И вдруг мы вместе.
Целуются.
Абрам. Ого.
Людмила. Ай! И вдруг мы просыпаемся… То есть я просыпаюсь.
Абрам. А я не просыпаюсь?
Людмила. Вы… тоже… просыпаетесь.
Абрам. Хорошие шуточки. А целоваться?
Людмила. Что целоваться?
Абрам. Целоваться с женой товарища — это этично или не этично?
Людмила. Так это же было во сне.
Абрам. Во сне?
Людмила. Во сне.
Абрам. Ну, если во сне, тогда, я думаю, скорее этично, чем не этично.
Людмила (со вздохом). Абрамчик, мне, ей-богу, так совестно. Я не знаю, что такое этично и что не этично.
Абрам. Она не знает, что такое этично! Куда же, интересно знать, смотрит ваш многоуважаемый муж Васька? Он же должен смотреть, чтобы вы развивались.
Людмила. А он только смотрит, чтобы я завивалась.
Абрам. Какой негодяй!
Людмила. И некому меня пожалеть, и некому меня развивать. (Плачет.) И некому со мной книжку почитать. И некому меня в Зоологический сад повести…
Абрам. Ой, бедненькая! Что же вы молчите до сих пор? Давайте я вас буду жалеть, давайте я вас буду развивать. Давайте я вам буду книжки читать. (Бежит за книжкой.) Только, пожалуйста, не плачьте. Когда женщина плачет, в этом есть что-то зверски феодальное. Ну, давайте читать. Можно начать с самого простого. (Читает.) «Электромагнитная теория света. Переживаемое нами время представляет собою эпоху глубоких изменений, имеющих характер революционных потрясений во всех областях жизни. Будущему историку нашей эпохи предстоит выяснить ту закономерную связь, которая объединяет в едином историческом законе переживаемые нами социально-политические перемены и те глубокие изменения, которые…»
Людмила. Абрамчик! Поведите меня в Зоологический сад.
Абрам. Всегда готов! Монеты есть?
Людмила. Кавалер! Есть, есть.
Абрам. Так в чем же дело?
Людмила. А Вася? Что подумает Вася?
Абрам. А Тоня? Что скажет Тоня?
Людмила. Ах, но это так интересно! Подайте шубку, будьте кавалером. Ну, пошли. (Уходит.)
Абрам. Сейчас, Людмилочка, сейчас. (Задерживается, берет Васькин галстук, причесывается.) Сейчас, сейчас… Не мешало бы какой-нибудь паршивенький галстучек. Разве этот взять, Васькин? Этично или не этично? А что такое галстук? А что такое этика? Этика — это понятие феодальное. Вот так.
Голос Людмилы: «Абрам!»
Сейчас. Только немного напудрюсь… Зубной порошок? Даешь зубной порошок. И волосы немножечко… Сейчас, сейчас… Вот так… (Смотрит в зеркало.) Этично, а? Ого, еще как этично! Иду… (Наталкивается на входящую Тоню.)
Явление VI
Тоня. Абрам! Что это значит?
Абрам. Уступка мелкой буржуазии и зажиточному крестьянству. Адью!
Тоня. Куда же ты, Абрам?
Абрам (гордо). Я не обязан давать тебе отчет о своих поступках.
Тоня. Абрам!
Абрам. Оставь меня. Дай мне успокоиться. (Быстро уходит.)
Явление VII
Тоня (одна). Ах, так? Пожалуйста! (Берется за книжку и читает.) «Грубый практицизм, служение… служение…» (Падает головой на книгу, беззвучно плачет.)
Явление VIII
Быстро и нервно входит Вася.
Вася. Людмила, ты дома? Шубки нет. Ушла. Тем лучше. Довольно! Дальше так продолжаться не может. Галстук? К черту галстук! Пробор? К черту пробор! Кузнецова, ты дома?
Тоня (быстро поднимает голову, поправляет прическу и платочек). Вася? Да?
Вася. Можно?
Тоня. Сейчас. Минуточку. (Лихорадочно приводит себя в порядок и декоративно углубляется в книжку.) Погоди. Можно.
Вася (входит на половину Абрама). Абрама нет? Ты одна?
Тоня. Одна.
Вася. Это хорошо. Мне надо с тобой серьезно поговорить…
Короткая пауза.
Тоня…
Тоня. Да?
Вася (всматривается в нее). Что с тобой? Ты плакала?
Тоня. Какая чепуха!
Вася. Тоня…
Тоня. Да.
Вася. Ты сегодня что-нибудь ела? Молочка хочешь?
Тоня качает головой.
Кузнецова, я тебя прошу, выпей молочка.
Тоня. Спасибо, мне не хочется… молока…
Вася. Кузнецова, как тебе не стыдно! Что это за мещанские церемонии! Я же знаю, что ты сегодня с утра ничего не ела. Выпей же, я прошу тебя. (Идет брать молоко.) Тут целый кувшин. (С удивлением замечает, что в кувшине молока нет.) Пусто. Гм… Кто же это вылакал, интересно знать?.. Тонечка, молока как раз нету. Я тебе сейчас достану котлет, тут у нас было штук шесть. (Замечает, что котлет нет.) Гм… Нету… Исчезли. Очень странно… Я догадываюсь, чья это работа. Ну, ничего… Неужели ничего не осталось? Ага, колбасы немного есть… и половина булки… Вот. (Идет к Тоне.) Съешь, прошу тебя, колбасы.
Тоня берет еду и ест.
Тоня. Спасибо.
Вася. Вот так. Молодец! Будешь у меня толстенькая-толстенькая… Тоня…
Короткая пауза.
Тоня (с набитым ртом). Да?
Вася. Тоня! Дальше так продолжаться не может. Посмотри мне в глаза.
Тоня. Для чего это?
Вася. Посмотри. Честно.
Тоня. Ну?
Вася. Ты любишь Абрама?
Тоня. Это тебя не касается.
Вася. Нет, касается. Любишь или не любишь, только по-честному?
Тоня. Я не понимаю, что за идеологическая постановка вопроса: любишь — не любишь? Вот еще, в самом деле!
Вася. Тоня… Для меня это очень важно… Любишь или не любишь?
Тоня. Ну, право же, я не понимаю… Я Абрама очень уважаю… Абрам меня тоже уважает… У нас с Абрамом рабочий контакт… Сходство интересов… Общая политическая установка… Мне кажется, что для совместной жизни…
Вася. Стоп! Больше ни слова. Не любишь! Честное слово, не любишь… Не любишь… Кузнецова… Отчего же ты покраснела? Урра! Тонька! Я без тебя жить больше не могу, понимаешь?
Тоня. Ты с ума сошел?
Вася. Правильно! Сошел! И наплевать! Тонька… Тонечка… Любишь? Да?
Тоня. Постой, погоди!
Вася. Любишь! Ей-богу, любишь! По глазам вижу. Уррра! Теперь все пойдет по-другому, по-счастливому. Тонька, будем вместо читать, вместе трудиться, вместе любить, вместе гулять.
Тоня. Ненормальный!
Вася. Уррра!..
Тоня (строго). Погоди, Вася. Постой, сядь. Обсудим объективно создавшееся положение. Хорошо, предположим, ты уйдешь от товарища Людмилы, а я уйду от товарища Абрама, и мы с тобой сойдемся на основе… (Нерешительно.) Хорошо ли это будет с точки зрения новой семейной морали?
Вася. Определенно хорошо.
Тоня. Определенно плохо. Сегодня зарегистрировалась с одним, завтра развелась, а послезавтра зарегистрировалась с другим… Какой пример подадим мы другим членам нашей организации, а также наиболее активным слоям беспартийной молодежи и беднейшего крестьянства?
Вася. Авось беднейшее крестьянство не заметит.
Тоня. Чистейший оппортунизм! Кроме того, нельзя строить свое индивидуальное благополучие и, если хочешь, счастье на несчастье других товарищей. Я имею в виду товарищей Людмилу и Абрама. Я не располагаю никакими данными относительно товарища Людмилы, но что касается товарища Абрама, то его жизнь будет определенно разбита.
Вася. И Людмилина жизнь будет тоже разбита.
Тоня. Товарищ Абрам, если пользоваться устаревшей идеологической терминологией, безумно меня любит. Он не переживет этого.
Вася. Людмилка не переживет тоже. Влюблена, как кошка. Определенный факт. Целый день про своих дедушку и бабушку рассказывает и заставляет молоко лакать.
Тоня. Вот!
Вася. Что ж нам делать, Тонька?
Тоня. Придется поступиться личными интересами ради интересов общих.
Вася. Какая неприятность…
Тоня. Мужайся, Вася. Ты видишь, мне… мне тоже тяжело. Будем друзьями… Вот тебе моя дружеская рука. (Протягивает руку.)
Вася пожимает, но не выпускает ее из своей руки.
Вася. Какая неприятность!.. А ты мне еще сегодня всю ночь снилась. Будто мы с тобой накрывали на стол. И все время бьются тарелки… Все бьются. А вокруг такая ночь… А ветер воет… А тарелки все бьются… У-у-у…
Тоня. Идеологически невыдержанный сон.
Вася. И вдруг ты меня обнимаешь…
Тоня. Что ты говоришь?
Вася. Ей-богу. И вдруг я тебя обнимаю.
Инстинктивно обнимаются.
И вдруг мы вместе… Тонечка…
Целуются.
Тоня. Погоди, котик мой золотой… Что мы делаем?
Вася. И вдруг мы еще раз…
Целуются.
Явление IX
Во время длительного поцелуя входит Флавий.
Флавий. Целуйтесь, ребятки, целуйтесь!
Тоня. Ах!
Вася. Ах!
Тоня. Товарищ Флавий!
Вася. Флавий!
Флавий. Ничего, валяйте, валяйте дальше, не стесняйтесь.
Вася. Котлета!
Тоня. Товарищ Флавий… Ты можешь черт знает что подумать… Честное слово… Но это чистое недоразумение…
Флавий. Хо-хо! Васька, как тебе это нравится? Советский брак у нее уже называется чистое недоразумение. И ты не протестуешь в качестве мужа?
Тоня. Уверяю тебя… что он… что я…
Флавий. Нет, ребятишки, кроме шуток. Как же это у вас все так быстро произошло? Прямо в ударном порядке. Прибегает наш знаменитый поэт Емельян Черноземный — и бац, без всякого предупреждения, с места в карьер: «Товарищи! Последняя новость; Васька женился. Абрамчик женился, сидят все вместе и пьют чай с булками, — словом, полное разложение». Стой! Кто женился? Когда женился? На ком женился? Почему женился? Так разве ж от этого барана можно чего-нибудь добиться толком? «Бегу, говорит, по этому поводу делать организационные выводы, устраивать вечеринку, ребят звать — и никаких двадцать». Только я его и видел. Так что ждите, ребятишки, гостей, гоните чай, разводите примус.
Тоня. Примус… (В изнеможении садится.)
Флавий. Нет, ребятишки, кроме шуток, поздравляю. Живите, ребятишки, дружно, не ссорьтесь, работайте вместе… Но, главное, кто меня удивил, так это наш Абрамчик. Кто мог подумать! Абрамчик женился! Хо-хо! Прямо сюжет для Демьяна Бедного. Кстати, где Абрамчик?
Тоня. Да, в самом деле, где Абрамчик?
Вася. Абрамчик, это самое… там…
Тоня. Пошел пройтись с женой…
Вася. Погода такая приятная… снежок…
Тоня. Да, снежок такой… Вероятно, они скоро придут.
Флавий. На ком Абрамчик женился?
Вася. Да, в самом деле, на ком? То есть я хотел сказать — на этой самой… Кузнецова, на ком женат Абрамчик?
Тоня. Абрам? На товарище Людмиле…
Вася. На Людмилке? Хорошие шуточки. То есть я хотел сказать — вот именно, на товарище Людмилочке… Она такая, знаешь, в общем и целом симпатичная…
Тоня. Не нахожу ничего особенно симпатичного — мещаночка с мелкобуржуазной идеологией… Пр… Впрочем, не будем об этом говорить.
Флавий. Ну, ну, ребятишки, показывайте вашу территорию, демонстрируйте ваши технические достижения. Вы, собственно, где помещаетесь?
Вася. Мы… вообще… тут… так, знаешь…
Флавий. А Абрамчик с семейством?
Тоня. Абрам… тоже… помещается… Вообще.
Вася. Тут… вот… атак…
Флавий. Ага… Гм… Симпатично, симпатично… А это кто? (Показывает на портрет бабушки.)
Тоня. Это? Это так… одна пожилая интеллигентка…
Вася. Бабушка.
Флавий. Чья бабушка?
Вася. Ее бабушка… Домашняя хозяйка… А это дедушка, мой дедушка… Герой труда… Выдвиженец…
Флавий. Молодцы, ребятки! А это, значит, ваше техническое оборудование. (Рассматривает инвентарь и, посуду.) Примус. Ого! Хороший примус. Кастрюли. Что ты скажешь — четыре стакана… Зеркало… Ну-ну, ребятишки, обросли…
Тоня (Васе, пользуясь тем, что Флавий занят осмотром). Вася… Ну?
Вася. Сплошной компот!
Тоня. Какой стыд! Какой позор! Я не могу больше принимать участие в этом пошлом мещанском фарсе. Надо в корне прекратить эту недостойную ложь.
Вася. Что ты хочешь сделать?
Тоня. Я сейчас скажу Флавию, что это была шутка.
Вася. Тонька, ты с ума сошла! Он же видел, как мы целовались.
Тоня. Все равно.
Вася. Кузнецова!
Явление X
Входят ребята и девушки.
Флавий. Те же и гости.
Первый. Го! Флавий уже здесь. Здорово, Флавий!
Второй. Первый на месте происшествия.
Первая. Вот это называется организатор — так организатор!
Вторая. Прямо не человек, а карета Скорой помощи.
Флавий. Правильно. Выезжаю немедленно по первому вызову…
Первый. А ну, которые тут главные, пострадавшие от неосторожной любви? Покажитесь.
Первая. Васька! Смотрите на него. Ай, спасибо!
Второй. Тонька Кузнецова! Не выдержала, спеклась.
Первый. Товарищи, больше организованности! Не все сразу. Внимание! Раз, два, три!
Все хором. Да здрав-ствуют крас-ные су-пру-ги!
Вася (в сторону). Компот, компот!
Тоня (в сторону). Я не вынесу этого позора!
Второй. Ну, а где же Абрам со своей супругой? Я не вижу Абрама.
Флавий. Абрамчик будет.
Первый. А я не вижу чаю и вообще закуски. Это хуже…
Первая. Ну, вы, семейная ячейка, продемонстрируйте свое хозяйство.
Вторая. Да, да, не мешало бы чаю. Кузнецова, что ты молчишь? Назвала гостей, а сама прикрылась хвостиком.
Второй. Свинство! Хотим чаю! Товарищи, протестуйте!
Первый. Внимание! Раз, два, три!
Все хором. Тре-буем ча-ю! Хо-тим есть!
Вторая. В самом деле, что за безобразие. Где ж эта хваленая вечеринка, о которой нам так много говорили?!
Флавий. Ребятишки! Тишина и спокойствие! Не смущайте молодых супругов. Все будет.
Первая. Смотрите, как ловко разгородились.
Второй. Здорово!
Первый. А ну-ка, товарищи, долой мелкобуржуазные перегородки! А то нам сегодня веселиться негде. Навались!
Отодвигают ширмы, занавески и шкаф.
Голоса.
Сюда его, сюда!
— Волоки ширмы!
— Вот так! Больше простора.
— Эх, раз, еще раз! Девушки, навались…
Отодвигают.
Тоня. Вася… Что ж это будет?.. Что подумает Абрам?
Вася. Абрам? А что подумает Людмила?
Тоня. Это ужасно… Он не переживет этого.
Вася. Она тоже не переживет. Определенный факт.
Тоня. Что делать?
Флавий. Ребятишки, внимание! Абрамчик с супругой идет.
Вася. Гроб! Мрак! Котлета!
Голоса.
Прячься, прячься!
— Что ж ты стоишь?
— Вот сюда, за книги.
Вторая. Васька, прячься скорей! Вот сюда…
Флавий. Полнейшая тишина. Могу себе представить Абрамчика в роли мужа…
Вася. Ребята!
Тоня. Товарищи! Произошла ошибка… Мы…
Первый. Тсс! Ни звука… Ш-ш-ш…
За сценой слышен хохот Людмилы.
Явление XI
Входят Людмила и Абрам.
Людмила (вбегает, хохоча). Котик, поцелуй меня в носик!
Тоня. Какая гадина!
Абрам. А это этично? (Целует.) Или, может быть, не этично? (Целует.)
Вася. Паршивый ренегат! И главное — в моем галстуке.
Людмила. Котик, скажи «мяу».
Флавий. Смотрите, Абрамчик уже сделался котиком!
Людмила. Ну?
Абрам. Мяу!
Вася (грозно). Мяу!
Все вскакивают.
Все хором. Мяу!
Людмила. Ай, Вася!
Абрам. Ух, Кузнецова! Небывалый крах! Как рыба об лед!
Все хором. Да здрав-ству-ют крас-ные суп-руги!
Тоня (бросается Васе в объятия). Я не могу этого больше выносить. Уведи меня отсюда!
Абрам. Людмила, держи меня, я впадаю в полуобморочное состояние. (Падает ей в объятия.)
Флавий. Целуйтесь, ребятки, целуйтесь!
Явление XII
Грохот падающего велосипеда. Входит Черноземный.
Емельян. А ну вас к черту с вашим буржуазным велосипедом! Чуть портки не разорвал в доску.
Флавий. Емельяна еще тут не хватало для общего торжества.
Емельян. Здорово, ребята! (Остолбенел вдруг, увидя Абрама в объятиях Людмилы, а Тоню в объятиях Васи.) Стой! Что я замечаю такое? Васька и Тонька… Абрамчик и Людмилка… Удивительно, поразительно! Ша! Слухайте экспромт. «Подобным образом жениться ни в коем разе не годится. И кто уж тут на ком женатый, не разберет медведь рогатый».
Флавий. Новое дело! Кажется, довольно ясно, кто на ком женат. Абрамчик — на Людмиле, а Васька — на Кузнецовой. Сам же об этом и раззвонил первый. Ты что, пьян?
Емельян. Э, нет, братишки, постойте… Может быть, кто-нибудь и пьяный, но только не я. Сам, можно сказать, собственными глазами, видел, кто на ком женатый.
Вася (отчаянным шепотом). Тсс! Молчи!
Абрам (тоже шепотом, делая знаки). Молчи… Это же не этично.
Флавий. Товарищи, вы тут что-нибудь понимаете? Свадьба на Канатчиковой даче!
Емельян. Сами вы все с Канатчиковой дачи. А я еще, слава богу, в здравом уме и твердой памяти и могу кого хочешь за пояс заткнуть. Поэму «Извозчик» знаете? Слухайте. «И-и-и-эх, сглодал меня, парня, город…»
Флавий. Брось, гений! Надоел твой «Извозчик» хуже горькой редьки. Слышать не могу!
Емельян. А что касается вот этих пистолетов… (Показывает на парочки, они делают знаки.) Да ну вас! А что касается их, то собственными глазами знаю, что Васька женатый на Людмиле, а вас тут, дураков, разыгрывают.
Абрам. Ну да. Факт. Конечно, разыгрывают. Людмилочка, подтверди.
Вася (деланно смеется). Ну да, разыграли… А вы что думали? Хи-хи… Флавий, ловко мы тебя с Кузнецовой разыграли, а? Тонька, подтверди.
Тоня. Товарищи, это все была шутка. И товарищ Людмила может подтвердить.
Людмила. Ой, какие вы все смешные, шуток даже не понимаете! Фи! (Уныло берет Васю за руку.) Это мой законный, зарегистрированный супруг. Даже удостоверение из загса можем показать.
Абрам (уныло идет к Тоне). Это моя законная, зарегистрированная подруга жизни. Кузнецова, а? Рабочий контакт есть? Есть. Сходство интересов есть? Есть. Политическая платформа есть? Есть.
Тоня (печально). Есть.
Абрам. Так в чем же дело?
Емельян. Ша! Четыре строчки. Слухайте. Экспромт. «Всех разыграли, как баранов, за исключением Черноземного Емельяна, а потому, что Емельян умнее всех — он не баран».
Первая. Плохо.
Емельян. Скажи лучше, дура.
Флавий. Что вы скажете? Как поддели! Но главное, кто меня удивил, так это наша Тонечка Кузнецова. Кто б мог подумать, что такая серьезная девица, с таким солидным общественно-политическим стажем способна на такие игривые штуки? А? Как вы скажете, ребята? Молодец, Кузнецова, ты меня искренне радуешь. Не все же гранит грызть, можно и повеселиться. Правильно?
Первый. Так в чем же дело? Товарищи, заседание продолжается. Вынимай закуску.
Гости вынимают приношения.
Второй. Пятьсот граммов краковской.
Первая. Четыре булки. Четыре яйца.
Первый. Севрюга.
Вторая. Четвертка масла. Две селедки.
Емельян (ставит три бутылки пива). «И-эх, сглодал меня, парня, город!»
Тоня. Товарищи, я категорически протестую против алкоголя в комсомольской среде.
Емельян. Подумаешь, алкоголь… паршивое пиво. Флавий, на твое заключение. Три бутылки пива можно?
Флавий. Ради такого случая? Три бутылки? Валяй.
Емельян. Есть! (Открывает пиво.)
Первый. Товарищи, внимание. Ну-ка, хором!
Песня.
Абрам. Прощай, Людмилочка.
Вася. Прощай, Тоня.
Людмила. Прощай, Абрамчик.
Тоня. Прощай, Вася…
Занавес.
Действие третье
Та же комната, но в несколько хаотическом состоянии.
Явление I
Абрам и Людмила. Каждый на своей половине. Некоторое время прислушиваются и осматриваются — никто их не видит. Потом бегут друг к другу и на середине авансцены поспешно и страстно обнимаются. После некоторой паузы.
Людмила. Что мы делаем?
Абрам. А я знаю, что мы делаем?
Людмила. Нет, нет, не целуй меня больше! У меня есть муж.