— Детектив, вам лучше послушать лично. Нам звонит какой-то водитель с кольцевой дороги к северу от города.

– Это же свадьба, – напомнила Кэти, думая, не выдаст ли ее лицо. – Что значит «необычное»?

Томми схватил трубку.

В комнату вошел Патрик Аллен и сразу же направился к старшему группы, опрашивавшему кого-то еще на ближайшей софе.

Торопливый женский голос строчил как пулемет:

– Я приехал сразу же, как только смог. Я – владелец «Гранджа».

— Она не хочет лезть в машину! Она в таком состоянии — вам лучше поскорее приехать!

Детектив поднялся, и они обменялись рукопожатием. Кэти унаследовала от тети Гвен не самое позитивное отношение к Патрику Аллену, но в этот момент ей даже стало его жаль.

— Подождите, давайте-ка помедленнее и сначала.

С торчащими на затылке волосами и серым от беспокойства лицом, он производил впечатление человека, который, чтобы приехать в отель, поднялся с постели. Может, он не такой уж и бессердечный, каким описывала его тетя Гвен.

— Ну… я говорю, что мы видели, как эта женщина выпрыгнула на шоссе из большого черного пикапа. Большой такой черный пикап с фарами наверху.

– Мы не цепь, – говорил Патрик. – В условиях нынешнего финансового климата мы не можем позволить себе такого рода рекламу. – Он говорил с детективом, словно с репортером. – Мне цирк не нужен.

— Номера запомнили?

– Вам не о чем беспокоиться, сэр.

— Я назвала их диспетчеру «девятьсот одиннадцать». Мы хотели помочь этой женщине, но она нам не позволила. Она пошла пешком по обочине и кричала на нас, когда мы хотели приблизиться. Она все просила позвать ее друзей, сказала, что будет говорить только с Эбби и Эван.

Он начал говорить о том, что дело выглядит «самым обычным», но тут они отвернулись, и дальше Кэти уже не слышала.

— Что? — недоуменно воскликнула Эбби.

– Мисс Харпер. – Женщина-полицейский положила на колено блокнот и наклонилась вперед. – Позвольте спросить вас еще раз. Вы видели, чтобы мистер Коул спорил с кем-либо в течение вечера?

Женский голос в трубке звучал возбужденно.

Кэти заставила себя включиться в разговор.

— Она… она похожа на раковую больную или что-то вроде того! Как только я приближаюсь, она начинает вести себя так, словно вот-вот набросится на меня. Вы бы прислали кого-нибудь сюда поскорее!

– Почему вы спрашиваете? У него сердечный приступ или что?

Томми и Эбби переглянулись.

— Это Валери, — сказал Томми.

– Причина смерти пока не установлена, и мы стараемся получить как можно более полную картину нескольких последних часов мистера Коула.

Эбби смотрела на Уолли:

Эти слова – нескольких последних часов – словно повернули какой-то рычажок у нее в голове, и Кэти тут же ощутила захлестнувшую сердце волну печали. Умерший, Оливер Коул, съел лосося на закуску, выпил дорогущего шипучего вина и поболтал с кем-то, не имея понятия, что наслаждается последними часами существования. Она сунула руку под блузку, дотронулась до подвески и вдруг подумала: обладая харперовской интуицией, можно ли быть столь невежественной? Айрис, например, определенно подготовилась к своему уходу: рассортировала бумаги, оставила записи для Гвен… Но лучше ли от этого? Каково знать, сколько секунд осталось отсчитать твоим часам? Кэти вдруг поняла, что не может больше находиться в этой душной комнате. Ей хотелось вернуться домой, лечь и проспать целый день. Может, два. Она снова посмотрела на полицейскую, которая выглядела немного недовольной.

— Ты поезжай к отцу, и там уже будут шерифы. А мы с Томми заберем Валери.

– Больше я ничего вам сказать не могу. Давайте заканчивать.

— Нам придется дождаться кого-нибудь из полицейских в форме, — возразил Томми. — А то как бы Валери не заартачилась.

Женщина скользила взглядом по лицу Кэти, словно определяя, можно ли получить от свидетеля что-то еще.

Эбби помахала ключами от машины:

— Ну что ж, поехали спасать эту чудачку!

– Пожалуй, да, пора заканчивать. Если вспомните что-то еще… – Она протянула визитку.

– Я вам позвоню. – Кэти поднялась и быстро, пока полицейская не одумалась, вышла из гостиной и направилась в комнату для персонала за курткой и сумкой. Ее трясло. В какой-то момент ей показалось, что детектив не поддастся на внушение. Легкий гипноз, или суггестия, был одним из базовых умений женщин их рода. Умением таким же естественным и легким, как невинная ложь или предсказание по картам, когда нужно помочь другу принять решение.



Дар этот, свидетельство ее принадлежности к роду Харперов, проявился в четырнадцать лет и стал такой же естественной ее частью, как цвет волос. Что, если все ее умения исчезнут одно за другим? Что, если вместо того, чтобы обрести подлинную силу, она утратит даже то, чем обладает?

Джесси снова набрал номер.

Служебный выход находился за кухней, так что Кэти еще успела попрощаться с Джо.

— Ну ответь же, Эв! Ответь! — Он посмотрел на Суэйзи: — Койот сейчас в Чайна-Лейк, так ведь?

– С тобой точно все в порядке? – нахмурилась Джо. Приглаженные, как у пикси, волосы торчали во все стороны там, где она пришпиливала свою белую шапочку. – Держи. – Джо нырнула в огромный холодильник и вынырнула с половиной чизкейка на упакованной в пищевую пленку тарелке.

В гостиной Суэйзи продолжала набивать сумку вещами Койота.

– Спасибо. – Растроганная вниманием и добротой Джо, Кэти едва не расплакалась и, чтобы никто не увидел набухающих в глазах слез, торопливо выскользнула из кухни.

— Не знаю.

Жаркая погода не спешила уходить, и вечер, хотя часы уже показывали начало двенадцатого, оставался теплым. Все окна были зашторены, и на окружавшей отель полосе гравия лежали прямоугольники красноватого света, но подъездная дорога оставалась черным как смоль туннелем.

Мобильной связи по-прежнему не было — сплошной треск и шум в трубке.

Год назад она уже советовала Патрику поставить вдоль нее побольше ландшафтных светильников на солнечных батареях, но у него, похоже, в одно ухо влетело, в другое вылетело. Стоило отойти от отеля, как низкие садовые стены и подстриженные кустики преобразились, обрели зловещие формы, и от них повеяло чем-то незнакомым и потусторонним.

Суэйзи вдруг издала удивленный и вместе с тем победоносный возглас. В руке она держала серебряную цепочку, на которой болтались армейские жетоны и какой-то странный сплющенный кусок серого металла. Железяки побрякивали и поблескивали на солнце.

В результате Кэти лишь в самый последний момент заметила человека на ступеньках, которые вели вниз с верхней лужайки. Едва не пнув его в спину, она удержала равновесие в последний момент.

— Ну все, она, считай, в наших руках! Вот ее талисман. Кай обязательно придет за ним, потому что считает, будто в нем ее сила. — Она метнула на Джесси победный взгляд. — А теперь давай-ка убираться отсюда.

– Господи! Ты меня напугал!

Вдалеке уже слышался вой сирен.

– Извини. – Куриный воришка поднялся, и они оказались рядом, слишком близко друг от друга, чтобы чувствовать себя комфортно. Особенно в темном, пустынном саду. Кэти отступила.

— Это полиция. Но я не могу так уйти! — сказал Джесси.

Он сделал то же самое, вероятно, ощутив ее тревогу.

Мобильник Эван был недоступен. Тогда он попробовал набрать Фила, но тоже безрезультатно.

– А ты почему шляешься здесь? – Кэти не хотела грубить, но вечер выдался не лучший.

Суэйзи подошла к кухонному столу.

Он махнул незажженной сигаретой.

— Если ты здесь останешься, тебя арестуют за вторжение на место преступления. Так что остается только поехать со мной и помочь выловить Койота.

В общем-то, конечно, но Джесси твердо знал лишь одно: он должен быть рядом с Эван. Он или кто-то, способный ее защитить.

– Сражаюсь со своим демоном.

— Мы же договорились: я ловлю Койота, и ты стираешь е-мейл. — Она потрясла талисманом у него перед носом. — Я свое слово намерена сдержать, а ты сдержи свое. Давай, поехали!

Суэйзи запихнула в сумку ноутбук Койота и направилась к двери.

– А… – протянула Кэти. – Говорят, от никотина труднее отказаться, чем от героина. Или это кокаин?

— Ну давай же, времени совсем не осталось! Как только сюда нагрянет полиция, ты на весь день завязнешь у них на допросе. Ни позвонить тебе не дадут, ни добраться до Эван, ни как-то помочь ей.

Он пожал плечами.

Она вышла за порог. Сирены завывали совсем рядом.

– Почему ты не там? – Она кивнула в сторону отеля. – Полиция хочет поговорить с тобой.

Джесси срочно требовалось позвонить в полицию Чайна-Лейк, но номера у него не было, и не было времени, чтобы его узнать. На лестничной площадке стучали каблуки Суэйзи и грохотала сумка на колесах.

– Наверно, не со мной одним. – Он посмотрел на нее, наклонив голову вбок. – Выглядишь лучше. Чувствуешь себя тоже лучше?

Джесси выругался и покатил к лифту.

– Ты нашел мертвеца. Значит, ты – ключевой свидетель, или как это у них называется.



– Первой его нашла ты.

Мы с офицером Бринкли вышли из кухни. В гостиной горели настольные лампы, пепельница битком набита окурками. На столике — раскрытый журнал «Пипл» за прошлую неделю. Отец стоял перед каминной полкой и изучал фотографии в рамочках. Кондиционер работал на полную мощь, вырабатывая такой холод, что бежали мурашки.

– Я на их вопросы ответила, – сказала Кэти. – А ты? Вот молодец. Такой сознательный. Нет, серьезно. Умер человек. Ты должен…

Бринкли замешкался в конце коридора. За одной из дверей играла музыка. Он потянулся к кобуре и пошел на звук. Я пристроилась следом и снова услышала какое-то хлопанье — будто тяжелые занавески били от ветра по стене.

– Предпочитаю не светиться.

— По-моему, где-то открыто окно.

Кэти состроила гримасу.

Бринкли взялся за дверную ручку:

– Не думаю, что им интересно, как ты пробрался без приглашения на свадьбу.

— Эй! Есть кто-нибудь?

– Заметила, да? – Он достал пачку и засунул в нее незажженную сигарету. – А я-то думал, что был осторожен.

Он постучал и открыл дверь. Комната оказалась маленькой спаленкой со множеством керамических куколок и пуховых подушечек. Мы пошли по коридору дальше. Музыка становилась громче. Во второй спальне обнаружилась разобранная постель и открытый чемодан на полу, набитый женским тряпьем. Бринкли двинулся к самой последней двери. Я пошла было за ним, но вернулась и осмотрела чемодан на полу. Одежда в нем была яркая, цветастая.

– В глаза не бросалось, но я за тобой следила и… – Кэти смутилась и не договорила. Да и он смотрел с любопытством, что тоже не помогало.

Музыка продолжала играть, и странное хлопанье не прекращалось.

– Интересно, что же ты заметила.

Бринкли постучал в дверь в самом конце коридора:

– Ты показался мне чересчур ловким. Только поэтому.

— Полиция!

Он ухмыльнулся.

Хлопанье стало прямо-таки яростным, даже громче музыки. Бринкли взялся за дверную ручку. У меня внутри все похолодело.

– Кстати, меня зовут Макс.

— Офицер, вы только…

– Кэти. Так что у нас там большая драма. – Она кивком указала на проступающее в темноте здание.

Он открыл дверь.

– Да. – Макс опять сел на ступеньку и положил локти на колени.

Окно было разбито, занавески развевались на ветру. А с пола, громко хлопая крыльями, поднялась целая стая ворон. В комнате сразу потемнело от их черных крыльев. Растопырив когтистые лапы и каркая, они ринулись на нас. Я в ужасе заорала. Бринкли захлопнул дверь. Но они успели вырваться в коридор и там бились о деревянные стены. Я продолжала орать.

– А что ты делал в комнате мистера Коула?

— Эван! — К нам бежал отец. — Какого черта здесь…

– Всего лишь проходил мимо. Дверь была приоткрыта, я услышал шум.

Коридор наводнили хлопающие крылья, острые клювы, цепкие когти и удушливая вонь. Я бухнулась на пол и, пригнув голову, поползла на карачках в гостиную. Бринкли разрядил в дверь всю обойму. В ответ из спальни донеслось пронзительное многоголосое карканье.

– Ты его знал? Ну, этого…

– Нет. – Макс быстро покачал головой.

Я оглянулась — всего на секунду, — но все-таки успела увидеть. Зловещие птицы пировали. Черным шевелящимся комом они сгрудились над кровавыми кусками человеческой плоти, разбросанными по кровати.

Лжет. Кэти стало не по себе. Конечно, вряд ли он имеет какое-то отношение к сердечному приступу, который сразил беднягу, но однако же… Лжец. Да еще заявился без приглашения на свадьбу. А значит, и воришка вдобавок. И она хороша. Надо было рассказать о нем полиции. Нужно прямо сейчас вернуться и все рассказать. Он, конечно, и им наврет. У него это так хорошо получается.



Нравится ей это или нет, теперь она за него отвечает. Кэти опустилась на ступеньку рядом с ним. Близко, даже очень близко. Но так она делала всегда, когда хотела прочитать человека.

Кольцевая дорога пролегала параллельно ограждению базы к северу от города — черной полосой она тянулась посреди голой пустыни вдоль колючей проволоки. В пятнадцати милях от города Эбби наконец увидела бредущую по раскаленному асфальту Валери.

Томми положил руку на приборную доску.

Сделав глубокий вдох, Кэти постаралась сосредоточиться и не замечать идущий от Макса аромат.

— Блин! Ты только посмотри на нее!

– Ты имел какое-то отношение к его смерти? – спросила она, пристально глядя на него.

Завидев их, Валери шарахнулась и попыталась бежать. Эбби съехала на обочину и открыла дверцу. Томми схватил ее за руку:

Он нахмурился.

— Подожди!

– Ты серьезно?

— А что такое?

– Просто ответь на вопрос, – спокойно сказала Кэти.

Томми озирался по сторонам.

– Нет. – Макс скривил губы. – Не имел я никакого отношения.

— Что-то тут не так. Где же та женщина, что нам звонила?

Эбби тоже огляделась — куда ни глянь, сплошной песок да колючки.

Да, он говорил правду. Слава богу. Дело было не в тоне голоса, не в том, как встретились их глаза, а в чем-то еще. В уверенности. Еще один харперовский дар, очень даже практичный.

Она помахала Валери.

— Тогда давай заберем ее и поехали отсюда.

– Извини. – Она расслабилась и улыбнулась. – Похоже, меня немного тряхнуло.

Валери повернулась к ним. Вид у нее был такой, что Эбби ахнула. Волосы растрепанные, парик съехал набок. Лицо еще того хуже — расцарапанное в кровь, словно она упала на кактус. Блузка разорванная, а прямо по ней наискосок стекает струйка крови.

– Вполне понятно.

Томми достал из кобуры пистолет и, держа его дулом к земле, спокойно направился к Валери. Асфальт буквально плавился от жары. Когда они приблизились, Валери попятилась:

– Должно быть, это случилось, когда я нашла его. Минут за двадцать до этого Коул позвонил в обслуживание номеров. Но когда я пришла, он был совсем холодный. – Странно. Может быть. Сколько нужно времени, чтобы тело остыло? Кэти с натугой сглотнула – ее опять затошнило.

— Нет! Не надо!

– Господи. Не самая приятная сцена.

Она смотрела на Эбби, не узнавая ее. Один глаз синий с крошечным зрачком, другой темный, почти черный, и зрачок расширен. Она подняла руки, прикрываясь от них. Эбби остановилась посреди дороги метрах в трех от нее.

– Да уж, – вздохнула Кэти.

Валери продолжала отмахиваться.

– Неудивительно, что ты вырубилась. Но сейчас-то все о’кей? Вид у тебя бледный.

— Не подходите!

– Я всегда такая. – Кэти начала разворачивать чизкейк. Вот что ей нужно. Немного сахара, чтобы получить заряд энергии и дойти до дома. – А ты откуда его знаешь? Мистера Коула? Вы были знакомы?

Эбби протянула к ней руку:

– Я же сказал. Не знаю и не знал.

— Вэл, это я — Эбби!

Кэти вскинула бровь.

Валери кивнула в сторону Томми:

– Будешь врать – чизкейка не получишь.

— Смотри, у него пистолет. Пусть уберет его! Убери сейчас же свой вонючий пистолет!

– А почему ты думаешь, что я вру?

Томми невозмутимо убрал пистолет в кобуру.

Она улыбнулась.

— Спокойно, Вэл. Все в порядке. Это же мы!

– Я знаю, когда люди говорят правду. Такой дар.

Она бешено озиралась по сторонам:

Макс подался назад и пристально посмотрел на нее.

— Где он? Уехал?

– Напомни, чтобы я не садился играть с тобой в покер.

Эбби искоса глянула на Томми и спокойно сказала:

– Ну? – Кэти отломила кусок чизкейка. Мягкий, тающий, восхитительно вкусный. Она даже закрыла глаза, наслаждаясь сливочным совершенством, а когда открыла их, Макс смотрел на нее с каким-то странным выражением. – Что?

— Ее срочно нужно в больницу.

Он качнул головой.

— Вижу.

– Коул задолжал мне денег.

Валери шарахнулась от них.

– Много?

— Где Эван? Раньше со мною была Эван. Я хочу ее видеть! Пусть выйдет из машины!

– Немало. – Макс потянулся к тарелке.

— Вэл, Эван с нами не приехала.

Кэти отодвинула ее подальше.

— Где же она? Что случилось? Почему ее нет с вами? — Она ткнула пальцем в их сторону. — Сбежала в укромное местечко с твоими детьми, так ведь? Почему вы мне не говорите, где все спасаются?

– А почему он тебе задолжал?

— Вэл, что с тобой приключилось? — спросил Томми.

– Ты играешь в покер?

— Выпрыгнула на ходу из его машины.

– Нет. – Сахар уже действовал, слабость и головокружение уходили. – Раньше я постоянно играла с папой в джин. Мне нравится вист, но вдвоем в него не играют, а мама у нас не картежница.

— Из машины Койота?

Пока Кэти говорила, Макс незаметно подтянул тарелку и оторвал кусок чизкейка.

— Да. Открыла дверцу и выпрыгнула.

– Ты же знаешь, я не живу в отеле, так?

— И куда он поехал?

– Так.

Она указала на запад, по направлению к Четырнадцатому шоссе.

– Я здесь проездом. Есть дорожные расходы. Бензин. Ночевки.

Пот струился по лицу и спине Эбби. Вытирая рукой лоб, она шагнула навстречу Валери.

— Вэл, мы хотим, чтобы ты села к нам в машину. Там спокойно и есть аптечка. Давай, пошли. Ты теперь в безопасности.

– Еда. Ты же не всегда попадаешь на чью-то свадьбу. – Кэти помолчала. – И тебе постоянно сходит с рук?

Валери отвернулась и хотела побежать, но упала. Они бросились к ней. Эбби дотронулась до ее плеча, но она вырвалась и снова завалилась на асфальт. Грудь ее тяжело вздымалась.

— Давай-ка перетащим ее в машину, — сказал Томми. — А то что-то мне здесь не нравится.

– Не совсем. Я предпочитаю корпоративы, но большие свадьбы легче. На таких мероприятиях мало кто знает всех. В разговоре важно первым спросить собеседника, с чьей он стороны, и если он говорит, что со стороны жениха, то ты говоришь, что знаком со стороной невесты. Главное – избегать счастливую пару.

— Ты это о чем?

Кэти покачала головой.

Томми озирался по сторонам, но вокруг были только песок, камни и пустынная дорога.

– И все ради бесплатного ланча?

– Обычно я играю в покер в казино, но иногда их трудно найти, так что я проверяю заведения вроде этого, прихожу, знакомлюсь и немного играю. На деньги.

— Чтобы Вэл в таком состоянии удрала от Койота? — Он покачал головой. — У меня нехорошее предчувствие. Такое впечатление, будто Койот дал ей уйти.

– И ты смошенничал и выиграл?

– Нет. Ну, не совсем. – Макс посмотрел на чизкейк. – Может быть, чуть-чуть.

– И он умер раньше, чем ты забрал обманом выигранные деньги. Какой ты гадкий. – Кэти поднялась. – Собираешься задержаться в городе?

— Чтобы…

– Ага. В уютненькой «Кози инн». – Макс завернул остатки чизкейка и тоже поднялся. – Провожу тебя до дома.

— Да. Чтобы выманить нас сюда. Пошли!

Кэти чуть не рассмеялась.

Вместе они подняли Валери на ноги. Эбби хотела взять ее под локоть, но она сказала:

– Спасибо. Я сама. – Она же Кэти Харпер. Последняя в долгой череде вещуний. Практически ведьма, а значит, тьма ей не страшна.

— Не дотрагивайся до меня! — И, шатаясь, пошла к машине.

– Ладно. – Макс пожал плечами. – Можешь меня проводить домой.

Она плюхнулась на заднее сиденье, как сломанная игрушка, и спросила:

– Хорошая попытка, – сказала Кэти, но спорить не стала, поскольку им обоим нужно было пройти по подъездной дорожке. Пришлось бы переходить на нелепый быстрый шаг, а это выглядело бы не очень достойно. К тому же высокие деревья вдоль дорожки не пропускали лунный свет, и Кэти, хотя ей и не хотелось в этом признаваться, после встречи с мертвецом немного нервничала. Отвлечься будет не лишним.

— А почему Уолли не с тобой? Где он?

— Поехал к детям.

– Так, значит, ты шулер. Надо признаться, я с такими еще не встречалась.

— И меня туда отвези! — хрипло крикнула Валери. — Я тоже хочу быть в безопасности!

– Небольшой перебор. Да, я играю, но не очень много. Иногда выигрываю, иногда проигрываю.

— Нет. Сейчас мы повезем тебя в больницу.

– Но Оливера Коула ты облапошил?

— Не хочу я ни в какую больницу! Лучше отвези меня туда, где твои дети! Там до меня никто не доберется! — Она заносчиво вскинула голову. — Томми, а твои дети где? Ты можешь отвезти меня туда?

– Жаль, ты его не знала. Да, о мертвецах плохо не говорят, но этот Коул был тот еще хрен.

Эбби села за руль и включила зажигание.

– Ты же сказал, что был едва знаком с ним.

— Не волнуйся, все будет в порядке.

Макс отвернулся.

— Ну почему они все в безопасности, а вы носитесь тут с этим вонючим пистолетом?! Скажи, Эбби, почему ты не хочешь мне помочь?

– Я в людях неплохо разбираюсь.

— Вэл, как раз этим мы сейчас и занимаемся.

Дорожка повернула к главной дороге, и Кэти подумала, что почувствует себя лучше, как только треклятые деревья останутся позади. В этом темном туннеле у нее начиналась клаустрофобия.

Она развернула машину и нажала на педаль газа.

– Итак, что же там, по-твоему, случилось? Я слышал, кто-то упоминал сердечный приступ.



Перед глазами всплыло застывшее лицо мистера Коула, и Кэти с усилием сглотнула. Выглядел он испуганным.

Сирены завывали совсем близко. В машине Суэйзи впилась пальцами в руку Джесси:

— Давай быстрее!

Он отстегнул от коляски колеса и закинул их на заднее сиденье, потом убрал в кузов каркас, сел за руль и захлопнул дверцу. И все за двадцать пять секунд — что ни говори, быстро! Открепив зеркальце заднего вида, он убрал его в «бардачок».

– Не знаю. – Ничего хорошего.

По улице неслась, сверкая мигалками, полицейская машина.

Кэти моргнула, отгоняя нежеланный образ.

— Чего ты ждешь? Поехали! — сказала Суэйзи.

– Почему ты путешествуешь в наших краях? По-моему, люди предпочитают другие места – Венецию, Париж и тому подобное? Но не Уилтшир.

— Тихо!

Макс рассмеялся.

Двое полицейских выскочили из машины и бросились к жилому дому. Они уже были в дверях, когда Джесси посигналил и отъехал от обочины. Суэйзи сердито морщила лоб.

– Да это и путешествием назвать трудно. Так, бродяжничество.

— Шустрый ты, конечно, — проворчала она. — Обещал ведь не выставлять меня перед полицией. Совсем не держишь слово!

Они достигли конца дорожки и остановились на краю холма, откуда начинался спуск в город. Огни Пендлфорда светились в темноте, словно созвездие. Река лежала черной бархатной лентой. Вскоре они оказались на обычной улице с фонарями, и Кэти успокоилась.

— Ничего подобного я тебе не обещал. Я только сказал, что, если поможешь поймать Койота, я сотру мейл. — Он внимательно посмотрел на нее. — А я сделаю все, чтобы этот Койот не подобрался к Эван и ее друзьям.

– Одинокий бродяга. У тебя друзья есть?

Переключив мобильный на режим голосовой связи, он запросил справочное бюро Чайна-Лейк, чтобы узнать номер телефона полиции. Ответа пришлось подождать, и Джесси поехал в центр Голливуда.

– Много. – Макс криво улыбнулся, но больше ничего не сказал.

Они шагали по ярко освещенным улицам. Все было хорошо, и Кэти даже укорила себя за мгновение слабости. Да, увидела мертвеца и упала в обморок. Неприятно, немного неловко, но это не причина расклеиваться.

— Тебя теперь куда? Обратно в контору? — спросил он.

– Ну что ж. – Кэти протянула руку. – Приятно было познакомиться.

– Провожу тебя до дома.

— Да. А не мог бы ты уже сейчас стереть этот мейл?

– Здесь уже недалеко. Со мной ничего не случится. «Кози инн» вон туда. – Она указала в противоположном от ее квартиры направлении.

— Сначала обезвредим Койота.

– Ты уверена? Мне как-то не хочется отпускать тебя одну.

Он свернул на Голливудский бульвар по направлению к Уэствуду. По голосовой связи наконец отозвалась полиция Чайна-Лейк. Женский голос сообщил ему, что детектива Чанга и капитана Маккрекена нет на месте. Джесси сдерживался из последних сил, чтобы не наорать на оператора.

– Поверь, в Пендлфорде я в полной безопасности.

— Тогда запишите для них сообщение и передайте его Томми и Маккрекену. Это очень важно и очень срочно.

Все в городе знали, что она – племянница Гвен Харпер, и половина жителей боялись ее проклятия. На случай же встречи с придурком, обуянным жаждой смерти, или невежественным чудаком у нее имелось защитное заклинание собственного приготовления. Конечно, с заклинаниями у нее выходило не очень, поэтому она также носила кое-что более практичное.

Он рассказал ей обо всем, что обнаружил в квартире. Женщина-оператор была явно встревожена и озадачена. Она повторила полученную информацию, чтобы удостовериться, что поняла правильно.

Макс все еще колебался, определенно проникшись вдруг неуместными идеями благородства. Кэти вынула баллончик спрея.

— Да, все верно. А теперь срочно свяжитесь с ними.

– Вот что у меня есть. Видишь?

Отключившись, он растерянно смотрел на телефон. Кому позвонить? Кому объяснить, почему он уехал из квартиры, где произошло убийство? В полиции Лос-Анджелеса у него знакомых нет. Куда же обратиться? Может, в районную прокуратуру? Они проезжали мимо китайского и египетского театров. По тротуарам слонялись беспечные туристы. Суэйзи вдруг отстегнула ремень безопасности и соскользнула с сиденья вниз.

– А это легально? Я думал…

— Что ты делаешь? — встревожился Джесси.

Она вернулась на место с ноутбуком Койота.

– Это ненастоящее. – Спрей представлял собой какую-то липкую субстанцию, и ее американская подруга Эллисон смеялась добрых десять минут, когда узнала, что баллончик выстреливает клей, но зато на нем четко проступали большие буквы MACE. И вообще, ультрафиолетовый клей лучше, чем ничего. Особенно если прыснуть им в глаза.

— Вот, думаю, как связаться с Кай, как ее выманить.

Макс посмотрел в форсунку и отступил еще на шаг.