Нил Патрик Харрис
Волшебные неудачники. Большая игра
Моим прекрасным родителям Рону и Шейле, вдохновившим меня читать и писать.
© Яковлева Е., перевод, 2019
© ООО «Издательство АСТ», 2019
Возвращение в минеральные скважины
Пс-с-с-с-с! Эй, я тут!
Нет, не за шкафом.
Вот здесь!
Нет! Не в другой комнате!
Да вот тут, посмотри в другую сторону…
Ближе. Ещё ближе. Ещё ближе…
Точно! Вот и я.
Вот и я… на страницах новой книги!
Чернила – это мой голос, а слова, что ты читаешь, – рождаются у меня в голове.
Это настоящее волшебство, знаешь ли.
Роберт Говард
И вот ты здесь! Я ужасно рад видеть тебя в нашем очередном путешествии с приключениями.
Ты же присоединишься к нам?
Железный воин
Прошу прощения за секретность. Но как только ты начнёшь читать третью книгу о Волшебных Неудачниках, поймёшь, почему я такой скрытный. Видишь ли, события этой истории полны тайного коварства, в отличие от предыдущих. Поэтому хочу попросить тебя быть осторожней, не так, как наши Неудачники. И дважды думать, прежде чем кому-то доверять или кого-то обвинять. А ещё здесь на каждой странице можно найти подсказки для ответов на те вопросы, которые ты ещё даже не задал, но которые точно есть.
Это настоящее волшебство, знаешь ли.
Думаю, ты хорошо помнишь приключения наших героев в предыдущих двух книжках. И вообще, помнишь наших героев, юных магов и чародеев, которые собрались вместе и назвали себя клубом «Волшебные Неудачники». Это Картер (Исчезающий) Локк, Лейла (Мастер побега) Вернон, Тео (Летающий) Штайн-Мейер, Ридли (Трансформирующаяся) Ларсен и… особенно Олли и Иззи (Феерические) Золотые близнецы.
* * *
В первой книге наши Неудачники разорили целую компанию жуликов под управлением Б. Б. Боссо и сорвали коварные планы Сандры Сантос (Мадам Эсмеральды), которая хотела украсть секретный блокнот Данте Вернона, хозяина Волшебного магазинчика и папы Лейлы (ты это помнишь, конечно же). Она для этого даже подговорила целую команду Хмурых Клоунов, но у них всё равно ничего не вышло. Волшебные Неудачники ещё спасли обезьянку и нашли двух полевых мышей. А ещё выступили (два раза!) на Главной сцене грандиозной гостиницы «Королевские дубы». Ты помнишь, что с холма, на котором она расположена, их уютный городок Минеральные Скважины виден как на ладони.
Кажется, я рассказал тебе предысторию. Ну да, рассказал. Это чтобы ты всё вспомнил. А то, что ты не можешь вспомнить, я расскажу тебе на страницах этой книги.
Ветер завывал, поднимая снег и кружа снежинки высоко в воздухе. Улицы были пусты, если не считать нескольких запоздалых прохожих, которые с трудом передвигались под порывами ветра, наклонив головы и придерживая головные уборы. Дальше, над деловой частью города, облака рассеивались. Уличное движение почти остановилось. В той части города, где улицы казались совершенно пустыми, возвышался дом, темный и мрачный среди окружавших его невысоких зданий.
И это просто волшебно! Точно-точно!
– Наконец-то!
Тебе уже не терпится начать читать?
Я знаю. Сейчас начнёшь. Подожди, пожалуйста, пока я объясню…
В лаборатории, заполненной таинственными приборами, за столом сидел тщедушный старик.
Как читать эту книгу!
– Наконец-то! – Что для него значили ветер и холод снаружи? Он едва ли знал о том, что на Нью-Йорк обрушились одна из самых страшных бурь и такой мороз, о каком давно уже не помнили старожилы. – Наконец-то! – Он потер руки и засмеялся.
Наверняка ты знаешь, что будет дальше: длинное объяснение того, что в одних главах этой книги продолжается история Волшебных неудачников, а в других – короткие уроки волшебства. А ещё ты, конечно, помнишь, что можешь пропускать эти уроки и читать только историю. Или можешь положить эту книгу в раковину, включить кран с холодной водой и замачивать её часов семь. Но давай по-честному: в жизни есть много всего, на что мы способны, но кое-что из этого не стоит делать.
Перед высоким мрачным домом, который возвышался так угрожающе, остановилось такси. Звук старомодного дверного молотка раздался сквозь шум бури.
Ещё, вероятно, ты знаешь (тебя ведь все называют умницей, правда?), что если захочешь овладеть мастерством магии, то тебе нужна практика, практика и практика. Недостаточно просто прочитать специальные главы. Можно между делом поспать, сходить в школу, поужинать, но всё остальное время ты должен практиковаться.
Мужчина у двери стряхнул снег с пальто, потопал ногами и тихо выругался. Он поднял руку, чтобы снова позвонить, но дверь отворилась. У порога стоял бесстрастный китаец.
Снова, и снова, и снова. Потому что, чтобы друзья поверили в твои трюки, выполнять их нужно безупречно.
Незнакомец подал ему визитку. Азиат взглянул на нее и, поклонившись, посторонился.
– Вас ждут, – сказал он на отличном английском.
Итак! Поскольку тебе всё это уже известно – или ты только что об этом узнал, – я думаю, мы пропустим дальнейшие описания и пойдём вперёд. Да, надо было сразу тебе это предложить…
Мужчина шагнул в плохо освещенную прихожую. Азиат взял у него шляпу и пальто. Трости у посетителя не было. В тусклом свете лампы перед китайцем предстал человек среднего роста, гибкий и худощавый. Лицо его было бронзовым от загара, черные глаза ясными; в остром взгляде сквозило что-то неотразимое.
Весь облик и черты лица указывали на незаурядный ум и высокий интеллект, сочетавшиеся с тигриной физической силой. Его движения были быстрыми, но не суетливыми. В общем, это был необычный человек.
О, ты всё ещё здесь? Ты очень внимателен! И очень старателен! Что ж, самое время. Дерзай. Вздохни поглубже. Сосредоточься. И перелистни страницу…
Китаец провел его вверх по лестнице, вдоль по коридору, а затем в комнату.
– Подождите здесь, – сказал слуга и исчез.
Один
Иностранец беспокойно обошел комнату. Ему казалось, что чьи-то невидимые глаза наблюдают за ним, и чувствовал себя, как волк в капкане. Он огляделся, подмечая каждую деталь.
Комната была небольшой. В ней имелось несколько дверей. Немного стульев, дорогой персидский ковер, диван и большой стол красного дереве составляли обстановку. Стены увешаны оружием, а стол просто завален грудой клинков, арбалетов и прочей амуницией. Такая коллекция вне музея встречалась довольно редко.
Тео Штайн-Мейер частенько летал во сне.
Иностранец сел к столу и стал с искренним интересом изучать оружие.
Обычно он просто лежал в постели, а его родители уже храпели у себя в спальне. И вдруг, точно по мановению волшебной палочки, он обнаруживал себя парящим в паре сантиметров над кроватью. Он подплывал к окну, открывал задвижку и выныривал наружу, в тёмную ночь. Крутые взлёты и пике, плавное кружение – всё, что он выписывал в небе, давалось ему так же легко и естественно, как и его ручным голубям, которые жили в голубятне за домом. Достаточно было хорошенечко прислушаться к себе, а тело уже само делало всё необходимое.
В то время как он его осматривал, через одну из дверей вошел какой-то человек. Преклонных лет, сморщенный, маленького роста и сухой, сутулый от старости, одетый в домашний халат, комнатные туфли и с красной турецкой феской на почти совсем лысой голове.
Вверх! Вверх! Вверх! Ещё выше!
Иностранец встал.
Направляя свой полёт по небу, Тео испытывал почти то же самое, что при игре на скрипке, когда он выводил мелодии, которые пронзали воздух, отчего тот дрожал и трепетал. Эти полёты снова и снова подтверждали, что при помощи волшебного смычка он может заставить любой предмет подняться в воздух и танцевать на глазах у изумлённой публики. Музыку и волшебство Тео любил больше всего на свете. И чувствовал, что жизнь невероятно прекрасна в такие мгновения, когда они сливаются воедино.
– Значит, вы пришли? – сказал старик насмешливым тоном. – Я вас ждал.
Однако в последние ночи его сны-полёты становились всё более зловещими. Он видел, как по улицам города бродит тень высокого человека в цилиндре и плаще. Лицо его было скрыто во тьме. Он крался по улицам и заглядывал в дома. С высоты Тео слышал, как таинственный человек шепчет тайные заклинания, отчего горожане вдруг начинают творить зло.
Хозяин прошел к столу.
Звали этого человека Калаган. Он уже был виновником разных бед, с которыми пришлось столкнуться Тео и его друзьям. Когда-то он был гипнотизёром, который покинул Минеральные Скважины много лет назад. Но этим летом уже несколько раз здесь замечали его приспешников. Волшебным Неудачникам удавалось сорвать его гнусные замыслы. Но Тео опасался, что Калаган скоро сам явится в город, чтобы лично поквитаться с ними. И вот…
– Вы заинтересовались моей коллекцией? – спросил он. – Что вы о ней думаете, а?
– Одна из самых лучших, какие мне когда-либо приходилось видеть, – заметил иностранец, впервые заговорив.
Во сне Тео опустился ниже, чтобы подслушать бормотание Калагана, скрывшегося в тёмном переулке. Казалось, тени домов сгустились, наводя ужас, и шёпот Калагана зазвучал громче.
– Вы так полагаете? Вы правы. – Старик обвел рукой комнату. – Это только часть моей коллекции, и все же здесь вы найдете оружие всех времен и народов. Оно вам знакомо?
– Да.
– Должен… остановить… Волшебных… Неудачников…
– Ну что ж, хороший работник должен знать предмет своей торговли. Но, – и здесь насмешливые нотки опять появились в его голосе, – не обольщайтесь. – Он поднял короткий кинжал с широким, круто изогнутым лезвием. – Что это?
Это же Тео и его друзья!
– Черей из Афганистана, сделан в Газни, – ответил иностранец, мельком взглянув на оружие.
– А это?
Гипнотизёр внезапно развернулся на каблуках, его рука взметнулась вверх, схватив парящего Тео. Мальчик вскрикнул – рука уже тащила его вниз, к земле.
– Даякский паранг-паранг с Борнео.
– А это?
– Должен! Остановить! Волшебных! Неудачников! – орал злодей.
– Кинжал милосердия итальянской работы.
– А это?
Тео резко проснулся, хватая ртом воздух, и обнаружил, что простыни буквально связали его по рукам и ногам. Глубоко подышав, чтобы успокоиться, он наконец высвободился из пут и подошёл к окну. Его всё ещё немного потряхивало. Там, за деревьями на горизонте пробивались первые лучи рассвета. Лето должно было вот-вот кончиться. Может, Калаган где-то поблизости и всё ещё рыскает в его поисках? Всё вокруг казалось тихим и спокойным, но Тео знал, что скоро это изменится. (Так устроен мир вокруг нас, ты не считаешь?) И с этими мыслями он вновь погрузился в объятия сна.
– Бронзовый калмыцко-татарский остроконечный шлем примерно пятнадцатого века.
– А это?
* * *
– Французская средневековая кольчуга.
Чуть позже проснулись и загудели Минеральные Скважины. По центральным улицам, на которых обосновались разные магазинчики, кружили автомобили. По тротуарам бежали родители с детьми, а дамы и господа в строгих костюмах сновали туда-сюда между зданиями Городского Совета и Суда.
– А это?
Воздух был тёплым и немного влажным, а временами налетавший ветерок только добавлял идиллии. Если бы горожане остановились, они бы услышали мелодию, летящую на этом ветерке, – весёлый вальс, исполненный на скрипке. Играл его мальчик в смокинге. Вместе с друзьями он расположился в беседке в городском саду и готовился к грядущему шоу талантов.
– Зулусский щит из Африки.
Смычок Тео скользил по струнам, издавая чудесную мелодию. Его друзья – Картер, Лейла, Ридли, Олли и Иззи – стояли рядом. Возле ног Тео, точно живой, плясал плюшевый медвежонок, двигаясь в такт мелодии, замедляясь и ускоряясь. Всем вокруг казалось, будто обычная игрушка слышит скрипку Тео.
– А это?
– Самурайский меч из Японии.
– А это?
А когда мелодия почти достигла апофеоза, медвежонок вдруг поднялся в воздух. Вот он уже оторвался на один метр, на два, три, четыре! Но стоило Тео сыграть последнюю ноту, как плюшевая игрушка полетела вниз – мальчик едва успел поймать его. И в этот самый миг он заметил фигуру в тёмной одежде. Человек стоял неподалёку, сжимая ладонью воздух. Точь-в-точь злодей из его снов.
– Шотландский палаш. Однако хватит играть в детские игры! – воскликнул гость нетерпеливо. – Здесь нет оружия, с которым я не был бы знаком. Некоторым я пользовался. Я знаю, как с ним обращаться. Я знаю историю его создания так же хорошо, как и вы.
– Тео!
– Тео?
Эта сабля была сделана Юсефом Абдуллой из Кабула. Он мог бы гордиться своей работой. Вот этот длинный охотничий нож сделан в Миссури Джеймсом Блеком. А вот эта рапира работы Андреа ди Ферара. Антонио Пицинио из Венеции сделал этот итальянский палаш. А эта боевая перчатка, принадлежавшая когда-то махарадже, изготовлена в мастерской Дели. Но я пришел сюда не для того, чтобы говорить об оружии.
– Эй, Тео!
– Разумеется. – Старик уселся по другую сторону стола, приглашая и гостя сесть.
Тео моргнул, огляделся, ловя взгляды друзей и невольно поёжился, сомневаясь, не померещилось ли ему.
Поставив локти на стол, старик оперся подбородком на руки и пристально посмотрел на посетителя.
– Что случилось? – спросила Ридли, тряхнув рыжими кудряшками. – У тебя же так хорошо всё получалось!
– Да, – сказал он насмешливо, – вы знаете предмет вашей торговли. Простые средства из стали и свинца, остро отточенные или заряжаемые с дула. Но что солдат знает о высшем искусстве войны? О триумфе науки?
– Простите, – Тео покраснел, – что-то меня отвлекло.
– Я не солдат, – возразил иностранец.
– В последнее время мы все частенько отвлекаемся, – ответила Лейла и сжала локоть Тео, чтобы поддержать его.
– Да, вы не солдат. Вы завоеватель, создатель империи. Не так ли, мой друг?
– Только мои мысли не отвлекаются, – сказал Олли, – они исследуют!
Иностранец не ответил, но глаза его вдруг сверкнули.
– Прогуливаются! – насмешливо поправила брата Иззи.
– Вы думаете, я глупец? – усмехнулся старик. – Я знаю! Война, завоевание, власть! О, все это было раньше, я допускаю. Александр, Цезарь, Тамерлан! Все они глупцы. А теперь и вы. Послушайте, – он наклонился вперед, – я знаю больше, чем вы предполагаете, мой друг. Я знаю, что вы планируете объединить племена Аравии и создать империю.
– Исследуют пещеры! – ответил Олли.
Иностранец непроизвольно наклонился вперед, теребя лацкан сюртука.
– А мои отправились на пароходе в Антарктику! – не уступала ему Иззи.
– И как вы узнали обо всем этом? – спросил он.
– А мои подружились с полярными медведями! – парировал Олли.
– Я снова спрашиваю вас: похож я на глупца? Почему корабли, груженные винтовками и амуницией, пристают в те порты Аравии, в которые никто не заходит? Почему вы пришли ко мне ночью среди бури? У меня есть свои источники, и я узнаю такие вещи, о которых никто другой и не догадывается. Империя – это ваша цель, мистер Гордон. Султан Гордон сахиб! Неплохо звучит, не правда ли?
– Ты ошибся континентом, – заметила Ридли, обрывая близнецов. Она нажала кнопку на подлокотнике своей инвалидной коляски – «Ответ неверен», – прожужжало на всю беседку – и улыбнулась.
– Вы знаете о моих планах, что ж, отлично, – холодно сказал Гордон. – Но, – он подался вперед, его глаза яростно сверкнули, – плохо придется человеку, который слишком много знает о моих планах, друг мой.
– Волшебным неудачникам через многое пришлось пройти, – сказал Картер. – Если иногда тебе сложно сосредоточиться, Тео, это нормально.
Старик резко засмеялся:
Ридли вздохнула.
– Я не выдам вас. Что мне до страны, которая отреклась от меня? Что мне до людей, которые насмеялись надо мной? Кто я такой, чтобы спорить с судьбой? Продолжайте свой путь. Будьте тем, кем хотите быть. Второй Цезарь, нет, скорее второй Чингисхан. Только, следуя по пути завоевателей, постарайтесь избежать тщеславия.
– Но всё равно нужно быть внимательным, если ты хочешь победить в конкурсе талантов. Надо собраться. Ведь денег за выигрыш дают целую кучу. Так что это не шутки.
– Это мой собственный путь, – сказал Гордон.
До конкурса талантов города Минеральные Скважины оставалось меньше двух недель, и многие жители города с нетерпением ждали его, чтобы продемонстрировать красоту пения, гавайские танцы, эквилибристику, гимнастику, чтение наизусть и много чего ещё.
– Да, и вы пойдете по нему. Как и все завоеватели. Пришел, увидел, победил! А где они сейчас? Вот кинжал, который некогда принадлежал Чингисхану. А где сам Чингисхан? И так уходят все завоеватели.
– Все люди умирают, – ответил Гордон. – Нет разницы, был человек рабом или императором. Но императора помнят.
– Конечно, не шутки! – отозвался Картер. – Да я столько денег в жизни не видел. Если мы победим, я наконец смогу отдать долги всем, кто помогал мне, начиная с того момента, как я появился в этом городе. А на сдачу куплю один из тех ящиков, которые известные волшебники используют в номерах с исчезновением!
– Да, люди умирают, но их творения остаются. Чингисхан за тысячу лет превратился в пыль, а я сижу здесь и держу в руках его кинжал. Через тысячу лет люди скажут: \"Вот сабля, которой Гордон размахивал, сражаясь в первых рядах! А где Гордон сейчас?\" – И старик цинично, с издевкой засмеялся.
– Ты никому ничего не должен, – возразила Лейла новоиспечённому брату, – разве что улыбаться время от времени. Если мы победим, я куплю себе цистерну с водой такую огромную, чтобы помещаться в неё целиком. Я хочу научиться задерживать дыхание так долго, чтобы успеть скинуть с себя все путы и вынырнуть из воды.
Гордон улыбнулся.
– А мы с Олли купим пару пар самых золотых ботинок для степа, которые есть во всём мире, и будем бить чечётку, – вставила Иззи.
– Но наука выше этого! – воскликнул старик. – Достижения науки остаются. Завоеватели появляются и пропадают, как порывы ветра. Поколения людей исчезают с лица земли, подобно таящему в горах снегу. Но высшие достижения науки остаются в веках, переживая пирамиды!
– Говори за себя, сестрёнка, – ответил Олли, – я б лучше взял пару уроков сценического боя, чтобы быть готовым к следующему столкновению с громилами Калагана.
Вы – завоеватель, вы – создатель империи, вы – человек с огромным честолюбием, вы пришли ко мне за помощью! И правильно сделали, ведь у меня есть отличное изобретение, по сравнению с которым все остальное кажется таким же мелким, как, песчинка по отношению к горе. Вы сказали, что владеете любым оружием. Но что вы знаете о вершинах, которых может достичь мысль ученого! Воин может владеть оружием, но ученый вначале должен его создать!
– А почему бы не взять уроки настоящего боя? – вдруг спросила Ридли. – Тогда вы все будете готовы и к тем столкновениям, что случатся вне сцены.
– Теперь мы подошли к истинной причине моего визита, – сказал Гордон.
Глаза Олли загорелись.
– Вы хотите купить мое изобретение? Вот что я вам скажу: если вы будете обладать им – оно сделает вас повелителем мира.
– Отличная идея!
Ридли слегка кивнула.
– Что это? Я узнал, что у вас есть какая-то невероятная военная машина. Я должен ее увидеть. Если я ее не куплю, будьте уверены, ваш секрет останется в тайне.
– С этими деньгами я смогу поставить на свою коляску новые устройства, над которыми сейчас работаю. Может, даже смогу сделать так, чтобы она превращалась… в гоночную машину… в самолёт… В танк! Тогда никто больше не рискнёт с нами связываться. – Она покосилась на Тео, который снова смотрел куда-то в пустоту. – А ты что скажешь, Тео? Ты бы на что потратил призовые деньги?
Тео вернулся в реальность.
– Будем надеяться, – усмехнулся ученый. Он наклонился вперед. Глаза его азартно сверкали. – Дружище, я сделал такое оружие, которое затмит все остальное. Пойдемте, вы должны увидеть его сейчас же, немедленно.
– Научился бы прыгать с парашютом, – ответил он, огляделся в поисках тёмной фигуры, а затем спустился на пару ступенек и подобрал упавшего мишку. – Итак, на чём мы остановились?
Старик вскочил на ноги с проворством, удивительным для его возраста.
– Хочешь ещё раз отработать финал? – спросила Ридли. – У тебя почти получилось.
Слово неприятно отдалось в ушах. «Почти» – звучит как оскорбление. Но они с Ридли были давними друзьями, и Тео знал, что она не специально.
– Пойдемте.
– Раньше я уже исполнял этот номер, – сказал Тео. – Сейчас я просто отвлёкся. Пусть пока кто-нибудь из вас порепетирует.
Гордон прошел за ним в небольшой узкий коридор. Перед тяжелой дверью ученый остановился.
Ридли выехала вперёд и устроила целое представление, извлекая связку бананов из кармашка на спинке коляски. Затем она попросила добровольца (Лейлу) взять один и очистить его. Но когда Лейла потянула за кожуру, фрукт рассыпался по полу множеством аккуратно порезанных кружков.
– Сейчас вы увидите то, что никто, кроме меня, еще не видел, – объявил он. – Но если вы замыслили предательство, лучше вам не входить.
Следующим выступил Картер. С головы до ног он закутался в большой шёлковый плащ и попросил близнецов сорвать его. Когда они это сделали, голова Картера исчезла! Он спотыкаясь забегал по беседке, пока не наткнулся на Иззи, которая всё ещё держала его плащ. Снова замотавшись в него, через пару секунд Картер отбросил плащ в сторону – голова вернулась на место.
– Ведите меня, – коротко сказал Гордон.
– Потрясающе! – воскликнула Ридли.
Ученый повернул замок и широко распахнул дверь. Гордон вошел в большую, ярко освещенную комнату. Старик последовал за ним и закрыл за собой дверь. Щелкнул замок.
– Благодарю! – отозвался Картер. – Я несколько недель работал над этим номером.
– Обратите внимание на дверь, мистер Гордон, – сказал старик.
– Может, отработаем финал? – предложила Лейла.
Гордон взглянул на нее. Дверь была обита листовой сталью, на ней не было ни ручки, ни замка, ничего в этом роде.
– Да, тебе нужно ещё порепетировать, – сказала Ридли, – но точно ли мы хотим ставить твой номер последним?
– Стены обшиты сталью, – сказал ученый. – Это единственная дверь. Оба окна задраены намертво. Я, и только я, знаю секрет этой двери. Если меня здесь убьют, мой убийца не сможет отсюда выбраться.
– Мы можем это позже решить, – сказала Лейла, – пока же… – она указала на Тео, подавая ему сигнал.
Гордон оглядывал большую комнату, подмечая каждую деталь. Она была уставлена, но не переполнена столами, шкафами и стойками с научными приборами. Повсюду лежали книги по разным отраслям знаний, тут и там разложено оружие. Некоторое отличалось очень странной конструкцией.
Тот вскинул скрипку, и по скверу разнёсся визг неудавшейся ноты. Прохожие на противоположной стороне улицы настороженно замерли.
В углу стоял какой-то очень большой предмет. Он был покрыт тяжелой темной бархатной накидкой, но даже в таком виде казалось, что под ней скрывается что-то зловещее. Гордон долго его разглядывал.
– Идите куда шли! – громко крикнула Ридли. – Не на что здесь смотреть!
Ученый прошел вперед и встал перед закрытым предметом.
Лейла закатила глаза на обычную грубость Ридли и продолжила. Её номер воспроизводил события, произошедшие несколько недель назад. Тогда в Волшебный магазинчик мистера Вернона пытались вломиться приспешники Калагана, известные всем хмурые клоуны, чтобы украсть записную книжку мистера Вернона.
– Под этой тканью, – сказал он, – находится нечто, по сравнению с чем танки, шрапнель, газы и подводные лодки станут детскими игрушками!
Гордон шагнул вперед и остановился возле стола. Он машинально отметил, что на столешнице лежат три или четыре средневековых меча. Длинные, массивные обоюдоострые мечи.
Тео сопровождал номер мрачной скрипичной мелодией, пока Лейла быстро связывала клоунов (которых изображали Картер, Олли, Иззи и Ридли) мягкой белой верёвкой. Герои, которые сейчас изображали злодеев, выстроились в шеренгу и вытянули перед собой руки.
– Показывайте, – сказал он.
– Добрые жители Минеральных Скважин! – обратилась Лейла к немногочисленным прохожим. – Нашему волшебному клубу нужен доброволец, чтобы проверить надёжность этих узлов. Кто-нибудь желает нам помочь?
Ученый взялся за ткань и драматическим жестом сдернул ее.
Люди, стоявшие поодаль, растерянно смотрели на детей, не решаясь подойти. Но всё же несколько знакомых мальчишек пересекли улицу и направились к беседке.
Там стояло нечто похожее на металлическую статую, около восьми футов в высоту.
Смычок Тео соскользнул, струны жалобно вскрикнули.
Отлитая в металле фигура человека казалась произведением искусства, более того – шедевром талантливого скульптора. Лицо статуи устрашало, в нем не было ни единой линии или черточки, указывающей на мягкость или слабость. Лицо, отражающее грубую первобытную жестокую силу. Злобное, сильное лицо.
– Мы! Мы поможем! – крикнул самый высокий мальчишка, приближаясь в компании своих товарищей. Тео узнал их: хулиганы, которые всё лето доставали Неудачников. Внутри как будто что-то оборвалось.
Казалось, что части этой скульптуры отлиты из стали; плечи, шея, локти, бедра, колени, лодыжки и пальцы были защищены стальными пластинами, чем-то напоминавшими средневековые доспехи.
Крепко связанные Картер, Олли, Иззи и Ридли тоже забеспокоились. Но Лейла махнула рукой, приглашая высокого хулигана в беседку.
– Ну, – сказал ученый нетерпеливо, – что вы об этом думаете?
– Поднимайся, – сказала она. – Как тебя зовут?
– Что такое, не понимаю, – заметил Гордон. – Я вижу только статую, замечательную статую. Я в восторге, но это всего лишь статуя, подобная тем, которые я вижу на улице каждый день, за исключением лица.
– Ты знаешь, что меня зовут Тайлер, – буркнул он.
Старик вскочил:
Тео помнил, что эти мальчишки – одноклассники Лейлы. Он-то сам учился в частной школе, поэтому пересекался с ними нечасто.
– Статуя! Глупец! Смотрите, эта \"статуя\" из металла! Из какого?
Лейла шепнула:
Гордон постучал по ней. Глаза его загорелись неподдельным интересом.
– Только без шуток, Тайлер.
– Сперва я подумал, что это гарвардская сталь, но теперь я не уверен.
Тот ответил ей в тон:
– Но я же такой смешной! – и широко улыбнулся, обнажая зубы.
– Гарвардская сталь! Вздор! Это сталь моего изобретения. Вдвое прочнее, чем сталь Круппа. Ее нельзя взорвать гранатой. Ее нельзя пробить пулей. Слушайте, я открою вам секрет Железного воина.
– Ты смешно выглядишь, – процедила Ридли, и Тайлер недовольно зыркнул на неё. Тео хотел было вмешаться, потребовать, чтобы тот убрался со сцены, но не смог пошелохнуться.
Гордон подошел ближе. Старик заговорил, повернувшись к своему посетителю:
Лейла проговорила срывающимся голосом:
– Под железной оболочкой этой человекоподобной машины скрывается невероятно мощный двигатель. Такого двигателя вы не знаете. Он работает не на паре, не на бензине и не на электричестве. А на чем? Угадайте.
– Пожалуйста, Тайлер, проверь узлы и убедись, что я надёжно связала своих друзей.
– Радий, – предположил Гордон, глаза его заблестели.
– С радостью, – ухмыльнулся мальчик и с такой силой дёрнул верёвку на руках Картера, что та впилась в его кожу.
– Ай! – вскрикнул Картер.
– Да, радий! Но радий концентрированный, и его сила увеличена в тысячу раз. Ни один человек на земле, кроме меня, не знает тайну концентрации радия. Этот двигатель, который я не буду описывать, имеет антенны, такие, как в радио, но меньше. Здесь, – он повернулся к прибору, который представлял собой сложный набор ручек и рычагов, – пульт управления моей машиной. Вы пока не понимаете. Но вы поймете. С помощью этого пульта я могу заставить моего Железного воина двигаться с той скоростью, с какой я захочу. Я могу регулировать его скорость, поворачивать куда захочу, могу заставить его вернуться назад. К нему не подведены провода. Этот автомат радиоуправляем!
– Эй! – вмешалась Ридли. – Перестань!
Ах, поймите, наконец, этот автомат, этот Железный воин, пойдет прямо в том направлении, куда я его пошлю. Ни бомбы, ни гранаты, ни шрапнель не остановят его. Они могут взорваться у его ног, но он автоматически поднимется. Он будет разрушать укрепления, взбираться по стенам и горам, переходить вброд реки. Ничто не остановит его, кроме простого нажатия руки на определенный рычаг пульта. Вы понимаете, какое огромное преимущество имеет эта машина? Река может остановить танк, но мой автомат пройдет через нее. Как вы думаете, сколько армий может состязаться с тысячью таких воинов? Смотрите, я вкладываю меч ему в руку. – Он взял большой меч и, вложив рукоять в ладонь металлической руки, сжал железные пальцы. Каждый палец щелкнул, ложась на рукоять меча.
Старый ученый подошел к пульту управления и повернул рычаг.
Тайлер перешёл к Олли и Иззи, затягивая потуже узлы у них на лодыжках.
Гордон отшатнулся, когда огромная рука поднялась и опустилась; длинный меч со свистом рассек воздух. Металлическая рука поднималась и опускалась, поднималась и опускалась без малейшей остановки. Затем старик снова коснулся рычага, и рука внезапно остановилась; меч замер на полпути.
Близнецы в голос вскрикнули.
– Каков воин, а? Вы сами воин, что вы сделаете против такого солдата?
– Довольно! – Лейла попыталась оттеснить парня в сторону, но тот грубо её оттолкнул. Тео почувствовал, как в нём закипает гнев. Он дёрнулся было в их сторону, собираясь ударить этого гада по голове смычком, но внезапно придумал кое-что получше…
Гордон покачал головой.
– Думаете, вы одни такие волшебные! – фыркнул Тайлер. – Да вы ничем не лучше нас! – Его дружки согласно расхохотались.
– Вы сильный человек? – внезапно спросил старик.
– Мы этого никогда не говорили, – ответила Лейла. – Мы просто хотим дарить людям улыбки.
– Разве я похож на силача? – в свою очередь спросил Гордон несколько раздраженно; он не любил, когда ему задавали подобные вопросы.
– Миссия выполнена, – хмыкнул Тайлер, – я улыбаюсь.
А вот Лейла уже нет.
– Нет, не особенно. Но ваше на первый взгляд не слишком крепкое телосложение обманчиво. Вы сложены для скорости, а не для силы. О, вы быстры. Я знаю, что на Востоке вас называют Эль Борак – Быстрый! Но все же вы сильный человек. Вы убивали вооруженных людей голыми руками. Ваша сила удивительна. Однако в схватке с моим автоматом вы будете так же беспомощны, как девушка, оказавшаяся в руках воина. Смотрите.
– Недолго же вам осталось, – пробормотала она и, кивнув связанным Неудачникам, хлопнула в ладоши над головой.
Он повернул еще один рычаг, и левая рука машины поднялась. Пальцы раскрылись, поискали что-то на боку, сжались, и рука качнулась назад и вперед, как при броске.
Картер, Олли, Иззи и Ридли совершили одно неуловимое движение.
– В мешке на боку будут находиться бомбы, – сказал старый ученый, заставляя автомат остановиться. – Представьте себе, что, если тысяча таких машин пойдет в атаку на армию, безостановочно их бросая? Или распыляя газы? Или даже просто развивая огромными мечами?
И верёвки исчезли! Четверо друзей, свободные, точно птицы…
– Чудо, – сказал Гордон. – Только...
Кстати, о птицах…
– Только что? – резко спросил старик.
– Вы уверены, что можете держать эту штуку под абсолютным контролем? Ведь будет ужасно, если она вдруг нападет наугад, бросая бомбы и размахивая направо и налево таким вот мечом.
Тео распахнул смокинг, освобождая белых голубей, которых он держал до самого финала. Те закружились под крышей беседки. Вдруг Тео цокнул языком, и они немедленно спикировали на Тайлера. Тот побежал от их острых когтей и клювов, запнулся о ступеньку и повалился на своих дружков. Всей кучей они рухнули на траву.
– Вздор! – вскричал раздраженно ученый. – Вы думаете, я дурак?
– А ведь точно! – бросил Олли хулигану. – Ты и правда очень смешной!
Гордон пожал плечами и не ответил.
– Настоящий мешок смеха! – поддержала брата Иззи.
– Так вы думаете, я дурак? – закричал старик в ярости.
Голуби выпорхнули из беседки и закружились над сквером. Поднявшись на ноги, Тайлер ткнул в Тео пальцем.
– Нет, я знаю, что вы не дурак, – ответил Гордон. – Если я чем-то вас обидел, прошу, примите мои извинения. Но я все-таки не могу поверить, что это изобретение может быть до такой степени усовершенствовано, что вы полностью контролируете машину. А что, если она все же выйдет из-под контроля?
– Ты об этом ещё пожалеешь!
– Нет, сэр, – возразил ученый. – Она полностью под моим контролем, так же как и любой неодушевленный предмет.
Одёрнув смокинг, Тео высунул язык и издал долгий, музыкальный звук, который в иной ситуации можно было бы посчитать неприличным. Он даже взмахнул смычком в воздухе, точно дирижёр. Это было так неожиданно, что хулиганы застыли на месте, уставившись на него.
– Человек может вызвать бурю, – сказал Гордон, – но он вряд ли сможет ее удержать. Поймите меня, сэр, я сознаю, что это величайшее изобретение века, и считаю, что вы один из величайших ученых, которые когда-либо жили на земле. Но ведь возможна какая-нибудь ошибка.
Видите ли, друзья мои, это был отвлекающий манёвр – уловка любого волшебника. Хулиганы замерли, голуби заметили сигнал Тео – взмах смычка – и тут же всё поняли.
Это только увеличило ярость старика.
Густые белые капли полились на головы хулиганов. Плюх! Плюх! Плюх!
– Глупец! – взвизгнул он. – Вы думаете, что в моей машине может быть ошибка? Вот смотрите!
– Фу-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у, – закричал один из них, поднимая голову, но одна из капель в этот момент упала точнёхонько ему на нос.
Он повернулся к пульту управления и дернул рычаг. Огромный автомат пошел по комнате большими размеренными шагами.
– Что это? – спросил другой, стирая липкую жижу с волос.
Двигались только ноги; руки были неподвижны – одна свисала вдоль бока, а другая застыла в воздухе, сжимая меч. Он подошел к ученому.
– Эти птицы! – взвизгнул третий. – Они… они гадят на нас!
Старик повернулся к Гордону.
– Вы видите? – усмехнулся он, нажимая на рычаг управления.
– Мерзость какая! – прокричал Тайлер. – Бежим!
В это время рука старика случайно коснулась другого рычага. Железная рука качнулась вниз! Старый ученый был слишком близко к автомату, чтобы получить удар мечом, но огромная рука, скользнув по его голове, тяжело опустилась и разрушила приборную доску.
Хулиганы тут же кинулись врассыпную. А голуби уселись на крышу беседки, ожидая дальнейших указаний.
Неожиданно автомат стал быстро и размеренно ходить по комнате; меч рассекал воздух, поднимаясь и опускаясь.
– Всё в порядке? – спросил Тео у друзей.
С невероятной скоростью Гордон отпрыгнул назад и схватил ручной пулемет. Звуки выстрелов повторились эхом, а пули, со звоном ударяясь о сталь, отскакивали и врезались в стены.
– Запястья немного натёр, – пожаловался Картер. – Зато номер с верёвкой получился как надо.
Гордон с таким же успехом мог стрелять катышками из бумаги. Пули не причиняли машине никакого вреда. Она шла прямо на него. Одна рука сжимала меч, а другая по какой-то непонятной причине описывала круговые движения, лязгая о железную грудь автомата. Поломка пульта управления освободила Железного воина, и теперь он как будто метался в ярости.
Старый ученый лежал там, где упал, – поперек разбитого пульта. Гордон пробрался через комнату к двери. Но как только он попытался открыть ее, ему вспомнились слова ученого: \"Только я знаю секрет этой двери. Если меня здесь убьют, убийца не сможет отсюда выбраться\".
– Вы отлично справились! – радостно улыбнулась Лейла, вытягивая обратно верёвку из специального отделения в коляске Ридли. – В таких-то условиях!
Гордон понял, что он в ловушке. Он замурован наедине с железным чудовищем!
– Условиях?! – фыркнул Картер. – Эти условия больше походили на издевательства.
Началась одна из самых странных битв, какие когда-либо происходили на земле. Гордон принимал участие по крайней мере в сотне боев и сражений. Много раз он вступал в бой и всегда выходил победителем. Но никогда в жизни ему не приходилось сражаться подобным образом, в комнате, в Нью-Йорке, ни разу он не боролся за свою жизнь с машиной, которую никогда еще не видел мир, с Железным воином, более ужасным, чем тысяча вооруженных людей.