Та сложила руки на груди и уставилась в противоположную стену.

Робби вошел в туалет и вытащил кляп у Келли изо рта, который тут же затараторил:

— Там девица… там… берегитесь ее… там девица, она все знает, она была…

— Мы ее взяли, — успокоил его Робби, развязывая ему запястья.

— Взяли? Точно?

— Точно, — кивнул Робби, принимаясь за веревки на лодыжках. — Идти сможешь?

— Кажется, да. — Держась за руку Робби, Келли вывалился из туалета в кают-компанию. — Очки. В шкафчике под УМНИКом.

— Сейчас принесу, — сказал Робби, торопливо направляясь в носовую рубку.

— УМНИК? — переспросила девушка. — Это еще что такое?

— Она связана? — вертя головой во все стороны, торопливо спросил Келли. — Ее ни в коем случае нельзя отпускать.

— Не волнуйся, — усмехнулся Фрэнк. — Никуда она не денется.

Вернулся Робби с очками и водрузил их Келли на нос. Тот, несколько раз моргнув, огляделся и, удовлетворенно кивнув, сказал:

— Отлично.

— Что случилось? — спросил Робби.

— Сейчас некогда рассказывать. Надо срочно ввести в УМНИКа новые данные.

— А как быть с ней?

— Заприте ее. Она слишком много знает.

— Ты хочешь сказать, — удивился Робби, — что нам придется держать здесь их обеих?

— Ничего не поделаешь, — быстро сказал Келли. — Если ее отпустить, она все испортит.

— Минутку! — перебила его девушка. — Вы же не можете…

— Заприте ее на корме, — повторил Келли. — А потом — за работу. — Он деловито потер руки и направился к УМНИКу.

— Но это же самый настоящий киднэппинг! — завопила девушка.

Фрэнк улыбнулся.

— Неужто? Робби, ты только подумай, мы — киднэпперы.

— Самому не верится, — улыбнулся тот в ответ.

Глава 8

— Но это же слишком рано! — пожаловался Робби.

— УМНИК говорит — сегодня утром, — возразил Келли, — а операцией руководит он.

— Что ж, послушаем, что говорит УМНИК, — предложил Фрэнк.

Трое компаньонов сидели за столом в кают-компании, заканчивая завтрак — бекон с яйцами, тосты и кофе. Они не ложились всю ночь, скармливая ненасытной машине новые данные и получая указания, но были слишком возбуждены, чтобы почувствовать усталость.

Снаружи светало. Солнце вставало над горизонтом, словно огромный сверкающий воздушный шар, Монтего-Бэй вылезал из постелей и начинал готовиться к новому дню.

— Все-таки мне кажется, что это слишком рано, — не унимался Робби. — Может, сначала стоит понаблюдать за ней еще?

— УМНИК считает, что мы знаем о ней все, что надо знать, — сказал Келли. — Если сидеть и ждать у моря погоды, вся картина может измениться. А вдруг она уже завтра возьмет да уедет с фестиваля и вернется в Голливуд? Вдруг фестиваль возьмет да закроется? Вдруг за ней начнет повсюду таскаться какой-нибудь безумный поклонник и еще больше усложнит нам задачу? Может случиться все что угодно.

— Наверное, ты прав, — пожал плечами Робби, — но все-таки… Как-то уж больно неожиданно. — Он вздохнул, допил кофе и закончил: — Я же не против, просто не думал, что это случится так скоро.

Келли посмотрел на часы.

— Пора.

— Мне надо надеть форму. — Робби встал, подошел к двери кормовой каюты, взялся за ручку и удивленно произнес: — Заперто.

Все трое одновременно вспомнили события вчерашнего вечера и уставились друг на друга.

— Я совсем забыл про девчонку, — признался Фрэнк.

— Тьфу ты! — нахмурился Келли. — Ну и ладно, черт с ней. Пусть посидит, пока мы не вернемся.

— Келли, наверное, ее все-таки надо накормить, — заметил Робби.

Келли фыркнул, подошел к двери, отпер ее и, раздраженно глянув на пленницу, сидевшую на кровати, скомандовал:

— Выходи! Завтрак.

Джиггер повернула голову и наградила его полным презрения взглядом.

— Значит, черт со мной, да?

— Не хочешь, как хочешь, — проворчал Келли, не обращая внимания на ее сарказм, и захлопнул дверь.

Но когда Джиггер принялась молотить в дверь кулаками и ногами, ее все же пришлось выпустить и накормить.



С холмов Роуз-холла — нового жилого района, раскинувшегося вдоль побережья к востоку от Монтего-Бэй, и предназначенного для застройки частными виллами и коттеджами, открывался потрясающий вид на Карибское море. Роуз-холл состоял из обширных участков, через которые проходило отличное асфальтированное шоссе. Многие из них уже имели своих хозяев, но лишь несколько коттеджей были завершены полностью — каждый со своим плавательным бассейном, кондиционерами, патио, высокой оградой и аккуратно подстриженной живой изгородью.

— Это где-то здесь, — произнес Келли, разглядывая незастроенные участки с переднего сиденья голубого «форда-кортины» — английской машины, взятой напрокат в агентстве «Авис». — Гараж с темно-лиловыми воротами. В разговорах, записанных вчера на магнитофон в главной гостиной, промелькнула фраза, что в течение сегодняшнего дня один из домов будет пустовать, поскольку его хозяин собирался в Кингстон.

— А что, если он сболтнул это спьяну? — предположил Фрэнк, развалившись на заднем сиденье.

— Трезвенников я там как-то не заметил, — поддержал его сидевший за рулем Робби.

— Над ним из-за этого долго подшучивали, — ответил Келли. — Нет, он говорил серьезно. Ты же сам слышал пленку. Гараж с темно-лиловыми воротами.

— Вон он! — крикнул Робби.

Дом, на который он указывал, выглядел весьма недурно, если не считать того, что ворота гаража и в самом деле были темно-лиловыми. Несколько экстравагантный, с красной черепичной крышей и покрытыми белой штукатуркой стенами, он стоял на сваях вдоль склона холма, круто спускавшегося к морю.

— А если хозяин решил никуда не ехать? — спросил Робби.

— Он говорил, что сегодня должен быть в Кингстоне, чтобы встретить семью, — ответил Келли. — А его приятель обещал заехать за ним к восьми и отвезти в аэропорт. Все было четко оговорено.

— Если они только вчера не перепились, — заметил Фрэнк. — Может, они там до сих пор дрыхнут.

— Сейчас узнаем.

Робби затормозил на шоссе у въезда на территорию участка. Келли вышел из машины и, пройдя по выложенной плиткой узкой дорожке, остановился у входной двери. Позвонил, подождал, постучал в дверь, подождал еще, снова позвонил, снова постучал, крикнул «Эй!», позвонил в третий раз и, наконец, пожав плечами, вернулся к своим компаньонам.

— Никого. Заезжайте:

— О\'кей, — кивнул Робби. Келли направился обратно к двери, а он включил указатель левого поворота, однако вместо этого яростно взревел мотор. — Ч-черт! — Робби выключил указатель поворота, дал задний ход и осторожно свернул на подъездную дорожку. — У этих англичан все не как у людей!

— Ничего-ничего, у тебя отлично получается, — подбодрил его Фрэнк.

— Заткнись! — прорычал Робби. Тем временем Келли извлек из сумки огромное кольцо с несколькими сотнями ключей и принялся подбирать подходящий, по очереди втыкая их в замок.

Робби вновь хлопнул по кнопке указателя поворота, снял ногу с педали сцепления, и машина, дернувшись вперед заглохла.

— Ч-черт! Пропади ты пропадом!

— Ты представляешь серьезную опасность для окружающих, — сказал ему Фрэнк, открывая дверцу. — Дай мне сначала выйти, а уж потом…

— Посмотрим, как у тебя получится, — огрызнулся Робби. — Ты еще с ней намучаешься.

Келли продолжал возиться с ключами.

— Пришло время для моего первого перевоплощения, — объявил Робби, вылезая из машины и расстегивая брюки.

— Есть! — воскликнул Келли. Дверь ворот гаража медленно поползла вверх, отчего дом сразу стал выглядеть в тысячу раз лучше. Внутри стоял «мерседес-бенц-300» песочного цвета.

Робби открыл заднюю дверцу «кортины», достал с сиденья костюм, и начал переодеваться. Натянув черные брюки, он повязал на воротничок белой рубашки черный галстук-бабочку, втиснулся в тесный черный пиджак и нахлобучил на голову черную шоферскую фуражку.

— Ну? Как я выгляжу?

— Даже не знаю, старина, — отозвался Фрэнк. — Мне и самому может понадобиться машина.

Робби довольно кивнул и, подойдя к Келли, который подбирал ключ к замку зажигания «мерседеса», спросил:

— Как у нас дела?

— Отлично, — не поднимая головы, буркнул тот.

— Эй, ребята, — окликнул их Фрэнк, садясь за руль «кортины». — Я поехал. До скорого.

Робби, облокотившись на крышу «мерседеса», с интересом принялся наблюдать за ним. Фрэнк устроился поудобнее, вставил ключ в замок зажигания, завел мотор и… в тот же миг зажегся указатель левого поворота.

Робби рассмеялся. Было слышно, как Фрэнк кроет английские машины на чем свет стоит. Затем указатель поворота погас, и несколько секунд спустя «кортина» задним ходом поползла по подъездной дорожке.

Мотор «мерседеса» мягко заурчал.

— Есть! — крикнул Келли. Заглушив мотор, он снял с кольца подходящий ключ, вылез из машины, и вручил его Робби. — У нас все готово.



— SOS… SOS… SOS… — сосредоточенно отбивала Джиггер каблуком туфли по металлической крышке иллюминатора азбукой Морзе.

— Проклятье! — проворчала она и, сдавшись, плюхнулась на кровать. Ну и как ей теперь выбраться отсюда? Неужели вокруг никого? А как же люди на соседней яхте? Неужели ее никто не слышит?

Люди на соседней яхте, будь они на борту, вполне могли бы услышать ее сигналы, но эти люди — майор Альфред Ффорк-Линтон и мисс Аделаида Рашби — в данный момент отсутствовали.

Точно так же, как его братья-близнецы по всему побережью Ямайки, отель «Махо-Бэй» состоял из нескольких выкрашенных в пастельные тона коттеджей, беспорядочно разбросанных вокруг главного корпуса — двухэтажного строения, вестибюль которого занимали стойка портье, бар и сувенирная лавка. Кабинеты администрации, конференц-зал и кинозал находились на втором этаже. Сразу за ним, рядом с бассейном, работало кафе на открытом воздухе, откуда было рукой подать до утыканного хилыми пальмами пляжа.

Фрэнк подошел к стойке:

— Привет. Я из оргкомитета фестиваля. Где тут у вас кинозал?

Портье, молодая девушка, на лице которой читалось глубокое безразличие ко всему на свете, медленно моргнула и лениво произнесла:

— Прошу прощения, сэр?

— Где тут у вас показывают кино?

— Вы имеете в виду фильмы?

— Я имею в виду то место в отеле, где Сэсси Манун будет просматривать кинофильмы через… — он взглянул на часы, — сорок пять минут.

— Здесь, в отеле?

— Насколько я понимаю, вы не хозяйка этого отеля, не так ли?

— Что?

— Я имею в виду, вы ведь работаете на кого-то еще, так?

Девушка медленно и с сомнением кивнула.

— Очень хорошо. Могу я поговорить с ним или с ней?

— С кем?

— С вашим хозяином.

— Вам нужен управляющий?

— Да, прошу вас! — взмолился Фрэнк. — Ради всего святого.

— Хорошо, — неторопливо кивнула она и скрылась за дверью.

Фрэнк остался ждать, барабаня пальцами по поверхности стойки.

Вскоре портье вернулась с другой молодой девушкой, окинувшей Фрэнка подозрительным взглядом.

— Управляющего сейчас нет на месте. Я могу вам чем-нибудь помочь?

— Трудно сказать, — честно признался Фрэнк. — Я из оргкомитета кинофестиваля. Нельзя ли взглянуть на помещение, где для мисс Сэсси Манун на стене будут показывать волшебные движущиеся картинки?

— Вы имеете в виду кинозал?

— Совершенно верно, — обрадовался Фрэнк. — Кинозал. Именно его я и имею в виду.

— Прямо за углом, — холодно ответила девушка, — вторая дверь слева. Потом вверх по лестнице и направо по коридору. Четвертая дверь по правой стороне… Между прочим, — так же холодно продолжала она, — у нас на Ямайке расистов на дух не переносят.

— Что вы говорите? — протянул Фрэнк. — А я и не знал.

— Постарайтесь это запомнить.

— Постараюсь. Непременно.



Келли указал на висевший на стене персидский ковер размером девять на двенадцать футов.

— Думаю, этот вполне подойдет.

Продавец-индус вежливо улыбнулся и потер мягкие ладошки.

— Замечательный выбор.

— И его можно доставить прямо сейчас?

— Сию же минуту.

— Хорошо. Иначе вам трудно будет найти мой дом. А так ваш грузовичок может ехать прямо за моей машиной.

— Превосходно.

Чековая книжка, которую Келли извлек из кармана, была настоящей, и он не сомневался, что ее владелец и в самом деле имеет на счету в Кингстонском банке всю указанную в ней сумму. Конечно, если бы тот сегодня утром проверил бардачок своей машины, откуда Фрэнк «позаимствовал» ее на стоянке у дома сэра Альберта Фицроя прошлой ночью, и сообщил об ее исчезновении в банк, а продавец позвонил бы туда до того, как Келли вышел из магазина, это могло бы поставить под угрозу благополучный исход операции. Однако судя по количеству выпитого гостями на вчерашней вечеринке, Келли чувствовал себя в безопасности в отношении первых двух «если», а подобострастное поведение продавца вселяло в него такую же уверенность в отношении третьего.

Продавец взял чек, выписанный Келли — на 327 фунтов 6 шиллингов и 5 пенсов — с наивной радостью деревенщины, получающего приз за победу в ярмарочных соревнованиях по бегу в мешках.

— Я прикажу свернуть ковер и погрузить его в наш фургон.

— Я подожду в машине, — ответил Келли. — «Мерседес» у входа.

— Конечно-конечно, — закивал продавец, улыбаясь и кланяясь. — Я видел, как вы подъехали.

Келли был уверен, что так оно и было. «Мерседес» с шофером всегда привлекает внимание, а человек на заднем сиденье поневоле внушает доверие. Он вышел из магазина и неторопливо устроился на заднем сиденье «мерседеса». Робби, изображавший шофера, сидел, положив руки на руль и глядя прямо перед собой. Мотор работал.

— Ты бы его выключил, — посоветовал Келли. — А то у нас такой вид, будто мы в любой момент готовы драпануть без оглядки.

— А кондиционер? Если заглушить мотор, то и он вырубится. С ума сойдем от жары.

— Да, ты прав.

На дорожку между магазином и соседним домом выкатил микроавтобус «фольксваген» бледно-зеленого цвета. На обоих бортах белыми буквами было выведено «„КОВРЫ И ОБИВОЧНЫЕ МАТЕРИАЛЫ“. Форт-стрит, Монтего-Бэй».

Келли кивнул сквозь заднее стекло водителю «фольксвагена», тот кивнул в ответ. Всего в микроавтобусе было два человека — оба здоровенные мускулистые негры.

Робби отъехал от магазина, и вскоре они были на восточной окраине города.

«Кортина» стояла на месте — чуть подальше поворота на подъездную дорожку, однако Фрэнка нигде поблизости не было видно.

— Все идет по плану, — сказал Келли.

Робби подогнал «мерседес» вплотную к лиловым воротам гаража и остановился. А затем они с Келли вышли из машины с пистолетами — незаряженными, но об этом было известно только им, — и решительной походкой зашагали к «фольксвагену», затормозившему за ними. Шофер и грузчик уже вылезли и стояли рядом с микроавтобусом. Келли и Робби направили на них пистолеты, и Келли сказал:

— Руки вверх.

Оба негра неподвижно застыли, ошеломленно уставившись на оружие.

— Hände hoch, — скомандовал Робби. — Elevette les mains. Manitas arriba[1] И вообще, на каком языке вы говорите?

— На английском, — после короткого замешательства отозвался водитель. — В чем дело, ребята? Что происходит?

— Ограбление, — проинформировал его Робби. — Это тоже английский. Надеюсь, все понятно?

Те переглянулись.

— Что, серьезно? — удивленно спросил водитель.

В этот момент лиловая дверь гаража поднялась, и показался Фрэнк — с лицом, затянутым черным чулком и в черных очках. Да еще в черных перчатках и в черном парике.

Водитель и грузчик посмотрели на Фрэнка, и один из них что-то быстро сказал другому на местном диалекте.

— Что он сказал? — спросил Келли у Робби.

— Почем я знаю? — с легким раздражением ответил тот. — Я, если ты не забыл, родом из Бостона.

— А почему ты меня не спросишь? — поинтересовался Фрэнк.

Водитель и грузчик, так и не поднимая рук, по-прежнему топтались у фургона. Келли потихоньку начал злиться.

— Заснули, что ли?! — рявкнул он. — Либо вы сейчас поднимете руки, либо мы вас проучим! Перестреляем как собак!

— А один ковер вас не устроит? — спросил водитель.

— С ума сойти! — простонал Келли.

— Слушайте, ребята, — начал терпеливо объяснять Робби. — Вот что сейчас произойдет. Мы собираемся угнать ваш фургончик. А вы будете…

— Ну уж нет! — тут же перебил его водитель. — Нам еще сегодня работать. Из-за вас у нас будут неприятности с…

— С ума сойти, — повторил Келли.

— У вас не будет никаких неприятностей, — заверил водителя Робби. — Мы вас только свяжем и запрем в гараже. А днем сообщим, где вас найти.

— Свяжете? — переспросил грузчик. — Что значит — свяжете?

— Свяжем — это значит свяжем, — объяснил Робби. — Веревкой. И заткнем рты кляпом. А потом уедем на вашем фургончике.

— И займемся еще более гнусными делами, — добавил Фрэнк.

— Парни, но вы же из Америки. На кой черт вам сдался наш фургончик? У американцев и так денег куры не клюют. Чего вы к нам-то пристали?

— Точно! — поддержал грузчика водитель. — Этот грузовичок — все, что у нас есть, а у вас, ребята, есть и «Эмпайр стэйт билдинг», и авиакомпания «Пан-Американ», и…

— И Нью-Йоркская центральная железная дорога, — подхватил грузчик, — и Уолл-стрит…

Келли взъярился окончательно.

— Вы, двое, быстро подняли руки! — завопил он. — Меня от вас сейчас стошнит! Или вы сию же минуту поднимете руки, или связывать вас уже не понадобится!

— Это хорошо, — обрадовался грузчик. — Терпеть не могу, когда меня связывают.

— Вместо этого тебя пристрелят, — пообещал Келли.

— Это что, шутка? — неуверенно улыбнулся водитель. — Вы же не собираетесь…

Келли побледнел, и его рука с пистолетом задрожала.

— Минутку, — пробормотал водитель, начиная беспокоиться.

— Лучше сразу лапки кверху, братцы. Коли Малыш Парсонс достал свою пушку, его уже никто не остановит, — ухмыльнулся Фрэнк.

— Молодец! — тяжело дыша, похвалил его Келли. — А ну, марш в гараж!

— Ребята, вы можете влипнуть в серьезную историю, — предупредил водитель.

— Он еще пререкается! — возмутился Келли. — Шагай давай!

Водитель пожал плечами.

— Как хотите. Только потом не говорите, что вас не предупреждали. — И он вместе со своим напарником неторопливо зашагал к гаражу.



— Это на втором этаже, — сказал Фрэнк. — От лестницы по коридору.

— А лифта нет? — спросил Робби.

— Да там всего два этажа, на кой тебе лифт?

— Просто я подумал про ковер…

— А что в соседних комнатах? — спросил Келли.

— Следующая дверь — мужской туалет, — пояснил Фрэнк, — единственное помещение до конца коридора. Здесь — конференц-зал, совсем маленький, — круглый стол и полдюжины стульев. А с другой стороны коридора — большой конференц-зал и чуланчик уборщика.

— Насколько вероятно, что в этих комнатах будут люди?

— Ну, про туалет точно сказать невозможно, но в конференц-залах — никого.

— Откуда ты знаешь?

— Запомнил номера комнат — двадцать пятая и двадцать восьмая. Внизу у стойки портье есть доска объявлений, где обычно пишут, где какие совещания и во сколько. Маленький зал будет пустовать весь день, а в большом ничего не запланировано до трех.

— Ладно, — кивнул Келли. — А как насчет киномеханика? Он будет в одной комнате с ней?

— Нет. Там две двери, почти рядом. Даже таблички с номерами — двадцать семь и двадцать семь-«А». В двадцать седьмой — кинозал, а в двадцать седьмой-«А» — киноаппаратная. Сразу за дверью — высокая ступенька.

— А оттуда никак нельзя попасть в кинозал?

— Нет, только из коридора.

— Комната большая?

— Примерно футов пять на восемь. Клетушка. По обе стороны — стойки с проекторами, а середина свободна. Еще там складной стул и стол с поднимающейся крышкой. Когда крышка опущена, двоим уже не разойтись. Над столом есть окошечко в кинозал, которое закрывается скользящей шторкой.

— А сам кинозал? — спросил Робби. — Большой?

— Размером с обычную комнату. Экран прямо напротив двери — там, где обычно бывает окно. И десять кресел из кинотеатра, по пять с каждой стороны прохода. Стоят в два ряда: в первом — по два, во втором — по три. Темно-синего цвета с пластиковой окантовкой, в левый подлокотник каждого вделана пепельница. Шире, чем в обычных кинотеатрах. И гораздо удобнее. Между последним рядом и стеной киноаппаратной — широкое пространство, покрытое синим ковром.

— Для нас достаточно широкое? — уточнил Робби.

— С гарантией. Еще и место останется.

— Других выходов в коридор нет? Например, боковые двери?

— Нет-нет, все. Дверь только одна.

— У них должна быть пожарная лестница. Нельзя иметь кинотеатр только с одним выходом.

— Но это же не кинотеатр, а всего лишь кинозал. Рассчитанный самое большее на десять зрителей.

— К тому же это не Нью-Йорк, — добавил Келли.

— Ребята, у меня тоже есть вопрос, — сказал Фрэнк. — Что, если она будет не одна?

— А с кем?

— Откуда я знаю? Может, кто-нибудь встретит ее по дороге в отель, например, кто-нибудь из старых знакомых. Или управляющий отеля, которому вдруг захочется оказаться в темной комнате наедине с самой Сэсси Манун.

— Она его отошьет, — уверенно заявил Келли. — Так утверждает УМНИК.

— А что он скажет по поводу незапланированных случайностей? Например, она столкнется с бывшим мужем в вестибюле? Как насчет этого?

— УМНИК говорит, что если вдруг возникнет какая-нибудь непредвиденная проблема, нам следует вернуться на яхту для получения дальнейших указаний или же постараться как-то ее обойти. А уж если и это не получится, то ничего не попишешь — останется только плюнуть на это дело, уплыть с Ямайки и придумать что-нибудь новенькое. Еще он говорит, что поскольку его там не будет, нам придется решать самим — продолжать операцию или сматывать удочки.

— Иногда я немного сомневаюсь в УМНИКе, — заметил Робби.

— Почему? — удивился Келли.

— Слишком уж сложно он рассуждает, вот почему. Мы делаем все в точности так, как он велит. Нам нужно только одно — похитить Сэсси Манун, верно? А что получается? Сначала мы угоняем машину. Потом рассчитываемся за ковер поддельным чеком. Потом похищаем двух человек и угоняем автофургон. Мало того, мы крадем еще и персидский ковер. Если так и дальше пойдет, то нас нельзя будет привлечь к уголовной ответственности, пожалуй, только за плевки на тротуар.

— Да и то еще неизвестно, — усмехнулся Фрэнк.

— УМНИК знает, что делает, — сказал Келли. — Можете на него положиться.

— Что ж, приятно слышать, — вздохнул Робби.

— Это уж точно, — поддакнул Фрэнк.

Глава 9

— Который час? — спросил Келли.

Фрэнк посмотрел на часы.

— Двадцать минут двенадцатого.

Он стоял, привалившись к левому переднему крылу «фольксвагена». Микроавтобус и «кортина» были припаркованы у левой обочины шоссе А-1, неподалеку от Роуз-холла. По другую сторону дороги раскинулось море, синее и спокойное. Келли, Фрэнк и Робби расположились между машинами — Фрэнк опирался на «фольксваген», Робби сидел на багажнике «кортины», а Келли расхаживал между ними. Все трое курили, Келли — с заметной нервозностью, и хотя у него были свои часы, он через каждые пару минут продолжал спрашивать у Фрэнка, который час.

Наконец он отшвырнул сигарету.

— Пора.

— Может, подождать еще пяток минут? — предложил Робби. — Чтобы все сработало наверняка.

— Согласно прогнозу УМНИКа, — сказал Келли, — Сэсси Манун и Б. Б. Бернард должны поругаться в ближайшие десять минут после начала фильма, и Бернард выйдет из отеля с собаками. Если сейчас двадцать минут двенадцатого, то он уже вышел.

— Если они приехали туда вовремя, — вставил Фрэнк.

— УМНИК считает…

— Ну конечно. — Фрэнк оттолкнулся от «фольксвагена». — Так считает УМНИК.

Келли с негодованием посмотрел на напарников.

— УМНИК знает все.

— Послушай, Келли, — поморщился Фрэнк, — никто с тобой не спорит.

— Мы едем или нет? — спросил Робби.

— Ладно, все в порядке, — проворчал Келли. — Вы выезжаете через три минуты, так?

— Так, — согласился Фрэнк.

— Да встречи, — буркнул Робби.

Келли, неловко помахав им рукой, подошел к «кортине» и сел за руль.

— Коробка передач слева, — прошептал он сам себе. — Переключать левой рукой. — В зеркало заднего обзора ему были видны его компаньоны, с напряженными улыбками наблюдавшие за ним. — Левой…

Он завел мотор, переключил левой, выехал на дорогу и, чувствуя огромное облегчение оттого, что все получилось как надо, помчался к отелю «Махо-Бэй». По правой полосе. На левую полосу он свернул лишь после того, как, глянув вперед, увидел автобус — как ему показалось — в милю шириной, который с ревом несся ему навстречу.

— По левой полосе! — поспешно пробормотал он, когда автобус просвистел мимо. — По левой. И переключать левой. И ехать по левой. И переключать левой…



Загоняя «кортину» на стоянку, Келли заметил, как Б. Б. Бернард с нелепым видом бродит за двумя афганскими борзыми, которые с интересом обнюхивали кустики, рассаженные вдоль стены отеля. Хорошо. Пока все шло по плану. Он вылез из машины — с неописуемым удовольствием — и взял с заднего сиденья секретарскую планшетку. По мнению УМНИКа, человеку с такой планшеткой никогда не задают лишних вопросов, поскольку она уже сама по себе указывает на то, что он — лицо официальное, и обладает некими особыми полномочиями.

Келли вошел в отель, следуя указаниям Фрэнка, поднялся на второй этаж и по коридору добрался до комнаты № 27-«А» — киноаппаратной. Он повернул ручку, но дверь была заперта.

Ну и что теперь, менять план? Он постучал, подождал, постучал еще раз, подождал еще немного и уже собирался постучать в третий раз, как дверь приоткрылась и в коридор выглянула сердитая коричневая физиономия.

— В чем дело? Мы заняты.

Мы? Но ведь киномеханик должен быть один! Впрочем, теперь это было не важно. Келли шагнул вперед со словами:

— Мне надо зайти к вам на минутку. Это не займет много времени.

УМНИК оказался прав. Киномеханик посмотрел на его планшетку и, придя к выводу, что обладатель оной имеет на это полное право, неохотно кивнул.

— Ну что ж, раз надо, заходите.

Он отступил назад и Келли, перешагнув через ступеньку, закрыл за собой дверь.

Как и говорил Фрэнк, комнатка была маленькой и тесной. Огромный черный кинопроектор справа, похожий на робота, построенного муравьями, тихонько трещал и подвывал, периодически пощелкивая. Рядом с ним стоял точно такой же второй. Крышка стола, крепившаяся к стене в средней части комнаты, была опущена — на ней Келли увидел холодного цыпленка на листе пергаментной бумаги, колоду карт, открывалку и две бутылки пива «Рэд страйп». Однако второго человека в комнате не было — по-видимому, у киномеханика была привычка говорить о себе во множественном числе.

— Мне через минуту ставить новую катушку, — предупредил он Келли.

— Я подожду.

— Ладно. Постойте здесь, мне надо мимо вас пройти.

Это оказалось непросто. Келли поднял планшетку над головой, и киномеханик, пыхтя и сопя, с трудом протиснулся к выключенному проектору слева. Рядом с объективом нацеленного в зал проектора в стене был глазок, и киномеханик заглянул в него, положив руку на панель управления.

Над столом располагалось смотровое оконце размером около четырех квадратных дюймов, которое было открыто. Перегнувшись через стол, Келли увидел кинозал и одинокую фигуру, сидевшую в темноте в заднем ряду.

Киномеханик заправил пленку в проектор, протянув ее через настоящий лабиринт зубчатых барабанов и прижимных роликов, закрыл крышку, и повернулся к Келли.

— Готово! У нас есть примерно двадцать пять минут.

— Я уверен, что это не займет много времени, — заверил его Келли. Пристроив свою планшетку на краю стола, он достал ручку и спросил: — Ваше имя?

— Джиллис, — ответил киномеханик. — Клемберт В. Джиллис.

— Что означает «В.»?

— Веллингтон, — смутился тот. — Вообще-то я никогда им не пользуюсь.

— Понятно. — Подавшись вперед, Келли заглянул в смотровое оконце. Она все еще была там. — Наши голоса никого не побеспокоят? Может, нам его закрыть?

— Нет, не надо, — сказал Клемберт В. Джиллис. — Она там ничего не слышит. Здесь же звукоизоляция. Видите? — Он показал на стены и потолок, обшитые квадратными белыми пластинами, усеянными круглыми дырочками.

— А как насчет смотрового окошка?

— Она абсолютно ничего не услышит. Даю гарантию.

— Очень хорошо, — кивнул Келли, понимая, что с этой темой пора заканчивать, и вновь нацелил ручку на планшетку. — Так, продолжим. Произнесите вашу фамилию по буквам…



Миновав ворота отеля, Фрэнк объехал главный корпус по асфальтовой дорожке и, завернув за угол, оказался на автостоянке. Б. Б. Бернард с афганскими борзыми находились справа от него — собаки дружно справляли нужду под пальмой.

— Вон та дверь, — показал Фрэнк, — ведет в коридор, который нам и нужен. Лестница на второй этаж — как войдешь, справа.