Тэйрн свернул налево — и моя задница слетела с седла, удерживаемая только ремнями, когда он сделал бочку, еле увернувшись от огня. Но когда он выпрямился, виверна все еще не отставала. У меня сердце подскочило к горлу, когда она раскрыла пасть, чтобы вцепиться в бок Тэйрна острыми окровавленными зубами.
— Нет! — я вскинула руку, метнула в ее сторону разряд и приготовилась к столкновению.
Между нами пронеслось синее пятно — и виверну отбросила туша дракона. Сгаэль. Ее челюсти несколько раз подряд сомкнулись, кусая и разрывая бок твари, кромсая плоть и разбрызгивая кровь в самой жестокой воздушной трапезе, что я видела. Затем она развернулась и добила раненую виверну ударом хвоста по голове, отправив ее на землю в десятках ярдов под нами.
Затем Сгаэль набрала скорость, накренилась и прошла мимо нас, чуть ли не погладив крыло Тэйрна — меня же она одарила угрожающим взглядом, а кровь виверны еще стекала из ее пасти. Намек понят. Ее дело — присматривать за Ксейденом, а мое — точно так же присматривать за Тэйрном.
Я быстро завертелась в седле, выглядывая виверн со всех сторон, потом сказала Тэйрну: «Заберемся повыше, чтобы лучше прикинуть, с чем имеем дело».
Мы не поднялись и на тридцать ярдов, когда я заметила, что Лиам и Деи быстро мчатся в противоположном направлении, спасаясь от вэйнителя на виверне.
«Лиаму нужна помощь!» — быстро сказала я.
«Понял», — ответил Тэйрн, перевернувшись в воздухе.
На секунду мы зависли, после чего его широкие крылья поймали ветер, и мы повернули прямиком к Лиаму.
Вэйнитель поднял какой-то посох, посылая в Деи шары синего пламени, но дракон увернулся от всех, а Лиам встал и пробежал по его спине к хвосту. В последнюю секунду Деи хлестнул хвостом, чтобы перекинуть Лиама на виверну. Я даже не успела вскрикнуть, как он уже приземлился на корточки и выхватил один из кинжалов с рунами, похожий на те два, что вручил мне Ксейден.
Вэйнитель развернулся, вскинув посох, но Лиам действовал убийственно проворно и перерезал ему горло с пугающей точностью. Виверна тут же прекратила махать крыльями, тяжелая туша начала падать, а Лиам соскочил с ее спины на пролетавшего внизу Деи.
Тут слева на нас, могуче взмахивая крыльями, пролетела новая виверна.
«Тэйрн!»
Сила наполнила мои вены, и я подняла руки, но Тэйрн сделал бочку, перевернув мой мир вверх тормашками, и провел когтями и «утренней звездой» по туше виверны от горла до хвоста, распоров ее в полете, а потом выровнялся, пока та чертила кровавую траекторию вниз.
Но не только воздушная акробатика вызвала у меня прилив восторга.
Впервые с тех пор, как мы решились защищать жителей торгового поста, с тех пор, как нам сказали, что против четырех вэйнителей не победить, засевшая в груди паника начала рассеиваться. Возможно, мы сегодня даже выживем. Возможно.
И тут новая виверна нырнула из облака над нами прямиком к Тэйрну и, сложив крылья, зубастым копьем понеслась в нашу сторону.
Тут было не до маневров. Оставались всего секунды — но у меня перед глазами мелькнуло красное: это Деи врезался в бок огромного серого зверя.
Я не успела выдохнуть от облегчения, как увидела, что Лиама бросило со спины на шею Тэйрна с безумной скоростью.
— Вайолет!
— Лиам! — я поймала его бьющие по воздуху руки, чувствуя, как под его весом выворачивает мои суставы, и Тэйрн сделал крутой поворот вслед за Деи. — Держись!
Кривясь, Лиам пополз на локтях, несмотря на невозможный угол, и ухватился за луки седла. Я накрыла его собой и вцепилась изо всех сил, пока Тэйрн закладывал виражи, стараясь держаться близко к Деи и огромной серой виверне, но все-таки чуть в стороне от них.
В битве, развернувшейся в каких-то ярдах от нас, когти рвали чешую, щелкали зубы — и слышались ужасающие вопли боли. Слишком близко, чтобы я могла что-то сделать, и я не могла гарантировать, что попаду молнией именно в тварь, а не в Деи.
Оставалось только держать Лиама.
Схватив ремень для пояса, которым я никогда не пользовалась, я обвила туловище Лиама и застегнула.
— Удержит тебя, пока не вернем тебя на Деи. Но я не могу колдовать, не задев его! — попыталась я перекричать ветер.
От боли в глазах Лиама перехватило дыхание.
— Зачем ты это сделал? — воскликнула я, шаря пальцами по его куртке, чтобы зацепиться и подтянуть ближе. Наконец решила подцепить за ворот. — Зачем ты рисковал?
Боги, если с ними что-нибудь случится…
Его взгляд столкнулся с моим.
— Эта тварь собиралась отхватить кусок от Тэйрна. Ты спасла мне жизнь — теперь мой черед. Думай что хочешь о том, как я хранил чужие секреты, Вайолет. Но мы все-таки друзья.
Ответить было невозможно — Тэйрн снова перевернулся в воздухе, тело Лиама оторвалось от чешуи, а кожаный ремень скользнул ему под мышки. Я стиснула кулаки на воротнике его летной куртки, но особо хвататься там было не за что. Тикали мгновения, я не могла вздохнуть, не могла думать ни о чем, кроме как отчаянно держать Лиама, пока Тэйрн не выровняется, стараясь не отставать от Деи и не ранить никого из нас в процессе.
Но затем крик Деи пронзил меня до мозга костей, и они с виверной ушли в пике.
«Ты можешь что-нибудь сделать?» — взмолилась я Тэйрну.
«Постараюсь!» — он склонился направо и рухнул в штопор, готовясь к удару.
Это мы должны были сражаться за свою жизнь, а не Лиам и Деи — за нас.
И боги, Деи проигрывал, а значит, Лиам…
У меня стиснуло горло. Нет. Этому не бывать.
«Сюда!» — позвала я Ксейдена.
Через мои руки прошла волной и затрещала энергия, но удачной цели так и не появилось. Они слишком быстро двигались.
«Я охочусь на вэйнителей на стенах!» — ответил он.
«Деи сражается не на жизнь, а на смерть!»
Мгновение чужого ужаса сжало мою грудь в тисках.
«Если я улечу, гражданским конец!»
Мы сами по себе. Быстрый взгляд на поле боя сообщил, что все драконы сцепились со своими врагами.
Хлестнул хвост Тэйрна, ударив по крупу виверны, вернулся окровавленным, но мразь не отпускала Деи. Ее лапы напряглись, когти вонзились глубже под красную чешую.
— Деи! — надсадный крик Лиама будто треснул, распался в воздухе облаком осколков боли и потери.
Тэйрн бросился вперед, впившись в плечо виверны и пустив кровь, но и этого было мало. Он развернулся для нового захода, чуть не скинув Лиама, но ремень выдержал.
Справа приблизилась еще одна виверна без всадника.
«Справа!»
Тэйрн развернулся быстрее, чем когда бы то ни было, и разорвал горло новой угрозе, тормоша виверну, как куклу. Затем разжал челюсти и дал ей упасть на горный склон под нами.
Затем нырнул, чтобы догнать Деи и виверну, мчащихся к земле.
Ужас, зловещий и тяжелый, осел в груди.
«Мы летим!» — подал голос Ксейден.
Но он не успевал.
— Вайолет! — крикнул Лиам, и я оторвала глаза от кровавой битвы. Мы неслись вниз. — Нужно убить всадников.
— Знаю! — ответила я. — Убьем! — Пусть он только держится. Они оба.
— Нет, я хотел сказать…
Тэйрн снова рванул, и нас отбросило в сторону. Он проделал зубами очередную дыру в крыльях виверны, исцарапал ее хвост когтями, но тварь держала Деи смертной хваткой. Все ее крылья были изорваны, но ее словно ничего не волновало. Только бы пускать когти глубже в брюхо Деи, словно тварь была готова сдохнуть, лишь бы забрать с собой врага.
— Все будет хорошо, — пообещала я Лиаму, чуть не задохнувшись от ветра, который так и хлестал по щекам.
Обязательно должно быть; пусть даже земля все ближе и ближе с каждой секундой… должно быть.
Деи снова закричал, слабее и пронзительнее, чем в прошлый раз. Он плакал.
«Нам нужно подниматься!» — предупредил Тэйрн.
— Он умирает! — Лиам потянулся со спины Тэйрна к своему дракону, чтобы коснуться красного кинжалохвоста в последний раз.
— Просто держись… — начала я, но мучительный вопль дракона лишил меня дара речи.
Его потрошили у нас на глазах, а мы ничего не могли поделать.
Виверна победоносно заревела за секунду до того, как они с устрашающим грохотом врезались в склон. Упала, но тут же вскочила и похромала прочь на задних лапах, упираясь в землю еще и когтями на концах крыльев.
Деи не двигался.
Надсадный крик Лиама разбил мне сердце, и Тэйрн раскинул крылья, резко уходя в сторону от той же мрачной участи.
«ДЕИ».
Скорбь Тэйрна пронзила мое тело. Он полил огнем удаляющуюся спину виверны, а мою голову заполнил плач Андарны.
Нет. Если Деи…
«Он?..»
Я не смогла договорить.
«Его нет».
Тэйрн сменил курс, возвращаясь к склону у городских стен, где пал Деи.
Нет. Нет. Нет. Это значит…
— Лиам! — я крепче схватилась за друга при скоростном приземлении, когти Тэйрна пробороздили землю, и мы замерли у туши Деи.
«У тебя только пара минут», — предупредил Тэйрн.
— Деи, — шепнул Лиам, падая со спины Тэйрна.
— Я тебя доведу, — пообещала я, уже возясь с застежками и ремнями.
«Деи умер, — крикнула я Ксейдену дрожащим голосом. — Лиам умирает».
«Нет».
Я чувствовала его ужас, скорбь, ошеломительный гнев заволок мой разум, смешиваясь с моим, пока не стало больно дышать.
Минуты. У нас всего лишь минуты.
— Только держись, — шептала я Лиаму, стараясь не расплакаться, когда он посмотрел на меня своими небесно-голубыми глазами, широкими от шока и боли.
После всего, что Лиам сделал для меня, это меньшее, чем я могла отплатить. Я могу довести его до Деи так же, как он принес бы меня к Тэйрну или Андарне. Тэйрн лег, как можно сильнее прижавшись к земле, пока я выбиралась из стремян. Затем я охватила крупное тело Лиама и скатилась с ним по боку Тэйрна, ударившись в каменистый склон.
Деи лежал в десятках ярдов от нас, сложившись под неестественным углом.
Это нечестно. Это неправильно. Только не Деи. Только не… Лиам. Они самые сильные на моем курсе. Они лучшие из нас.
— Не дойду, — сказал Лиам, сделав шаг и пошатнувшись.
Я поспешила поймать его перед падением, но мне не удалось удержать его немалый вес, и мы оба рухнули на колени.
— Дойдем, — выдавила я сквозь зубы, с трудом закидывая его руку себе на плечи. Мы так близко.
Если появятся вэйнители, я разберусь с ними.
— Не дойдем, — он привалился ко мне, сполз на землю. Его голова застыла у меня на коленях и тело обмякло. — Все хорошо, Вайолет, — сказал он, глядя на меня, и я сдвинула летные очки на лоб, чтобы лучше его видеть.
Он не мог надышаться.
— Не хорошо. — Мне хотелось кричать от несправедливости, но это бы не помогло. Дрожащими руками я сдвинула его очки на лоб, убрала светлые волосы. — Ничего хорошего. Пожалуйста, останься, — умоляла я, и по щекам катились неудержимые слезы. — Постарайся. Прошу, Лиам. Постарайся.
— На парапете… — его лицо скривилось в боли. — Позаботься о моей сестре.
— Лиам, нет, — я давилась словами из-за слез, вставших комом в горле. — Ты сам будешь там.
Я гладила его волосы. Он был здоров. Совершенно здоров физически — и все же я видела, как он уходит.
— Ты должен быть там.
Он должен улыбнуться сестре, которую не видел годами, и показать ей очаровательную ямочку на подбородке. Он должен отдать ей стопку написанных писем. Он заслужил это за все, что прошел.
Он не мог умереть.
«Тэйрн! — крикнула я. — Скажи, что делать».
«Ничего не поделать, Серебристая».
— Мы оба знаем, что не буду. Просто обещай, что позаботишься о Слоун, — попросил он, рвано дыша и находя мои глаза. — Обещай.
— Обещаю, — прошептала я и сжала его руку, даже не стараясь утереть слезы. — Я позабочусь о Слоун.
Он умирал, а я ничего не могла поделать. Никто не мог. Как такая сила может быть настолько бесполезна?
Его пульс под моим большим пальцем все замедлялся.
— Хорошо. Это хорошо, — он выдавил слабую улыбку, напомнив о своей ямочке, но она тут же пропала. — И я знаю, ты думаешь, что тебя предали, но ты нужна Ксейдену. И я имею в виду — не просто живая, Вайолет. Ты нужна ему. Пожалуйста, выслушай его.
— Хорошо, — кивнула я, стараясь выдавить улыбку сквозь слезы. Сейчас он мог бы просить о чем угодно, я согласилась бы на все. — Спасибо, Лиам. Спасибо, что был моей тенью. Спасибо, что был моим другом.
Он расплылся в моих глазах из-за хлынувших слез.
— Для меня. Это честь, — грудь Лиама дрожала от усилий.
Порыв ветра сдул пряди волос с моего лица. Спустя секунды я почувствовала, как к нам мчится Ксейден, поток его чувств затопил мои собственные.
— Нет, Лиам, — выдавил он, упав пред нами.
Он пытался контролировать выражение своего лица, но все же не мог скрыть отчаяние, лившееся на меня через нашу мысленную связь.
— Деи, — произнес Лиам полузадушенным шепотом, повернувшись к Ксейдену.
— Знаю, брат, — челюсть Кседейна застыла, наши взгляды встретились над Лиамом, слезы лились у меня по щекам. — Знаю. — Он наклонился и, взяв Лиама на руки, поднялся с ним. — Я отнесу.
Он медленно прошел по хрустящей осыпи к телу Деи, шепча что-то, чего я уже не слышала. Я же осталась сидеть, чувствуя, как острые камни втыкаются в колени, наблюдая, как Ксейден уносит Лиама. Уносит прощаться.
Он опустил Лиама, привалил его к целому плечу Деи, потом присел рядом, медленно кивая каким-то словам названого брата.
Воздух над нами разорвал крик виверны, и я машинально вскинула глаза.
С высоты приближалась целая туча хлопающих серых крыльев. Виверны. Десятки и десятки.
«Посмотрите вверх!»
Лиам медленно закинул голову. Ксейден выпрямился, и дыхание застыло у меня в легких, когда вокруг него хлестнули тени, словно взрыв злобы и печали.
Спустя секунды мою голову наполнил его беззвучный душераздирающий крик, прозвучавший с такой силой, что мое сердце разбилось, словно стекло на каменном полу.
Спрашивать не приходилось. Лиам умер.
Лиам, ни разу не пожаловавшийся, что его приставили, как тень, ко мне, ни разу не отказавшийся помочь, ни разу не хваставшийся, что он лучший на нашем курсе. Умер, защищая меня. О боги, а всего час назад я его спрашивала, правда ли мы друзья.
Всего одна тварь смогла убить моего друга; на что же способна целая стая?
К нам спикировала окровавленная виверна, и Тэйрн раскинул надо мной крылья. Я слышала, как лязгают его зубы, резкий вопль надо мной, затем он убрал крыло.
«На земле мы добыча», — сказал он, пока раненая виверна спешно улетала прочь.
— Тогда станем охотниками, — я с трудом поднялась, увидев, что ко мне бежит Ксейден.
— Вайоленс! — Ксейден схватил меня за плечи, и на его лице была написана решимость. — Лиам просил передать, что с этой ордой всего два всадника.
— Почему мне, а не… — На грудь вдруг навалилась страшная тяжесть, будто меня прижали наковальней.
— Потому что знал, что я просто буду отбиваться от виверн как можно дольше, — он изучал мое лицо, словно видел его впервые.
— А я могу убить их всех.
Я умру, если придется заклинать молнии столько раз, но я — наш единственный шанс. Его единственный шанс на выживание.
— Ты можешь убить их. — Он подтянул меня к себе и поцеловал в лоб. — Без тебя не будет меня, Вайоленс, — сказал он, почти касаясь моих губ.
Не успела я ответить, как он развернулся к долине и поднял руки — возводя стену из теней.
«Иди! Я выиграю как можно больше времени!» — его руки тряслись от напряжения.
Каждая секунда значила слишком многое, особенно сейчас, когда могла стать моей — нашей — последней секундой.
Всего один удар сердца, и я оглянулась через плечо, чтобы увидеть, как позади, за спиной Тэйрна, догорал торговый пост. Горожане разбегались во все стороны, пытаясь спастись от виверны, которая кружилась у них над головой. Я стиснула зубы — мы так и не сумели вывести всех гражданских в безопасное место.
Второй удар сердца. Я втянула пахнущий гарью воздух и увидела, как одинокий грифон летит сквозь дымную мглу, а следом за ним — Гаррик и Имоджен на драконах, и понадеялась лишь на то, что остальные живы.
Третий удар сердца. Я снова повернулась к безжизненным телам Лиама и Деи и почувствовала, как ярость наполняет мои вены — быстрее, чем любая из когда-либо призванных молний. А стая виверн за стеной, созданной Ксейденом, хотела лишь одного — сотворить то же самое со Сгаэль и Тэйрном.
Ксейден… Не важно, насколько он силен, он не сможет сдерживать их вечно. Его руки уже дрожали, контролировать заклинание такой мощи становилось все труднее. И он умрет первым, если я не буду соответствовать тому имени, что он подарил мне под тем деревом много месяцев назад. Не буду жестокой. Вайоленс.
Там было несколько дюжин виверн — и всего одна я.
Мне придется стать таким же стратегом, как Бреннан, и такой же уверенной в себе, как Мира.
Весь последний год я провела, пытаясь доказать себе, что не похожа на свою мать. Что я не холодная. Не бесчувственная. Но, возможно, часть ее сути жила в моей душе — бо́льшая часть, чем я готова была признать.
Потому что сейчас, стоя над мертвыми телами своего друга и его дракона, единственное, что я хотела — показать вражеским тварям, насколько жестокой я могу быть.
Я опустила на глаза очки, повернулась к Тэйрну и быстро взобралась по лапе к нему на спину. Сейчас не было нужды просить его о взлете, сейчас, когда наши эмоции и мысли слились в одном стремлении. Стремлении отомстить.
Я застегнула ремни на бедрах, и Тэйрн воспарил с тяжелыми ударами крыльев. Окровавленная виверна пошла на второй заход, и он нацелился прямо на нее. Мне даже не надо было гадать, та ли это, что убила моих друзей. Все они умрут.
Как только мы сблизились, я выкинула руки вперед, с гортанным криком высвобождая всю свою силу. Молния попала в виверну с первого раза, отправив чудовище на землю перед городскими стенами.
Но я так и не увидела летящую слева.
Пока не почувствовала болезненный рев Тэйрна.
Глава 37
Но третий брат, велевший небу отдать его величайшую силу, наконец расправился с завистливым братом — великой и страшной ценой. «Происхождение», из сборника «Сказки Пустошей»
Я развернулась в седле и увидела вэйнительницу. От уголков ее красных глаз тянулись ветви вен. Это она убила Солейл, а сейчас она вонзила меч между чешуек Тэйрна, прямо за его крыльями.
«Сзади, у тебя на спине, вэйнительница!» — крикнула я дракону, когда та метнула мне в голову огненный шар. Он прошел так близко, что мазнул по щеке жаром.
Тэйрн сделал бочку, устремившись в высоту с такой головокружительной скоростью, что меня отбросило в седле назад, и все же вэйнительница удержалась, ухватившись за рукоятку засевшего в теле дракона меча. Стоило Тэйрну выровняться, как она уставилась на меня так, словно я ее следующее блюдо, и двинулась ко мне с решимостью в глазах и зазубренными кинжалами с зелеными наконечниками в кулаках.
«Еще трое виверн без всадников на хвосте!» — крикнул Тэйрн.
Проклятье. Я что-то упускала. Оно дразнило меня с задворок разума, словно ответ на контрольную, к которой я готовилась.
— Ты не маловата для всадницы на драконах? — прошипела вэйнительница.
— Достаточно, чтобы убить тебя. — Нам с Тэйрном конец, если я ничего не придумаю.
«Держись ровно», — велела я Тэйрну, расстегивая ремни.
«Не смей покидать седло!» — заревел он.
«Я не дам ей убить тебя!» — я вскочила на ноги и обнажила два кинжала Ксейдена.
Каждый вызов, каждое препятствие, каждый час с Имоджен в тренажерном зале, каждый раз, когда Ксейден тащил меня на маты, должны чего-то стоить, правильно?
Это просто вызов… против не такой уж вымышленной темной волшебницы… на парапете.
Причем летящем и подвижном парапете.
«Вернись в седло!» — приказал Тэйрн.
«Тебе ее не стряхнуть. Она снова тебя ударит. Я должна ее убить».
Я оттолкнула страх. Здесь ему места не было.
В умирающем свете солнца и жутком отблеске горящего города под нами я увернулась от первого ее выпада, затем второго, низко припала и выбросила вперед предплечье, чтобы закрыться от удара сверху вниз, остановив металл, стремившийся мне в лицо. От силы удара что-то хрустнуло — я знала, что это моя кость.
На миг меня парализовала мучительная боль, и кинжал вылетел из руки. Остался только один. С колотящимся сердцем я зацепилась ногой об один из шипов Тэйрна и пошатнулась.
Я не могла даже прижать к себе раненую пульсирующую руку, пока она подступала все ближе, с каждым выпадом и замахом своих зеленых кинжалов. Она словно точно знала, что я сделаю, раньше меня самой. Отвечала на все до единой мои атаки еще более быстрыми, словно подстроилась под мой стиль после каких-то секунд в бою. Она была противоестественно быстрой. Я никогда не видела такими быстрыми Ксейдена или Имоджен.
Я смогла парировать все ее атаки, но не могла выйти из обороны. А ведь она была даже не в доспехах, а только в развевающемся балахоне, и все же…
В боку вспыхнула боль, жаркая и резкая, и я в изумлении отшатнулась, увидев один из ее клинков под краем доспеха из драконьей чешуи.
Тэйрн заревел, а Андарна завизжала.
«Вайолет!» — закричал Ксейден.
«Она слишком быстрая!»
Судя по месту раны, кинжал не задел что-то жизненно важное, и я поборола нахлынувшую тошноту с привкусом железа во рту, чтобы покрепче перехватить единственный оставшийся клинок и выдернуть вражеский из тела. Но что-то было не так. Рана начала гореть — и тут же пришлось бороться за равновесие, когда по моим венам побежала кислота. Кончик ножа, выпавшего из рук, был уже не зеленый.
— Какая нетронутая сила. Неудивительно, что нас призвали сюда. Ты можешь подчинить себе все небо — а сама наверняка даже не знаешь, что с ней делать, да? Всадники никогда не знают. Я разорву тебя и посмотрю, откуда берутся эти удивительные молнии, — она взмахнула вторым кинжалом, и тут я поняла, что она со мной играет. — А может, это сделает он. Ты пожалеешь, что я тебя не убила, когда я отдам тебя Мудрецу.
У нее есть учитель?
Она — херова ученица, прямо как я, но смертельно опережает меня во всем. Я с трудом успевала следить, в какой руке у нее кинжал. У моей же руки будто нарастало собственное сердцебиение, а весь бок словно кричал.
«Сравняем силы», — приказал Ксейден.
Он разделил свою энергию, и с утесов слева к нам понеслись тени, окутав мир вокруг меня — и вэйнительницу — непроглядной тьмой.
А у меня была сила света.
Теперь я получила преимущество — ибо знала спину Тэйрна как свои пять пальцев. Отскочив направо, где почувствовала пригорок его плеча, я заняла боевую стойку, перехватила кинжал здоровой рукой и дала своей силе взорваться в темноте, озарив небо на одну трещащую, драгоценную секунду.
Вэйнительница замешкалась, теперь она стояла спиной ко мне. Я погрузила кинжал с рунами ей между ребрами — так, как и показывал все эти месяцы Ксейден, — и выдернула, чтобы не потерять. Она попятилась с пепельно-серым лицом, а потом сорвалась со спины Тэйрна.
Я пошатнулась — кислота горела в венах все сильнее, злее, выжигая меня изнутри.
«Она мертва», — смогла сказать я, бросая слова Тэйрну, Ксейдену, Андарне, Сгаэль… всем, кто слышит.
Тени пропали, пропуская гаснущий свет сумерек, и я побрела к седлу, зажимая бок, чтобы остановить кровотечение из раны.
«Ты ранена» — сказал Тэйрн.
«Я в порядке», — соврала я, уставившись широкими глазами на темно-черную кровь, струящуюся сквозь пальцы. Плохо. Очень плохо.
Я бы не выдержала новой рукопашной. Только не с такой раной. А скоро мне не хватит сил и для магии. Энергия покидала меня вместе с кровью. Я убрала кинжал. Теперь мое главное оружие — разум.
Сделав глубокий вдох, я с трудом усмирила сердцебиение и задумалась.
«Они падают», — сказал Тэйрн, и я отвела взгляд от раны, чтобы увидеть, как три виверны, кувыркаясь, врезались в землю.
Виверны без всадников.
Созданные вэйнителями.
И все умирали, потому что я убила вэйнительницу.
Это и пытался сказать Лиам. Когда умирает дракон, умирает и его всадник. Но, оказывается, когда умирает вэйнитель, умирают и созданные им виверны. Все. Так мы можем спасти всех на поле боя.
В орде, от которой отбивался Ксейден, было двое всадников.
«Бьем по всадникам», — прошептала я.
«Да, — согласился Тэйрн, понимая мою логику. — Отличная идея».
«Готов поставить на нее свою жизнь?»
Если я ошибалась, нам обоим конец, как и Ксейдену со Сгаэль.
«Я ставлю свою жизнь на тебя так же, как и в первый день», — сказал он, заложив вираж обратно в долину, пока за нами поспешили остальные драконы с всадниками — наверняка подчиняясь приказу Тэйрна.
Впереди нас были только Гаррик и его бурый жалохвост, низко и быстро направлявшиеся к Ксейдену.
«Трое вэйнителей мертвы, но один…»
Я в ужасе наблюдала, как из темноты вышел вэйнитель с посохом ростом с него самого, приковав убийственный взгляд к Ксейдену.
«Слева!» — закричала я ему.
Сгаэль развернулась и полыхнула на вэйнителя огнем, но он даже с шага не сбился.
Гаррик выгнулся со своего места и метнул кинжал — но раньше, чем тот попал в фигуру в балахоне, та ударила посохом оземь и пропала, как ее и не было.
Он переместился. Но куда?
— Какого хера?! — закричала я на ветру.
«Генерал другого генерала видит издалека — и это их лидер», — сказал Тэйрн.
Мудрец?
«Я больше не могу их сдерживать!» — закричал Ксейден — его руки тряслись так, словно все его тело трещало по швам, а мы мчались к устью долины.
«Новый план, — объявила я ему, пока Тэйрн выжимал из себя всю скорость. — Убери тени».
«ЧТО?» — он уже сдавал; я видела это по его прогибающимся теням, видела виверн, отчаянно рвущихся через них.
«Столько страданий», — меня пронзила боль в голосе Андарны.
Я развернула голову к торговому посту и заметила золотой отблеск. У меня замерло сердце.
«Нет! Здесь слишком опасно!»
«Я нужна вам!» — крикнула она.
«Прошу, спрячься. Хоть кто-то должен выжить», — умоляла я, когда Тэйрн пролетал мимо Ксейдена и Сгаэль.
«Ксейден, убери тени. Это единственный способ».
«Тэйрн!» — закричала Сгаэль с таким страхом, какого я от нее еще никогда не слышала.
«Не проси меня об этом», — дрожал даже голос Ксейдена.
Тени рухнут, хочет он того или нет. Еще чуть-чуть — и он просто выгорит.
«Если ты мне правда доверяешь, Ксейден, я прошу довериться и теперь», — я повторила его же слова, силясь вдохнуть, морщась из-за обжигающей боли в боку. Он выгорит, если не послушает меня.
«Проклятье!»
Стена теней рухнула, и виверны помчались на нас с ужасающей скоростью. Если у меня не получится, не выживет никто. Их было слишком много.
«Найди самого сильного всадника, Тэйрн».
Это шанс. Наш единственный шанс.
Мы были в минуте от столкновения.
«Когда я избавлюсь от всадника, останется только один, Ксейден. Просто убей его — и остальные виверны рухнут».
«Я иду».
Но я там буду первая. Тэйрн быстрее Сгаэль.
«Ты спас нас уже тем, что удерживал их так долго».
Не успел он ответить, как я поставила щит и отгородилась, чтобы сосредоточиться.
Голова Тэйрна вертелась вправо и влево, взгляд искал цели, и я разрушила последние стены своей библиотеки, твердо упираясь одной ногой в мраморный пол.
«Вот, — сказал Тэйрн, глядя направо. — Вон он».
В конце летучей орды парил вэйнитель, алые вены полосовали его виски и сбегали по щекам.
«Уверен?» — спросила я.
«Да».
Из орды виверн вырвалась струя синего пламени, и я не успела даже вздохнуть, как от краев долины поднялась стена теней, потушив его.
Сила наполняла мои кости, самая моя суть вибрировала от количества энергии, которую я старалась удержать.
«Только пообещай, что твой план — это не перескочить на спину виверны?» — спросил Тэйрн, когда у меня перехватило дыхание.
Всего пара секунд — и мы на месте.
«Мне не придется, — ответила я. — Ты слышал, что сказала вэйнительница? Я могу подчинить себе всю силу неба, но для этого мне понадобится вся твоя без остатка».
Я высвободила свою печать и ударила — промахнувшись мимо виверны, а потом промахнувшись еще и еще.
Они почти налетели на нас, а я все била и била, уже упираясь в свои пределы, как и Ксейден, тушивший синее пламя раньше, чем оно успевало сжечь меня заживо.
Я не умела целиться. Я не готова. Может, после года-другого практики, но не сейчас.
«Нужно еще, Тэйрн!»
«Ты выгоришь, Серебристая! — проревел он, уворачиваясь от струи, которую пропустил Ксейден. — Ты уже идешь по грани».
Я вновь подняла трясущиеся руки.
«Это единственный способ их спасти. Я могу спасти Сгаэль. Главное, выживи ты, Тэйрн. Даже если не выживу я».
«Я не стану смотреть, как гибнет еще один всадник, не зная своих пределов. Еще один выстрел может быть твоим последним. Я чувствую, как угасают твои силы».
«Я отлично знаю, на что способна», — пообещала я, когда мое тело вновь наполнила энергия, и мое сердце екнуло, стараясь найти нужный ритм. Горячо. Мне охренительно горячо, кажется, я вот-вот вспыхну сама. Слишком много силы.
«Я не Наолин».
Страх грозил поглотить меня, пока вэйнитель мчался на нас — так близко, что я видела его оскал, — но не мой страх. А Тэйрна.
«Позволь помочь!» — крикнула Андарна, и сердце заныло, хоть и трещало от бегущей по венам энергии.
Я не успевала посмотреть, где она, — только надеялась, что все еще у форпоста.
«Только не больше, чем нужно», — сказала я ей.
Я с трудом сглотнула, сжимая здоровой рукой окровавленный кинжал, пока мы мчались прямо на стену виверн. Я прикоснулась к ее золотой силе — и она разлилась по мне, прорвалась через меня, останавливая вокруг время.
Тэйрн раскинул крылья, воспарив перед вивернами, что продвигались дюйм за драгоценным дюймом, пробиваясь через магию Андарны своей мощью.
Я должна была хотеть убить этого вэйнителя — и, помогите мне боги, я хотела.
«Сейчас!»
Я вскинула руки к вэйнителю и приказала молнии разорвать небо — и она подчинилась, ветвясь во все стороны, но мне хватало и одного серебристо-синего зигзага. Я сосредоточилась на ближайшем к вэйнителю и опускала его медленными порывами. Руки вибрировали, и я чувствовала, как сила Тэйрна толкает меня за мои пределы, когда схватила падающую ветвь и из последних сил навела на вэйнителя.
«Еще, Тэйрн!»
Он взревел — и через меня прошла сама молния, обжигая легкие, обугливая легкие, на фоне ослабевающей силы Андарны. Мне не нужно было быть с ней, чтобы чувствовать ее измождение, ее нахлынувшее бессилие. Но я зачерпнула немного, лишь то, что было необходимо. Сегодня Андарна выживет — пусть даже только она одна.