— Лагуна-Бич далеко отсюда. Иногда он здесь и ночевал.
— Что? Он оставался на ночь где-то здесь?..
— Да.
— Где? В отеле?
— Не знаю. Мама, наверное, знала…
Марион изо всех сил пыталась сосредоточиться.
Мест, о котором знаем только мы…
Тайное место…
Связанное с каким-то их общим воспоминанием…
Адриан говорил, что она поймет…
Начать с нуля…
Ноль!
Она буквально услышала, как что-то щелкнуло в голове.
— Карту, быстро!..
Марион схватила айпад. Вошла в Сеть. Загрузила местные карты. Ввела два слова в поисковик.
И ответ пришел.
Марион, потрясенная, обернулась к Хлое:
— Боже мой… кажется, я знаю, где твой отец!
Марион и Хлоя выбежали из переулка на улицу. Сирены завывали где-то совсем рядом.
— Быстрее на пляж! — закричала Хлоя. — Нас никто не различит среди джоггеров, их там всегда много…
Они пересекли улицу и выбежали на набережную.
Там был длинный променад, с маленькими магазинами и кафе с двух сторон. Народу гуляло довольно много. Туристы, родители с детскими колясками, велосипедисты…
Марион ускорилась, одновременно глядя по сторонам на номера домов.
Натан где-то здесь, рядом, совсем близко. Он оставил им эту песню как путеводную нить. Она вела их, указывала им дорогу. Марион казалось, что она уже различает его лицо…
Она двигалась все быстрей. Номера мелькали перед ней, соединяясь в сплошные ряды цифр.
Сердце болезненно колотилось, эти удары отдавались во всем теле.
Хлоя старалась не отставать.
Быстрее.
Еще быстрее.
И вот наконец нужный дом.
Они были на месте.
— Натан! — не выдержав, закричала Марион.
— Папа!
Двухэтажный дом напоминал один из бесчисленных сувенирных магазинчиков. Однако дверь была заперта, окна и витрины закрывали ставни. На фасаде был изображен Нотр-Дам. Вывеска гласила: «Нулевой километр».
Место, рядом с которым Марион и Натан впервые поцеловались.
Это не могло быть случайным совпадением.
— Нужно его обойти! — быстро произнесла Марион. — Сзади наверняка есть другой вход!
Они обежали дом, перелезли через ограду и спрыгнули на небольшую пустую площадку.
Перед ними действительно оказалась небольшая дверь.
Марион подергала ручку. Заперто.
Оглядевшись, она увидела груду каменных блоков.
Марион схватилась за один из них.
— Помоги мне, — попросила она Хлою.
Они с двух сторон взялись за этот импровизированный таран и ударили в дверь.
Еще раз.
И еще.
С третьего удара дверь подалась.
Глава 61
Марион и Хлоя ожидали чего угодно, но только не этого.
Изнутри дом ничуть не напоминал сувенирный магазин.
Он вообще ни на что не походил.
Двухэтажное здание словно выдолбили изнутри: все внутренние перегородки и перекрытия были убраны, так что образовалось одно огромное помещение с выкрашенными белой краской стенами, что-то вроде гигантского лофта. Здесь царила абсолютная тишина.
Можно было подумать, что они оказались в мавзолее.
— НАТАН! — во весь голос закричала Марион.
— ПАПА!
Их крики эхом разнеслись по пустому пространству.
Никакого ответа.
Они сделали несколько шагов вперед.
Обычная кровать. Кухонный гарнитур. Телевизор. Книги.
Пол выложен белоснежной плиткой, абсолютно чистой, лишь подернутой тонким слоем пыли.
От бывшего сувенирного магазина «Нулевой километр» остался только фасад. Все остальное напоминало оптическую иллюзию.
— Ничего не понимаю, — пробормотал Хлоя. — Отец ведь должен быть здесь, разве нет?
Марион, не отвечая, разглядывала мебель и книги.
Что-то было не так.
— Здесь нет ничего настоящего, — наконец сказала она.
— То есть как? — недоуменно спросила Хлоя.
— Это не книги. Это муляжи. К телевизору не подключена антенна.
Марион подошла к кухонному гарнитуру. То, что издалека казалось плитой, на самом деле ею не являлось. Марион смотрела на непонятный шкаф, смутно припоминая, что недавно видела нечто похожее.
Она покрутила ручки конфорок. Никакого результата.
— И плита не работает…
— Сплошные подделки… — растерянно произнесла Хлоя.
Это место было полностью фальшивым.
Одной гигантской декорацией.
Приманкой.
Уже отойдя от плиты, Марион внезапно развернулась и снова бросилась к ней.
Она вспомнила, где видела точно такую же прямоугольную металлическую пластину, как здесь, на передней панели — на дверце сейфа на судне Адриана.
Она прижала обе ладони к этой пластине. Спустя несколько секунд пластина осветилась изнутри. Марион ждала, пока сканирование закончится. Затем послышался слабый щелчок и тут же — какой-то шум у нее за спиной.
Марион обернулась.
В центре комнаты в полу открылся люк.
Здесь был еще и подвал.
Огромное подвальное помещение было пустым и страшно холодным. Его заливал безжизненный синеватый свет.
Марион и Хлоя спустились по крутой лестнице, держась за руки. Обе с трудом справлялись с учащенным сердцебиением.
Вдоль стен тянулись громоздкие металлические корпуса какой-то сложной медицинской аппаратуры. Она работала — на панелях приборов мигали разноцветные лампочки. Какие-то непонятные устройства, центрифуги, всевозможное лабораторное оборудование… В углу стояла больничная кровать. Марион ее узнала — именно на ней лежал Натан, прикованный за ногу наручниками. Они тоже были здесь, но уже расстегнутые. Натан исчез.
Марион увидела на стене выключатель и нажала клавишу. Под потолком вспыхнул яркий свет, и только тогда она заметила квадратную ванну посреди комнаты, наполовину вделанную в пол, — скорее нечто вроде небольшого бассейна, размером примерно три на три метра, заполненного прозрачной голубоватой жидкостью, студенистой на вид — чем-то средним между водой и льдом. Эта непонятная субстанция слегка колыхалась, образуя на поверхности гребешки, напоминающие рябь на воде, но более плотные.
Под ее прозрачной толщей на дне бассейна лежало неподвижное тело.
И Марион узнала его.
Она прижала обе руки ко рту, чтобы не закричать. Хлоя пошатнулась и бессильно опустилась на ступеньки лестницы.
Марион, плача, приблизилась к бассейну и обошла его по периметру.
Тело в прозрачном ледяном гробу выглядело застывшим и безмятежным, как надгробная скульптура.
Марион смотрела на свою былую любовь.
Натан был таким же, как в ее воспоминаниях.
Прекрасным. Нежным. Умиротворенным.
Казалось, он только что уснул.
С каждой стороны бассейна стояли деревянные щиты с надписями, запрещающими касаться замораживающей жидкости.
Марион подняла глаза. На столе перед собой, рядом с компьютером, увидела небольшой пульт, под ним лежала написанная крупными буквами записка:
ВКЛЮЧИ
Она нажала кнопку включения. Позади компьютера засветился огромный настенный экран.
На нем появилось лицо Натана.
Здравствуй, Марион. Я рад, что ты меня нашла. Надеюсь, что Хлоя с тобой. Я так люблю вас обеих. Вы — самое лучшее, что было у меня в жизни. У меня не так много времени.
Я должен постараться объяснить вам все как можно лучше… Меня серьезно ранило, когда я заслонил Хлою. Я хороший хирург, и здесь, в моей лаборатории, у меня есть все необходимое, чтобы какое-то время поддерживать в себе жизнь, но я не питаю никаких иллюзий на этот счет. Мне осталось недолго. Периодически я погружаюсь в бассейн, чтобы унять боль и приостановить кровотечение. С каждым разом я всё больше понижаю температуру. И когда придет время, я погружусь в бассейн насовсем… Это будет не больно. Примерно так, как было нам с тобой под снегопадом… помнишь, Марион? Снежинки падали и падали, и ты уже не чувствовала своих пальцев… Это будет как сон — счастливый сон, в котором я увижу, что мы с тобой вместе навсегда…
Хлоя, сидя на ступеньках лестницы, молча плакала.
Но прежде я должен закончить то, что начал, даже если придется заплатить страшную цену. Эта видеозапись — мое посмертное завещание. Если потребуется, ее можно будет представить в суд… Я вспоминаю знаменитую фразу Эдмунда Берка, который сказал: «Для того чтобы зло восторжествовало, достаточно лишь, чтобы хорошие люди ничего не делали». Итак, я, доктор Адриан Фог, будучи в здравом уме и твердой памяти, заявляю, что не собираюсь бездействовать. Я нанял Кору Шеновиц, чтобы она сыграла роль Троянца. Марион Марш ни в чем не виновата. Я манипулировал обеими женщинами. Я сделал это с единственной целью: дать знать всем лицам, которых это касается, что ты, Марион, единственная обладательница моих проклятых материалов.
Натан схватил стопку бумаг со стола.
Вот они, эти чертовы бумаги!.. Плоды моей гордыни. Моей одержимости в стремлении быть лучшим. На них я потратил лучшие годы своей жизни. Из-за них отвернулся от моей дочери. Моя жена погибла. И тебя, Марион, я потерял. Я разрушил нашу любовь. Если бы ты знала, как я их ненавижу!
Он положил стопку бумаг обратно на стол. Плени Натана поникли.
Часть из них я спрятал в сейфе у себя на судне, другую часть — здесь. Мои исследования закончены, но они далеко не полны. В большинстве моих экспериментов регенерировавшие пальцы были далеко не совершенными. Лишь один раз стволовые клетки эмбрионального происхождения дали неожиданный результат: пальцы регенерировали полностью, на них появились новые папиллярные узоры. Пациент по имени Уойяк — это мое единственное достижение. Потребовалось еще несколько лет, чтобы это понять. И тогда я решил рассказать о моих открытиях научному сообществу. Но последствия были ужасны. Они затронули мою семью — два дорогих мне существа. Мне пришлось действовать иначе.
Я не мог допустить, чтобы зло восторжествовало.
Он глубоко вздохнул.
Затем пристально и в то же время нежно взглянул с экрана прямо в глаза Марион.
Марион, я от всей души надеюсь, что рядом с тобой сейчас нет никого из посторонних. Теперь, когда материалы у тебя, прежде всего закрой люк — нажми рычаг в стене, он совсем рядом с тобой. Потом внимательно выслушай всё, что я тебе скажу. И сделай всё в точности, без единой ошибки. Пришло время спасать жизни. Не мою — ее уже не спасти. Твою и Хлои.
Они с Хлоей выслушали Натана до конца. Потом, обнявшись, долго плакали. Потом занялись необходимыми приготовлениями. Когда закончили, Хлоя подняла глаза на Марион:
— И что теперь?
— Теперь будем ждать.
Глава 62
— Марион! Хлоя! Вы здесь? — донеслось сверху.
Они переглянулись.
— Это Альтман! — прокричал агент ФБР. — Всё в порядке! Мы обнаружили тело Коры Шеновиц! И проверили ее айпад. Марион, мы знаем, что это она отправила те четыре письма! Вы невиновны! Доказательства налицо! Вами манипулировали, как и всеми нами. Генеральный прокурор уже в курсе! Вы можете выйти, вам нечего бояться!
Марион открыла люк.
Альтман спустился по лестнице, вытирая пот со лба:
— Слава богу! Вы целы и невредимы!
Он раскинул руки и обнял обеих.
Хлоя не выдержала и разрыдалась — настолько сильным оказался стресс.
Марион сжимала в руках бумаги Адриана.
— Не беспокойтесь! — продолжал Альтман. — Троянец мертв, район оцеплен полицией. Я вызвал сюда копов со всей округи! Большому Па до вас не добраться.
Затем он произнес уже в «уоки-токи»:
— Центральная, это Альтман! Я нашел Марион Марш и Хлою Фог! Присылайте карету «скорой помощи».
Он назвал адрес и дал отбой. Потом сообщил:
— «Скорая» прибудет через пять минут.
И улыбнулся.
Хлоя продолжала сотрясаться в рыданиях.
Альтман подошел к бассейну и увидел застывшее тело Адриана:
— Невероятно!.. Так значит, Адриана Фога держали здесь в плену? Что же произошло?..
— Аарон?
— Да?
Марион по-прежнему не двигалась с места:
— Как вы нашли этот дом?
— Мы проверяли здесь все здания. Мы знали, что вы скрылись в этом районе.
— Да, но как вы смогли так быстро найти нужное место?
Альтман с некоторым замешательством ответил:
— Кое-кто видел, как вы сюда зашли… и сообщил об этом полиции…
Тут он заметил настенный экран, с которого на него смотрело застывшее лицо Адриана Фога.
— А это что?
— Адриан вам сейчас все объяснит, — ответила Марион. — Он оставил сообщение. Это должно вас заинтересовать.
Она взяла пульт и нажала кнопку «play».
…теперь, когда материалы у тебя, Марион, все мои враги будут тебя искать. Армия, ФБР, правительство и даже мой отец. Все они невероятно могущественны и невероятно жадны. У меня не было другого выхода, кроме как скрыться от них… О существовании этого дома, где ты сейчас находишься, никто не знал. Знала только моя жена, Ева. Но в день своей смерти она сообщила адрес еще кому-то. Мне это известно, потому что буквально через час после того, как она умерла, всё здесь было перевернуто вверх дном. Однако подвала убийца не обнаружил. Должно быть, он решил, что шел по ложному следу и что это просто дом, где я любил отдыхать…
Я обезумел от боли. Больше всего мне хотелось найти виновного. Но я не мог ни к кому обратиться — у Большого Па множество своих людей в полиции, да и у Холлборна длинные руки. Что касается ФБР, всё, чего они хотели, это прижать меня, чтобы дотянуться до Большого Па. При малейшем неверном шаге мой неизвестный враг мог нанести новый удар. Я совершил еще одну ошибку, и Хлоя чуть не погибла. Больше я не мог рисковать. Тогда я и придумал свой план. И вот теперь ты здесь, Марион, — словно знамя победы, поднятое ввысь… Это вызов моему врагу, против которого он не сможет устоять. Он обязательно вернется, чтобы проверить, не скрываешься ли ты здесь. И он будет один, потому что знает, что ты обладаешь сокровищем, о котором он всегда мечтал…
Пристальный взгляд ярко-зеленых глаз Адриана, казалось, пронзает комнату насквозь.
Никто не сможет явиться за тобой сюда, Марион. Никто не знает об этом месте. Кроме нашего убийцы — Евы и моего. Если не считать тебя, он — единственный, кто знает.
Марион выключила запись.
Затем повернулась к Альтману:
— Никто вам не звонил и не сообщал, в какой дом мы вошли. Вы знали адрес. Потому что раньше здесь уже бывали. Вы убили Еву. Стреляли в Хлою. И вы в конечном счете виновны в смерти Адриана.
— Что? Да вы с ума сошли! С чего я стал бы все это делать? Я работаю в ФБР! Принимаю участие в создании самой масштабной базы биометрических данных в мире! Я всегда пытался остановить Большого Па! Потому что, если люди вроде него получат возможность легко менять собственные отпечатки пальцев, мир захлестнет волна терроризма, и тогда…
— ВЫ ЛЖЕТЕ!
Альтман мгновенно замолчал.
Устремив на него безжалостный взгляд, Марион продолжала:
— Вы хотите заставить меня поверить, что действуете в интересах своей страны. Что вами движет патриотизм. Ничего подобного. Вас интересуют только деньги. Я нашла кое-какую информацию в Интернете. После того как министерство обороны перестало финансировать исследования Адриана Фога, ФБР начало против него расследование. У него не осталось средств. Как было продолжать работу в таких условиях? Фонд Фога требовал расходов, нужно было платить персоналу, приобретать оборудование… Как было удержаться на плаву? Оставался лишь один выход: обратиться к частным благотворительным организациям. Этих денег хватало на то, чтобы худо-бедно сводить концы с концами. Мне удалось найти список спонсоров, и вот что я выяснила: самым щедрым среди них было некое анонимное общество со штаб-квартирой в Нассау, на Багамских островах…
Марион обвиняющим жестом устремила указательный палец на агента ФБР.
— Да, на Багамах. Именно там, куда вы регулярно ездите рыбачить вместе с сыном, не так ли, Аарон? Интересно, что еще можно выяснить на этот счет, если навести дополнительные справки? Мне почему-то кажется, что всплывет именно ваше имя. А вот и ваш мотив — деньги. Клеточная регенерация, заново выросшие пальцы, а дальше, кто знает, и другие органы — печень, сердце, почему бы и нет? Перспективы открывались совершенно захватывающие. На этом можно было сделать громадное состояние. Холлборн преподнес вам Адриана Фога на блюдечке. Когда поняли истинную ценность его медицинских экспериментов, вы не смогли устоять. Вы завидовали Адриану — его деньгам, его таланту, его власти. Итак, ваша личная операция, под прикрытием ФБР, преследовала только одну цель: присвоить Фонд Фога и все открытия Адриана, лишить его авторских прав. А заодно — жены и дочери. И в довершение всего — отца; Большой Па был для вас этакой вишенкой на торте. Если бы даже об этом когда-нибудь узнали, вы, имея на руках материалы Адриана, могли сбежать с ними куда угодно — любая страна приняла бы вас с радостью.
Альтман все чаще моргал, словно желая очнуться от дурного сна. Его кулаки сжимались и разжимались. Затем на его лице появилась зловещая усмешка.
— Хорошо, Марион, хорошо… Предположим даже, что вы — чертовски догадливая маленькая сучка… Но теперь моя очередь объявить вам плохую новость. Как вы думаете, почему я вызвал «скорую»?
— Не знаю, — ответила Марион.
Альтман выхватил из кобуры револьвер:
— Потому что я, к несчастью, обнаружил здесь два мертвых тела. Ваше и Хлои. Отдайте мне бумаги. Немедленно!
Марион даже бровью не повела.
— Хлоя, — спросила она, — ты всё записала?
— Да, — ответила девочка.
— Отлично. Теперь можно отсылать файл.
Хлоя нажала кнопку пульта.
Альтман быстро переводил взгляд с Хлои на Марион:
— Что за?..
— Скрытая камера, Аарон, — ответила Марион. — Наш разговор записывался на видео.
— И я только что отправила эту видеозапись в «Фейсбук», — прибавила Хлоя. — Одно нажатие кнопки — и готово. — Она указала пальцем на экран. — Отец объяснил нам, как это сделать. Он заранее приготовил вам ловушку.
Из горла Альтмана вырвался нервный смешок:
— «Фейсбук»? Вы что, серьезно?.. Я агент ФБР! Я уничтожу эту видеозапись, как только она появится в Сети!
— Это вам вряд ли удастся. Адриан оставил нам очень большой список контактов. Всех своих друзей в «Фейсбуке» — журналистов, руководителей телеканалов, редакторов крупных газет… Я добавила в этот список Катрин Борман, мою патронессу, главу компании «Франс телевизьон». Прямо сейчас, пока мы с вами разговариваем, видеозапись с вашим саморазоблачением уже попала ко всем этим людям. Их тысячи в разных уголках мира.
Все это время Марион пристально смотрела своему противнику в глаза.
— Всё кончено, Альтман. Недавно вы жаловались, что у вас нет друзей. Ну что ж, теперь их у вас целая куча!
В следующий миг она швырнула бумаги в бассейн.
Альтман в ужасе завопил:
— Нет!
И бросился в густую замораживающую жидкость. Его кожа мгновенно посинела. Он поплыл. Листы бумаги трепетали на студенистой поверхности. Он протянул к ним скрюченные пальцы. Ему почти удалось их схватить. Мертвый Адриан, казалось, улыбался со дна бассейна.
Альтман плыл все медленнее.
Его рот раскрылся в немом крике.
Тело застыло в студенистой массе.
Больше он не двигался.
Эпилог
Адриана Фога похоронили на территории уютного зеленого кладбища, раскинувшегося на одном из холмов Лагуна-Бин. В прозрачном голубом небе ярко сияло солнце. Воздух был ароматен и свеж. Внизу, в океанской бухте, рыбаки вытягивали сети.
Предполагалось, что на погребальную службу придет не больше сотни человек, но им пришлось потесниться, поскольку собралась толпа раз в десять больше. Среди приглашенных бок о бок стояли Армандо Фигероа и генеральный прокурор Лос-Анджелеса. Вокруг стояли местные богачи и знаменитости, явившиеся в сопровождении телохранителей. Но их было не слишком много. Большую часть толпы составляли обычные люди, в их числе — прибывшие из Юты, Аризоны и других отдаленных уголков Америки бедняки; они добирались сюда целыми семьями на древних, полуразвалившихся автомобилях, желая отдать последний долг доктору Фогу — единственному человеку, который когда-то заботился о них.
Церемония получилась очень трогательной. Когда все закончилось, Марион предложила Хлое поехать с ней во Францию, чтобы пожить там некоторое время. Девочка согласилась.
Отец Марион встретил их в аэропорту. Он вышел из больницы и чувствовал себя неплохо. Судя по всему, лечение прошло успешно. В течение нескольких дней он постоянно разговаривал с Хлоей, засыпая ее вопросами, в то время как Марион пришлось давать объяснения множеству людей, стремящихся узнать подробности «дела Альтмана», недавно получившего широкую огласку во всей Сети благодаря «Фейсбуку». Бумаги, которые она бросила в бассейн, были фальшивыми. Настоящие Марион передала в американский департамент общественного здоровья, предоставив экспертам разбираться в том, какую пользу можно из них извлечь.
Катрин Борман лично позвонила ей и предложила обсудить условия нового контракта.
— Я не прошу вас дать ответ немедленно, Марион, — прибавила она. — Я понимаю, что вам сейчас нужно отдохнуть. Но вы же знаете пословицу: «Куй железо, пока…»
— Да, мадам Борман.
— О, пожалуйста, зовите меня просто Катрин! Кстати, вы знаете о том, что после смерти Аарона Альтмана выплыло множество сомнительных историй? Кажется, он имел отношение еще к одному делу, которое наделало много шума несколько лет назад. Эта операция ФБР носила кодовое название «Монстр». Речь шла об одном враче из Флориды, у которого пропали жена и сын… Наш канал обязательно будет делать репортаж на эту тему, и я хотела предложить вам за это взяться. Обещайте, что вы об этом подумаете!
Марион обещала.
Чуть позже, когда более-менее пришла в себя, она предложила Хлое показать ей Нотр-Дам и Отель-Дье.
Хлоя запрыгала от радости, размахивая фотоаппаратом.
Юность — несокрушимая сила…
Они доехали на метро до станции «Ситэ», купили букет на цветочном рынке и направились к собору. Толпа здесь была густой, как обычно.
Марион отпустила Хлою фотографировать — у нее было такое ощущение, что девочка решила запечатлеть каждый квадратный сантиметр исторического центра Парижа.
Сама же села на скамейку и вынула из кармана письмо. Последние слова, написанные Натаном, были предназначены только для нее.
Марион перечитала это письмо уже сотни раз. Она помнила его наизусть. Но ей хотелось перечитать его именно в этом месте. Она развернула сложенные листки и погрузилась в чтение.
Здравствуй, Марион.
После всего, что пережила, ты должна была бы меня возненавидеть. И оказалась бы совершенно права. Я даже не пытаюсь вымолить у тебя прощение. Я его не заслуживаю.
Но перед тем как умереть, открою тебе последнюю тайну.
Она ошеломит тебя и даже, может быть, причинит тебе боль.
В тот день, пятнадцать лет назад, когда тебя оперировал, я проник в самую глубь твоего существа. В твою сокровенную плоть. Я взял у тебя несколько яйцеклеток, чтобы получить возможность продолжать свои исследования. Это был безумный и эгоистичный поступок. Я никогда и ничем не смогу его загладить. Но я никак не воспользовался результатами.
Я увез эти замороженные клетки с собой в Америку, совершенно раздавленный ужасными последствиями своего вмешательства. Позже отец познакомил меня с Евангелиной. Но мне не удавалось тебя забыть. И тогда мне пришла в голову еще одна безумная идея. Я заключил с Евой договор. У меня были деньги, связи и опыт, которые обеспечивали всю необходимую конфиденциальность. Из твоих и своих собственных клеток я создал эмбрион и попросил Еву стать суррогатной матерью. Она согласилась.
Марион.
У нас с тобой есть дочь.
Ее зовут Хлоя.
Я украл ее у тебя — точно также, как украл и многое другое. Сейчас Хлое тринадцать лет. Она чудесная. Она не знает ничего о нас. У нее впереди целая жизнь.
Итак, выбор ее будущего — за тобой.
Я растратил столько времени впустую. А ведь время — это самое ценное благо. Но, вместо того чтобы проводить его с теми, кого любим, мы тратим его на достижение каких-то абсурдных целей. И в конечном счете у нас не остается ничего. Нескольких часов, оставшихся до смерти, едва хватает на то, чтобы написать прощальное письмо.
Мои враги так многочисленны. А ты такая хрупкая… И сам я полностью бессилен. У меня не было выбора — мне пришлось создать Троянца. Он твой противник и союзник одновременно. Я надеюсь, вместе вы найдете убийцу. Защитите Хлою. И в конечном итоге ты и твоя дочь наконец воссоединитесь.
Я догадываюсь, что, прочитав это письмо, ты примешь меня за сумасшедшего. И будешь права. Всё, что я сделал в этой жизни, пошло прахом. Мне казалось, что передо мной распахнуты дороги в великолепное будущее, но в конечном счете все они вновь и вновь возвращали меня к самому себе. Я постоянно обманывался. Я был слеп. Я сам разрушил свое счастье.
Мне остается лишь надеяться, что ты сохранишь в своем сердце воспоминание о молодом человеке, мечтателе и идеалисте, который когда-то подарил тебе звезду. Этот человек до сих пор здесь. Во мне.
Вот так, Марион. Это была моя последняя хирургическая операция. Самая сложная из всех — я попытался препарировать мою жизнь. Жизнь, которую мы с тобой могли бы прожить вместе…
Я прошу у тебя прощения. Я всегда буду тебя любить.
Натан
Марион сложила письмо и снова убрала его в карман.
В нескольких метрах от нее Хлоя остановилась в центре бронзового круга. Затем повернулась к Марион и помахала ей рукой. Марион улыбнулась, глядя, как девочка непрерывно щелкает фотоаппаратом.
Нулевой километр.
Точка отсчета, откуда все начинается.
Хлоя не могла этого видеть, но рядом с ней парили два призрака.
Молодой человек, прекрасный как бог, и девушка, замершая от счастья в его объятиях.
Они любили друг друга.
Они думали, что будут вместе навсегда.
— Третье желание! — торжественно произнес молодой человек.
Немного неловким движением он опустился на одно колено.
Он выглядел таким юным…
— Ты хотела пережить особенный момент, — продолжил Натан. — Что-то особенное. Чудо… Но я не могу сотворить его один. Поэтому считай это официальным предложением…
И протянул розу призраку девушки, юной студентки-медички.
Сердце Марион билось так сильно, что готово было разорваться.
— Я хочу, чтобы мы провели остаток нашей жизни вместе. Чтобы никогда не разлучались. Чтобы у нас был ребенок. Это ведь самое настоящее чудо — просто дух захватывает… Ты и я, навеки соединенные в одно… Наше общее творение…
Призрак глубоко вздохнул, прежде чем произнести заключительную фразу, в то время как Марион вытирала слезы, струившиеся по щекам.
— Третье желание: Марион Марш, ты хочешь выйти за меня замуж?
Музыка
Тем, кто хотел бы глубже проникнуться атмосферой романа «Единственный, кто знает», могу порекомендовать композиции рок-группы Keane, прежде всего — песню «Somewhere Only We Know», которая вдохновила меня на название книги, а также «We Might As Well Be Strangers», «My Shadow, You Don’t See Me» и конечно же «Love Is The End». Ощущения, которые они порождают, позволяют проникнуть в самое сердце романа.
Благодарность автора
В США я должен прежде всего поблагодарить моих друзей Рича и Кэтти Тьюза, которые снова рассказывали мне замечательные истории и помогли открыть для себя Лагуна-Бич. Также выражаю огромную благодарность сотрудникам муниципалитета Лагуна-Бич, отделению ФБР в Лос-Анджелесе и полицейским службам Неаполя (штат Флорида) за теплый прием и полезную информацию — уже не в первый раз при работе над очередной книгой.
Во Франции благодарю моих друзей доктора Абади, доктора Шетбуна и доктора Мамана, хирургов, специализирующихся на операциях кисти руки, с которыми делю трудовые будни. Также я благодарен доктору Мириам Доби (настоящей скале среди житейских бурь!) и всей дружной ватаге клиники Конти — предупреждаю, многих из вас я включил в эту книгу. Спасибо и невероятному Мистеру Флэшу — моему брату в настоящей жизни.
Также благодарю Франсуазу Шаффанель, Ришара Дюкоссе, Франсис Эсменар и всю команду издательства «Альбин Мишель», мою «вторую семью», за то, что чудеса происходят вновь и вновь, год за годом.
Я прошу прощения у Микадо и Брауни — за то, что дал ваши замечательные прозвища героям своего романа. Также я позволил себе несколько вольностей относительно Отель-Дье — в частности, в том, что касается правил, связанных с помещением для дежурных врачей (на самом деле это не экстерны, а интерны не могут туда заходить без приглашения). Что касается нелегальной иммиграции в США, среди прочих материалов по теме я использовал превосходную статью журналиста Франсуа Отера под названием «США: повседневная драма нелегальной иммиграции», размещенную в Сети.
И наконец, огромное спасибо моему отцу, моей семье и моим близким, которые всегда меня поддерживали, а также моим собратьям по Лиге Воображения — Максиму Шаттаму, Оливье Декоссу, Эрику Джакомметти, Анри Левенбруку, Жаку Равенну, Лорану Скалезе, Франку Тийе, Бернару Верберу, Эрику Витцелю, так же как и «мастеру дзен» Гийому Мюссо. Вы лучшие из людей, ребята. Лучшие из людей.
Летиция, Марго, Жоффруа: я вас люблю, ваша душа присутствует в каждой моей строчке.
Нико, Зло, Хайа, Маэлле, Фредо и все остальные: я написал эту книгу для вас. Мои читатели, мои сообщники, спасибо, что вы находите для меня место в вашей библиотеке и иногда — в вашей жизни. До скорой встречи на страницах новой книги… ну и в «Фейсбуке», конечно!
Хотите стать моим другом?
www.patrickbauwen.com
www.la-ldi.com