Рейли будет в центре всеобщего внимания. Любой нормальный человек на его месте предпочел бы оказаться где угодно, только не в этом зале. А вместо этого Джейсон приходит на банкет. Этого парня явно терзала ревность.

— Возможно, ты что-то нащупала, — согласилась Лори. — И Кейси, и Анжела утверждают, что Джейсон пытался вернуть Кейси, даже после того, как о помолвке было объявлено официально. И, как и Габриэль, после того, как Кейси обвинили в убийстве, Джейсон тоже обзавелся парой-тройкой скелетов в шкафу. Это в придачу к тому, что сразу после вынесения приговора он опубликовал свою скандальную книжонку. С тех пор Джейсон был дважды разведен. Обе бывшие супруги жаловались полиции, что уже после развода он имел привычку ездить мимо их дома. По ее словам, Джейсон злоупотреблял кое-какими веществами…

Райан поднял руку, прерывая ее.

— Даже не представляю, как вы уговорите этих двоих предстать перед камерой.

Лори показалось, что Джерри и Грейс поморщились, услышав это заявление. К счастью, Джерри грудью встал на ее защиту:

— Лори способна уговорить кого угодно. Невиновные помогают нам, потому что нам доверяют. Виновные же притворяются, будто доверяют нам, потому что не хотят выглядеть виновными.

Даже сама Лори не сказала бы лучше.

— Если мы заручимся согласием Габриэль и Джейсона, можно сразу приступать к съемкам. Если появятся новые зацепки, мы всегда можем доснять новые интервью.

— Что ж, в целом неплохой план, — сказал Райан.

«Наш план, — подумала Лори, — а не твой».

Она засунула ручку в проволочную спираль блокнота.

— Жаль, что мы так мало знаем о финансовом положении фонда.

— Это почему? — поинтересовался Райан.

— Потому что, по словам Кейси, она подозревает Марка Темплтона. Уходя из фонда, тот оставил его финансы не в самом лучшем состоянии. Кейси считает, что Хантер планировал независимую ревизию бухгалтерской отчетности фонда.

— Если верить тому, что тогда писали в газетах, — пояснила Лори, — активы фонда резко просели.

— Любопытно, — задумчиво произнес Райан, но не стал объяснять почему. — Весьма любопытно.

«Он так и не поделился с нами своими соображениями. Тогда какой толк от его присутствия здесь?» — подумала Лори.

— Мне нужно бежать, — объявила она. — Через полчаса у меня встреча с Габриэль, а ее квартира рядом с Грамерси.

Лори никак не ожидала, что Райан будет ждать ее у лифта.

— Я пообещал Бретту, что буду присутствовать с вами на всех интервью. У вас есть машина или мне позвонить моему шоферу?

Глава 29

Для человека, выигравшего несколько сложных процессов, Райан показался ей слишком нервозным. Когда швейцар у входа сообщил наверх об их прибытии, ее спутник то и дело стрелял глазами от него к лифту и обратно.

— Это ваш первый опыт разговора с потенциальным свидетелем? — шепотом спросила Лори.