— Мне нужно забрать чемоданчик, — сказала Дарби.
— Мне очень жаль, но он останется здесь, — сказал Вамози. — Вы его получите, как только мы с ним закончим.
Двое федеральных агентов проводили обыск в ее служебной машине. Машина без опознавательных знаков перегородила дорогу. Дарби пришлось ждать, пока агент Вамози осмотрит все, что представляет для него хоть малейший интерес.
Ее телефон завибрировал снова. На этот раз звонил Пэппи.
— Я все утро только и делаю, что пытаюсь тебя выловить. Что у тебя делает телефон Купа?
— Мой телефон взорвался, — сказала Дарби, отходя подальше от «Исследователя». — Что происходит?
— У меня есть хорошие новости по тому фрагменту краски, который нашли у Рэйчел Свенсон на футболке. Мы нашли ее по немецкой базе данных. Это оригинальное автомобильное покрытие. Цвет называется «лунно-белый». Такая краска производится только в Великобритании, поэтому наша система и не смогла ее идентифицировать. Такая краска использовалась исключительно при выпуске машин марки «Астон-Мартин-Лагонда».
— Та самая, из фильмов о Джеймсе Бонде?
— Благодаря одному из фильмов «бондиады» марка действительно стала известной. Но модель, о которой я говорю, была выпущена раньше — она была запущена в производство в Великобритании где-то в конце семидесятых, примерно в семьдесят седьмом. На продажу в США машина поступила в восемьдесят третьем. Она была модернизирована — спереди и сзади было встроено по цветному телевизору. По тем временам она продавалась по цене восемьдесят пять тысяч фунтов, на сегодняшний день это примерно сто пятьдесят тысяч долларов США.
Дарби наблюдала за тем, как агент Вамози обыскивает ее рюкзак.
— Да уж, недешево, — сказала она.
— Я не знаю, сколько эти машины могут стоить сейчас. Должно быть, они просто превратились в коллекционную модель. В США их продано около дюжины. То есть речь идет о весьма ограниченном и избранном сегменте покупателей. Такую машину легко будет вычислить.
— Где ты сейчас?
— Сижу дома и до сих пор пытаюсь переварить произошедшее. Вчера я был на кладбище старых автомобилей, где собирал образцы краски. Я решил туда поехать в последний момент. Если бы не это спонтанное решение, я остался бы внутри здания, когда оно… когда это случилось.
Агент Вамози передал ее рюкзак одному из агентов и направился к ней.
— Я не знала, что твоя мать больна, — сказала Дарби. — Мне очень жаль.
— Ты это о чем?
— Тебе обязательно нужно ее навестить. Думаю, она обрадуется.
— Ты не можешь говорить?
— Да. Послушай, мне нужно идти. У ФБР ко мне есть кое-какие вопросы. Мне нужно проехать с ними в офис в Бостоне.
— Федералы забрали это дело себе?
— Точно, — сказала Дарби. — Кому ты еще говорил, что твоя мать больна?
— Никому, кроме тебя.
— Оставь так, как есть. Я перезвоню тебе на сотовый как только смогу. — Дарби повесила трубку.
Перед ней стоял Вамози.
— Вы не могли бы отдать фотографии, которые лежат у вас в заднем кармане?
Дарби протянула ему снимки.
— В вашем распоряжении есть еще какие-либо материалы, относящиеся к делу?
— Все, что было, вы забрали, — сказала Дарби.
— Во имя вашего же блага. Вы должны это понимать.
Затем Дарби усадили за руль «Исследователя», и двое агентов проследили за тем, как она уезжает. Вамози уже выехал, Дарби последовала за ним. От злости у нее тряслись руки, а глаза были влажными и горящими.
Она подумала о Рэйчел Свенсон. Рэйчел, с уверенной улыбкой и знаниями, заработанными нелегким путем, годами терпела невыносимую боль и жестокость. Рэйчел, с изможденным телом, сплошь состоящим из шрамов, незаживающих ран и переломанных костей, вела список своих подруг по несчастью, таких же узниц, как она, и вынашивала в голове план побега. Теперь она уже мертва.
А что с Кэрол? Жива ли она? Или уже похоронена где-то в безымянной могиле? Как Мел, тело которой теперь уже никогда не найти.
По другому краю леса проходило шоссе 86. Двадцать два года назад она видела, как там душили женщину. Она не знала, как ее зовут и что происходит. Но зато Виктор Грэйди знал. Человек из леса пришел за ней, но Дарби смогла спастись. Если она выжила тогда, то теперь уж переживет все на свете.
Теперь Дарби знала, что ей делать. Едва завидев выезд, она нажала на газ и влетела на пандус.
Глава 56
Дарби припарковала служебную машину на частной стоянке у черного входа в винный магазин. Избавившись от лишних глаз и ушей, она перезвонила Пэппи и быстро ввела его в курс последних событий. Она попросила повторить всю информацию, которую ему удалось раздобыть по кусочку краски, и занесла ее в электронную записную книжку.
— Уже давно собираюсь у тебя спросить… Кто послал образец краски немцам?
— Я, — ответил Пэппи. — Я послал им образец на случай, если федералы не смогут его распознать. К тому же немцы пообещали выяснить все сразу же, не откладывая в долгий ящик.
— То есть федералы не смогли определить, откуда краска.
— Я так понял, что да. Знакомый из федеральной лаборатории прислал мне по электронной почте письмо, в котором говорилось, что у него ничего не вышло.
Эван Мэннинг сказал ей то же самое.
— Дарби, если федералы на меня выйдут, мне придется им все отдать.
— Именно поэтому тебе нужно на денек куда-нибудь уехать.
— Вообще-то я и сам собирался ненадолго заглянуть в библиотеку Массачусетского технологического института.
— Отлично. Оставайся там и не бери телефон, пока я тебе не позвоню.
Затем она позвонила на мобильный Банвилю.
— Думаю, ты уже слышал хорошие новости, — сказала она.
— Наши друзья из ФБР наведались к нам в участок и сейчас роются в моих документах и компьютере.
— Что они ищут?
— Черт их знает. Они всем тыкают в лицо восемнадцатым параграфом, который якобы дает им право забрать себе это дело.
— Параграф восемнадцать… — повторила Дарби. — Это что-то связанное с Законом о патриотах?
— Точно. Он наделяет ФБР полномочиями на проведение внутреннего расследования по делам, связанным с терроризмом. Это все, что мне известно. Предполагать я могу только одно: судя по тому, как они засуетились, мы наткнулись на что-то, порочащее их, вот они и пытаются спрятать скелет назад в шкаф. В вопросах утаивания сведений нашему правительству нет равных. Особенно это касается администрации.
— Я нашла полный комплект…
— Нам не стоит обсуждать подобные вещи по сотовому. Перезвони мне через пять минут.
Дарби записала номер, который он дал, и отправилась на поиски таксофона. Один автомат висел прямо у входа в винный магазин. Дарби зашла внутрь разменять деньги и, запасшись четвертаками, перезвонила Банвилю. Она неотрывно следила за стоянкой, ожидая, что откуда ни возьмись вдруг появится агент Вамози.
Банвиль практически сразу взял трубку. Из нее доносился гул уличного движения.
— Они отслеживают наши телефонные звонки? — поинтересовалась Дарби.
— Когда речь идет о федералах, я не берусь ничего утверждать. Расскажи лучше, что ты нашла.
— Мы нашли череп. Я выкопала его только наполовину, когда появились федералы и принялись диктовать свои условия. Куп сказал мне, что поиск по CODIS принес результат.
— Интересно, неужели это послужило толчком к тому, что заварилась такая каша?
— CODIS выдаст им имя и последний известный адрес, по которому проживал человек. Я же знаю более быстрый способ найти Кэрол Крэнмор.
И Дарби рассказала ему о фрагменте краски.
— Значит, «Астон-Мартин-Лагонда», — повторил Банвиль. — Товар на любителя, что значительно сужает круг поисков.
— Импортную машину, да еще и выпущенную такой небольшой партией, думаю, найти не составит труда. Ограничим поиски лицами, проживающими в Новой Англии или ее окрестностях. Странник не станет каждый раз прилетать в Бостон издалека, он наверняка обосновался где-то поблизости. В то же время для всего того, что он проделывает с женщинами, ему необходимо уединенное место. Поэтому мы особое внимание обращаем на владельцев изолированных домов.
— Мэннинг сказал нам, что они так и не смогли идентифицировать фрагмент краски.
— Ну и…
— Возможно, они нам лгали, — предположил Банвиль. — Возможно, они уже сейчас пытаются выследить Странника с помощью образца краски.
— Либо Мэннинг говорил правду. Возможно, в их лаборатории так и не смогли распознать фрагмент краски, и они сейчас ищут Странника по карте.
— Не понял.
— Карта была распечатана с веб-сайта, — пояснила Дарби. Внизу страницы был напечатан URL-адрес
[23]веб-сайта. На Странника можно будет выйти при помощи IP-адреса.
[24]
— Мне это ни о чем не говорит. Я понятия не имею, что такое IP-адрес. И вообще не разбираюсь во всех этих компьютерных заморочках.
— Все, что требуется от федералов, — проверить всех людей, обратившихся к определенному участку карты. Они просто пойдут в компанию и им там распечатают весь перечень IP-адресов. IP-адрес — это уникальный набор цифр, который присваивается твоему компьютеру всякий раз, как ты выходишь в Интернет посредством ISP.
[25]Эти IP-адреса могут привести к конкретному персональному компьютеру.
— Если я правильно понял, IP-адреса — это что-то вроде виртуальных отпечатков пальцев.
— Это не просто виртуальный отпечаток, это гид, который приведет федералов прямо к порогу Странника. Федералы получат распечатку IP-адресов и начнут проверять по списку каждого, живущего в районе Новой Англии. На это уйдет некоторое время. Отыскать Странника по модели машины получится быстрее.
— Хорошо. Продиктуй мне еще раз свои заметки по образцу краски.
— Лучше скажи, где тебя найти. Это выйдет быстрее.
— Возвращайся в бостонский офис, пока не нарвалась на более крупные неприятности.
— Я хочу помочь тебе. Тебе сейчас особенно понадобятся люди, которым ты мог бы доверять.
— Дело не в доверии, Дарби. Федералы меня не тронут. Я дорабатываю последний год, а потом ухожу на пенсию. Но если они узнают, что ты не оставила это дело, то могут тебе основательно попортить кровь. Я уже видел, как это происходит. А случается это сплошь да рядом. Поезжай в центр. Я буду периодически звонить и держать тебя в курсе дела, обещаю.
— Если хочешь получить заметки, тебе придется допустить меня к расследованию.
— Впутываясь в это, ты рискуешь карьерой. Подумай над этим.
— Я только хочу найти Кэрол Крэнмор и вернуть ее домой. А чего хочешь ты?
Банвиль промолчал. Несмотря на это, Дарби продолжала:
— Мы теряем время. Возможно, Кэрол все еще жива. Нам нужно поторопиться.
— Кажется, ты говорила, что припарковалась у винного магазина?
— Оптовый винный магазин Джозефа на Палисаде, — уточнила Дарби. — Моя машина стоит с тыла, на служебной стоянке.
— В моем распоряжении еще есть микроавтобус для наблюдения. Можем вести расследование прямо из него. Буду через двадцать минут.
Глава 57
Команда ФБР по освобождению заложников вылетела чартерным рейсом из Квантико в 13.00. Они возвращались с совещания по делу Странника. И вот что они там узнали.
В конце девяносто второго года девять женщин испанского происхождения и одна афроамериканка исчезли из Денвера, штат Колорадо, и его окрестностей. Главный подозреваемый, Джон Смит, собрал вещи и съехал, прежде чем полиции удалось установить его адрес.
Перед отъездом Смит тщательно вымыл весь дом, но экспертам-криминалистам из полиции Денвера все же удалось обнаружить полустертый отпечаток подошвы. Этот отпечаток полностью совпадал со следом, оставшимся в грязи рядом с брошенной машиной, принадлежавшей одной из женщин. На пустом мусорном баке после обработки люминолом нашли пятна крови. Анализ показал, что кровь принадлежала двум людям.
Первый образец ДНК соответствовал генетическому коду одной из исчезнувших в Денвере женщин. Образец ДНК был занесен в CODIS, комбинированную систему индексов ДНК, созданную ФБР.
Второй образец крови также был внесен в CODIS, но имя его носителя не было известно ни правоохранительным службам, ни судебным лабораториям. Образец принадлежал Эрлу Славику, члену «Руки Господней», военизированной белой неофашистской группировки, чья программа «чистки» по национальному признаку была, в том числе, направлена на свержение правительства США. Ходили слухи, что группировка имела отношение к взрывам в Оклахоме, хотя их причастность так и не была доказана.
Кроме того, Славик являлся «элитным» осведомителем ФБР.
Славика, осужденного за избиение женщины-испанки, досрочно освободили в обмен на подробную информацию о деятельности группировки и тайных боевых учениях, которые она проводила на своей базе среди холмов Арканзаса, неподалеку от границы с Оклахомой. Будучи членом группировки, Славик как раз проходил курс обучения обращению с огнестрельным оружием и изготовлению бомб, когда в начале девяностых предпринял попытку похитить женщину-испанку, угрожая ей пистолетом. Славик потащил женщину, Еву Ортиц, в лес. По счастливой случайности он споткнулся и упал, что позволило Ортиц сбежать.
Но во время опознания женщина не смогла указать на Славика, и местная полиция его отпустила.
Когда слухи о неудавшейся попытке похищения достигли ФБР, Славик был уже на пути в Колорадо. Он взял себе имя Джон Смит и начал собственное движение во имя достижения расовой чистоты.
Учитывая «взрывоопасную» подоплеку дела, все имеющиеся о Славике данные были тщательнейшим образом отработаны. Его отпечатки пальцев и код ДНК попали практически во все существующие базы данных. И если Славик где-нибудь «засветится», ФБР сразу же объявит тревогу и пошлет к его местопребыванию группу захвата, в то время как правозащитные органы или судебные лаборатории, пославшие запрос, в качестве результата получат только кодовое название, которое ФБР присвоило Эрлу Славику, — Странник.
Следующей после Денвера остановкой был Лас-Вегас. За девять месяцев там исчезло двенадцать женщин и трое мужчин. Отпечатки подошв совпадали с найденными в Денвере.
Когда в девяносто восьмом Славик перебрался в Атланту, к поискам трех пропавших без вести женщин был привлечен специальный агент Мэннинг. Славик, выдавший себя за работника заправки, напал на Мэннинга, которому лишь чудом удалось тогда спастись, — прежде чем потерять сознание, он успел выползти за пределы станции. Сразу после этого на станции произошел взрыв. Подобно своим жертвам, Славик бесследно испарился.
Так было вплоть до сегодняшнего утра, когда в восемь часов CODIS сообщила о соответствии крови, найденной в доме исчезнувшей девочки-подростка из Массачусетса, коду ДНК Эрла Славика.
Во время взлета пассажиры молчали. Команда по освобождению заложников летела на базу ВВС в Портсмуте, штат Нью-Хэмпшир. Оттуда вертолет-бомбардировщик «Черный ястреб» должен был доставить их в командный пункт в Льюингстоне.
Командир Колин Канней снял наушник. Он несколько минут изучал свои заметки, прежде чем обратиться к экипажу с речью:
— Итак, бойцы, слушайте меня. Как выяснили наши специалисты из лаборатории, компьютерная распечатка карты, найденная сегодня рано утром, была сделана с онлайнового вебсайта, разработанного специально для путешественников. Вот тут-то нам и подфартило. Две недели назад картой воспользовался мужчина, проживающий по адресу Сидер-роуд, 12 в Льюингстоне, штат Нью-Хэмпшир. Работники Антикризисного управления уже на месте. Они провели внешнюю оценку обстановки. Мужчина, живущий в том доме, и есть наш парень, Славик.
— Будем надеяться, что он никуда не ускользнет, пока мы до него доберемся, — сказал Сэмми ДиБаттиста.
По салону пробежал нервный смешок.
— «Черный ястреб» благодаря любезности наших коллег с базы ВВС в Портсмуте примерно час назад выполнил круг над домом и сделал пару снимков с воздуха, — сказал Канней. — Местность густо засажена деревьями. Но это нам только на руку. Интересующий нас объект состоит из трех построек: сам дом, внушительных размеров гараж, в котором стоит несколько машин — было замечено два фургона, — и бункер. По периметру участок окружен колючей проволокой, камерами видеонаблюдения, снабжен инфракрасной замыкающей сигнализацией — в общем, все, чего душе угодно. — Канней сделал выразительную паузу, желая донести до всех и каждого смысл следующей фразы. — Славик провел немало времени на учебной базе «Руки Господней» в Арканзасе. Он не только умеет стрелять, а еще и разбирается во взрывчатке. Ни для кого из нас не секрет, что бомбой он разнес полгоспиталя, а самодельная пластиковая взрывчатка, подложенная в посылку от «Фед Экс», едва не стерла с лица земли Криминалистическую лабораторию Бостона. Этот человек убил двух наших агентов при помощи динамитных шашек, спрятанных в фургоне. Идя туда, мы ни на секунду не должны забывать о «сюрпризах», которые могут ждать нас в любой из построек. К тому времени, как мы прилетим, уже наступит ночь. Разведка показала, что на территории владений Славика есть еще люди — скорее всего, какие-нибудь недоноски-резервисты, которых он нанял по случаю. Я хочу свалить его одним махом. Я сделаю все от меня зависящее, чтобы не допустить очередную чертову перестрелку.
На лицах присутствующих явно отразилось воспоминание о Уэйко.
[26]
Канней посмотрел на двух своих лучших снайперов, Сэмми ДиБаттиста и Джима Хэгмана.
— Сэм, Хэгги, не вздумайте стрелять без моей команды, понятно?
Оба мужчины кивнули. За них Канней не переживал. Он видел этих парней в деле и знал, на что они способны.
— Мы не знаем точно, сколько женщин держит у себя Славик, — сказал Канней. — Мы идем туда с расчетом на то, что они живы. Спасти этих женщин — наша прямая обязанность. Нам предстоит настоящий бой, поэтому времени на переговоры не будет. И последнее. Это сугубо внутренние разборки. Поэтому можно не опасаться вмешательства местных или ATF. Антикризисное управление обеспечило нас всеми необходимыми техническими и боевыми средствами. На этом все. Вопросы будут?
Сэмми ДиБаттиста задал вопрос, который, похоже, интересовал многих:
— А что нам делать, если Славик будет пытаться вступить с нами в переговоры?
— Все очень просто, — сказал Канней. — Уничтожьте этого сукиного сына.
Глава 58
Компьютеры в массачусетском управлении автотранспортом невероятно долго грузились. Два часа ушло на то, чтобы составить список из двадцати страниц, куда входили владельцы и бывшие владельцы всех двенадцати импортированных в Штаты машин марки «Астон-Мартин-Лагонда».
Дарби пробегала глазами листы, испещренные мелким шрифтом, в поисках последних владельцев, в то время как Банвиль разговаривал по одному из защищенных телефонов внутри микроавтобуса для наблюдения. Прошло четыре часа с тех пор, как федералы единолично занялись расследованием. За это время он успел сколотить небольшую группу детективов, которым мог доверить вести скрытое расследование.
Из двенадцати «лагонд» только восемь все еще были на ходу. Остальные четыре давно отправились на металлолом. Дарби как раз изучала записи в блокноте, когда Банвиль наконец оставил телефон в покое.
— Рэйчел Свенсон скончалась от воздушной эмболии, — сказал он. — Кто-то вкачал ей воздух через капельницу. Саму капельницу, равно как и кассеты из камер наблюдения в отделении интенсивной терапии, федералы изъяли.
— Чудесно, — сказала Дарби. Федералы явно шли по их следам.
— Мы опрашивали медсестер из отделения интенсивной терапии, но все дружно твердят о взрыве, все остальное напрочь вылетело у них из головы. На это и рассчитывал Странник, когда подкладывал в госпиталь бомбу. Этот сукин сын специально вызвал панику и переполох, чтобы проникнуть внутрь незамеченным.
— Это было прямо второе одиннадцатое сентября. Все метались по коридорам в поисках выхода. Никому ни до кого не было дела.
— Ловко, ничего не скажешь, — сказал Банвиль, потирая подбородок. — Я одного не понимаю: почему он сразу не ушел?
— Задетое самолюбие, наверное. Еще ни одной из жертв не удавалось сбежать. Или он боялся, что Рэйчел слишком многое знает, и не мог допустить, чтобы это стало известно нам. Посмотри, что у меня получилось по машине. — Дарби взяла в руки лист, на котором маркером были выделены восемь имен. — Ближайшими штатами, где проживают последние владельцы «лагонд», являются Коннектикут, Пенсильвания и Нью-Йорк.
— А разве одна из жертв Странника была не из Коннектикута?
Дарби кивнула.
— Взгляни на это имя.
— Томас Престон из Нью-Кэнена, штат Коннектикут, — прочел Банвиль. — В течение двух лет был владельцем машины, а около двух месяцев назад продал ее. Новый покупатель «лагонды» до сих пор не зарегистрировался.
— Странник может оказаться тем парнем, который купил машину. Но давай на всякий случай отработаем Престона: посмотрим, как долго он живет в Коннектикуте и нет ли у него фургона.
Банвиль потянулся к телефону на стене.
— Стив, это Мэт. Взгляни-ка на пятнадцатую страницу. Примерно посередине увидишь имя Тома Престона из Нью-Кэнена, штат Коннектикут. Выясни о нем все, что сможешь. В частности, мне нужно знать, есть ли у него фургон.
Через двадцать минут зазвонил телефон. Банвиль секунду послушал, потом зажал трубку ладонью.
— У Престона нет судимостей. Ему пятьдесят девять, адвокат, разведен, живет в своем доме уже двадцать лет. Фургона у него нет и никогда не было. Престона вычеркиваем.
— Теперь нужно выяснить, кому он продал машину, — сказала Дарби. — Нам нужно имя покупателя. Попроси своего человека узнать домашний телефон Престона, а за одно и все остальные его контактные номера — рабочий, сотовый и так далее. И пусть еще выяснит, услугами какого страхового агентства пользуется Престон.
Банвиль отдал необходимые распоряжения и повесил трубку.
— Если покупатель действительно Странник, то ничего не мешало ему назваться вымышленным именем, под которым мы никогда не сможем его найти.
— Скрести пальцы. Должна же когда-нибудь начаться полоса удач.
— Зачем тебе понадобилось название его страхового агентства?
— Нам удобнее будет прикинуться служащими страховой компании. Не забывай, что он — юрист. Мне ли тебе рассказывать, как начинают вести себя подобные парни, стоит только начать задавать им вопросы по уголовным делам. Да он свалит нам на голову кучу законодательных актов и бумаг. Пройдет неделя, пока мы добьемся от него вразумительного ответа. А если назовемся страховиками, то сразу же получим ответы на все вопросы.
— Согласна.
Спустя еще десять минут Банвилю снова перезвонили.
— Не возражаешь, если говорить буду я? — Дарби боялась, что Банвиль своим резким поведением может настроить Престона против них.
Банвиль протянул ей трубку.
Дарби набрала сначала рабочий номер. Секретарь сказала, что мистер Престон на другой линии.
Дарби пришлось несколько минут слушать мягкую, приятную музыку.
— Том Престон.
— Мистер Престон, вас беспокоят по поводу вашего «Астон-Мартин-Лагонда».
— Я его уже два месяца как продал.
— А табличку с номерными знаками вы сдали?
— Конечно.
— А в наших записях говорится, что в управление автотранспортом утверждают противоположное.
Престон занял оборонительную позицию.
— Я возвращал табличку. Если возникла проблема, решайте ее с управлением автотранспортом.
— По всей видимости, произошла ошибка. Вы делали копию документа о передаче прав владения?
— Естественно. Я снял копии со всего. Вот чертова регистратура, опять что-то напутала! Если бы я так вел свои документы, меня бы давно дисквалифицировали.
— Вполне понимаю ваше недовольство. Предлагаю такой вариант: вы мне говорите имя и адрес человека, которому послали договор, а я постараюсь избавить вас от поездки в регистратуру.
— Но я не помню его имени. А копия договора хранится дома. Я перезвоню вам завтра утром. Как, вы сказали, вас зовут?
— Мистер Престон, мне очень нужно решить этот вопрос прямо сейчас. У вас есть кому позвонить домой?
— Нет, я живу один. Хотя погодите… Ведь я же посылал ему по почте руководство к пользованию!
— Простите?
— Когда он приехал забирать машину, у меня на руках не было оригинала руководства по пользованию, — сказал Престон. — Я не смог его найти. Он во что бы то ни стало хотел его получить, а вместе с ним и любые другие документы, которые могут у меня оказаться, поэтому я пообещал поискать. Он оставил свой адрес, а я сказал, что все ему вышлю. Я записал адрес в ежедневнике… А вот и он: Карсон-Лейн, 15 в Гленне, Нью-Хэмпшир.
— Как зовут этого мужчину?
— Дэниел Бойль.
Глава 59
Доверенный детектив Банвиля, работающий в регистратуре Массачусетс, уже успел связаться с коллегой из нью-хэмпширского управления автомобильного транспорта. Согласно базе данных, Дэниел Бойль два дня назад продал свой фургон, но табличку с номерными знаками пока не вернул. В его регистрационном файле машина марки «Астон-Мартин-Лагонда» не значилась.
Управление автомобильным транспортом в Нью-Хэмпшире закончило пересылку фотографии Бойля с его водительских прав.
На мониторе компьютера отобразились права на имя Дэниела Бойля, белого сорокавосьмилетнего мужчины, у Бойля были густые светлые волосы и располагающее лицо с мертвыми зелеными глазами.
Банвиль повесил трубку и тут же принялся набирать другой номер.
— Три дня назад Бойль позвонил на телефонную станцию, чтобы ему отключили домашний номер.
— Похоже, он собирается съезжать, — заметила Дарби.
— А может, уже съехал. Мы пытаемся выяснить, есть ли у него сотовый телефон. Если есть, и он постоянно носит его с собой включенным, мы сможем определить его точное местонахождение по сигналу сотового. Вот только у меня для этого нет необходимого оборудования. Нужно будет обращаться за помощью к сотрудникам телефонной компании.
На этот раз Банвиль связался по телефону с шерифом округа Гленн. Дарби смотрела на монитор глобальной системы навигации. Они ехали на север со скоростью девяносто пять миль в час. Если они и дальше будут продвигаться такими темпами, то примерно через час будут у Бойля.
— Окружного шерифа, Дика Холлоувэя, я не застал. Его рабочий день уже закончился, — сообщил Банвиль, повесив трубку. — Диспетчер передала ему сообщение. Женщина, с которой я разговаривал, неплохо ориентируется в обстановке — интересующий нас дом и еще шесть таких же старых домов расположились на берегу озера. По ее словам, местность довольно уединенная. Она не помнит самого Дэниела Бойля, зато знала его мать, Кассандру. Она жила там много лет, а потом внезапно исчезла.
— И это все ты узнал от диспетчера?
— Гленн — довольно маленький провинциальный округ, где все обо всех все знают. Женщина, с которой я разговаривал, выросла там. Она была очень удивлена, узнав, что Бойль живет там. До этого дом долгое время пустовал. Кстати, диспетчер рассказала мне еще кое-какие любопытные подробности, — сказал Банвиль. — В конце семидесятых в округе пропала девочка, Алисия Кросс. Ее тело так и не нашли. Она попросит кого-нибудь пересмотреть дело и выяснить, не было ли среди подозреваемых Бойля.
Дарби чувствовала, что картинка начинает потихоньку вырисовываться.
— Сколько времени у них уйдет на формирование команды SWAT?
— Члены команды живут в разных округах, — сказал Банвиль. — После того как Холлоувэй отдаст приказ, уйдет еще час-другой на общий сбор.
— А если прямо сейчас послать патрульную машину и проверить, дома ли Бойль?
— Не хочу спугнуть его раньше времени. Наш микроавтобус переделан под «аварийку» по ремонту телефонных линий. Мы находимся меньше чем в часе езды. Я предлагаю самим добраться до дома Бойля и проверить, там ли он. Если в гараже будет стоять «лагонда», то сразу же свяжемся с Холлоувэем, чтобы тот вызывал подкрепление.
— Я думаю, что врываться в дом — не самый лучший способ. Если Бойль увидит у себя на пороге копов, ничто не помешает ему убить Кэрол и других женщин.
— Согласен. Мы переоденем Вашингтона, нашего водителя, в форму мастера по ремонту телефонных линий. Здесь на всякий случай имеется парочка комплектов форменной одежды. Он, в отличие от нас, в новостях не мелькал, поэтому Бойль не должен его заподозрить. Думаю, с телефонным мастером Бойль скорее пойдет на контакт, чем с копом. Мы возьмем его, как только он откроет дверь.
Глава 60
Дэниел Бойль большую часть жизни провел «на чемоданах». В армии его научили довольствоваться лишь самым необходимым, поэтому он брал с собой не так уж много.
Изначально он планировал уехать в воскресенье, как только закончит свои дела в подвале. Но ближе к вечеру его планы изменились. Ричард прислал сообщение: «В лесу нашли останки. Немедленно уезжай».
Бойль смотрел выпуск новостей по NECN.
[27]Полиция Бэлхема обнаружила в окрестных лесах останки человека. В репортаже не было сказано, ни как были найдены останки, ни что привело полицию на то место. Видеоматериал не был заснят, поэтому оставалось только гадать, где конкретно нашли останки.
В этих лесах были похоронены женщины, пропавшие летом восемьдесят четвертого, но тогда полиция трупы не обнаружила. Да и не могла обнаружить. Карта, которую он оставил в доме Грэйди, сгорела при пожаре.
Полиция нашла останки лишь одного человека. Он гадал, были ли это останки его матери-сестры. Если это действительно так и им удалось установить ее личность, полицейские начнут задавать много лишних вопросов, которые приведут их сюда, в Нью-Хэмпшир.
Наверняка Рэйчел успела им что-то рассказать. Но что ей могло быть известно? Она понятия не имела ни о бэлхемских лесах, ни о количестве женщин, там похороненных. Рэйчел также не могла знать ни его имени, ни адреса, не говоря уже о том, где он похоронил свою мать-сестру. Но что же она все-таки им сказала? Неужели она нашла что-то в его кабинете? В его картотеке? Он много раз прокручивал эти вопросы в голове, пока укладывал конверты и ноутбук.
В первом конверте лежало два комплекта поддельных удостоверений — паспорта, водительские права, свидетельства о рождении и страховые полисы. В остальных двух конвертах было десять «штук» баксов на «черный день» — стартовый капитал, на который можно будет обосноваться в новом городе. Если понадобятся еще деньги, он с помощью своего ноутбука сможет снять их со счета в частном банке на Каймановых островах.
Бойль застегнул змейку чемодана. Ему незнакомы были печаль или сожаления. Эмоциональные переживания были ему так же чужды, как и жизнь на Марсе. Но все же ему будет не хватать этого дома — дома, где прошло его детство, дома с просторными комнатами — и великолепного вида на озеро, открывающегося из окна его спальни. Но больше всего он будет скучать по подвалу.
Бойль выключил свет в спальне. Осталось взять одну вещь.
Он пошел в пристройку над гаражом на три машины. Он не стал включать искусственное освещение: ему хватало лунного света, падающего из окон и светового люка.
Он прошел мимо встроенных шкафов, в которых по-прежнему висела одежда матери, и опустился на пол рядом с окном, выходящим на подъездную дорожку. Он отвернул угол ковра, вынул из пола дощечку и достал из тайника в полу хорошо смазанный «моссберг» и патроны к нему. Им он воспользовался лишь однажды — когда убивал своих бабушку и дедушку.
Бойль взглянул в окно, собираясь вставать. И вдруг увидел, что кто-то заглядывает в гараж.
Это был Банвиль, детектив из Бэлхема.
Бойль застыл.
Банвиль что-то говорил в отворот пиджака. На нем был надет наушник. Стандартный набор. К отвороту наверняка прикреплен микрофон.
Они нашли тебя, Дэниел.
Голос его матери.
Они пришли за тобой, как я и говорила.
Но это не могло быть правдой. Ведь он тщательно выстроил цепочку улик, которые должны были вывести их на Эрла Славика. Кровь, посылки, синие волокна, фотографии Кэрол — буквально все указывало на Славика. Тогда как здесь оказался Банвиль?
Почему Ричард не позвонил? Ведь он должен был присматривать за Банвилем.
Неужели с Ричардом что-то случилось?
Бойль вытащил свой «Блэкберри». У него не было времени набирать сообщение и ждать ответа. Ему нужно было знать, что происходит. Немедленно! Он позвонил Ричарду на его основной номер.
На другом конце не торопились принять вызов. Включилась голосовая почта. Бойль продиктовал сообщение: «Банвиль у меня дома. Где ты?»
К дому подъехала «аварийка» из телефонной компании. В кабине водителя включился свет. Было видно, что за рулем сидит мужчина в коричневом пиджаке, на нагрудном кармане нашивка с логотипом компании «Верайзон». Мужчина что-то рассматривал у себя в блокноте.
Так вот как они собрались действовать. В дом должен был позвонить мастер по ремонту телефонов, чтобы схватить его, как только он откроет дверь. Просто так вломиться они не могли, опасаясь, что он убьет Кэрол.
Тебе не уйти, Дэниел.
А он просто возьмет и не откроет им. И они уйдут ни с чем. Он подождет, пока они уедут, и только тогда отправится в путь.
Слишком поздно. Они знают, что ты дома. Внизу и в гараже горит свет. Кроме того, Банвиль наверняка видел коробки, которые ты оставил рядом с машиной. Полиция знает, что ты собрался уезжать. Если не выйдешь ты, войдут они.
Он мог выскочить через заднюю дверь и удрать в лес. У него были ключи от сарая. Там стоял «Гэйтор».
[28]Можно было бы выехать по проселочной дороге на основную трассу найти там машину и угнать ее. Нет, от «Гэйтора» слишком много шума. Придется идти до шоссе пешком.
Банвиль привел с собой подкрепление, Дэниел. Дом уже давно оцеплен. Далеко ты не уйдешь.
Бойль окинул взглядом темные заросли леса, прикидывая, сколько офицеров SWAT могло там засесть.
— Это конец, Дэнни. Ты попался.
— Нет!
— Они запрут тебя пожизненно. А там потемнее будет, чем в подвале, можешь мне поверить.
— Заткнись!
— Или передадут тебя государству, в котором узаконена смертная казнь. Они пристегнут тебя к стулу и вонзят в твое тело иглу. Последним, что ты услышишь, прежде чем задохнуться, будет мой голос, Дэнни. Ты умрешь в одиночестве, как и я.
Он им так просто не дастся в руки. В его планы не входило сдыхать в одиночку в какой-то чертовой клетке. Нужно было во что бы то ни стало добраться до машины или их микроавтобуса. Он знал место, где потом можно будет бросить машину, сбежать и прятаться до тех пор, пока не найдется способ затеряться.
Из микроавтобуса вышел водитель. Банвиль засунул руку за пазуху.
Бойль зарядил дробовик четырьмя пулями «супер-магнум». Остальные пули он высыпал в карман и направился к лестнице.
Глава 61
Дарби наблюдала за фасадом дома через перископ.
Она ожидала увидеть заброшенный дом с покосившимися стенами, осевшим глубоко в землю подвалом и пустыми глазницами окон. В действительности же дом походил на те, которые ей доводилось видеть в Вестоне, штат Массачусетс, где жили отнюдь не бедные люди. Дом был выстроен в раннем колониальном стиле, с комнатами внушительных размеров, обставленными дорогой мебелью и техникой. Уличные фонари освещали аккуратную дорожку, выложенную кирпичом и засаженную по бокам идеально подстриженным кустарником.
В гараже стояла «Астон-Мартин-Лагонда» с пятнами ржавчины на капоте и по бокам. Банвиль передал по рации последние новости. У Дарби был «шпионский» набор, каким пользовались обычно секретные службы, состоящий из наушника и микрофона на лацкане пиджака, от которого спускался провод к небольшой черной коробочке, пристегнутой к поясу.
Дарби настаивала на том, чтобы вызвать подмогу, но Банвиль не хотел ждать. Возле машины стояли коробки, Бойль явно собирался в дорогу. На то, чтобы мобилизовать команду SWAT, уйдет слишком много времени, а у них на счету каждая минута. Это был вопрос жизни и смерти. Жизни и смерти Кэрол и других женщин, заключенных в доме. Бойля нужно было брать прямо
сейчас.
Дома определенно кто-то был. В прихожей внизу горел свет. И Дарби готова была поклясться, что, прежде чем свет погас, видела какое-то движение наверху.
Глен Вашингтон, детектив, переодетый в коричневую куртку и брюки, позвонил в дверь.
Зазвонил телефон. Но не один из висящих на стене, а сотовый телефон Купа. Она взяла трубку.
— Мы нашли Странника, — сказал Эван Мэннинг. — Он все то время жил в Нью-Хэмпшире. Группа освобождения заложников отправлена на его задержание. Это все, что я могу тебе сказать.
— А вы уверены, что это он?
— Более чем. Задержанный мужчина и был тем, кто напал на меня в гараже. У него на предплечье такая же татуировка, как у Джона Смита. Помнишь, я рассказывал тебе о посылке? Той, в которой были вещи Кэрол Крэнмор?
Дарби снова принялась наблюдать за домом.
— Вы сказали, что такие посылки уже не производят. Компания, которая их изготавливала, обанкротилась.
— Передо мной сейчас целая полка, уставленная такими коробками. Они совпадают один в один. У этого человека также есть электронная печатная машинка IBM, компьютер, фотопринтер и бумага. Насчет принтера и бумаги пока ничего утверждать не буду, их нужно смотреть в лаборатории. Кроме того, мы нашли несколько видов прослушивающих устройств.
— А где Кэрол?
Тем временем Вашингтон снова нажал на кнопку звонка.
— Мы как раз сейчас ее ищем, — сказал Эван. — Мне очень неловко, что так получилось. Я не хотел, чтобы все так вышло, но от меня мало что зависело.
Входная дверь дома открылась. В наушниках раздался голос Вашингтона: «Добрый вечер, сэр. Я из телефонной…»
Выстрелом из дробовика его смело со ступенек.
Глава 62
Дарби выронила телефон и напряженно смотрела, как Банвиль достает свой пистолет и стреляет в дверной проем.
БАХ!Выстрел раздробил дверной косяк. Банвилю на спину посыпались щепки.
Дарби схватила с пола сотовый. Из трубки донесся голос Звана: «Дарби! Что происходит? Ты меня слышишь?» Она нажала на сброс и набрала 911, чтобы вызвать «скорую» и подмогу.
Она успела увидеть, как Банвиль входит в дом. Вашингтон лежал на спине, держась руками за грудь.
Дарби распахнула заднюю дверцу микроавтобуса и подбежала к боковой. На ватных ногах она забралась в кабину водителя и с облегчением увидела, что ключи от машины торчат в замке зажигания. Она завела двигатель и до упора утопила педаль газа. Она мчалась через газон, то и дело подскакивая на сиденье и стараясь не выпустить руль. В наушнике снова прогремели выстрелы. Банвиль отвечал короткими очередями по два выстрела.
Дарби остановила микроавтобус между телом Вашингтона и входной дверью, выбралась из кабины и под прикрытием машины подбежала к лежащему на земле офицеру.
Куртку на его груди разорвало выстрелом из дробовика в клочья, но крови не было. Дарби расстегнула змейку. Из-под разорванной ткани выглядывал бронежилет, одну из пластин которого изрядно покорежило.
Вашингтон смотрел на нее дикими, остекленевшими глазами и хватал ртом воздух, издавая булькающие звуки.
Дарби схватила его подмышки и поволокла через лужайку, по которой сильные порывы ветра разметали листья.
— Держись, все будет хорошо! — повторяла она.
В наушнике помимо звуков выстрелов раздавался крик и грохот разбитого стекла.
Дарби наполовину втащила Вашингтона в заднее отделение микроавтобуса и, выскочив наружу, затолкала его поглубже.
Склонившись над ним, Дарби вытащила пистолет из кобуры. Она рванула на нем рубашку, да так, что пуговицы отлетели, и расстегнула «липучки» на жилете, чтобы на грудную клетку ничего не давило и не стесняло дыхание.
Снова звук бьющегося стекла. Но на этот раз не в наушниках, а снаружи.
Сжав в руке SIG, она захлопнула двери микроавтобуса.