Сами эльфы изначально были лесным народом, и в лесу их легкая пехота практически не знала поражений. В качестве оборонительной позиции лес во многих случаях даже предпочтительнее каменной крепости или неприступной горной долины. Ведь крепость может быть окружена, а горные перевалы захвачены, но никакое войско не способно взять в осаду лес. В схватках на открытой местности эльфам приходилось сложнее. Основа их армий — лучники, а главное для стрелков — заблаговременно занять выгодную, «сильную» позицию, на которой конница или тяжелая пехота не смогут сходу смять их. Если эльфам удавалось найти такую позицию и хорошенько на ней закрепиться, победить их становилось очень сложно. Также эльфы были превосходными магами — большинство современных заклинаний разработано именно ими.

Подобная система привела в течение нескольких десятилетий большую часть областей Ирана под монгольской властью к полному обнищанию. Массы райатов (крестьяне) покидали насиженные места, искали лучшей жизни на чужбине. Многие дереипи и города опустели настолько, что бывший в них прежде челоиок едва узнавал знакомые места. Газан-хан, чтобы спасти положение и прежде всего монгольскую власть в Иране, должен был круто изменить порядки и провести ряд реформ, что он и выполнил в известной мере. Мы привели эти факты как пример обычной для Ирана при Хулагидах административной практики в условиях откупной системы. Источники не сохранили сведений об откупной системе и ее злоупотреблениях в Золотой Орде. Однако сделать вывод, что ее не было, нельзя. Едва ли Золотая Орда в этом отношении была исключением.

В узких подземных коридорах, где нет никакой возможности для маневра и бой неизбежно принимает характер фронтального столкновения, коротконогие, но сильные и защищенные прекрасными доспехами гномы, несомненно, идеальные бойцы. Крепости гномов по праву стяжали славу неприступных. На открытой местности их хирд способен на равных сражаться с любым врагом. Вот ведь загадка… Огромная квадратная масса или стена щитов — идеальная цель для магии, ведь гномы ею не владеют. Так думали многие завоеватели, желавшие завоевать королевство гномов. Но эти иллюзии, так же как и заклинания, разбивались об окованные железом щиты.

Орки — пожалуй, лучшие воины этого мира. Их история — это история бесконечных, а порой и бессмысленных войн. Бесчисленные дикие орды — кто придумал эту глупость? Наверняка эльфы, весьма посредственные воины. Орки славились своей выучкой и железной дисциплиной. «Кулак орков» можно заставить отступить, можно уничтожить, но обратить его в паническое бегство не удавалось никому.

Вопросам организации суда в Золотой Орде не посвящено ни одной специальной работы. Да и сведения источников по этому поводу очень отрывочны. Первое время, до принятия ислама верхами общества и до мусульманизации монгольской власти, судебные порядки покоились целиком на ясе (неписанном монгольском праве) в делах, касающихся самих монголов. Яса не переставала действовать в определенных случаях гражданской жизни и в период исламизации, когда часть дел отошла к представителям шариата. Ибн-Батута, посетив в 30-х годах XIV в. Ургенч, столицу Хорезма, культурнейшей области Золотоордынского государства, побывал у наместника ее, упомянутого выше Кутлуг-Тимура.

За окнами начало светлеть. Серая пелена, убегающая на восток, окрасилась в розовый цвет. Сколько еще я смогу обходиться без сна? День? Два? Сон перестал приносить мне отдых. Кошмары один за другим терзали измученное сознание. Но хуже кошмаров были сны о тех, кого уже не вернуть…

Описывая подробно самый прием и обстановку его дома, Ибн-Батута коснулся и вопроса о суде. \"Одна из привычек этого эмира (Кутлуг-Тимура, А. Я.), - пишет он, - та, что каждый день кади приходит в его приемную и садится на отведенное ему сиденье; вместе с ним [являются] правоведы и писцы. Насупротив его садится один из старших эмиров, при котором восемь [других] старших эмиров и шейхов тюркских, называемых аргуджи [яргучи]; к ним люди приходят судиться. Что относится к делам религиозным, то решает кади, другие же [дела] решают эти эмиры\".3 В этих словах мы видим явное указание на то, что и при Узбек-хане в XIV в., когда ислам стал уже господствующей идеологией феодальной верхушки золотоордынского общества, часть дел все еще была в, руках яргучи, т. е. судей, выносящих решения на основе ясы Чингис-хана - монгольского обычного права. Однако и при наличности последнего влияние шариата и его носителей - кади - было велико.

Я налил себе еще вина в древний серебряный кубок и большими жадными глотками осушил его до дна, после чего вернулся к работе над бумагами. Работа стала для меня спасением. Я днями и ночами перебирал доклады и составлял указы, разбирался с налогами, до изнеможения тренировался с оружием. Спал по два-три часа — этого хватало, чтобы телу дать передохнуть.

В \"Дастур ал-Катиб\" Мухаммед ибн-Хиндушах Нахичевани приводит три образца ярлыков о назначении определенных лиц на должность эмира яргу, т. е. главного судьи, который производит судебные решения на основе ясы и вообще обычного права. Обыкновенно такая должность поручалась знатному и влиятельному монголу. В ярлыке указывалось, что он достоин быть яргучи (судьей) на основе ясы, что решение он должен выносить в споре между двумя лицами справедливо, без причинения зла, обид и насилий. Решение должно быть оформлено в особой грамоте, которую в хулагидском государстве именовали яргу-намэ. В хула-гидском государстве был специальный диван яргу. Мы имеем все основания считать, что подобный диван был и в Золотой Орде.

1 Рашид-ад-дин. Сборник летописей, т. III, стр. 250.

2 Рашид-ад-дин, ук. соч., стр. 251.

3 В. Г. Тизенгаузен, ук. соч., т. I, стр. 311-312.

Указанные образцы документов выясняют и главный источник доходов этих яргучи. Ведущие тяжбу должны были платить определенный сбор в пользу яргучи и его писца (би-тикчи). Нечего и говорить, что вся система суда в Золотой Орде, как и во всяком другом феодальном обществе, была в руках феодалов и связанных с ними чиновников. Кади и яргучи, т. е. судьи на основе шариата и судьи, руководствовавшиеся ясой Чингис-хана, были или крупными земельными собственниками (владели землей, стадами или земельной собственностью в городах и т. д.), или жили за счет доходов от суда, включая в последние не только то, что им полагалось по закону, но и всякие незаконные поборы (взятки, вымогательства и т. п.). G кади были связаны факихи (правоведы) и разного рода шейхи, о которых нам еще придется говорить ниже. Суд в Золотой Орде был так тесно переплетен с администрацией (правители, даруги), что о независимости его не могло быть никакой речи. Кади и яргучи действовали всегда в полном согласии с высшей администрацией в интересах господствовавших слоев деревни, города и степи.

Положение полукочевых феодалов, имеющих крупные земли в оседлых районах и огромные стада скота в степи, лучше всего выражается в той системе суюргалов (ленных владений), которые к концу XIV в. в Средней Азии становятся уже господствующей формой крупного феодального землевладения. Под суюргалом подразумевали в конце XIV и в XV в. \"лэн\". Лицо, получившее всуюргал какой-нибудь район или область, имело право взимать в свою пользу все налоги, подати и повинности, шедшие до сего времени в казну хана или султана. Характерной чертой суюргала является то, что земля эта считалась в наследственном владении. Раздача суюргалов в указанном смысле широко практиковалась в Средней Азии во второй половине XIV в. Во всяком случае Низам-ад-дин Шами уже под 780 г. х. (= 1378/79) отмечает пожалование суюргала Урус-ханом в Белой Орде.1 Начиная с 80-х годов XIV в. суюргалы широко раздавал Тимур.2

При монголах, в частности в Золотой Орде, ханской властью раздавалось огромное количество земель с сидевшими на них крестьянами, причем в ряде случаев дарственные ярлыки сопровождались ярлыками тарханными, т. е. грамотами, освобождавшими население данной земли от всех или большинства повинностей в пользу государства и, тем самым, предоставлявшими большую часть прибавочного продукта непосредственного производителя в пользу феодального владельца. От Золотой Орды до нас дошли только ярлыки второго рода.3

В административной и политической жизни Золотой Орды издавалось много правительственных повелений - указов общегосударственного и частного характера. Указы эти в монгольское время именовались на территории всех монгольских государств ярлыками. Наиболее разработано было оформление и регистрация ярлыков в государстве Хулагидов при Разан-хане. Ярлыки были разные, одни выдавались на управление \"знатным султанам, эмирам и меликам и по делам иладений\" - для них установлена была большая тамга из яшмы. Ярлыки \"по делам средней важности\" получали большую тамгу из золота, но меньше тех, которые были из яшмы. Ярлыки по военным делам получали также большую тамгу из золота, только с тем отличием, что на ней изображали - \"лук, булаву и саблю\" по окружности тамги.4

1 См.: Hизам-ад-дин Шами. Zafarnama. Изд. Tauer, 1937, стр. 77.

2 Низам-ад-дин Шами, ук. соч., стр. 95, 97, 107 и др.

3 Термин \"суюргал\" в вышеуказанном смысле встречается впервые в Золотой Орде в тарханном ярлыке Менгли-Гирея 857 г. х. (= 1453). Там говорится: \"этим ярлыком обладающему Хекиму Яхье, сыну Махмуда из Анкары в качестве суюргаля, мы сказали :\" пусть он тарханом будет\"\" (Akdes Nimet Kuгat, ук. соч., стр. 64, строчки 34-36. Перев. А. Н. Кононова).

4 Рашид-ад-дин. Сборник летописей, т. III, стр. 276.

К сожалению, каково были тамги в Золотой Орде, чем они отличались от тамг в хулагидском государстве, - сказать трудно. Известно, что тамги были и там.

В источниках наряду с ярлыками говорится и о пайцзах золотых, которые не только были знаком очень высокого почета, но и давали ряд существенных привилегий. Пайцзы представляют собой дощечки - золотые, серебряные, чугунные, бронзовые и даже деревянные - с определенной надписью, выдаваемые как своеобразные пропуска и мандаты, по которым обладателям их предоставляли все необходимое при передвижении (в пути) - лошадей, повозки, помещения, пропитание и т. д. В зависимости от положения лица пайцзы выдавались то золотые, серебряные и чугунные, а то и просто деревянные. Марко Поло в своих знаменитых воспоминаниях рассказыпает о золотой пайцзе, которая была вручена его отцу, дяде и ему самому, следующее: \"Было на ней написано, чтобы во всех странах, куда придут три посла, давалось им все необходимое, и лошади, и провожатые от места к месту\".1 В другом мосте Марко Поло как бы дополняет рассказ о пайцзах следующими интересными данными: \"Ахату [ильхан Гаихату],2 знайте, дал трем послам великого хана Николаю, Матфею и Марку четыре золотых дщицы (пайцзы, - А. Я.) с приказами. На двух было по кречету, на одной лев, а одна была простая, написано там было их письмом, чтобы всюду трех послов почитали и служили им как самому владетелю, давали бы лошадей, продовольствие и провожатых. Так и делалось; повсюду в его земле давали им лошадей, продовольствие, выдавалось все, что им нужно было. По правде сказать, иной раз давали им провожатых от места к месту до двухсот человек; и это было нужно\".3 К сожалению, не известно случая, чтобы где-нибудь сохранились золотые пайцзы. Зато в Государственном Эрмитаже есть три прекрасных экземпляра серебряных пайцз и один - чугунной пайцзы с инкрустированной надписью. Одна серебряная пайцза - с монгольской надписью уйгурского письма. Найдена она в селе Грушевке, близ Днепропетровска, в 1845 г. На ней написано: \"Силою вечного неба.

1 И. П. Минаев. Путешествие Марко Поло. Под ред. В. В. Бартольда, стр. 9.

2 Ильхан Гайхату (1291-1295) - один из хулагидских ханов в Иране.

3 И. П. Минаев, ук. соч., стр. 20.

Покровительством великого могущества. Если кто не будет относиться с благоговением к указу Абдулла-хана, тот подвергнется [материальному] ущербу и умрет\".1 Аналогичные надписи даны и на двух других серебряных пайцзах с надписью квадратным алфавитом (алфавит Пакба-Ламы), а также на чугунной пайцзе.

У Марко Поло в одном месте есть очень интересное указание, как распределялись пайцзы между разными чинами и общественными положениями. \"Сотников, - рассказывает М. Поло, - кто отличился, он [великий хан Найду] сделал тысячниками, одарил их серебряной посудою, роздал им господские дщицы. У сотников дщица серебряная, а у тысячника она золотая или серебряная вызолоченная, а у того, что над десятью тысячами поставлен, она золотая с львиной головой, а вес у них вот какой: у сотников и тысячников они весят сто двадцать saies,2 а то, что с львиной головой, весит двести двадцать; на всех них написан приказ: по воле великого бога, и по великой его милости к нашему государю, да будет благословенно имя хана, и да помрут и исчезнут все ослушники\".3

1 Хранится в Эрмитаже, издана в \"Восточном Серебре\" Я. И. Смирновым. Абдуллахан - один из соперничавших в Золотой Орде ханов в 60-х годах XIV в.

2 Saygio - венецианская мера веса, равная 1/6 унции (примеч. В. В. Бартольда к стр. 115 \"Путешествия Марко Поло\").

3 И. П. Mинаев. Путешествие Марко Поло. Под ред. В. В. Бартольда, стр. 114-115.

Интересны сведения о пайцзах у Мэн-хуна. Он говорит о золотых пайцзах с изображением дерущихся тигров, о золотых пайцзах без тигров и о серебряных пайцзах. На всех них существует надпись, которая от имени ниспосланного небом предписывает исполнение приказания предъявившего пайцзу.1 Имеются подробные сведения о пайцзах и у Рашид-ад-дина в его истории Газан-хана.2

Марко Поло по памяти точно передал содержание типичной надписи на пайцзах. О пайцзах говорится и в ярлыках, например в золотоордынских ярлыках Тохтавдыша и Тимур-Кутлуга.3 Здесь рядом со словом \"ярлык\" употребляется и \"найцза\". В русских источниках пайцза известна в форме \"байса\". Существует мнение, что иногда пайцзу передавали словом \"басма\". Таковы взгляды К. А. Иностранцева 4 и А. А. Спицыыа,5 доказывавших тождество слов \"басма\" и \"байса\". Речь идет о басме золотоордынских послов хана Ахмета, брошенной и истоптанной московским, великим князем Иваном III, как бы в знак объявления независимости Руси от татарского ига. О пайцзах и ярлыках, сопровождаемых разного рода тамгами (печатями), много говорится у Рашид-ад-дина в его истории Газан-хана (1295-1304), хулагидского хана в Иране.6

1 Mэн-хун, ук. соч., стр. 229. В настоящее время автором сочинения считается не Мэн-хун, Джао-хун.

2 Pашид-ад-дин. Сборы, летоп., т. III, стр. 277 след.

3 См. указанный ярлык в перев. В. Радлова.

4 К. А. Иностранцев. К вопросу о басме. ЗВО, т. XVIII. стр. 172.

5 А. А. Спицын. Татарские байсы. Изв. Археограф, комисс., вып. 29, 1909.

6 D\'Ohsson, т. IV, стр. 409-416.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ГОРОДСКАЯ ЖИЗНЬ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ

В Золотой Орде была очень развита городская жизнь. Думается, что один список ремесленных и торговых городов в Крыму, на Кавказе, в Булгаре, Нижнем Поволжье и Хорезме мог бы произвести сильное впечатление. Подавляющее число городов существовало, конечно, задолго до образования Золотоордынского государства. Такие города, как Кафа (Феодосия), Судак, Керчь в Крыму, Азак (Азов) на Азовском море, Ургенч в Хорезме, Булгар, Биляр, при монголах значительно выросли; другие, как Крым (ныне Старый Крым), Сарай Бату и Сарай Берке в Поволжье, Маджар на Северном Кавказе и др., были выстроены заново. В восточных источниках, у арабских, персидских, армянских авторов XIII-XV вв., находится много сведений, относящихся к городам и торговле в Золотой Орде. Выше уже подчеркивалось, что торговля в золотоордынских городах в силу географических особенностей и старых налаженных торговых связей с соседними странами развивалась u исключительно благоприятных условиях. Наиболее изученным из золотоордынских городов является Сарай Берке, т. е. тот Сарай, который был основан при Берке (1255-1266) и куда при Узбек-хане (1312-1341) была перенесена из Сарая Бату столица государства. О первом у нас имеются не только известия современников-путешественников и рассказы географов или историков со слов бывших там купцов, главным образом мусульманских, но и богатейшие материалы археологического порядка, добытые еще раскопками Терещенко в 40-х годах XIX в. на территории огромного городища, часть которого занята небольшим городом Ленинском. Ныне, благодаря самому городищу и памятникам материальной культуры, найденным там, можно уяснить, наконец, что представлял собой в монгольский период (XIII-XV вв.) этот большой торгово-ремесленный город. Обилие вещественного материала из Сарая Берке, которым обладает Отдел Востока Эрмитажа, дает возможность конкретно расшифровать те общие и краткие описания, которые сохранились в письменных источниках, главным образом у арабских авторов.

Описания эти хорошо известны востоковедческой литературе и ко раз проявлялись в переводе в различных работах, касающихся Золотой Орды. \"Рассказывал мне доблестнейший Шуджаэддии Абдеррахман Эльхарезми, толмач, пишет ал-Омари, - что город Сарай построен Берке-ханом на берегу Тура некой реки [Итиля]. Он [лежит] на солончаковой земле, без всяких стен. Место пребывания там большой дворец, на верхушке которого [находится] золотое новолуние [весом] в дин кантыря египетских. Дворец окружают стены, башни да дома, в которых живут эмиры его. В этом дворце их зимние помещения. Эта река [И тиль], говорит он, размером в Нил, [взятыи[ три раза и [даже] больше; по ней плавают большие суда и гадят к Русским и Славянам. Начало этой реки в земле Славян. Он, т. е. Сарай, город великий, заключающий в себе рынки, бани и заведения благочестия[?], место, куда направляются товары. По середине его [находится] пруд, вода которого [проведена] из этой реки. Вода его употребляется только на работы, а для питья их [вода берется] из реки; ее черпают для них [жителей] глиняными кувшинами, которые ставятся рядом на телеги, отвозятся в город и там продаются\".1

1 В. Г. Тизенгаузен, ук. соч., т. I, стр. 219, 220 (арабок, текст), стр. 241 (русск. перев.).

Ал-Омари писал со слов очевидцев, но сам в Sapae не был. Ибн-Батута, как известно, прожил в Сарае в 1333 г. Некото

рое время, и его описания как свидетеля и очевидца приобретают особую ценность, \"Город Сарай [один] из красивейших городов, достигший чрезвычайной величины, на ровной земле, переполненный людьми, красивыми базарами и широкими улицами. Однажды мы поехали верхом с одним из старейшин его, намереваясь объехать его кругом и узнать объем его. Жили мы в одном конце его и выехали оттуда утром, а доехали до другого конца его только после полдня... и [все] это сплошной ряд домов, где нет ни пустопорожних мест, ни садов. В нем тринадцать мечетей для соборной службы; одна из них шафийская. Кроме того, еще чрезвычайно много [других] мечетей. В нем [живут] разные народы, как-то: Монголы - это [настоящие] жители страны и владыки ее; некоторые из них мусульмане; Асы, которые мусульмане; Кипчаки, Черкесы, Русские и Византийцы, которые христиане. Каждый народ живет в своем участке отдельно; там и базары их. Купцы же и чужеземцы из обоих Ираков, из Египта, Сирии и других мест живут в [особом] участке, где стена окружает имущество купцов\".1

1 В. Г. Тизенгаузен, ук. соч., т. I,

Как бы ни были кратки описания ал-Омари и Ибн-Батуты, они все же создают впечатление оживленного, большого ремесленно-торгового города. Раскопки Терещенко, произведенные сто лет назад, не только подтвердили известия этих авторов, но и прибавили к ним ряд новых данных, особенно в области размеров, топографии города, а также ремесел, торговли и культурного взаимодействия с другими странами. Согласно всей совокупности материалов, которые имеются в настоящее время в руках историков, Сарай Берке представляется в первой половине XIV в., в период его расцвета при Узбек-хане, городом, имеющим много более ста тысяч населения. Быстрый рост столицы Золотой Орды не был обусловлен нормальным развитием собственных производительных сил. На достройки (дворцы, мечети, медресе и др.), на организацию больших ханских мастерских (кархана) и другие статьи городской жизни шли главным образом средства, добытые путем насильственного взимания даней с крестьянского населения русских феодальных княжеств. Богатство золотоордынских городов, особенно двух Сараев, строилось в полном смысле слова на систематическом ограблении покоренных народов, и в первую очередь феодальной Руси XIII, XIV и отчасти XV в. Не входя в особенности топографической структуры Сарая,1 которая, конечно, отражала на себе социальную сущность города, остановимся главным образом на наиболее интересной его стороне, на развитии в нем ремесленной промышленности и на происходившей в нем торговле. Интерес к этой стороне отчасти обусловливается и тем фактом, что именно о ремеслах в Сарае Борке в нашем распоряжении более всего подлинного фактического материала из упомянутых раскопок Терещенко. Позволим себе привести небольшой отрывок из отчета Терещенко: \"Па четырехугольном пространстве, имеющем окружность довести десять сажен 2 и усаженном мелким кирпичом в ширину па пятнадцать с половиной сажен, находили во мно-жестве: битую цветную и стеклянную посуду, чаши, чернильницы, куски кож, кожу, скроенную для сапог и башмаков, холст, шелковую материю, одежду все это перегоревшее; ножи, ятаганы, шпажные клинки, топоры, заступы, сковороды, тазы, употребляемые при обрядном омовении, кочерги, трут, огнива, ножички, чугунные котлы, медные чаши, медные кубки, медные подсвечники, костяные прутики, употребляемые при вязании, обломки от ножниц, мониста, пережженную бумагу, ножики, березовую кору, перегоревшие цы-новки, плетенные из травы \"куга\", гвозди, крючья, петли дверные, замки вставные и висячие, куски перегоревшего печеного хлеба, рожь, пшеницу, орехи, грецкие и обыкновенные лесные, чернильные орешки, жолуди, миндаль, изюм, чернослив, сливы, винные ягоды, сладкие рожки, персики, фисташки, гвоздику, перец, бобы, сарацинское пшено и частью кофе [?].

1 Ф. В. Баллод. Старый и Новый Сарай. - А. К). Якубовскии. Столица Золотой Орды - Сарай Берке. Гос. Эрмитаж, ГАИМК, 1932.

2 Речь идет о раскопках Терещенко, произведенных в месте, лежащем на юг от центральной части города.

В трех каменных подвалах на этом месте лежали кучей: куски кристалла, краски - синяя, желтая, голубая, зеленая, красная и белая; кольцо от хомутов и уздечки, удила, цепи железные, подковы, железные втулки от колес, смола, листы меди, оселки, точильные бруски, грифельные дощечки, камни для растирания красок, глиняные кегли [?] и шары, медная проволока, мотыги, сера, квасцы, селитра, просо. По разнородности найденных на одном месте предметов можно полагать, что тут был базар, внутри которого могло находиться каменное складочное место для товаров, какое бывает почти но всяком азиатском городе\".1

Чтобы в развалинах древнего города можно было найти такое огромное количество предметов, необходима была какая-то катастрофа, после которой жители покинули бы свои жилища, свое имущество, да и самый город.

Известно, что такая катастрофа, как то отмечено выше, и произошла с Сараем Берке, когда в 1395 г. Тимур (Тамерлан) после разгрома золотоордынского войска разрушил прекрасную столицу почти до основания. Изучение материалов раскопок Терещенко (его отчеты плюс самые памятники) дает основание утверждать, что в Сарае Берне была широко развита ремесленная промышленность. Находясь в Европе, но будучи в основном типичным восточным феодальным городом, Сарай Берне в своей ремесленно-торговой части представлял совокупность кварталов с узкими улочками, каждый из которых был занят под определенное ремесленное производство.

1 В. В. Григорьев. Четырехлетние археологические поиски н развалинах Сарая. ЖМВД, 1847, кн. 9.

В базарные дни ремесленные кварталы превращались в оживленный базар, где бойко шла торговля производившимися тут же предметами. В Сарае Берке были кварталы ремесленников но металлу: 1) кузницы, 2) мастерские по выделке ножей и простого холодного оружия, 3) мастерские по выделкеземледельческих орудий (серпы, лемехи и др.), 4) мастерские по выделке бронзовой и медной посуды.1 Насколько металлическое производство занимало большое место в производственной жизни столицы Золотой Орды, видно из следующих слов отчета Терещенко: \"При открытии в одном месте осьми горнов, один из них найден с семьюдесятью отдушинами; посредине горна стояла обвалившаяся печь; ее окружали водопроводные трубы, которые расходились по стенкам отдушин; около печи нашли несколько ночников, кувшинов, котлов и множество слитков железа, меди, плавильных чашечек; и форм.

\"Во всех остальных горнах также находили слитки металлические, куски разбитых форм и плавильных чашечек\".2 Перед нами металлический \"завод\", - повидимому, это типичг-ная для монгольского периода корхана, т. е. большая; мастерская с разделением труда, принадлежащая ханскому двору или кому-нибудь из богатых купцов или феодалов. К сожалению, в письменных источниках не сохранилось описаний золотоордынских корхара. Большое зна-чение в Сарае Берке имело кожевенное производство, что понятно, ибо он находился в исключительно благоприятных условиях, для развития этой отрасли ремесленной промышленности. Кругом - степи, стада кочевников, скотоводов,, откуда и в самом Сарае Берке богатые кожей базары. К сожалению, изделий из кожи от золотоордынского времени сохранилось немного. Значительное место в Сарае занимало и ткацкое производство: выделка шерстяных и даже хлопчатобумажных тканей из привозившегося из Средней Азии хлопка. Конечно, сарайское производство главным образом охватывало изделия из шерсти, которая в большом количестве получалась от соседей-кочевников.

Что же касается хлопчатобумажных и шелковых тканей, то, несмотря на наличность местного производства, главная масса товара импортировалась из Средней Азии, Кавказа, Ирана и Китая.

1 А. Ю. Якубовский. Столица Золотой Орды-Сарай Берке, стр. 20.

2 В. В. Григорьев, ук. соч., стр. 24.

Позволим себе, хотя бы в общих чертах, рассмотреть огромное количество археологических памятников, извлеченных раскопками Терещенко на территории городища, которое когда-то было городом Сарай Берке. Эти археологические памятники весьма разнообразны и рисуют картину богатой ремесленной промышленности как столицы, так и других городов Золотой Орды. Многие из найденных во время раскопок предметов не местного, а привозного происхождения, что в свою очередь может служить показателем торговых связей с другими странами.

Среди сарайских памятников больше всего керамических изделий, особенно сосудов, неглазурованных и глазурованных, орнаментированных и неорнаментированных.

Основная масса керамики - неглазурованные сосуды, обслуживающие разнообразные нужды домашнего хозяйства: сосуды для воды, масла и других жидких и сыпучих тел, кувшины, чашки, чираги (масляные светильники) и т. д. Неглазурованные сосуды, за небольшим исключением, местного происхождения и бытовали своими формами и техникой еще задолго до появления татар в нижнем Поволжье и Северном Кавказе. Эта группа золотоордынской керамики оказалась наиболее устойчивой. Среди многообразных образцов глазурованной или поливной керамики надо выделить целую группу серовато-зеленых чашек, покрытых изнутри и снаружи подглазурной росписью по белому ангобу (тонкий слой белой глины в виде обмазки на основном теле сосуда). Изнутри имеется рельефный растительный орнамент в сочетании с арабскими надписями в центре, на дне чашки рельефное изображение птицы или звезды, снаружи рельефные арочки, покрытые крупными синими горошинами, как впрочем и вся внутренняя и наружная поверхность чаш. Отдельно следует отметить сосуды, чаши, кувшины и другие предметы, покрытые густым слоем бирюзовой глазури весьма высокого качества. Бросается в глаза также группа высокохудожественных сосудов (чаши, кувшины, чернильницы и другие): по глубокому темносинему фону представлены композиции, в которые входят растительные массивы в сочетании с изображениями птиц и животных, где сохранились следы росписи золотом.

Представляет интерес также группа глиняных неполивных сосудов, художественно обработанных рельефным штампованным и резным орнаментом, по большей части раститель-ным, иногда в сочетании с изображением птиц и животных. Некоторые из этих сосудов имеют штампованный орнамент в сочетании с частичной бирюзовой росписью. Большая часть вышеотмеченных образцов художественной керамики зародилась в Золотой Орде в поволжских городах, особенно в Са-раях, под воздействием Ургенча, откуда на Волгу золотоор-дынскио власти перевели большое количество мастеров, главным образом керамистов.

Ките уже отмечалось, что сами татары не принесли с собой никаких традиций в области ремесленной промышленности, - все, что в этой области производилось, было делом рук покоренных народов, их ремесленников, по большей части насильно переведенных в поволжские города, особенно в Сарай Бату и Сарай Берке.

В находках Терещенко во время раскопочных работ на городище Сарая Берке особое внимание привлекают изделия из стекла. Выделка стекла в XIII-XIV вв. была дорогой, не все страны производили тогда стеклянные изделия, в силу чего стекло было предметом роскоши. В Золотой Орде, и в частности в Сараях, оно было привозным по большей части из Сирии и Египта. Мне уже приходилось в своей работе писать об этом стекле:1 \"Это остатки больших парадных масляных ламп и сосудов в виде графина, употреблявшихся в богатых домах, по всей вероятности в ханском дворце или дворцах придворной знати. Стекло это довольно толстое, почти бесцветное, приятного фона, с художественно выполненной многокрасочной росписью (цвета - синий, красный, белый, желтый, фисташковый и золото), с растительным орнаментом и арабскими надписями, часто указывающими индивидуальный заказ того или иного лица, по большей части того или иного египетского султана. Попадали они в Золотую Орду в каче-стве подарков при посольствах, которые систематически приезжали, как мы выше видели, из Египта в Сарай\".

1 А. Ю. Якубовский. Столица Золотой Орды - Сарай Берне. Л., 1932, стр. 43.

Чтобы убедиться в правильности этого суждения, нужно только сравнить эти стеклянные изделия с подобными изделиями из Египта и Сирии. Более того, на это же указывают и сами письменные источники, описывающие подарки египетских мамлюкских султанов золотоордынским ханам и членам их династии. Среди ремесленников, работающих в городах Золотой Орды, преимущественно в Сараях, большую роль играли ремесленники по выделке оружия, а также всего, что нужно было воину - коннику и пехотинцу, -стремена, конская сбруя, удила, седла и т. д.

От Золотой Орды дошли до нас железные мечи и кривые сабли, в том числе сабля самого Узбек-хана с золотой надписью на рукояти, заржавелые клинки кинжалов с костяными ручками, железные наконечники копий и стрел, костяные кольца-от луков, костяной наконечник свистящей стрелы, о которой часто упоминается в русской летописи, деревянное седло с высокой лукой, очень удобное, бронзовые литые пластинки; украшенные прорезным (ажурным) орнаментом с изображением дракона и служившие украшением седла, железные удила, остатки кольчуги из железных колец.

Среди откопанных Терещенко предметов имеется большое количество вещей, ярко характеризующих быт богатого саранского дома. Тут можно увидеть дверную бронзовую кольцевую ручку художественной работы, которая заменяла наш дверной звонок (кольцом стучали о бронзовую пластинку) и которая по сей день бытует на Востоке; железные висячие замки, металлические части сундуков в виде оковок углов и бронзовых ручек; бронзовые чираги, бронзовый мангал (в полной сохранности) для горячих угольев, служащий для согревания ног и рук в зимнее время в домах, где не было отопления.

Очень хороши бронзовые трубки с львиными головами - предметы, представляющие собой части садовых фонтанов, бронзовые чаши с инкрустацией, великолепный экземпляр мраморной подставки для подсвечника с высеченной арабской надписью. Среди замечательных находок нужно особенное внимание обратить на изделия из золота и, прежде всего, на золотой сосуд и форме глубокой чаши с двумя ручками в виде фантастических зверей с телом рыбы и головой дракона.

Сосуд этот найден был Терещенко во время раскопок в 1847 г. на территории развалин Сарая Берке. В Сарае Берне, как впрочем и в Сарае Бату, а также и в других золотоордын-ских городах в Поволжье, имелись специальные ремесленники по выделке глазурованных изразцов. Большая часть их дошла до нас также благодаря раскопочным работам Терещенко. По технике и характеру своему они являются1 в полном смысле слова повторением и продолжением традиций хорезмийских мастеров из Ургенча. В мозаиках двух Сараев (главные материалы все же из Сарая Берке) большую роль играют цвета бирюзовый, синий, белый; часто применяется желтый цвет, а иногда золото. Однако признаком, отличающим мозаики Сарая Берке и Сарая Бату от аналогичных мозаик Самарканда и Шахрисябза, - и, наг оборот, сближающим их с ургенчскими мозаиками, -является обильное введение красного цвета.

— Именно поэтому нам надо действовать без промаха, чтобы комар носа не подточил. Умоляю тебя, Шелл, не болтайся под ногами, чтобы не изгадить нам дела, пока мы не соберем бесспорные доказательства.

— Прежде всего вам надо отловить Бендера.

В Сарае Берке израцзов этих найдено было такое большое количество, что нельзя не сделать вывода о их широком применении в покрытии наружных, а может быть и внутренних стен зданий мечетей, медресе, мавзолеев и дворцов.

— Именно это я и имею в виду. Не мешай, пока мы будем работать. Если что-нибудь прорежется, я немедленно дам тебе знать. Но вообще мне следовало бы засадить тебя за решетку на некоторое время.

— Я исчезну из обращения. Решеток не надо.

Перечисляя главные отрасли ремесленного производства Сарая Берке, необходимо подчеркнуть, что базары, которыми так славилась столица Золотой Орды, бслуживали не только караванную торговлю всех купцов,, приходивших сюда из западных и восточных стран, но и местные потребности. Ввозя огромное количество зерна, мяса, молочных изделий, шерсти, кож и т. д., жители Нижнего Поволжья и соседних кочевых степей покупали все им необходимое: крестьяне - ткани, изделия из металла, глиняную утварь и т. д., а кочевники хлеб, грубые хлопчатобумажные ткани... Ал-Омари и Ибн-Батута отмечают, что в Сарае живет большое количество

— Где тебя можно будет найти?

Подумав немного, я все-таки дал ему номер телефона Фэйрвью. Мы перекинулись еще парой фраз, и я уехал.

* * *

Утро застало меня в Фэйрвью или, скорее, то немногое, что осталось от меня после трудного дня и бурного фрамблота. Я почти совсем не спал, и можно сказать, что от Шелла Скотта осталась лишь шелуха. Лорел тихо спала рядом со мной. В этот момент детективы Рино, Лас-Вегаса и всей Невады ведут поиски Брэда Бендера. Или его трупа. Еще больше народа охотится за так называемым Бобом Брауном. Кипит бурная деятельность, но, как Сэм ясно дал понять, в ней нет места для меня, пока не будет дано на-то разрешения. Ну что же, пока я обязан тихо сидеть и ждать.

Фэйрвью кажется хорошим местом для безделья. Лорел легонько вздохнула во сне, и я тут же решил, что Фэйрвью не просто хорошее, а самое лучшее место.

Она открыла глаза и заморгала спросонья.

— Салют.

купцов из разных стран. И действительно, \"интернациональность\" рынка одна из характерных особенностей этого города. Купцу из Венгрии, а то и из Италии незачем ехатьсамому в Китай за китайскими шелковыми тканями, он их может получить здесь. Главное внимание европейских и восточных купцов привлекали на базарах Сарая те меха, которые поступали из Булгара и на север от него лежащих районов. Было бы, однако, большой ошибкой думать, что караванная торговля в Золотой Орде шла только за счет предметов роскоши. Хорошо известно, что из Нижнего Поволжья в большом количестве вывозили кожи и кору для дубления кож, последнюю специально для нужд кожевенного производства Хорезма. Ремесленники если и не составляли большинства населения Сарая Берке. то во всяком случае были самым значительным по своей численности слоем. Как и в Египте, Иране, сельджукской Турции, Средней Азии, Грузии. Армении, Крыму, ремесленники Сарая Берке были невидимому объединены в особые ремесленные организации, которые по целому ряду признаков можно сближать с западноевропейскими средневековыми цехами. К сожалению, для Золотой Орды мы имеем такое малое количество фактов по этому вопросу, что наши суждения могут носить лишь характер предположения. Возникает вопрос: откуда же в чрезвычайно короткий срок могли во вновь построенных городах появиться ремесленники в таком большом количестве, чтобы по численности своей занять одно из первых, если не первое место? Известно, что на Востоке, в эпоху феодализма, завоеватели часто переводили ремесленников из захваченных городов на новые места. Монголы в этом отношении не принесли С собой ничего нового, а только широко пользовались существовавшей до них практикой. Карпини рассказывает, что \"в земле Сарацинов и других, в среде которых они являются как бы господами, они забирают всех лучших ремесленников и приставляют их ко всем делам. Другие же ремесленники платят им дань\".1 Еще более интересный рассказ о ремесленниках, переброшенных далеко на Восток и работавших у Мункэ-хана в качестве до-бывающих золото и выделывающих оружие, дает В. Рубрук.2 Ремесленники эти были из немцев. Об очень характерном факте говорит П. Кафаров в примечании 241 к \"Описанию путешествия даосского монаха Чан-Чуня на запад\". \"Чингис-хан: завел военное население на Алу-Хуане [Орхон?]. где построен был город Чжинь хай чэн, по имени Чжинь-хая, которому Чингис-хан поручил управление этой страной. Чжинь-хай начальствовал над 300 слишком домов золототкачей из западных краев и 300 домов шерстяноткачей из Китая\". Ремесленники \"западных краев\" - это те. которых Чингис-хан вывез из городов Мавераннахра в 1220-1221 гг.3 Конечно, такое положение, что ремесленники работали на ханскую власть чуть ли не в качестве рабов, может характеризовать только-первые годы существования Золотой Орды, В дальнейшем: мы видим в Сарае Бату и Сарае Берке ремесленников, которые могут считаться местными по своему происхождению или по своей воле сюда приехавшими из других городов, как сред-неазиатских, так Кавказа, Крыма и даже Египта, что, конечно, не исключает нового притока пригнанных путем захвата в плен ремесленников из какого-нибудь завоеванного города. Среди многочисленных ремесленников, пригоняемых после каждого нового похода, в Сараях и других городах Золотой Орды появилось немало и русских ремесленников, слава о которых доходила до самой Монголии-Вспомним только о Козьме, русском золотых дел мастере, который в Каракоруме - столице Монгольской импе-рии, - во дворце Гуюк-хана, сделал трон из слоновой кости с золотыми украшениями.4 В Сарае Берке в раскопках Терещенко мы имеем несколько художественно сделанных металлических икон в виде крестов работы русских мастеров. В Увеке-городе вблизи современного Саратова-была найдена литейная форма из камня для изготовления серебряных украшений, явно русского происхождения, о чем упоминает Б. А. Рыбаков в своей книге.1 Татары не знали в большом масштабе ни плотничного, ни столярного ремесел. Из окружающих Дешт-и-Кып-чак народов никто не мог в ремеслах по дереву сравниться с русскими мастерами. Едва ли мы ошибемся, если выскажем предположение, что суда на Волге строили русские. Ниже мы увидим, что в конце XIV и XV в. судоходство на Волге было в руках русских. В источниках мы совсем не имеем сведений, которые указывали бы на наличие ремесленников татарско-монгольского происхождения в значительном количестве. Ремесленники в Золотой Орде по своему этническому составу были весьма пестры. Не все они, конечно, были пленниками. За XIII-XIV вв. в горо�— Который час?

�ах Золотой Орды сложились целые кварталы потомственных ремесленников, которые не могли в условиях феодального общества не иметь своих организаций.

Я оглянулся и посмотрел на часы.

— Почти пять.

1 Плано Карпини и В. Рубрук, ук. соч., стр. 36.

— Пора, пожалуй, вставать. Начинается большой день. Физзарядка, завтрак. Ведь сегодня третье июля, открывается съезд.

— Ну и пусть себе открывается, — пробормотал я.

2 Плано Карпини и В. Рубрук, ук. соч., стр. 104.

— Ты же будешь там? Я тебе расскажу об обязанностях директора оздоровительной программы.

3 П. Кофаров. Труды членов Росс. дух. миссии в Пекине, т. IV, стр. 404.

— Ладно, побуду недолго. Но почему вам так до зарезу нужен этот чертов директор?

4 Плано Карпини, ук. соч.. стр. 57.

— Никакой трагедии не произойдет, если его не будет. Но с ним все гораздо лучше. Нет, правда, Шелл. Я вчера вечером говорила с мистером и миссис Блор, и они очень хотят, чтобы ты принял участие. — Лорел улыбнулась. — Они полагают, что ты все же лучше, чем ничего. Тебе понравится. В твои обязанности входит судейство в играх, беге и конкурсе красоты.

— Ну, если конкурс красоты, то, конечно, я побуду с вами. Но совсем недолго. До тех пор, пока мне не позвонят по телефону. Но, надеюсь, так рано утром на мне не лежат никакие обязанности.

Во всяком случае в ярлыке Тохтамыша Бей-Ходжи от 1382 г. мы имеем дело с выражением \"старейшинам мастеровых\", что указывает на возможную наличность упомянутых ремесленных организаций.

— Не знаю. — Она улыбалась. Однако через секунду заявила: — Нет, нет, не сейчас. Нам надо вставать.

На сей раз зарядка прошла без всяких проблем. Передо мной было человек двести, поскольку участники начали съезжаться с вечера. Они разместились в зеленой раздевалке, кроме того, дополнительные койки были установлены в двух других зданиях и в хижинах. Мы мило похлопали в ладоши и, не надрываясь, слегка попрыгали. Я все проделывал без тени смущения. Похоже на то, что началось превращение Шелла Скотта в закоренелого нудиста.

К девяти утра солнце грело вовсю, расцветал еще один замечательный день, когда пронзительно-голубое небо Калифорнии украшают пушистые комочки белых облаков. До этого я успел провести полчаса в Совете, где меня посвятили во все предстоящие номера программы и рассказали о моей роли в них. Пару раз я позвонил в полицию и поговорил с Сэмсоном. Пока все оставалось на том же месте.

Важное место в городской жизни - и, в частности, в жизни Сарая Берке - занимали купцы. В XIII-XIV вв. при монголах во всех монгольских государствах купцам, особенно членам крупных торговых домов или артелей, было отведено, почетное место. Ярлык. Тохтамыша Ягайлу от 1393 г. дает выражение \"базарган ортокларын\", т. е. \"твои купеческие артели\",2 как это место перевел В. Радлов. Хотя выражение это относится к купцам Ягайлы, однако тот же термин \"уртак\" мы встречаем и в восточных источниках по отношению к купцам Золотой Орды и Персидского государства под властью монгольской династии из дома Хулагу.

Во время заседания Совета обнаружилась странная штука. Ожидалось прибытие трехсот — четырехсот любителей природы со всех концов Соединенных Штатов. Последние месяцы мистер и миссис Блор прилагали огромные усилия, чтобы напечатанные в типографии приглашения получили все, кто выразил пожелание почтить своим присутствием великое событие. Каждое приглашение было рассчитано на двух человек (пару) и служило пропуском в лагерь. Особое внимание уделялось тому, чтобы приглашение получали только признанные натуристы, главным образом члены Ассоциации любителей загара. Все было в основном проведено в соответствии с планом, произошла лишь одна накладка: четыре приглашения исчезли, и никто не мог за них отчитаться. Эта информация прозвучала на заседании Совета, но я практически пропустил ее мимо ушей, а последующие безумные часы и вовсе вышибли из моей головы проблему четырех утерянных пропусков.

1 В. А. Рыбаков. Ремесло древней Руси, стр 530.

К девяти часам практически все, кто собирался прибыть, прибыли. Лорел и я не расставались все утро. Сейчас мы оказались в центре поляны среди весело болтающих обнаженных людей. Со всех сторон были слышны громкие приветствия старых друзей и знакомых и приятельские шлепки по спинам. Именно по спинам. Лорел и я находились рядом с длинным столом, прогибающимся под тяжестью свежих фруктов и овощей, холодного мяса, орехов и бутылок с разной безалкогольной чепухой. В центре стола возвышалась огромная чаша для пунша, наполненная свежеприготовленным фруктовым соком. В нескольких ярдах от стола находились деревянные подмостки, которые, по моему разумению, должны были сыграть какую-то роль в одном из конкурсов. Вокруг все были голышом. Половину присутствующих, наверное, составляли мужчины, но я видел только женщин.

Если быть до конца честным, то в среднем качество ста пятидесяти особ женского пола, окружавших меня, было ниже того уровня, к которому я начал привыкать в Фэйрвью. Например, у одной девицы в нескольких футах от меня ничего не было наверху, но зато наблюдался огромный перерасход материала ниже талии.

2 В. Радлов. Ярлыки Тохтамыша и Темир-Кутлуга, ЗВО т. III, стр. 6 и 15.

Ясно без слов, что раньше ничего подобного никогда не представало перед моим взором, и сцена эта наводила на кое-какие размышления.

Практически всю свою жизнь я провел в Голливуде и пришел к выводу, что одним из его недостатков был обман, таящийся в тамошних женщинах. Мне нравится Фэйрвью, там все честно. Мне приходилось бывать накоротке с некоторыми голливудскими бутончиками, которые выглядят фантастически привлекательно. Но именно фантастически. Процесс их раздевания похож на удаление лепестков с артишоков. Китовый ус, прокладки, губчатая резина. Иногда приходилось снимать так много фальшивых прелестей, что казалось, под ними не останется ничего, кроме хохочущего лилипута.

У Вассафа, в его истории, известной под именем \"Тарих-и-Вассафк часто встречается выражение \"уртак\" по отношению к купцу; в частности, он это выражение употребляет и по отношению к купцам Берке-хана.1 Уже В. В. Бартольд отметил, что термин \"уртак\" в применении к Купцу означает \"товарища в деле\". \"компаньона\",2 члена торговой компании.

Здесь все было по-иному. Начать хотя бы с того, что в это место нельзя было пронести на себе ничего искусственного. Я взял Лорел за нежную, загорелую руку и потянул ее к чаше для пунша.

— Пойдем, родная. У меня что-то пересохло в горле. Дернем немного свекольного сока.

Мы протолкались через густую толпу голых тел к большому сосуду и зачерпнули две чашки красноватой жидкости.

Тот же Вассаф рассказывает, что у золотоордынских купцов (уртак) были большие вклады в Тебризе в руках у именитых граждан этого города.3 В монгольских , государствах XIII-XIV вв. термин \"уртак\" приобретает и специфическое значение, им обозначают купца, который торгует в качестве ханского торгового агента, по большей части оставаясь соучастником этой торговли.

Потягивая напиток, Лорел заметила:

— Хорошая явка, правда?

Термин \"базарган уртак\", т. е. \"купцы-уртаки\", встречается несколько раз в письме золотоордынского хана Улуг Мухаммеда к турецкому султану Мураду II от 27 Джумади I 831 г. х.(= 14 III 1428).

— Классная. И все время прибывает пополнение.

Я проглотил пунш и нахмурился. Это оказался совсем не свекольный сок. Ароматная прохладная жидкость с очень знакомым привкусом.

В атом письме Улуг Мухаммед указывает, что в прежние времена золотоордынские ханы обменивались с Турцией по-слами, а купцы-уртаки \"друг к другу ходили и в добром здравии, возвращались\". В дальнейшем однако сношения из-за распрей были прекращены. Теперь же. по мнению Улуг Мухаммеда, настало время возобновить сношения послами и купцами-уртаками. дабы последние ходили в Турцию и обратно \"по суше и воде\".- В каком смысле здесь употреблен термин- \"купцы-уртаки\", сказать трудно. Нам представляется, что как в смысле \"купцов паевщиков\", так и в смысле ханских торговых агентов.4 Говоря об Угэдей-хане, Рашид-ад-дин приводит немала примеров этого рода.

— Что это? — спросил я. — Скорее всего, у меня галлюцинация, но, кажется, здесь намешано что-то покрепче моркови. По крайней мере градусов на пятьдесят.

1 Hammer-Puгgstall. Geschichte Wassaf\'s, стр. 98 (персидск. текст).

— Ты имеешь в виду виски?

Ее брови над светлыми голубыми глазами от удивления поползли вверх.

2 В. В. Бартольд, Место прикаспийских областей в истории мусульманского мира, стр. 54.

— Что-то вроде этого. Виски, джин или водка. Трудно разобраться в этом пойле.

— О, Шелл. Никто не подливает спиртное в пунш. Во всяком случае, здесь.

3 Hammer-Purgstall, ук. соч., стр. 98 (персндск. текст).

Я подумал, что, видимо, она права, поэтому быстро опустошил свою чашку. Выпив еще по одной, мы отправились обозревать лагерь.

4 Akdes Nimet Kur at, ук. соч., стр. 8, строчки 4, 15-16.

Неподалеку от зеленого здания раздевалки стоял длинный стол, загруженный всем необходимым для фейерверка. Там были маленькие и большие ракеты, воздушные бомбы и римские свечи, которые, если их зажечь, выбрасывают разноцветные огненные шары. На краю стола лежала коробка специальных вощеных длинных спичек. Фейерверк должен был завершить вечером работу первого дня съезда. И я надеялся увидеть огненное пиршество. С детства обожаю фейерверки. Вдруг до моего слуха донеслись странные звуки.

— Что это? — спросил я. — Какое-то буханье.

Рашид-ад-дин даже приводит специальный термин \"уртаки\" \"уртачество\",1 В этом смысле у Рашид-ад-дина этот термин встречается часто. Только в связи с Угэдей-ханом мы видим его несколько раз.2

— Ты говоришь о музыке? Наверное, музыкальная группа из Сакраменто начала играть. Ее едва слышно за всем этим гвалтом.

В мои барабанные перепонки стучал, заглушая все остальные звуки, шум громких разговоров, но я старался прислушаться к оркестру.

— Ага, вот опять глухие удары? Слышишь?

— Слышу. Хорошо, что оркестр вступил в дело.

Неожиданно ее слова дошли до моего сознания. Мои глаза округлились, и я не смог сдержать ухмылки.

Встречается в этом смысле термин \"уртак\" и у Джувейни.3 Компании купцов не только держали вклады в разных торговых и ремесленных предприятиях, но брали на откуп, как выше мы видели, повинности целых областей и городов. Многие купцы и целые торговые компании были близки к ханской вла-сти. Из среды купцов выходили наиболее ответственные чинов-ники (даруги, баскаки) и часто послы. Купцы не раз ссужали ханскую власть в нужные моменты деньгами. Когда египетскому послу понадобились деньги в качестве выкупа за царевну Тулунбай, выдаваемую замуж за мамлюкского египетского султана, Узбек сказал послу последнего: \"Мы прикажем купцам ссу-дить тем, что [следует] внести, и приказал им сделать это. Он [посол] занял двадцать тысяч динаров чистым золотом и внес их\",4

— Оркестр? Музыка? Ты хочешь сказать, что будут танцы?

— Нет, глупый. Танцев не будет. Это не танцевальный оркестр, позже начнется коллективное пение, просто так, для веселья. Кроме того, при царящем здесь шуме надо, чтобы кто-то давал громкий сигнал о начале очередного номера.

Хотя я и был немного разочарован тем, что танцы не состоятся, нельзя было не признать, что глухое буханье что-то добавляло в общее веселье.

Выше уже говорилось о том, какой характер носила кара-ванная торговля Золотой Орды, чем торговали в Сараях, Ургенче, Булгаре, Крыму, какие товары шли из Китая, Средней Азии, какие привозила Европа и что поставляла сама Золотая Орда. В заключение мне хотелось бы остановиться на торговле конями, о чем так подробно пишет не раз упоминаемый нами арабский путешественник 30-х годов XIV в. Ибн-Батута. Он рассказывает, что Дешт-и-Кыпчак славится своими конями. Лучшие из них стоят на месте от пятидесяти до шестидесяти дирхемов.5 Лошадей этих вывозят в ряд стран, особенно в Индию. Караван доходит до шести тысяч конских единиц.

Вдруг на какую-то долю секунды все поплыло перед моими глазами. Началась головная боль. Я потряс головой.

— Детка, — сказал я, — свекольный сок начал бродить во мне.

1 Рашид-ад-дин, изд. Blochet, стр. 65.

Она посмотрела на меня как-то странно. Мы прикончили по второй чашке пунша и, не сговариваясь, опять направились к источнику. Хотя пунша оставалось совсем мало, мы выпили еще по одной. Привкус алкоголя на сей раз оказался гораздо заметнее. Я проглотил напиток и улыбнулся Лорел широкой, глупой улыбкой.

— Знаешь, какой-то негодяй все-таки подлил спирта в пунш.

2 Рашид-ад-дин, там яда, стр. 65 след.

Оркестр оглушительно грохнул.

— Сигнал, — заявила Лорел. — Поторопись, тебе обязательно надо быть там.

3 Джувейни, GMS, XVI, III, стр. 87.

— Где там?

— Там. На соревнованиях по бегу.

4 В. Г. Тизенгаузен, ук. соч., т, I, стр. 147 (арабск. текст), \"тр. 169 (русск. перев.).

Она повернулась и побежала прочь, лавируя между обнаженными телами.

— Какие еще соревнования? — завопил я и помчался вслед за девушкой.

5 Выше мы видели, что серебряный динар в Мавераннахре и Золотой Орде стоил в золотом исчислении 50 к. Дирхем =1/6 динара.

И вдруг я вспомнил. Она мне об этом уже говорила. Состоится забег, победительница которого получит титул «мисс Скорость» съезда этого года в Фэйрвью. Когда мы вырвались из толпы, я увидел, как в пятидесяти ярдах от меня множество женщин выстраиваются в прямую линию. К ним все время прибывало подкрепление. Лорел помчалась направо. Я смог догнать ее, лишь когда она остановилась. Она сказала:

— Здесь финиш, Шелл. Ты остаешься на этом месте. Я буду там, — она ткнула пальчиком направо, — а мистер Блор — третий рефери — там.

Теперь Лорел указала в противоположном направлении.

Отправляют их купеческие компании, причем на долю отдельных купцов приходится от ста До двухсот лошадей, Каждые пятьдесят коней обслуживаются особым пастухом. В северной Индии, в Мультане, купцы платили за каждую лошадь семь динаров серебром пошлины. Золотоордынские купцы выручали большие деньги, несмотря на значительные путевые расходы и высокие пошлины, ибо в массе продавали своих коней не дешевле ста динаров серебром.1 По словам венецианца Иосафато Барбаро, в первой половине XV в. Дешт-и-Кыпчак вывозил до 4000 коней в Иран в один торго-вый караван.

— Ты же останешься в середине.

— Да. Мы расположимся вдоль финишной черты.

— Я буду... в середине?

Выше нам не раз приходилось указывать, что Золотая Орда играла во второй половине XIII и особенно в XIV в. огромную роль в транзитной караванной торговле между Европой, в том числе Западной Европой, и Китаем, Важное место на этом караванном пути занимали города Крыма, Вспомним хотя бы торговое значение Судака в домонгольское время, в XI, XII и начале XIII вв. В XIV в. рядом с Судаком выдвигается роль Таны (Азак-Азвв), где в 20-х годах торговля была в руках генуэзских купцов, а в 30-х годах (с 1332 г.) - в руках венецианских купцов.

Теперь я заметил тонкую ленту, протянутую на земле у наших ног. Лорел еще раз указала места, где мы должны находиться, и я посмотрел на колыхающуюся массу женщин. Их было не меньше полусотни. Я слышал, как они визжали и вопили, хотя нас разделяло не менее ста ярдов. Слева от меня образовалась внушительная группа зрителей, желающих полюбоваться бегом.

— Здесь, в середине, — продолжала Лорел, — ты наиболее точно сможешь определить победительницу. Мистер Блор и я останемся на противоположных концах финишной черты на тот случай, если выиграет девушка, бегущая с краю.

Крым с его торговыми и транзитными портами был как бы связующим звеном между Западом и Востоком, не говоря о юго-восточной Европе, которая сама была одновременно и рынком и поставщиком разнообразных товаров. Из Таны, по свидетельству восточных и европейских авторов, караванный путь в Китай шел хотя и в трудных условиях, однако с гарантией безопасности в отношении как людей, так и товаров. Мы не ставим себе задачей привести здесь все сведения маршрутного характера, это могло бы служить темой специальной работы, а остановимся только на наиболее достоверных и ясных из них.

Вдруг она замолчала и, поморгав, сказала:

— Что-то голова сильно кружится.

Наиболее ценными могут быть признаны данные Ибн-Батуты, проехавшего из Крыма часть пути в Китай, и сведения флорентийского купца Франческо Бальдуччи Пегалотти, бывшего торговым агентом флорентийского торгового дома Барди, который вед крупные торговые операции в первой половине XIV в.

Вновь загремел оркестр. Я в ужасе содрогнулся.

— Как это оставаться в середине? Это значит, они попрут прямо на меня? А если дамы собьют меня с ног?

1 Voyages d\'ibn .Batoutah, т. II, стр. 371-374.

— Девушки этого не сделают.

— Откуда ты знаешь? Они затопчут меня. Есть гораздо более приятные способы найти свой конец.

Звук горна возник и оборвался на высокой ноте.

По словам Ибн-Батуты, из Сарая до Хорезма (Ургенча) считалось в его время 40 дней пути.1 Ехали на телегах (четырехколесных арбах), однако на лошадях, согласно Ибн-Батуте, тогда вследствие скудости кормов не ездили, а запрягали верблюдов. Однако на отрезке пути \"Сарай - Сарайчик\" иногда передвигались и на лошадях, - тот же Ибн-Батута сам проехал на лошадях до этого места. Между прочим он обратил здесь внимание на один очень интересный факт: через реку Улу-су (Великая вода), - а это есть река Яикили Урал,- был перекинут большой мост на судах подобно Багдадскому мосту, что несомненно было связано с оживленностью проходящей здесь дороги. Кстати, небезинтересная деталь: Ибн-Батута продал своих лошадей по 4 динара серебром 2 за голову, т. е. приблизительно по 2 рубля в золотом исчислении. На дорогу Сарай - Сарайчик он потратил 10 дней.

— Это предупреждение, — сказала Лорел. — Следующий сигнал означает старт. Готовься.

И она убежала.

Из Сарайчика четырехколесные арбы Ибн-Батуты следовали дальше, запряженные верблюдами, и проехали расстояние до Ургенча (Ибн-Батута именует его Хорезмом) в 30 дней, останавливаясь только на два часа - один раз утром, а другой на закате солнца. Трудность пути, ввиду палящего солнца, безводия и отсутствия хороших кормов, изнуряла верблюдов до предела. По словам Ибн-Батуты, большая часть этих верблюдов после такого пути погибала, а те немногие, что оста-иались жить, должны были отдыхать и кормиться целый год, чтобы быть годными для дальнейшей гоньбы.3

Я растерянно огляделся вокруг. Мистер Блор уже занял свое место, Лорел тоже достигла другого конца финишной черты. Запел горн, громко и чисто.

Слева до меня донесся леденящий душу вопль, и я быстро посмотрел в ту сторону. Масса тел пришла в движение и устремилась на меня. Вначале мне показалось, что покатилась розовая лавина, поток вулканической лавы, состоящей из живой плоти; затем эта масса начала распадаться на отдельные элементы. Женщины. Они мчались так, словно каждая из них была одержима жаждой победы. Быстро работающие руки, ноги, с силой отталкивающиеся от земли. Остальные части тела, надо сказать, тоже участвовали в движении.

Из Хорезма Ибн-Батута повернул в сторону Мавераннахра и отправился на Бухару и Самарканд. Что же касается тогдашней дороги в Китай, то из Ургенча она шла через степи на Отрар и Алмалык.

Это было отвратительное зрелище. Никогда, в самом диком кошмаре, я не смог, бы вообразить картину, отдаленно напоминающую эту. Земля гудела, как под копытами стада бизонов. Стоял такой вопль, будто ревел слон, угодивший в болото.

Неожиданно гонка закончилась. Я не имел ни малейшего представления, кто победил.

1 В. Г. Тизенгаузен, ук. соч., т. I, стр. 317.

Я заметил лишь, как три фигуры пронеслись мимо, после чего на меня обрушился вал обнаженных красоток. Вокруг были бедлам и вавилонское столпотворение одновременно. Пест... и какая-то тень проносилась мимо.

Фьюить... и еще одно тело проскакивало перед взором. Визг, вопли и смех заполняли окружающее пространство.

2 В. Г. Тизенгауаен, ук. соч., т. I, стр. 307-308.

Я лежал на земле, с челюстью, отвисшей, как дверца мышеловки, и на меня обрушилась ужасная мысль: «Женщины перестают меня интересовать!»

3 В. Г. Тнзенгаузен, ук. соч., т. I; стр. 308.

Неожиданно надо мной возникли три девицы. Они очень мило спорили между собой и, глядя на меня сверху вниз — именно сверху вниз, потому что я был распростерт на земле, — в унисон спросили:

— Ведь я победила, не правда ли?

Я поднялся на ноги и для разнообразия взглянул на них сверху вниз.

Не колеблясь, я принял решение.

У упомянутого выше Франческо Бальдуччи Пегалотти, который; хорошо был осведомлен в торговых маршрутах,, в том числе и в Китай из стран Западной Европы через Золотую Орду, имеется комментированный маршрут из Таны в Китай. Согласно Пегалотти, в первой половине XIV в., т. е. при Токта-хане и Узбек-хане, дорога из Таны на Астрахань (у него Gintarcan) длилась 25 дней на возах, запряженных волами, и 10-12 дней на телегах, запряженных лошадьми. Из Астрахани дорога шла на Сарай (Sara) водой, - имеется в виду, конечно, Сарай Бату, т. е. Старый Сарай, городище,, которое в настоящее время известно под именем Селитренного. Дорога эта занимала всего один день. Из Сарая Бату караванный путь шел на Сарайчик (Saracanco). По словам флорентийского автора, здесь было две дороги, одна водная, другая сухопутная. Водой надо было ехать всего 8 дней, этот путь, был удобнее и дешевле. Из Сарайчика дорога шла на Ургенч (Organci) и занимала всего 20 дней, причем возы были запряжены верблюдами. Здесь нельзя не отметить некоторое расхождение с Ибн-Батутой, который сам проехал 1333 г. эту-дорогу. Ибн-Батута ехал на верблюдах, причем быстрой ездой, и потратил на это 30 дней. Надо думать, что Пегалотти мог здесь ошибиться. Между прочим Пегалотти особенно подчеркивает, что Ургенч - оживленный торговый город. Из Ургенча дорога шла на Отрар (Oltrarre) также на возах; запряженных верблюдами. Путь этот проходили в 35-40 дней. Тот, кто не хотел по торговым целям заезжать в Ургенч, а считал более целесообразным двигаться прямо в Китай, мог взять более северную дорогу и, по словам Пегалотти,. доехать до Отрара в 50 дней. Из Отрара дорога шла на Алмалык (Armalecco) и дальше через Камсу (Camesu), Ганчжоу (Gassai) в Ханбалык (Gamalecco), в Китай.

— Победили вы, — сказал я, указывая на девушку, стоявшую в центре, — выиграли ну примерно на длину носа.

Она захлопала в ладоши. Призом ей должна была служить пара серебряных крылышек, прикрепляемых к ногам. По-моему, она больше заслуживала платинового бюстгальтера. Кстати, у нее практически не было носа.

Всего этот маршрут требовал 270 или 275 дней, т. е. 9 месяцев или 9 месяцев и 5 дней.1 Несколько ниже Пегалотти советует брать с собой полотняные ткани (tela) и при заезде в Ургенч продать их на серебряные слитки (sommi), которые были весьма полезны в торговле в тех местах.

Они ушли. Побежденные грациозно восприняли весть о своем поражении. Около меня появилась Лорел.

— Это было хорошее развлечение, — сказала она.

1 Francesco Balducci Pеgа1оtti. La pratica della mercatura Изд. Allan Ewans, Cambridge, Ш6, стр. 21, 22-23.

Я невесело рассмеялся. Всю жизнь я верил, что нечто похожее на этот забег будет пиком, вершиной абсолютного счастья. Но оказалось, в натуре все выглядит просто отвратительно.

Вернемся однако к Ибн-Батуте. Выше мы остановились на Ургенче. Отсюда он отправился торговым путем на Бухару и Самарканд. Нельзя пройти мимо впечатлений и замечаний Ибн-Батуты на этом участке караванной дороги. Ехал он также на верблюдах. От Ургенча до Бухары он проехал в 18 дней. Через 4 дня он был в Кяте, древнейшем из хорез-мийских городов. Характерно, что кругом в этом районе не было никаких поселений, в домонгольское же время это был цветущий, культурный район. Отсюда большая часть, пути до Вабкенда была также безводной.1 Все это были последствия монгольского погрома.

— Я рада, что ты сумел определить победительницу. Ни я, ни мистер Блор не видели, что творится в середине.

— Детка, — начал я неожиданно писклявым голосом, — слушай ужасную правду. После первой волны атакующих, удара штурмового отряда, я не помню ничего. Я был сбит с ног и затоптан. Они бежали по мне бесконечно долго. Ты не представляешь, что... — Я замолчал и неожиданно принял решение. — Лорел, я собираюсь хлебнуть еще немножко овощных капель. И надеюсь, что они окажутся отравленными.

Интересны впечатления Ибн-Батуты от Бухары и Самарканда. Автор отмечает, что ни тот, ни другой город не избавились еще от следов разрушений.

Лорел отправилась вместе со мной к чаше для пунша. Я без успеха поскреб стаканом по ее дну.

— Ничего нет, — орал я. — Все вылакали!

В источниках сохранились сведения о характере повозок, на которых в те времена передвигались в степях Золотой Орды. В этом отношении представляет интерес посмертно изданная статья В. В. Бартольда \"О колесном и верховом движении в Средней Азида.2 Выше мы видели, что из Судака, Керчи и Таны ходили четырехколесные крытые телеги (повозки), запряженные волами, лошадьми и верблюдами.

Я чувствовал, что у меня произошло полное разжижение мозгов.

— Все, Лорел, подаю в отставку. Я конченый человек. От меня остались лишь обломки. Это...

В очередной раз загремел оркестр.

Был еще один тип крытых повозок, который отмечается источниками. По словам Шереф-ад-дина Али Иезди: \"Жилищем степняков в этой безграничной пустыне являются шатры \"кутарме\", которые делают так, что их не разбирают, а ставят и снимают целиком, а во время передвижений и перекочевок едут, ставя их на телеги\".3 Эти слова относятся тоже к Дешт-и-Кыпчак,.

— Нет, только не это! — завопил я.

— Шелл, — сказала Лорел жестко. — Ты не должен так говорить. Пойдем! — Она схватила меня за руку. — Поторопись.

Лорел тянула меня за собой. Она продолжала говорить, протискиваясь сквозь толпу.

— Сейчас состоится конкурс красоты — главный конкурс первого дня.

1 Voyages d\'ibn Batoutah, т. III, стр. 21.

Ты не должен пропустить его.

— Конкурс красоты? Я ждал его с такой радостной надеждой... а теперь вся радость куда-то улетучилась.

— Поспешим, — сказала Лорел. И через минуту мы оказались у цели.

Рядом с нами была небольшая платформа, на которую я обратил внимание еще утром. Сколоченная из сосновых досок, футов пятнадцати в длину и шести в ширину, она примерно на ярд возвышалась над землей.

На каждом конце она завершалась деревянными ступеньками. С боков платформа не была прикрыта, и под нее можно было легко заглянуть. Хотя вряд ли кто-то решил бы предаться бессмысленному занятию.

2 ЗИВ, VI, 1937, стр. 5 след.

— У нас в запасе есть еще несколько минут, — сказала Лорел. — Я успею объяснить тебе всю процедуру. Видишь ступени? Всего будет двадцать две девушки, каждая представляет один лагерь. Они по одной станут подниматься по ступеням и проходить вдоль платформы.

— Значит, они пойдут по платформе? Возможно, я все же соглашусь судить этот конкурс, — заметил я.

— Они не спеша пройдут сюда, — Лорел показала на ступени, расположенные слева, — и спустятся вниз. Мы трое: ты, мистер Блор и я, как прошлогодняя королева, составляем жюри. Мы даем свои оценки, сравниваем их и объявляем победительницу. Если тебе потребуются разъяснения, я все время буду рядом. Правда, все очень просто. Ага, вот и они.

3 В. Г. Тизенгаузен, ук. соч., т. II, стр. 172-173

Участницы были на подходе. Действие развертывалось весьма чинно.

Мистер Блор, Лорел и я уселись напротив платформы в деревянные кресла. Двадцать две девушки выстроились друг за другом у ступеней с правой стороны. Толпа болельщиков расположилась позади нас на траве. Оркестр уселся за платформой. На сей раз он не гремел, а играл по-настоящему.

Напрягшись, я уловил знакомую мелодию. Они играли «Звездную пыль».

Прекрасно. Высокий класс. Оркестр замолк, зазвенел горн, после чего вновь полилась мелодия «Звездной пыли».

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

К этому времени я почти совсем успокоился, хотя окружающий мир по-прежнему оставался в легкой дымке. Несмотря на это, я не утратил остроты зрения. Фактически я уже определил победительницу конкурса. Миниатюрную, с хорошей фигуркой и копной рыжих волос девицу я был готов объявить королевой хоть сию секунду. Кроме того, меня начали интересовать события, происходящие во внешнем мире.

Один очень древний старикан был оставлен мною дежурить у телефона на тот случай, если последует звонок. Но телефон молчал. Вчера вечером и сегодня утром в немногие спокойные минуты я размышлял о том, что для убийцы миссис Редстоун, Йетса и потенциального убийцы Лорел и меня я, пожалуй, остался единственным, кого следует ухлопать. В этих обстоятельствах лагерь Фэйрвью, видимо, является самым безопасным местом. Ни один бандит не доберется до меня здесь. Последующие события показали, что никогда не следует недооценивать усилий, которые может затратить человек, если ему крайне необходимо укокошить своего собрата.

ЧЕРТЫ КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ ЗОЛОТОЙ ОРДЫ

Они появились ровно в десять утра. Первая девушка уже поднялась по ступенькам и начала неспешно двигаться вдоль платформы. Я поудобнее устроился в кресле, чтобы со всей серьезностью судить этот самый честный и справедливый в стране конкурс. Я не допущу никаких кривляний или, не дай Бог, чечетки. Первая участница была вполне на уровне, она немного задержалась в центре платформы, медленно повернулась на триста шестьдесят градусов и сошла по ступеням слева. Оркестр закончил играть «Звездную пыль». Но тут же без всякой паузы вновь раздались первые такты все той же «Звездной пыли». Кажется, эта пыльная буря начинала мне надоедать.

Можко ли говорить о культуре Золотой Орды, как мы это обычно понимаем? Говоря о культуре, мы предполагаем и носителя культуры, т. е. создавший ее народ.

Я посмотрел на оркестр и обратил внимание на мужчину, стоящего рядом с музыкантами спиной ко мне. В нем было что-то неуловимо знакомое, но, поскольку голова моя была занята совсем другими вещами, я полностью переключил свое внимание на эти «другие вещи». Следующей была рыженькая, которая, по моему мнению, уже выиграла конкурс. Но меня опять отвлекли. Группа людей справа от меня случайно раздвинулась, и в образовавшемся свободном пространстве я увидел пару, которая чем-то отличалась от всех остальных. Мужчина и женщина находились на некотором отдалении от толпы, в их руках были одинаковые маленькие кожаные сумки, смахивающие на портфели. Пока я смотрел, они открыли свои сумки и вытянули оттуда по куску коричневой материи. \"Что за чертовщина подумал я. Затем предо мной разыгралась ужасно смешная сцена.

Они натянули тряпки себе на головы, и вдруг на них оказались коричневые капюшоны с прорезями, сквозь которые они могли беспрепятственно осматривать округу. Мне это показалось страшно забавным. В голову пришла смешная мысль: ведь даже будь они моими друзьями, а девица самой близкой подругой, я не мог бы узнать их. Вообще толпа нудистов создает странную анонимность каждой отдельной личности. Ну, а уж если нудист натягивает на физиономию маску, анонимность становится абсолютной. Конечно, в этом виновато наше общество, которое выработало привычку одеваться, но факт есть факт. Как только я раньше не додумался до столь глубокой мысли. Мною овладело чертовски философское настроение. Видимо, потому что я перебрал фруктового сока. Из-за этого проклятого сока мне даже померещился револьвер. Мужчина уронил портфель, и из него что-то вывалилось, он быстро сцапал это что-то и сунул обратно. Это меня ужасно рассмешило. Я даже хрюкнул от удовольствия.

В Золотой Орде не было единого народа. Были покоренные пароды и были пришельцы-кочевники - татары, их завоеватели и угнетатели. Следовательно на территории Золотой Орды не могло быть единой культуры. В Хорезме, Булгарах, Крымских городах была своя древняя и сложная культурная жизнь, стоявшая неизмеримо выше того, что имели завоеватели.

Представьте себе нудиста-уголовника среди трехсот — четырехсот честных нудистов. Натяните ему на морду капюшон, и пусть он кого-нибудь пришьет. Сняв капюшон, бандит оказывается в полной безопасности. Кто сможет опознать его? Кто из обитателей Фэйрвью посмеет сделать это, когда потребуется идентифицировать его в суде? Все эти мысли меня страшно развеселили.

Хихикая, я оглянулся на свою рыженькую и вдруг впервые уловил какую-то перемену обстановки. «Звездная пыль» кончилась. Для разнообразия оркестр сменил мелодию. Там, около выстроившихся в ряд девушек, я увидел женское лицо, которое неожиданно поразило меня, хотя я вначале не понял почему. В нем было что-то знакомое, так же как и в пьесе, которую начал играть оркестр. Мне потребовалось всего несколько секунд, чтобы уловить мелодию, но все равно не хватило времени, чтобы остановить ее. Уже ничего нельзя было остановить. Тягучее, медленное «та-та-та-тата» коснулось моего уха и заставило вскочить на ноги. Теперь я знал, кто стоял спиной ко мне рядом с оркестром. Солнце поблескивало на его абсолютно лысом черепе — лысом черепе Свежего Яйца Фу. А оркестр выводил не что иное, как «Сан-Луи-блюз».

— Остановитесь! Перестаньте играть! — заревел я.

Да и сами завоеватели слились постепенно, как мы выше видели, с местными кочевниками - половцами. Пантюркисты всех направлений стремятся всячески преувеличить культурные достижения тюркско-монгольской среды в Золотой Орде, забывая, что до конца существования Золотоордынского государства татары не выходили в подавляющей массе из кочевого состояния, а следовательно и не могли породить того, что кочевому образу жизни несвойственно. Достижения же городской жизни в городах, созданных при татарской власти в Поволжье (Сараи и другие города), были делом рук не самих татар, а, как увидим ниже, покоренных ими народов.

Но уже было поздно. Оркестр продолжал играть. На сцене вдруг неожиданно возникла Бэби-сиська.

Мы не раз отмечали, что широко распространенное представление о монголах (татарах) как о варварах; стоявших на чрезвычайно низком уровне цивилизации, не соответствует действительности. Уже самый факт военно-феодального государства, осуществленный организаторским дарованием Чингисхана, является прекрасным опровержением представления о полной дикости монголов начала XIII в.

Глава 22

Я замер, словно в столбняке, уставясь на Бэби, которая объявилась на платформе вместо моей рыжульки. Бэби чувствовала себя на вершине славы и при этом была пьяна в стельку.

Однако нельзя впадать и в другую крайность, нельзя ставить их на один уровень с окружавшими их земледельческими народами - китайцами, таджиками и оседлыми тюрками, - особенно в области духовной культуры.

Я тотчас понял, почему Фу стоял рядом с оркестром, для какой цели понадобились коричневые капюшоны и что случилось с исчезнувшими пригласительными билетами. Кажется, я даже понял, что произошло с фруктовым пуншем. Бэби была настолько пьяна, что с трудом удерживалась на заплетающихся ногах и передвигалась зигзагами.

Общеизвестно, что монголы были язычники, причем у них широко был распространен шаманизм. Плано Карпини, Вильгельм Рубрук, Марко Поло, а также армянские авторы XIII в. оставили нам ряд ценных наблюдений в области их религиозных воззрений. По словам Карпини, \"у них есть какие-то идолы из войлока, сделанные по образу человеческому, и они ставят их с обеих сторон двери ставки и вкладывают в них нечто из войлока, сделанное наподобие сосцов, и признают их за охранителей стад, дарующих им обилие молока и приплод скота. Других же идолов они делают из шелковых тканей и очень чтут их. Некоторые ставят их на прекрасной закрытой повозке перед входом в ставку и всякого, кто украдет что-нибудь с этой повозки, они убивают без всякого сожаления.

Она повернулась к публике лицом, ухмыляясь, гримасничая, подхрюкивая и хихикая. Через минуту должен начаться танец живота. Наконец-то она дождалась своего звездного часа. Легким вращением бедер Бэби поприветствовала публику, потом, повернувшись, выставила на обозрение задницу. Это был великий момент. Я не мог отвести от нее взгляда. Нам предстояло увидеть величайшее чудо искусства.

Я не просто знал, я был уверен, что мы явимся свидетелями эпического зрелища, которое будет навеки запечатлено в нашей памяти. Она покажет все, на что способна, под звуки «Сан-Луи».

\"...Вышеупомянутым идолам они приносят прежде всего молоко всякого скота: и обыкновенного и вьючного. И всякий раз, как они приступают к еде или питью, они прежде всего приносят им часть от кушаний и питья. И всякий раз, как они убивают какого-нибудь зверя, они приносят на каком-нибудь блюде сердце идолу, который находится на повозке, и оставляют до утра, а тогда уносят сердце с его вида, варят и едят.

Но Бэби давно не тренировалась. Изрядно разжиревший зад перетянул ее, и танцовщица опустилась на сцену. Там она и осталась лежать.

Жизнь королевства налаживалась, но не то что до благополучия, а даже до стабильности было еще далеко. Половина земель разорена войной. Торговля замерла. Слава творцу, удалось избежать гражданской войны. Я не стал ждать, пока тлеющий костер превратится в пожар. После коронации все войска, что были в моем распоряжении, двинулись к столице Инарда. Туда же подошли войска герцога Рокнара. Не скажу, что их было много, но оказалось достаточно одного их присутствия.

Я вышел из ступора, вспрыгнув на платформу, правда, тоже все еще слегка покачиваясь. Идиотский оркестр возобновил бесконечную «Звездную пыль».

\"...Сверх того, они набожно поклоняются солнцу, луне п огню, а также воде и земле, посвящая им начатки пищи и питья и преимущественно утром, раньше чем станут есть или пить\".1

Я повернулся лицом к толпе, требуя внимания. Оркестр неожиданно смолк, воцарилась тишина, и я получил свой шанс.

Сигурт сделал ставку на мою смерть и проиграл. У него не было времени для сбора своих вассалов и организации отпора. Да и сил не хватало: эльфы хорошо потрепали его герцогство. Новость о моей помолвке уже разлетелась по королевству. Если его вассалы не глупцы, то будут смирно сидеть в своих владениях и молить творца о том, чтобы мои войска не принялись за них.

1 Плано Каpпиии и В. Pубpук, ук. соч., стр. 7-8.

— Это Фу, — заорал я, — и Бэби-сиська.

Звук моего голоса вернулся ко мне в виде эха, отразившегося от холмов. Он почему-то был похож на свисток далекого паровоза. Люди с недоумением уставились на меня, но не двигались с места. Эти дураки мне не верят.

Осада могла затянуться, но торопиться теперь было некуда. И никакая жажда отмщенья не заставит меня бросать своих солдат на штурм непокорной твердыни. Проторчав под стенами города три дня и оставив командовать Меченого — полковника королевских войск, — я отбыл в столицу и с головой погрузился в управление государством. О чем успел пожалеть уже два дня спустя.

В полном соответствии с рассказом Плано Карпини находятся и слова В. Рубрука. У последнего имеются и небезин-тересные детали, которые отсутствуют у Карпини. \"И над головой господина, - пишет Рубрук, - бывает всегда изображение, как бы кукла или статуэтка из войлока, именуемая братом хозяина; другое похожее изображение находится над постелью госпожи, именуется братом госпожи; эти изображения прибиты к стене. . .\".1 О том же говорит и Марко-Поло,2 а также армянские авторы.3

— Это Фу и Сиська! — закричал я опять. — Они преступники! Бандиты! Всякий, кто носит капюшон, — бандит.