Елена Кабанова, Инесса Ципоркина
Тургенев Иван
Гамлет и Дон-Кихот
Стерва делает карьеру. 10 заповедей успеха
И.С.Тургенев
(Стерва – 2)
Гамлет и Дон-Кихот
Карьера и стезя
(Речь, произнесенная 10 января 1860 года на публичном чтении, в пользу
Общества для вспомоществования нуждающимся литераторам и ученым)
Ну как, ты готова делать карьеру? Тебе хочется добиться всего-всего – чтоб было о чем вспомнить? И ради этой цели ты морально готова на аморальные характеристики в свой адрес. Да уж, на первый взгляд, прозваньица типа «стерва» и «карьеристка» к числу особо ласковых не отнесешь. В советском кино женщины такого рода изображались в духе гадюк подколодных, сущих ведьм и прочих порождений ехидны. Вот и нарисовался образ вроде Бабы-Яги наших дней. Хотя, кажется, Бабу-Ягу сложно назвать карьеристкой. Но кто доподлинно знает, как Баба-Яга дошла до жизни такой: в зеленой зоне, в отдельном здании в глубине большого частного земельного владения, со стабильным доходом и на полном обеспечении от рентабельного личного хозяйства… Наверное, она очень много и плодотворно работала в социальной сфере, пока однажды не решила удалиться на покой в экологически чистый дремучий лес. Завидная участь!
ПОЛНОЕ СОБРАНИЕ СОЧИНЕНИЙ И ПИСЕМ В ТРИДЦАТИ ТОМАХ
Что, не нравится внешний вид Бабы-Яги? У нее, между прочим, определенного внешнего вида нет и не было. Как известно из ученых трудов, эта особа умела оборачиваться и миловидной дамой среднего возраста, и красавицей писаной весьма юных лет. В наши дни этот талант – признак не столько волшебной силы, сколько финансовой обеспеченности. Вот и получается, как говорил кузнец Степан в «Формуле любви»: «Здесь все от мене зависить». Если комфортно ходить неряхой на костяной ноге – пожалуйста! Желаете измениться к лучшему – пожалуйте на педикюр и на омолаживающие процедуры!
СОЧИНЕНИЯ В ДВЕНАДЦАТИ ТОМАХ
В общем, отношение кого угодно к кому угодно – штука субъективная и переменчивая. Значит, вся загвоздка в том, как ты сама относишься к себе. И окружающие будут видеть в тебе именно то, что ты сама в себе увидишь – Василису Прекрасно-Премудрую или кикимору болотную. А какова мораль? А мораль: надо растить в себе чувство глубокого интереса и уважения к собственной персоне. То, что многие принимают за эгоизм. Этой характеристики тоже, кстати, бояться не стоит. Александр Иванович Герцен резонно заметил, что «всего меньше эгоизма у раба».
Издание второе, исправленное и дополненное.
И выходит странная вещь: эгоизм и свобода имеют прямо пропорциональное отношение друг к другу. Чем больше свобода, тем шире поле для эгоизма. Главное – не переборщить. Не то окажешься в бесприютном одиночестве в центре вселенной, лишенной разума. Необходимо отыскать точку равновесия между ответственностью и свободой. Причем у каждого эта точка индивидуальна. Ее нельзя обнаружить заочно, по методу вроде: твой психологический тип такой-то, твое призвание сякое-то, твой способ личностных контактов – хук справа. И вся любовь.
ИЗДАТЕЛЬСТВО \"НАУКА\", МОСКВА, 1980, Том пятый.
OCR Бычков М.Н.
О том, как найти свою стезю и вообще самоопределиться, рассказано в нашей книге «Из домохозяйки – в бизнес-леди, или как преодолеть гравитацию». Ох и нешуточное это дело – познание себя. И еще более нешуточное – выход в большой мир из своей уютной «раковины». Женщине вообще труднее преодолеть силу притяжения дома, семьи – и это не всегда связано с инертностью натуры, или с традициями домостроя, или с биологической программой. Едва ли не первой причиной становится то, что женщина лучше мужчины знает, сколько усилий требует повседневная домашняя работа. И сама мысль о том, чтобы оставить этот селевый поток без присмотра (или нанять детям – гувернантку, мужу – кухарку, бабушке – сиделку, а свекрови – змеелова), внушает резонный протест. С чего вдруг я потащусь деньги зарабатывать, а родня без мамки останется? Или посторонним людям за уборку-готовку платить? Плавали, знаем! Пустишь такую старушку полы помыть, а потом глядь – пианино-то и нету!
Мм. гг.!
Вторая причина – неуверенность. Не столько неуверенность в своей профессиональной подготовке или в стабильности выбранного бизнеса, сколько неуверенность в себе как в личности, которой придется налаживать контакт с другими личностями. Сдюжу или не сдюжу? А они меня не съедят? А я перед всеми не осрамлюсь? А я не попаду в смешное положение? А шеф меня не… Ладно, проехали! Можем гарантировать: будет все. И смешные положения, и неловкие, и попытки сожрать тебя с потрохами, и намерения осрамить перед всем честным народом. Такова система «прописки новичка» в коллективе. Сперва тебя проверяют на прочность, потом на вшивость, потом на слабость коленок… На тепличные условия и материнские объятья не рассчитывай. Их не существует нигде, кроме как в воображении душевно нездоровых идеалистов-романтиков. Чтобы выдержать все, что тебе предстоит в ходе «борьбы за светлое финансовое будущее», надо обзавестись изрядным набором знаний и сил. Чем мы и займемся.
Первое издание трагедии Шекспира \"Гамлет\" и первая часть сервантесовского \"Дон-Кихота\" явились в один и тот же год, в самом начале XVII столетия.
Предлагаем тебе для очередного этапа карьерного роста разобраться в очень важных вещах: в 10 заповедях истинной карьеристки. Может быть, в ходе изучения оных у тебя сами собой родятся еще какие-нибудь индивидуальные соображения и доп. заповеди. Прекрасно! Это означает, что ты действительно обрабатываешь информацию, а не просто копишь файлы без всяких намерений применить свои познания на практике. И результаты, как говорится, не замедлят воспоследовать. И однажды ты скажешь всем, кто пытался затолкать тебя в крошечную норку и посадить на паек из сухих корочек: «Я твоя мышка, я тебя съем!» – и дай им бог ноги!
Эта случайность нам показалась знаменательною; сближение двух названных нами произведений навело нас на целый ряд мыслей. Мы просим позволения поделиться с вами этими мыслями и заранее рассчитываем на вашу снисходительность. \"Кто хочет понять поэта, должен вступить в его область\", - сказал Гете; - прозаик лишен всяких прав на подобное требование; но он может надеяться, что его читатели - или слушатели - захотят сопутствовать ему в его странствованиях, в его изысканиях.
Глава 1. «Если хочешь быть майором, то в Сенате не служи!»
Некоторые из наших воззрений, быть может, поразят вас, мм. гг., своею необычностью; но в том и состоит особенное преимущество великих поэтических произведении, которым гений их творцов вдохнул не-умирающую жизнь, что воззрения на них, как и на жизнь вообще, могут быть бесконечно разнообразны, даже противоречащи - и в то же время одинаково справедливы. Сколько комментариев уже было написано на \"Гамлета\" и сколько их еще предвидится впереди! К каким различным заключениям приводило изучение этого поистине неисчерпаемого типа! - \"Дон-Кихот\", по самому свойству своей задачи, по истинно великолепной ясности рассказа, как бы озаренного солнцем юга, подает меньше повода к толкованиям. Но, к сожалению, мы, русские, не имеем хорошего перевода \"Дон-Кихота\"; большая часть из нас сохранила о нем довольно неопределенные воспоминания; под словом \"Дон-Кихот\" мы часто подразумеваем просто шута, - слово \"донкихотство\" у нас равносильно с словом: нелепость, между тем как в донкихотстве нам следовало бы признать высокое начало самопожертвования, только схваченное с комической стороны. Хороший перевод \"Дон-Кихота\" был бы истинной заслугой перед публикой, и всеобщая благодарность ждет того писателя, который передаст нам это единственное творение во всей его красоте. Но возвратимся к предмета нашей беседы.
Итак, ты решила, чем займешься. Вернее, определила, что именно тебя, высокопарно выражаясь, влечет. А куда? Если уж мы начали цитировать Алексея Константиновича Толстого, то припомним вдобавок: «Конь несет меня лихой, – А куда? Не знаю!». Дабы не оказаться в сходном положении, ты должна правильно оценить нагрузки, перспективы, доходы, возможности самовыражения в выбираемой сфере деятельности. Что, нелегка задачка? Попробуем разбить на действия и решать поэтапно.
Главное, как ты уже поняла, нагрузки, перспективы и доходы. Поставить что-то на первое место сложно – это можешь сделать только ты, ориентируясь на собственную шкалу потребностей. Что тебе сейчас важнее: иметь побольше времени, денег или возможностей роста? В зависимости от ответа ты выбираешь будущее место работы. При этом у тебя есть немалый шанс попасть в многочисленные ловушки, словно ты шарик для гольфа. Какие бывают ловушки?
Мы сказали, что одновременное появление \"Дон-Кихота\" и \"Гамлета\" нам показалось знаменательным. Нам показалось, что в этих двух типах воплощены две коренные, противоположные особенности человеческой природы - оба конца той оси, на которой она вертится. Нам показалось, что все люди принадлежат более или менее к одному из этих двух типов; что почти каждый из нас сбивается либо на Дон-Кихота, либо на Гамлета. Правда, в наше время Гамлетов стало гораздо более, чем Дон-Кихотов; но и Дон-Кихоты не перевелись.
Объяснимся.
Контора имени броуновского движения. Когда молодой специалист начинает искать работу, то риск попасть в заведение этого типа очень большой. Именно эти конторы чаще всего дают объявления в газеты о том, что им нужны специалисты. Им постоянно «требуется». Чаще всего «могучая кучка» (в количественном смысле) сотрудников в самые разные отделы – бухгалтеры, администраторы, менеджеры и пр. Они спокойно набирают сотрудников без стажа работы, их не очень интересуют «университеты» своих служащих. Для них диплом с отличием Академии управления и бухгалтерские курсы какого-то невнятного общества будут совершенно равноценны. Хотя, конечно, кадровик будет набивать цену учреждению и понижать цену тебе. Чтобы не обольщалась по-пустому. Работодателей не волнует, что новичок обучается в процессе работы. Зарплата у молодого специалиста будет настолько низкой, а условия труда настолько ужасными, что как бы он ни напортачил в ходе бурной деятельности, своим неквалифицированным, но и практически неоплачиваемым трудом он окупит все затраты. Сторицей.
Все люди живут - сознательно или бессознательно - и силу своего принципа, своего идеала, т. е. в силу того, что они почитают правдой, красотою, добром. Многие получают свой идеал уже совершенно готовым, в определенных, исторически сложившихся формах; они живут, соображая жизнь свою с этим идеалом, иногда отступая от него под влиянием страстен или случайностей, - но они не рассуждают о нем, не сомневаются в нем; другие, напротив, подвергают его анализу собственной мысли. Как бы то ни было, мы, кажется, не слишком ошибемся, если скажем, что для всех людей этот идеал, эта основа и цель их существования находится либо вне их, либо в них самих: другими словами, для каждого из нас либо собственное я становится на первом месте, либо нечто другое, признанное им за высшее. Нам могут возразить, что действительность не допускает таких резких разграничении. что в одном н том же живом существе оба воззрения могут чередоваться, даже сливаться до некоторой степени; но мы и не думали утверждать невозможное! т. изменений и противоречий в человеческой природе; мы хотели только указать на два различные отношения человека к своему идеалу - и мы теперь постараемся представить, каким образом, по нашему понятию, эти два различные отношения воплотились в двух избранных нами типах.
Со временем новичок замечает, что в этой фирме если кто и работает постоянно, так это заведующие отделами. А остальной народ в подразделениях постоянно меняется. Очень большая текучка кадров получается. Хроническое «утекание мозгов и рук» происходит потому, что нормальный человек просто не способен ни физически, ни психологически вынести гигантского объема труда, который приходится выполнять за мизерные, смешные деньги. И люди уходят при первой же возможности. Да их никто и не держит. «А живы будем, будут и другие», как обещал Лепорелло Дону Гуану.
Начнем с Дон-Кихота.
А если в подобной конторе тебе споют про перспективы роста, то лучше отнестись к этим заверениям с должным скепсисом. За свои места здесь держатся только сотрудники высшего звена, потому что их немного и только им перепадают от начальства какие-то льготы, денежные вознаграждения и кондиционер. Остальные, все кто ниже в должности, – мусор. На них не обращают внимания. Поэтому тот, кто рассчитывает зацепиться в такой фирме и пробиться наверх, тот просто сам себя обманывает. Чем скорее сбежишь из этого учреждения, тем лучше для тебя. А если задерживаешься долго, выходит неприглядная картина: и в собственных глазах, и в глазах своего начальства ты выглядишь глупой и беспомощной, а значит, лучшего места ты недостойна. Не обращая внимания на призывы сохранять верность «родному учреждению», делай ноги. Поверь афоризму Александра Фюрстенберга, который считал, что «капитан знает все, но крысы знают больше».
Одна моя знакомая, Мила, устроилась в такую фирму на работу по объявлению в газете. Через месяц, получив свою смехотворную зарплату, она поняла: надо отсюда уходить. Стала снова объявления в газетах просматривать. И очень удивилась, когда среди прочих увидела объявление фирмы, в которой работала. Объявление было в точности такое же, как то, по которому Мила устраивалась на работу месяц назад. Но все предлагаемые в объявлении вакансии в самой фирме были уже заняты. «Сначала я подумала, – рассказывала Мила, – что в газете еще срок на «объяву» не закончился. Но пока я искала новое место работы (а на это ушло ни много, ни мало три месяца), все это время объявление «висело» на месте. Правда, потом я уже ничему не удивлялась. За то время, пока я в этой конторе работала, ушли несколько ребят из других отделов. А потом и я уволилась и освободила место. Так что, конечно, моим бывшим при постоянной текучке имеет смысл держать постоянное объявление о найме новых сотрудников во все отделы: не один – так другой, не сегодня – так завтра».
Что выражает собою Дон-Кихот? Взглянем на него не тем торопливым взглядом, который останавливается на поверхностях и мелочах. Не будем видеть в Дон-Кихоте одного лишь рыцаря печального образа, фигуру, созданную для осмеяния старинных рыцарских романов; известно, что значение этого лица расширилось под собственного рукою его бессмертного творца и что Дон-Кихот второй части, любезный собеседник герцогов и герцогинь, мудрый наставник оруженосца-губернатора, - уже не тот Дон-Кихот, каким он является нам в первой части романа, особенно в начале, не тот странный и смешной чудак, на которого так щедро сыплются удары; а потому попытаемся проникнуть до самой сущности дела. Повторяем: что выражает собою Дон-Кихот? Веру прежде всего; веру в нечто вечное, незыблемое, в истину, одним словом, в истину, находящуюся вне отдельного человека, но легко ему дающуюся, требующую служения н жертв, но доступную постоянству служения и силе жертвы. Дон-Кихот проникнут весь преданностью к идеалу, для которого он готов подвергаться всевозможным лишениям, жертвовать жизнию; самую жизнь свою он ценит настолько, насколько она может служить средством к воплощению идеала, к водворению истины, справедливости на земле. Нам скажут, что идеал этот почерпнут расстроенным его воображением из фантастического мира рыцарских романов; согласны - ив этом-то состоит комическая сторона Дон-Кихота; но самый идеал остается во всей своей нетронутой чистоте. Жить для себя, заботиться о себе - Дон-Кихот почел бы постыдным. Он весь живет (если так можно выразиться) вне себя, для других, для своих братьев, для истребления зла, для противодействия враждебным человечеству силам - волшебникам, великанам, т. е. притеснителям. В нем нет и следа эгоизма, он не заботится о себе, он весь самопожертвование - оцените это слово! - он верит, верит крепко и без оглядки. Оттого он бесстрашен, терпелив, довольствуется самой скудной пищей, самой бедной одеждой: ему не до того. Смиренный сердцем, он духом велик и смел; умилительная его набожность не стесняет его свободы; чуждый тщеславия, он не сомневается в себе, в своем призвании, даже в своих физических силах; воля его - непреклонная воля. Постоянное стремление к одной и той же цели придает некоторое однообразие его мыслям, односторонность его уму; он знает мало, да ему и не нужно много знать: он знает, в чем его дело, зачем он живет на земле, а это - главное знание. Дон-Кихот может показаться то совершенным безумцем, потому что самая несомненная вещественность исчезает перед его глазами, тает как воск от огня его энтузиазма (он действительно видит живых мавров в деревянных куклах, рыцарей в баранах),то ограниченным, потому что он не умеет ни легко сочувствовать, ни легко наслаждаться; но он, как долговечное дерево, пустил глубоко корни в почву и не в состоянии ни изменить своему убеждению, ни переноситься от одного предмета к другому; крепость его нравственного состава (заметьте, что этот сумасшедший, странствующий рыцарь - самое нравственное существо в мире) придает особенную силу и величавость всем его суждениям н речам, всей его фигуре, несмотря на комические и унизительные положения, в которые он беспрестанно впадает... Дон-Кихот энтузиаст, служитель идеи и потому обвеян ее сияньем.
«Маленький, но очень гордый фирма». Как правило, это семейное предприятие: ресторан, магазин, мастерская. Работает по принципу «Отец, слышишь, рубит, а я отвожу» или «Дедка за репку, бабка за дедку, внучка за бабку, жучка за внучку, кошка за жучку…». Таким заведениям часто требуются мышки, которые поднатужатся и вытащат все и вся на себе. Мышек как раз берут со стороны. Если попадаешь на работу в такую фирму, в которой почти все сотрудники носят одну фамилию, то стоит хорошенько задуматься: оно мне надо, вытаскивать ихнюю застрявшую репку кажный огородный сезон?
Что же представляет собою Гамлет?
Сермяжная правда заключается в следующем. Семья работает на себя, на свое собственное драгоценное и обожаемое благосостояние. Все истово преданы делу и от тебя того же требуют. Они на себя пашут до седьмого пота, и ты на них должна, как на себя, – минимум пота до тринадцатого. Кстати: если и начнешь вкалывать без продыху, то весь семейно-производственный круг примет твою инициативу как нечто само собой разумеющееся. Только доход твой будет… Ага. Мягко говоря, несоразмерен усилиям и несоизмерим с заработками остальных… коллег.
И еще. Если ты не член семьи, а приблудная мышка, то всегда окажешься крайней – совсем как в сказке. В любой конфликтной ситуации виновата будешь ты. Неприятности будут происходить по твоему недосмотру, по твоей лени, по твоей глупости и по прочим твоим грехам – смертным или простительным, но все равно ужасным. И руководство, вполне отчетливо понимая, что ты не виновата, все равно будет прикладывать мышку мордой об стол – для профилактики, чтобы не расслаблялась, впредь помнила и знала свое место. Но если уж всем ясно как божий день – невиноватая ты, а проштрафился все-таки «родной человечек» – претензии все равно полетят исключительно в твой адрес: «Ну, а ты куда смотрела? Ты что, не знаешь, что он (она, они, оно) всегда такой рассеянный?! Тебе что, проследить трудно?!» И далее монолог в духе «свекровь и невестка на поле брани».
Анализ прежде всего и эгоизм, а потому безверье. Он весь живет для самого себя, он эгоист; но верить в себя даже эгоист не может; верить можно только в то, что вне нас и над нами. Но это я, в которое он не верит, дорого Гамлету. Это исходная точка, к которой он возвращается беспрестанно, потому что не находит ничего в целом мире, к чему бы мог прилепиться душою; он скептик - и вечно возится и носится с самим собою; он постоянно занят не своей обязанностью, а своим положением. Сомневаясь во всем, Гамлет, разумеется, не щадит и самого себя; ум его слишком развит, чтобы удовлетвориться тем, что он в себе находит: он сознает свою слабость, но всякое самосознание есть сила; отсюда проистекает его ирония, противоположность энтузиазму Дон-Кихота. Гамлет с наслаждением, преувеличенно бранит себя, постоянно наблюдая за собою, вечно глядя внутрь себя, он знает до тонкости все свои недостатки, презирает их, презирает самого себя - и в то же время, можно сказать, живет, питается этим презрением. Он не верит в себя - и тщеславен; он не знает, чего хочет и зачем живет, - и привязан к жизни... \"О боже, боже! (восклицает он во 2-й сцене первого акта), если б ты, судья земли и неба, не запретил греха самоубийства!.. Как пошла, пуста, плоска и ничтожна кажется мне жизнь!\" Но он не пожертвует этой плоской и пустой жизнию; он мечтает о самоубийстве еще до появления тени отца, до того грозного поручения, которое окончательно разбивает его уже надломанную волю, - но он себя не убьет. Любовь к жизни высказывается в самых этих мечтах о прекращении ее; всем 18-летним юношам знакомы подобные чувства:
Конечно, может показаться, что авторы рисуют картину «Золушка среди чайников» маслом и сгущают явно краски. Прием у них такой, художественный. Как будто предприниматели неспособны оценить хорошего работника. Конечно, способны. Только выражаться это будет своеобразно. В том смысле, что будут поручать вести самые ответственные дела и доверять, но вознаграждение окажется практически никаким.
То кровь кипит, то сил избыток.
Но не будем слишком строги к Гамлету: он страдает - и его страдания и больнее и язвительнее страданий Дон-Кихота. Того бьют грубые пастухи, освобожденные им преступники; Гамлет сам наносит себе раны, сам себя терзает; в его руках тоже меч: обоюдоострый меч анализа.
Кира работала в таком вот семейном предприятии. Взяли ее бухгалтером, но на деле приходилось заниматься всем. Получалось: и швец, и жнец, и на дуде игрец. Кира – дама энергичная, деловитая, честная. Работала много. Ее хвалили. Объясняли, что без нее как без рук. Так оно и было. Только на Кириной зарплате это никак не отражалось. Платили минимум с периодическими вознаграждениями. Вознаграждения вселяли Кире надежду, что со временем станут платить больше. В гостях она хвалилась отношением своих «хозяев»: «Они доверяют только мне. Все время идут ко мне за советом. Я у них первый человек. Мне директор тут сказал, что если я захочу сделать свой объект, то он мне деньги выделит тут же» – «А под какие проценты?» – спрашиваем. «Ни под какие, – отвечает Кира, – объект-то все равно его. Правда, если дело не пойдет, то деньги мне возвращать придется свои». Было совершенно непонятно, в чем же состоит Кирина выгода, если деньги она все равно будет зарабатывать своим «хозяевам», а за неудачи расплачиваться своим собственным кошельком. Но до всего, как говорится, надо созреть. В том числе и до самостоятельности.
И последнее. Семейные фирмы жутко годятся своим замечательным бизнесом. Причем размеры и масштаб дела находятся в обратной пропорции к гордости. Чем меньше заведеньице, тем больше им гордятся. Тем агрессивнее и громче хвалят себя. И от тебя непременно потребуют пения дифирамбов. Любая критика – даже осторожная и продуктивная – вызовет шквал возмущения: «Пришла со стороны и еще хамит!».
Дон-Кихот, мы должны в этом сознаться, положительно смешон. Его фигура едва ли не самая комическая фигура, когда-либо нарисованная поэтом. Его имя стало смешным прозвищем даже в устах русских мужиков. Мы в этом могли убедиться собственными ушами. При одном воспоминании о нем возникает в воображении тощая, угловатая, горбоносая фигура, облеченная в карикатурные латы, вознесенная на чахлый остов жалкого коня, того бедного, вечно голодного и битого Россинанта, которому нельзя отказать в каком-то полузабавном, полутронутом участии. Дон-Кихот смешон... но в смехе есть примиряющая и искупляющая сила - и если недаром сказано: \"Чему посмеешься, тому послужишь\", то можно прибавить, что над кем посмеялся, тому уже простил, того даже полюбить готов. Напротив, наружность Гамлета привлекательна. Его меланхолия, бледный, хотя и нехудой вид (мать его замечает о нем, что он толст, \"our sou is fat\"), черпая бархатная одежда, перо на шляпе, изящные манеры, несомненная поэзия его речей, постоянное чувство полного превосходства над другими, рядом с язвительной потехой самоунижения, все в нем нравится, все пленяет; всякому лестно прослыть Гамлетом, никто бы не хотел заслужить прозвание Дон-Кихота; \"Гамлет Баратынский\", - писал к своему другу Пушкин; над Гамлетом никто и не думает смеяться, и именно в этом его осуждение: любить его почти невозможно, одни люди, подобные Горацию, привязываются к Гамлету. Мы о них поговорим впоследствии. Сочувствует ему всякий, и оно понятно: почти каждый находит в нем собственные черты; но любить его, повторяем, нельзя, потому что он никого сам не любит.
«Небо в алмазах» или трест, который лопнет. С первого взгляда такие учреждения «разъяснить» довольно сложно. У них нет общей структуры или какой-то определенной сферы деятельности. И с виду выглядит все довольно прилично. Но есть некоторые особенности… Словом, разглядев определенные детали, стоит сильно насторожиться или сделать соответствующие выводы.
Будем продолжать наше сравнение. Гамлет - сын короля, убитого родным братом, похитителем престола; отец его выходит из могилы, из \"челюстей ада\", чтобы поручить ему отметить за себя, а он колеблется, хитрит с самим собою, тешится тем, что ругает себя, и наконец убивает своего вотчима случайно. Глубокая психологическая черта, за которую многие даже умные, но близорукие люди дерзали осуждать Шекспира! А Дон-Кихот, бедный, почти нищий человек, без всяких средств и связей, старый, одинокий, берет на себя исправлять зло и защищать притесненных (совершенно ему чужих) на всем земном шаре. Что нужды, что первая же его попытка освобождения невинности от притеснителя рушится двойной бедою на голову самой невинности... (мы разумеем ту сцену, когда Дон-Кихот избавляет мальчика от побоев его хозяина, который тотчас же после удаления избавителя вдесятеро сильнее наказывает бедняка). Что нужды, что, думая иметь дело с вредными великанами, Дон-Кихот нападает на полезные ветряные мельницы... Комическая оболочка этих образов не должна отводить наши глаза от сокрытого в них смысла. Кто, жертвуя собою, вздумал бы сперва рассчитывав и взвешивать все последствия, всю вероятность пользы своего поступка, тот едва ли способен на самопожертвование. С Гамлетом ничего подобного случиться не может: ему ли, с его проницательным, тонким, скептическим умом, ему ли впасть в такую грубую ошибку! Нет, он но будет сражаться с ветряными мельницами, он не верит в великанов... но он бы и не напал на них, если бы они точно существовали. Гамлет не стал бы утверждать, как Дон-Кихот, показывая всем и каждому цирюльничий таз, что это есть настоящий волшебный шлем Мамбрина; но мы полагаем, что если бы сама истина предстала воплощенною перед его глазами, Гамлет не решился бы поручиться, что это точно она, истина... Ведь кто знает, может быть, и истины тоже нет, так же как великанов? Мы смеемся над Дон-Кихотом... но, мм. гг., кто из нас может, добросовестно вопросив себя, свои прошедшие, свои настоящие убеждения, кто решится утверждать, что он всегда и во всяком случае различит и различал цирюльничий оловянный таз от волшебного золотого шлема?.. Потому нам кажется, что главное дело в искренности и силе самого убежденья... а результат - в руке судеб. Они одни могут показать нам, с призраками ли мы боролись, с действительными ли врагами, и каким оружием покрыли мы наши головы... Наше дело вооружиться и бороться.
Например, ты устраиваешься на работу в недавно открывшуюся фирму и поражаешься размаху начинаний – с одной стороны, и определенной бестолковости действий – с другой. Стремительно растет количество персонала в фирме. Причем на участке работы, где, по идее, может и должен справляться один человек, будут сидеть сразу два или три «работничка». При этом все они страшно заняты и бурно функционируют. Ты на своем месте так же страшно занята, как и все остальные, и работы у тебя невпроворот.
Замечательны отношения толпы, так называемой людской массы, к Гамлету и Дон-Кихоту.
Только на твои основные обязанности времени уходит совсем немного, да и выполняешь ты их в последнюю очередь. А в первую, во вторую и в третью ты тратишь силы и время на какие-то ужасно важные и срочные поручения, совершенно не относящиеся к твоей непосредственной работе. И вот что удивительно: никто из начальства внимания на это не обращает, тебя безразлично хвалят и благодарят за уже сделанное, а потом подсовывают новую работенку – еще и еще. На невинный вопрос про всякие там должностные обязанности как-то неопределенно взмахивают рукой, возводят очи горе и бубнят, что все нормально, просто ты займешься своими делами, как только освободишься. И конца-края этой «несвободе» нет…
Полоний представитель массы перед Гамлетом, Санчо-Панса - перед Дон-Кихотом.
Если подобные симптомы налицо – увы! Приготовься к жизни на вулкане, который может в любой момент взорваться, и тогда тебе снова придется искать работу. Сходные ситуации складываются в фирмах, если, скажем, владельцы сети предприятий «отделяют» одного из родственников в самостоятельный бизнес. У новоиспеченного босса есть большой опыт работы в хорошо отлаженном механизме, то есть дело – в общих чертах – он себе представляет. А вот как наново собрать и наладить весь механизм целиком, чтобы не просто блестел боками и поскрипывал, а работал без перебоев – ничего такого шеф-неофит не умеет.
Полоний - дельный, практический, здравомыслящий, хотя в то же время ограниченный и болтливый старик. Он отличный администратор, примерный отец; вспомните его наставления сыну своему Лаерту при отъезде того за границу, наставления, которые могут поспорить в мудрости с известными распоряжениями губернатора Санчо-Пансы на острове Баратария. Для Полония Гамлет не столько сумасшедший, сколько ребенок, и если бы он не был королевским сыном, он бы презирал его за его коренную бесполезность, за невозможность положительного и дельного применения его мыслей. Известная сцена облака, между Гамлетом и Полонием, - сцена, в которой Гамлет воображает, что дурачит старика, имеет для нас явный смысл, подтверждающий наше воззрение... Мы позволим себе напомнить ее вам:
Более того, у босса-неумехи в подсознании присутствует устойчивое ощущение, что вся система работы и складывается, и пашет сама по себе. Поэтому набор действий неопытного руководителя чаще всего носит формальный характер, что-то вроде «так надо, надо так!» Организационные недостатки и отсутствие прибыли шеф подсознательно старается компенсировать бурной деятельностью: он, бедняга, просто-напросто старается избежать хотя бы упреков в бездействии. Но если на что и пенять, то на несовершенство мироздания вообще. Не склалось – и все! А как старался, как старался… Закрываются такие конторы довольно быстро, едва родные и близкие неудачливого «начальничка» решают: все! Более и далее выбрасывать деньги на ветер невозможно.
Полоний. Королева желает говорить с вами, принц, и притом сейчас.
Аналогичная ситуация возникает, когда на месте «родного человечка» во главе конторы или проекта становится личность, которую можно охарактеризовать как «социального Дона Жуана». Только сфера его деятельности – не Прекрасная Дама с ее многочисленными обидчиками, и не злобные ветряные мельницы, а всякие-разные бизнес-проекты. Такие личности вертятся вокруг конкурсов, фондов и прочих заведений, на которые – или от которых – есть маза «деньгу по-легкому срубить». Задача такого Дон Жуана – охмурить учредителей и выбить из них деньги под свой проект. Он очень красноречив, уверен в себе, напорист, легко сходится с людьми и обещает «небо в алмазах».
Гамлет. Видите это облако? Точно ласточка.
Если ты подрядилась в таком проекте работать, то у тебя вскоре возникнет ощущение, будто попала в водоем с пираньями. Только на куски, слава богу, рвут не тебя, а денежные суммы. Вокруг крутятся люди, озабоченные мнимой, «виртуальной» деятельностью, какие-то ошметки хватают набежавшие со стороны. Короче, этот дурдом и круговерть длятся, как правило, не более сезона, оставляя после себя вместо воплощения проекта в жизнь много чего. В частности, израсходованные сметы и дырку от бублика учредителям.
Полоний. Совершенная ласточка.
Село Кидалово и его обитатели. Кидалово – место, а вернее положение, в котором никто не хочет оказаться. И в то же время это довольно распространенная практика ведения бизнеса в нашем юном государстве. Стопроцентной возможности защититься от «кидалова» не существует. Причин тут много, перечислять их не имеет смысла. А лучше сосредоточиться на отличительных чертах, свойственных «кидальщикам». На особенностях ведения дел, когда «кидалово» является не из ряда вон выходящим действием при форс-мажорных обстоятельствах, а обычной практикой.
Гамлет. Мне кажется, оно похоже на верблюда.
Полоний. Спина точь-в-точь как у верблюда.
Многие подпадают под заблуждение, что чем больше и солидней фирма, тем честнее она ведет свои дела. С государством, может быть. Налоги платит вовремя. А вот со своими служащими – вопрос. Когда хозяйство большое, тогда и расход большой – на всех не напасешься. Вот и приходится экономить на рабочей силе. Приемов масса. К примеру, в Москве просто притчей во языцех стала некая торговая фирма, в магазинах самообслуживания которой была не просто плохо – невозможно плохо организована торговля и охрана помещения: каждую смену там непременно обнаруживалось хищение товара на крупную сумму. Однако руководство фирмы нисколько не унывало и не чесалось – в смысле, ничего не делало. Им гораздо проще было вычитать недостачу из зарплаты персонала, чем модернизировать торговлю и охрану.
Гамлет. Иль как у кита?
Ну, хорошо, подумаешь ты. Сотрудники низового звена, такие, как продавцы или кассиры, всегда под угрозой. Для того, собственно, люди и учатся, и приобретают престижные профессии, чтобы стать, как на Западе говорится, «золотыми воротничками», быть востребованными и уважаемыми людьми. Советуем не спешить с выводами. Специалист знает себе цену, и стоит недешево. Этим он и плох. В том смысле, что большинство фирм не могут себе позволить платить кому-то такие деньги постоянно. И выкручиваются следующим образом. Приглашают специалиста на работу, платят ему высокую зарплату, пока он налаживает производственный процесс. Когда же механизм начинает работать без пробуксовки, от специалиста избавляются, а на его место набираются исполнители, которым цена «три копейки пол-оркестра». И они уже за мизерные деньги кочумают по налаженным связям и проторенным тропам, пока в свою очередь, не забуксуют. Тогда – их с позором долой и снова приглашаем специалиста. Может быть, работодатель воспринимает произвол по отношению к собственным сотрудникам как «свои люди, дело житейское», а на стороне старается выглядеть «комильфо». Увы, совсем не факт.
Полоний. Совершенный кит.
«Кидалово» по отношению к сотрудникам, которые не в штате работают, а на партнерской «почве», распространено еще больше. Особенно удобно кидать людей не на суммы вселенского масштаба, а на небольшие: тогда каждый скажет себе, что легче заработать новые деньги, чем тратить время и силы на выбивание долгов. В общем, чтобы человек поморщился, плюнул, но в суд не пошел.
Гамлет. Хорошо. - Так я иду к матушке.
Еще можно помотать специалиста как следует. Ведь какую-то работу он уже сделал, значит, вложился, а тут мы ему: «Слушай, голуба, щас мы тебе заплатить не можем, но у нас для тебя есть еще работа. Ты ее сделай, а уж мы тебе запла-а-атим! За все разом». А потом вместо платы за труд снова предложить поработать еще, и еще… И ждать последствий: либо человек сам устанет ишачить задарма, либо через изрядный срок, вздохнув, заплатить ему десятую часть от заработанного. По принципу «Все, что выцарапано у работодателя в поте лица своего, создает у человека иллюзию одержанной победы, вот он и удовольствуется малым».
Не явно ли, что в этой сцене Полоний в одно и то же время придворный, который угождает принцу, и взрослый, который не хочет перечить больному, блажному мальчику? Полоний ни на волос не верит Гамлету, и он прав; со всей свойственной ему ограниченной самонадеянностью он приписывает блажь Гамлета его любви к Офелии, и в этом он, конечно, ошибается; но он не ошибается в оценке его характера. Гамлеты точно бесполезны массе; они ей ничего не дают, они ее никуда вести не могут, потому что сами никуда не идут. Да и как вести, когда не знаешь, есть ли земля под ногами? Притом же Гамлеты презирают толпу. Кто самого себя не уважает - кого, что может тот уважать? Да и стоит ли заниматься массой? Она так груба и грязна! а Гамлет аристократ, не по одному рождению.
Глава 2. «Поздравляю вас, гражданин, соврамши!»
Так на что при трудоустройстве нужно обращать внимание в первый момент? Скорее всего, ты ответишь на этот вопрос неверно. Скажешь, что необходимо отслеживать все шансы и среди всех выделять наиболее перспективные. А вот и нет! Это уже второй момент. Для начала приглядись к более важным вещам – а именно, к тому, что может нести опасность. К тому, что вредит тебе и разрушает твои планы. И потому сперва необходимо выстроить качественную защитную систему, которая не связывала бы тебя по рукам и ногам, но и лишнего не дозволяла. Опасности, как известно, бывают разные, так что одним и тем же приемом от всех не отобьешься. И надобно, согласно советам психологов, учиться дифференцировать конфликтогены, то есть различать, кто и как тебя обидел.
Совсем другое зрелище представляет нам Санчо-Панса. Он, напротив, смеется над Дон-Кихотом, знает очень хорошо, что он сумасшедший, но три раза покидает свою родину, дом, жену, дочь, чтобы идти за этим сумасшедшим человеком, следует за ним повсюду, подвергается всякого рода неприятностям, предан ему по самую смерть, верит ему, гордится им и рыдает коленопреклоненный у бедного ложа, где кончается его бывший господин. Надеждою на прибыль, на личные выгоды - этой преданности объяснить нельзя; у Санчо-Пансы слишком много здравого смысла; он очень хорошо знает, что, кроме побоев, оруженосцу странствующего рыцаря почти нечего ожидать. Причину его преданности следует искать глубже; она, если можно так выразиться, коренится в едва ли не лучшем свойстве массы, в способности счастливого и честного ослепления (увы! ей знакомы и другие ослепления), в способности бескорыстного энтузиазма, презрения к прямым личным выгодам, которое для бедного человека почти равносильно с презрением к насущному хлебу. Великое, всемирно-историческое свойство! Масса людей всегда кончает тем, что идет, беззаветно веруя, за теми личностями, над которыми она сама глумилась, которых даже проклинала и преследовала, но которые, не боясь ни ее преследований, ни проклятий, не боясь даже ее смеха, идут неуклонно вперед, вперив духовный взор в ими только видимую цель, ищут, падают, поднимаются, и наконец находят... и по праву; только тот и находит, кого ведет сердце. Les grandes pensees viennent du coeur {Великие мысли исходят из сердца (франц.).}, - сказал Вовенарг. А Гамлеты ничего не находят, ничего не изобретают и не оставляют следа за собою, кроме следа собственной личности, не оставляют за собою дела. Они не любят и не верят; что же они могут найти? Даже в химия (не говоря уже об органической природе), для того чтобы явилось третье вещество, надобно соединение двух; а Гамлеты все только собою заняты; они одиноки, а потому бесплодны.
Но возразят нам: \"Офелия? разве Гамлет ее не любит?\"
Предупрежден – значит, вооружен. Начнем пополнение нашего арсенала с… вранья. Причем обоюдного – когда и ты обманываешь, и тебя обманывают. К вранью, то есть, вежливо формулируя, к дезинформации прибегают все и всегда. И потому советуем в ответ не выказывать стандартной реакции максималиста – глупого человека, который малым не удовлетворится, а много ему никто не предлагает. Не нужно демонстрировать взрывов возмущения, заверять всех в собственной абсолютной правдивости и наотрез отказываться от сотрудничества с «презренным лжецом». Лжецы, вообще-то, бывают разные. К тому же, как верно говаривал Франсуа Ларошфуко: «Мы потому возмущаемся людьми, которые с нами лукавят, что они считают себя умнее нас».
Поговорим о ней - и кстати о Дульцинее.
В отношениях наших двух типов к женщине есть также много знаменательного.
Предположим, приходишь ты в офис на собеседование и явственно ощущаешь, что тебя норовят надуть. Первая реакция – растерянность. Ты не знаешь, насколько твои ощущения верны, можно ли вообще доверять такой эфемерной вещи, как предчувствия и впечатления. И пусть тебе не хочется упускать выгодных предложений из-за пустой мнительности, но и тратить время, силы, а главное, деньги на фуфло также неохота. В голове вертятся описания различных симптомов «искренности» и «лживости», проявляющихся в мимике и жестикуляции. Например, что-то в этом духе: «У людей, придумывающих свои истории, вместо того, чтобы рассказывать о действительно произошедших событиях, существует специальная траектория движения глаз – они чаще всего движутся по диагонали: из правого верхнего угла в левый нижний и обратно. Перемещение глазных яблок вправо-вверх означает, что человек «конструирует» зрительные образы, а не вспоминает их»; или «когда человек начинает с вами откровенничать, он обычно раскрывает перед собеседником ладони полностью или частично. Как и другие жесты языка телодвижений, это полностью бессознательный жест, он показывает вам, что собеседник говорит в данный момент правду. Когда ребенок обманывает или что-то скрывает, он прячет ладони за спиной. Аналогично, если жена хочет скрыть от мужа, что всю ночь прогуляла с подругами, она во время объяснений будет прятать руки в карманы или держать их скрещенными». И хотя первое высказывание принадлежит выдающемуся психотерапевту Милтону Эриксону, а второе – не менее выдающемуся психологу Аллану Пизу, осмелимся возразить: во-первых, все жесты, свойственные правшам, у левшей отражаются зеркально, а у блефующих картежников вообще отсутствуют; во-вторых, будучи опытным обманщиком, можно приучить себя так и ходить, развернув беззащитные ладошки к доверчивой толпе; в-третьих, жена, гулявшая всю ночь с подругами, держит руки скрещенными на груди потому, что пытается выяснить у мужа, с кем он тем временем «домоседничал»? Словом, мало помощи оказывают отвлеченные теории про усредненные реакции абстрактных лиц. Придется отказаться от «готовых приемов» и думать самостоятельно, ориентируясь на конкретные обстоятельства.
Дон-Кихот любит Дульцинею, несуществующую женщину, и готов умереть за нее (вспомните его слова, когда, побежденный, поверженный в прах, он говорит своему победителю, уже занесшему на него копье:
В описанной ситуации, возможно, присутствуют сразу два компонента: дезинформировать хотели тебя или дезинформировать хотела ты. Из-за последней «составляющей» ты можешь переносить свою проблему на все тебя окружающее – из соображений самооправдания. Профессиональный карточный игрок Анатолий Барбакару в своих автобиографических «Записках шулера» писал: «Профессионал всегда ждет подвоха, потому что сам горазд на подвох. И похоже, генетические жулики не мыслят себя, да и других без подвоха». Юрий Щербатых, автор пособия «Как защититься от обмана» считает, что «способность к обману сугубо индивидуальна и варьируется у разных людей в пределах от полной искренности до неисправимой лживости. Она зависит от воспитания и жизненного опыта, влияния родителей, школы, ближайшего окружения и случайных знакомых».
\"Колите меня, рыцарь, но да не послужит моя слабость к уменьшению славы Дульцинеи; я все-таки утверждаю, что она совершеннейшая красавица в мире\"). Он любит идеально, чисто, до того идеально, что даже не подозревает, что предмет его страсти вовсе не существует; до того чисто, что, когда Дульцинея является перед ним в образе грубой и грязной мужички, он не верит свидетельству глаз своих и считает ее превращенной злым волшебником. Мы сами на своем веку, в наших странствованиях, видали людей, умирающих за столь же мало существующую Дульцинею или за грубое и часто грязное нечто, в котором они видели осуществление своего идеала и превращение которого они также приписывали влиянию злых, - мы чуть было не сказали: волшебников - злых случайностей и личностей. Мы видели их, и когда переведутся такие люди, пускай закроется навсегда книга истории! в ней нечего будет читать. Чувственности и следа нет у Дон-Кихота; все мечты его стыдливы и безгрешны, и едва ли в тайной глубине своего сердца надеется он на конечное соединение с Дульцинеей, едва ли не страшится он даже этого соединения!
К этому можно добавить, что способность к обману совершенствуется по мере роста напряжения, вызванного внутренними проблемами. Преодолевая возникающие трудности, некоторые люди прибегают к самообману, другие – к манипуляции объектами, вызывающими беспокойство. Стремление овладеть событиями и изменить их в нужном направлении заставляет каждого из нас «пересоздавать реальность». Иногда в эту «усовершенствованную реальность» ненароком залетают посторонние личности. Они, как правило, обвиняют тебя в глупости или в неискренности. Это еще более раздражает. И мы нередко предпринимаем попытки разубедить окружающих – и себя – в том, что просто-напросто не воспринимаем мир таким, каков он есть. Н-да, не самый действенный прием психологической защиты. Отрицание называется. Чтобы достичь успеха и повысить самооценку, человек нещадно эксплуатирует этот механизм, но редко вовремя замечает опасность: например, когда в защите образовалась брешь и скоро здесь появится огромный пролом, куда хлынут волны депрессии, и бедолагу накроет с головой. Что, собственно, такое психологическая защита? Она действительно помогает, или все больше мешает? Как она работает?
А Гамлет, неужели он любит? Неужели сам иронический его творец, глубочайший знаток человеческого сердца, решился дать эгоисту, скептику, проникнутому всем разлагающим ядом анализа, любящее, преданное сердце? Шекспир не впал в это противоречие, и внимательному читателю не стоит большого труда, чтобы убедиться в том, что Гамлет, человек чувственный и даже втайне сластолюбивый (придворный Розенкранц недаром улыбается молча, когда Гамлет говорит при нем, что ему женщины надоели), что Гамлет, говорим мы, не любит, но только притворяется, и то небрежно, что любит. Мы имеем на то свидетельство самого Шекспира.
У психологической защиты есть целый набор приемов: отрицание, о котором мы уже упоминали, вытеснение, проекция и рационализация и др. Раскроем содержание четырех основных методов самозащиты без рук.
В первой сцене третьего действия Гамлет говорит Офелии:
Я любил тебя когда-то.
Отрицание сводится к тому, что информация, вызывающая в человеке тревожность, не воспринимается. Человек обманывает – частью сознательно, частью бессознательно – уверяя всех в невозможных вещах и отметая возражения. Например, писатель, создавший вторичное, подражательное произведение, может утверждать, что не читал «первичное» и потому, естественно, никак не мог скопировать чужой образец. Конечно, глупо. Умнее было бы припомнить, что Шекспир тоже использовал для собственных произведений сюжеты средневековых новелл, отчего сюжеты только выигрывали. И мировое искусство, кстати, тоже. Но такой контраргумент – для людей более образованных и менее спонтанных. А запираться и все отрицать – прием психологической защиты, встречающийся у детей, а также прием юридической защиты, встречающийся у находящихся под следствием. Если ты уже не ребенок и под следствием (тьфу-тьфу-тьфу, сгинь, рассыпься!) не состоишь – избегай голого отрицания.
Офелия. Принц, вы заставили меня этому верить.
Вытеснение-наиболее универсальный способ избавления от внутреннего конфликта путем активного выключения из сознания неприемлемого мотива или неприятной информации. На практике выражается в том, что человек не делает вид, а действительно забывает травмирующие его события или ощущения. При этом из памяти на самом деле вытесняются моменты, настолько болезненные, что с ними просто нельзя сосуществовать без риска для здоровья. Этот механизм – сущее благо для тех, кто пережил, скажем, тяжелые потери и страшные опасности. Но для тех, кто пытается этим методом «спрятать» от самого себя вполне поправимые ошибки и вполне исправимые недостатки, подобная тактика – лечение опасней болезни.
Гамлет. А не должно было верить!.. Я не любил тебя.
Рационализация старается дать псевдоразумное объяснение желаний и поступков человека, в действительности вызванных причинами, признание которых грозит потерей самоуважения. Хотя речь пойдет не совсем о человеке, стоит вспомнить известную басню «Лиса и виноград»: если ты исполняешь роль лисы, которая не может дотянуться до желанной грозди, остается фыркнуть хрестоматийное «Зелен виноград!» – и удалиться, гордо махнув хвостом. Тактика неплохая, эффективная. Не дает самооценке упасть до отрицательных величин. Но, как и с другими приемами, с этим методом нужно быть поосторожнее. Рационализация с успехом воздействует и на окружающих, и на тебя саму: вдруг возьмет да выстроит в твоем сознании непробиваемую стену между тем, чего ты хочешь и твоими возможностями. Ты, вместо того, чтобы предпринять хоть какие-то усилия для достижения цели, начнешь выдумывать все новые и новые причины, отчего не стоит глупостями заниматься. И все. Сначала тебе сочувствуют, потом глядишь – уже иронизируют, а напоследок махнут на тебя рукой и оставят медитировать на обломках твоей мечты.
И, сказавши это последнее слово, Гамлет гораздо ближе к правде, чем сам полагает. Чувства его к Офелии, существу невинному и ясному до святости, либо циничны (вспомните его слова, его двусмысленные намеки, когда он, в сцене представления на театре, просит у ней позволения полежать... у ее колен), либо фразисты (обратите ваше внимание на сцену между ним и Лаертом, когда он впрыгивает в могилу Офелии и говорит языком, достойным Брамарбаса или капитана Пистоля: \"Сорок тысяч братьев не могут со мной поспорить! пусть на нас навалят миллион холмов!\" и т. д.). Все его отношения к Офелии опять-таки для него не что иное, как занятие самим собою, и в восклицании его: \"О нимфа! помяни меня в своих святых молитвах\", мы видим одно лишь глубокое сознание собственного болезненного бессилия - бессилия полюбить, почти суеверно преклоняющегося перед \"святыней чистоты\".
Проекция – приписывание собственных подсознательных чувств и желаний другим людям. Раз мне этого хочется, то и другим наверняка хочется того же. Вот и все дела. Ханжа обвиняет людей в безнравственности, в глубине души мечтая предаться «порочным деяниям», мошенник подозревает весь мир в изощренном обмане, глупец считает, что «вокруг, в конце концов, слишком много дураков». Другая сторона проекции состоит в том, что человек приписывает себе высокие мотивы, совершая низменные поступки. Блез Паскаль писал: «С какой легкостью и самодовольством злодействует человек, когда он верит, что творит благое дело!» – знакомая ситуация, не правда ли? А все эти сомнительные достижения нужны тому, кто пытается заглушить голос критики – и самокритики.
Вот почему необходимо в случае появления подозрений проверить собственные намерения: нет ли у тебя желания что-то скрыть, запутать собеседника, напустить туману и т. п. Вполне возможно, и ты не без греха. Прежде чем заклеймить себя как наглую мошенницу, определи, зачем ты прибегаешь к обману. А вдруг цели не требуют сомнительных поступков и постыдного вранья? Предположим, ты не слишком уверена в себе и просто пытаешься создать у окружающих более выгодное впечатление? Или не желаешь подпускать собеседника слишком близко и раскрываться перед ним до самого донышка? Это нормальное поведение – особенно на первом этапе знакомства. Кстати, это нормальное поведение для тех, кто не собирается при первой же встрече грузить тебя собственными проблемами. Что значит всего-навсего – перед тобой не зануда и не нытик, а человек хорошо воспитанный и оптимист к тому же. Но, конечно, не все так уж приятны в общении и удобны в обращении. Как распознать среди вежливых оптимистов замаскированных аферистов?
Но довольно говорить о темных сторонах гамлетовского типа, о тех сторонах, которые именно потому пас более раздражают, что они нам ближе и понятнее. Постараемся оценить то, что в нем законно и потому вечно. В нем воплощено начало отрицания, то самое начало, которое другой великий поэт, отделив его от всего чисто человеческого, представил нам в образе Мефистофеля. Гамлет тот же Мефистофель, но Мефистофель, заключенный в живой круг человеческой природы; оттого его отрицание не есть зло - оно само направлено противу зла. Отрицание Гамлета сомневается в добре, но во зле оно не сомневается и вступает с ним в ожесточенный бой. В добре оно сомневается, т. е. оно заподозревает его истину и искренность и нападает на него не как на добро, а как на поддельное добро, под личиной которого опять-таки скрываются зло и ложь, его исконные враги: Гамлет не хохочет демонски-безучастным хохотом Мефистофеля; в самой его горькой улыбке есть унылость, которая говорит о его страданиях и потому примиряет с ним. Скептицизм Гамлета не есть также индифферентизм, и в этом состоит его значение и достоинство; добро и зло, истина и ложь, красота и безобразие не сливаются перед ним в одно случайное, немое, тупое нечто. Скептицизм Гамлета, не веря в современное, так сказать, осуществление истины, непримиримо враждует с ложью и тем самым становится одним из главных поборников той истины, в которую не мажет вполне поверить. Но в отрицании, как в огне, есть истребляющая сила - и как удержать эту силу в границах, как указать ей, где ей именно остановиться, когда то, что она должна истребить, и то, что ей следует пощадить, часто слито и связано неразрывно? Вот где является нам столь часто замеченная трагическая сторона человеческой жизни: для дела нужна воля, для дела нужна мысль; но мысль и воля разъединились и с каждым днем разъединяются более...
В ходе взаимоотношений ты замечаешь какую-то неадекватность: явно на тебе пытаются опробовать методы искажения действительности. Их довольно много – целый набор, сродни набору методов психологической защиты. Это стратегии взлома и разрушения. Осадные орудия, если хочешь. Чтобы продержаться, надо их хорошенько изучить. Итак, слушай сюда, дорогая.
And thus the native hue of resolution
Мир можно изменить, ничего в нем не меняя. Достаточно изменить представление о нем смотрящего. Манипуляция с информационным потоком формирует у противоположной стороны ложную модель реальности. В качестве приемов применяются:
Is sicklied o\'er by the pale cast of thought...
1) умолчание – утаивание информации от ее получателя;
(Прирожденный румянец воли
2) селекция – избирательный пропуск к получателю только информации, выгодной для «отправителя»;
Блекнет и болеет, покрываясь бледностью мысли...),
3) передергивание – в сознательном выпячивании и подчеркивании только одних, с виду полезных, сторон;
говорит нам Шекспир устами Гамлета... И вот, с одной стороны стоят Гамлеты мыслящие, сознательные, часто всеобъемлющие, но также часто бесполезные и осужденные на неподвижность; а с другой - полубезумные Дон-Кихоты, которые потому только и приносят пользу и подвигают людей, что видят и знают одну лишь точку, часто даже не существующую в том образе, какою они ее видят. Невольно рождаются вопросы: неужели же надо быть сумасшедшим, чтобы верить в истину? и неужели же ум, овладевший собою, по тому самому лишается всей своей силы?
4) искажение – преуменьшение или преувеличение пропорций явления;
Далеко бы повело нас даже поверхностное обсуждение этих вопросов.
5) переворачивание – замена «минусов» на «плюсы»;
Ограничимся замечанием, что в этом разъединении, в этом дуализме, о котором мы упомянули, мы должны признать коренной закон всей человеческой жизни; вся эта жизнь есть не что иное, как вечное примирение и вечная борьба двух непрестанно разъединенных и непрестанно сливающихся начал. Если бы мы не боялись испугать ваши уши философическими терминами, мы бы решились сказать, что Гамлеты суть выражение коренной центростремительной силы природы, по которой все живущее считает себя центром творения и на все остальное взирает как на существующее только для него (так комар, севший на лоб Александра Македонского, с спокойной уверенностью в своем праве, питался его кровью, как следующей ему пищей; так точно и Гамлет, хотя и презирает себя, чего комар не делает, ибо он до этого не возвысился, так точно и Гамлет, говорим мы, постоянно все относит к самому себе). Без этой центростремительной силы (силы эгоизма) природа существовать бы не могла, точно так же как и без другой, центробежной силы, по закону которой все существующее существует только для другого (эту силу, этот принцип преданности и жертвы, освещенный, как мы уже сказали, комическим светом чтобы гусей не раздразнить, - этот принцип представляют собою Дон-Кихоты). Эти две силы косности и движения, консерватизма и прогресса, суть основные силы всего существующего. Они объясняют нам растение цветка, и они же дают нам ключ к уразумению развития могущественнейших народов.
6) конструирование – выдумывание данных, не существующих в реальности.
Спешим перейти от этих, быть может, неуместных умозрений к другим более привычным нам соображениям.
Думаю, все эти приемчики тебе хорошо знакомы. Обобщенные описания ничего не дают, поскольку все проблемы заключены в поведении конкретных людей. Можно ли узнать, врут они или рубят правду-матку? Нет. Но тебе, кстати, ничего такого и не требуется. Ты что, следствие ведешь? Выясняешь, где кто находился в момент, когда потерпевший упал и забился в конвульсиях? В принципе, тебе нужно совсем другое: уяснить обстановку, причем не всю, а лишь ту ее часть, которая так или иначе касается тебя. Как правило, откровенная ложь (Заметила? Откровенная!) – штука более удобная для разоблачения, чем хорошо видоизмененная правда. «Отредактированная» действительность иной раз и выглядит более правдоподобно, нежели «неотредактированная» – вот мы и покупаемся. Ростан говорил: «Ложь может быть менее лживой, чем искусно подобранная правда».
Нам известно, что из всех произведений Шекспира едва ли не самое популярное - \"Гамлет\". Эта трагедия принадлежит к числу пьес, несомненно и всякий раз наполняющих театр. При современном состоянии нашей публики, при ее стремлении к самосознанию и размышлению, при ее сомнении в самой себе и ее молодости - это явление понятно; но, не говоря о красотах, которыми преисполнено это, быть может, замечательнейшее произведение новейшего духа, нельзя не удивляться гению, который, будучи сам во многом сродни своему Гамлету, отделял его от себя свободным движением творческой силы - и поставил его образ на вечное изучение потомству. Дух, создавший этот образ, есть дух северного человека, дух рефлексии и анализа, дух тяжелый, мрачный, лишенный гармонии и светлых красок, не закругленный в изящные, часто мелкие формы, но глубокий, сильный, разнообразный, самостоятельный, руководящий. Из самых недр своих извлек он тип Гамлета и тем самым показал, что и в области поэзии, как и в других областях народной жизни, он стоит выше своего чада. потому что вполне понимает его.
Описанные выше приемы, по разному комбинируясь, складываются в метод, который получил название «эффекта рамки» – происходит психологическая обработка собеседника, настраивающая на определенную точку зрения, меняющая угол зрения. Тебя прямо-таки накрывает цунами информации – чаще всего совершенно ненужной, но вселяющей некую светлую надежду. Поневоле начинаешь испытывать прилив энтузиазма, слушая всякие там «Через год у нас в руках будет весь российский рынок!», пропуская мимо ушей тихое «Сейчас, конечно, мы не можем платить вам больше…» – и уж совсем неслышно называется сумма, которую и слышать не хочется. Поэтому, обнаружив, что тебя грузят слишком уж настойчиво, начинай задавать наводящие вопросы: «Сколько именно вы будете мне платить? А премии будут? А вычеты? За что и как часто? Каков мой круг обязанностей?» – и напирайте на конкретику, не стесняйтесь. Мечтателей и энтузиастов легко облапошивать и объегоривать, но с человеком здравомыслящим и знающим, чего он хочет, дело все-таки иметь легче. С ним хоть можно открыто поговорить, можно предугадать реакцию на неприятные новости – а идеалист-романтик обязательно забьется в истерике: «Оби-и-идели юродива-ва-ва!!! Отняли копе-е-е-ечку-у-у!!!». Выходит, если тебе отказали потому, что ты старалась узнать условия своей работы, то скорее всего им никакие работники не нужны. Им нужны объекты эксплуатации с перспективой превращения оных в жертвы махинации.
Надеемся, ты понимаешь: не стоит всуе бранить несовершенство мироздания и жестокость рода человеческого. Это слишком большие величины, чтобы мы мечтали их исправить негативными высказываниями в их адрес. К тому же мы и сами нередко прибегаем… «Не следует беззастенчиво лгать, но иногда необходима уклончивость», как советует Маргарет Тэтчер. Вот взгляд деловой женщины. А как же взгляд неделовой? Здесь уместнее привести высказывание Андре Моруа: «Ложь чаще проистекает от безразличия, чем от притворства». Неважно, чей подход вам ближе – английского премьер-министра или французского писателя. Будем практичны и приглядимся повнимательнее к нашим нанимателям-работодателям. При устройстве на работу придется разговаривать с будущим начальством и с кадровиком. О начальстве мы поговорим в следующей главе, но кадровик – продолжатель дела своего босса. Как он тебя примет?
Дух южного человека опочил на создании Дон-Кихота, дух светлый, веселый, наивный, восприимчивый, не идущий в глубину жизни, не обнимающий, но отражающий все ее явления. Мы не можем здесь противиться желанию - не провести параллель между Шекспиром и Сервантесом, а только указать на некоторые точки различия и сходства между ними. Шекспир и Сервантес, подумают иные, какое же тут может быть сравнение? Шекспир - этот гигант, полубог... Да; но не пигмеем является Сервантес перед гигантом, сотворившим \"Короля Лира\", но человеком, и человеком вполне; а человек имеет право стоять на своих ногах даже перед полубогом. Бесспорно, Шекспир подавляет Сервантеса - и не его одного - богатством и мощью своей фантазии, блеском высочайшей поэзии, глубиной и обширностью громадного ума; но вы не найдете в романе Сервантеса ни натянутых острот, ни неестественных сравнений, ни приторных кончетти; вы также не встретите на его страницах этих отрубленных голов, вырванных глаз, всех этих потоков крови, этой железной и тупой жестокости, грозного наследия средних веков, варварства, медленнее исчезающего в северных, упорных натурах; а между тем Сервантес, как и Шекспир, был современник Варфоломеевской ночи; п еще долго после них сожигались еретики и кровь лилась; да и перестанет ли она когда-нибудь литься? Средние века сказались в \"Дон-Кихоте\" отблеском провансальской поэзии, сказочной грацией тех самых романов, над которыми Сервантес так добродушно посмеялся и которым сам же заплатил последнюю дань в \"Персилесе и Снгизмунде\" {Известно, что рыцарский роман \"\"Персилес и Сигизмунда\" явился после первой части \"Дон-Кихота\".}. Шекспир берет свои образы отвсюду - с неба, с земли - нет ему запрету; ничто не может избегнуть его всепроникающего взора; он исторгает их с неотразимой силой, с силой орла, падающего на свою добычу. Сервантес ласково выводит перед читателем свои немногочисленные образы, как отец своих детей; он берет только то, что близко ему, но это близкое так ему знакомо! Все человеческое кажется подвластным могучему гению английского поэта; Сервантес черпает свое богатство из одной своей души, ясной, кроткой, богатой жизненным опытом, но не ожесточенной им: недаром в течение семилетнего тяжкого плена Сервантес учился, как он сам говорил, науке терпенья; круг, ему подвластный, теснее шекспировского; но в нем, как и в каждом отдельном живом существе, отражается все человеческое. Сервантес не озарит вас молниеносным словом; он не потрясает вас титанической силой победоносного вдохновения; его поэзия не шекспировское, иногда мутное море, это - глубокая река, спокойно текущая между разнообразными берегами; и понемногу увлеченный, охваченный со всех сторон ее прозрачными волнами, читатель радостно отдается истинно эпической тишине и плавности ее течения. Воображение охотно вызывает пред собою образы обоих современников-поэтов, которые и умерли в один и тот же день, 26 апреля 1616 года. Сервантес, вероятно, ничего не знал о Шекспире; но великий трагик, в тишине своего стратфордского дома, куда он удалился за три года до смерти, мог прочесть знаменитый роман, который был уже тогда переведен на английский язык... Картина, достойная кисти живописца-мыслителя: Шекспир, читающий \"Дон-Кихота\"! Счастливы страны, среди которых возникают такие люди, учители современников и потомков! Неувядаемый лавр, которым увенчивается великий человек, ложится также на чело его народа.
Обычно карт своих они не открывают. И кадровик в приемной будет пристально разглядывать твои бумаги взглядом, таращась осмысленно, «как в афишу коза». И хмыкнет недоверчиво. И о знании иностранных языков спросит. А услышав про один-единственный английский просто руками разведет: «Дескать, не знаю как без пяти-шести языков вы с нашим бухучетом справитесь, просто ума не приложу. Ну, ладно, попробуйте, может, зацепитесь, если уж совсем не безнадежны. Хотя в вашем случае-е-е…» Пообщавшись таким образом, ты понимаешь, что ничего особенного тебе здесь не обломится. И, что самое интересное, так оно все и бывает.
Кончая наш далеко не полный этюд, мы просим позволения сообщить вам еще несколько отдельных замечаний.
Потому что если предприятие упорно завышает планку, не удовольствуясь качественным средним уровнем, а намекая на необходимость чего-то супер-супер… Это, скорее всего, мираж, фата-моргана. И фирма не испытывает никакой потребности в выдающихся профессионалах, а всего лишь делает попытку оказать моральное давление на тебя. Играя на понижение, они заставляют тебя забыть про собственные потребности. Чем «дороже» их фирменная репутация, тем дешевле твои услуги. Как, спрашивается, в таком положении не продешевить? В первую очередь необходимо распознать, кто он такой – «матерый человечище», с которым ты сейчас беседуешь и под руководством которого намереваешься работать.
Один английский лорд (хороший судья в этом деле) называл при нас Дон-Кихота образцом настоящего джентльмена. Действительно, если простота и спокойствие обращения служат отличительным признаком так называемого порядочного человека, Дон-Кихот имеет полное право на это название. Он истинный гидальго, гидальго даже тогда, когда насмешливые служанки герцога намыливают ему все лицо. Простота его манер происходит от отсутствия того, что мы бы решились назвать не самолюбием, а самомнением; Дон-Кихот не занят собою и, уважая себя и других, не думает рисоваться; а Гамлет, при всей своей изящной обстановке, нам кажется, извините за французское выражение: ayant des airs de parvenu {держит себя как выскочка (франц.).}; он тревожен, иногда даже груб, позирует и глумится. Зато ему дана сила своеобразного и меткого выражения, сила, свойственная всякой размышляющей и разрабатывающей себя личности - и потому вовсе недоступная Дон-Кихоту. Глубина и тонкость анализа в Гамлете, его многосторонняя образованность (не должно забывать, что он учился в Виттенбергском университете) развили в нем вкус почти непогрешительный. Он превосходный критик; советы его актерам поразительно верны и умны; чувство изящного почти так же сильно в нем, как чувство долга в Дон-Кихоте.
Глава 3. Начальство, которое мы выбираем
Дон-Кихот глубоко уважает все существующие установления, религию, монархов и герцогов, и в то же время свободен и признает свободу других. Гамлет бранит королей, придворных - ив сущности притеснителен и нетерпим.
Что нужно заранее знать о нанимателе и что можно увидеть своими глазами? Иногда потенциальное начальство, принимая нового работника, прибегает к следующему приему: старается не уговорить, не запутать, а сломать. И чтобы донести до сознания «наезжающих» нехитрую мысль о том, что на тебя где сядешь, там и слезешь, приходится пройти целый ряд испытаний. Тебя начинают прощупывать – чего ты боишься, поддаешься ли на лесть, на подначки, можно ли тебя взять «на слабо». Собеседник, чтобы добиться подчинения, делает несколько «выпадов», стараясь «поймать» твои самые мучительные психологические комплексы. Обычная манера противника – удар в болезненные точки: игра на чувствах страха, вины, неуверенности.
Дон-Кихот едва знает грамоте, Гамлет, вероятно, вел дневник. Дон-Кихот, при всем своем невежестве, имеет определенный образ мыслей о государственных делах, об администрации; Гамлету некогда, да и незачем этим заниматься.
Некоторые авторы популярных книг предлагают читателю для укрепления психологической защиты, например, овладеть мастерством «психологического карате» и «психологического айкидо». Эти «единоборства» довольно подробно описывают стереотипы поведения среднестатистического босса и стандартный набор ударов и контрударов, которые они могут нанести. Если ты сама оказалась в роли подавляемого, лучше будет, если стратегия нападающего раскроется перед тобой. Тогда ты, конечно же, не совершишь глупых промахов: например, не станешь эмоционально оправдываться, отметая демагогические обвинения и стараясь поднять свою ценность в глазах собеседника. Он-то знает, что ты ни в чем не виновата – главное, чтобы ты засомневалась в собственной невиновности! На использовании психологических комплексов и строится механизм психологической борьбы. Смотри, как это делается!
Много восставали против бесконечных побоев, которыми Сервантес обременяет Дон-Кихота. Мы заметили выше, что во второй части романа бедного рыцаря уже почти не бьют; но мы прибавим, что без этих побоев он бы меньше нравился детям, которые с такою жадностию читают его похождения, - да и нам, взрослым, он бы показался не в своем истинном свете, но как-то холодно и надменно, что противоречило бы его характеру. Мы сейчас сказали, что во второй части уже не бьют его; но в самом ее конце, после решительного поражения Дон-Кихота рыцарем светлого месяца, переодетым бакалавром, после его отречения от рыцарства, незадолго до его смерти - стадо свиней топчет его ногами. Нам не однажды довелось слышать укоры Сервантесу - зачем он это написал, как бы повторяя старые, уже брошенные шутки; но и тут Сервантесом руководил инстинкт гения - ив самом этом безобразном приключении лежит глубокий смысл. Попирание свиными ногами встречается всегда в жизни Дон-Кихотов - именно перед ее концом; это последняя дань, которую они должны заплатить грубой случайности, равнодушному и дерзкому непониманию... Это пощечина фарисея... Потом они могут умереть. Они прошли через весь огонь горнила, завоевали себе бессмертие - и оно открывается перед ними.
Психологическое единоборство заключается в нанесении быстрого и сильного удара, а лучше – серии ударов в болезненные точки. Карате – в том числе и психологическое – бывает нескольких видов: контактное, бесконтактное и полный удар. Выбор метода зависит от задачи, которую ты перед собой ставишь. Приемы психологического единоборства срабатывают на определенную разновидность «боя» в зависимости от того, применяются они в полную ударную силу или же только для демонстрации этой силы. Установив воздействие на максимальную «мощность», можно довести своего противника до шокового состояния, в то время как при минимальной «ударности» он не будет даже испуган – но мысль о том, что перед ним отнюдь не Санта-Клаус, у собеседника возникнет.
Гамлет при случае коварен и даже жесток. Вспомните устроенную им погибель двух посланных в Англию от короля придворных, вспомните его речь об убитом им Полонии. Впрочем, мы в этом видим, как мы уже сказали, отражение еще недавно минувших средних веков. С другой стороны, мы в честном, правдивом Дон-Кихоте обязаны подметить склонность к полусознательному, полуневинному обману, к самообольщению - склонность, почти всегда присущую фантазии энтузиаста. Рассказ его о том, что он видел в пещере Монтезиноса, явно им выдуман и не обманул хитрого простака Санчо-Пансу.
Выбор формы боя зависит от чувствительности «партнера». Чем истеричнее и неуравновешеннее натура собеседника, с которым приходится иметь дело, тем более направленным и точно дозированным должно быть воздействие. Невротик от полного удара либо помрет прямо у начальства на ковре, либо и заходить не захочет в это драконье логово, где можно запросто отдать богу душу. Поэтому с ним предпочитают действовать на точечных касаниях – давить на психокомплексы, например. А вот грубая натура, нечувствительная к изощренно-болезненным уколам, сможет понять приказ только при непосредственном челюстно-лицевом «контакте»! С противником-«толстолобиком» позволено и грубое давление, и промывка мозгов – если таковые имеются, и авторитарность. К сожалению, начальник «в массе своей» обходится без дифференциации – кто бы к нему в кабинетик ни зашел, он одинаково бесцеремонен. С таким бегемотом, как ни странно, управиться проще, чем с тонким, ядовитым интриганом. У того примочек куда больше.
Гамлет от малейшей неудачи падает духом и жалуется; а Дон-Кихот, исколоченный галерными преступниками до невозможности пошевельнуться, нимало не сомневается в успехе своего предприятия. Так, говорят, Фурье ежедневно, в течение многих лет, ходил на свидание с англичанином, которого он вызывал в газетах для снабжения ему миллиона франков на приведение в исполнение его планов и который, разумеется, никогда не явился. Это, бесспорно, очень смешно; но вот что нам приходит в голову: древние называли своих богов завистливыми - ив случае нужды считали полезным укрощать их добровольными жертвами (вспомните кольцо, брошенное в море Поликратом); почему и нам не думать, что некоторая доля смешного неминуемо должна примешиваться к поступкам, к самому характеру людей, призванных на великое новое дело, как дань, как успокоительная жертва завистливым богам? А все-таки без этих смешных Дон-Кихотов, без этих чудаков-изобретателей не подвигалось бы вперед человечество - и не над чем было бы размышлять Гамлетам.
И к тому же приемы психоэмоционального воздействия чрезвычайно разнообразны: специально подобранные фразы, жесты, выражение лица, осознанные нарушения правил приличия, внезапная холодность или дружелюбие «с подтекстом» – все это сбивает с толку, вызывает растерянность и разрушает оборону противника. Использование сознательных и подсознательных слабостей человека заключается в том, чтобы резкими ударами поразить его психологические комплексы. С помощью специально подобранных фраз и манеры поведения в наши индивидуальные слабые места направляются сногсшибательные удары. В этой стратегии как можно чаще используются вопросы, угрозы, упреки с целью занять доминирующую позицию в беседе, направлять ее туда, куда нужно. Притом отвечать на вопросы собеседника, давать требуемую информацию – необязательно.
Да, повторяем: Дон-Кихоты находят - Гамлеты разрабатывают. Но как же, спросят нас, могут Гамлеты что-нибудь разрабатывать, когда они во всем сомневаются и ничему не верят? На это мы возразим, что, по мудрому распоряжению природы, полных Гамлетов, точно так же как и полных Дон-Кихотов, нет: это только крайние выражения двух направлений, вехи, выставленные поэтами на двух различных путях. К ним стремится жизнь, никогда их не достигая. Не должно забывать, что как принцип анализа доведен в Гамлете до трагизма, так принцип энтузиазма - в Дон-Кихоте до комизма, а в жизни вполне комическое и вполне трагическое встречается редко.
Использование психокомплексов собеседника, в частности, вины и страха за будущее обычно срабатывает безотказно: сначала общение с боссом вызывает у тебя растерянность, в то же время полным ходом идет генерализация страха, вины, неуверенности. Так и создается твое новое «я» – для рабочего употребления. Тягловая сила, бессловесная скотинка, мелкая сошка. Какими же приемами пользуются крутые боссы, чтобы такое с человеком сотворить?
Гамлет много выигрывает в наших глазах от привязанности к нему Горация. Это лицо прелестно и попадается довольно часто в наше время, к чести нашего времени. В Горации мы признаем тип последователя, ученика в лучшем смысле этого слова. С характером стоическим и прямым, с горячим сердцем, с несколько ограниченным умом, ом чувствует свой недостаток и скромен, что редко бывает с ограниченными людьми; он жаждет поучения, наставления и потому благоговеет перед умным Гамлетом и предается ему всей силой своей честной души, не требуя даже взаимности. Он подчиняется ему не как принцу, а как главе. Одна из важнейших заслуг Гамлетов состоит в том, что они образуют и развивают людей, подобных Горацию, людей, которые, приняв от них семена мысли, оплодотворяют их в своем сердце и разносят их потом по всему миру. Слова, которыми Гамлет признает значение Горация, делают честь ему самому. В них выражаются собственные его понятия о высоком достоинстве человека, его благородные стремления, которых никакой скептицизм ослабить не в силах. \"Послушай, - говорит он ему,
Создание дискомфортных условий для разговора. Есть целый набор условий, которыми определяется наше поведение. Комфорт – самый главный среди них. Когда ты находишься в неподходящей обстановке, тебе становится «неудобно» – в том числе и в моральном отношении. Значит, ты ослаблена и подавлена, ты теряешь уверенность в себе и способность давать отпор – цель твоего противника достигнута. Поэтому не удивляйся некоторым странностям в поведении работодателя во время собеседования.
С той поры, как это сердце
Будь готова, что тебе:
Властителем своих избраний стало
1) подадут руку и уберут ее раньше, чем ты ответишь на предложенное рукопожатие – и ты останешься в недоумении и неловком положении;
И научилось различать людей,
2) под любым предлогом заставят занять самое неудобное место в своем кабинете – например, усадят в сломанное, качающееся кресло, которое отнимет все твое внимание, пока ты станешь в нем балансировать;
Оно тебя избрало перед всеми.
3) создадут искусственный цейтнот времени – и ты поневоле начнешь комкать свои предложения и вопросы, торопясь поскорее закончить.
Страдая, ты, казалось, не страдал.
Ты брал удары и дары судьбы,
Все это приведет к тому, что твое внимание и целеустремленное желание настоять на своем прикажут долго жить. Вместо ожидаемого напора и настойчивости ты следишь за креслом, внутренне прокручиваешь недавнюю нелепость с рукопожатием и одновременно начинаешь запинаться и путаться в словах, стараясь уложиться в мизерное (как кажется) количество отведенного для тебя времени. Так ты сама себя губишь, «подставляясь» для дальнейшей «промывки мозгов».
Благодаря за то и за другое.
На самом деле следует при первом же признаке подобных «странностей» в поведении начальства принять имидж «барина», который всегда спокоен, и ведет себя небрежно-покровительственно даже в жерле вулкана. Такая уж ты значительная фигура. И переходи к делу – к разговору о своем, насущном, пока шефа, слово за слово, не занесло в привычные края. А называются эти края «словесная атака».
И ты благословен; рассудок с кровью
Словесная атака. Это самый распространенный способ моральной обработки. Им пользуются с первобытных времен, только приемы несколько видоизменились. Сегодня большая часть населения уверена, что НКВД и КГБ узнавали правду у подследственных исключительно с помощью пыток. Отнюдь! Есть могучие тактики вербальной обработки. Ими пользовались инквизиторы, и до сих пор ими пользуются в религиозных сектах, в силовых структурах, давя на фобии, неврозы и желание большинства людей «урвать» от жизни как можно больше и немедленно. Разговор строится так, что вскоре «обрабатываемому объекту» становится безразличен конечный результат беседы: он даже может забыть о том, что его сюда привело. Он уже готов на все, только бы избавиться от невыносимого страха, который в нем искусно «раздувает» собеседник, или так же рьяно рвется в бой во имя светлых идеалов, которые ему навязываются извне и закрепляются в его сознании как неоспоримые ценности.
В тебе так смешаны, что ты не служить
В обоих случаях упор делается на психологические комплексы, которыми богата психика и самых здоровых, благополучных, успешных людей. Именно благополучие иной раз вызывает чувство вины: отчего мне так хорошо, когда всем вокруг так плохо? Я, наверное, безнравственный и беспринципный? И далее тем же маршрутом – вот и готова дорожка в ад, вымощенная, как известно, благими намерениями. Но в подобные игры выигрывает тот, кто знает правила назубок и лучше реагирует. Ты можешь распознать намерения противника задолго до того, как тебе нанесут удар. И заранее подготовить оборону – а может быть, напасть первым, что тоже является прекрасной защитной тактикой. Поэтому каждому человеку, каким бы он себя ни считал – удачливым, неудачливым, талантливым, бездарным – необходимо выучить, в чем состоит тактика психоэмоционального воздействия.
Для счастья дудкою, не падаешь
По прихоти его различных звуков.
Среди них активнее всего работают несколько.
Дай мужа мне, которого бы страсть
Не делала рабом, - и я укрою
Упрек, вызывающий чувство вины. Формы апелляции к чувству вины очень разнообразны – как словесные, так и поведенческие. Есть фразы, на которые, кажется, нельзя и реагировать иначе как оправданием. Собеседник начинает фразу с магических слов: «Что ж ты мне… (обещал, советовал, намекал и т. д.)» – и у тебя тут же возникнет чувство вины: было дело, обещал, советовал, но обстоятельства изменились, я не ведал, что творю, прости Христа ради, mea culpa, mea maxima culpa («мой грех, мой тягчайший грех» – лат.). Видишь? Он наступает, а ты жалко лепечешь извинения. Что и требовалось доказать.
Его в души моей святейших недрах,
Хорошо срабатывают упреки-напоминания о прошлых промахах. Мол, уже бывали случаи, когда вы не справились, вам доверили, а вы не оправдали, вам оказали, а вы не подтвердили – и все в таком духе. Человек, которому постоянно напоминают о его фиаско, может сам себя сожрать. Можно просто-напросто довести противника до психушки, или он сбежит – и напоследок постарается своему ужасному мучителю нагадить.
Как я тебя укрыл\"
При первой встрече собеседник еще мало знает о тебе, чтобы копаться в твоем темном прошлом. Скорее всего, он станет задавать многочисленные вопросы об образовании, об опыте работы, о причинах увольнения с предыдущих мест работы и проч. А ответы будет выслушивать с выражением неудовольствия на лице. И вдобавок бросать короткие невнятные реплики: «Что ж, это, конечно, не совсем подходит… Нам бы лучше, чтобы вы… Но это не наш профиль, хотя оставьте телефон… Мы позвоним вам… попозже…» – дескать, я посмотрю, что из тебя, глупое ты созданье, можно сделать. Из человека, пришедшего предложить свои услуги и поговорить на равных, ты превращаешься в просителя.
{Гамлет - перевод Л. Кронеберга. Харьков. 1844, стр. 107.}.
Принятие инициативы на себя. Количество информации нарастает лавинообразно: человеку задают множество вопросов, притом почти не выслушивая ответов; а вопросы посетителя пропускают мимо ушей или усмиряют его интерес – мол, до этого еще дело дойдет, а пока поговорим о деле. Далее начинается рассказ об истории предприятия, о достигнутых успехах, о последних начинаниях и недавних свершениях. Тут и опытному «игроку» недолго выпасть в осадок. Он похоронен под лавиной информации: за одной маленькой деталью – ему нужны совершенно другие сведения. Он за ними и пришел, а пока выслушивает море данных и фактов, нисколько к делу не относящихся. И это называется «поговорим о деле»!
Честный скептик всегда уважает стоика. Когда распадался древний мир ив каждую эпоху, подобную той эпохе, - лучшие люди спасались в стоицизм, как в единственное убежище, где еще могло сохраниться человеческое достоинство. Скептики, если не имели силы умереть - \"отправиться в ту страну, откуда ни один еще путник не возвращался\", - делались эпикурейцами. Явление понятное, печальное и слишком знакомое нам!
Кстати, лавину можно отвести в сторону направленными взрывами, меняющими русло схождения потока. Придется несколько раз ворваться в разговор и отбить «лавину» собственным бурным потоком словес. Или стоять мертвым островом в море ненужных рассуждений и демонстрировать равнодушие к болтовне: мели, Емеля, твоя неделя. Натурам действенным и порывистым подходит тактика «взрывника», натурам спокойным – «острова».
И Гамлет, и Дон-Кихот умирают трогательно; но как различна кончина обоих! Прекрасны последние слова Гамлета. Он смиряется, утихает, приказывает Горацию жить, подает свой предсмертный голос в пользу молодого Фортинбраса, ничем не запятнанного представителя права наследства... по взор Гамлета не обращается вперед... \"Остальное... молчание\", - говорит умирающий скептик и действительно умолкает навеки. Смерть Дон-Кихота навевает на душу несказанное умиление. В это мгновение все великое значение этого лица становится доступным каждому. Когда бывший его оруженосец, желая его утешить, говорит ему, что они скоро снова отправятся на рыцарские похождения: \"Нет, - отвечает умирающий, - все это навсегда прошло, и я прошу у всех прощения; я уже не Дон-Кихот, я снова Алонзо Добрый, как меня некогда называли, - Alonbu ol Bueno\".
В реальности приемы психологического карате не используются «в чистом виде» – то есть поодиночке. Способы давления комбинируются между собой в самых удивительных сочетаниях. Чтобы успешно противостоять ударам, надо не поддаваться эмоциональным порывам, а провести анализ «неприятного» поведения противника, вычленить его главный прием и подготовить защиту.
Это слово удивительно; упоминовение этого прозвища, в первый я последний раз - потрясает читателя. Да, одно это слово имеет еще значение перед лицом смерти. Все пройдет, все исчезнет, высочайший сан, власть, всеобъемлющий гений, все рассыплется прахом...
Прежде чем приниматься за возведение могучих стен и рытье глубоких рвов, проверь напоследок собственный настрой. Как ты относишься к работе – в настоящем или в будущем? Ответь на следующие вопросы «да» или «нет».
Все великое земное
Разлетается, как дым...
1. За что бы ты ни взялась, чтобы ты ни делала – все должно быть просто «супер» или «супер-супер», в противном случае ты не можешь найти себе место и мечешься как «тигра в клетке».
Но добрые дела не разлетятся дымом; они долговечнее самой сияющей красоты. \"Все минется, - сказал апостол, - одна любовь останется\".
2. Во время работы ты проявляешь столько темперамента и азарта, что создается впечатление, будто это дело – твоя «одна, но пламенная страсть».
3. Когда надвигается опасность и нужно принимать решение, ты ведешь себя как персонаж сказки Евгения Шварца «Обыкновенное чудо»: «при малейшем несчастье замирал, ничего не предпринимал, все надеялся на лучшее. Когда при нем душили его любимую жену, он стоял возле да уговаривал: потерпи, может быть, все обойдется!»
Нам нечего прибавлять после этих слов. Мы почтем себя счастливыми, если указанием на те два коренные направления человеческого духа, о которых мы говорили перед вами, мы возбудили в вас некоторые мысли, быть может, даже не согласные с нашими, - если мы, хотя приблизительно, исполнили нашу задачу п но утомили вашего благосклонного внимания.
4. Ты никогда не сидишь без дела. Если же вдруг все дела оказываются сделаны, ты начинаешь осваивать новые поприща: выращиванье роз, вышивание крестом или гладью, ремонт бытовой техники и т. д.
ПРИМЕЧАНИЯ
5. Временами тебя охватывает смутное беспокойство насчет того, что ты могла бы «дальше, больше, выше», короче охватывает недовольство собой.
Гамлет и Дон-Кихот источники текста
6. Если что-то не удается, то больше всех ты изводишься сама, ну, и конечно, попутно увлекаешь окружающих.
Черновой автограф, включающий: \"Содержание\" - изложение основного замысла статьи, \"Отдельные замечания\", а также первоначальный набросок, охватывающий примерно четверть статьи. Хранится в отделе рукописей Bibl Nat, Slave 88; описание см.: Mazon, р. 58; фотокопия - ИРЛИ, Р. I, оп. 29, э 192; публикация: Т сб, вып. 2, с. 75-82.
7. Ты самая добрая и отзывчивая среди своих родных, друзей и коллег.
Совр, 1860, э 1, отд. I, с. 239-258.
8. Ты отказалась от сложного дела, требующего тяжелого кропотливого труда. И через минуту начинаешь себя «есть поедом»: «Если бы я этим занялась, как бы все было классно! Только я и могу все успешно провернуть!»
Т, Соч, 1868-1871, ч. 4, с. 237-260.
9. Перерыв в работе – это святое. Выпить кофейку, выкурить сигаретку, поболтать немножко. В общем, любишь ты это дело.
Т, Соч, 1874, ч. 4, с. 233-256.
Т, Соч, 1880, ч. I, с. 333-354.
10. Ты бы с большим удовольствием занималась чем-то совершенно отличным от той работы, которой ты сейчас занимаешься.
11. От похвалы ты расслабляешься и начинаешь «снижать обороты», зато нагоняй, выволочка и прочие виды порицания служат тебе хорошим стимулом для работы.
Впервые опубликовано: Совр, I860, э 1, отд. I, с 239-258, с подписью: Ив. Тургенев (ценз. разр. 31 дек. 1859 и 21 янв. 1860).
12. Сослуживцы считают тебя образцом современной деловой женщины.
Перепечатывалось в изданиях Т, Соч, 1868-1871, Т, Соч 1874, Т , Соч, 1880 с незначительными стилистическими изменениями. Например, вместо: \"и силу своего принципа - или, говоря точнее, - в силу своею идеала\" (Совр) \"и силу своего принципа, своего идеала\" (Т, Соч, 1868-1871, Т, Соч, 1874, Т, Соч, 1880) или вместо: \"всем возможным лишениям\" (Т, Соч, 1868-1871, Т, Соч, 1874) - \"всевозможным лишениям\" (Т, Соч, 1880) и т. п. (Всего обнаружено девять подобных вариантов.)
13. Препятствия тебя ожесточают.
Автограф полной редакции статьи неизвестен. Сохранились лишь черновые наброски.
14. Тебя можно назвать честолюбивым человеком.
В настоящем издании печатается но последнему авторизованному тексту Т, Соч, 1880 с учетом списка опечаток, приложенного к Т, Соч, 1880, с устранением явных опечаток, не заточенных Тургеневым, а также со следующими исправлениями по другим источникам:
15. Твои коллеги могут отличить, когда ты «вкладываешь душу» в работу, а когда нет?
16. Ты часто «тормозишь» с заданиями, проверяешь, так сказать, их временем в надежде, что впоследствии либо этим не нужно будет заниматься вовсе, либо делать придется гораздо меньше, чем предполагалось вначале.
\"находится\" вместо \"находятся\" (по всем другим печатным источникам).
17. Ты по жизни полагаешься только на свои силы.
\"при отъезде того за границу\" вместо \"при отъезде за границу\" (по Совр).
18. Ты считаешь, что деньги – это самое главное в жизни.
\"двусмысленные намеки\" вместо \"двумысленные намеки\" (по Совр).
19. Ты не амбициозный человек.
\"почти так же сильно\" вместо \"почти так сильно\" (по Совр и Т, Соч, 1868-1871}.
20. В отпуске ты начинаешь скучать по работе, тебе хочется поскорее вернуться в «родную стихию»?
\"не однажды\" вместо \"однажды\" (по Совр).
21. В состоянии душевного равновесия ты работаешь лучше всех.
\"без этих смешных Дон-Кихотов, без этих чудаков-изобретателей\" вместо \"без этих смешных чудаков-изобретателей\" (по всем другим печатным источникам).
22. Ты легко находишь общий язык и комфортно себя чувствуешь с трудоголиками, людьми, которые много работают и неохотно отрываются от своего дела.
\"о которых\" вместо \"о котором\" (по Совр).
23. В выходные ты ходишь «как в воду опущенная» словно тебя «выбили из колеи».
Статья \"Гамлет и Дон-Кихот\" была задумана Тургеневым задолго до ее написания. Суждения о Гамлете содержались уже в его письме к Полине Виардо от 13(25) декабря 1847 г. Решающим моментом в возникновении замысла статьи были, по-видимому, размышления Тургенева над революционными событиями 1848 года, за которыми он внимательно следил в Париже. Намек на это можно видеть в словах статьи, связанных с характеристикой Дон-Кихота: \"Мы сами на своем веку, в наших странствованиях, видали людей, умирающих за столь же мало существующую Дульцинею...\" и т. д. {См. об этом: Grаnjard Henri. Ivan Tourguenev et les couraiits politiques ot sociaux de son temps. Paris, 1954, p. 255-256.}.
24. Всю серьезную и ответственную работу ты делаешь сама, потому что все твои коллеги – народ в высшей степени легкомысленный.
По свидетельству Е. М. Феоктистова, осенью 1850 г., когда он познакомился с Тургеневым, последний много рассказывал своим собеседникам как очевидец о Февральской революции и последовавших за нею событиях (Феоктистов Е. М. Воспоминания. За кулисами политики и литературы. Л., 1929, с. 1). Тогда же писатель делился со слушателями замыслом своей статьи, что видно из письма Феоктистова к нему от 5(17) сентября 1851 г.: \"...особенно желал бы я видеть статью по поводу Гамлета и Дон-Кихота, о которой мы так давно рассуждали в Москве\" (цит. по кн.: Вопросы изучения русской литературы XI-XX веков. М.; Л.: АН СССР, 1958, с. 164).
25. В повседневной работе ты стараешься превзойти саму себя ибо нет предела совершенству.
26. Твои коллеги считают тебя бездельницей.
Но к работе над статьей Тургенев приступил лишь спустя несколько лет. 3(15) октября 1856 г., сообщая И. И. Панаеву из Куртавнеля о своих литературных работах, предпринятых для \"Современника\", Тургенев писал: \"Кроме того, у меня до Нового года будет готова статья под заглавием: \"Гамлет и Дон-Кихот\". Если ты найдешь нужным, можешь поместить это в объявлении\". Статья в это время еще не была начата, но Тургенев был уверен, что, начав, он сумеет быстро ее закончить. Он писал Панаеву из Парижа 29 октября (10 ноября) 1856- г., что возьмется за статью сразу же по окончании новой редакций \"Нахлебника\", и 16(28) декабря, что, отложив \"Дворянское гнездо\", он \"принялся за \"Гамлета и Д-Кихота\"\" и закончит и вышлет статью \"непременно на днях\".
27. Твои личные достижения в работе зависят от успехов твоих сослуживцев.
28. Ты мало внимания обращаешь на свои заслуги, потому что не привыкла останавливаться на достигнутом.
Панаев, заинтересовавшись \"Гамлетом и Дон-Кихотом\", ждал статью, как он писал Тургеневу 6(18) декабря 1856 г., \"с большим нетерпением\", чем другие произведения писателя, и письмом от 3(15) января 1857 г. торопил его с окончанием (Т и круг Совр, с. 58, 69-70). Торопил Тургенева и В. П. Боткин, также ожидавший статью \"с великим нетерпением\" (см.: Боткин и Т, с. 113). Ответ Панаеву от 12(24) января 1857 г., в котором Тургенев сообщал, что из-за болезни он ничего не пришлет ко 2-му номеру \"Современника\", заставил его друзей усомниться в том, что он действительно начал статью, о чем Панаев и написал ему 24 января (5 февраля) (Т и круг Совр, с. 78).
29. Коллектив, в котором ты работаешь, считается лучшим в вашей фирме и по своим показателям превосходит остальных.
К работе над статьей Тургенев приступил только 27 февраля (11 марта) 1857 г., на другой день после окончания \"Поездки в Полесье\", находясь в Дижоне, куда он приехал на неделю 25 февраля (9 марта) вместе с Л. Н. Толстым (см. письмо Тургенева к П. В. Анненкову от 26 февраля (10 марта) 1857 г.). Первоначально был составлен сохранившийся черновой набросок, в котором под заглавиями \"Содержание\" и \"Отдельные замечания\" были конспективно изложены основные мысли статьи, записывавшиеся по мере их возникновения, независимо от последующей композиции {Об отношении чернового наброска к окончательному тексту статьи см.: Т сб., вып. 2, с. 71-75.}. В тот же день Тургенев прочел своп записи Толстому, который отметил в дневнике: \"Т прочел конспект Г. и Ф. - хороший материал, не бесполезно и умно очень\" (Толстой, т. 47, с. 117. \"Г. и Ф.\" - несомненно \"Гамлет и Фауст\"; ошибка Толстого, видимо, вызвана тем, что в беседе писатели касались и \"Фауста\" Гете. Характерно, что и Панаев в цитировавшемся выше письме от 6(18) декабря 1856 г. также называл статью \"Гамлет и Фауст\"). Отзвуком этой беседы и споров Тургенева с Толстым явилось следующее замечание (10) в черновых на бросках: \"Можно сказать, что есть примеры более сильного эгоизма, чем Гамлет (замечание Толстого). - Купец, алчущий богатства и т. д. - Но в купце нет этого постоянного обращения к самому себе, постоянной возни с самим собою, в чем заключается отлич призн Гамв\" (Т сб, вып. 2, с. 78) {О связи статьи с отношениями Тургенева и Толстого в 1850-е годы см.: Эйхенбаум. Б. М. О прозе. Л., 1969, с. 145-151.}.
30. Ты не можешь довести до конца большую часть дел, за которые берешься.
31. Ты завидуешь людям, которые не имеют привычки «зацикливаться» на своей работе.
Приступив к работе над статьей, Тургенев заверяет Панаева в письме от 6(18) марта, что статья \"почти совсем готова\", а 26 марта (7 апреля) пишет ему, что кончит \"Гамлета и Дон-Кихота\" \"через три недели\". Несмотря на эти заверения, а также новые напоминания и просьбы Панаева в письмах от 16(28) марта и 6(18) апреля (Т и круг Совр, с. 84, 89), статья в 1857 г. так и не была написана, и осенью 1857 г. редакция \"Современника\" потеряла всякую надежду на ее получение. \"Мы убеждены, - писал Панаев Боткину 16(28) октября, - что Ася, Дон-Кихот и Гамлет - все это пуфы\" (Т и круг Совр, с. 429).
32. Если ты уверена в своей правоте, то ты можешь «горы свернуть», но тебя с намеченного пути никто и ничто сбить не сможет.
В январе 1858 г. Тургенев вновь вернулся к статье. Он пишет Панаеву 1(13) января из Рима, что надеется приехать в мае в Россию \"вместе с нескончаемым \"Гамлетом и ДК\"\", а Некрасову 18(30) января обещает, что еще до возвращения вышлет \"\"Гамлета\", который уже давным-давно родился и просится на свет божий\".
21 мая (2 июня) 1858 г. Тургенев писал из Парижа в Лондон Боткину, прося его \"нимало не медля\" переслать забытую там черновую тетрадь с планом \"Гамлета и Дон-Кихота\", необходимым ему для работы. О том, что он принялся за \"статью о Гамлете и ДКихоте\", он сообщил 10(22) декабря М. Н. Каткову, обещая отдать се в \"Русский вестник\", если на то согласятся редакторы \"Современника\". Однако этого согласия Тургенев, видимо, не получил.
Подсчет баллов
Окончена статья была только через год, 28 декабря 1859 г. (9 января 1860 г.), и напечатана в январском номере \"Современника\" за 1860 г. 10(22) января Тургенев прочел ее на публичном чтении, организованном Обществом для вспомоществования нуждающимся литераторам и ученым (Литературным фондом) в Петербурге в зале Пассажа. На следующий день он сообщал дочери, что чтение \"прошло с необычайным успехом. Твоему отцу неистово аплодировали, что заставило его с глупейшим видом бормотать, не помню уж какие, слова благодарности\". Е. А. Штакеншнейдер записала в дневнике вечером 10(22) января под свежим впечатлением речи: \"... что было, когда вступил на эстраду Тургенев, и описать нельзя. Уста, руки, ноги гремели во славу его Такой же взрыв рукоплесканий, как при встрече, и проводил его\" (Штакеншнейдер Е. А. Дневник и записки (1854-1886). М.; Л., 1934, с. 246). А. Д. Галахов вспоминал впоследствии о выступлении Тургенева: \"Надобно было присутствовать, чтобы понять впечатление, произведенное его выходом. Он долго не мог начать чтение, встреченный шумными, громкими рукоплесканиями, и даже несколько смутился от такого приема, доказавшего, что он был в то время каш излюбленный беллетрист\" (Галахов А. Д. Сороковые годы. - ИВ, 1892, т. XLVII, э 1, с. 141). 25 января (6 февраля) 1860 г. Тургенев прочел свою речь вторично на чтениях, организованных Литературным фондом в Москве.
Ты заработала 1 балл, если ответила «да» на утверждения 1, 2, 3, 4, 5, 7, 8, 9, 11, 12, 13, 14, 17, 18, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 27, 29, 32.
И ты получаешь 1 балл за ответ «нет» на утверждения 6, 10, 15, 16, 19, 26, 28, 30, 31.
Впоследствии статья была переведена на французский язык. Рукопись перевода сохранилась в парижском архиве писателя, находящемся в настоящее время в Национальной библиотеке в Париже.
Подсчитай сумму набранных баллов.
Впечатления от революции 1848 года были лишь исходным моментом с возникновении замысла статьи. Писалась статья в период подготовки в России общественных реформ, а завершена была в годы революционной ситуации. Одним из наиболее актуальных вопросов в это время был вопрос о типе общественных деятелей, способных осуществить необходимые преобразования в стране, на что прямо указывали революционные демократы {См.: Огарев И. П. Избранные социально-политические и философские произведения. [М.]: Госполитиздат, 1952. Т. I, с. 422-423; Добролюбов, т. II, с. 211.}. Тургенев также считал, что нужны \"сознательно-героические натуры\", и эта мысль была им положена в основу романа \"Накануне\" (см. письмо И. С. Аксакову от 13(25) ноября 1859 г.). В статье \"Гамлет и Дон-Кихот\" он также противопоставлял людей дела и людей рефлексии, утверждая насущную необходимость первых - энергичных, бесстрашных, беззаветно преданных идее и связанных с народом - и осуждая вторых с их эгоизмом, скепсисом, бездеятельностью. Эти идеи были осложнены литературными реминисценциями, облечены в образы Дон-Кихота и Гамлета. Но хотя в своей статье Тургенев опирался на содержание, а иногда и на текст соответствующих произведений Шекспира и Сервантеса, он допускал и значительные отступления от них, когда этого требовало логическое развитие его интерпретации этих литературных типов {Большая часть этих отступлений указана в кн.: Львов А. Гамлет и Дон-Кихот и мнение о них И. С. Тургенева. СПб., 1862.}. Гамлет и Дон-Кихот рассматривались вне эпохи их создания, как извечно существующие типы, \"две коренные, противоположные особенности человеческой природы\" {Представлению Тургенева о двойственности человеческой природы посвящена книга: Kagan-Кans Eva. Hamlet and Don Quihote: Turgenev\'s Ambivalent Vision. The Hague; Paris: Mouton, 1975.}. Для правильного понимания смысла, вкладываемого Тургеневым в образы Гамлета и Дон-Кихота, важнее уяснить отношение статьи не к произведениям Шекспира и Сервантеса, но к традиции истолкования этих образов, с которой писатель был хорошо знаком.
От 1 до 10 баллов. Похоже, что ты живешь по принципу «работа дураков любит», а может, тебе просто необходимо поменять свое занятие. Но возможно, ты предпочитаешь бездействовать из-за боязни совершить ошибку. Боишься выглядеть «не комильфо». В таком случае запомни: «нельзя приготовить омлет, не разбив яиц». Ошибки и неудачи так же естественны, как и победы с достижениями. Причем ошибок бывает больше, чем побед. Совершая ошибки, ты боишься показаться глупой? Так вот, умный человек отличается от дурака тем, что в течение жизни совершает разные ошибки, а дурак – одни и те же. Бездействие – это та ошибка, которую раз за разом совершаешь ты.
Большое значение для Тургенева, по-видимому, имела европейская традиция гамлетизма, когда образ датского принца, его страдания, соответственно осмысленные, проецировались на духовную жизнь некоего поколения, общественной группировки, а иногда даже целой нации, переживавшей кризисное состояние своей истории. Концепция гамлетизма закономерно возникла в политически раздробленной, феодально отсталой Германии, мыслители которой ощущали жалкое существование своей страны и невозможность каких-либо преобразований, ибо. не было реальной силы, способной совершить переворот. Немецкие интерпретаторы Гамлета в первой половине XIX в. придавали образу злободневное политическом истолкование, рассматривая его как своего рода пророческий символ немецкого народа, неспособного к решительной борьбе за спое освобождение. Еще Людвиг Берне считал Гамлета копией немцев (\"Hamlet. von Shakespeare\", 1829). В дальнейшем эту мысль подхватил Ф. Фрейлиграт, пустивший в оборот выражение: \"Гамлет - это Германия\" (\"Hamlet\", 1844).
От 11 до 16 баллов. В твоей жизни было слишком мало успеха. В чем проблема? У тебя нет сил, темперамента, воли к победе или тебе просто сложно взять себя в руки и собраться? Ты считаешь себя женственной и нежной? Полная чушь. Ты вялая и безынициативная. Тебе добиваться успеха мешает не страх показаться смешной, а обычная лень. Пойми, чтобы радоваться жизни, тоже нужно прикладывать усилия. А, может, у тебя сезонная депрессия, которая медленно, но верно перешла в хроническую? Тогда принимай витамины и помни: самой о себе заботиться не грех, а святая обязанность.
У Берне уже наметилось истолкование Гамлета как эгоиста. \"Как фихтеанец, - писал критик о датском принце, - он только и думает о том, что я есть я, и только и делает, что сует везде свое Я. Он живет словами, и, как историограф своей собственной жизни, он постоянно ходит с записною книжкою в кармане\" (Borne Ludwig. Gesammelte Schriften 3. Ausg. Stuttgart, 1840. Tl. I, S. 385).
От 17 до 20 баллов. Мисс Совершенство. Гармония во всем. Ты уверена в себе и достигаешь намеченных целей. В своих делах ты не действуешь нахрапом и отлично понимаешь, что «поспешность хороша при ловле блох и кавалерийской атаке». Ты способна отстаивать свое мнение и свои интересы, но не до ослиного упрямства. На работе ты себя чувствуешь как рыба в воде – но в то же время ты не трудоголик. Кроме работы у тебя еще достаточно интересов в жизни. Все хорошо.
Еще более определенно об эгоизме Гамлета и подобных ому современных общественных деятелей писал Гернииус: \"...непомерный эгоизм, обычный плод исключительно духовной жизни, заставляет их все относить к самим себе, как будто каждый из них в отдельности был представителем целого мира, и со всем том этот эгоизм не дает им удовлетворить никакому требованию. А когда они начинают сами сознавать такую свою слабость, они обращают свое презрение против самих себя, и Гамлет осмеивает самого себя за то, что такие людишки, как он, осуждены ползти себе между небом и землею\" (Gervinus G. G. Shakespeare. Leipzig, 1849. Bd. III, S. 289).
Свыше 21 балла. Ты человек темпераментный, азартный, деятельный и полностью сублимировавший в работу. Тебя даже успех не столько интересует, сколько возможность преодолевать препятствия. Чем выше планка, длинней дистанция, пересеченней местность, тем тебе интересней. Порой настолько, что ты забываешь, а для чего все это, собственно? Тебя заводит собственная крутизна. Но больше всего ты напоминаешь персонаж Аркадия Райкина, который предложил старушке донести тяжелый чемодан. И взял, и понес. Только вот куда бабка делась – не помнит. Старайся тратить свои силы ради достижения цели, а не ради преодоления препятствий как таковых.
В России гамлетизм как форма общественного сознания возит; в мрачную эпоху николаевского царствования, отражая трагическое противоречие между духовными запросами и стремлениями передовой части общества и ее политическим бесправием {Подробнее об этом см.: Левин Ю.Д. Русский гамлетизм. - В кн.: От романтизма к реализму. Л.: Наука, 1978, с.189-236.}. Одним из первых здесь отметил актуальное значение \"Гамлета\" Н. А. Полевой, который перевел трагедию в 1836 г. В своей речи, предварявшей читку перевода актерам Московского театра, он связывал ее с современностью, говорил, что \"Гамлет по своему миросозерцанию человек нашего времени\"; \"мы плачем вместе с Гамлетом и плачем о самих себе\" (Театральная газета, 1877, э 81, 5 сент., с. 255; э 84, 8 сент., с. 266). Опираясь на суждение Гете о слабости Гамлета (ср. Wilhelm Meisters Lehrjahre, Buch IV, Кар. 13), считая \"краеугольным камнем\" трагедии \"мысль - слабость воли против долга\". Полевой уподоблял датского принца героям своего времени, пережившим разгром декабризма, политически пассивным, бессильным перед лицом наступившей реакции и терзающимся своим бессилием; такое толкование отразилось на переводе, обусловило его злободневность и необычайный успех на русской сцене. При всей своей слабости Гамлет у Полевого оставался положительным героем, ибо в России 1830-х годов не было другой общественной силы, способной противостоять деспотизму самодержавия.
И самое главное предостережение: не путай собственные амбиции с реальными задачами. Удовлетворение твоих собственных желаний – это конечная цель предприятия. А решение повседневных задач – рутина, которая существует даже в жизни звезд и суперзвезд. И любой ценой постарайся разделить потребности на «свои» и «заказчика». А сейчас постарайся определить: где мы чаще всего «прокалываемся», навязывая окружающим то, что нам стоило гигантских усилий, а им, оказывается, «и даром не надь, и с деньгами не надь», как говорил сказочный Иван-дурак, отвергая стервозную царскую дочку? Не получается? А ведь это тема, которая возникает в нашем мозгу регулярно – каждую минуту, если не чаще. Это… красота.
Глава 4. А вот и я! Лучший в мире Карлсон!
В. Г. Белинский в статье \"\"Гамлет\". Драма Шекспира. Мочалов в роли Гамлета\" (1838), написанной в связи с постановкой Московского театра, утверждал: \"Гамлет!.. это вы, это я, это каждый из нас, более или менее, в высоком или смешном, но всегда в жалком и грустном смысле...\" (Белинский, т. 2, с. 254). Белинский отошел от концепции Гете и считал, что \"идея Гамлета: слабость воли, но только вследствие распадения, а не по его природе. От природы Гамлет человек сильный...\" (там же. с. 293). Но этот взгляд был связан с усвоенной Белинским гегелевской философией и \"примирением с действительностью\" 1838-1840 гг. {См.: Фридлендер Г. М. Белинский и Шекспир. - В кн.: Белинский. Статьи и материалы. Л., 1949, т. 165; Лаврецкий А. Эстетика Белинского. М., 1959, с. 232-236; Шекспир и русская культура. М.; Л.: Наука, 1965, с. 329-331.} После перелома в его мировоззрении критик определил Гамлета как \"поэтический апотеоз рефлексии\" (1840; Белинский, т. 4, с. 253; при этом Белинский цитировал то же место трагедии, что и Тургенев, когда последний писал о разъединении мысли и воли; а его трагическую коллизию - как результат столкновения \"двух враждебных сил долга, повелевающего мстить за смерть отца, и личной неспособности к мщению...\" (1841; там же, т. 5, с. 20). Белинский объявил \"позорной\" нерешительность Гамлета, который \"робеет предстоящего подвига, бледнеет страшного вызова, колеблется и только говорит вместо того, чтоб делать...\" (1844; там же, т. 7, с. 313). В Гамлете для Белинского олицетворялась трагедия его поколения - людей сороковых годов. Осуждение датского принца было самокритичным. В нем звучала скорбь революционного мыслителя и борца, не видевшего реальной возможности вступить в \"открытый и отчаянный бой\" с \"неправедной властью\". Поэтому, признавая величие и чистоту души Гамлета, Белинский не видел оправдания слабости его воли и считал справедливым его презрение к самому себе. И в то же время он но мог противопоставить Гамлету иного героя - одновременно и деятельного и возвышающегося над ним нравственно, - ибо такого героя не было в действительности.
Устраиваясь на работу, большинство женщин старается произвести выгодное впечатление. Проблема в том, что мы не очень отчетливо представляем, что значит «выгодное». И нередко задачи трудоустройства путаем с собственными потребностями. Вроде бы исполнив свои желания в отношении внешнего вида, ты заодно получишь и престижную или хотя бы перспективную должность. А чего хочет женщина?
Внутреннее родство с Гамлетом ощущал и Тургенев. Он подчеркивал в статье: \"... почти каждый находит в нем (Гамлете) собственные черты\"; \"темные стороны гамлетовского типа\" \"именно потому нас более раздражают, что они нам ближе и понятнее\". Тургенев сознательно проецировал образ шекспировского принца на современность. По свидетельствуй. Я. Павловского, он говорил: \"Шекспир изобразил Гамлета, но разве мы теряем что-нибудь от того, что находим и изображаем современных Гамлетов?\" (Русский курьер, 1884, э 137, 20 мая). При этом Тургенев, сам сформировавшийся духовно в 18301840-е гг., понимал, что активность и общественная значимость чего социального слоя, который в России связывался с именем Гамлета, неизбежно падает, что Гамлеты вырождаются в \"лишних людей\".
Каждая – без преувеличения – хочет быть красивой. И нашим женским амбициям потакает огромная индустрия косметики и, что еще важнее, целый мир масс-медиа. Они призывают нас неустанно работать над собой, по миллиметру продвигаясь в сторону воплощения идеала. Сегодня быть красивой – не прихоть, а осознанный выбор – так выбирают профессию, призвание и ответственность на всю жизнь. Это целая дорога, череда проблем и нагрузок, даже если не думать о дыбе по имени «Тотал Джим», поджидающей нас в тренажерном зале… Но что такое – быть красивой? Главный показатель совершенства – стать похожей на модель. Чтобы подруги померли от зависти, а мужики – от восхищения. И тогда чары спадут, и начнется совсем другая жизнь…
В годы, когда Тургенев писал свою статью, в общественной борьбе выдвинулись новые силы, представители которых не походили на Гамлетов сороковых годов. Пытаясь понять и объяснить их, Тургенев уподобил их Дон-Кихоту. Идеализация Дон-Кихота началась еще в первые годы XIX века (в XVII-XVIII веках он обычно считался отрицательным персонажем). Последователь Канта немецкий философ Ф. Бутервек и А. - В. Шлегель начали толковать образ Дон-Кихота как воплощение героического и поэтического энтузиазма, преданности идее, величия духа. Эта мысль была развита Сисмонди в его сочинении \"О литературе южной Европы\" (1813) и нашла отклик у многих европейских поэтов первой половины XIX века {См.: Стороженко Н. Философия Дон-Кихота. - BE 1885, э 9, т. V, с. 307-310.}. Ее же сформулировал и А. Шопенгауэр, философией которого Тургенев увлекался с конца 1850-х годов. Шопенгауэр писал, что Дон-Кихот \"аллегоризируст жизнь каждого человека, который не так, как другие, занят только устройством своего личного блага, а стремится за объективной идеальной целью, овладевшей его помыслами и волей, причем, конечно, в этом мире он оказывается странным\" (Sсhорenhauer Arthur. Die Welt als Wille und Vorstellung. Leipzig, 1859. 3. Aufl., Bd. I, Buch 3, пар. 50, S. 284-285).
Конечно, когда смотришь, как дивные создания шагают по подиуму, грациозно покачивая всеми частями тела, самой хочется спеть: «Ах, эта девушка меня с ума свела, разбила сердце мне, покой взяла…», несмотря на традиционную сексуальную ориентацию. Ведь завидно! Хочется выглядеть так же – любой ценой. Облик этих земных богинь заставляет множество женщин отказываться от собственного «я» в надежде поменять свой имидж на нечто неизмеримо лучшее. Только какое оно, это «лучшее»? Какой бывает красота?
Важный для интерпретации Тургенева аспект донкихотства содержался во введении Гейне к немецкому изданию романа Сервантеса (1837), в котором поэт подчеркивал, что \"смешное в донкихотстве\" заключается по только в том, что \"благородный рыцарь пытается оживить давно отжившее прошлое\", но \"неблагодарным безрассудством является также и попытка слишком рано ввести будущее в настоящее, если к тому же в этой схватке с тяжеловесными интересами сегодняшнего дня обладаешь только очень тощей клячей, очень ветхими доспехами и столь же немощным телом!\" (Гейне Генрих. Полн. собр. соч. М.; Л., 1949. Т. VIII, с. 140). Гейне видел в Дон-Кихоте энтузиаста лучшего общественного будущего, человека, пренебрегшего во имя этого будущего интересами настоящего. При таком осмыслении образа стало возможным сравнение Дон-Кихота с социалистом-утопистом Фурье, которое делает Тургенев (см. наст. том, с. 345). Тургенев вообще хорошо знал творчество Гейне, но к \"Введению к \"Дон-Кихоту\"\" его внимание могло быть привлечено особо, так как в том же издании \"Дон-Кихота\" печатался немецкий перевод биографии Сервантеса, написанной Луи Виардо {Высказывалось предположение, что эта биография, предпосланная Л. Виардо своему переводу \"Дон-Кихота\" (Paris 1836), также оказала влияние на Тургенева. В частности, в ней он мог найти мысль, что в процессе написания романа значение Дон-Кихота \"расширилось под собственною рукою его бессмертного творца\" (см.: 3вигильский А. Я. \"Гамлет и Дон-Кихот\". О некоторых возможных источниках речи Тургенева. - - Т сб, вып. 5, с. 238-241).}.
На первом месте, разумеется, стоит красота профессионалок. Нелегкая доля манекенщицы начинается с того, что отбирают ее, нежную газель, для самой тяжелой работы в мире. По сравнению с физическими, гормональными, психоэмоциональными нагрузками модели сизифов труд – увеселительная прогулка в приятном ландшафте. Моделью надо родиться – как балериной или метательницей ядра. Нужно иметь конституционно длинные мышцы, тонкокостное строение тела и пропорциональную худобу – а заодно медвежью силу и носорожью выносливость, что само по себе невозможно. А все-таки быть красивой женщиной – ну разве не замечательное ощущение? Спросим тех, кто родились – или стали красавицами: каково-то им приходится? Начнем с того, что с юных лет ты будешь чувствовать себя в центре внимания. Любое событие твоей жизни предается гласности, на любое движение души и тела устремлены взоры не столько почитателей, сколько критиков. Те, кто мечтает всю жизнь о популярности, вряд ли грезит и о том, чтобы любое пятно на юбке или стрелка на чулке сразу бы становились достоянием общественности. Новый мужчина, новая машина, новая морщина – все твои косточки перебираются и перемываются, а бульон идет на заливное. Скажете: ведь это и есть «быть душой компании»! Нет, дорогие, это и есть быть заливным поросенком на банкете: изумительное зрелище на большом блюде в самом центре стола – ни рукой, ни вилкой не дотянуться. Красавица вызывает одновременно страх и восхищение – пикантное блюдо, а все же мало кому захочется питаться им постоянно – так и до панкреатита недалеко! Да и небезопасно приглашать такую диву в свою компанию – мужики народ ветреный, а красотки – народ податливый…
В русской литературно-публицистической традиции до Тургенева, и частности у Белинского, Дон-Кихот обычно осмыслялся как художественное обобщенно разрыва с действительностью и отставания от хода истории {Григорьев А. А. Дон-Кихот в русской литературно-публицистической традиции. - В кн.: Сервантес. Статьи и материалы. Л., 1948, с. 13-31; Мордовченко Н. И. \"Дон-Кихот\" в оценке Белинского. - Там же, с. 32-39; Плавскин 3. И. Сервантес в России. - В кн.: Мигель де Сервантес Сааведра. Библиография русских переводов... М., 1959, с. 15- 21; Turkeviсh L. В. Cervantes in Russia. Princeton, 1950, р. 23-27.}. С судьбами революционного движения связал образ Дон-Кихота Герцен, видя в нем воплощение кризиса утопических методов борьбы за переустройство общества; Дон-Кихотами он назвал обанкротившихся деятелей революции 1848 года. \"Какой практически смешной и щемящий сердце образ складывается для будущего поэта, образ Дон-Кихота революции!\" - писал Герцен в тринадцатом из \"Писем из Франции и Италии\" (1 июня 1851 г.). Он характеризовал этих Дон-Кихотов как людей, отставших от жизни, которые \"повторяют слова, потрясавшие некогда сердца, не замечая, что они уже давно задвинуты другими словами\" (Герцен, т. V, с. 206). Это тринадцатое письмо вошло во второе (первое русское) издание \"Писем\", вышедшее в Лондоне в 1855 г. Тургенев, видимо, познакомился с ним в августе 1856 г., когда он посетил Герцена. Герценовская интерпретация образа Дон-Кихота не могла не привлечь внимания Тургенева, тем более что и для него исходным моментом служили события 1848 года, и, вероятно, он спорил с Герценом о Дон-Кихоте и продолжил спор в статье {См.: Оксман Ю.Г. Тургенев и Герцен в полемике о политической сущности образов Гамлета и Дон-Кихота. - В кн.: Научный ежегодник за 1955 год Саратовского гос. ун-та им. Н. Г. Чернышевского. Филолог, факультет, 1958, отд. III, с. 26-28.}.
«Неправда!» – слышу хоровой возглас красоток, – «Мы не только гиперсексуальными бываем – и умными, дельными, веселыми, верными, профессиональными тоже…» Что правда, то правда. В отношении красавиц (а особенно длинноногих блондинок) общество страдает чем-то вроде «психической слепоты»: видит только то, что хочет видеть. Не зря товары, применение которых требует наличия не просто сексапила, но и элегантности, рекламируют всегда брюнетки (вспомните чернокудрую Никиту из рекламы «Rexona»): хоть один стандарт не затмевает сознание покупателя.