Тайна плачущего гроба

АЛЬФРЕД ХИЧКОК ПРЕДСТАВЛЯЕТ

Ну как, друзья мои, — вы еще не соскучились по троице юных детективов и их увлекательным приключениям? Предлагаю вам еще раз встретиться с ними — только, чур, с одним условием: думать вместе с ними, строить предположения, а возможно, и самостоятельно пытаться разгадать тайну. А для того чтобы вы при этом не отставали от Сыщиков, я позволю себе иногда вам чуть-чуть помочь.

Итак, эта история началась с того, как Три Сыщика познакомились с неким молодым человеком, приехавшим в Роки-Бич на каникулы и просто-таки изнывавшим от скуки. Естественно, долго это продолжаться не могло, поскольку голова у парня была светлая, сам он ловок и находчив, а потому вполне способен принять участие в расследовании. В результате все четверо знакомятся с кругом людей, на первый взгляд никак друг с другом не связанных. Среди них — управляющий виллой покойного миллионера, садовник, испытывающий странное пристрастие к острым ножам, две эксцентричные дамы, парочка совершенно неразличимых братьев-близнецов, а также наследник, не имеющий возможности вступить в права наследования.

А затем на сцене появляется таинственный и ужасный предмет — самый настоящий гроб, о котором говорят, будто бы в полнолуние из него доносятся сдавленные стоны, а из глазниц украшающих его деревянных черепов текут слезы…

В ходе расследования им предстоит распутать несколько непонятно куда ведущих нитей, а другие нити связать между собою. Правда, некоторые из этих ниточек заводят наших отважных друзей в ловушки или ставят перед непреодолимыми препятствиями… Причем вовсе не каждая из этих тайн кажется непосредственно связанной с их расследованием, и кое на что можно было бы, наверно, не обратить внимания, но ребята, как всегда, верны своему лозунгу: «Мы расследуем любое дело» (даже тогда, когда Юпитеру грозит опасность!).

И все-таки Юпитер Джонс — Первый Сыщик — в конце концов всегда выходит победителем благодаря своему суперинтеллекту и блестящей логике. Питер Креншоу — Второй Сыщик — мальчик сообразительный и спортивный, что и позволяет ему всегда находить выход из самых затруднительных положений, в которые он порой попадает в результате хитроумных комбинаций Юпитера. Третий в их союзе — Боб Андрюс, секретарь и архивариус — не меньше двух других любит головоломные загадки и опасные приключения.

Ну а теперь, если вы согласны на мои условия, мы можем приступить к расследованию. Но прошу вас об одном — что бы ни случилось, не говорите потом, что я вас не предупреждал…

ВСТРЕЧА В СУПЕРМАРКЕТЕ

— И не забудьте жидкость для мытья посуды! — крикнула Матильда Джонс вслед своему племяннику Юпитеру, который как раз оседлал свой велосипед, чтобы вместе с друзьями— Бобом и Питом — сгонять в ближайший супермаркет. Надо сказать, что составленный тетей Матильдой список был ужасно длинным, и Три Сыщика с гораздо большей охотой использовали бы это время для «творческой работы» (как любил выражаться Юпитер) в своей штаб-квартире; и все же это было лучше, чем, скажем, разгрузка прицепа с подержанной мебелью или, еще того хуже, сантехнической арматурой.

И надо ж такому случиться — не успели ребята доехать до ближайшего перекрестка, как к воротам склада подъехал огромный грузовик с надписью на борту «Центр утильсырья Т. Джонса». В этот момент Юпитер как раз заметил что-то необычайно интересное на дороге под колесами своего велосипеда, но Боб и Пит, оглянувшись, прекрасно видели, как его дядюшка Титус, гордо восседавший рядом с шофером, изо всех сил замахал им руками. Хотя не исключено, конечно, что он просто отгонял надоедливую муху…

— Поход по магазинам — дело серьезное, но, к счастью, не требующее слишком больших усилий, — заметил Юпитер, когда они с друзьями подъехали к велосипедной стоянке супермаркета «Параисо».

— Ты хочешь сказать, что стоит потянуть время? — усмехнулся Боб; ведь как ни крути, а подъехавший к складу автомобиль следовало бы сейчас разгружать именно им.

— Не надо приписывать мне нечестные намерения, — возразил Юпитер. — Все равно, хочешь не хочешь, принять участие в разгрузке нам придется. Но потратить час-полтора на покупки мы имеем полное право. Вы же не будете спорить, что находиться в этом потребительском раю значительно приятнее, чем на складе утильсырья с его тропической жарой и отсутствием кондиционеров?

Через некоторое время они подкатили свою тележку, в которой было полным-полно покупок, к очереди в кассу. Юпитер уже прикидывал, как лучше распределить разнокалиберные свертки на багажниках и рулях трех велосипедов. А Боб, который обнаружил в кармане своих брюк пару монет, устремился к витрине-холодильнику, чтобы угостить друзей мороженым.

— Мне, пожалуйста, малиновый пломбир! — попросил Юпитер.

Но малиновый пломбир Юпа уплыл у него из-под носа:

последнюю пачку только что выудил из витрины какой-то светловолосый паренек.

— Ты что уставился? — удивленно спросил он у Боба и сдвинул вверх наушники своего плейера.

— Да ничего, извини, — вздохнул Боб. — Придется Юпитеру Джонсу обойтись без малинового, — буркнул он себе под нос, решив, что брикет земляничного мороженого послужит Юпу неплохим утешением.

Отходя от стойки. Боб заметил, что счастливый обладатель малинового мороженого, шепча «Юпитер Джонс…», с любопытством поглядывает в сторону кассы. Кажется, юным детективам из Роки-Бич удалось-таки добиться некоторой известности…

Светловолосый мальчик с плейером, остатками мороженого и полной сумкой покупок задумчиво брел к небольшому бунгало, стоящему у самого моря. Подходя к этому розовому домику, который его семья сняла на лето, мальчик тяжело вздохнул — и не только жара была причиной этого вздоха.

Четыре недели отдыха в Южной Калифорнии были воплощением голубой мечты его родителей — мистера и миссис Кросс. Что же касается Майкла, у него было на этот счет свое мнение. По опыту прошлых лет он знал: каникулы у него будут спокойные, однообразные, абсолютно лишенные каких-либо событий — и невыносимо скучные.

Особенно тоскливыми оказались прошлогодние каникулы, проведенные в маленьком городке в штате Омаха, — там проживала тетя Алин, сестра мистера Кросса. Чарли, ее муж, почти постоянно находился в командировках, а ехидная не по годам десятилетняя кузина Кэролайн показалась Майклу уже в первые минуты знакомства невыносимой.

Хорошо хоть, что на этот раз родители решили отправиться не в гости к очередным родственникам, а сюда, в Роки-Бич. Мистер Кросс когда-то давно уже отдыхал в Южной Калифорнии и теперь выразил желание «освежить воспоминания юности». Да и вообще Майклу нравилось даже само название — Роки-Бич. Оно легко ложилось на слух и звучало так привычно, как будто было уже давным-давно знакомо.

Вот только жаль, что на поверку городок оказался обыкновенной провинциальной дырой. В результате Майклу, привыкшему к разнообразию родного Детройта, приходилось бездарно тратить время, валяясь на ближайшем пляже или плескаясь в бассейне возле дома. На ознакомление с улицами городка, похожими, как близнецы, вполне хватило двух-трех дней, а мини-гольф и настольный теннис ничуть его не воодушевляли: вокруг него на пляже болталась одна малышня.

Мысли Майкла все время возвращались к встрече в супермаркете, пока наконец его не осенило: ведь Роки-Бич — тот самый городок, где живут знаменитые Три Сыщика; Майклу много писал о них один его приятель из Лос-Анджелеса. И Первого Сыщика звали Юпитером, это Майкл хорошо помнил. Вполне возможно, его фамилия была и Джонс… Вот бы познакомиться с этой троицей! Нет, пока у Майкла не хватало на это решимости. А вдруг ребята так загордились, что и разговаривать с ним не захотят? А на следующее утро произошло событие, о каком Майкл и мечтать не мог. Его родителям кто-то рассказал об одной местной достопримечательности, известной под названием «Вилла Маркелза». Это был великолепный дом, чей хозяин — известный миллионер — умер много лет тому назад, и теперь вилла была открыта для посетителей. Говорили, что среди многочисленных собраний и коллекций ее владельца знатоки находили немало выдающихся произведений искусства. Естественно, Майкл не собирался отказывать себе в удовольствии полюбоваться виллой настоящего миллионера, причем не в кино и не по телевизору, а, как говорится, в натуре. Таким образом, вторая половина дня обещала быть не такой уж тоскливой!

Ну, а вы, друзья, — как бы вы поступили, случись вам вот так столкнуться нос к носу с Юпитером Джонсом? Уж наверное, заглянули бы в телефонный справочник на фамилию Джонс? А если бы там оказалось несколько человек с такой фамилией? Думаю, вы сообразили бы, что вам нужен не кто иной, как Титу с Джонс. А если нет, то по крайней мере просмотрели бы в справочнике рубрики «Торговля металлоломом» и «Купля и продажа вторсырья». В общем, я за вас спокоен; но не забывайте, что Майкл — в отличие от вас — почти ничего не знает о Трех Сыщиках.

Путь на виллу Маркелза был не очень долгим. Она располагалась в тихом квартале, состоящем из старинных зданий, окруженных большими ухоженными садами.

Майкл вошел на территорию виллы через высокие кованые ворота, прошел по усыпанной крупным песком дорожке — я застыл, пораженный красотой роскошного старинного дома. Его вдруг охватило необъяснимое, но очень отчетливое предчувствие: в этом месте должно случиться что-то такое, что положит конец его унылому ничегонеделанию в этом заштатном городишке.

— Майкл, иди сюда! Экскурсия начинается! — позвала сына миссис Кросс. Они с мужем поднялись по ступеням широкой лестницы и теперь стояли перед величественным порталом у входа в дом.

— Иду! — ответил Майкл.

Но еще несколько минут мальчик стоял как зачарованный, не в силах оторвать взгляд от дома. Его темные, заросшие диким виноградом стены, казалось, хранили множество невероятных тайн. Майкл чувствовал это всей кожей. И когда наконец он ступил в высокий просторный холл и взглянул на свое отражение в огромном зеркале в тяжелой позолоченной раме, висящем на стене справа от входа, мальчику пришлось собственными глазами убедиться в необычности этого дома. Прямо ему в спину неотрывно смотрели своими пустыми глазницами три человеческих черепа!

Майкл в ужасе обернулся, готовый бежать со всех ног из этого мрачного здания. Но черепа оказались не настоящими — они были всего лишь частью самой удивительной картины, какую мальчику приходилось видеть в своей жизни. Полотно висело на стене напротив большого зеркала. В нижнем правом углу художник пометил свою работу инициалами «Джей Ди Эм», а на серебряной табличке внизу было выгравировано название — «Мой последний приют».

На этой мрачной, выдержанной в темных красках картине размером приблизительно метр на два был изображен закрытый гроб из темного дерева, стоящий посредине большого зала на покрытом голубым бархатом возвышении.

На крышке гроба в серебряном канделябре стояли горящие свечи, пламя которых было единственным источником света, скупо освещавшим помещение. На обращенной к зрителю стенке гроба видны были те три вырезанных по дереву черепа, что так напугали Майкла. Один из них, казалось, скалит зубы в жуткой ухмылке; все же три, одновременно призрачные и реальные, создавали впечатление страшной муки и в то же время бесконечной печали… И в довершение всего из их глаз — точнее, из пустых глазниц — катились большие, тускло поблескивающие в свете свечей слезы…

Майкл слышал в противоположном конце зала медленные, приглушенные шаги посетителей и монотонный голос экскурсовода; но он не испытывал ни малейшего желания присоединиться к экскурсии: необычная картина не отпускала его от себя. Майкл шагнул вперед и приблизил свое лицо к холсту. Казалось, картина прямо-таки излучала какое-то колдовское очарование. Майкл испытывал необъяснимое, мистическое желание поднять черную крышку нарисованного гроба и хотя бы на мгновение заглянуть внутрь…

В этот момент мальчик почувствовал на своем плече чью-то руку и вздрогнул всем телом.

МОГУТ ЛИ ЧЕРЕПА ПЛАКАТЬ?

— Если картина тебя так напугала, представь, что с тобой будет, когда ты увидишь все это собственными глазами! — прозвучал у Майкла над ухом женский голос.

Мальчик обернулся и увидел молодую женщину, черноволосую, коротко стриженную и, судя по выговору, южанку. На прикрепленной к ее светло-синему блейзеру карточке можно было прочитать: «Добро пожаловать на экскурсию по вилле Маркелза. Меня зовут Маджи».

— Здравствуйте, мисс Маджи. Вы хотите сказать, что в доме есть еще и настоящий гроб? Точно такой же, как на картине? — удивленно переспросил Майкл.

— Вот именно, — подтвердила она. — И вы его очень скоро увидите!

Однако же прошла, кажется, целая вечность, пока, наконец, группа экскурсантов во главе с Маджи покинула холл. Они прошли через бесчисленное множество комнат и коридоров, изобиловавших чудесной старинной мебелью, прекрасными картинами и статуэтками. Больше всего экскурсантов поразила главная достопримечательность виллы Маркелза — многочисленные сейфы, тайники и тайнички, скрытые в самых неожиданных местах — за картинами, в тяжелых основаниях напольных ламп, в массивных дверных филенках, в полах под толстыми коврами.

— Сейчас все они пусты, — пояснила Маджи, — и служат просто экспонатами музея. Дело в том, что мистер Джонатан Дуглас Маркелз был владельцем преуспевающей фирмы, которая занималась производством и установкой таких тайников… А теперь обратите, пожалуйста, внимание на эту чрезвычайно ценную бронзовую скульптуру…

Бесцеремонно растолкав туристов, вперед протиснулся мужчина с пышными рыжими усами, доходившими ему почти до подбородка. Майкл еще раньше обратил на него внимание — уж больно рьяно он интересовался теми экспонатами, которые Маджи отмечала как особенно ценные. Мужчина так и кидался фотографировать их со всех возможных ракурсов. А фотоаппарат у него был просто потрясающий и стоил, наверное, целое состояние.

И все же что-то тут было не то. Майкл присмотрелся по-, внимательнее и после минутного колебания решительно обратился к фотографу:.

— Простите, пожалуйста… Мне очень неприятно, но, мне; кажется, вы стараетесь напрасно, — тихо произнес он, стараясь, чтобы его не услышали другие члены группы.

— Что? Что ты хочешь сказать? Слова мальчика его явно рассердили, а может, и слепке испугали.

— Дело в том, что вы забыли снять с объектива крышку, — пояснил Майкл и на всякий случай отступил на пару, шагов в сторону.

Фотограф был словно громом поражен, но все же не проронил ни звука. Майкл мог ему только посочувствовать.

Экскурсия тем временем двинулась дальше. Родители Майкла ни на шаг не отставали — они явно были очень увлечены рассказом экскурсовода. Сам же мальчик решил отстать от группы и продолжить знакомство с домом самостоятельно — на свой страх и риск. Побродив немного по комнатам, он добрался до большого зала, стены которого были обшиты темными деревянными панелями. Посреди помещения на покрытом голубым бархатом возвышении стоял огромный гроб, украшенный тремя черепами. Некоторое время, как зачарованный, Майкл не мог отвести от него взгляда, а когда наконец посмотрел по сторонам, вздрогнул от неожиданности, увидев худого человека в рабочем халате, стоявшего у противоположной стены. В руках у незнакомца сверкал длинный острый нож!

— Простите, вы кто? — поинтересовался Майкл. Человек явно был не из числа туристов.

— Я здешний садовник. — От его жуткой ухмылки у Майкла мороз прошел по коже.

— А нож вам тогда зачем?

— На всякий случай, — загадочно ответил мужчина и отвернулся, спрятав свое загорелое, похожее на темную маску лицо от падавшего через застекленные двери света. Затем он повернулся и неуклюже зашагал на своих длинных, как ходу ли, ногах к выходу.

Майкл пожал плечами. То, что незнакомец ушел, его вполне устраивало — хотелось без помех осмотреть гроб. Мальчик смело перебрался через бархатный шнур, натянутый вокруг гроба, и осторожно провел рукой по темному в тонких прожилках дереву, по трем черепам, из глазниц которых текли слезы. Слезы тоже были вырезаны из дерева и, конечно, не блестели так таинственно, как на картине в холле. И все же настоящие черепа были точь-в-точь такими же, как нарисованные. Правда, в оригинале они были еще более жуткими…

Майкл обошел комнату, которая оказалась почти правильным квадратом. Слева от гроба на стене в простой деревянной раме висела картина, написанная маслом. Это был портрет покойного Джонатана Дугласа Маркелза — миллионера, владельца этого необычного дома.

Майкл подошел вплотную к портрету, осторожно потянул к себе его нижнюю часть и быстро заглянул за картину. Так и есть — здесь тоже в стену был встроен небольшой сейф! Мальчик перешел к правой стене, значительную часть которой закрывал старинный гобелен, изображающий сцену охоты. С большим трудом ему удалось приподнять немного тяжелую ткань, но… за ней не было ничего, кроме гладкой деревянной обшивки. Теперь уже не узнать, проглядел ли старый Маркелз это идеальное местечко для тайника или сознательно решил не использовать его…

Собственно, Майкла гораздо больше интересовали другие вопросы. Например — зачем нужен гроб в этой роскошной комнате? Пуст ли он, а если нет — что в нем хранится? И этот садовник — зачем он носит с собой нож длиной чуть ли не с руку? Голова у Майкла просто раскалывалась от всех этих загадок, и он поневоле вспомнил о Трех Сыщиках. Интересно, бывали ли они когда-нибудь на этой вилле?..

Майклу так и не удалось додумать эту мысль до конца. Внезапно из соседней комнаты — это была библиотека — раздался истошный, леденящий душу женский вопль. Забыв обо всем, Майкл бросился на крик и увидел следующую картину. Посреди комнаты в окружении других экскурсантов! стояла на коленях толстая, чрезвычайно возбужденная! дама. Она только что высыпала прямо на пол содержимое; своей сумочки и теперь нервно рылась в образовавшейся кучке.

— Ее нет1 Я потеряла чековую книжку! — причитала женщина. — Как же я теперь доберусь домой?!: Майкл рассмеялся против своей воли. Уж очень комична была эта сцена.

— Минуточку, мадам! — вмешался пожилой мужчина из группы экскурсантов. — Я как раз собирался обратить ваше внимание, что чековая книжка довольно опасно торчит из кармашка вашей сумочки. Но потом я так увлекся, что совершенно забыл об этом… Женщина поднялась и бессильно прислонилась к одной из изящных деревянных колонн, украшавших библиотеку

Пустая сумочка болталась у нее в руке.

— Не может такого быть! — недоверчиво возразила она. — В этом кармашке я не держу ничего, кроме очечника. Вот, посмотрите… Ох, и очки тоже пропали!

Мужчина поднял серый кожаный очечник, который валялся на полу среди других вещей.;

— Прошу вас, — и он протянул очечник владелице.;

— Спасибо… Значит, я ошиблась… — растерянно пролепетала дама. Она как-то сразу осунулась и побледнела. — Но это… это ужасно! Это же значит, что среди нас находится вор! — И она окинула подозрительным взглядом стоящий вокруг нее экскурсантов. — Над\" немедленно вызвать полицию! Я уверена, что это случилось именно здесь, в этой комнате!

— Прошу вас, мадам… Успокойтесь, прошу вас! Вот ваша книжка.

Вперед протиснулась Маджи. В руках у нее был небольшой плоский футляр из такой же серой кожи, что и очечник.

— Я… я нашла ее на подоконнике. Вон там… — пояснила Маджи. Было видно, что она тоже несколько смущена.

С явным облегчением толстуха забрала у нее футляр, пересчитала чеки и, тараторя без умолку, тщательно уложила чековую книжку во внутренний карман своей сумочки. Затем вновь опустилась на пол и собрала рассыпанные вещи.

Но для Майкла дело вовсе не было закончено. Ну с какой это стати футляр с чеками оказался на подоконнике? Ведь для этого кто-то должен был вытащить его из бокового кармашка сумочки рассеянной толстухи, а потом положить на окно! Наверное, этот человек не смог упустить такую благоприятную для вора возможность, а потом, раскаявшись в своем поступке или просто испугавшись разоблачения, пошел на попятную и решил незаметно избавиться от своей добычи.

\"А вдруг это была сама Маджи?\" — подумалось Майклу. Она была так смущена, когда рассказывала о своей находке, к до сих пор, судя по ее покрасневшему лицу, не совсем пришла в себя… Но тут Майкл пожал плечами и сказал себе, что случившееся его не касается, тем более что в результате никто не пострадал.

Вдруг Майкл осознал, что что-то изменилось. Как будто чего-то не хватает… Ага, вот оно что! Не было больше слышно специфического жужжания затвора кинокамеры, до этого непрерывно сопровождавшего рассказ Маджи. Рыжеусый фотограф исчез!

Наконец Маджи привела группу в зал с гробом. Естественно, все тут же сгрудились у портрета старого мистера Маркелза, не без оснований подозревая, что за ним окажется очередной тайник. Мистер и миссис Кросс стояли впереди остальных. Майкл кивнул матери, и та ответила ему тем же.

Мальчик решил продолжить свой осмотр и направился к следующей двери. Хоп-ля! Он чуть-чуть не столкнулся с загадочным садовником. Тот стоял в своем зеленом рабочем халате, прислонившись к притолоке, и чистил грушу своим огромным ножом.

— Говорят, в полнолуние из гроба доносятся ужасные стоны и текут настоящие слезы, — сообщил он Майклу, протягивая ему кусок груши.

— Вы это что, сами видели? — удивился Майкл. — Я не ненормальный, чтобы торчать здесь по ночам! Разом запихнув себе в рот остаток груши, садовник постучал себя пальцем по лбу. Майкл ограничился кивком. Что, скучные каникулы в Роки-Бич? Ну нет, теперь со скукой покончено! Майкл наконец принял окончательное решение — надо найти Трех Сыщиков. Ему очень хотелось раскрыть тайну гроба, а одному ему с этим делом было не справиться.

Двумя часами позже Майкл уже стоял перед большими, железными воротами \"Центра утильсырья Т. Джонса\". За это время он успел позвонить своему приятелю в Лос-Анджелесе и узнать у него немало интересного о Трех Сыщиках и легендарном складе металлолома. После этого Майклу уже ничего не стоило отыскать в телефонном справочнике адрес дядюшки Титуса.

И вот теперь оставалось всего-навсего открыть ворота и войти. А там уж ему непременно встретятся если не сами Сыщики, то мистер Джонс или его энергичная супруга Матильда — тетя Юпитера; не исключено, впрочем, что первыми; окажутся братья-ирландцы, Кеннет и Патрик, помогавшие хозяину в работе. Как бы то ни было, у любого из них можно спросить\" как найти Юпитера Джонса.

Конечно, думал Майкл, это был бы самый простой и верный путь к Трем Сыщикам. Но что там говорил его лос-анджелесский приятель о каких-то тайных ходах в их штаб-квартиру? Майклу вполне хватило бы мужества, чтобы нанести знаменитым Сыщикам неожиданный визит. Не убьют же они его за это, в самом деле!

Он не спеша двинулся вдоль забора, огораживающего; территорию склада. Вот, наконец, и зеленая доска, которая должна служить входом в штаб. Майкл удовлетворенно кивнул головой. Сомнений нет — это те самые Зеленые ворота! Но для того чтобы попасть теперь к Трем Сыщикам, следовало, насколько он знал, нажать пальцем на глаз рыбы, выглядывающей из зеленого моря. Где же она, эта рыба? На широкой доске не было изображено ничего, кроме кусочка корабельного киля да красного буя. Неужели ребята решили перекрасить забор? Вне себя от досады Майкл изо всех сил стукнул кулаком по твердому дереву. Единственным результатом была боль в ушибленной руке да испуганное мяуканье кошки, черной молнией метнувшейся за угол забора. Майкл невольно проследил за ней взглядом… Черт возьми! Да ведь здесь были еще две зеленые доски! С одной из них с любопытством смотрела на него огромная рыба, выглядывавшая из зеленой волы. В следующее мгновение Майкл уже нажал пальцем на ее круглый глаз и тут же с облегчением почувствовал, как обе доски одновременно пошли в сторону, открывая проход.

Итак, он оказался в каких-то двух шагах от знаменитой мастерской Юпитера Джонса. Но путь к ней лежал через так называемый Туннель II — широкую трубу из гофрированной стали, последнее препятствие на пути к старому автомобильному прицепу, превращенному теперь в штаб-квартиру Трех Сыщиков. Майкл решительно отодвинул в сторону кусок металлической решетки, преграждавшей вход в туннель. Но не тут-то было! Лавина из обрезков старых садовых шлангов, перегоревших лампочек и прочего старья чуть было не погребла под собой незваного гостя. Майкл беспомощно барахтался среди всего этого хлама, так неожиданно обрушившегося на него, доставляя этим немало удовольствия троим ребятам, сверху вниз наблюдавшим за его усилиями.

— Привет всем троим! — бодро приветствовал их Майкл, когда ему удалось наконец встать на ноги.

— А как ты, собственно, сюда попал? — вместо ответа поинтересовался Питер Креншоу, причем выражение его лица не обещало ничего хорошего.

Однако не успел еще Майкл раскрыть рта, как Юпитер Джонс небрежно обронил:

Елена Иванова

А как бы было хорошо!

— Неужели непонятно. Пит? Судя по тому пути, который проделал наш незваный посетитель, он явно имел кое-какую информацию о нас и нашей штаб-квартире. Это позволило ему пройти через Зеленые ворота. И в то же время он не обладал этой информацией в полном объеме и поэтому не смог пройти через Туннель II. Ну, а теперь говори, с чем пожаловал?

— Я предлагаю вам вместе расследовать одно весьма таинственное дело, — последовал незамедлительный ответ Майкла.

Глава 1

И он рассказал ребятам, кто он такой и что делает в Роки-Бич. Юпитер одернул полосатую футболку и едва заметным кивком дал понять, что готов выслушать сообщение Майкла.

Ой, как бы это было хорошо, если бы он мне хотя бы улыбнулся, беззастенчиво ухмыльнувшись, мечтательно подумала про себя Дарья, нерешительно ступая на скользкий и мокрый порог своего загородного дома.

Да, загородного – это, конечно, громко сказано, поскольку и город теперь нагло придвинулся к их когда-то тихому поселку, и словосочетание «загородный дом» любого сбило бы с толку, скажи ты это с чувством, толком, расстановкой. Типа, такой загородный-загородный.

— Так что же это за таинственное дело? — поторопил Боб.

Но на дворец он явно не тянул.

Майкл поведал ребятам о своем посещении виллы Маркелза. Когда он дошел до последнего, прямо-таки мистического замечания садовника. Юпитер поднял руку.

Нет, дом у Дарьи (а, точнее, ее родителей) был, разумеется, добротный, крепкий, со вкусом замысленный. И жить в нем было хорошо и приятно.

— Конечно же, мы знаем виллу Маркелза. У нас тут ее каждый школьник знает, поскольку в шестом классе посещение виллы включено в курс искусствоведения. Но о садовнике мы ничего не слышали, да и вообще не заметили там ничего таинственного. То, что ты рассказал, по-моему, довольно интересно. Ну как, ребята, — повернулся он к Бобу и Питу, — нет ли у нас желания заняться этим дельцем? Кажется, на сегодняшний вечер у нас не было никаких особых планов?

Но все же это был обычный, ничем не примечательный дом, а не роскошный замок, как у некоторых ее коллег. Людей солидных и статусных.

Дарья работала в айти компании простым юристом. И в общем-то звезд с неба не хватала.

Друзья были с ним совершенно согласны, и через несколько минут они с Майклом уже договорились о встрече в половине девятого вечера.

Не считала себя лучше других, не претендовала на крутые заказы в обход таких же, как она коллег-юристов, и не заморачивалась по поводу своей внешности. Потому что писаной красавицей себя не считала.

ВТОРЖЕНИЕ НА ВИЛЛУ МАРКЕЛЗА

И все бы оно так и было, если бы не одно «но».

В то время как мистер и миссис Кросс убивали время за игрой в бридж, Майкл незаметно выскользнул из своей комнаты в мотеле. Изо всех сил стараясь не шуметь, он стащил свой велосипед с крыши фургона, в котором путешествовала его семья. Правда, ему все же не удалось избежать некоторого грохота, но, к счастью, в доме никто ничего не заметил. Итак — вперед, к вилле Маркелза!

Вопреки всякой логике и здравому смыслу Дарья почему-то думала, что знает буквально все.

\"Удивительно, насколько по-другому все выглядит поздним вечером\", — думал Майкл, стоя перед виллой после благополучного завершения штурма окружающей парк стены. Надо сказать, старый особняк и при дневном свете выглядел не особенно-то гостеприимно, но вместе с тем в нем было что-то таинственное и дьявольски притягательное. А вот теперь, ночью, его каменные стены производили прямо-таки-угрожающее впечатление. И все же таинственный гроб, из которого якобы сочились настоящие слезы, вместе с перспективой расследования в содружестве с Тремя Сыщиками был\" для Майкла слишком большим искушением. Теперь ему будет что рассказать приятелям после каникул!

Вдруг за спиной у Майкла послышалось тихое шуршание гравия. Это были Юпитер, Питер и Боб. Ребята начали с того, что тщательнейшим образом обследовали все окна первого этажа, пока наконец Пит не нашел одно, которое забыли закрыть на задвижку.

Ну то есть совсем все. А если чего и не знает, то это хранится у нее где-то в глубинах подсознания и в любой момент (когда надо, просто так-то зачем?) она это достанет и опять же – будет спокойна и уверенна в том, что знает все-все.

Один за другим ребята влезли в дом и отправились в пут\" по длинным коридорам и просторным комнатам. Юпитер захватил с собой небольшой карманный фонарик и теперь время от времени включал его буквально на мгновение — чтоб сориентироваться в окружающей их кромешной тьме.

Ведь штор на окнах первого этажа не было, и свет м увидеть садовник, домик которого стоял в глубине парк А рисковать зря Юпитеру не хотелось. Где-то в глубине дома пробило девять часов. Майклу аж жутко стало, когда после девятого удара чуть ли не у него за спиной раздалось звонкое эхо.

Вот эта ее уверенность и играла с ней время от времени злую шутку. Потому что разом перечеркивала все ее разумные представления, и в одночасье она становилась в собственных глазах лучше всех, и претендовала на самые высокооплачиваемые заказы, и выглядела по научению непонятно кем измененного сознания как сногсшибательная супермодель.

И вот наконец они у цели — в том самом таинственном зале, куда Майкла, казалось, тянула какая-то волшебная сила. Из небольшого круглого окошка где-то под потолком на гроб падала полоса призрачного лунного света. Присев в уголке комнаты, ребята затаили дыхание. Однако ни один самый тихий стон не нарушил тишины, и три черепа на гробе оставались не более чем деревянными украшениями — в этом нетрудно было убедиться в те короткие мгновения, когда Юпитер включал свой фонарик.

И это не все. Удивительно то, что никакого противоречия в этом она не видела.

К тому времени, когда часы пробили десять, ребятам казалось, что они торчат в этой комнате уже целую вечность. Ноги у них затекли от долгого сидения и уже начинали мерзнуть. А от этой жуткой тишины у них было впечатление, что кто-то обложил их головы огромным количеством ваты.

Вот, взять хотя бы Петра Олеговича, о котором она только что так благосклонно размечталась.

Вдруг у Майкла перехватило дыхание от ужаса — он почувствовал, что в комнате появился кто-то еще! Мальчик ничего не видел и не слышал ни звука, но всей кожей ощущал присутствие чужого. Он затаил дыхание… и тут по его ноге тихим писком скользнуло что-то маленькое и легкое. Мышь! А может быть, и крыса — но во всяком случае с него было довольно. Не меньше его были разочарованы и Три Сыщика.

— А может, ты просто-напросто выдумал этого садовника, чтобы скрасить себе тоскливое существование в Роки-Бич? — с подозрением посмотрел на Майкла Первый Сыщик.

Петр Олегович являлся генеральным директором всей этой немыслимой компьютерной компании-махины, где она так упорно трудилась. И о каких бы то ни было преференциях в плане персональной деятельности или личного общения действительно оставалось только мечтать.

Не успел еще возмущенный Майкл дать ему достойный ответ, как с губ Боба слетело тихое \"Тс-с-с!\" и он показал на высокую застекленную дверь.

— Там сейчас кто-то прошел, — возбужденно прошептал он. — Кто-то высокий, худой, в мягкой шляпе! Я его прекрасно видел! И… мне еще показалось, что у него в руках было что-то блестящее!

Поскольку по мнению Дарьи это был крайне серьезный мужчина. Да еще какого ранга!

— Ну конечно, — ехидно и в то же время немного испуганно отозвался Майкл, — а садовника я просто выдумал!

На вид ему было лет эдак тридцать пять (сколько в точности она почему-то никогда не интересовалась), спортивного телосложения, приятной внешности. И с очень серьезным лицом.

Ребята еще с полчаса неподвижно просидели в своем углу, ожидая неизвестно чего. Но рано или поздно им все же надо было выбираться из этого дома — не могли же они торчать тут всю ночь!

Босс как ни как, а как вы хотели?

Выбравшись из дома, они прокрались по дорожке к стене, перемахнули через нее — и давай Бог ноги!

С облегчением вскочили все четверо на свои велосипеды, которые ждали хозяев в кустах у соседнего участка.

Дарья даже здороваться с ним боялась. Оторопь брала. Откуда ей было знать, положено ей это по статусу или нет. Может, он еще и рассердится на нее за такие вольности, не ровен час.

На перекрестке, где пути их расходились, ребята остановились

— Ну так что? — обратился к приятелям Майкл. — Будем продолжать?

Брррр! Только этого не хватало! В такие моменты Даша инстинктивно морщилась и проводила ладошкой по лбу, как бы отгоняя от себя дурные мысли. И иногда оно срабатывало, переключая вред на благо.

— Еще разок стоит попробовать, — решил Юпитер. Это дело меня все еще интересует. Знаешь что, приходи-ка сюда завтра с утра. Хорошо?

Наутро Майкл с облегчением убедился, что его ночная вылазка осталась незамеченной и, следовательно, обойдется без неприятных последствий. Очевидно, партия в бридж была достаточно интересной.

А благо заключалось в том, что директорский департамент находился на другом этаже и сталкивались лицом к лицу они крайне редко, хотелось ей этого или нет.

За завтраком Майкл и его родители смотрели по телевизору новости. И не успел Майкл немного отвлечься от мыслей о вчерашней прогулке, как с экрана телевизора прозвучало: \"Вчера вечером виллу Маркелза посетил непрошеный гость…\" При этом на экране появилось изображение виллы. Бедный Майкл от неожиданности чуть не подавился своим апельсиновым соком, закашлялся и прослушал конец фразы. Зато уж потом он ни одного словечка не пропустил.

Вот только сблизиться с ним в каком-то непонятном ей смысле ей определенно хотелось.

\"Как сообщил управляющий имением Эдвард Брекмен, постоянно проживающий на вилле, — продолжал диктор, — неизвестный проник на территорию незадолго до десяти часов\". На экране появилось заплывшее жиром лицо пожилого мужчины с редкими седыми волосами; надпись внизу экрана гласила — \"Эдвард Брекмен\".

\"Началось с того, что с первого этажа донесся какой-то грохот, — рассказывал мужчина. — Я поспешил вниз — моя квартира находится на втором этаже — и успел заметить вора, который убегал в сторону парка. Насколько я смог разглядеть, это был мужчина среднего роста, на вид довольно крепкий. На голове у него было что-то вроде кепки. Больше я, к сожалению, ничего не заметил: когда я выбежал из дому, вор был уже практически у стены, окружающей парк. Он похитил из музея уникальную китайскую вазу из коллекции мистера Маркелза… Я видел еще, как он передал вазу своему сообщнику, который поджидал его, лежа на стене. Затем сообщник помог ему вскарабкаться вверх, и буквально через пару минут раздался шум отъезжающего автомобиля… Для нашего музея пропажа этой вазы — катастрофа: заменить ее нельзя. Дело в том, что во всем мире существует всего лишь три подобных экземпляра…\"

Может, по работе, чтобы он ее хотя бы за человека стал признавать. Может, как-то еще, она не задумывалась. Только мысль эта возникала в ее голове периодически. Это несмотря на то что по здравом рассуждении, никаких планов на него она не имела.

Затем диктор сообщил, что полицейское расследование пока еще не дало никаких результатов.

— Но ведь это же все неправда! — возмутился Майкл. — Мы, во всяком случае…

Поговаривали, что Петр Олегович встречается с Ларисой Аркадьевной, своим замом.

Тут он осекся, встретив удивленный и недоверчивый взгляд отца: вряд ли стоило сейчас сообщать родителям, что вчера в указанное время он вместе с Тремя Сыщиками находился на вилле и никакого грохота не слышал…

И всякий раз, когда до Даши доносились такие высказывания, она молча отстранялась от заговорщиков, поджимала губы и направлялась на свое рабочее место бездумно перекладывать бумаги с одного места на другое, тем самым явно демонстрируя безупречную деловую активность.

Думаю, друзья, что у нас с вами уже достаточно фактов, чтобы, хорошенько подумав, прийти к кое-каким выводам. Мы ведь с вами отлично знаем, что, будучи на вилле, ребята старались ступать как можно тише. Следовательно, управляющий никак не мог слышать производимого ими шума. Как же тогда могло случиться, что грохот, который якобы слышал Брекмен, остался абсолютно незамеченным тайными посетителями виллы?

\"А теперь послушайте прогноз погоды…\" Мистер Кросс выключил телевизор.

Бездумно блуждали бумаги по столу, но не идеи, коих в Дашиной голове становилось бесчисленное множество.

— Ну, это мы уже наизусть знаем: \"Сегодня ожидается жаркая, ясная погода\"… Пойдете со мной купаться? — обратился он к жене и сыну.

И главная из них заключалась в том, что ничем она, эта самая Лариса Аркадьевна, не лучше.

Майкл, однако, предпочитал съездить в город, пока не стало слишком жарко.

— Хочешь предоставить этому провинциальному городишке, как ты его называешь, последний шанс показать себя?.. Только, пожалуйста; будь повнимательней с транспортом! — И отец великодушно сунул Майклу в руку пятидолларовую бумажку.

— В общем, все это очень странно! — Этими словами Майкл закончил свой рассказ о телевизионном сообщении, когда ребята собрались вместе в штаб-квартире. Юпитер, Боб и Питер, как оказалось, ничего еще не слышали об этом событии.

И возрастом она не вышла (на целых два года старше ее, Дарьи), и грамотностью не обижена (говорит «с друг с другом», как какая-нибудь тетя Мотя), и ума она никакая не палата (это Даша так интуитивно чувствует, хотя, впрочем, оно и так видно).

— А что тут странного? — небрежно заметил Юпитер. — Самое что ни на есть заурядное преступление. Банальнейшее воровство со взломом. Все ясно как день: этот самый сторож или управляющий, как его там…

Да, живет эта Лариса Аркадьевна не в таком доме, как она, Дарья. Так это и любой дурак может, с отцом-то, миллиардером!

— Эдвард Брекмен, — с готовностью подсказал Майкл.

А Даша, между прочим, в родительском доме тоже уже не живет. Так, заходит иногда. В гости.

— Спасибо. Эдвард Брекмен спустился из своей комнаты, расположенной на втором этаже, вниз и успел увидеть взломщика, который убегал с ценной фарфоровой вазой. Ну и что тут необычного?

В свои без малого двадцать девять лет она изловчилась и купила себе квартиру недалеко от работы. Пусть небольшую, зато свою.

— Но ведь этот Брекмен уверял, что якобы слышал какой-то грохот. А ведь мы с вами ни малейшего шороха не услышали за все то время, пока были в доме! — не сдавался Майкл.

— Точно, тихо было, как в могиле, — подтвердил Боб — К тому же, если управляющий гнался за вором, как мы могли ничего не увидеть и не услышать?

Посмотрела бы она как эта Лариса-крыса в выходные дни подрабатывала бы фотографом, чтобы денег на квартиру накопить. А сначала бы фотоаппарат крутой купила. Да клиентов надыбала. И кучу чего еще. Вот тогда бы они посчитались. А так…

— Так что ж ты сразу не сказал об этом грохоте? — с укором посмотрел на Майкла Первый Сыщик, явно не одобряя недостаточную точность его сообщения. — Это же совсем другое дело! Я полагаю, что нам следует разобраться в обстоятельствах происшедшего более основательно.

— А знаешь, Юпитер, я сегодня как раз собирался заскочить в библиотеку, — небрежно обронил Боб. — Так что заодно мог бы разузнать кое-что о вилле Маркелза и самом мистере Маркелзе…

В общем, вывод напрашивался сам собой: Лариса Аркадьевна вообще не вариант и не понятно зачем это он, Петр Олегович, вроде бы умный человек, с ней встречается. Она, Дарья не понимает.

— Ты не против, если я пойду с тобой? — спросил Майкл.

– Даша, ты? – раздалось откуда-то из глубины дома, и Даша сначала и не расчухала, что зашла внутрь.

— Да ради Бога! Ты на велике?

Майкл кивнул.

– Конечно я, мама, – рассмеявшись на самое себя, ответила она.

Вскоре они уже удобно устроились за столом в городской библиотеке Роки-Бич. Боб великолепно ориентировался здесь, и неудивительно: он ведь подрабатывал в библиотеке в свободное время. Работа кипела. Боб с бешеной скоростью сновал туда-сюда между предметным каталогом, указателем шрифтов и книжными полками. Здесь он вытаскивал книгу, там закладывал нужное место в подшивке старых газет; присев к компьютеру, просматривал каталоги газетных и журнальных статей.

И уже без ухмылки рассудила: «До маразма вроде еще далеко, а он, тем не менее, близко».

Майкл молча сидел на табурете рядом и широко раскрытыми глазами наблюдал за целеустремленными поисками Боба.

— Ага! Наконец-то нашел! Вот посмотри-ка… — И Боб, присев рядом с Майклом, положил перед ним два экземпляра \"Роки-Бич ньюс\".

Мама вышла ей навстречу с обсыпанными мукой руками и с ходу проговорила:

— \"Гробу на вилле миллионера более ста лет, — начал он читать. — В свое время его изготовил неизвестный мастер по заказу эксцентричной супруги поселившегося в этих краях врача. После гибели врача в результате несчастного случая его вдова продала свой дом вместе со всей обстановкой и вернулась во Францию, откуда была родом. Джонатан Дуглас Маркелз, тогда еще совсем молодой человек, приобрел собранную покойным врачом коллекцию предметов искусства, среди которых был и упомянутый гроб. В течение пятидесяти лет гроб стоял непосредственно в доме мистера Маркелза, который, как известно, распорядился похоронить его в свое время в этом гробу. Но незадолго до смерти мистер Маркелз неожиданно изменил свое решение. Как сообщает наш корреспондент Барни Сойер, в соответствии с пожеланием миллионера как гроб, так и картина, написанная с него Джонатаном Маркелзом, после смерти последнего должны быть выставлены на вилле на всеобщее обозрение\".

– Ну вот, твои любимые ватрушки наготове. Ты надолго?

Боб испытующе посмотрел на Майкла.

– Да как пойдет, – опять рассмеялась Дарья. – Я с Саньком договорилась встретиться. А ты сама знаешь, какой он пунктуальный.

— Вот что написано в этой старой газете. Мне это кажется просто отвратительным. Ну и тип был этот Маркелз!

Но Майкл слушал его, что называется, вполуха: в лежавшей слева от него газете он случайно увидел заметку, посвященную обнаружению в окрестностях города каких-то доисторических костей. А естествознание и археология всегда ужасно его интересовали.

– Знаю, знаю, – подтвердила мама. – А еще лучше я знаю, что Санек твой ватрушки мои еще больше тебя любит.

— Ну, если тебя так легко отвлечь от расследования, то невелика тебе цена как детективу, — ехидно упрекнул его Боб с высоты своего профессионализма. — Ладно, пошли. Я уверен, что Юпа и Пита эта заметка заинтересует. А статью из более свежей газеты мы просмотрим вместе в штаб-квартире.

Сказала и улыбнулась, как будто предвкушая картину совместного поедания своих кулинарных шедевров.

Боб поручил Майклу сделать фотокопии заметок, а сам отправился к библиотекарю, чтобы договориться о времени своего выхода на работу. Затем ребята вышли на улицу, и Майкл принялся распутывать цепочку своего велосипеда. Вдруг среди проходящих мимо людей в глаза ему бросилось знакомое лицо. Мальчик встрепенулся и подтолкнул Боба.

– Скоро папа придет, я его за хлебом послала, – переключившись на волнующую ее тему, вкрадчиво сказала она. – Так ты уж будь с ним помягче.

— Видишь вон того мужчину впереди? Со спины, конечно, не видно, но у него густые рыжие усы, размером с широкий экран большого кинотеатра! Я заприметил его еще вчера, на экскурсии по вилле Маркелза. Он там только и делал, что фотографировал. Причем только те вещи, о которых Маджи говорила, что они представляют для коллекционеров особую ценность. Но он забыл снять с объектива колпачок, и я сказал ему об этом. Потом, правда, было не до него: начался переполох из-за одной дамы, которая потеряла свою чековую книжку… потом, правда, нашла. А когда я опять вспомнил об этом типе, его уже след простыл. Наверно, отстал незаметно от группы, а потом смылся. Вот я и думаю — вдруг он имеет какое-нибудь отношение к краже?

– Ну, не выдумывай, мам, – отмахнулась от нее Даша. – Ты же знаешь, мы с папой никогда не ссоримся. Так только, ветры ворошим.

Боб посмотрел на часы.

– Ой, не понимаю я твоих оборотов, – суетно сказала мама и подхватилась обратно. – Все, я на кухню. А то, и правда, одна только куча ворохов от моей стряпни и останется.

— Время у нас еще есть, да и все равно нам с ним по дороге. Вперед!

Если подозрения Майкла верны, представляете, какой оперативной организацией располагает рыжеусый фотограф! Подумать только — во второй половине дня приглядеть китайскую вазу, сфотографировать ее, заодно разведать возможности проникновения в дом, затем проявить пленку, показать фотографию сообщнику или сообщникам и этим же вечером осуществить похищение. Вот уж действительна — фантастическая оперативность.

Даше всегда нравилось, как мама относилась к ее неологизмам. Без издевки и, скорее, с пониманием. Она и в детстве всегда со всей серьезностью воспринимала Дашины выкрутасы. Будто догадывалась, что в конечном итоге это принесет желаемый результат. В виде уважения и взаимопонимания. Так и случилось. Даша очень уважала своих родителей.

ДВОЕ С РЫЖИМИ УСАМИ

Итак, Боб и Майкл решили проследить за подозрительным господином. Они не торопясь ехали по велосипедной дорожке, стараясь держаться вровень с идущим по противоположному тротуару пешеходом. Пройдя пару кварталов, рыжеусый свернул в агентство по прокату автомобилей. Ребята шмыгнули за ним — как раз вовремя, чтобы услышать, как мужчина оформляет заказ. От места, указанного как цель поездки, автомобиль должны были забрать представители фирмы.

Она часто задумывалась, как это так получается, что ее мама, всю жизнь проработавшая врачом в одной и той же больнице, так хорошо разбиралась в далекой от нее психологии. Знала, когда похвалить, когда дать надежду, а когда и поругать.

Сев в автомобиль, рыжеусый проехал около двух километров в направлении от центра. Все это время ребята преследовали его на своих велосипедах. Наконец машина остановилась возле небольшого сквера; мужчина вышел и дальше пошел пешком. По дороге он то и дело оглядывался, и было ясно: он что-то замыслил и предпочел бы обойтись без свидетелей. Вот только что он намерен предпринять? И имеет ли все это какое-нибудь отношение к ограблению виллы Маркелза?

«Это я, наверное, благодаря маме такая умная», – с подколом подумала Даша. Ей вообще нравилось прикалываться по поводу и без. И над собой, и над окружающими. Весело же! А без чувства юмора ей все казалось пресным.

Вскоре мужчина остановился перед небольшим кафе и, оглянувшись еще раз быстро по сторонам, вошел внутрь. Ребята смело последовали за ним, уверенные, что он в любом случае не примет их всерьез, и спокойно направились к стойке. Рыжеусый между тем уселся за столик в углу и принялся прихлебывать из чашечки кофе. Было видно, что он очень нервничает, — брови его были сдвинуты, он то и дело поглядывал на входную дверь. В руках он нетерпеливо крутил шариковую ручку.

Не все, правда, этот ее юмор понимали. Но это уже были их проблемы.

Майкл заказал себе гамбургер с жареной картошкой, а также большой стакан молочного коктейля. В конце концов, с тех пор, как он позавтракал, прошла уже куча времени. Боб же ограничился стаканом кока-колы.

— Будем надеяться, что наш подозреваемый еще какое-то время просидит за своей чашечкой, — съехидничал он, намекая на основательную закуску Майкла, и бросил взгляд на любителя кофе за угловым столиком.

Одним из них, как это ни прискорбно, и был ее папа.

Жуя с видимым удовольствием, Майкл пожал плечами:

Отца Даши звали Валерием Ивановичем. Он также, как и мама, всю жизнь проработал на одном месте. В милиции. Теперь-то она полиция, но он вышел на пенсию еще до переименования. В звании подполковника.

— Извини, но я действительно проголодался. — Отпив из полосатого пластикового стакана, он расправился с остатками бутерброда и принялся за картошку. — А вы что, во время расследования вообще ничего не едите?

— Постарайся выражаться точнее. Пока что Юпитер еще не принял окончательного решения о проведении расследования.

Это из-за него она поступила на юридический и все пять лет учебы старалась его не подвести.

— Ничего, скоро примет, — уверенно возразил Майкл.

В этот момент дверь открылась и в кафе вошел мужчина в легком светлом плаще. Боб и Майкл уставились на него, не веря своим глазам. А посмотреть было на что: ведь новым посетителем был… тот же самый рыжеусый мужчина!

Но вот когда пришло время решать, куда пойти работать, струсила. И в полицию не пошла.

Так она и оказалась, не без протекции все того же папы, в престижной и статусной компьютерной компании.

Ребята, как по команде, повернулись к угловому столику. Невероятно, но рыжеусый все еще сидел там, невозмутимо потягивая свой кофе. Нет, этого не может быть… Что же, выходит, у него есть двойник?!

Вновь прибывший направился к столику, за которым сидел похожий на него как две капли воды человек, и уселся рядом. Между близнецами — а кем же еще они могли быть? — тут же началось выяснение отношений, сопровождавшееся возбужденной жестикуляцией и разъяренными взглядами. О чем шла речь, наблюдатели — увы — слышать не могли, но было ясно: спорят они о чем-то чрезвычайно важном.

Там в отделе безопасности работал давний приятель отца (он и сейчас там работает), Суриков Геннадий Петрович. Вот с его помощью Дарью и взяли на работу.

— Подойду-ка я к ним поближе, — пробормотал Боб. Решительно поднявшись, он направился к телефону-автомату, что висел на стене как раз рядом со стоящим в углу столиком. Бросив в автомат монетку, он наугад набрал несколько цифр.

А что касается перепалок, о которых так беспокоится мама, то Даша и правда не считает их за что-то серьезное. Папу она любит и не стремится с ним поссориться. Ну а если иногда и случаются недоразумения, так недоразумения они и есть.

— Что я собираюсь делать? Теперь я намерен забрать Джиль и увезти ее… куда угодно, лишь бы подальше отсюда, чтобы Патриция не смогла ее найти, — цедил сквозь зубы тот из близнецов, что пришел первым. — А тебя я убедительно прошу отказаться от дела. Понял? А не то мне придется тебя проучить — рассказать кое-кому о твоих…

Второй, в светлом плаще, прервал его яростным возгласом и прошипел в ответ что-то резкое. Боб, к сожалению, не услышал, что именно, поскольку как раз в это время в трубке раздался щелчок и скрипучий голос завопил прямо ему в ухо:

– Дашутка, ты? – вдруг громогласно раздалось где-то у нее за спиной. И можно было не сомневаться, кто это.

— Алло… Алло! Говорите, пожалуйста, громче! Прошу вас, медленно и четко, иначе я вас не пойму! Я плохо слышу!..

Голос старика, с которым глупый случай соединил Боба, глушил все остальные звуки.

Отец имел громкий низкий голос и никогда себя не ограничивал. Так и говорил, как природа одарила. Впрочем, никто никогда этому особо и не возмущался, потому что восклицания его были приятны на слух и где-то даже вызывали ассоциации, что все, мол, спокойно, под защитой и под мощным мужским контролем.

— Подождите, пожалуйста, минутку! — как только мог медленно, четко и громко прервал Боб своего нежеланного собеседника.

Оба близнеца неожиданно обернулись в его сторону.

— Во всяком случае, сейчас я уезжаю. Еду в Паркерстон-парк, — сообщил брату мужчина в черном пиджаке.

– Я, папочка, – уже без счета в который раз засмеялась Даша. – Вы меня с мамой сегодня никак за свою не признаете.

— Нэнси? Это ты? Ты еще слушаешь? Я тебя не слышу — орал меж тем на ухо Бобу старик на другом конце провода. — Нэнси, сокровище мое, а не прогуляться ли нам с тобой пешочком, как в старые добрые времена?

– Да? И почему это? – отозвался отец.

Боб сдался. Повесив трубку, он вернулся за стойку к Майклу.

– А все уточняете: я – не я.

– А-а, – протянул папа. – Там к тебе Санек чешет. Часа через два придет.

— Как ты полагаешь, кого из них нам теперь надо пасти? — поинтересовался он, пересказав товарищу то, что ему удалось подслушать.

– Хм, – пуще того рассмеялась Дарья. – Ну и кто из нас после этого больший приколист?

Майкл пожал плечами.

– Я конечно. А что, кто-то сомневается?

— Оба, по-моему, подозрительные типы. Но нас ведь двое! В крайнем случае разделимся и будем вести наблюдение поодиночке. Или ты мне не доверяешь? Думаешь, я не смогу как следует следить за подозреваемым, потому что никогда раньше этим не занимался? — испытующе посмотрел он на Боба.

Быстро обсудив положение, ребята пришли к выводу, что в данной ситуации — хочешь не хочешь — надо действовать по отдельности. С помощью двух спичек — длинной и короткой — они предоставили судьбе решить, кому какой из близнецов достанется в качестве объекта слежки. Майклу выпало преследование до Паркерстон-парка мужчины в черном пиджаке. Боб объяснил ему, как туда проехать, и они подозвали официантку, чтобы расплатиться.,

– Точно не я, – ответила Даша и оглянулась на дверь. Там, несмотря на пессимистические прогнозы, возник с характерной для себя физиономией – всегда как бы удивленной и как бы вопросительной – друг ее детства Санек. Который сам себя идентифицировал в данном случае как счастливого созерцателя ее взросления. И этим было все сказано.

— Правда, этот тип на машине будет там намного раньше тебя, — вслух размышлял Боб, выходя из кафе. — Надо что-нибудь придумать. Погоди-ка…

Ведь они выросли вместе. Здесь, в этом самом поселке, и все друг про друга знали. Все равно как брат с сестрой, а то и еще круче. Родственники-то они тоже разные бывают.

Как раз в этот момент близнецы тоже решили покинуть кафе, и подопечный Майкла быстро зашагал к своему взятому напрокат автомобилю. Но не успел он включить зажигание, как Боб подошел к машине и постучал в окошко. Майкл на всякий случай отступил назад: кто знает, не этого ли типа он предупредил вчера на вилле Маркелза о закрытом объективе?

– Привет, – Санек, как всегда запнувшись, шагнул через порог, и только это и успел сказать.

Потому что из кухни вдруг стремглав прибежала Анна Степановна с таким растерянным от недоумения и страха лицом, что он разом заткнулся и встал столбом недвижимо.

— Вы знаете, что у вас из выхлопной трубы валит черный дым? — спросил Боб, как только водитель опустил стекло. — Мне кажется, вам стоит выяснить причину, пока ничего не случилось.

– Там… Там… – сотрясаясь всем телом, испуганно все повторяла и повторяла она. Потом снова потрясывалась и снова повторяла.

К счастью, уловка сработала: мужчина так спешил, что поверил Бобу на слово и даже не вылез из машины. Он только покачал головой и сердито проворчал:

– Да что там, мама? – застыв в ожидании и чувствуя, как по спине пробегает холодок, взволновалась Дарья.

— Ну что за колымага! Теперь придется возвращаться! Затем он снова завел двигатель, вывернул на шоссе и поехал к центру, явно направляясь в агентство по прокату автомобилей.

А Майкл в это время быстро крутил педали, спеша к парку. Он прибыл на место вовремя и даже успел еще поставить велосипед возле небольшого киоска, запереть замочек и удобно устроиться на скамейке у входа в парк.

Папа с Саньком тоже машинально столпились вокруг Даши и как один уставились на Анну Степановну.

Боб успел объяснить ему, что Паркерстон-парк служил ч в основном местом детских игр. Интересно, что здесь забыл этот усатый господин? \"Я увезу Джиль подальше отсюда, чтобы Патриция уже не смогла ее найти!\" Что-то в этом роде он сказал своему брату в кафе. Хотелось бы надеяться, что речь шла не о похищении ребенка…

Анна Степановна еще какое-то время помешкала, громко дыша и переступая с ноги на ногу, а потом собралась с духом и наконец сообщила:

Майкл видел, как рыжеусый подъехал к входу в парк и припарковался; машину он уже успел поменять. Затем мужчина вышел из машины, вошел в парк и, обходя играющих детей, быстро направился к игровой площадке. Вскоре он остановился рядом с маленькой рыжеволосой девочкой.

– Только что передали по телевизору, что твоего начальника, Даша, – она помолчала и с трудом закончила, – …убили.

Майкл понимал, что здесь и сейчас он ничем не сможет помешать злоумышленнику. Так что же? Неужели его миссия сыщика-любителя закончилась, не успев как следует начаться? Он задумался. И все-таки жажда приключений и стремление сохранить статус помощника Трех Сыщиков одержали верх над всеми сомнениями. Велосипед был на замке, да и продавец из киоска около стоянки едва ли уйдет раньше вечера. Так что Майкл еще успеет заскочить сюда за велосипедом и, вполне возможно, даже найдет его там, где он был оставлен…

Со своего места Майкл хорошо видел мужчину и маленькую девочку, которые возбужденно разговаривали у качелей, Воспользовавшись этим, Майкл вернулся к оставленному у входа в парк автомобилю, открыл дверцу и забрался под лежащие на заднем сиденье пальто и полиэтиленовые пакеты.

Даша сей момент без чувств упала в объятия Санька, папа ошалело выпучил глаза, а Анна Степановна, в конец обессилив от напряжения, неровными шагами дошла до кресла и, опустившись в него, закрыла лицо руками…

Вскоре он услышал, как открылась передняя дверца.

— Залезай, — сказал мужской голос, и звонкий детский3 голосок отозвался:

— Ого! Какая у тебя красивая машина! Майкл лежал далеко не в самой удобной позе, заме под разбросанными на заднем сиденье вещами. Видимо, был багаж похитителя, который он успел собрать уже по того, как взял напрокат автомобиль. Но вот что поразите но: почему похищенная малышка не плакала, не кричала, пыталась сопротивляться? Что заставило ее добровольно сесть в машину рыжеусого злодея?

Глава 2

Машина тронулась, и мужчина включил негромкую музыку.

— Папочка, так, значит, теперь я буду жить у тебя? И вернусь больше к маме и Эдгару? — подала вдруг голос девочка, сидевшая рядом с водителем.

– Ну вот. Теперь тебя точно обвинят, – шоркая вазу тряпкой на десятый раз, встревоженно причитала Нонна, изо всех сил стараясь выглядеть уверенной.

Эти слова окончательно сбили Майкла с толку. О похищениях детей собственными родителями ему еще слышать не приходилось. Интересно, считается ли это преступлением?.. Ну уж во всяком случае как бы то ни было, участие молодых детективов здесь едва ли потребуется. С такими дедами лучше не связываться…

— Именно так, Джиль, — ответил между тем мужчина. — Тебе не нужно будет к ним возвращаться, и они никогда больше не найдут тебя. Ты довольна?