Так оно и вышло. Не прошло и двух дней, как на горизонте взметнулась туча пыли. По мере приближения из нее стали вырисовываться всадники.
*МАРТИНИСТЫ* - тайное общество масонского типа. Около 1760 года некто Мартинец де Паскуалис (Martinez de Pasquallis), крещеный еврей, основал в Париже и нескольких других городах \"Братство отборных священнослужителей\" (Elus Cohens), В своем \"Трактате о реинтеграции существ в их первоначальных свойствах, качествах и силах, духовных и божественных\" де Паскуалис проповедовал своеобразный мистический пантеизм с примесью гностицизма.
Спафарий, ехавший рядом с князем, вытащил седельные пистолеты.
— Шагом! — скомандовал князь. — Пушки подтянуть, пищали к бою!
Вначале все существа, писал де Паскуалис, заключались в лоне Божием. Созданный Богом человек пал, но стремился вернуть свое прежнее состояние и для этого должен отождествлять свою волю с волей Бога и, следовательно, слиться с Богом.
Татарская лава стремительно катилась на них. Визгливые крики и завыванья сопровождали атаку.
Для своего Братства де Паскуалис установил девять степеней посвящения, разделенных на три класса. Класс первый - ученик, подмастерье, мастер, великий избранник и ученик Коэн. Второй класс - подмастерье Коэн, мастер Коэн, великий архитектор и рыцарь-командор. Третий, высший, класс - рыцарь золотого и розового креста, то есть фактически - розенкрейцер.
В 1765 году Великая ложа Франции отвергла учение де Паскуалиса и отказалась принять его ложи, что не помешало мартинистам продолжить свои изыскания.
— Алла, алла! Ал-л-а-а-а!
После смерти основателя (1774) общество возглавил маркиз Луи-Клод де Сен-Мартен, отставной военный, филантроп, мистик и философ-теург, прозванный Неизвестным Философом.
Вот уже видны искаженные злобою лица, орущие рты, выставленные пики, серебристый блеск обнаженных клинков.
Сен-Мартен переустроил школу на мистический лад, упростив ритуал посвящения до одной степени: \"Высший Неизвестный\" (Superieur Inconnu), позже были введены две ученические степени - A (Associe) и I (Initie).
— А-а-а! — сплошной вой заглушил залп пушек.
Первый ряд конников рухнул на землю, смяв скакавших за ним. Кони бились в конвульсиях. Задние остановились. Туча стрел, выпущенная с дальнего расстояния, не принесла вреда.
В 1773 году вышла книга де Сен-Мартена \"О заблуждениях и истине. Сочинение неизвестного философа\". В ней он нападал на существующие религии и на саму власть. Религии осуждены уже самим их разнообразием. Правительство ложно в своей основе вследствие того же различия и бессмысленных столкновений. Гражданский и уголовный кодекс слепы и, пропуская виновных, карают невинных. Мрачной картине всеобщего упадка де Сен-Мартеном противопоставляется живое изображение естественного состояния всеобщего равенства, которое продолжалось до тех пор, пока человек не употребил свою свободную волю во зло. Единственное спасение для \"павшего\" человека - в любви ко всем, живущим на этом свете. Только тому, кто возвышается своим желанием сделать людей счастливыми и способностью любить, и должна принадлежать власть, пока не вернется естественное равенство.
Татарская атака захлебнулась. Воинственные крики сменились стонами и жалобным ржаньем подбитых коней.
Все теоретические положения Сен-Мартена были проникнуты одной идеей - идеей добра. Высшая моральная цель человека, как считали мартинисты, состоит в единении с Богом, а достигается она путем отрешения от всего чувственного и материального.
Князь приказал:
Другие, наоборот, решили отказаться от занятий \"никому не нужной алхимией\", чтобы создать чисто политическую организацию. Таковы были иллюминаты.
— Конница, вперед! Руби, коли!
***
Картечь сделала свое дело. Десятки убитых и раненых валялись на земле, обагряя ее кровью. Остальные — их было три или четыре сотни — столь же стремительно, как наскакали, обратились вспять. Они колотили лошадей голыми пятками, и те, чувствуя опасность, летели галопом. За ними, отстав сажен на сто, молча неслись казаки. Вид их был страшен: ощеренные рты, хрип, похожий на мычанье, налитые кровью глаза.
Но татарские кони оказались резвей. Расстояние между ними и преследователями постепенно росло. И вот уже они стали недосягаемы.
*ИЛЛЮМИНАТЫ* (лат. \"просветленные\") - название нескольких религиозно-мистических орденов. Чаще всего под ними понимают Орден, основанный профессором канонического права Адамом Вейсхауптом 1 мая 1776 года в городе Ингольштадте (Бавария) в качестве альтернативы масонским обществам.
— Ушли! — с досадой выкрикнул полуполковник Охрименко. — Осади, братцы! Татарин он завсегда на коне, он с ним ест, с ним спит. Рази ж его достанешь? — И смачно сплюнул.
Выходец из семьи ученого, Вейсхаупт учился в иезуитском колледже, однако вынес из него только презрение к идеалам, проповедуемым \"Обществом Иисуса\". При этом он высоко оценивал структуру Ордена, дисциплину его членов, их умение использовать самый широкий набор средств для достижения цели.
Деловито добили раненых — татар и их коней. И оставили на поживу воронью да зверью. Своих раненых — их было полтора десятка, оцарапанных стрелами, — перевязали.
Средства для совершенствования общественного устройства Вейсхаупт видел в распространении просвещения, правильных представлений о природе человека и в моральном возрождении человечества. Это просвещение должно быть наполнено антиклерикальным и антифеодальным содержанием. Секретный же Орден должен был стать, по замыслу, инструментом постепенного осуществления мечты просветителей о создании гармоничного общественного строя свободы и равенства и даже всемирной республики, которая покончит со всеми сословными различиями, религиозным гнетом, монархическим деспотизмом, войнами и национальной враждой. Впрочем, иллюминаты не отвергали христианства, а лишь пытались толковать его рационалистически, как всемирное этическое учение, своего рода \"естественную\" религию.
— Души их, погибших за мусульманскую веру, тотчас отправились в рай. А там их ждут десять тысяч гурий, сады, увешанные диковинными плодами, — пояснял Спафарий, трясясь на своей Альме.
Устав Ордена требовал от его членов соблюдения правил конспирации, безоговорочного подчинения старшим, постоянной самопроверки путем ответов на специально составленные вопросники. Кроме того, иллюминаты скрывали свои подлинные имена, пользуясь псевдонимами, заимствованными из Библии или античной истории (сам Вейсхаупт именовал себя Спартаком). Занятия магией и оккультными науками были для членов Ордена запрещены.
Однако цели, которые ставило перед собой руководство Ордена, шли вразрез с интересами существовавших тогда правительств. Это привело к тому, что в 1784 году курфюрст баварский запретил иллюминатские ложи. Вейсхаупт сумел сбежать и был приговорен к смерти заочно. Двумя годами позже иллюминаты были запрещены и в России.
Князь Василий слушал его вполуха. Он был озабочен, понимая, что эта стычка была лишь слабой прелюдией к битвам, которые ждут его войско впереди. А его воинство уже показывало признаки недовольства, усталости и изнеможения. Провианту осталось всего на неделю, паек был урезан, лошадей томила бескормица; степные травы давно обратились в безжизненное шуршащее былье. Лошади жадно тянулись к веткам тальника, растущего по берегам уже редких речек. Ручьи пересохли и обнажили свое влажное илистое дно. Пресной воды тоже не доставало: из двух-трех колодцев, встреченных по пути, вода ушла.
Войско приближалось к Перекопу, за которым лежал Крым. И князь все чаще и чаще задумывался. Он невпопад отвечал на вопросы Спафария, болезненно морщился и был необыкновенно рассеян, что никак не подобало предводителю войска, полководцу, коим он, видимо, себя полагал.
\"Великий Восток народов России\"
«Быть может, — думал Спафарий, — ему вспоминается его первый неудачный поход в Крым. И зачем вообще он взялся руководить войском? Не его это дело, вовсе нет. Он муж совета, а не войны. Царевна Софья оказала плохую услугу своему таланту, удобрив его честолюбие. Оно стало непомерным. Князь полагал, что может легко одолеть любую стезю. И свою прошлую неудачу на воинском поприще он счел случайностью».
— А не повернуть ли нам назад, князь? — неожиданно обратился к нему Спафарий.
Считается, что первым русским масоном был Петр I (Великий). Будто бы сам Кристофер Врен, знаменитый основатель новоанглийского масонства, посвятил его в таинства Ордена. Предание это, лишенное, кстати, какой бы то ни было основы в виде исторических документов, находит себе лишь косвенное подтверждение в том высоком уважении, которым имя Петра пользовалось среди русских масонов XVIII века.
Это был с его стороны дерзкий, даже рискованный выпад. И князь Василий, пребывавший в раздумье, сначала даже не понял.
— Что ты сказал? — переспросил он. — Я не ослышался?
Первое же безусловно достоверное свидетельство о начале деятельности масонов в России относится к 1731 году, когда английский гроссмейстер Великой лондонской ложи лорд Ловель назначил капитана Джона Филипса провинциальным великим мастером \"для всей России\". Масонский кружок Филипса собирался весь период правления Анны Иоанновны.
— Я сказал, что Господь нам не благоприятствует; — дипломатично поправился Николай.
— Да, он за что-то прогневался, — согласился князь. — Но за что? Ведь мы идем походом на басурман, врагов святого креста.
Но настоящая история масонства в России начинается лишь в семидесятых годах XVIII века, когда одновременно возникают две масонские системы, пользовавшиеся успехом в обществе: Елагинская и Циннендорфская. Ложи этих систем работали, главным образом, в первых трех степенях \"иоанновского\", или \"символического\", масонства, преследовавшего цели религиозно-нравственного воспитания человека. Члены ложи приобретали более широкие, чем раньше, религиозные понятия, глубоко задумывались над вопросами веры и нравственности. По меткому сравнению Павла Милюкова, русское масонство - это \"толстовство\" XVIII века, с его проповедью личного самосовершенствования и \"убегания зла\".
— Он, должно быть, против всякого смертоубийства. Он благоприятель всех человеков. Иной раз я думаю, боярин, что Бог един, а наказал он человеков за грехи их разными верами и разномыслием, дабы они враждовали меж собою.
Главная роль в этом периоде истории русского масонства принадлежит Ивану Перфильевичу Елагину (1725-1794). Писатель, сенатор, управляющий императорскими театрами, он был в то же время и одним из самых деятельных пропагандистов вольного каменщичества в нашем Отечестве. 22 мая 1770 года в Петербурге была открыта Великая провинциальная ложа России, работавшая по системе трех иоанновских степеней и имевшая непосредственную связь с берлинской ложей \"Ройял Йорк\" - филиалом Великой ложи Англии в Пруссии. Неудовлетворенность Ивана Елагина, как главы нового масонского центра, тем, что ему приходилось общаться с Великой ложей Англии через берлинских посредников, привела к тому, что в результате непосредственных переговоров его посланца с главой Великой ложи Англии де Бофором уже 26 февраля 1772 года на имя Елагина был оформлен официальный масонский патент, согласно которому он провозглашался великим мастером Провинциальной ложи России и обязывался давать ежегодный отчет в Лондон о проделанной работе и даже пересылать туда денежные взносы.
— Мысль занятная, — оживился князь. — Но ведь он таковым образом сеет войну.
В общественно-политическом плане елагинские ложи 1770-х годов представляли собой умеренно-либеральное направление в русском масонстве. Консервативная линия обозначилась в нем не ранее начала уже следующего десятилетия. Это были ложи так называемой шведской рыцарской системы и розенкрейцеры. Что же касается елагинских лож, то они работали на основании своего устава \"Права, преимущества и обряды Главной провинциальной ложи\". Всего под ее управлением в первой половине 70-х годов XVIII века насчитывалось 14 лож; общее число членов, согласно современным оценкам, не превышало 400 человек. Сколько-нибудь серьезной работы в ложах Елагина не велось. Как вспоминал позже один из посвященных, \"собирались, принимали, ужинали и веселились; принимали всякого без разбору, говорили много, а знали мало\".
— Сей посев утучняет землю и заставляет человеков задуматься: во имя чего они враждуют.
В 1822 году был издан указ, запрещающий масонские ложи в России. От масонов требовались подписки о \"непринадлежности\" впредь к ложам и тайным обществам. До сих пор неясны мотивы издания такого указа. По всей видимости, они заключались в том предубеждении, которое имел император Александр I против европейского либерализма. Когда за границей началось преследование тайных обществ, русскому правительству показалось, что отечественные ложи также представляют опасность.
— Бог един… Да, пожалуй. Един творец всего сущего. Не может быть полудюжины творцов. Не может быть Саваофа, Аллаха, Ягве, Будды… Кого еще там, подскажи.
— Ох, много их, всех не упомнить. И каждого выдают за истинного, каждому приписывают свои законы. Пророк Мухаммед, коего европейцы ошибочно наименовали Магометом, сказал: «Аллах велик и истина в устах его». Будто бы он самолично слышал слова Аллаха. Нет, я убежден: Бог не доверяет свои истины простым смертным, даже избранникам своим. Он недосягаем для них. Он выше их, выше всей нашей человеческой суеты. Он вообще перестал вмешиваться в человеческие дела, рассудив: пусть их, хватит того, что я создал, а до остального мне дела нет.
***
Князь глядел на Спафария широко раскрытыми глазами. Как видно, сказанное им показалось ему неожиданным и необычным. Он некоторое время осмысливал его слова и наконец произнес:
Первой попыткой легализации масонства в России после его запрета явилось посвящение в 1866 году в Копенгагене цесаревича Александра Александровича - будущего царя Александра III. Руководил процедурой посвящения будущий тесть цесаревича - датский король Кристиан IX. Впрочем, большого впечатления на воспитанного в национальном духе наследника российского престола масонская церемония не произвела.
— А ведь то, что ты говоришь, есть богохульство. Но оно мне по нраву. Я нахожу в этом некую здравость. В самом деле, миллионы, миллиарды молящихся обращают к Господу, ко Вседержителю свои просьбы. Как справиться, как ублаготворить всех? Он один, и его небесное воинство малочисленно.
\"Да, все это интересно, - заявил он, - но боюсь, что преждевременно в России вводить\".
Несмотря на это высказывание, члены Братства вольных каменщиков развернули кипучую деятельность по распространению идей масонства в России. Первоначально это ограничивалось созданием спиритических кружков.
Да и святых, кои могут вмешаться в жизнь молитвенников, от силы две-три сотни. Как же быть? И он, должно быть, изрек: оставьте людей в покое. Пусть сами разбираются. Да, видно, ты прав. С него достаточно того, что он сотворил небо и землю и все сущее на ней…
*СПИРИТИЗМ* как учение возник в Соединенных Штатах Америки. Основателем этого учения считается Эндрю Дэвис (1826-1910). Когда ему было 17 лет, через их городок проезжал магнетизер Левингстон. Он открыл у мальчика способности медиума. Тот бросил лавку, в которой служил приказчиком, и погрузился в исследование мира духов.
— И человека по своему образу и подобию, — подхватил Спафарий.
Открыв для себя этот мир, Дэвис разработал целую теорию общения с духами. Все души, считал Дэвис, живые и мертвые, движутся по пути самосовершенствования. Физическая смерть облегчает и ускоряет этот процесс, поэтому души умерших знают и умеют больше, чем живые. Общения между этими двумя мирами не происходит, потому что \"ни духи, ни люди еще не умеют пользоваться\" самой возможностью общения. Однако, считал он, \"настало время, когда два мира, духовный и естественный, подготовлены к тому, чтобы встретиться и обняться на почве духовной свободы и прогресса\". Его учение пало на добрую почву протестантского мистицизма и нашло немало последователей. Американские спириты активно использовали медиумов и сомнамбул, изобрели \"столоверчение\" и \"блюдце-верчение\", а Дэвиса провозгласили Сведенборгом Нового Света и присвоили ему степень доктора медицины и антропологии.
— Так стоит ли возносить молитвы? Надеяться, что Бог исполнит просьбы? Вот ты обращался к нему и к угодникам его с молитвою о чем-то. И что, ублаготворили тебя?
Большинство сведений спиритов о мире духов в основном совпадает с буддийскими и йогическими представлениями. Однако здесь следует учесть один очень важный момент. Так называемые спиритические сеансы представляли собой просто коллективную медитацию, во время которой \"медиум\" находился в состоянии транса. Таким образом, информацию спириты получали чаще всего не от духов, а либо от самого медиума, либо же из собственного подсознания. Чего стоит такая \"информация\", ясно и без комментариев.
— Пожалуй, нет, — не очень уверенно ответил Спафарий. — Я сам старался повернуть дело так, чтобы оно удалось. Либо мне помогали благотворители. Но ты богохульствуешь, боярин.
В России первые спиритические сеансы были устроены в 1853 году и сразу же вызвали большой интерес. Дело дошло до того, что в 1875 году по предложению профессора Дмитрия Менделеева была образована комиссия для изучения спиритических явлений. Членам ее были представлены три медиума из Англии: братья Петти и женщина-медиум Кляйер. Результаты спиритического сеанса, устроенного ими, оказались плачевными.
Так, коронным номером братьев Петти была демонстрация водяных капель, выделяемых духами. Кроме того, духи под руководством этих медиумов звонили в колокольчик. Капли в присутствии комиссии действительно выделялись. Но их химический состав оказался в точности таким же, как состав слюны медиумов! Что же касается колокольчика, то он, опять-таки, звонил, но лишь в тот момент, когда до него могла дотянуться человеческая рука. Стоило только членам комиссии сконструировать и разместить незаметно для медиумов ловушку, надежно преграждавшую путь к колокольчику, как звон прекращался…
— Мысль должна быть свободна, — ответствовал князь. — И иной раз можно и побогохульствовать — не все же ему внимать молитвам и сладким речам. Не разразит же он меня за это?
Были подвергнуты проверке и многочисленные \"феномены\" с другими медиумами. Результат тот же. \"Прыгающие\" и \"летающие\" столы, например, после того как их заменяли другими, с конфигурацией, заведомо исключавшей подталкивание ногами, переставали летать и прыгать.
— Никак нет, не разразит. А ежели и разразят, то нехристи, но только упаси Господи от сего.
И оба рассмеялись.
В итоговом заключении комиссии от 21 марта 1876 года можно было прочитать:
— А ты, Спафарий, держишься Петровой партии, как мне донесли, — неожиданно произнес князь уже на биваке.
\"Спириты и люди науки, увлекшиеся спиритизмом, с особенной настойчивостью распространяют мистические воззрения, выдаваемые ими за новые научные истины. Они пользуются тем, что эти воззрения принимаются многими на веру прежде всего потому, что соответствуют стародавним суевериям, с которыми давно борется наука…
Они расположились по соседству с княжьим шатром у жарко пылавшего костра, на котором жарился воткнутый на вертел бараний бок. Ночь была ясная, звездная. Небо очистилось и было открыто до самого горизонта. Дневная жара, от которой изнемогали люди и кони, спала, откуда-то потянуло свежестью. В степи с настойчивой равномерностью скрипел коростель да мелодично перекликались перепела.
На основании всей совокупности узнанного и виденного, - гласил окончательный вывод, - члены комиссии пришли к следующему заключению: спиритические явления происходят от бессознательных движений или от сознательного обмана, а спиритическое учение есть суеверие…\"
— Экая благостность, боярин, — заметил Спафарий вместо ответа. — Ночь-то какая! Тут бы не о партиях рассуждать, а слушать ее, внимать ее голосам, глядеть на звезды дивной чистоты и размышлять о вечном. А Петр?.. Прости меня, боярин, я в сем отроке вижу будущее России. Не в Иване ж оно…
Это заключение, однако, нисколько не охладило энтузиазм приверженцев нового учения. К 1910 году число спиритических кружков перевалило за три с половиной тысячи, из которых не менее тысячи функционировали только в Петербурге. Основной контингент последователей учения составлял, разумеется, служебный и чиновный люд - 53 процента, в меньшей степени сельские жители - 27 процентов, лица свободных профессий - 12 процентов и духовенство - 8 процентов.
Князь молчал, не отрывая взгляда от пламени. Оно его завораживало. Наконец он медленно отозвался:
Повальное увлечение российской интеллигенции спиритизмом и столоверчением во многом облегчило восприятие ею более сложных религиозно-мистических учений, подобных \"умозрительному масонству\".
— Может быть, может быть. Я и сам вижу, что иного у нас нет. Но как поворотить судьбу…
***
Да, он был судьбою привязан к царевне Софье. Им владела смутная надежда на брак с нею, и Спафарий знал это, как и многие в княжеском и царском окружении. Приказные судачили меж собою совершенно откровенно о том, что князь, их патрон, лелеет мысль короновать царевну и таким образом упрочить ее власть, равно и свою на течение государственных дел. И что некие стрелецкие начальники посвящены в этот план и, как приверженцы царевны, приуготовляют стрелецкую массу к новому возмущению в пользу Софьи, дабы настоять на ее короновании.
Возобновление работ русских \"вольных каменщиков\" во второй половине XIX - начале XX века в основном связано с Францией, где в этот период масонство организованно изменяло доктрину в зависимости от политической ситуации.
Но ведь это был бы полный абсурд. Князь, небось, понимает: при двух законных царях, один из которых достиг совершеннолетия, а другой вот-вот достигнет, короновать царевну — значило вызвать нечто вроде взрыва возмущенья. Более того, грядет год, а он, собственно, уже наступал, когда ей придется расстаться со званием правительницы, а стало быть, возвратиться в терем.
В период революционного подъема конца пятидесятых годов французские масоны усиленно проявляли солидарность со всеми радикальными кругами. Но сразу после подавления антиправительственных выступлений в Европе 10 августа 1849 года \"Великий Восток Франции\" принял новую редакцию своей конституционной программы, где в качестве основополагающего принципа масонства провозглашалась вера в Бога и бессмертие души. Тем самым французские масоны подтвердили свою верность основам, сложившимся в учениях британских \"вольных каменщиков\" в XVIII веке.
Князь был умен. Он все знал и даже наверняка все предвидел. Но, по его же слову, не мог поворотить судьбу. То был не только расчет, то были сердечные узы, которые были крепче всякого расчета.
Ответом на антимасонское движение стала и модернизированная масонская конституция, принятая в 1854 году в Бельгии, - в ней был отменен пункт о запрете обсуждения в ложах политических и религиозных вопросов. Годом позже изменения были внесены и в конституцию \"Великого Востока Франции\" - теперь здесь говорилось, что масонство \"считает свободу совести естественным правом каждого человека и не исключает никого из-за его убеждений\". В свою очередь, \"Великая объединенная ложа Англии\" - материнская ложа мирового масонства - перестала считать французский \"Великий Восток\" организацией \"вольных каменщиков\" и отнесла его к так называемому \"либеральному\" масонству.
Оба молчали. В отдалении темнели фигуры солдат княжеской стражи. Повар приблизился к костру и стал помешивать угли и поворачивать вертел. Аппетитно запахло жареным.
— Видать, спекся, — объявил он. — Прикажешь подать, боярин?
Именно в этот период трансформации европейских лож началось новое посвящение в масонство российских подданных. Отдельные факты посвящения в Европе купцов из России имели место в 1830-1840 годах, но это являлось скорее не следствием духовных поисков, а стремлением установить выгодные связи.
— Разделай да подай. На блюде, с лжицами. Да рушники не забудь, лохань с водицею для омовенья.
Ситуация изменилась во второй половине 1840-х годов, когда в масонство стали стекаться оппозиционеры всех мастей, в том числе и выходцы из России. Именно в этот период масоном становится известный теоретик анархизма Михаил Александрович Бакунин. К сожалению, сведения о его членстве в ордене \"вольных каменщиков\" отрывочны. Известно лишь, что Бакунин был посвящен в масонство в 1845 году во Франции, а затем стал членом итальянской ложи \"Социальный прогресс\" во Флоренции. Позже, 3 апреля 1865 года, Бакунину был вручен патент на 32-ю степень \"Древнего и принятого шотландского устава\" (всего в этом уставе 33 степени) от великой консистории \"Великого Востока Италии\".
Неожиданно совсем близко послышалось тявканье шакала.
Масонские искания идеологии анархизма привели Бакунина к созданию Международного братства, где он попытался объединить всех революционеров. Бакунин составил \"Современный катехизис масонства\", в котором обосновал тождество движения \"вольных каменщиков\" и революции. Однако он понял, что по самой своей природе масонство не может стать революционной организацией, и в дальнейшем отказался от использования масонских форм в своей деятельности.
— Экой зверь бесстрашный, — усмехнулся князь. — Люди кругом, кони, огонь — ничего не боится.
— Запахло ему, — отозвался Николай. — Видно, голодный.
— Мало ему живности в степи. Птицы, суслики…
***
— Иных не достать — в норах. Иные сторожки.
— Костьми после нас поживится. А то и человечинкой. И как это он не учуял, где пожива? На побоище.
Активно подвизались на российской почве и духовно-мистические общества откровенно масонского толка: мартинисты, розенкрейцеры, иллюминаты. Скрытная деятельность этих организаций продолжалась до 1925 года, когда ими всерьез занялось ОГПУ.
— Знать, без него управились воронье да зверье.
Особого внимания заслуживают связи этих оккультных обществ с другими масонскими группами, в том числе и заграничными. Например, посвящение в итальянское политическое масонство (\"Великий Восток Италии\") в свое время прошли такие видные деятели московского мартинизма, как Петр Михайлович Казначеев, его сын Дмитрий, Леон Гольторп, Юрий Константинович Терапиано и другие. К \"Великому Востоку Италии\" принадлежал и один из руководителей петербургских мартинистов в 1918-1919 годах - Борис Кириченко (Астромов).
— Ишь, кони зафыркали, — заметил князь. — Негодуют.
Значительной угрозы для устоев Российской империи деятельность доморощенных оккультистов, конечно же, не представляла. Тем не менее в порядке профилактики чиновники Департамента полиции (как впоследствии и ВЧК - ОГПУ) вели работу и в этой области: в \"тайные\" общества и кружки засылались агенты, вербовались действительные члены, при случае департамент оказывал прямое давление, высылая из страны наиболее одиозных деятелей от оккультизма.
— Чуют зверя…
Костер догорал. Сухо потрескивали головешки. Ночь дышала соленою влагой. Почти рядом было Гнилое море. Николай улегся на ворох соломы прямо под открытым небом. Да и что может быть лучше звездного неба над головой! Князь отправился в шатер.
Так, в 1908 году руководитель зарубежной агентуры в Европе А. М. Гартинг сумел внедрить во французскую ложу \"Жюстис\" \"Великого Востока Франции\" своего агента - некоего Биттара-Моненана, который сумел продержаться в этом качестве аж целых пять лет, прежде чем его разоблачили. Благодаря донесениям Биттара Департаменту полиции стало известно о приезде в Россию в мае 1908 года двух масонских эмиссаров из Парижа - Бертрана Сеншоля и Жоржа Буле - с целью формального открытия ими в Петербурге и Москве двух масонских лож: \"Полярная звезда\" и \"Возрождение\". Это сообщение произвело сенсацию, поскольку до этого момента русские мартинисты, иллюминаты и розенкрейцеры, заявлявшие о своей принадлежности к Братству, формально масонами не являлись. Да и политикой наши оккультисты интересовались в те годы мало. Совсем другое дело - \"Великий Восток Франции\", чисто масонская организация, огромную роль которой в политической жизни Европы того времени трудно переоценить. Не скрывали французские масоны и своего отрицательного отношения к русскому самодержавию, которое они называли \"стыдом цивилизованного мира\". Понятно, что стоило двум эмиссарам только еще появиться на горизонте, как охранка немедленно бросила все свои резервы на решение этой новой проблемы.
Сон, однако, отлетел. Ночь полнилась таинственными звуками. Он пробовал их разгадать. Вот где-то поблизости что-то зашуршало, потом раздался шлепок, словно хлопнули в ладоши. Что это? Короткий посвист оборвался жалобным взвизгом. Чьей-то жертвы? Чьей? Тщетно было пытаться разгадать.
Он вперился в небесный свод, изумрудно переливавшийся над головой. Чьи это души невидимо парят в этой бездонности. Он вспоминал всех почивших друзей, близких. Бог мой, сколько их было на его коротком веку! Иные снились ему — все молодые, моложе, нежели были в последние дни жизни. Гораздо моложе. Зачем-то они являлись ему. Чтобы напомнить о себе? Чтобы он поклонился их праху? Кто мог ответить ему на все недоуменные вопросы… Изнемогши под их тяжестью, он незаметно уснул. А проснулся от зябкой прохлады. Солнце еще только выглядывало из-за горизонта. Его багровый край словно бы дымился: казалось, вот-вот заполыхает небо. Но оно всего лишь слабо розовело.
Полог шатра откинулся, и выглянул князь Василий, заспанный, помятый. Подскочили два стольника: один нес бадейку с водою, другой — рушники. Князь кивнул Спафарию и стал плескаться. Умывшись, он кликнул Николая.
Заметной личностью среди русских \"братьев\" был в эти годы бывший профессор Московского университета, социолог Максим Максимович Ковалевский. Он долгие годы (с 1887-го по 1906-й) провел за границей, встречался и переписывался с Карлом Марксом и Фридрихом Энгельсом. Именно Ковалевский, этот старый член французской ложи \"Верные друзья\", возвратившись в 1906 году в Россию, не только основал здесь \"прогрессистскую партию\", но и, победив на выборах, прошел в депутаты I Государственной думы. Ему же принадлежит инициатива организации в России первых временных \"кадетских\" масонских лож: \"Возрождение\" (Москва) и \"Полярная звезда\" (Санкт-Петербург). Мастером-наместником московской ложи был выбран врач-психиатр Николай Баженов. \"Полярную звезду\" возглавил сам Ковалевский.
— Я так полагаю, что после стычки хан пришлет переговорщиков. Нам надо бы сей день собраться для совету — старшинам во главе с гетманом Иваном Самойловичем, полковым начальникам, — каково отвечать хановым посланникам…
Большинство масонов как в Москве, так и в Петербурге высказывались за то, чтобы принадлежать к влиятельному \"Великому Востоку Франции\". Ковалевский, однако, возражал и настаивал на том, чтобы присоединиться к \"Национальной ложе Франции\", стоящей за шотландский ритуал. В начале февраля 1908 года на квартире Максима Максимовича состоялось общее собрание русских масонов, на котором он заявил о своем выходе из \"Полярной звезды\". Никто из \"братьев\" не возражал. Новым мастером-наставником был выбран граф Орлов-Давыдов. Секретарем-казначеем назначили князя Давида Иосифовича Бебутова. Заседания ложи с этого момента проводились на квартире Бебутова.
Он не успел договорить, как со стороны лимана вылетели два всадника — там располагался казачий авангард и спешились прямо у шатра с ловкостью чисто татарской, джигитской.
В феврале 1908 года Бебутов и Баженов выехали в Париж просить мастеров \"Великого Востока Франции\" об официальном открытии масонских лож в России. Встретили их там хорошо.
— Шановний господине, у степу трава горить!
\"Заявление наше, - вспоминал Бебутов, - было принято с большим вниманием, и Верховным советом решено было командировать двух членов Верховного совета гг. Буле и Сеншоль (Boulet, Sincholl). Расходы по поездке мы обязались уплатить, по тысяче франков каждому. Одну тысячу принял на себя граф Орлов-Давыдов, а другую тысячу петербургская и московская ложи взяли на себя. Мы были представлены Верховному совету. Гроссмейстером в то время был депутат Лафер - лидер радикалов в парламенте. Баженова и меня сразу возвели в 18-ю степень и очень с нами носились. Все поздравляли нас и желали успеха в наших начинаниях. Мы имели случай присутствовать на масонской свадьбе и видеть весь обряд венчания. Надо сказать, что самый церемониал и весь обряд чрезвычайно интересен и торжественен. Приезд французов в Россию был назначен на 8 мая того же 1908 года. Мы торжествующе вернулись: я в Петербург, а Баженов - в Москву. По моем возвращении снова начались регулярные заседания и прием новых братьев\".
— Пожар! Татаре зажгли траву!
В самом деле, то, что казалось предутренней дымкой, сгустилось и стало дымом, дымом пожара. Он надвигался широким фронтом, по счастью, не очень быстро, так как ветер задувал сбоку.
Наконец точно в назначенное время прибыли долгожданные посланцы \"Великого Востока Франции\" - Сеншоль и Буле. Встречавшие их на вокзале Бебутов и Орлов-Давыдов отвезли французов в гостиницу \"Англетер\". Вскоре состоялось заседание ложи, на котором было объявлено о ее признании \"Великим Востоком Франции\". Слово Бебутову:
— Сниматься! — полетело из уст в уста.
\"После завтрака я поехал делать нужные приготовления, устраивать комнату, как это требуется по наказу. У меня в это время квартиры не было, так как старую квартиру я сдал ввиду отъезда дочерей, а новая еще ремонтировалась. У Орлова-Давыдова тоже шел ремонт, и мы решили воспользоваться квартирой Маклакова. Квартира его была еще тем удобна, что собрание стольких людей днем у депутата не вызывало особых подозрений. Все уже были в сборе с 2 часов дня. Я расставил столы и стулья, разложил все необходимые масонские предметы, словом, привел комнату в настоящий вид. Ровно в три часа приехали французы с Орловым-Давыдовым и Баженовым. Тут благодаря рассеянности Баженова случилось несчастье, которое могло иметь очень печальные последствия. Баженов забыл в автомобиле масонские книги, и шофер увез их в гараж. В гараже легко могли их заметить, начать рассматривать, и кто-нибудь легко мог донести о странных книгах; пришлось ехать выручать книги.
Лагерь, растянувшийся на полторы версты, зашумел, задвигался и тронулся в сторону речки Ишунь, которая могла стать, как она ни узка, естественной преградой огню.
Французов я провел в приготовленную для них комнату. Французы облачились, в ложе все заняли свои места. В этот день приглашены были также Ковалевский и отколовшиеся вместе с ним братья. Для них были приготовлены специальные места, как это полагается для гостей, сзади председателя. Я должен был вводить французов, а в ложе, в самых дверях, встретил их Орлов-Давыдов, как мастер-наместник, с двумя братьями-наблюдателями. После обмена приветствиями Буле занял место мастера-наместника, Сеншоль - место первого наблюдателя, вторым наблюдателем был поставлен Баженов, я занял свое место секретаря, а оратором в этот день был назначен Маклаков.
Шелест степных трав уже казался зловещим. Все оглядывались: не преследует ли их огонь. Он казался страшней татарского войска. В самом деле, с войском можно биться, ему можно противостоять. Но можно ли противостоять надвигающейся стене пламени?
Начался церемониал установления ложи. По совершении ритуала я огласил привезенную французами от Верховного совета грамоту. Ложа получила название \"Полярная звезда\". После этого все присутствующие начали подписывать клятвенное обещание в двух экземплярах, одно для нас, другое французы отвезли в Париж. Затем французы произнесли прекрасные речи. Им отвечал, как это полагается, брат оратор. После этого все были удалены. Остались только я, Орлов-Давыдов, Кедрин, Баженов, Маклаков и барон Майдель. Я и Баженов получили 18-ю степень, будучи в Париже. Названных лиц нужно было также возвести в 18-ю степень, чтобы имелось нужное число для шапитра (совет этой степени)… Совет 18-й степени необходим для решения вопросов, которые не могут быть известны ложе. Все было кончено в 7 часов, а в 8 часов все собрались на обед… На второй день мы возили французов показать город, обедали в ресторане \"Медведь\", и в 11 часов поездом Николаевской железной дороги французы вместе с Баженовым уехали в Москву устанавливать там ложу. С ними поехал и Орлов-Давыдов. В Москве самый церемониал был сокращен ввиду немногочисленности членов, и, пробыв там только один день, французы уехали в Париж. Таким образом, почти на глазах Столыпина и его многочисленной охраны, при всех строгостях всяких собраний, было организовано по всем правилам, с полным ритуалом масонство. Масоны… устраивали ложи в двух столицах, а правительство со Столыпиным ничего не подозревало\".
Одно время казалось, что огонь повернул вспять. Им правил ветер. А ветер в это утро казался непостоянным. Он задувал то с востока, то с юга, люди тоже, подобно ветру, — то приостанавливались в надежде, что огонь угомонился, то, видя надвигающееся пламя, вновь пускались вскачь.
Бебутов ошибается. Правительство много чего подозревало - только времена тогда были мягкие, а будущие чекисты еще сидели за школьными партами.
Такое преследованье и отступленье продолжалось три часа кряду. Наконец люди оказались под защитой речки. Да и пожар, пожрав море сухих трав, унялся. Бурая, опаленная земля простиралась перед войском на десятки верст. Она была совершенно безжизненна. Не слышно было посвиста сусликов, и не вставали они столбиками возле нор своих.
Однако и при этом \"тепличном\" режиме у масонов не обошлось без инцидентов. Неосторожное поведение некоторых \"братьев\" привело к тому, что сведения об их принадлежности к масонству просочились в прессу. Воспользовавшись этим обстоятельством как поводом, наиболее радикальная часть \"братьев\" во главе с левым кадетом Николаем Некрасовым добилась того, что на специальном совещании масонов в феврале 1910 года ими было принято формальное решение о прекращении своей деятельности. Сделано это было с одной целью - устранить из руководства Верховного совета Бебутова и его ближайших друзей.
Не стрекотали кузнечики, не видно было ни одной букашки. Выгорело все живое, казалось, навсегда. И птицы покинули те места.
Очистив свои ряды от \"ненадежных\" лиц, инициативная группа во главе с Некрасовым тут же развернула работу по воссозданию масонской подпольной организации.
Как быть? Этот вопрос не раз вставал перед воинством. Его не раз задавал князь Василий Голицын. Лошади падали от бескормицы. Ни понукания, ни побои не могли заставить их подняться. Люди еще кое-как перемогались. Но и они дошли до края. На привалах варили в котлах палую конину, жарили ее на вертелах, которыми иной раз служили шомполы, а иной раз и сабли.
Обряд посвящения в \"кадетское масонство\" того времени подробно описал Николай Чхеидзе:
Князь был мрачен. Он понимал, что никакого одоления нехристей не будет, что его многочисленные враги не простят ему неудачи — повторной, что ряды его сторонников при государевом дворе редеют день ото дня, а по возвращении имя его будет покрыто позором. И притом навсегда.
Смешно сказать, но единственным верным ему человеком при дворе был думный дворянин Федор Шакловитый. Князь, разумеется, знал от наушников, что царевна Софья делит свою постель меж ним и Федькой. И сейчас, в эти тягчайшие для него дни и недели, царевна почиет в объятиях Шакловитого.
\"Как-то раз - это было в 1910 г. - ко мне подошел член Государственной думы Степанов, левый кадет, и спросил меня, не нахожу ли я возможным вступить в организацию, которая стоит вне партий, но преследует политические задачи и ставит своей целью объединение всех прогрессивных элементов; упомянул он при этом, что для вступления необходимо принятие какой-то присяги и что вообще это связано с некоторым ритуалом. О том, что это масоны, он мне прямо не сказал. Я не был знаком с характером этой организации, равным образом я мало знал и о масонстве вообще, но почему-то - не припомню теперь, почему именно, - сразу догадался, что речь идет о масонской ложе, и тотчас же выразил свое согласие. Степанов указал, куда я должен прийти, - адреса я теперь не помню, В назначенное время я пришел. Меня ввели в отдельную комнату, где Степанов дал мне анкетный листок с рядом вопросов, на которые я должен был ответить (Степанов об этой анкете предупредил меня заранее), и оставил меня одного. Я сел писать ответы. Насколько вспоминаю, вопросы были следующие (приведу, что помню, вместе со
В наушниках не было недостатка. Стоит ему вернуться, как они тотчас доложат ему про Софьины измены. Как она ни таится, а все ж тайное становится явным. Князь и сам это испытал. Несмотря на свой ум и сугубую предосторожность, его любовная связь тотчас стала известной на Москве. Но политичность была превыше постели. Да и царевна, признаться, была на ложе любви не лучше его законной супруги и многих наложниц, в коих он никогда не испытывал недостатка и кои угождали ему со всевозможным совершенством. Поэтому князь время от времени писал из похода Федору, дабы он как мог укрощал злоречие недругов и их самих.
своими ответами).
Как вы относитесь к семье? - Признаю ее как ячейку, имеющую воспитательный и объединяющий характер.
Куда ни кинь — везде клин! И тут, в войске, почитай, все чужие и некому исповедаться, не с кем совет держать по душевному делу. Разве что с гречанином, с Николою Спафарием. Но и тот Петровой партии и тому печаль свою поведать он не может, хоть он единый человек во всем стане для собеседования пригодный.
Как вы относитесь к человеческому прогрессу? - Признаю, что человечество идет к тому, чтобы стать одной семьей, к этому ведут объективные условия развития человечества, и считаю необходимым всеми силами работать над этим.
Ваш взгляд на религию? - Считаю, что нужно быть терпимым ко взглядам каждого.
Где выход? Кто может его указать? Хановы посланники не едут. Придется, видно, двигаться далее, под Перекоп. Может, за этой выжженной землей есть травы, есть корм для коней. Люди-то перемогутся, а без коней остаться страшно. Где-то окрест гуляют табуны диких степных лошадей. Да и у татар можно отбить табун. Управиться с татарскими конями трудно, они тож полудики и под русским седлом худо ходят.
Какие пути и методы международных отношений вы признаете? - Считаю, что только пути мирного сотрудничества, что только общечеловеческая солидарность и стремление к взаимному пониманию являются основами, на которых должны складываться международные отношения.
Мысли его рассеянно блуждали, как у человека отчаявшегося. Он машинально отвечал на вопросы, машинально ел, плохо спал. Войско двигалось медленно, терпя урон. Вдобавок средь москалей распространился слушок, что не татары зажгли степь, а казаки, дабы поворотить к дому. Слух этот полз, полз ужом, а потом запорхал ласточкою и долетел-таки до Москвы.
Как вы относитесь к войне? - Считаю, что метод решения международных споров путем войн должен быть навсегда и совершенно исключен из списка допущенных…
Царевна Софья переполошилась. Ее Васенька, ум светлый, зрелый, главный советчик, надежда, свет, снова попал в беду. То была и ее беда, потому что как ни мужествен и решителен был ее Феденька, а все ж Васеньку он заменить не мог. Феденька был прямолинеен и дерзок на язык, а Васенька был хитроумен и глядел далеко вперед. Она прекрасно понимала, что неудача похода грозит катастрофой прежде всего ей самой. Но выхода не было. Пришлось скрепя сердце расстаться с Феденькою и послать его для ободренья Васеньки к войску с грамотой и всяческим увещаньем.
Какую форму правления вы считаете наиболее приемлемой для России? - Республиканскую.
Других вопросов и своих ответов я не помню, но помню хорошо, что вопросов, имевших то или иное отношение к социализму и классовой борьбе, среди них не имелось. Этих тем не коснулся я и в своих ответах.
Пока же князь решился собрать большой совет, чтобы опереться на общее согласие. Грозный призрак голода и гибели войска почал все чаще вставать пред ним.
Когда я написал ответы, в комнату вошел Степанов, взял их и удалился, оставив меня ждать ответа. Я знал, что в это время ответы мои были оглашены в собрании ложи. Через некоторое время вошел Степанов, туго завязал мне глаза и провел куда-то, где меня усадили. Здесь мне был задан вопрос:
— Как быть, братие? Можно ль воевать хана, коли у нас вышел весь припас, кони дохнут от бескормицы? Идти ль вперед или поворотить?
\"Знаете ли вы, где вы сейчас находитесь?\"
— Поворотить! — единым возгласом отвечали ему все воинские начальники. — Иначе погибнем без чести и славы.
Я ответил: \"На собрании масонской ложи\".
Сколь уж людей бежало! Сколь хворых да немощных! Коней палых едим! Дохлятину!
У князя отлегло от сердца. Поворотить — с общего совету. И будь что будет!
В говорившем я тотчас узнал Некрасова - его голос мне был хорошо знаком. Вслед за тем Некрасов задал мне вопросы, повторявшие вопросы анкеты, я ответил в духе своих только что написанных ответов. Затем Некрасов предложил мне встать, я встал и услышал, что встали и все присутствующие. Некрасов произнес слова клятвы - об обязанности хранить тайну всегда и при всех случаях, о братском отношении к товарищам по ложе во всех случаях жизни, даже если это связано со смертельной опасностью, о верности в самых трудных условиях. Потом Некрасов задал, обращаясь ко всем присутствующим, вопрос:
\"Чего просит брат?\"
Присутствующие хором ответили:
Глава двадцать четвертая
Аларм! Аларм!
\"Брат просит света!\" - Вслед за тем Степанов снял мне повязку с глаз и поцеловал меня, нового брата. С такими же поцелуями ко мне подошли и все остальные из присутствующих\".
Как видите, церемония принятия неофита в Братство вольных каменщиков к началу XX века упростилась донельзя.
Человек лукавый, человек нечестивый ходит со лживыми устами, мигает тазами своими, говорит ногами своими, дает знаки пальцами своими. Коварство в сердце его: он умышляет зло во всякое время, сеет раздоры.
Книга притчей Соломоновых
Пройдет всего несколько месяцев, и уже сам Чхеидзе (в 1917 году этот человек станет первым председателем Петроградского Совета) вынужден будет, выполняя задание масонского руководства, подыскивать подходящие кандидатуры для своей ложи.
— За что?! За что душу христьянскую погубляешь?! Побойсь Бога, Лев Кирилыч! Ты ж боярин, государев человек!
Конституирование масонской организации произошло на конвенте русских масонов летом 1912 года в Москве. Председательствовал на конвенте все тот же Николай Некрасов. Горячую дискуссию вызвал вопрос о названии сообщества. Большинство делегатов стояло за название \"Великий Восток России\", однако быстро выяснилось, что ничего, кроме неприязни, слово \"Россия\" у ряда \"братьев\" не вызывает.
— Бей его! Бей!
\"Первым в порядке для конвента стоял вопрос о конституировании русской масонской организации. Были сделаны сообщения - докладчиком от Верховного совета был Некрасов, - что в России имеется всего около 14-15 лож, из них в Петербурге - 5, 3-4 в Клеве, 1-2 в Москве и по одной в Нижнем, Одессе и Минске, и что это число достаточно для выделения русских масонов в самостоятельную организацию наряду с другими \"Великими Востоками\".
— Бердышом по башке!
Предложение это встретило только слабые возражения. Некоторые сомневались, возможно ли совершить подобное выделение, не получив предварительного согласия от \"Великого Востока Франции\". На это сторонники немедленного решения вопроса отвечали указанием, что санкцию от Франции можно будет получить потом. По существу против предложения никто не возражал, и вторая точка зрения победила значительным большинством.
— Караул, люди ратуйте!
Зато большие споры разгорелись по вопросу о том, какое название надлежит присвоить организации: в этой связи поднялся спор между русскими и украинскими ложами. Подавляющее большинство конвента стояло за название \"Великого Востока России\"; Грушевский же требовал, чтобы в названии ни в коем случае не было слова \"Россия\". Он занимал в этом вопросе совершенно непримиримую позицию, отрицая вообще за Россией как государственной единицей право на целостное существование; его с рядом оговорок поддерживал Василенко.
— Нарышкины лютуют!
Против Грушевского выступали все остальные, и спор, временами очень резкий, длился два дня… В конце концов было принято название \"Великий Восток народов России\".
Далее было принято решение поручить Верховному совету выработать устав организации и разослать его для ознакомления ложам, с тем чтобы на следующем конвенте можно было его утвердить\".
— Нарышкины убивцы!
И действительно, на втором конвенте \"Великого Востока народов России\", прошедшем в 1913 году, был принят устав организации, в основу которого был положен устав \"Великого Востока Франции\". Генеральным секретарем Верховного совета \"Великого Востока\" на этом конвенте был избран левый кадет Александр Колюбакин, убитый в начале 1915 года на фронте. Его обязанности до лета 1916-го, когда состоялся третий (и последний) конвент \"Великого Востока\", исполнял Николай Некрасов. Новым генсеком на этом третьем конвенте стал Александр Керенский (тот самый, который позднее возглавит Временное правительство). Однако и он в должности своей пробыл недолго, в том же 1916 году передав ее Гальперну.
\"Великий Восток народов России\" имел откровенно политический характер. Общие задачи организации сводились к следующему:
Истошные крики неслись по ночной Москве. Человек в белом атласном камзоле, в каком обычно разъезжал по Москве родной братец царицы Натальи Лев Кириллович Нарышкин, в сопровождении толпы стрельцов, горланивших жалостно, однако ж голосами ненатуральными, пьяными топталась возле каждого дома на Ильинке, близ Кремля.
\"Стремление к моральному усовершенствованию членов на почве объединения их усилий в борьбе за политическое освобождение России. Политического заговора, как сознательно поставленной цели, в программе… работы не было, и если бы кто-либо попытался в задачи организации такой заговор ввести, то это вызвало бы протесты со стороны многих. Был, правда, целый ряд лиц, из них часть очень влиятельных, которые очень сильно к заговору склонялись, - например, Мстиславский и Некрасов. Но в организации они свою точку зрения проводили осторожно и закрепить ее в качестве официальной точки зрения организации не стремились. Борьба за свободу, конечно, входила в задачи организации; об этом говорилось даже в клятве, но конкретно средства и пути нигде сформулированы не были. Задачи личного усовершенствования для многих тоже играли весьма значительную роль… Для некоторых же эта сторона задач организации имела главное значение. Так, например, в Киеве преобладали в организации люди, для которых этические задачи стояли на первом месте…
— Ночь-полночь, эк нализались! Бесчинщики, смертоубийцы. Креста на вас нет, — выглянула из калитки какая-то старуха. И снова торопливо затворилась.
Стоял июль, светлый месяц, душный месяц. Людям не спалось. Заслыша истошные крики с улицы, переговаривались:
Очень характерной для настроений подавляющего большинства организации была ненависть к трону, к монарху лично - за то, что он ведет страну к гибели. Это был патриотизм в лучшем смысле слова - революционный патриотизм. Наиболее сильно это настроение выступило, конечно, в годы войны, но в основе оно имелось и раньше. Конечно, такое отношение к данному монарху не могло не переходить и в отношение к монархии вообще, в результате чего в организации преобладали республиканские настроения; можно сказать, что подавляющее большинство членов были республиканцами, хотя республика и не была зафиксированным догматом организации\" (Николаевский Т. Русские масоны и революция. - М.: Терра, 1990).
— Слышь, Лев-то Нарышкин лютует. Милославских, небось, извести решились.
— И чего им неймется…
Главными экспертами департамента полиции по масонскому вопросу были в те годы полковник Мец и чиновник МВД Алексеев, регулярно составлявшие для своего руководства специальные обзоры на эту тему. Командированный во Францию Алексеев вошел там в контакт с руководителем \"Антимасонской лиги\" аббатом Жюлем Турмантэном, с помощью которого предполагалось получать интересующую департамент конфиденциальную информацию напрямую из источников внутри самих французских лож. Однако за свое сотрудничество Турмантэн требовал денег. Премьер-министр Столыпин, которому был сделан соответствующий доклад, вопроса не решил. Не решил его и царь, к которому с докладом обратился в декабре 1910 года товарищ министра внутренних дел Курлов. А 1 сентября 1911 года Столыпин был убит, Курлов подал в отставку, и масонская проблема оказалась отодвинутой на второй план. Остался невостребованным и составленный департаментом полиции предварительный список русских масонов.
— Поглядеть бы, кого бьют…
— Ни-ни! Не суйся! Я те погляжу!
Те, избавившись of опеки правоохранительных органов, процветали. Польский историк Людвик Хасс только к 1913 году насчитал около 40 масонских лож в России общей численностью до 400 человек. К 1915-му лож было 49, а число членов перевалило за 600. Если же добавить к этой цифре общества чисто оккультного характера (розенкрейцеры и мартинисты), а также членов зарубежных лож, подвизавшихся в России, то картина получится весьма впечатляющей.
Заговорил Иван Великий своим басовым голосом. То был звон не набатный, не тревожный, а призывающий ко всенощному бденью. И люди тотчас успокоились.
Очень скоро многие члены \"Великого Востока народов России\" выступят на стороне \"революционных масс\". Кое-кому из них даже повезет занять посты в новом Советском правительстве. Другие так и останутся в \"подполье\", играя в тайное общество, вербуя новых членов и проповедуя свои не всегда внятные идеи. Новое время разведет \"братьев\". И время же воздаст каждому по делам его…
Царевна Софья в окружении своих людей и стрельцов шествовала ко всенощной. Тревожная напряженность изображалась на ее лице.
Взойдя на паперть, она обратилась к стрельцам, запрудившим Ивановскую площадь:
Ленинградские мартинисты Григория Мебеса
— Люди добрые! Верная нам государева надворная пехота! Доколе нам терпеть утесненья Нарышкиных?! Царица Наталья нас ни во что не ставит, указала верных нам людей сослать в дальние городы, вотчины отобрать. Чинят нам всякие препоны. Царю и великому князю Иоанну Алексеичу, брату нашему, весь путь перекрыли. Как такое терпети?
Как бы там ни было, но масонская идеология в начале XX века пустила настолько глубокие корни в среде российской интеллигенции, что даже знаменитый большевистский террор 1920-х годов оказался не в состоянии сразу искоренить ее. Известно, что по крайней мере восемь тайных масонских или полумасонских организаций действовали в 1920-е годы в СССР: \"Орден мартинистов\", \"Орден Святого Грааля\", \"Русское автономное масонство\", \"Воскресенье\", \"Братство истинного служения\", \"Орден Света\", \"Орден Духа\", \"Орден тамплиеров и розенкрейцеров\". И пять первых из названных обществ обосновались в Санкт-Петербурге.
— Бесчиние! — выкрикнули из толпы. — Обороним?
Самой крупной оккультной организацией 1920-х годов был \"Орден мартинистов\", представлявший собой ветвь одноименного французского общества.
— Если мы вам не угодны, — жалостливым голосом продолжала царевна, — то мы оставим царство. А если угодны, то подымитесь за нас.
***
— Угодны, угодны!
— Не допустим! — неслось из толпы, гудевшей все громче и громче.
Сделаем небольшое отступление и посмотрим, что это были за люди - русские мартинисты начала XX века.
— Ляжем костьми!
В 1895 году в Париже председателем Верховного совета мартинистов Жераром Энкоссе (д-р Папюс) был принят в масоны граф Валериан Валерианович Муравьев-Амурский. В этом событии не было бы ничего особенного (кого только не принимают в масоны!), если бы не одно обстоятельство - вновь обращенный являлся полковником русской армии и военным атташе Российской империи во Франции.
Кто-то нарочито надрывным голосом выкрикнул:
А четыре года спустя Муравьев-Амурский возвращается в Петербург, где с ходу основывает ложу с непосредственным подчинением парижской штаб-квартире мартинистов. Сам же бывший атташе и брат министра юстиции является в это время генеральным делегатом ордена, и его представительство длится вплоть до 1907 года, когда парижские мартинисты лишают его права представительства за откровенный саботаж.
— Братие! Боярин Лев Кирилыч Нарышкин на Москве наших людей побивает!
Сам д-р Папюс посетил Россию в 1902 году, где нашел множество поклонников. В октябре 1905-го он был даже представлен императору Николаю II, желавшему узнать будущее России. Он же представил царю медиума Филиппа из Лиона. Николай II, пораженный \"сверхъестественными\" способностями мага, пригласил того перебраться в Санкт-Петербург, посулив престижную должность медика Военной академии и звание генерала. Филипп не заставил себя долго упрашивать. Вскоре Филипп уже определял внешнюю и военную политику Российской империи. На медиумических сеансах по желанию царя Филипп вызывал дух его отца Александра III, \"советовавшего\" Николаю II поддерживать союз с Францией и подталкивавшего его к войне с Японией. Как тут не вспомнить золотых розенкрейцеров, сумевших очень похожим способом удержать прусскую армию от наступления на Париж.
Угрожающий ропот покрыл последние слова.
Проведя весну и лето 1903 года вместе с семьей Николая II в Ливадии, Филипп 25 ноября был вынужден возвратиться к себе на родину, поскольку проводимые под его руководством спиритические сеансы вредно отражались на здоровье императрицы. Через несколько лет после смерти Филиппа (1905 год) императрица не только не забыла его, но и упоминала в письме к Николаю II в 1916 году как \"одного из двух друзей, посланных им Богом\" (под вторым другом подразумевался, конечно же, Григорий Распутин).
— Гнездо Нарышкиных в Преображенском! Выжечь их оттуда!
— Царицу-медведицу в монастырь!
Взамен Муравьеву-Амурскому Верховный совет мартинистов делегировал в столицу России Чеслава фон Чинского. 9 июля 1910 года фон Чинский вручает градоначальнику Санкт-Петербурга заявление о своем назначении членом Верховного совета Ордена мартинистов и генеральным делегатом Ордена для России. Однако этот господин позабыл представить устав объединения, без чего легализация его была невозможна.
— Чего на них глядеть! Всех перевесть!
Однако Чинский и без этого развернул кипучую деятельность. Он начал с пропаганды спиритизма и теософии. А благосклонность царской семьи способствовала укреплению положения Чинского в самом высшем свете.
— Любо! Любо!
***
Толпа задвигалась, распадаясь на отдельные, глухо переговаривавшиеся кучки. Раздался призывный возглас:
Одним из наиболее эрудированных и последовательных адептов русского мартинизма считался выходец из Лифляндии барон Григорий Мебес.
— На Преображенское!
Григорий Оттонович Мебес родился в 1868 году в Риге. После окончания в 1891 году физико-математического факультета Петербургского университета всецело посвятил себя изучению \"тайных наук\". Глубокий ум, прекрасное знание древних языков (греческий, латинский, древнееврейский), не говоря уже о языках новых, а также солидная математическая подготовка позволили ему создать фундаментальный \"Курс энциклопедии оккультизма\" в двух томах (1913) - наиболее серьезное пособие по этому предмету не только в русской, но и западноевропейской оккультной литературе того времени.
Его подхватили возбужденные голоса. Несколько человек бросились к коновязям. Зацокали копыта, всадники аллюром вынеслись из Троицких ворот. Они спешились на Лубянке у двора пятисотного Елизарьева. Ворота были отперты, словно бы их ожидали.
В конце 1910 года Мебес становится генеральным инспектором (секретарем) петербургского отделения \"Ордена мартинистов\", генеральной ложей которого стала \"Великая ложа Аполлония Тианского\".
— Ларивон Кузмич! Аларма! Идут на Преображенское, побивать царицу и всех Нарышкиных.
Революция не помешала деятельности Григория Оттоновича на поприще мартинизма. Его Орден рос. Он сам читал неофитам лекции по основам каббалы. А его жена Мария Нестерова (Эрлангер) - по истории религии. Помимо чисто теоретических занятий в его школе велась и практическая работа по развитию у членов Ордена способностей к телепатии и психометрии.
Всего известны имена 43 человек, прошедших школу Мебеса в период с 1918 по 1925 год. Среди них выделялись известный военный историк Г. Габаев и поэт В. Пясг. Однако в целом состав Ордена был вполне зауряден: юристы, бухгалтеры, студенты, домохозяйки, несостоявшиеся художники и журналисты - одним словом, рядовая разочаровавшаяся в жизни и ударившаяся в мистику русская интеллигенция.
Елизарьев, стрелецкий пятисотник, присягал царю Петру и крепко стоял на том. Он слыл человеком рассудительным, справедливым и верным. А потому близ него сплотились таковые же люди.
***
— Худо дело, — отозвался он. — Надобно лететь в Преображенское. То все Шакловитый мутит. Ужо ему! Царевна, опять же. Мельнов, Ладогин, как вы все слыхали, то и скачите в Преображенское, подымите аларму!
Аларм — прижившееся иноземное словечко. Тревога, значит. Его перенял от насельников Кукуя царь Петр и подымал им своих потешных.
Роковую роль в судьбе ленинградских мартинистов сыграл другой руководитель Ордена - Борис Викторович Aстромов (настоящая фамилия - Кириченко). Выходец из обедневшей дворянской семьи, он уехал в 1905 году в Италию, где поступил на юридический факультет Туринского университета. Там он познакомился со знаменитым криминалистом и масоном Чезаре Ломброзо, и уже через четыре года состоялось посвящение Астромова в Братство (ложа \"Авзония\", принадлежавшая к \"Великому Востоку Италии\").
— Доложите государю все, как есть. Скажете, пущай без промедленья седлает коней да скачет в Троицу. То мой ему совет. Да всех своих туда ж немедля правит.
В 1910 году Борис Астромов возвратился в Россию, но в работе русских масонских лож, по его собственным словам, участия не принимал. Посвящение его в \"Орден мapтинистов\" состоялось только в 1918 году после знакомства с Григорием Мебесом.
— Ночь ведь, — заговорил стрелецкий пятидесятник Мельнов. — Государь, небось, почивает. Да и злодеи наши завалятся спать, хмельные, почитай, все, царевна им погреба отворила.
В следующем Году Мебес назначил Астромова генеральным секретарем Ордена. Трения, возникшие в конце концов между ними, привели к тому, что в 1921 году Борис Acтромов ушел из Ордена. Казалось, пути незадачливого генсека и мартинистов разошлись навсегда. Однако будущее показало, что это далеко не так.
— Сказано: тать в нощи рыщет. Покуда государь с домашними сберегся, заря займется. Скачите, некогда рассусоливать — время уходит.
В мае 1925 года Астромов неожиданно появился в приемной Государственного политического управления в Москве и предложил свои услуги по освещению деятельности \"советского\" масонства в обмен на разрешение покинуть СССР. Его предложение заинтересовало чекистов. После допросов и бесед в московском ОГПУ Борис Астромов отправился в Ленинград, где и стал \"работать\" под контролем этой организации. Оперативную связь с ОГПУ Астромов осуществлял через некоего Лихтермана, встречаясь с ним время от времени на конспиративной квартире на Надеждинской улице.
Делать нечего, Мельнов да Ладогин сели на коней и пустились рысью. Темень кромешная, коней погонять приходится — быстро нейдут.
О моральных качествах Бориса Астромова говорит хотя бы то, что он \"заложил\" не только мартинистов, но и собственную организацию \"Русское автономное масонство\", созданную им еще в 1921 году.
Доехали наконец, благо ехать-то было девять верст всего. Ворота, вестимо, заперты. Стали стучать. Дрыхла стража — насилу добудились.
— Кто такие?! — сонным голосом раздалось из-за калитки.
Некоторое представление об этой организации дает подготовленный Астромовым специальный доклад для ОГПУ, целиком посвященный возможному сотрудничеству между большевиками и масонами. Этот доклад не был личной инициативой Астромова. Это был ответ масона с большим стажем на конкретные вопросы, интересовавшие сотрудников Государственного политического управления.
— Отчиняй! Слово и дело государево! — заорал Мельнов, не боясь переполоху.
Калитка со скрипом отворилась. Выглянули потешные, босые, в одном исподнем.
Разумеется, речь в первую очередь шла о возможности использования масонской организации в интересах социалистического строительства. Развивая эту мысль, Астромов в своем докладе подчеркнул, что, \"конечно, масоны не претендуют на открытую легализацию, так как это будет скорее вредно, чем полезно для работы\". И тогда, отмечал он, масонство смогут обвинить в \"чекизме\" и \"рептильности\", что непременно оттолкнет от масонства русскую интеллигенцию. Роль масонства, по мнению Бориса Астромова, должна была главным образом заключаться в том, чтобы убедить лучшую часть интеллигенции в \"закономерности переживаемых событий, а следовательно, и неизбежности их\". Здесь реальная работа \"Русского автономного масонства\" могла бы выразиться, например, \"в укреплении в правосознании русской интеллигенции идей интернационализма и коммунизма, а также в борьбе с клерикализмом\".
— Ночью токмо воры шатаются, — заворчал один из них. — Говори, какое дело. Государь изволит почивать. Его без особой надобности будить не велено.
В заключение Астромов предлагал советскому правительству следующий расклад: советская власть терпит существование масонских лож, составляющих \"Русское автономное масонство\", а те, в свою очередь, берут на себя обязательстве \"не иметь никаких тайн от правительства СССР и не находиться в связи или в союзе ни с одним иностранным масонским орденом\".
— Аларма, слышь! Злодеи с Федькой Шакловитым идут на Преображенское. Порешить хотят государыню царицу, братьев ее. Да и противу государя худое замышляют.
— Не брешешь? — И, не дожидаясь ответа, торопливо бросил: — Сейчас отворим ворота, заводи коней, а я побегу будить государя.
Что и говорить, документ примечательный. Остается, правда, открытым вопрос: сам ли Борис Астромов додумался до идеи масонизации советской интеллигенции или ее ему подсказали сотрудники ОГПУ.
Царь Петр спал крепко — сон-то молодой. Насилу добудились. Спросонья мычал, долго ничего не понимая. С трудом дошло. Встрепенулся, велел денщику: