Полный контроль — полное подчинение другого существа своей воле, телепатическое и телекинетическое управление им. Перцептация и телепатический контроль описаны Стерлингом Ланье в «Путешествии Иеро».

– Ты сделал это под дулом пистолета, – напомнил Игнатенко Аркан.

Глава 35

– Да? Разве? – ярость на мгновение блеснула в глазах полковника, но он постарался ее скрыть. – Может быть. А может быть, и нет. Я ведь как-никак тоже солдат и отлично понимаю, кто заслуживает скорейшего дембеля…

СДЕЛАЮ несколько замечаний об экстраментальных явлениях. Если говорить о реальности, не о фантастике, то нам до сих пор в точности неизвестно, существует ли телепатический феномен. Почему? Вот вероятное объяснение. Если предположить, что телепатия есть врожденный дар младенца, то такой ребенок неизбежно вырастет идиотом, так как в младенчестве не способен защитить (заэкранировать) свой разум от лавины мыслей окружающих (если только такая экранировка тоже не является врожденным свойством). Лишь в том случае, когда телепатический талант проявляется в более зрелом возрасте, его носитель успевает обучиться защитным процедурам и становится настоящим, полноценным телепатом.

– Только не надо про то, что ты солдат и все такое прочее. Из-за тебя погибли ребята. И этого я, полковник, тебе не забуду никогда.

В отличие от телепатии, врожденный дар телекинеза не сводит ребенка с ума, и я полагаю, что телекинетиков существует довольно много. Некоторые из них (возможно, подавляющее большинство) не осознают своих способностей, которые просыпаются только в момент сильного волнения и стресса; тогда они, сами того не ведая, начинают хаотически манипулировать предметами и энергетическими полями. Не этим ли, кстати, объясняется полтергейст?

После ухода Бирда я обнаружил, что не могу заснуть, но мне было слишком уютно, чтобы шевелиться. Я слушал, как по деревне едут грузовики: треск переключателя скоростей, когда они доезжали до угла, скрип тормозов на перекрестках и восходящие ноты, когда водитель видел, что дорога пустая, и прибавлял скорость, и наконец плеск, когда они въезжали в лужу у знака «Осторожно, дети». Каждые несколько минут очередной грузовик съезжал с магистрали, зловещая чужеродная сила, которая никогда не останавливалась и казалась враждебной обитателям деревни. Я взглянул на часы. Пять тридцать. В отеле царила тишина, лишь дождь легонько стучал в окно. Ветер вроде бы перестал, но мелкий дождик продолжал моросить, как бегун на длинные дистанции, обретший второе дыхание. Я долго лежал без сна, обдумывая ситуацию. Внезапно я услышал в коридоре мягкие шаги. Потом возникла пауза, и я увидел, как дверная ручка тихо поворачивается.

– Хочешь так считать – считай. Твое право.

Наконец замечу, что телепат всегда ведает о своем даре, если только он не малое дитя; телепату совершенно ясно, что он воспринимает мысли окружающих, и проверить этот факт ему нетрудно. Но свойства телекинеза, телетаксиса и теледеструкции могут быть неосознанными, хотя и очень сильными — особенно в том случае, когда они проявляются эпизодически; тут гораздо труднее установить причинно-следственную связь, чем в случае телепатии. Теперь я вправе высказать гипотезу, что ряд катастроф и стихийных бедствий вызван каким-нибудь «синоптиком»-адвектом, который часто ссорится с женой. Возможно, этот дар передается в определенной семье из поколения в поколение, как таланты Хогбенов (персонажей Генри Каттнера)? Возможно, все члены данного семейства очень раздражительны? Возможно, они обитают где-нибудь неподалеку от Бермудского треугольника, который является чудовищных размеров полтергейстом?..

— Вы спите? — негромко окликнул меня Кван.

Но дай и мне возможность кое-что тебе объяснить.

ТЕПЕРЬ перейдем к явлениям феноменальным, то есть к самым необычным ПЯ. Это:

Интересно, подумал я, а не разбудил ли его мой разговор с Бирдом? Стенки тут тонкие. Кван зашел в комнату.

– Я слушаю вот уже пять минут, но ничего конкретного пока не услышал.

— Я бы хотел выкурить сигаретку. Не могу уснуть. Я спускался вниз, но там никого нет. И машины тоже нет.

– Потому что ты меня все время перебиваешь.

Интуитивизм — способность мгновенно приходить к верным выводам и решениям, независимо от профессиональных знаний и минуя цепочку логических рассуждений (Айзек Азимов «Сами боги»). К носителям этого дара относятся: «механики» — люди, интуитивно постигающие назначение любого механизма, способные отыскать в нем неисправность и ликвидировать ее; «финансисты» — люди, владеющие талантом к приумножению богатств; дайнджеры — те, кто предчувствует опасность (Александр Громов «Год Лемминга», Михаил Ахманов «Скифы пируют на закате»).

Я протянул ему пачку «Плейерс». Он открыл ее, достал сигарету и прикурил. Похоже, уходить он не спешил.

Слушай. Ты вернешься в Москву. Она, я тебя уверяю, преобразилась. Я туда часто езжу, все вижу, могу сравнивать. Вот недавно в газете данные напечатали – после Парижа Москва стала самым дорогим городом в Европе.

Психоамфиболия — двойственность; размещение в одном мозгу двух или нескольких разумов либо распараллеливание процесса мышления (кибернетический аналог — многопроцессорные системы). Подобный случай описан Робертом Шекли в «Четырех стихиях».

– И что с того?

— Не могу заснуть, — повторил он, уселся в обитое искусственным материалом кресло и принялся смотреть на дождь за окном. На раскинувшемся ландшафте ничто не шевелилось. Мы довольно долго сидели молча, потом я спросил:

Прекогнистика — предвидение и предсказание будущего. Добавлю, что в данном случае будущее предстает в виде связной картины, а не в виде предчувствий, как у интуитивистов.

– Как будто ты не понимаешь!

— Когда вы впервые встретились с Даттом?

Долгожительство — имеется в виду активная жизнь в течение нескольких столетий или даже бессмертие (Роберт Хайнлайн «Достаточно времени для любви», Альфред Ван-Вогт «Оружейники»).

– Нет.

Казалось, он был рад поговорить.

Акциденция — осознанный или неосознанный дар управления случайностями, приносящий человеку особую удачу. Носителей этого свойства можно назвать «везунчиками» (Ларри Нивен «Мир-кольцо»).

– Ну не будешь же ты после возвращения расхаживать по столице в этой своей рваной и грязной форме! А знаешь ли ты, сколько стоит более или менее приличная одежда? А знаешь ли ты, сколько стоит теперь вечерок в более или менее приличном заведении? А знаешь ли ты, какие запросы стали у более или менее приличных московских девушек?

— Во Вьетнаме, в 1954 году. Вьетнам тогда был сушим кошмаром. Французские поселенцы все еще находились там, но уже начали понимать неизбежность поражения. Не важно, какой у них опыт, но проигрывать французы так и не научились. Вы, британцы, проигрывать умеете. В Индии вы показали, что вам кое-что известно об искусстве компромисса, а французы так ничему и не научились и не научатся. Они знали, что им придется уйти, и поэтому все сильнее злобствовали. Становились все больше и больше одержимыми. Они твердо вознамерились не оставлять ничего: ни больничного покрывала, ни доброго слова.

Гетерохрония (многовременье) — управление временем. Частный случай — контрамоция, жизнь в обратном потоке времени (Аркадий и Борис Стругацкие «Понедельник начинается в субботу»).

– Не знаю. Приеду – узнаю.

– – Вот видишь! Да, узнаешь. Узнаешь – и за голову схватишься!

ПРЕДЛОЖЕННАЯ мной классификация, разумеется, несовершенна, но она наводит хотя бы какое-то подобие порядка в мире ПЯ. Завершая статью, я хочу также обратить внимание читателей на то, что в ней не фигурировали слова «умение» и «искусство». Умению и искусству можно научиться, а паранормальные качества не обретешь ни в школе, ни в университете. Пока не обретешь, а может быть — и никогда. Это врожденный талант, Дар Божий. Или, если угодно, Божья Кара.

В начале пятидесятых Вьетнам был китайской Испанией. Итог был совершенно очевиден, и наши партийные товарищи считали делом чести отправиться туда. Это значит, что партия высоко нас ценила. Я вырос в Париже и владею французским в совершенстве. Я мог свободно передвигаться. Я работал на одного старика по фамилии де Буа. Он был чистокровным вьетнамцем. Большинство членов партии брали вьетнамские имена, невзирая на свое происхождение, но де Буа подобная ерунда не интересовала. Таким уж он был человеком. Сам член партии с детских лет, советник компартии. Чисто политик, никакой военщины. Я был его секретарем — это большая честь. Он использовал меня, как мальчика на побегушках. Видите ли, я ученый, у меня неподходящий для военного склад ума, но это было почетно.

– Почему тебя это так волнует? – подозрительно прищурился Аркан. – Чего ты от меня хочешь?

Книжное обозрение, 1998, 38, с. 16

Датт жил в небольшом городке. Мне было приказано связаться с ним. Мы хотели наладить контакт с буддистами в том регионе. Они были отлично организованы, и нам тогда говорили, что они нам симпатизируют. Позже война стала более определенной — Вьетконг против американских марионеток, — но в ту бытность вся страна представляла собой сборище разных группировок и фракций, и мы пытались их объединить. Единственным общим у них была ненависть к колонизаторам, точнее, к французским колонизаторам. Французы сами сделали за нас нашу работу. Датт был своего рода мягкотелым либералом, но имел определенное влияние на буддистов — был чем-то вроде гуру, и они уважали его за знания. И, что куда более важно для нас, он не был католиком.

– Теперь у тебя в руках огромное богатство, – не смутился полковник. – Ты запросто сможешь одеться, купить себе машину, мебель или даже квартирку. Ты сможешь начать жизнь не с нуля, а… Ты же видел, как строят дома – сначала закладывают фундамент. И чем прочнее, чем мощнее фундамент, тем лучше и богаче, тем надежнее и долговечнее получается дом.

– Что мне до этого?

Так что я оседлал велосипед и крутил педали все шестьдесят километров до Датта, но город — не самое подходящее место, куда стоило появляться с винтовкой, так что в паре миль от городка, где обретался Датт, я остановился в маленькой деревушке. Деревушка была такой крохотной, что даже названия не имела. Разве не удивительно, что деревушка может быть настолько маленькой, чтобы не иметь названия? Я остановился и оставил ружье у молодого парня. Он был одним из наших. Коммунист. Ну, в той степени, в какой человек может быть коммунистом, живя в деревушке без названия. С ним была его сестра. Невысокая девушка с бронзовой, почти красной кожей. Она все время улыбалась и пряталась за спину брата, выглядывая оттуда, чтобы разглядеть мое лицо. Лица китайцев-хань тогда там были еще непривычным зрелищем. Я отдал ему винтовку — старый хлам, оставшийся еще со времен японской оккупации. Я из него ни разу и не стрелял. Они помахали мне, и я поехал дальше.

– Нет-нет, не перебивай! – воскликнул Игнатенко. – Выслушай сначала.

Датта я нашел.

– Я пытаюсь слушать…