Дочь не услышала слова матери. Она последовала вслед за доктором. Мать, чуть помедлив и бросая довольные взгляды на рентгеновские снимки, поспешила вслед за дочерью. Все втроём гуськом вошли в палату реанимационного отделения, где лежал Митятюля. Жена едва удержала слёзы, когда увидела его лежащим без движения.
Голова Митятюли была полностью забинтована. Открытым оставались только глаза и рот. Он лежал в палате один. Рядом с кроватью, где он лежал, стоял стол. На нём были установлены несколько приборов, которые фиксировали работу основных жизненно важных органов. С другой стороны стояли капельницы. Жидкость из перевёрнутых склянок стекала по тоненьким трубочкам к венам на руках. Прямо за капельницами стоял ещё один стол. На нём стоял кувшин с цветами. За столом находилось окно.
Елена Митятюля села на постель рядом со своим мужем и взяла его руку в свою. Врач и мать остановились за её спиной. Она долго смотрела на закрытые глаза мужа, а потом негромко, не оборачиваясь, спросила, обращаясь к доктору:
-Долго он пробудет в таком состоянии?
Врач не успел ответить, так как в это время раздался голос…самого Митятюли.
-Ленусь…
Она вздрогнула и устремила взгляд, полный надежды, на закрытые глаза мужа. Из-за плеча врача показалось настороженное лицо Анастасии Фёдоровны. Она с явной опаской посмотрела в сторону своего зятя.
-Ленусь…- Митятюля медленно открыл глаза и попытался улыбнуться своей жене.
Она наклонилась к нему и с нежностью провела пальцем по губам.
-Ты узнаёшь меня, Онаил? – негромко спросила она.
-Что за вопрос, Ленусь? Конечно, узнаю…- послышался слегка хриплый ответ Митятюли. Он вновь попытался улыбнуться, в то время как жена бросила радостный взгляд в сторону доктора.
-Он здоров, здоров полностью! – произнесла она счастливым голосом, обращаясь к
доктору.
Тот наклонился и осмотрел зрачки Митятюли. Видимо оставшись чем- то недовольным, врач взял голову Митятюли и повернул её до отказа влево. Держа её в таком положении, врач спросил:
-Вы видите вазу с цветами, Онаил?
-На которой мальчик сидит?
Услышав ответ, все трое опешили. Врач, бросив многозначительный взгляд в сторону Елены Митятюли и Анастасии Фёдоровны, снова наклонился над Митятюлей. Не отпуская голову, он спросил вкрадчивым голосом:
-Вы видите мальчика, который сидит на вазе с цветами?
-Что ещё за вопрос? – раздался раздражённый голос Митятюли. – Конечно, вижу. Иначе, зачем бы я говорил?
-Значит - мальчика? Не отворачивайте головы, Онаил! – врач отпустил голову и, не спуская глаз с него, отошёл к столу, на котором стояла ваза и, как утверждал больной, сидел какой-то мальчик. – Где он сидит?
-Да что с вами, доктор? – снова изумлённо произнёс Онаил. - На вазе сидит с цветами. Я же два раза повторял!
Врач снова кинул многозначительный взгляд в сторону женщин, которые никак не могли прийти в себя от слов Митятюли, а потом задал новый вопрос:
-И что за мальчик?
-Зачем вы спрашиваете?
-Видите ли, Онаил, вы получили серьёзную травму головы и нам необходимо убедиться в том, что вы абсолютно здоровы.
-А-а, – протянул Онаил. Видимо объяснение врача его полностью удовлетворило,- спрашивайте, доктор.
-Как выглядит этот мальчик. Сколько ему лет?
-Лет десять…может двенадцать. Маленький такой, худой.
-Во что он одет?
-В белую рубашку! – последовал ответ.
-Очень интересно. Очень, – врач приходил понемногу в возбуждённое состояние. - А
вы не могли бы сказать, Онаил,…что делает этот мальчик.
-Рожи мне строил, – начал отвечать было Онаил, но тут же издал смешок и добавил, - а теперь вам язык показывает.
-Мне язык показывает? Очень хорошо! Скажите, вы можете поговорить с ним? Узнать, кто он?
Из груди Онаила вырвался недовольный вздох. Больше всего ему неудобно было держать голову в таком положении. Вздохнув ещё раз, он громко спросил, обращаясь в сторону вазы с цветами:
-Ты кто?
-Он говорит с вами? – поспешно перебил его доктор.
-Да, говорит!
-И что он сказал вам?
-Говорит, что он… ангел!
Вслед за этими словами сразу же раздался голос Анастасии Фёдоровны.
-Конкретно двинулся…
-Мама… - Елена Митятюля с глубоким беспокойством смотрела на мужа и крепко сжимала его руку.
-Ангел…говорите? – почему-то довольным голосом переспросил доктор и тут же задал новый вопрос: - А вы бы не могли, Онаил, спросить,…как зовут этого ангела?
-Сколько это будет продолжаться? – Онаил снова громко спросил, обращаясь в сторону вазы с цветами:- Как тебя зовут?
-Ну что? – доктор вопросительно и нетерпеливо посмотрел на Онаила. Тот повернул голову в обычное положение и коротко ответил:
-Ваня!
-Ваня? – доктор опешил. - Ангела зовут…Ваня? А почему его так…странно зовут?
-Да я откуда знаю? – Митятюля начал злиться. - Сами у него и спросите, почему он себя ангелом считает? Да и ещё с таким именем!
-Так вы думаете, что он вас обманывает? – у доктора удивлённо приподнялись брови.
-Конечно, – последовал ответ Митятюли, - ангелов не бывает. Это сказки для маленьких детей.
-Вот как? Ну, если я скажу вам,…что мы не видим этого самого…мальчика?
-Вы шутите? – сквозь бинты показались вытаращенные глаза Митятюли.
-Спросите у своей жены?!
-Ленусь? – Митятюле не удалось повернуть голову в её сторону.
-Да, Онаил. Доктор правду говорит. Мы не видим мальчика. Ты болен, Онаил. Но не беспокойся, мы обязательно вылечим тебя, – жена не преставала поглаживать его руку, пытаясь успокоить разволновавшего Митятюлю. Он закрыл глаза и прошептал:
-Может, я умер и уже в раю? Раз ангел, значит в раю. И моя жена рядом. И доктор…может он тоже ангел. А что…может здесь гораздо лучше и стоит остаться навсегда…- Митятюля открыл глаза и сразу в ужасе закричал. Над ним нависло лицо тёщи.
-И она здесь?...- Митятюля повернул голову в сторону вазы и заговорил скороговоркой:
- Я не знаю кто ты такой. Если ты и вправду ангел, я выражаю решительный протест против этой несправедливости. Я не буду находиться с ней рядом. Отправьте меня в другое место. В ад? – переспросил, у кого- то Митятюля и тут же быстро ответил: - В ад, так в ад. Я согласен. И, пожалуйста, поскорей. А то вдруг не получится?
У тёщи лицо стало зелёного цвета. Она со страхом посмотрела на дочь и, приложив палец к виску, покрутила им.
-Окончательно сбрендил.
Доктор, несмотря на возражения, вывел обеих женщин за дверь. Он осторожно закрыл её за собой и негромко прошептал:
-Надо оставить его одного. Пусть успокоится. А завтра снова придёте. Договорились, госпожа Митятюля?
Она молча кивнула и собиралась уже уйти, когда услышала голос доктора.
-И возьмите детей, если конечно, они, у вас есть. Их вид может благоприятно подействовать на вашего мужа.
Разговор на том закончился, и они уже собирались расходиться, когда расслышали громкий голос Митятюли. Все трое буквально прильнули к двери.
-А почему тебя так странно зовут? Что это за имя? Ваня! Разве ангелов так называют?...Так это не настоящее имя? Ты сам его придумал? А как настоящее? Как, как?... Даже не вздумай повторять. Это нужно записать на диктофон и учить как иностранный язык. Оставим лучше Ваня? Это по- нашему. А родители у тебя есть? Есть?...Как же они отпустили тебя одного…так далеко? Дедушка тебя выгнал? Злой он видно у тебя. И кто твой дед? Кто? – на мгновение воцарилось молчание, потом послышался изумлённый голос Митятюли: - Бог? Врешь, наверное. У него один сын был. А у того детей не было. Это я точно знаю… Неужели и, правда, столько сыновей было?
Анастасия Фёдоровна наклонилась к уху дочери и зашептала:
-Леночка…его домой пускать нельзя!
Глава 4
Митятюля и не знал, сколько времени провёл в забытьи. Он и дальше бы не просыпался, но…возникла острая боль в голове. Прежде чем открыть глаза, он схватился за голову, пытаясь унять боль. Его руки…соприкоснулись с другими руками. Он…внезапно осознал, что кто - то сидит на кровати и стучит рукой по…его голове. Осознав это, Митятюля распахнул глаза и тут же сморщился, словно от зубной боли. Рядом с ним на кровати…сидел…мальчик лет десяти. Из одежды на нём была только одна рубашка с короткими рукавами. Полы рубашки доставали до колен ребёнка. Ноги его были обуты в плетённые золотистые сандалии, которыми он размахивал взад вперёд. Мальчик был маленького роста с забавными, крошечными ушами, которые всё время шевелились. Нос был немного вздёрнут. Глаза были светло-голубого, небесного цвета. Они постоянно щурились, лучились и…смеялись! Мальчик был коротко острижен. И эта стрижка ещё больше подчёркивала его маленькие уши.
-Опять ты?
-А ты тёщу ждал? – раздался заливистый смех.
-Так вы её сюда привели? – Митятюля мгновенно принял сидячее положение и начал испуганно озираться по сторонам.
-Она ещё жива, Митятюля. И ты тоже!
-Выходит, ты не ангел?
Мальчик тяжело вздохнул и, укоризненно качая головой, ответил:
-Я - ангел! А ты жив, Митятюля! Ты не на небе. Это я спустился на землю. Сколько раз тебе повторять одно и то же!
-Так не бывает, – возразил Митятюля, не спуская взгляда с мальчика, - ангелы не приходят на землю. Они не разговаривают с людьми. Это я точно знаю.
-Ну, а кто по твоему тебе кирпич на голову сбросил?
-Так это был ты?
-Я конечно. Я ещё чуть подтолкнул тебя, когда ты падал. Ну, чтобы ты головой куда надо стукнулся. А потом, ещё и одному человеку подножку подставил. Он кувалду из рук выпустил…прямо тебе по башке. Здорово получилось! Обожаю такие штучки, – мальчик, щуря глаза, весело засмеялся.
Митятюля угрюмо смотрел на его веселье. Он вначале молчал, а потом не выдержал.
-Ты не ангел! Ангелы…так плохо не поступают. Они…добрые…
-Добрые? – мальчик показал язык Онаилу. - А ты думаешь, за что меня дедушка выгнал? Ладно, поговорили, и хватит. Вставай, Онаил. Делами надо заниматься.
-Какими ещё делами?- возмутился Митятюля. - Ты что не видишь, я болен.
-Ты не болен! – выговорив эти слова, мальчик взялся за бинты и начал быстро их развязывать.
-Ты что делаешь? – Митятюля начал было сопротивляться, но услышал предостерегающий голос ангела.
-Перестань сопротивляться, иначе я не смогу тебе помочь!
-А-а, – протянул Митятюля. Он был приятно удивлён этими словами. Он перестал сопротивляться, предоставляя мальчику делать всё, что он посчитает нужным. Мальчик, быстро размотал бинты, затем отсоединил капельницу, потом все приборы. Проделав всё это, он подошёл к Митятюле и протянул розовую пилюлю.
-Что это?
-Выпей и все боли пройдут…сразу.
Митятюля проглотил пилюлю. Он сразу почувствовал облегчение. Голова перестала болеть. Всё тело стало наполняться каким-то очень странным, но приятным ощущёнием. Он почувствовал необычную лёгкость и с благодарностью посмотрел на мальчика.
-Это волшебная пилюля?
-Ещё чего? – последовал ответ. - Я её в аптеке взял. Даже не знаю, что это такое…
-Как не знаешь? – Митятюля сразу почувствовал себе плохо. - Может это убьёт меня?
Ты об этом подумал?
-Подумал! – мальчик с очень серьёзным видом кивнул, и тут же не выдержав, снова весело рассмеялся. – Не бойся, Онаил, ты будешь жить. Ты мне нужен.
-А для чего я тебе нужен?
-Потом, – мальчик махнул рукой в сторону двери и сказал, - там твоя жена идёт…с тёщей.
-Опять она! – Митятюля оглянулся по сторонам, пытаясь найти место, где бы можно было спрятаться.
-И этот придурок доктор…тоже идёт. А вот дети не пришли. У них сегодня в школе собрание…это они так твоей жене сказали, а на самом деле…пошли на тусовку. Говорят, классная тусовка будет. Может, и я схожу. Люблю такие дела! – мальчик подмигнул Митятюле и добавил: - Кстати, там твоя жена несёт пирожки. Пахнут…здорово. Ты пять штук можешь съесть, не больше. Два мне оставь. Я обожаю пирожки с яйцом, – мальчик потянул носом, а потом улёгся рядом с Митятюлей и, подложив руку за голову начал что-то насвистывать. Митятюля невольно отодвинулся от него.
-Дай-ка сюда! – мальчик забрал у Митятюли одеяло и накрыл себя.
-Я же в трусах сижу, – возмутился, было, Митятюля, но мальчик приложил палец к губам. В этот момент…дверь открылась, и в палату вошли вчерашние посетители. Врач, жена и тёща. Едва они оказались в палате, как раздался донельзя довольный голос тёщи:
-Я тебе говорила, Леночка, ведь говорила? Посмотри на него…сидит в одних трусах. Одеяло накрыл рядом с собой. Смотрит так, словно ни разу в жизни нас не видел. Конченый человек. Надо его в дурдом сдать. Самое подходящее место для него.
-Заткнись, стерва!
Все трое изумленно уставились на Митятюлю. Тот аж позеленел от страха. Митятюля начал отрицательно качать головой и показывать вправо, на одеяло.
-Это не я сказал. Правда,…не я. Это…Ваня. Он нарочно делает. Это он мне кирпич на голову сбросил,…а потом кувалдой…
-Почему вы сняли бинты? Да ещё и приборы отключили? – доктор на этот раз решил сохранить дистанцию между собой и больным.
-Это не я…
-Ваня?
-Да!
-Понятно!
Доктор наклонился и зашептал на ухо обеим женщинам, которые настороженно оглядывались на Митятюлю.
-Помните мой диагноз? Галлюцинации…создание виртуального мира?
Женщины закивали головами.
-Диагноз полностью оправдался! – доктор с довольным видом посмотрел на женщин, но тут же опешил от прозвучавшего голоса.
-Шёл бы ты со своим диагнозом…
Все трое снова повернулись к Митятюле. Тот снова отрицательно качал головой.
-Честное слово, это не я…
-Ваня? – в один голос воскликнули все трое.
-Да. Я не знаю, почему он это делает, но хочу сразу заявить, что не имею ничего общего с этими словами. Ничего! – Митятюля развёл руками в обе стороны от себя.
Только он закончил, как опять раздался голос тёщи.
-Леночка, давай напишем заявление. Пусть заберут в дурдом. Он же полный псих. Это без очков видно.
-Я тебе покажу дурдом, толстая…
-Видишь, видишь? – тёща вышла вперёд и указала пальцем на Митятюлю, который сидел в трусах с весьма жалким видом и не смел поднять глаза на тёщу.- Видишь, как он со мной говорит. А ведь рта не смел раскрыть…
-Может стукнуть её вазой, чтобы заткнулась…
-Ой, – тёща отскочила в сторону и, спрятавшись за спиной доктора, закричала, - псих, дегенерат…
Митятюля повернул голову в сторону мальчика. Тот заливался смехом и, по всей видимости, собирался ещё что-то сказать. Митятюля умоляюще сложил руки.
-Не надо, Ваня…прошу тебя не надо…корова жирная, свинья грязная, кляча старая…я тебе покажу дегенерата…вот выброшу тебя в окно…
-Ой,…ой…убивают! – тёща, оттолкнув врача, в мгновении ока выскочила из палаты. В коридоре начали раздаваться вопли.
-Спасите,… убивают!
Митятюля был в ужасе от происходящего. А мальчик заливисто смеялся. Он то и дело бросал взгляд на Митятюлю, а потом снова раздавался взрыв смеха.
Елена Митятюля обратилась к доктору с просьбой оставить их с мужем наедине. Доктор, предупредив её о возможных последствиях такого без преувеличения сказать рискованного решения, покинул палату. Жена, чуть помедлив, подошла к кровати. Мальчик сразу же спрыгнул с кровати и, встав за её спиной, начал строить гримасы Митятюле. Тот переводил растерянный взгляд с мальчика на жену.
-Что с тобой, Онаил? – негромко спросила госпожа Митятюля. Она с глубокой озабоченностью смотрела на своего мужа. Прежде чем ответить, Митятюля натянул на себя одеяло.
-Я тебе всё объясню, Ленусь. Всё. Дело в том…села бы на кровать…поцеловала бы больного мужа…Митятюля застыл с открытым ртом. Он уже собирался сказать, что это не он, однако…в это время раздался голос жены.
-Прости, Онаил!
Она села на кровать и с нежностью прикоснулась губами к его щеке. Отстранившись, жена заметила, что у мужа удивлённый взгляд и направлен он непонятно на кого. На неё, во всяком случае, он не смотрел.
-Онаил! – одёрнула она его.
-Да, Ленусь! – Митятюля словно очнулся и бросил на неё извиняющийся взгляд.
-Ты говорил о том, что собираешься всё объяснить! – напомнила она.
-Да, конечно, – Митятюля согласно закивал головой. - Видишь ли, это не плод моего
воображения. Я понимаю,…вы все меня за сумасшедшего считаете, но…этот мальчик…Ваня…он на самом деле существует. Я не обманываю, Ленусь. Я тебя никогда не обманывал.
-Онаил, – мягко начала жена, но он перебил её…
-Я знаю, ты мне не веришь, но я могу доказать. Только как? Как? Как? Вот как! – из груди Митятюли вырвалось радостное восклицание.
-Я знаю, что у тебя в сумке!
Жена посмотрела на сумку, которую она оставила на столе возле вазы с цветами, а потом перевела удивлённый взгляд на мужа.
-И что там?
-Пирожи с яйцом!
-Ты мог по запаху догадаться! – улыбнулась жена в ответ на эти слова.
-Я могу сказать, сколько там штук. Там семь пирожков…
-Восемь! – поправил Митятюлю мальчик. Тот косо посмотрел на мальчика.
– Так ты меня обманул?
-Хотелось лишний пирожок себе оставить!
-С кем ты разговариваешь? – раздался удивлённый голос жены.
-С Ваней! Он говорит, что у тебя в сумке восемь пирожков…
На лице жены отразилось крайнее изумление. Она невольно оглянулась по сторонам, но так ничего и не заметив, вновь устремила взгляд на мужа.
-И что тебе ещё говорил…этот Ваня? – с некоторой настороженностью спросила она.
-Он ещё говорил, что дети не захотели навестить меня. Они сказали, что у них какое-то собрание, а на самом деле отправились на тусовку, – скороговоркой ответил Митятюля, следя при этом за выражением лица жены. Она…остолбенела, услышав эти слова. И вновь оглянулась по сторонам, а потом тихо прошептала:
-Онаил, ты не мог знать эти вещи. Что с тобой происходит?
-Я же говорю…это ангел Ваня. Он мне всё рассказывает!
-Ладно. Ангел так ангел! – жена встала с кровати и как можно мягче произнесла. - Онаил, я хочу тебя попросить об одной очень важной вещи.
-Конечно, Ленусь. Я всё сделаю.
-Не упоминай больше…об этом ангеле…Ване. Ты его видишь – хорошо. Можешь с ним говорить сколько хочешь. Только никому не рассказывай. Договорились?
Ваня ткнул пальцем в сторону жены и коротко сказал:
-Она тоже тебя сумасшедшим считает!
-Так что, Онаил?
-Хорошо, Ленусь, – покорно ответил Митятюля, – как ты скажешь, так и будет.
-Вот и хорошо, – жена не скрывала своей радости. - А теперь собирайся, поедем домой.
Услышав эти слова, Ваня начал с удовольствием потирать руки и повторять:
-Едем домой! Едем домой!
-Ты не поедешь, – Митятюля отрицательно покачал головой, - ни за что…
-Ошибаешься, я теперь тебя…ни за что не оставлю…
-Кто не поедет? – раздался удивлённый голос жены. - Ты не хочешь, чтобы я поехала домой?
-Конечно же, хочу, Ленусь. Очень хочу! – поспешно ответил Митятюля, бросая взгляд на Ваню. Тот подмигнул ему и насмешливо произнёс:
-Я так и знал, что ты меня попросишь об этом!
Глава 5
Детей дома не оказалось. Они всё ещё находились в школе. Жена помогла Митятюле раздеться. А потом проводила в зал и, усадив на диван, включила телевизор. После всего этого, она вышла, переоделась, и отправилась на кухню готовить обед. Митятюля разлёгся на диване, и стал смотреть какой- то фильм, время от времени прислушиваясь к звукам, доносившимся из кухни.
-Улёгся? Не рановато ли? – раздался возле него насмешливый голос. Митятюля обеспокоено оглянулся по сторонам в поисках ангела Вани. Его нигде не было видно. Митятюля повернулся лицом к телевизору… и едва не подпрыгнул на диване. Ваня сидел на телевизоре и болтал ногами, взад…вперёд.
-Ну почему бы тебе не оставить меня в покое? – Митятюля жалобно посмотрел на Ваню. Тот в ответ хмыкнул и заговорил суровым голосом:
-Ещё чего. Ты оглянись по сторонам. Посмотри, как живёшь: дом старый, крыша вот-вот провалится под снегом. Двор не ухожен. Везде беспорядок. А в самом доме что? Ванная крохотная. Кухня ещё меньше. Две спальни и зал, который и кладовкой назвать язык не поворачивается. Мебель вся разваливается. Стены в ободранных обоях. В комнате детей беспорядок. А у тебя в спальне что творится? Я не нашёл в шкафу ни одного приличного платья. Я уж не говорю о твоей одежде. Ей лет не меньше, чем этому дому…
-Ты что копался в вещах моей жены?
-Да что там копаться, – Ваня махнул рукой, - старьё одно. И не стыдно тебе смотреть, как она в эти обноски одевается? А этот телевизор что такое? – Ваня ткнул ногой в экран и продолжил говорить суровым голосом. – Старьё, которому место на свалке.
Нет,…я ни за что не останусь здесь жить. Ни за что!
-Ну и хорошо, – Митятюля обрадовался, услышав эти слова, - сам видишь, как тяжело живётся. Куда ещё ангела на шею вешать…
-Правильно, Онаил, правильно, – неожиданно поддержал его Ваня, - это всё никуда не годится. Поэтому…надо купить новый дом… красивый и большой.
-Купить новый дом…красивый и большой, - передразнил Митятюля ангела. - У вас там наверху…имеют представление, сколько в Москве жильё стоит? Малосемейку-то купить - жизни не хватит, а ты про дом толкуешь.
-Дом и хорошую машину. А лучше две, – Ваня, не слушая его, пояснил: - Люблю с удобствами путешествовать. Купим престижную машину, и будешь меня возить по красивым местам.
-А ты, Ваня, что, летать совсем не умеешь? Вроде ангел…
-Летать надоело. Хочется в хорошей машине покататься…с ветерком. И чтобы все вокруг пальцем показывали и говорили: - Вон Митятюля с сыном едет. Хотя, нет…лучше пусть говорят так: - Вон Ваня с отцом едет! – чуть подумав, поправил себя Ваня и тут же широко заулыбался.
Митятюля, услышав эти слова, изумлённо уставился на Ваню.
-Что значит с сыном?
-Ну, ты же меня усыновишь?
-С чего это вдруг? И где это видано, чтобы ангела…усыновляли? Нет,…нет – Митятюля отрицательно закачал головой, - я не…
-Конечно, усыновишь, – перебил его Ваня, - а что не усыновляли…ерунда. Ты станешь первым отцом, который это сделает.
-А что я жене скажу?
-А зачем ей, что-то говорить? Она же меня не видит!
-Я не смогу её обманывать. Это будет нечестно с моей стороны. А если я скажу правду, она бог знает что подумает.
-Вот поэтому лучше не говори. Всё, хватит разговоров. Пора жизнь устраивать. – Ваня пнул ногой в кнопку выключателя. Экран телевизора погас. В эту минуту в зале появилась жена Митятюли. Она удивлённо посмотрела на него, потом на выключенный телевизор, а после негромко спросила:
-Онаил, зачем ты выключил телевизор?
-Ленусь, это не я. Это Ваня выключил…честно, – выговаривая эти слова, Митятюля с надеждой смотрел на жену. Может на этот раз поверит? Однако его надеждам не суждено было сбыться
-Ваня, значит, выключил? – в голосе жены появилось сдержанное раздражение.
-Да. И он ещё хочет, чтобы я усыновил его, но…я отказался. Отказался, Ленусь. Он ни за что не сможет меня уговорить. Я не поддамся…
-Значит, ангел просил тебя усыновить его?
-Да…да. Совсем совести нет у человека,…я хотел сказать у ангела, – быстро поправился Митятюля. Жена собиралась ему ответить, когда снова раздался голос Митятюли.
-Куда? Нет,…даже не проси. Я не пойду туда. Чем я расплачиваться буду? Чем? …Что вот так просто приду и скажу,…ребята дайте мне машину за двести тысяч долларов? Да ты не знаешь…Знаешь? А вот я не знаю! Откуда мне знать? А тебе откуда знать? С чего ты взял, будто так получится? Уже делал? Ничего себе…интересно, когда это ты успел? Как это - неважно?
-Ну, всё. Хватит с меня твоего Вани!
Жена в сильном раздражении покинула комнату. Спустя несколько мгновений, из кухни начал доносится грохот. Ваня сел рядом с Митятюлей и тяжело вздыхая, произнёс:
-Говорил же тебе,…не рассказывай. Но ты не послушал.
-Я врать не могу…ей! – Митятюля с грустью посмотрел на Ваню. - Я вообще никому не могу врать…
Ваня похлопал его по плечу.
-Не бойся, я тебя научу, как это делать. А теперь вставай,…дела ждут, – Ваня поднялся и подал ему руку.
-Ты уверен, что это необходимо?
-Уверен!
Митятюля, тяжело вздыхая, поднялся и поплёлся в прихожую. Едва он оделся, как из кухни показалась жена. Она некоторое время с глубоким изумлением смотрела на него, а потом коротко спросила:
-Ты куда?
-Ваня тут… – начал было Митятюля, но посмотрел в сторону и осёкся. Он к чему-то прислушивался, а затем покорно кивнул головой и ответил жене.
-Я погуляю на воздухе. Голова болит.
Жена, услышав внятный ответ, облегчённо вздохнула.
-Кончено, конечно. Только далеко не уходи, – она поправила шарф и застегнула все пуговицы на пальто Митятюли. Затем поцеловала в щёку и открыла перед ним дверь.
Едва Митятюля оказался на улице, как раздался весёлый голос Вани.
-Видишь, папа…врать просто. Сразу отвязалась, да ещё и поцеловала, дверь открыла перед тобой.
Ваня побежал вперёд по заснеженной дорожке мимо стареньких домов. Митятюля какое-то время смотрел, как сандалии мелькают на снегу не оставляя следов, а потом торопливо заспешил за Ваней. Вскоре он догнал Ваню и пошёл с ним рядом.
-Не называй меня папой! – попросил Митятюля.
-Почему это? – насупился Ваня.
-Мне не по себе становится, – почему-то шёпотом признался Митятюля. При этом он поднял взгляд наверх и туда же указал пальцем.
-А-а…деда боишься, – сразу понял Ваня, - да ты не бойся. Он на самом деле не злой. Ну, может, пришлёт к тебе Вимру.
-Что ещё за Вимра?
-Она по поручению деда…души у людей забирает. Как заберёт…два дня и можно родственников на поминки звать…
Услышав эти слова, Митятюля остановился. Он в течение нескольких мгновений, стал белее окружавшего их снега. Ваня подпрыгнул и хлопнул его по плечу.
-Да шучу я, шучу! – смеясь, сказал Ваня. - А ты всему веришь.
-Ты меня до смерти напугал! - Митятюля шумно выдохнул, но, услышав следующие слова Вани, снова побледнел.
-Вот если не усыновишь, я сам с ней поговорю по поводу тебя…
Они остановились возле светофора, у края проезжей части. Не обращая на толпившихся вокруг него людей, Митятюля растерянно шептал:
-Как, Ваня? У тебя даже паспорта нет. Московской прописки нет...
-У меня знакомые ребята есть. Сделают всё в лучшем виде!
-Ты подделкой документов занимался? – Митятюля был в ужасе от услышанного.
-Разным приходилось заниматься! – Ваня подмигнул ему…
-Не… – начал было Митятюля, но тут его прервал рассерженный мужской голос:
-Гражданин, вы будете, переходить дорогу, или будете себе бормотать под нос все эти идиотские слова?
-Иду, иду…
Митятюля почти бегом перешёл через дорогу. Остановившись на тротуаре, он оглянулся. Вокруг него спешно проходили десятки прохожих, но Вани среди них не было. Он ещё раз осмотрелся. Митятюля прошёлся взглядом по переходу с возвышающимся над ним знаком «М». Потом взглянул в сторону газетного киоска и сразу же перевёл взгляд осматривая длинную череду магазинов стоящих вдоль тротуара. Наконец, его взгляд остановился. Он увидел Ваню. Тот стоял под вывеской с надписью «Казино». Митятюля поспешил к нему. Ваня дожидался Митятюлю с явным нетерпением. Едва он подошёл, как тот коротко и уверенно бросил:
-Пошли, папа!
-Машину выигрывать?
-Гуся!
-Какого гуся? – не понял Митятюля.
-Того, что ты сжёг! – последовал ответ, после которого Ваня вошёл в дверь казино. Митятюля вошёл следом за ним. Его встретила молодая девушка. Она приветливо поздоровалась. Не обращая на неё внимания, Митятюля удивлённо спросил у Вани:
-А про гуся откуда узнал?
-Я же ангел. Я всё знаю! – Ваня остановился у кассы и повернулся к Митятюле. – Меняй деньги на фишки и перестань разговаривать. А то все вокруг на тебя смотрят так, как смотрела на тебя твоя любимая тёща.
Митятюля обернулся как ужаленный. Девушка, встретившая у входа, смотрела на него едва ли не с ужасом. Около двух десятков посетителей смотрели практически так же.
Лишь крупье за рулеткой посмеивался. У него был вид человека, который всё обо всех знает. Митятюля повернулся к Ване и едва слышно прошептал:
-Сколько менять?
-А сколько есть? – в свою очередь спросил у него Ваня.
-500 рублей!
Ваня поморщился.
-Пап, и тебе не стыдно спрашивать. Меняй всё. Бери одной фишкой.
-Хорошо, как скажешь!
Митятюля отдал деньги и, взяв фишку, стал растерянно оглядываться по сторонам. В небольшом казино стояли несколько столов. Возле каждого из них сидел крупье и несколько игроков. У игроков лица были напряжены до предела. Они курили без перерыва.
-К рулетке! – раздался голос Вани. - Поставишь на одно число. Всё поставишь.
Митятюля без излишних слов подошёл к столу с рулеткой. Крупье встретил его приход пренебрежительной улыбкой. Более чем скромная одежда Митятюли говорила сама за себя.
-Делаем ставку? – всё ещё улыбаясь, спросил у Митятюли крупье. Тот кивнул и положил фишку на стол.
-Красное, чёрное? – раздался снова голос крупье.
-На одну…цифру! – голос Митятюли от волнения прерывался. Он никак не мог
сосредоточиться, потому что боялся, как бы Ваня опять с ним шутку не сыграл.
-Какую?
-Ваня, на какую цифру ставить?