Когда таксист понес что-то про какие-то споры, найденные на комете с Марса, упавшей на Землю четыре года назад, Давид перестал слушать. Таксист оказался помешанным на всякого рода нездоровых сенсациях, а Давида совершенно не интересовали результаты засекреченных тестов.

А вдруг они решили произвести вскрытие? Или уже произвели?

Подъехав к Каролинскому институту, таксист попросил назвать точный адрес, и Давид ответил: отделение судебно-медицинской экспертизы.

Таксист подозрительно прищурился:

— Работаете там, что ль?..

— Нет.

— Слава богу.

— Почему?

Таксист покачал головой и продолжил доверительным тоном:

— Я вам так скажу — там те еще психи работают.

Когда Давид вылез из машины напротив безликого кирпичного здания, таксист многозначительно посмотрел на него и со словами: «Ну, удачи!» — покатил прочь.

Давид подошел к окошку регистрации и объяснил, зачем он здесь. Девушка в окошке понятия не имела, о чем речь, и долго обзванивала весь отдел, пока наконец не нашла нужного человека и не предложила Давиду присесть.

Вся обстановка приемной состояла из пары обшарпанных кресел. Эта казенщина так давила на психику, что Давид уже было решил выйти на улицу и подождать там, но тут за стеклянными дверями, ведущими в отделение, показался человек в халате.

Не отдавая себе в этом отчета, Давид сейчас ожидал увидеть какого-нибудь здоровенного мясника в окровавленном переднике, но вместо него ему навстречу вышла женщина — хрупкая, лет пятидесяти, короткие волосы с проседью, голубые глаза за стеклами внушительных очков. Никаких тебе пятен крови на белом халате. Она протянула Давиду руку:

— Здравствуйте. Элизабет Симонссон.

Давид ответил рукопожатием. Ладонь ее была жесткой и сухой.

— Давид. Я... Ева Зеттерберг — моя жена.

— Да, да, я знаю. Примите мои...

— Она здесь.

— Да.

Несмотря на всю свою решимость, Давиду стало не по себе — испытующий взгляд этой женщины пронизывал его насквозь, как рентгеновский луч. Он скрестил руки на груди, словно отгораживаясь от нее.

— Я бы хотел с ней повидаться.

— Сожалею. Я понимаю ваше желание, однако это невозможно.

— Почему?

— Потому что в настоящий момент мы все еще проводим... обследование.

Давид поморщился — небольшая заминка перед словом «обследование» не ускользнула от его внимания. Женщина собиралась что-то добавить, но Давид перебил ее, сжав кулаки:

— Вы не имеете права!

Женщина наклонила голову:

— О чем вы?

Давид махнул рукой на стеклянные двери, где, по-видимому, находилась лаборатория.

— Вы не можете производить вскрытие живого человека!

Женщина моргнула и вдруг повела себя совершенно неожиданно. Она расхохоталась. Ее маленькое личико на мгновение покрылось сеткой веселых морщинок, которые тут же исчезли. Она махнула рукой, произнесла: «Извините», поправила очки на носу и продолжила:

— Я понимаю, что вы обеспокоены, но, уверяю вас... для этого нет ни малейшего повода.

— И что же вы тогда с ней там делаете?

— Я уже говорила — мы проводим обследование.

— Но почему именно здесь?

— Видите ли... вот я, к примеру, токсиколог, выявляю чужеродные субстанции в телах умерших. Мы обследуем вашу жену на предмет — скажем так, посторонних веществ в организме. Чего-нибудь такого, чего там быть не должно. Точно так же, как мы поступаем в случаях подозрения на насильственную смерть.

— Но... вы же, наверное, при этом животы вспарываете?..

Женщина чуть поморщилась от такой формулировки, но ответила:

— Приходится. Такова процедура. Но в данном конкретном случае... мы располагаем оборудованием, не имеющим аналогов в других больницах. Оно позволяет нам добиться результатов, не прибегая к — хм — вспарыванию животов.

Давид сел в кресло, уронив лицо в ладони. Чужеродные субстанции, вещества... Он никак не мог понять, чего добиваются врачи. Но в одном он был уверен:

— Я хочу ее видеть.

— Если вас это утешит, — голос врача чуть смягчился, — в настоящий момент все ожившие изолированы. До тех пор, пока мы не разберемся, что к чему. Так что вы не одиноки.

Давид криво усмехнулся:

— Что, заразы боитесь? Бактерии?

— И это тоже.

— А если мне плевать на ваши бактерии? Если я все равно хочу ее видеть?

— Боюсь, это не поможет. Прошу меня извинить. Я понимаю, что вы...

— Очень сомневаюсь, что понимаете.

Давид поднялся и направился к двери. Прежде чем выйти, он обернулся:

— Возможно, я ошибаюсь, но, по-моему, вы не имеете права так поступать. Я... Я буду жаловаться.

Женщина не ответила, лишь молча смотрела на него взглядом, исполненным сострадания, чем окончательно вывела Давида из себя. Хлопнув дверью так, что она чуть не слетела с петель, он вышел на улицу.

Приложение 1

— Смотри-ка, вон сидит Фингал Ульсон. — Фингал Ульсон? Так он же помер? — Да как же помер, когда шевелится? Хассе и Таге[22]
ОБЗОР ПРЕССЫ

[Из газеты «Афтонбладет» от 14 августа 2002 г. ]



ИЗВЛЕЧЕННЫЙ ИЗ МОГИЛЫ ТРУП СОВЕРШАЕТ ПОПЫТКУ К БЕГСТВУ

Сегодня ночью представители вооруженных сил произвели эксгумацию могил



Тело престарелого гражданина, скончавшегося полтора месяца назад, было извлечено из земли с заметными следами разложения. Несмотря на это, он не только подавал признаки жизни, но даже попытался сбежать от военнослужащих, которые извлекли его из могилы.

Этой ночью на кладбище Скугскиркогорден разыгралась не одна подобная душераздирающая сцена — военные начали работы по вскрытию около 200 могил.

«Это ужасно, ничего страшнее я в жизни не видел», — признается один из военнослужащих, принимавший участие в эксгумации.

В два часа ночи оправдались худшие подозрения властей: покойники, преданные земле, действительно вернулись к жизни. Корреспондент «Афтонбладет» находился на месте происшествия в тот момент, когда представители вооруженных сил начали проведение операции на кладбище Скугскиркогорден.

Первым человеком, извлеченным из земли, оказался 87-летний старик. Несмотря на то, что с момента похорон прошло более шести недель, он подавал признаки жизни. На теле присутствовали заметные следы разложения. Старик совершил попытку покинуть кладбище, но был задержан военнослужащими. В процессе борьбы плоть ожившего частично отделилась от кости. При помощи савана военнослужащим удалось повалить старика на землю. Для задержания ожившего потребовалось два человека.



Попытка к бегству

«Боюсь, у нас нет другого выхода, хотя данное решение является временным», — заявил полковник Юхан Стенберг в ответ на вопрос об ограждении, возводимом военнослужащими на территории кладбища. Инженерные войска приступили к строительству огражденного участка, предназначенного для содержания извлеченных из земли покойников. Эксгумационные работы продолжаются, но принято решение не вскрывать извлеченные из могил гробы до завершения строительных работ.

«Конечно, это неприятная мера, но что нам остается делать?» — добавляет полковник Стенберг, пожимая плечами.

В половине третьего ночи строительные работы были завершены. К этому времени кладбище заполнили военные. Как ни странно, машин «Скорой помощи» на месте происшествия замечено не было. Военные приступили к вскрытию гробов, и их взгляду предстало ужасное зрелище. Несмотря на то, что ожившие еле держались на ногах, они прилагали отчаянные усилия, чтобы выбраться с территории кладбища. Несколько попыток к бегству было успешно предотвращено присутствующими военными.



Психика не выдерживает

— Это просто ад какой-то, — произнес молодой военнослужащий, сидящий возле ограждения с безучастным выражением на лице.

Пятнадцать оживших мертвецов за его спиной взирали на нас своими пустыми глазницами. Молодой человек бросился на землю ниц и заткнул уши руками.

— Мы это предвидели, — заявил Юхан Стенберг. — Именно поэтому мы призвали сюда столько народу. А парня жаль. Психика не выдержала. Мы были готовы к таким ситуациям.

Заявление полковника звучало крайне неубедительно.



Прибытие «Скорой помощи»

До прибытия машин «Скорой помощи» из земли были извлечены еще три гроба. На территории кладбища периодически вспыхивали неожиданные конфликты, часть которых потребовали вмешательства командования.

На момент репортажа на кладбище Скугскиркогорден царил полный хаос. Нескольким мертвецам удалось покинуть территорию кладбища. Жителям окрестных районов рекомендуется запереть двери на все замки.

Работы по эксгумации на кладбище Скугскиркогорден предполагается завершить в течение сегодняшнего дня, после чего будет произведено вскрытие могил на оставшихся 18 кладбищах города.



[Первая полоса, «Экспрессен»]



Сегодня ночью произошло невозможное. 2000 граждан Швеции, усопших и даже преданных захоронению, вернулись к жизни. Как такое могло случиться и чем все это закончится, остается лишь гадать, но уже сейчас имеет смысл задаться ключевым вопросом: правомочно ли расценивать смерть как конец человеческой жизни?

По всей видимости, нет.

Одно из определений гласит: человек — это животное, единственное из всех живых существ осознающее свою смертность. События минувшей ночи вынуждают нас пересмотреть основы нашего существования.

Понятие «смерть» прежде всего подразумевает прекращение обмена веществ в организме. Если абстрагироваться от религиозных или мистических соображений, остается одно-единственное объяснение происходящему: биологический механизм, то есть наше тело, обладает способностью восстанавливать процесс обмена веществ. Мы еще не располагаем результатами медицинских исследований, но пока что все указывает на верность такой трактовки.

Таким образом, все «классические» признаки смерти можно считать недействительными, и, следовательно, нет никакой возможности подтвердить наступление смерти. Любой «умерший» может воскреснуть.

В 80-е годы в моду вошла криогенная заморозка. Состоятельные люди указывали в завещании, что после смерти их тела следует предать заморозке. И по сей день, в первую очередь в США, тысячи тел хранятся в замороженном состоянии.

Ничего удивительного, если данная технология, не раз подвергавшаяся осмеянию в научных кругах, обретет второе дыхание. Следует, по крайней мере, задуматься о возможном решении, которое бы позволило нам сохранить наши тела после смерти.

Не исключено, что ученым удастся определить, что послужило толчком к оживлению мертвой материи. Возможно, они даже смогут повторить опыт in vitro. Ничтожного количества крови больного, поборовшего серьезную болезнь, бывает достаточно для производства вакцины против болезни в целом. Нам довелось наблюдать, как тысячи людей побороли смерть. Чему нас научит этот опыт?

В современном обществе обращение с мертвым телом сводится, по большому счету, к его уничтожению — либо быстрому, посредством кремации, либо медленному, посредством разложения в земле.

В будущем каждый человек должен иметь возможность выбирать, как он хочет распорядиться собственным телом после смерти. Кто знает, возможно, через месяц, год или десять лет человечество изобретет средство от смерти. Вряд ли тогда найдутся сторонники кремации.



РАДИО



[Выдержки из утренних новостей, 06.00]



...Из военных источников поступила информация о том, что эксгумационные работы проходят в быстром темпе, к настоящему времени не вскрытыми осталось всего сто пятьдесят могил. Тем не менее в течение ближайших суток все кладбища города будут закрыты для посещений.

...На текущий момент двенадцать оживших граждан продолжают значиться в числе пропавших. В трех случаях речь идет о пустых могилах, найденных вскрытыми еще до проведения операции по массовой эксгумации.

...В Доме Правительства проходит пресс-конференция...



[Выдержки из утренних новостей, 07.00]



...Возле клиники Дандерюд собрались родные и близкие оживших. Главный врач Стен Бергваль сообщил корреспонденту программы новостей, что в настоящее время все посещения запрещены:

«Мы располагаем слишком ограниченными сведениями. В настоящий момент ожившие изолированы, но, смею вас заверить, им обеспечен самый лучший уход. Как только ситуация стабилизируется, больница откроется для посещений. Это может произойти сегодня, а может через месяц».

...Информация с только что завершившейся пресс-конференции:

МИНИСТР СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ: В результате правительственного совещания принято решение временно прекратить любые формы захоронения, а также кремацию. Несмотря на то, что четыре человека, скончавшиеся сегодня ночью после небезызвестных событий, пока не подают признаков жизни, мы полагаем...

КОРРЕСПОНДЕНТ: Скажите, а хватит ли вам морозильных камер для хранения тел?

МИНИСТР СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ: Да, в настоящее время места достаточно — как вы знаете, на данный момент морги города пустуют.

КОРРЕСПОНДЕНТ: Но что же будет дальше?

МИНИСТР СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ: Дальше мы придем к какому-нибудь решению. Думаю, вы понимаете, что в сложившейся ситуации многие проблемы приходится решать впервые.

...Полиции удалось разыскать двоих оживших, до сих пор числившихся среди пропавших. В обоих случаях родственники скрывали их в своих жилищах.



[Выдержки из утренних новостей, 08.00]



...Согласно заявлению персонала клиники Дандерюд, в течение ночи ситуация вышла из-под контроля. В ряде отделений совместная работа персонала была признана невозможной.

Ранее сегодня утром руководство больницы провело экстренное совещание, в результате которого было решено перераспределить персонал по разным отделениям клиники во избежание дальнейших конфликтов.

...Военные источники также сообщают, что при непосредственном контакте с группой оживших часто возникает необъяснимый феномен...

...Стен Бергваль заявляет о практических сложностях, связанных с содержанием оживших — в первую очередь с теми из них, кто был предан земле.

«Видите ли, с формальной точки зрения они мертвы, со всеми вытекающими отсюда последствиями для человеческого организма. Иными словами, на протяжении минувшей ночи мы прилагали все усилия, чтобы оперативно переоборудовать палаты под морозильные камеры... мы понимаем, что использование морга нежелательно из этических соображений, но... речь идет о двух тысячах человек...

...Представители похоронного бюро «Фунус» заявляют, что, разумеется, готовы следовать рекомендациям правительства, однако рассчитывают на оперативное решение вопроса, поскольку ситуация чревата административными сложностями.



ТЕЛЕВИДЕНИЕ



[Выпуск утренних новостей, ТВ-4]



[В студии: СТЕН БЕРГВАЛЬ (СБ), главный врач клиники Дандерюд, ЮХАН СТЕНБЕРГ (ЮС), полковник, РУНО САЛИН (PC), кандидат наук, автор многочисленных трудов по парапсихологии]

ВЕДУЩИЙ: Начнем с фактов. Сколько оживших находится сейчас в клинике Дандерюд?

СБ: Тысяча девятьсот шестьдесят два человека. Возможно, за время, проведенное в студии, в клинику поступили новые пациенты.

ВЕД: Насколько я понимаю, этой ночью несколько человек из числа оживших... скончались повторно?

СБ: Да, это так.

ВЕД: Вам известны причины?

СБ: Нет, к сожалению. Мы знаем лишь то, что речь идет об оживших, с самого начала находившихся... в плохой форме.

ВЕД: Откуда вам известно, что они скончались?

СБ (улыбается): При иных обстоятельствах я бы ответил «по ряду признаков», но в данной ситуации... Мозг человека излучает электрические импульсы, которые можно измерить посредством электроэнцефалограммы. Согласно классическому определению, со смертью человека электрическая активность мозга прекращается. Данные энцефалограммы показали, что в какой-то степени ожившие сохранили рудиментарную мозговую активность.

ВЕД: Юхан Стенберг, в городе ходят слухи о некоем телепатическом феномене?

ЮС: Так точно.

ВЕД: Правда ли, что ваши люди, находившиеся в непосредственном контакте с ожившими, приобретали способность читать их мысли?

ЮС: Нет, замеченный феномен распространялся исключительно на живых людей.

ВЕД: Не могли бы вы рассказать поподробнее о возникших конфликтах?

(ЮС смотрит на СБ, передавая ему слово).

СБ: Я, конечно, не знаю, что именно происходило на кладбищах, но у нас в клинике и в самом деле произошел ряд... инцидентов на почве расхождения во мнениях.

ВЕД: Вы хотите сказать, в связи с приобретенной способностью персонала читать мысли друг друга?

СБ: Как вы понимаете, в любом коллективе существуют проблемы и конфликты, и в крайне напряженных ситуациях они, естественно, всплывают на поверхность. У нас нет четких доказательств тому, что причиной конфликтов являлась именно способность читать мысли.

ВЕД: Руно Салин?..

PC: Должен признаться, меня удивляет, что два взрослых человека, сидящие в этой студии, отрицают очевидные факты лишь потому, что они не вписываются в их картину мира. А факты таковы: в местах больших скоплений оживших вокруг них возникает особое поле, способствующее телепатии. Я лично присутствовал в клинике Дандерюд и испытал этот феномен на себе.

ВЕД: Стен Бергваль, чем вы можете это объяснить?

СБ (вздыхает): Амплитуда электрической активности мозга оживших составляет от силы полмикровольта. Частота альфа-ритма варьируется от одного до двух герц. Таким образом, частотность можно сравнить с состоянием новорожденного, а амплитуду, то есть электрическую силу... с чем бы ее сравнить? Ну, скажем, с состоянием человека, которому осталось жить несколько секунд. До такой степени слаба амплитуда.

PC: Вы хотите сказать, что возникновение поля можно объяснить не силой электрической активности мозга оживших, а ее слабостью?

СБ: Я хочу сказать, что до сих пор нам никогда не приходилось наблюдать таких колебаний в организме взрослых живых людей. Я не исключаю того, что это могло повлечь за собой некие... побочные эффекты. Мы все еще ждем заключения из Каролинского института, где пытаются выяснить, каким образом в мертвом теле вообще возможна жизненная активность с биологической точки зрения. (Обращается к PC, с иронией). Впрочем, у вас, наверное, уже и на это есть объяснение?

PC: Да. Я считаю, что в тела вернулись души. (Смеется. ) Если бы я еще вчера утром заявил, что сегодня вечером мертвые восстанут из могил, думаю, вы бы меня сочли не только шарлатаном, но и любителем крепких спиртных налитков. Понятие души уходит корнями глубоко в века и по сей день почитается многими. Существуют доказательства возможности телепатии.

СБ: Доказательства?

PC: Шаткие, согласен, и все же. Нельзя полностью исключать такую возможность. Взять хотя бы воскрешение мертвых — вроде бы тоже невозможно, а вот, пожалуйста, они воскресли. И все равно вы отказываетесь признавать существование телепатии и наличие у человека души, считая это абсурдом.

ВЕД: Юхан Стенберг, каково ваше мнение на этот счет?

ЮС: Теологические дискуссии — не дело военных (смотрит на PC)... На это есть другие специалисты, куда лучше справляющиеся с задачей.

PC: Так вот — если душа существует, она должна состоять из материи, то есть какой-то формы энергии. Мозг не может являться источником вышеупомянутого поля. Так почему бы не допустить существование некой субстанции, находящейся вне тела и все же являющейся его частью, некой трансцендентальной материи, которая...

ЮС: Вы уж извините простого полковника, но я никогда не слышал, чтобы душа человека существовала вне тела.

PC: Не при жизни, конечно. Но мы ведь уже признали тот факт, что мозг человека функционирует несколько иначе в состоянии... воскрешения. Так почему же не допустить, что и с душой происходит то же самое? Если большое количество душ пребывает, так сказать, в подвешенном состоянии, витая над телами, то почему бы не предположить, что это явление может повлечь за собой, как бы поточнее выразиться...

ВЕД: Наше время подходит к концу. Последний вопрос: как вы думаете, чем все это вызвано? Юхан Стенберг?

ЮС: Я бы хотел воздержаться от ответа.

ВЕД: Стен Бергваль?

СБ: Как я уже сказал, мы все еще ожидаем результатов исследований.

ВЕД: Руно Салин?

PC: Произошла ошибка. Случилось нечто такое, что нарушило естественный ход вещей.

ВЕД: Думаю, мы все готовы подписаться под этим заявлением. А теперь — о погоде. Камилла?



КАМИЛЛА: Сегодня вечером на смену высокому давлению, вот уже несколько недель преобладающему в Стокгольме и области, придет низкое давление с запада. Ожидаются сильные дожди. Судя по спутниковым прогнозам...



[«Си-эн-эн» — «Новости в мире», 08:30 по шведскому времени]

...are now searching for a reason behind the bizarre events in the Swedish capital. At the moment none has been found, but the synchronized awakenings in different locations hint at a driving force. A military commander said this morning that it cannot be ruled out that this could be tied to terrorist activities...[23]

(Общий план кладбища Скугскиркогорден. Толпы оживших за ограждениями, военные среди могил)



[Испанское телевидение 08:30]

Mucha gente ha esperado рог la misma cosa a suceder en pueblos españoles. Pues, el fenómeno parece aislado a Estocolmo, donde los revividos durante la noche han crecido al total de dos mil personas. Ni los médicos ni los sacerdotes tienen explicaciones a dar a la multitud de los parientes que se han reunido al frente del hospital de Denderyd esta mañana...[24]

(Фотография с изображением толпы у клиники Дандерюд, изображение священника, горестно всплескивающего руками)



[ARD TAGESSCHAU 09:00]

...die Forscher, die heute Nacht damit beschäftigt waren, das Rätsel zu lösen. Auf der Pressekonferenz heute wurde mitgeteilt, daß einige Enzyme, die in toten Körper normalerweise zerstört sind, es in den Wiederlebenden nicht seien. Im Moment untersucht man, ob diese Enzyme tatsächlich dieselben sind, die lebendigen Körpern ihre Nahrung zuführen...[25]

(Архивная фотография из шведской лаборатории; ряды пробирок, закрепленных в штативах)



[TF1 Journal 13:00]

...qui sont sortis des cimetières et des morgues cette nuit. L\'Office du Tourisme Français déconseille à tout le monde d\'aller à Stockholm pour le moment. D\'autres villes suédoises ne semblent pas être atteintes de ce phénomène et là il n\'y_a pas de restrictions. Quand les habitants de Stockholm se sont reveillés ce matin, ils ont vu leur réalité changée. Pourtant la vie à la surface semble être retournee à la normale.[26]

(Перекрестный монтаж: общие планы кладбища Скугскиркогорден, толпы оживших за ограждениями, прохожие на улице Дроттнингсгатан).

14 авгучта II Скрытая сила ростка

And if I came back from the grave for a while, Would you, could you make a dead man smile? Ed Harcourt «This one\'s for you»[27]
Р-Н ВЭЛЛИНГБИ, 11.55

Прошло уже сорок пять минут, но Анна все не возвращалась. Малер забеспокоился. Он вышел на балкон, вглядываясь в ее окна напротив. На какую-то секунду в нем взыграло отцовское нетерпение — нет, ну где она шляется?! — но он подавил его усилием воли. Нужно проявить терпение. Терпение и понимание.

Последние несколько лет Малер был Элиасу не столько дедом, сколько отцом, разве что жил отдельно. Возможно, он пытался наверстать упущенное — детство Анны совпало с расцветом его карьеры, и ему было не до нее. Он и дома-то почти не бывал.

Малер охотно приглядывал за Элиасом, забирал его из садика, что обеспечивало Анне относительную свободу. Распоряжалась она ей, правда, неважно, но Малер старался не судить ее строго. К тому же она все равно была глуха к его советам. В конце концов, кто был в этом виноват? Ее неумение брать на себя ответственность, неспособность довести до конца начатое дело или образование, удержаться на одной работе — все это были результаты воспитания. А кто ее воспитывал? Правильно, Густав Малер, многообещающий журналист.

Пока она росла, они пять раз переезжали с места на место — предложения работы были одно лучше другого, его приглашали во все более и более крупные издания. Когда Анне исполнилось десять и он наконец получил место в криминалистическом отделе газеты «Афтонбладет», Сильвия, его жена, не выдержала и бросила его — хотя, положа руку на сердце, он бросил ее еще задолго до этого.

Так что он, несомненно, внес свою лепту в формирование характера дочери. Анна полгода училась на психолога, после чего бросила институт, но полученных знаний ей оказалось достаточно, чтобы обвинить отца во всех своих бедах. В глубине души он был с ней согласен, но никогда в этом не признавался, полагая, что каждый человек сам в ответе за свою судьбу. Чисто теоретически.

Отношение Малера к дочери было неоднозначным. С одной стороны, он считал, что ей давно пора взять себя в руки и зажить наконец нормальной жизнью, перестать валить все с больной головы на здоровую. С другой стороны, он понимал, что сам виноват в том, что Анна вечно перекладывает ответственность на чужие плечи. Да, он, безусловно, признавал свою вину, но ей об этом было знать необязательно.

Малер прикурил сигарету. Не успел он сделать затяжку, как из подъезда Анны вышли трое. Он пригнулся, затушил сигарету о бетонный пол балкона — чтобы дым не засекли — и прислушался, пытаясь разобрать, не направляются ли они к его дому. Вроде бы нет. Они пересекли двор, продолжая беседу — о чем, он не расслышал. Малер оторвал почерневший кончик сигареты и, прикурив ее снова, сделал пару затяжек. Пальцы его дрожали.

Нужно срочно бежать. Срочно.

Он выдернул из розетки телефонный шнур и отключил мобильный, — не дай бог, кто-нибудь позвонит, только новостей ему сейчас не хватало. Пока он настраивал автоответчик, из коридора послышался шум — кто-то поворачивал ключ в замке. Малер застыл и сжал кулаки.

— Папа?

Кулаки его потихоньку разжались. Анна вошла в комнату с чемоданом в руках. Поставив чемодан на пол, она подошла к балконной двери и выглянула на улицу.

— Они ушли, — произнес Малер. — Я сам видел.

Губы Анны были искусаны до крови.

— Всю квартиру обыскали. Лего раскидали, даже под кровать заглянули. — Она усмехнулась. — Прямо как в детективах. Сказали, что я должна сдать его на попечение властей.

— Кто они хоть такие?

— Полиция. И один врач. У них была бумага из эпидемо... чего-то там. Они сказали, что это противозаконно... и опасно для Элиаса.

— Но ты же не сказала им, что он здесь?

— Нет, но...

Малер кивнул, закрыл ноутбук и принялся сматывать шнуры.

— Едем немедленно.

— Куда, в больницу?

Малер зажмурил глаза и сделал глубокий вдох. Ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы не заорать.

— Нет, Анна. Не в больницу. Ко мне на дачу.

— Но они же сказали...

— Да плевать мне, что они там сказали! Поехали.

Уложив компьютер в сумку, Малер направился было к спальне, но Анна преградила ему дорогу. Она встала у дверей, сложив руки на груди. В голосе ее звучала холодная непреклонность.

— Это не тебе решать.

— Анна, отойди, ради бога, нам ехать пора. Они же могут прийти в любую минуту. Давай бери свой чемодан.

— Нет. И решения здесь принимаю я. Я его мать.

Малер сжал губы и посмотрел Анне прямо в глаза:

— Я, конечно, рад, что в тебе наконец-то проснулся материнский инстинкт — не так-то уж сильно он тебя обременял все эти годы, — но я намерен увезти Элиаса, хочешь ты этого или нет.

— Тогда я звоню в полицию, — ответила Анна. В ее ледяном тоне послышалась дрожь. — Неужели ты не понимаешь?

Малер умел манипулировать людьми. Если бы он захотел, то смог бы за пару минут убедить дочь в своей правоте, прибегнув к более мягкому тону и изощренным обвинениям. Но то ли из жалости к ней, то ли из-за отсутствия времени, он не стал этого делать. Вместо этого он дал волю злобе, что было, как ему сейчас казалось, куда более честной игрой. Он опустил сумку на стол и ткнул пальцем в сторону спальни:

— Ты же сама сказала, что это не Элиас! И какая ты после этого, к черту, мать?!

Она поникла, и из ее глаз брызнули слезы, словно град кофейных зерен из разорванного пакета. Малер мрачно усмехнулся, проклиная себя. Тоже мне, честная игра.

— Анна, ну ладно тебе.... Я не хотел...

— Хотел. — К его удивлению, она тут же выпрямилась и вытерла слезы тыльной стороной ладони. — Что я, не понимаю, что ли? Да тебе вообще на меня наплевать!

— Зачем ты так? — Малер даже слегка растерялся. — Ты же знаешь, что это неправда. А кто за тобой ухаживал все это время? Каждый божий день...

— Ага, как за кулем с мукой. Чтобы хоть чем-то себя занять. А теперь этот куль стоит на твоем пути, и его надо сдвинуть с места. Можно подумать, ты ради меня стараешься! Все совесть свою успокаиваешь... Дай мне сигарету!

Малер потянулся было к нагрудному карману, но замер:

— Анна, у нас нет на это времени...

— Есть. Давай сигарету, кому говорят!

Анна взяла из его рук сигарету и зажигалку, прикурила и села на край кресла. Малер не двигался с места.

— А что, если я бы тебе сказала, — продолжала Анна, — что все это время я только и мечтала о том, чтобы просто побыть одной? Я, может, на стенку лезла от этих твоих визитов? Может, я хот-догами питалась? Нужна мне твоя жратва! Только ради тебя и терпела, специально притворялась, чтобы тебе удовольствие доставить.

— Неправда, — ответил Малер. — Хочешь сказать, что предпочла бы лежать в одиночестве, день за днем?

— Почему в одиночестве? Я, может, с друзьями встречалась... иногда...

— Ну конечно. — В голосе Малера послышалась невольная ирония.

— Ой, только избавь меня от своих нравоучений. Каждый страдает по-своему. Я-то хоть по Элиасу плакала, а уж по чему ты там убивался, не знаю. Переживал, небось, что грехи теперь замаливать нечем. Но дальше я это терпеть не намерена. — Анна затушила недокуренную сигарету и направилась в спальную.

Малер стоял посреди комнаты, опустив руки. Не то чтобы его сильно задели слова дочери. Может, в них и была доля истины, но это было неважно. Важно было другое: он от нее такого не ожидал.



Элиас лежал на кровати, раскинув руки, как беспомощное инопланетное существо. Анна сидела на краю кровати, вложив палец в кулачок сына.

— Смотри, — произнесла она.

— Вижу, — ответил Малер, едва удержавшись, чтобы не сказать: «Я уже видел». Вместо этого он уселся с другой стороны и вложил палец в другую ладонь мальчика.

Какое-то время они так и сидели, не отнимая рук. Малеру показалось, что вдали послышался звук сирен.

— Что бы ему такого дать? — спросила Анна.

Малер рассказал ей про соль. Судя по вопросу, она смирилась с его планом, но форсировать события Малер не стал. Пусть действительно сама принимает решение. Главное, чтобы оно оказалось правильным.

— Может, глюкозы? — предложила она. — Или сахарной воды.

— Можно попробовать, — согласился Малер.

Анна кивнула, поцеловала запястье Элиаса и вытащила палец. Поднявшись, она добавила:

— Ну что, поехали?



Малер подогнал машину к самой двери, и Анна вынесла закутанного в простыню Элиаса. Она уложила его на заднее сиденье и сама протиснулась вслед за ним. В машине, простоявшей весь день под палящим солнцем, было душно, как в парилке, и Малер открыл передние стекла и люк.

Доехав до площади, он припарковался и бросился к аптеке. Там он набрал в корзину десять пакетов виноградного сахара, четыре тюбика увлажняющего крема, несколько шприцов. Постояв в раздумьях у полки с детскими принадлежностями, взял еще пару детских бутылочек с соской.

Он боялся надолго оставлять Анну с Элиасом одних в машине, но проблема выбора ставила его в тупик. Он окинул взглядом полки, заставленные упаковками пластыря, бутылками со средством от комаров, противогрибковыми кремами, витаминами и бальзамами. Наверняка он что-то забыл, вот только что?

Малер наобум схватил пару баночек с витаминами и оздоровительными препаратами.

Кассирша перевела взгляд с его грузного тела на выложенные товары, пряча недоумение под маской профессионализма. Малер почти физически ощущал, как крутятся колесики в ее голове, выискивая взаимосвязь между сахаром, детскими бутылочками, кремом в промышленных количествах и его персоной.

Он расплатился наличными, взял набитый под завязку пакет и вышел, пропустив мимо ушей пожелания хорошего дня.



До Норртелье они ехали в полной тишине. Анна сидела на заднем сиденье с Элиасом на коленях, вложив палец в его кулак, и смотрела невидящим взглядом сквозь лобовое стекло. Когда Малер съехал с шоссе в сторону порта Капельшер, она вдруг спросила:

— А откуда ты знаешь, что они там не будут искать?

— Я не знаю, — ответил Малер. — Просто надеюсь, что не настолько оно им надо... Да и вообще на природе поприятнее будет...

Он включил радио. По государственной станции крутили рекламу, как ни в чем не бывало. Малер нашел последние известия, но и из них не удалось узнать ничего нового. Восемь человек по-прежнему значились в числе пропавших.

— Что-то сейчас остальные семь поделывают?.. — пробормотал Малер и выключил радио.

— Да то же самое, наверное, — ответила Анна. — Слушай, я вот чего никак понять не могу: почему ты считаешь, что все кругом ошибаются и только ты один прав?

Малер на секунду оторвал взгляд от дороги и обернулся, чтобы посмотреть ей в лицо. Ни тени издевки, — похоже, вопрос был задан без задней мысли.

— Я не знаю, прав я или нет, — ответил он, — только ведь и они не знают. Я за свою карьеру такого повидал... да у тебя бы волосы дыбом встали, если бы я тебе рассказал, сколько решений принимается безо всяких на то оснований и без малейшего представления о возможных последствиях!.. Лишь бы видимость создать... — Теперь, когда пути назад не было, он осторожно спросил: — А что, ты считаешь, мы неправильно поступаем?

Анна помолчала. В зеркальце заднего вида Малер увидел, как при взгляде на Элиаса лицо ее исказила болезненная гримаса.

— Не откроешь окно еще чуть-чуть?

Малер опустил стекла. Анна откинулась на сиденье, запрокинув голову назад, и произнесла:

— Господи, ну почему же от него так воняет?!..

Малер снова обернулся. Темно-зеленое лицо Элиаса, покрытое черными пятнами, выглядывало из пододеяльника, лишь усиливая его сходство с мумией.

— Не хочу его никому отдавать, — проговорила Анна, — вот и все.