- Очевидно. Ты заявлял, что у тебя единственные копии,- напомнил ему Шейн.
Рурке нетвердой походкой направился к дивану и тяжело опустился на него. Он бросил сердитый взгляд на Шейна и требовательно спросил:
- Ты думаешь, я послал их? Ты поэтому проверял мою машинку?
- Если бы ты сделал это, то оказался достаточно умен, чтобы не воспользоваться своей машиной,- сказал ему Шейн.- Так ты не посылал их?
- Ты считаешь, я шантажист? Будь ты проклят, Майк, я снесу твою башку...- Он попытался встать, но, покачнувшись, рухнул обратно на диван.
- Откуда ты знаешь, ты это сделал или нет? Ты пьешь с тех пор, как вышел из госпиталя, и, по твоему признанию, многого не помнишь. Живешь, как свинья. Откуда мне знать, что ты можешь натворить? Может быть, ты был настолько пьян, что тебе показалось нелишним заработать немного наличных.
Исхудалое лицо Рурке оживилось, он невольно сжал кулаки.
- Будь ты проклят,- рассердился он,- когда-то мы были друзьями, но я никому не позволю говорить подобное.
Шейн пробормотал что-то с отвращением, поднялся и зашагал через гостиную. У двери он остановился и напомнил репортеру взбешенно:
- Ты даже не можешь показать тот комплект фотокопий, который, по твоему признанию, напечатали тебе - единственный комплект.
- Подожди минутку, Майк,- с мольбой взывал Рурке.- Может быть, я забыл, куда их сунул. Или их могли украсть.
- В этом деле фигурирует убийство, Тим,- сказал Шейн.- Ради бога, скажи мне правду,- Пот выступил у него на лице.- Ведь мы с тобой давнишние друзья.
- Друзья? - с презрением выпалил Рурке.- Убирайся, если ты так думаешь обо мне.
- Я поверю тебе на слово, Тим,- Шейн старался сохранить спокойствие.
- Убийство,- сердито бубнил Рурке.- Зачем ты назвал меня проклятой свиньей и пьяницей? Давай, беги к Пити со своей историей. Может быть, обвинишь меня еще и в убийстве. Ну конечно. Одно связано с другим. Все сходится. Вероятно, кто-нибудь слышал, о чем мы говорили с ней. Вот тебе и мотив. Она была напугана, а я оказался шантажистом.- Покачиваясь, он поднялся на ноги и истерически захохотал, оттянув тонкие губы и обнажив зубы.- Шейн - великий детектив!
- Прекрати, Тим,- сказал Шейн.
- Черта с два я это прекращу. Почему бы тебе не арестовать меня прямо сейчас? - Он откинулся на диван и лежал неподвижно.
- Если ты дашь мне слово...- повторил Шейн.
Тимоти Рурке ничего не сказал в ответ. Он даже не открыл глаза. Шейн постоял некоторое время, глядя на него. Худощавое лицо Рурке было полно решимости. Потом Шейн вышел и закрыл за собой дверь.
ГЛАВА 12
В ПОИСКАХ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА
Спустившись вниз, Шейн нашел в справочнике адрес В. Дж. Хэмпстеда. Он оказался единственным человеком с такой фамилией в разделе \"Адвокаты\". Он записал адрес и поспешил к ожидающему его такси. Они направились обратно в Майами.
Вся информация, которую ему удалось раздобыть, внесла еще большую путаницу в дело. Ангус Браун, как выяснилось, сказал Рурке, что работал на Эстеллу Моррисон, помогая ей получить доказательства против мужа в деле о разводе. Шейн знал, что Браун работал на Виктора Моррисона и что он получил кругленькую сумму за сбор информации против его жены.
Тот факт, что Ангус Браун знал о письмах и где их приблизительно искать, без сомнения, доказывал, что он получил приказ Виктора Моррисона найти их в присутствии достаточного количества свидетелей. Больше никто не мог о них знать. Были ли они подлинными и действительно ли их получала Кристина Хадсон, все еще оставалось глубокой тайной.
Если они были секретно подготовлены Виктором Моррисоном и подсунуты в ящик туалетного столика Кристины убитой прислугой, то зачем? Для чего ему надо было платить деньги за то, чтобы они были обнаружены в присутствии четырех уважаемых свидетелей, если они могли стать доказательством против него самого? Или Браун работал сразу на два фронта? Шейн не сомневался, что Браун был неразборчивым в средствах и мог поступить таким образом, но его никак нельзя было назвать глупым. Он был достаточно разумным, чтобы понять, что в конце концов все раскроется.
Шейн попытался проанализировать эту загадку с двух сторон. По правде говоря, существовала возможность того, что Моррисон был настолько оскорблен и разгневан тем, что Кристина бросила его и вышла замуж за более молодого человека, что мог фальсифицировать письма, чтобы таким образом отплатить ей. Подсунуть изобличающие письма Кристине было одним способом достижения этой цели, но такая месть стоила очень дорого.
Доказательство, которым обладал Моррисон против своей жены, делало невозможным для нее получить алименты или даже какое-либо соглашение от него в случае развода. Но если письма будут служить уликой в контриске, миссис Моррисон может рассчитывать на приличное содержание. Только совершенно ненормальный человек стал бы вкладывать оружие в руки женщины, с которой он намеревался развестись.
Если письма были мошенничеством, то же самое предположение оставалось в силе. С одним возможным исключением. Если бы Моррисов держал это в уме, вполне разумным было бы предположить, что он организовал бы это с помощью Брауна. Существовала возможность, что в его планы не входило, чтобы письма попали к жене - просто он, так сказать, закладывал основу для того, чтобы оказать давление на Кристину и заставить ее покинуть мужа позже, когда он добьется развода. Браун вполне мог сказать неправду Рурке о том, что представляет Эстеллу Моррисон, чтобы заставить его сыграть ему на руку и стать свидетелем обнаружения писем. Это также объясняло бы в свою очередь тот факт, что Моррисон не позволил своей фирме адвокатов заняться этим грязным делом. Он понимал, что большинство адвокатов не забывали о правилах порядочности.
- Высадите меня здесь,- сказал он водителю такси, когда они достигли Майами Авеню в том месте, где оно пересекало Флэтчер стрит. Он заплатил за проезд, дал щедрые чаевые и отпустил его.
Молодую привлекательную особу за столом справок привела в ужас сама мысль о том, что кто-то может рассчитывать на встречу с мистером Хэмпстедом без его предварительного согласия.Она попросила Шейна оставить его имя и номер телефона и сказала, что позвонит, как только договорится о времени встречи, удобном для адвоката.
- Я улетаю сегодня ночным самолетом,- угрюмо сказал ей Шейн.- И я намерен увидеть мистера Хэмпстеда сейчас. Где его офис?
Она со страхом взглянула на последнюю дверь в ряду четырех, входящих в приемную.
- Но это невозможно,- воскликнула она.- У него сейчас совещание и...
Шейн уже направился к двери, на которую онд смотрела. Он подошел к ней, повернул ручку и шагнул внутрь. На полу комнаты лежал большой, толстый светло-серый ковер, мягкий свет вливался в широкие окна, закрытые белыми шторами.
Седовласый человек с кротким выражением на лице занимал место за большим письменным столом. Двое молодых людей сидели перед ним. Он выглядел так, как его описывала миссис Морган: с румяными щеками, слегка полноватый. Он поднял глаза, нахмурился, когда Шейн появился без доклада.
Один из молодых сотрудников держал в руке несколько напечатанных на машинке листков бумаги и читал вслух то, что было там написано. Он остановился, когда увидел, как мистер Хэмпстед нахмурился от неудовольствия.
- Я к вам по делу, Хэмпстед,- сказал Шейн.- По поводу расследования убийства. Я думаю, нам лучше поговорить с глазу на глаз.
- Но я чрезвычайно занят,- возразил Хэмпстед недовольным голосом.
- И я тоже пытаюсь поймать убийцу.- Шейн остановился около большого письменного стола, его серые глаза холодно в упор рассматривали Хэмпстеда.
- Я жду вас через пять минут,- сказал адвокат молодым людям и, махнув рукой, отпустил их обоих.
Шейн подождал, пока они исчезли за боковой дверью, и закрыл ее. Он так и остался стоять.
- Речь идет о деле Натали Бриггс,- сказал он.- Прислуге Хадсонов.
Хэмпстед сложил на животе пухлые руки, откинулся на спинку кресла и произнес:
- Да?
- Я хочу знать, кого вы представляли, когда незаконно проникли в дом Хадсона пару недель назад с частным детективом по имени Ангус Браун и репортером?
- Вы служите в департаменте полиции Майами?
-- Я частный детектив,- ответил Шейн.- Майкл Шейн. Адвокат сдержанно улыбнулся.
- А каков ваш интерес в этом деле?
- Меня наняла миссис Хадсон.
- Да что вы! - прореагировал Хэмпстед с легким сарказмом.- Что общего вы находите между моим визитом в дом Хадсона и убийством прислуги?
- А это,- резко парировал Шейн,- как раз то, что я намерен выяснить у вас.
Тонкие седые брови Хэмпстеда поползли вверх.
- Конечно, я был бы рад помочь в расследовании убийства, но я не вижу никакой связи.
- Вы незаконно проникли в дом и намеренно нашли несколько личных писем, принадлежащих миссис Хадсон. Вы и ваши сообщники выкрали их. Кража частной собственности противозаконна.
- Я полностью отдаю отчет во всех юридических тонкостях своего поведения, мистер Шейн,- сказал Хэмпстед.
- Вы делали это по просьбе миссис Моррисон?
Хэмпстед лукаво улыбнулся, но не ответил. По его виду было ясно, что он не намеревался отвечать.
Шейн сел на стул, на котором только что сидел молодой человек, читавший документ Хэмпстеду.
- Вы можете поговорить с.полицией, если угодно,-- сказал он. .
- Скорее всего, я так и сделаю,- заверил его адвокат.
- Ну, хорошо,- сказал Шейн,- я не буду больше запугивать вас. Если я смогу доказать вероятную связь между письмами и смертью прислуги, будете ли вы говорить в таком случае?
- Я предпочитаю сначала выслушать, а потом делать свои выводы.
- Я думаю, эти письма были намеренно подсунуты в ящик туалетного столика миссис Хадсон, где их нашел Тимоти Рурке. Я полагаю, это было организовано через Брауна и прислугу Хадсонов, Натали Бриггс, а также с помощью вас и Тимоти Рурке как неосведомленных наблюдателей. Была сделана попытка шантажировать миссис Хадсон. Ее запугивали тем, что передадут оригиналы этих писем мужу, и я считаю, что шантажист убил Натали Бриггс прошлой ночью, чтобы та не проговорилась.
Выражение лица Хэмпстеда оставалось таким же кротким, непроницаемым и в некотором роде дерзким.
- Слишком много предположений, не так ли? - сказал он.
- Вы отказываетесь назвать имя вашего клиента? - спросил Шейн. Его косматые рыжие брови поползли вверх.
- Разумеется.
Шейн знал, что он терпит поражение. Но он умел сохранять достоинство, когда такое случалось.
- Я подброшу вам вопрос, на который вы можете ответить, не переступая порядочности. Эти письма сейчас у вас?
- Они в безопасном месте,- стоически ответил адвокат.
- Насколько я понимаю, вы трое покинули дом Хадсона все вместе, завладев этими письмами. После этого вам случалось видеть их?
- Нет. То есть,- внес он поправку,- кроме того короткого периода времени, когда надо было сделать фотокопии для мистера Рурке.
- И еще один комплект для Ангуса Брауна?
- Был изготовлен только один комплект копий,- решительно заверил адвокат.
- Считаете ли вы этичным для уважаемого адвоката поступать таким образом? - спросил Шейн.- Отдать важные копии репортеру газеты, прежде чем они были признаны судом в качестве серьезного доказательства в деле о разводе?
Хэмпстед не сразу ответил на вопрос. Вскоре он сказал:
- Насколько я понимаю, мистер Рурке оказал существенную помощь в обнаружении улики, которая требовалась моему клиенту. И это было своеобразной ценой, на которой настаивал Рурке, чтобы потом, когда дело завершится, обставить своих конкурентов.
Неожиданно Шейн поднялся.
- Вы завязли в деле с головой, Хэмпстед,- сказал он,- независимо от того, сознаете вы это или нет. Попытка шантажа остается на вашей совести. Вымогательство было построено исключительно на обещании вернуть оригиналы миссис Хадсон. Вы - единственный человек, который мог бы выполнить это обещание.
Хэмпстед отодвинул кресло и поднялся. Кроткого выражения на его лице как не бывало, а его маленькие глазки сковало холодом.
- Я уже достаточно слушал вас, мистер Шейн,- заявил он.- Если вам нечего больше сказать...
- Я многое могу сказать вам,- отозвался Шейн через плечо, направляясь к двери.- Вы еще услышите обо мне.- Не так уж много он прояснил в своем деле, но чувствовал, что близок к разгадке.
Он вышел из офиса с важным видом, не взглянув на клерка за столом справа, и на лифте спустился вниз.
На Флэтчер стрит он остановил еще одно такси и поехал сразу на фабрику Хадсона. Здесь ему пришлось доложить о деле, представиться охране у ворот и подождать, пока его имя не сообщили Лесли Хадсону по телефону. Затем ему вручили пропуск и направили вниз по коридору в офис секретаря президента. Секретарем оказалась улыбающаяся дама средних лет. Она тут же проводила его в офис Хадсона, где он увидел, президента за письменным столом, заваленным множеством наметок, планов, проектов. Лесли Хадсон поднялся навстречу, устало улыбнулся, но его рукопожатие было сердечным.
- Я рад, что вы забежали ко мне,- сказал он.- Утро было такое суматошное! Вы не представляете, как я доволен, что именно вы расследуете дело об убийстве прислуги. Кристина полностью вам доверяет, и я тоже. С вашим гонораром будет все в порядке.
- Я здесь не ради своего гонорара, мистер Хадсон. Ваша, жена - мой друг... скорее, близкая подруга Филис...
- Я понимаю,- ответил Хадсон, кивнув головой.
- Кристина так расстроилась, и я рад помочь ей... если смогу.
- Очень мило с вашей стороны, Шейн,- сердечно признался Хадсон.- Смерть Натали, точнее убийство, выбило Кристину из колеи. Конечно, в ее положении, я полагаю, это естественно.
Шейн кивнул головой и прокашлялся.
- То есть, вы не до конца понимаете всю серьезность этой ситуации, мистер Хадсон,- сказал он.- Я знаю, что вы очень занятой человек, но, вероятно, полиция не примет это во внимание.
- Что вы хотите этим сказать? - удивился Хадсон. Лицо его выражало беспокойство. Между бровями залегла глубокая складка.
- Натали была убита в заднем дворе вашего дома,- без обиняков заявил Шейн.- Полиция обнаружила, что девушку стукнули по голове у задней двери, затем труп оттащили к причалу и разрезали горло. Пейнтер не слишком умен, но он дотошен. У него цепкая хватка, как у бульдога. Он не упустит ни одной улики.
- Вы намекаете на то, что они подозревают кого-то из нас? - Хадсон побледнел. В глазах появилась серьезная озабоченность.
- Неожиданно могут раскрыться кое-какие факты,- с серьезным видом продолжал Шейн.- Например, миссис Морган сказала Пейнтеру, что она спала и что обычно она крепко спит. Но я случайно знаю, что она не спала, когда Натали была убита.
Лицо Лесли Хадсона напряглось.
- Нет,- ответил он.- Если вы намерены подозревать или меня...
Шейн резко прервал его:
- Не говорите глупостей, Хадсон. Я стараюсь помочь вам. Вы не сказали Пейнтеру, где вы были прошлой ночью. Важно, чтобы я знал, где вы с Кристиной находились в это время. Вам необходимо алиби. Вы не знаете Пейнтера так, как его знаю я. Если вам нечего скрывать, скажите, чем вы были заняты.
- Разумеется, нам нечего скрывать. После обеда я вернулся в офис. У Кристины было приглашение на музыкальный вечер. Я работал в офисе до одиннадцати часов. По пути домой я остановился, чтобы выпить пива и съесть сэндвич. Моя жена вернулась домой за пятнадцать минут до моего возвращения. Этого вам достаточно?
- Вы были в офисе один?
- У ворот, конечно, был сторож. Он впускал и провожал меня - можете проверить, если пожелаете.
Шейн сказал:
- Я так и сделаю. Ваш брат работает с вами? Огорчение было написано на лице Лесли Хадсона.
- Нет,- ответил он.
-. Где бы я мог найти его?
- Не могу сказать вам с уверенностью. Попробуйте поискать его в барах.
- Вот как?
- Мой брат,- откровенно признался Хадсон,- не стоит того, чтобы о нем говорили, мистер Шейн. По завещанию отца мы поровну поделили наследство. Через шесть лет он промотал свою часть и весьма преуспел в этом. Я пытался заинтересовать его фабрикой, новой продукцией, которую мы выпускаем, но тщетно. Я напрасно потратил свои усилия.
- Но вы продолжаете материально поддерживать его?
- У него весьма скромное содержание,- сказал Хадсон голосом, в котором звучало страдание.- Достаточное для того, чтобы оставаться пьяным основную часть времени. Мне грустно об этом говорить.
- Играет ли он в азартные игры и есть ли у него в связи с этим долги?
- Я прекратил выплачивать его долги несколько месяцев назад.- Губы Хадсона вытянулись в суровую тонкую линию.- Если он и продолжает играть с тех пор, должно быть, он выигрывает.
Шейн небрежно кивнул и поднялся. Он направился было к выходу, но у двери задержался и сказал:
- Насколько я успел заметить, один из ваших соседей на противоположном берегу залива - бывший шеф вашей жены.- Он произнес эти слова так, будто его осенила запоздалая мысль.
Хадсон уже успел углубиться в свои бумаги. Он приподнял голову и кивнул.
- Мистер Моррисон? Да. Они вновь открыли свой дом в этом сезоне.
- Здесь совсем близко, если плыть на лодке,- продолжал выпытывать Шейн.
- Да. Я полагаю, так оно и есть.- Хадсону не терпелось поскорее вернуться к работе, но он скрывал это желание за маской вежливости.
Шейн кивнул и вышел. Возвращая свой пропуск охране у ворот, он сказал:
- Мистер Хадсон просил меня перед уходом проверить вчерашний регистрационный лист. Он у вас здесь?
- Да, здесь,- Охранник перелистал страницы журнала, в который он внес и имя Шейна, и указал записи предыдущей ночи. Их было всего три. Двое из сотрудников отметились в десять часов. Запись против имени Хадсона показала, что он вошел на территорию фабрики в 7.40 и вышел в 22. 42.
Когда Шейн возвращался обратно в город, он принял меры предосторожности и остановил такси за пару кварталов от своего отеля. Было четыре часа пополудни. Времени прошло вполне достаточно для того, чтобы водитель такси успел рассказать Пейнтеру свою историю о том, как Шейн ехал домой из Плэй-Мор клуба вместе с Натали Бриггс.
Он заглянул в аптеку и позвонил в отель. Ему ответил дежурный.
Шейн сказал:
- Это Майкл Шейн. Кто-нибудь спрашивал меня? Не болтаются ли поблизости полицейские?
- Полицейских нет, мистер Шейн. Но вас ожидает леди.
- Как она выглядит?
- Классная дамочка! - послышался восторженный голос.
- Это не та, которая разговаривала со мной вчера у вашего
стола?
- Нет. Это - нечто особенное.
Шейн поблагодарил его и повесил трубку. Он вышел из аптеки и зашагал вниз по улице. По пути он заглянул в винный магазин, который специализировался на импортных напитках. Ему посчастливилось купить пару бутылок настоящего коньяка. Следующую остановку он сделал у фруктового киоска и добавил к своим покупкам дюжину лимонов. Он держал свертки в руках, когда появился в вестибюле отеля.
Его ждала Эстелла Моррисон. На ней было темно-коричневое облегающее платье, которое выгодно подчеркивало все прелести ее молодого, гибкого тела. Голубая шляпка и длинные висячие серьги украшали ее головку.
Она поднялась и двинулась ему навстречу.
Шейн остановился рядом с ней и сказал:
- Если вы подниметесь ко мне, я буду рад предложить вам тот напиток, которым вы угощали меня сегодня в полдень.
- Очень мило,- ответила она и, направляясь с ним к лифту, бросила быстрый взгляд на дежурного.- Я полагаю, вам не составит труда заполучить письменные показания у здешних сотрудников.
Они заходили в лифт, и Шейн ничего не ответил. Она стояла очень близко к нему, пока они поднимались наверх. Когда они остановились у двери его номера и открыли ее, он сказал резко:
- Мы можем оставить дверь открытой, если вы предпочитаете. И я могу пригласить в свидетели дежурного лифтера.
Она ответила:
-- Теперь уже поздно, вы так не считаете? - и с силой захлопнула дверь.
ГЛАВА 13
ПАУТИНА ИНТРИГ
Шейн пожал плечами и сразу же прошел на кухню с покупками в руках, положил их на стол и бросил ей небрежно:
- Я приготовлю напитки. Эстелла Моррисон не ответила.
Она приняла из его рук бокал, отпила глоток и одобрительно кивнула.
- Я могла бы пить это бесконечно.
Шейн пододвинул стул так, чтобы стол оказался между ними, и сел.
- Я всегда потчую напитками дам, которые приходят ко мне в гости.
- Очень приятная традиция,- сказала она, скрестив свои длинные ноги.Есть только одно, что действительно меня раздражает,- сказала она ему спокойно.- Почему вы натравили на меня этого идиота Ланса Гастингса, чтобы получить доказательства против меня? Разве вы не могли поразвлечься со мной сами и при этом получить тот же результат? - Ее голос был низким, в нем не было никакого раздражения. Она спокойно посмотрела на него, подняла бокал и выпила половину содержимого.
- А что заставляет вас думать, что я имею к этому какое-либо отношение?
- Я все знаю,- ответила она ему ровным голосом.- Признаюсь, сначала я ужасно рассердилась, но теперь это не имеет никакого значения.
- Почему?
- И на это вы тоже знаете ответ. Мне неизвестно, каким образом вы попали в это дело с письмами, но Виктор сказал мне, что у вас есть фотокопии его любовных писем к бывшей секретарше. Развод мы получим, сомнений нет, но он состоится только на моих условиях.
- Он послал вас сюда поговорить об этом?
- Я сообщила ему, что намереваюсь пойти к вам. Он хотел послать своего адвоката, но я подумала, что могла бы сделать это гораздо лучше.
- Сделать лучше что?
- Узнать, чего вы добиваетесь.- Она осушила свой бокал, поставила его на стол, вздохнула и сказала: - Забавно, как нечто холодное вроде этого напитка может согревать изнутри.- Она спустилась чуть ниже вдоль спинки стула и вытянула перед собой ноги.
- Сайдкары действительно имеют такое свойство,- сказал он ей. Ему интересно было знать, представляла ли она себе, что сайдкар был одним из самых сильнодействующих коктейлей. Четыре унции этого крепкого напитка были очень большой порцией, ее нельзя было пить так поспешно.
- Я четко объяснил вашему мужу, что мне надо,- сказал он.- Миссис Хадсон клянется, что письма не были написаны ей и что она их не получала. Она заявляет, что между нею и мистером Моррисоном ничего не было.
- Он тоже будет отрицать,- с безразличным видом сказала она.- Но это не будет иметь никакого значения в суде. Я могу доказать, что он бегал за ней в Нью-Йорке в то время, когда были написаны письма. И то, что вы работали на него, только лишний раз убеждает меня в том, что он намеревался развестись со мной, чтобы
остаться с ней.
- Что заставляет вас так уверенно говорить, будто я работал
против вас?
- Я знаю, это был какой-то местный сыщик. Виктор не признается, что это были вы, но как иначе вы могли оказаться замешанным в этом деле?
Шейн отбросил вопрос как нечто несущественное. Он вернулся к первой, части ее предыдущего утверждения.
- Миссис Хадсон настаивает, что Моррисон только дважды приглашал ее на обед в течение того месяца, когда она ушла со своей должности. И ваш муж заверил ее, что вы обо всем знали.
Полные густонакрашенные губы Эстеллы приоткрылись в издевательской усмешке.- Конечно, я побуждала его к тому, чтобы он был любезен с ней. Я понимала, что происходит, и подумала, что позднее мне могло это пригодиться как улика. Хотел сфабриковать дело против меня, а? Выбросить меня без цента в кармане от его проклятых миллионов? Так ему и надо.- Она потянулась за пустым бокалом.
Шейн сказал:
- Подождите минуточку.
Коктейль из апельсинового ликера, коньяка и лимонного сока.
Он опустошил свой бокал, прихватил ее и ушел в кухню. Кубики льда несколько подтаяли, слегка замутив смесь. Он влил в ее бокал унцию чистого коньяка, наполнил свой бокал и отнес их обратно.
Она с жадностью взяла напиток и выпила половину, причмокнула губами и сказала:
- С возрастом это ценится больше.- Ее коричнево-желтые глаза засияли.И все-таки мне интересно знать, что же вы задумали сделать.
Шейн остался стоять у ее стула, глядя на нее сверху вниз. Он усмехнулся и сказал:
- Именно сейчас не важно что, а важно кто.
Она лениво улыбнулась и, протянув свободную руку, пробежала кончиками пальцев по тыльной стороне его ладони. Она сказала сердито:
- Вы имеете наглость разговаривать со мной подобным образом после того, как шпионили за мной и подглядывали в замочную скважину, когда я была с тем парнем. А ведь на его месте все это время могли бы быть вы.
- Я уже говорил вам сегодня, что если я попадаю в компрометирующую ситуацию, то предпочитаю, чтобы это было мое свободное время.
- Сейчас у нас свободное время, не так ли? - парировала она и осушила бокал во второй раз.
Шейн сказал:
- Если не принимать во внимание тот факт, что в любую минуту сюда могут ворваться полицейские и арестовать меня по подозрению в убийстве.
Она широко раскрыла глаза.
- Только не надо говорить об убийстве,- запротестовала она.- Вики сказал мне, что вы плакались ему. Каким образом вы были связаны с прислугой дома Хадсонов?
- Это долгая история. Я оказался замешан в ней, и если я не буду действовать быстро, то меня казнят.
- Вот как? Это будет чертовски плохо - теперь, когда мы познакомились,сказала она, растягивая слова.
Шейн наклонился к ней и произнес серьезно:
- Вы можете помочь мне.
- Как?
- Во-первых, расскажите мне, как вы узнали, что Ланс Гастингс помогал получить доказательства против вас в деле о разводе?
- Один из ваших приятелей сказал мне об этом. Ничтожный человечек по имени Ангус Браун.
- Браун сказал вам, что я работаю на вашего мужа? - Шейн старался придать своему голосу небрежность.
- Он не сказал мне, кто. Только то, что частный детектив был нанят Вики, чтобы шпионить за мной и собирать улики. Я не знала, кто вы, до тех пор, пока вы неожиданно не появились сегодня.
- Браун предложил подсунуть письма миссис Хадсон в качестве ответной меры?
- Откуда он мог знать о письмах? Я единственный человек, которому известно, что было между ними. И вовсе они не были подсунуты. Она просто дура, что держала у себя целую пачку таких писем. Поэтому я договорилась с Брауном, чтобы он постарался найти их. Он так и сделал. Вот и все.- Она облизнула губы, посмотрела на пустой бокал и Пробормотала:
- Эти напитки вызывают у меня жажду.
В бокале Шейна все еще оставалась половина коктейля. Но он скрыл это, обхватив его рукой. Он взял ее бокал и вновь вернулся на кухню. На сей раз он увеличил дозу коньяка, долил себе и принес в гостиную.
Шейн поставил свой бокал и наклонился над ней. Она закрыла глаза и издала легкий хныкающий звук, в то время как ее зубы крепко вцепились в мягкую часть его большого пальца.
Он легонько поцеловал ее, и она ответила ему неистовым поцелуем. Шейн отпрянул от нее и резко сказал:
- На мне все еще висит это проклятое убийство.
Она откинулась на спинку стула, вцепившись руками в бокал.
- Я не знаю, что вы добавляете в этот напиток,- сказала она слегка заикаясь,- но от него все внутри меня расслабляется. Понимаете, что я имею в виду?
- В целом мне понятно, что происходит,- сказал Шейн.- Кто взялся вести дело о разводе против вашего мужа? Хэмпстед?
Она утвердительно наклонила голову.
- Как только мы здесь устроимся, можно будет начинать дело.
- Кому пришла в голову блестящая идея шантажировать миссис Хадсон фотокопиями писем вашего мужа?
- Я н-ничего об этом н-не з-знаю. Я не з-знала до сегодняшнего дня, пока Виктор н-не рассказал мне об этом. Похоже, такое мог придумать Браун... или этот ее родственник, если он имеет ко всему этому отношение.- Она запрокинула голову и залпом выпила остатки третьего сайдкара, потом ее рука безвольно опустилась на колени.
Шейн взял у нее пустой бокал. Его серые глаза горели возбуждением.
- Чей родственник?
- Кристины Хадсон - Флойд. Он ничего мимо себя не пропускает. Он даже позволяет себе приставать к жене собственного брата. Хорошего о нем нечего сказать.
- А что вы знаете о Флойде Хадсоне?
Голова Эстеллы свесилась набок. Она приоткрыла левый глаз
и искоса смотрела на Шейна. Правый глаз оставался плотно закрытым.
- А вам очень хочется узнать? Я видела его в тот вечер, когда мы там были. Держу пари, я его видела.
- Где вы были в тот вечер?
- В их доме.- Она устала держать левый глаз открытым и закрыла его.Миллионер удостоил визитом свою бывшую секретаршу. И взял с собой ничего не подозревающую жену. Будто я ничего не знала. Вот смех-то! Как насчет еще одного коктейля?
- Одну минутку,- мягко ответил он.- Расскажите мне о Флойде. Держу пари, он считает, что пользуется большим успехом у дам.- Он поднялся, подошел к ее стулу и приложил свои большие ладони к ее щекам.
Ее тело резко накренилось вбок, когда он убрал руки от ее лица. Шейн поспешил в ванную комнату, намочил полотенце и начал хлопать им по ее щекам и шее. Она открыла глаза и, покачиваясь, встала на ноги. Бессмысленная улыбка блуждала на ее ярко накрашенных губах.
Шейн обнял ее, чтобы удержать от падения. Она повернулась и обвила его шею руками. Колени у нее дрогнули, и она повисла на нем всем своим весом.
Проклиная себя за то, что переоценил ее возможности, он поднял ее и понес в спальню. Он бросил ее на кровать и разжал руки, крепко обнимавшие его.
Зазвонил телефон. Он поспешил в гостиную и резко поднял трубку.
На другом конце провода он услышал голос дежурного, говорившего с некоторой осторожностью:
- Мистер Шейн? Я подумал, что следует предупредить вас. Вас Ожидает какой-то человек. Он сказал, что он водитель такси. Он не знает вашего имени, но прекрасно описал вашу внешность. Он говорит, что вез вас домой вчера вечером. Я ответил ему, что вовсе не уверен, что у нас проживает человек, отвечающий его описанию. Потом он сказал, что было бы лучше, если бы такой человек здесь жил. Иначе, если он не увидит вас, то пойдет в полицию. Я ответил ему, что должен подумать и, возможно, найду такого человека. Он ожидает вас в вестибюле. Если вы не хотите встретиться с ним, я скажу...
Шейн резко прервал его.
- Нет. Пошлите его сюда. Дайте ему номер моей комнаты, но не упоминайте мою фамилию.
Он повесил трубку, рысцой пробежал через комнату и закрыл дверь в спальню, откуда доносилось прерывистое дыхание Эстеллы. Затем он подошел к входной двери, слегка приоткрыл ее, взял бокалы и отнес их на кухню. Он отмерил новые порции ликера, коньяка и лимонного сока, влил их в бутылку из-под молока и начал опускать туда кубики льда, когда услышал стук в дверь.
Он громко крикнул:
- Войдите! - продолжая готовить новую порцию сайдкара.
ГЛАВА 14
МОЛЧАНИЕ ПО ДОРОГОЙ ЦЕНЕ
Дверь распахнулась, и Шейн сказал:
- Проходите на кухню.
Шейн поднял глаза от бутылки и увидел приземистого человека с квадратным веснушчатым лицом и обвисшими губами. Он стоял на пороге, покачивая фуражкой с козырьком, которую держал в руках.
- Этот клерк внизу правильно мне подсказал,- произнес он.- Вы тот самый парень, которого я вез вчера из Плэй-Мор клуба.
- Совершенно верно,- согласился Шейн.- Я как раз готовил себе напиток.Он вновь с силой встряхнул бутылку с жидкостью.- Хотите? - Он направился в гостиную. Водитель пошел вслед за ним.
- Разумеется,- ответил он, оглядываясь вокруг. Он выбрал стул, на котором только что сидела Эстелла. Он опустился на сиденье, вынул из кармана газету и разглаживал ее на колене, в то время как Шейн разливал напиток.
- Надеюсь, вам понравится,- сказал Шейн.
- Ну еще бы,- ответил он.- Меня зовут Аира Уилсон. Я как раз увидел фотографию в газете. Это та дама, которую убили на Бич прошлой ночью.
Шейн сел напротив него, сказал:
- Это интересно,- и закурил сигарету.
- Разве нет? - Водитель такси хохотнул, взял свой бокал, попробовал и причмокнул губами. Затем залпом опустошил его.- Превосходно,- одобрительно сказал он и поставил бокал на место.- Я почти никогда не употребляю коктейли. Никогда не знаешь, чего там намешано. На вкус хороши, но крепости в них никакой. У вас не найдется еще?
Шейн сказал:
- Извините. Я только что использовал последний ликер. Дежурный сказал мне, что у вас есть дело ко мне?
- Видите ли,- ответил он, вытирая рот тыльной стороной ладони,- я не отношусь к тому типу людей, которые доставляют другим беспокойство. Вы понимаете, что я имею в виду? Я всегда говорю - живи и дай жить другим, понятно? Вот почему я пришел сюда, вместо того чтобы бежать в полицию и все им выкладывать.
- Что все?
- Послушайте, мистер,- Айра Уилсон наклонился вперед и похлопал Шейна по колену.- Вы и я - мы оба знаем, о чем я говорю. Сами подумайте, эта дамочка, фотографию которой вы видите в газете,- ведь это та самая, которую вы подвозили из клуба прошлой ночью.
- Вот как?- Лицо Шейна, а также его голос абсолютно ничего не выражали. Он сделал еще один глоток.
- У меня такое предчувствие, что полицейские могут этим заинтересоваться,- продолжал таксист. Его маленькие черные глазки хитро поглядывали на Шейна. В голосе чувствовался намек.- Тем, что вы делали вид, будто не знаете ее, когда она вскочила в мою машину, и вы оба не проронили ни слова, а затем пошли за ней, когда она вышла.
Шейн слегка приподнял широкие плечи.
- Почему это должно интересовать полицию? Я никогда не видел ее прежде. Я только предложил ей поехать со мной в такси. Я не убивал ее.
- Может быть, и нет. Но никому не хочется быть впутанным в дело об убийстве. Запомните мое слово, мистер. Эти полицейские вывернут тебя наизнанку, стоит только попасть к ним в участок. Я знаю, что говорю. Может быть, вы не убивали эту дамочку, но полицейским, без сомнения, захочется узнать, что вы делали с ней там целых десять минут, пока я вас ждал.
- Точнее, около двух минут,- поправил его Шейн.
- Что? Это вы им можете так сказать,- с торжествующим видом заявил Уилсон.- Что касается меня, я скажу, что не собирался следить за вами, но мне показалось добрых десять минут. А есди я скажу им, как вы оба себя вели и как мне показалось, что она была напугана, когда выбежала из клуба, а следом за ней и вы...- Он развел грязными руками.- Поверьте мне, они сделают из мухи слона. Им наплевать, виновен ты или нет. Для них важно вынести приговор и спасти собственные шкуры. Уж я знаю, как они работают.
- Да,- согласился Шейн.- Я слышал о том, как они умеют это делать.- Он допил коктейль и поднялся.- Я думаю, мы могли бы выпить еще понемногу.
- Еще один такой коктейль не помешал бы,- согласился Уилсон с лукавой улыбкой.- Я вижу, вы свой парень, и мы сумеем договориться.
На кухне Шейн вылил еще одну унцию коньяка на дно бокала таксиста. Ему приходилось видеть то, как действуют сайдкары на любителей чистого виски, и надеялся, что Уилсон будет не более восприимчивым, чем Эстелла Моррисон.
Вернувшись в гостиную с напитками и усевшись на свое место, Шейн протянул свой бокал и предложил:
- За наше продолжающееся взаимопонимание. Уилсон коснулся своим бокалом бокала Шейна.
- О, вы и я - мы поладим с вами, мистер. Я это чувствую.- Он закрыл один глаз, медленно подмигнул и опрокинул в рот содержимое. Бокал был пуст, когда Уилсон поставил его на стол.- Превосходный напиток,- еще раз одобрительно заметил он.- Что в нем намешано?
- Лимонный сок, немного ликера и коньяк,-- ответил Шейн.
- Так это не настоящий ликер, а? Я ощущаю ликер, неважно, с чем он смешан,- похвалился он.- А сколько вам будет стоить, если я забуду о прошедшей ночи?
Шейн спокойно вертел в руках бокал. Он сказал:
- Я не люблю шантаж, Уилсон.
- Я вовсе не говорю о шантаже. Вы должны понять, что я оказываю вам добрую услугу, ведь так? Все в порядке, а? Мило и по-приятельски.
Шейн произнес небрежно:
- Мне нечего скрывать от полиции.
Уилсон облизнул полные губы, затем изогнул их в коварной улыбке.
- Может быть, и нет, но вы не заявляли в полицию о том, что подвозили эту дамочку в такси прошлой ночью. Я прав?
Шейн сказал: