² Оно неизвестно.

³ Она неизвестна.

466. Н. Н. Страхову.

1885 г. Декабрь? Москва.

Сейчасъ прочелъ ваши прекрасныя двѣ статьи,¹ дорогой Н[иколай] Н[иколаевичъ], онѣ мнѣ очень понравились по строгости и ясности мысли, по простотѣ распутыванія умышленно запутываемаго. Я читалъ ихъ, любуясь на мастерство работы, но съ нѣкоторымъ равнодушіемъ и осужденіемъ: зачѣмъ заниматься такимъ искусственнымъ ходомъ мыслей, вродѣ того чувства, съ которымъ разбираешь рѣшеніе шахматной задачи? Бутлеровъ² сочинилъ задачу; вы рѣшили. Интересно, удивительно, но зачѣмъ это мнѣ? Конецъ статьи, однако, подѣйствовалъ на меня иначе, онъ мнѣ объяснилъ, почему вы сдѣлали и дѣлаете такія усилія, что можете такъ легко разрѣшить такія задачи и, главное, показалъ мнѣ васъ, вашу душу, то чужое и родное мнѣ въ вашей душѣ, которое и сближаетъ и раздѣляетъ насъ. Вы никогда такъ не высказывались, или я теперь только понялъ васъ. Конецъ этой статьи объяснилъ мнѣ все: и ваше пристрастіе къ инд[ійской] мудрости и къ m-me Guyion,³ къ углубленію въ себя, и то ваше послѣднее письмо⁴ которое меня за васъ очень огорчило. Вы между прочимъ пишете, что чаще и чаще думаете о смерти, чувствуете ея приближеніе и уходите изъ міра, въ которомъ не видите никакого просвѣта, ничего, чтò бы вызвало надежду на лучшее. Вѣдь это нездоровое душевное состояніе. И вотъ въ этой статьѣ мнѣ данъ ключъ ко всему. Познаніе есть въ извѣстномъ смыслѣ отрицаніе, пониженіе, удаленіе отъ себя того, чтò познается (и далѣе до черточки). Это совершенно справедливо по отношенію къ познанію всего внѣшняго міра, за исключеніемъ человѣка — всѣхъ людей, т. е. того, что познаетъ не во мнѣ одномъ, но и внѣ меня. Познаніе понижаетъ и удаляетъ внѣшній міръ, но зато и для того только, чтобы поднять и приблизить человѣка. И тутъ-то кажущееся мнѣ разномысліе мое съ вами. Мнѣ кажется, что вы познаніе и удаленіе ставите цѣлью. Я же считаю его средствомъ. Познаніе міра и человѣка, принижающее и удаляющее первое и возвышающее, и приближающее второе, есть только орудіе, которое надо взять въ руки, прежде чѣмъ и для того, чтобы начать работу. Я, мы всѣ упали съ неба въ какое-то заведеніе. Первое — нужно жить, т. е. употреблять въ дѣло свои руки, голову, свое движеніе и время, т. е. работать. Для того, чтобы это дѣлать, надо понять гдѣ я? чтò я? Какое мое назначеніе? (Я подчеркиваю этотъ вопросъ потому, что для меня онъ главный, и мнѣ кажется, что у васъ онъ выпущенъ.) И для этого мнѣ надо познать. Познаніе это даетъ мнѣ великое удовлетвореніе; но это удовлетвореніе дѣлается страданіемъ (какъ бы я ни раздувалъ его), если я тотчасъ не употреблю этого познанія, удалившаго и принизившаго внѣшній міръ, и поднявшаго, и приблизившаго человѣка, уяснившаго для меня, размѣстившаго для меня правильно весь окружающій меня хаосъ, если я не употребляю это познаніе на исполненіе своего назначенія, на работу, всѣмъ существомъ моимъ для того, чтò поднялось и приблизилось для человѣка. Очень мнѣ грустно было узнать о смерти Данилевскаго.⁵ Я радъ все-таки, что мы полюбили другъ друга. Грустно за васъ. Простите, что давно не писалъ вамъ. Отъ души цѣлую васъ. Л. Толстой.



P. S. Я перечелъ, чтò написалъ, и боюсь, что не ясно, а мнъ дорого передать вамъ всю мою (дорогую мнѣ, которой я живу) мысль. На то только мы, любящіе другъ друга люди, и нужны другъ другу, чтобы общаться духомъ. Мнѣ кажется, что индійцы, Шопенгауеръ, мистики и вы дѣлаете ту ошибку, ничѣмъ неоправдываемую, что вы признаете міръ внѣшній, природу, безцѣльной фантасмагоріей. Задача духа есть освобожденіе отъ подчиненія этой внѣпшей игры матеріи, но не для того, чтобы освободиться. Иначе гораздо бы проще было и не подневоливать духъ этой игрѣ. И каждый можетъ освободиться радикально, убивъ себя. (Я никогда не вѣрилъ и не понималъ этого страха передъ метампсихозой, которая руководитъ Буддою.) Задача состоитъ въ освобожденіи не для освобожденія, а для освобожденной жизни — труда въ этихъ самыхъ матеріальныхъ условіяхъ жизни. Человѣкъ, освобождающiйся изъ темницы, почти всегда думаетъ, что освобожденіе и есть цѣль, а между тѣмъ онъ освобождается для того, чтобы жить. Также я представляю себѣ вашъ взглядъ. Все нереально, все фантасмагорія, все мое представленіе и больше ничего; это такъ только до тѣхъ поръ, пока я подчиненъ этимъ призракамъ. Но какъ скоро я освободился отъ подчиненія, такъ призраки становятся орудіемъ и реальностью изъ реальностей; составляютъ необходимое условіе моей жизни духа, когда всѣ эти прежде странныя и страшныя орудія непонятнаго мнѣ заведенія становятся настолько понятными, необходимыми и покорными, подчиненными мнѣ. Боюсь, что, желая разъяснить вамъ свою мысль, я еще больше запуталъ ее. Вы, впрочемъ, одинъ изъ тѣхъ рѣдкихъ людей, которые умѣютъ понимать чужіе ходы мыслей. Матеріальный міръ не есть ни призракъ, ни пустяки, ни зло, а это тотъ матеріалъ и тѣ орудія, надъ которыми и которыми мы призваны работать. Я возмусь безъ умѣнья и безъ охоты строгать и, сбивъ себѣ руки, обругаю доску и рубанокъ; это же самое я дѣлаю, когда называю матеріальный міръ пустяками или зломъ.



Печатается по копии, хранящейся в AЧ. Впервые опубликовано в Б, II, изд. 3, стр. 597—600. Датируется на основании упоминания о статьях Н. Н. Страхова и о смерти Н. Я. Данилевского (см. прим. 1 и 5).



¹ Н. Н. Страхов в № 3232 «Нового времени» за 1885 г. от 26 февраля поместил свою статью «Физическая теория спиритизма», на которую отвечал известный сторонник спиритизма А. М. Бутлеров там же в № 3411 от 27 августа 1885 г. статьей «Медиумизм и умозрение без опыта». В №№ 3487 и 3502 от 11 и 26 ноября 1885 г. Н. Н. Страхов в свою очередь напечатал свой ответ, в виде открытого письма к А. М. Бутлерову — «Закономерность стихий и понятий». Эти две статьи вероятно и разумеет Толстой.

² Александр Михайлович Бутлеров (1828—1886), химик, академик; был одним из горячих сторонников спиритизма.

³ Жанна-Мария Бувье де ла Мотт Гюйон (Jeanne-Marie Bouvier de la Motte Guyon) (1648—1717) — писательница по религиозно-нравственным вопросам, сочинения которой довольно усердно распространялись в России в первой четверти XIX столетия, в эпоху расцвета мистицизма.

⁴ Оно неизвестно.

⁵ Н. Я. Данилевский умер в Тифлисе 7 ноября 1885 г.

* 467. М. П. Щепкину.

1882—1885? гг. Москва.

Митрофанъ Павловичъ.

Вотъ эта Г-жа Сипягина¹ дочь выдержала экзаменъ на учительницу и ищетъ мѣста въ Москвѣ. Для меня въ ея пользу говоритъ большая бѣдность семьи. Не можете ли вы, замолвивъ кому надо словечко, помочь ей. Когда увидимся? Написали ли вы? Вчера хотѣлъ дойти до васъ, но не дошелъ.

Вашъ Толстой.

Поздравляю васъ съ восшествіемъ на престолъ.²



Печатается по автографу, хранящемуся в ГТМ. Публикуется впервые. Датируется предположительно. Можно думать, что написано оно было в период наиболее близких отношений Толстого с М. П. Щепкиным, т. е. до 1885 г., но во всяком случае не ранее 1882 г., так как письмо это, судя по словам «хотел дойти до вас», писано из Москвы, куда Толстой переехал в 1882 г.



¹ О Сипягиной сведений редакция не имеет.

² О чем здесь идет речь, выяснить не удалось.

* 468. М. П. Щепкину.

1884—1885? гг.

Григорій Николаевичъ Ге¹

братъ моего друга² и мой знакомый имѣетъ предложеніе Моск[овской] думѣ и желаетъ побесѣдовать съ вами.

Л. Толстой. —



Печатается по автографу, хранящемуся в ГТМ. (Написано на визитной карточке Г. Н. Ге). Публикуется впервые. Датируется на основании следующих соображений. Знакомство Толстого с семьей Н. Н. Ге состоялось, повидимому, в 1884 г. — так что эта дата является временем наиболее раннего написания письма. С другой стороны, можно предположить, что письмо Толстого и было, приблизительно, написано в это время, так как во второй половине 1880-х годов замечается охлаждение в отношениях Толстого с М. П. Щепкиным и прекращение сношений, как личных, так и письменных.



¹ Печатная надпись на визитной карточке. Григорий Николаевич Ге — старший брат Н. Н. Ге — художника; автор воспоминаний: «Воспоминания о художнике Ге, как материал для его биографии» — «Артист», 1894, № 43, стр. 128—135 и № 44, стр. 129—137.

² Николай Николаевич Ге — художник.

469. А. М. Иванцову-Платонову.

1885 г. Июнь — октябрь?

Александръ Михайловичъ!

Сейчасъ получилъ отъ жены статью и ваши примѣчанія.¹ Я еще больше полюбилъ васъ, прочтя ваши примѣчанія. Я увидалъ изъ нихъ, какъ христіанское чувство любви къ истинѣ и къ единенію людей проникаетъ васъ и какъ вы постоянно умѣете, не поступаясь своимъ міросозерцаніемъ, удерживать это единеніе съ людьми. На всѣ исключенія, сдѣланныя вами я, разумѣется, согласенъ. Въ первую минуту мнѣ какъ-будто жалко было нѣкоторыя мѣста, но потомъ, вспомнивъ, что обнародованіе этого писанія можетъ быть полезно хоть одному, двумъ людямъ (что подтверждаетъ ваше сочувствіе), я устыдился этого чувства. Разумѣется, надо будетъ написать нѣсколько словъ предисловія, указавъ на значеніе вашихъ примѣчаній.² Лучше бы было, если бы можно было назвать васъ — прямо сказать, что я воспользовался вашей обязательностью (я бы написалъ — вашимъ согласіемъ въ основныхъ положеніяхъ, если бы вы позволили) и предоставилъ вамъ тѣ исключенія и тѣ примѣчанія, которыя вы найдете нужнымъ сдѣлать для большинства читателей, въ руки которыхъ попадетъ эта книга. Я бы сказалъ тогда, что я сдѣлалъ это совсѣмъ не въ видахъ, такъ сказать, политическихъ, т. е. какъ уловку, чтобы прошла моя книга, но сдѣлалъ это потому, что, хотя и не раздѣляя всего вашего религіознаго міровоззрѣнія, я счастливъ тѣмъ, что въ томъ, чтò я считаю основой христіанства, я нахожусь въ полномъ согласіи съ вами, и потому могъ искренно просить васъ вычеркнуть или оговорить примѣчаніями то, чтò составляетъ особенность моего субъективнаго міросозерцанія. Не знаю, чтò выйдетъ изъ этого, но я во всякомъ случаѣ очень благодаренъ вамъ.

Искренно любящій и уважающій васъ

Левъ Толстой.



Печатается по копии, хранящейся в AЧ. Впервые опубликовано в «Русской мысли» 1911, 2, стр. 174. Датируется по содержанию. (Первое упоминание о работе над произведениями Толстого А. И. Иванцова-Платонова см. в письме к В. Г. Черткову от 17 мая 1885, т. 83. В октябре же того года двенадцатый том собрания сочинений Толстого, в который входили эти произведения, был запрещен.)

Александр Михайлович Иванцов-Платонов (р. 1835 г. — ум. 12 ноября 1894 г.) — протоиерей, писатель и проповедник. Сын священника; окончил курс в Московской духовной академии; с 1872 г. — профессор Московского университета по кафедре церковной истории; с 1877 г. — доктор богословия. Писал преимущественно по истории христианства и церкви. Толстой пользовался некоторыми его сочинениями (см. т. 51). Еще см. кн. С. Трубецкой, «Научная деятельность А. М. Иванцова-Платонова» — «Вопросы философии и психологии» — т. XXVII; Ив. Корсунский, «Протоиерей А. М. Иванцов-Платонов» — «Богословский вестник» 1894, декабрь.

Толстой обратился к А. М. Иванцову-Платонову, как к наиболее либеральному из духовных лиц и наиболее благожелательно к нему относившемуся, с просьбой просмотреть, с целью проведения через цензуру, его произведения, касающиеся религиозных вопросов, для нового готовившегося полного собрания его сочинений (пятого), предпринятого в то время С. А. Толстой. Предоставив ему право оговаривать или просто выпускать места, которые могли бы показаться неудобными с точки зрения православного учения, Лев Николаевич просил его приложить свои заметки в виде «примечаний читателя». А. М. Иванцов-Платонов исполнил просьбу Толстого, составив целую тетрадь таких примечаний, но задуманное издание этих сочинений осуществить всё-таки не удалось по цензурным условиям того времени.



¹ «В чем моя вера» с «Примечаниями читателя». Этот экземпляр в настоящее время хранится в АТБ.

² Здесь в тексте, напечатанном в сб. «Письма Л. Н. Толстого», т. III, изд. «Окто» 1913, сделано примечание: «Зачеркнуто и исправлено: «примечаний читателя».

470. Л. П. Никифорову.

1885 г. Апрель — мая 15? Москва.

Дорогой Левъ Павловичъ! На вопросы вашего письма¹ не отвѣчаю, п[отому] ч[то] сколько я умѣлъ отвѣтить на нихъ, я отвѣтилъ въ своемъ писаніи «Въ ч[емъ] м[оя] в[ера]». Вл[адиміръ] Ѳед[оровичъ] написалъ вамъ у меня это.² Боюсь, что вамъ это покажется мистицизмомъ и неяснымъ — для меня же все это ясно. На сердечный вопросъ о будущей жизни я себѣ не могъ ничего другаго отвѣтить, какъ то, чтò сказалъ кто то изъ древнихъ. «Гдѣ мы будемъ послѣ смерти?» — «Тамъ, гдѣ тѣ, к[оторые] еще не родились». Рѣшеніе же этаго вопроса я всегда чувствовалъ не въ усиліяхъ разума, направленнаго на этотъ вопросъ, а въ усиліяхъ всей души на рѣшеніе вопросовъ доброй жизни. Чѣмъ добрѣе моя жизнь, тѣмъ вѣрнѣе воскресеніе или будущая жизнь, и тѣмъ спокойнѣе я встрѣчаю эту смерть. «Будемъ жить такъ, чтобъ воскреснуть». Дальше никогда никто не пойдетъ, да и не куда. — О «гееннѣ огненной»³ какъ понимать? Если бы намъ съ вами сказали, что не Хр[истосъ], a Вл[адиміръ] Ѳед[оровичъ] въ своей школѣ⁴ угрожалъ ученикамъ, что онъ ихъ будетъ сѣчь, какъ бы я отнесся къ этому? Я бы спокойно сказалъ, что разсказывающій перепуталъ, не разслушалъ или самъ выдумалъ. Также точно я отношусь къ этимъ словамъ. — Пожалуйста, пріѣзжайте къ намъ въ деревню. Я радуюсь этой мысли, если будемъ живы. — Прощайте, до свиданья. Книги не знаю, какія вамъ нужны. Читали ли вы Эпиктета, Марка-Аврелія,⁵ Спинозу,⁶ Конфуція ученіе и Лао-дзи?⁷ Вотъ мнѣ близкіе и дорогіе мыслители. Послѣднее же время я многое узналъ и нашелъ близкаго себѣ въ двухъ Американскихъ писателяхъ: 1) Henri George. «Progress and poverty и Social problems»,⁸ и 2) Theodor Parker.⁹



Печатается по автографу, находящемуся у K. С. Шохор-Троцкого (написано на четвертой странице письма В. Ф. Орлова к Л. П. Никифорову, приводимого нами ниже). Впервые опубликовано в «Ежемесячном журнале» 1914, І, стр. 84. Датируется по содержанию: «Владимир Федорович [Орлов. Ред.] написал вам это». Письмо Толстого к Никифорову, повидимому, было написано в период наиболее близких личных сношений Льва Николаевича с В. Ф. Орловым (т. е. в 1885 г.), когда последний жил в Москве и иногда помогал Толстому в его переписке (об этом же см. в прим. к письму № 312). Упоминание же Г. Джорджа и Т. Паркера дает основание датировать апрелем—маем (см. письма №№ 314, 337, 346), но во всяком случае не позднее 15 мая, так как 16 мая Толстой уехал в Ясную поляну; письмо же писано из Москвы.

Лев Павлович Никифоров (р. 5 февраля 1848 г. — ум. 15 апреля 1917 г.) — старый народник, видный член партии социалистов-революционеров. Сын крупного пензенского помещика в Краснослободском уезде; окончил Вторую московскую гимназию; учился в Московском и Петербургском университетах. В молодости был близок с С. Г. Нечаевым. В 1869 г. был впервые арестован, как политический и посажен сначала в Литовский замок, затем в Петропавловскую крепость; потом переведен в тюрьму при Третьем отделении. По освобождении жил под гласным надзором полиции в Твери, Солигаличе, Сумах, Холмогорах и Архангельске. В 1876 г. был водворен на родине. В 1880 г. избран Краснослободским земством в гласные, потом почетным мировым судьей.

В 1884 г. получил разрешение на въезд в Москву. В 1890—1900 гг. занимался переводческой деятельностью. С Толстым познакомился (через посредство В. Ф. Орлова) в 1884 г. К этому же времени нужно отнести и его сближение с кружком «Посредника», где он некоторое время был одним из сотрудников. Л. П. Никифоровым переведены для «Посредника» сочинения Мопассана, Рёскина, Мадзини; составлен сборник: «Афоризмы и избранные мысли Л. Н. Толстого», изданный «Посредником» в 1905 г. Помимо этого им написана в 1891 г. биография Толстого: «Лев Николаевич Толстой (Биографические сведения)» — «Курьер» 1902, № 241 и 246; и «Воспоминания о Толстом» — сборн. «Лев Николаевич Толстой. Юбилейный сборник», собр. и редакт. Н. Н. Гусев, Гиз, М. 1928. — Женат Никифоров был с августа 1870 г. на сестре Веры Засулич, Екатерине Ивановне Засулич (ум. 1918? г.).

Библиографию о Л. П. Никифорове см.: «Деятели революционного движения в России. Био-библиографический словарь», изд. «Всесоюзного общества политических каторжан и ссыльных поселенцев» М. 1928, т. I, ч. вторая, стр. 270—271. Еще см. т. 50.



¹ В письме (без даты; хранится в АТБ) Л. П. Никифоров ставил Толстому вопросы о смысле жизни, о значении смерти и о возможности вечной жизни.

² Владимир Федорович Орлов. Вот что он писал Л. П. Никифорову: «Лев Николаевич, наверно, и сам ответит тебе на письмо твое; но побеседовать с тобой хочется и мне. Что человеческие знания предельны — это слова сатаны. Господь говорит: и пошлю вам духа святого, который вас научит всему. Эти слова ты приводишь и сам. Итак беспредельна сила знаний, разумения, сила истины: нельзя положить пределов силе духа, нельзя поэтому положить пределов и силе истины, — нельзя поэтому сказать, что невозможно воскресить и мертвого. Невозможное для человека возможно для бога, а бог есть дух, бог есть всё — воскрешающая сила знания — бог есть разумение жизни. Но прежде всего бог есть истина, а истина в том, что есть доброе. А было ли бы добрым воскресить всех умерших для всех жизненных мук и страданий и для той лжи царящей, которая есть вечный источник и этих страданий? Наших друзей мучили, убивали и ты хочешь их воскресить, чтобы их снова убивали и без конца убивали?! Но ты этого не хочешь и так ты не думаешь. Ты согласен с тем, что ищите прежде царствия божия и всё приложится вам... Из твоего письма видно, что ты согласен с этим; а если согласен, то и со Львом Николаевичем не может у тебя быть никакого разногласия. —«Я есмь истина, свет и живот». Итак прежде всего истина, а затем уж и свет, а затем и живот. Истина — это та истинная жизнь, о которой ты говоришь — это то абсолютно доброе, что внутрь вас есть, то абсолютно доброе всего, что и должно всецело поглотить личную жизнь каждого... Тогда уже нет своей личной, погибельной жизни, а есть только жизнь всего — всего доброго. И доброе это прежде всего должно проявиться в знании — в знании другой стороны истины: в знании того, что есть зло, что есть ложь и не истина. И тогда Истина, как абсолютное добро, проявившееся в Христе, проявится и как свет, как истинный свет, просвещающий каждого идущего в мир. Не любите мира, ни того, что в мире, — потому что мир есть зло и зло есть тьма. Но свет теперь светит и тьма его не объяст и мир с его злом является неопасным, потому что и сама тьма его является во мне исчезнувшей. Итак я жил до сих пор в истине (и истина, как дитя, которому обещано царствие, могла быть во мне и соблазненной), в истине непосредственного добра и как тот из малых, которым обещано царствие, мог быть и соблазненным, и погубленным. И нас и соблазняли, и губили. Но теперь истина должна явиться, как обнаружение доброго и злого и тогда она есть свет, как свет духовный. Но что такое этот свет духовный? Если солнце, которое равно греет и праведных, и виновных, светит и животворит, и воскрешает зародыш, похороненный в земле, то тем более этот свет духовный: он не может быть меньше света матерьяльного. Итак истина, являющаяся в лице Христа и его последователей, как абсолютное добро, явится и как свет, и как живот. И тогда встанут мертвые из гробов. И пусть восстанут и в теле, и на земле; но если они восстанут для жизни вечной и в свете и добре, то кто будет против этого? Но всё это будет после, а не теперь и не в ближайшем будущем. И теперь горе и мука жизни усложнились и в будущем оно будет так велико, что ради снисхождения к некоторым избранникам сократятся дни их. И сам Христос, при тех условиях, при которых мы живем, желал нам не жизни, этой злой жизни, а смерти. Но и смерть может быть злой и эта роковая смерть, которая предстоит всем. И вот теперь для моего настоящего спасения, как раньше, чем пришла эта смерть, умереть другой смертью, которая есть лучшая, которая есть тоже и жизнь, и вечная жизнь. Это та смерть, это то состояние, в котором я забываю о прошедшем и будущем, не помню завтрашнего дня, забыл о себе, о детях, о жене и нырнул весь в то дело, которое сейчас надлежит и надлежит и для тебя, и для моей жены, и для всех. И это дело: проявление в каждый момент себя доброго, как доброго, и в то же время, в тот же момент всяческое обнаружение злого, как злого. Тогда я весь в моменте: и здесь и смерть личная, и переживание в каждый момент всей вечности. Это сама вечность. А что я буду воскрешать мертвого, когда я знаю, что и воскресить его не могу, и если бы и воскресил, то пакость делал? Писать больше некогда». Еще см. «Воспоминания о Толстом» — вышеуказанный сборник, стр. 224—225.

³ По этому поводу Л. П. Никифоров писал: «Я бы умолял Вас разъяснить те места Евангелия, где Христос говорит о геене огненной. Здесь столько антихристианского, что непонятно как оно могло попасть в проповедь о милосердии и всепрощении. Нет ли тут позднейших вставок?»

⁴ В. Ф. Орлов был в то время учителем железнодорожной школы.

⁵ Марк Аврелий — под этим именем известен римский император и философ Антонин — Марк-Анний-Вер (121—180) — автор заметок «Наедине с собою», где трактуются вопросы практической морали, весьма близкой к христианской.

⁶ Барух Спиноза (1632—1677), философ.

⁷ Лао-тсе — прозвище китайского философа, имя которого было Ли. Жил в VI веке до н. э.

⁸ Henry George — Генри Джордж (см. прим. 8 к письму № З14). Упоминаемые его сочинения: «Progress and Poverty» (1879) и «Social Problems» (1884).

⁹ Theodor Parker — Теодор Паркер. См. прим. 7 к письму № 337.

471. Кн. С. С. Урусову.

1884? г. Января 10—31? Москва.

Получилъ ваше письмо, милый другъ, и очень пожалѣлъ о томъ, что пришлось его получить, а не быть у васъ. Съ одной стороны окончаніе своей книги,¹ к[оторая] кончена и въ понедѣльникъ поступитъ въ цензуру, съ другой — нездоровье мое — животъ болитъ послѣдніе дни, пока помѣшали мнѣ. —

У насъ всѣ здоровы и благополучны. Что ваша книга?² и какъ вы отбыли свою повинность?³

Всѣ вамъ шлютъ привѣтъ.

Любящій васъ Л. Толстой.



Печатается по автографу, хранящемуся в ГТМ. Впервые опубликовано А. Е. Грузинским в «Вестнике Европы» 1915, 1, стр. 18. Датируется по содержанию: «окончание своей книги» (см. прим. 1).

Кн. Сергей Семенович Урусов (1827—1897) — генерал-майор в отставке; сослуживец Толстого по Севастопольской войне; крестный отец Льва Львовича и Марии Львовны Толстых. Жил в своем имении «Спасском» близ Сергиевского посада, Московской губ. Подробнее о нем см. в письмах 1869 г., т. 61.

Письмо кн. С. С. Урусова, на которое отвечает Толстой, неизвестно.



¹ Возможно, что Толстой имеет в виду свою книгу: «В чем моя вера». Об этом же он писал и А. Н. Пыпину в письме от 10 января 1884 г. (см. письмо № 184).

² О какой книге кн. С. С. Урусова говорит здесь Толстой, выяснить не удалось. Известно, что в 1880-х годах кн. Урусов работал над религиозно-философским трудом (в четырех томах) и знакомил Толстого с содержанием своего сочинения. Напечатание этого сочинения не было разрешено цензурой.

³ Толстой, вероятно, разумеет поездку кн. С. С. Урусова в Москву, куда тот, свыкшийся с тихой деревенской жизнью и уединением, ездил весьма неохотно.

1886

* 472. А. М. Кузминскому.

1886 г. Января 2? Москва.

Милый другъ Александръ Михайловичъ!

Меня проситъ очень мнѣ близкій человѣкъ¹ о своемъ братѣ² — о мѣстѣ для него — онъ пишетъ, что онъ мелкой чиновникъ, лишившійся мѣста безъ причинъ отъ него зависящихъ и человѣкъ честный. — Можетъ быть, ты можешь это сдѣлать; а если можешь, то вѣрно не откажешь. Письмо это я посылаю Грибовскому (фамилія брата чиновника) и онъ или братъ его передастъ тебѣ. —

Л. Толстой.

Мы знаемъ другъ про друга по нашимъ женамъ и обо мнѣ ты вѣрно получилъ свѣденія неудовлетворительные, въ чемъ и было много правды. О тебѣ же свѣдѣнія всѣ были хорошія. Мнѣ ужасно жалко, что планъ вашей поѣздки къ намъ не состоялся и, главное, не подвергся обсужденію до нашего отъѣзда къ Олсуфьевымъ.³ Я бы очень настаивалъ на немъ. И ты, и Маша⁴ очень пріятные мнѣ сожители и дѣйствуете вы всегда на меня хорошо. Цѣлую тебя и всѣхъ твоихъ. —



На конверте:

Петербургъ. Петерб[ургская] сторона, б. Бѣлозерская, д. № 12 кв. 7. В. М. Грибовскому. Для передачи Е. П. Александру Михайловичу Кузминскому.



Печатается по автографу, хранящемуся в ГТМ, в арх. Т. А. Кузминской. Публикуется впервые. Датируется на основании почтовых штемпелей на конверте: Москва 2 января 1886 и С. Петербург 3 января 1886.



¹ Грибовский Вячеслав Михайлович. См. прим. к письму № 381.

² О брате В. М. Грибовского сведений не имеется.

³ См. прим. 1 к письму № 465.

⁴ Марья Александровна Кузминская.

473—474. В. Г. Черткову от 16—17 и 18 января 1886 г.



475. Е. Ф. Юнге.

1886 г. Января 20—21? Москва.

Спасибо вамъ, милая Катерина Ѳедоровна, что не сердитесь на меня за то, что не отвѣчалъ,¹ а написали мнѣ дружеское письмо какъ къ человѣку, который васъ любитъ; потому что оно такъ и есть. — Помогай вамъ Богъ перенести болѣзнь— операцію² хорошо; если ужъ нужно. — Думка за горами, а смерть за плечами у всѣхъ насъ и безъ операціи. На дняхъ она (смерть) заглянула къ намъ. Умеръ меньшой сынъ Алеша.³ Заболѣлъ горломъ — простая жаба — ни крупъ, ни дифтеритъ и въ 36 часовъ умеръ. Жена очень огорчена и мнѣ жалко, что нѣтъ любимаго мальчика, но огорчаться можно только тогда, когда мы старательно закрываемъ глаза на тѣ законы, которымъ мы подчинены.

А у меня дѣло къ вамъ: «Сорокъ лѣтъ»⁴ Костомарова. Кому принадлежитъ право изданія? Если вдовѣ: не будете ли добры спросить у нее, дастъ ли она разрѣшеніе печатать эту прелестнейшую вещь въ дешевомъ изданіи для народа. И если дастъ, то даромъ или за плату? И какую? По родству и дружбѣ цѣлую васъ, милая Катерина Ѳедоровна. Жена дѣлаетъ тоже, и желаю вамъ спокойствія душевнаго. А что будутъ рѣзать и на пользу или нѣтъ — это все равно. Только бы сердце не рѣзало ни что; только бы найти для него такое убѣжище, гдѣ ничто не достанетъ его. И убѣжище я знаю одно: вѣра въ то, что мы живемъ не для себя, а для исполненія воли Бога. А воля Бога въ томъ, чтобы всѣ люди любили другъ друга какъ братья. A исполненіе ея въ томъ, чтобы самому любить и вокругъ себя установлять это любовное общеніе по мѣрѣ силъ.

Л. Толстой.



Печатается по автографу, хранящемуся в ГИМ. Впервые опубликовано в ст. А. П. Новицкого «Сорок лет» Н. И. Костомарова и Л. Н. Толстой» — «Голос минувшего» 1916, 11, стр. 198 (несколько строк).

Датируется на основании слов в письме: «На днях она (смерть) заглянула к нам. Умер меньшой сын Алеша». Алексей Львович (восьмой сын Толстых) умер 18 января 1886 г.

Екатерина Федоровна Юнге (р. 24 ноября 1843 г. — ум. 20 января 1913 г.), рожд. гр. Толстая — дочь гр. Федора Петровича Толстого (1783—1873), вице-президента Академии художеств и Анастасии Ивановны, рожд. Ивановой (1817—1879), троюродная сестра Льва Николаевича, жена врача-окулиста Эдуарда Андреевича Юнге (1833—1898); художница, автор воспоминаний («Воспоминания Е. Ф. Юнге. 1843—1860». Кн-во «Сфинкс»). Познакомилась с Толстым еще девочкой в доме своего отца. В 1884 же году возобновила знакомство с ним, находясь «под впечатлением» его «Нового Евангелия» (письмо Юнге от 25 мая 1884 г., АТБ). Неоднократно бывала в Ясной поляне.



¹ Е. Ф. Юнге писала 9 сентября 1885 г. от лица Алины Леонтьевны Костомаровой (1830—1908), прося Толстого дать что-либо из его произведений для сборника, выпускаемого в память Николая Ивановича Костомарова (1817—1885), историка и исследователя народной жизни.

² О болезни Е. Ф. Юнге есть упоминания в ее письме к Толстому от 9 сентября 1885 г., где читаем: «Больна лежу, что-то женское, какая-то опухоль, свойство которой еще неопределенно». Также в следующем (бездатном, начинающемся словами: «Дорогой Лев Николаевич, не знаю писала ли...»): «Операция ovariotomia одна из самых серьезных и мне страшно» (АТБ).

³ Алексей Львович (р. 31 октября 1881 г. — ум. 18 января 1886 г.).

⁴ «Сорок лет. (Малороссийская легенда)» Н. И. Костомарова, изд. редакции «Газеты А. Гатцука», М. 1881. Написана «по-малорусски» в 1840 г., переведена по-русски в 1876 г. В конце легенды Костомаровым дано истолкование ее содержания. Позднее Толстой переработал окончание этой легенды. Последняя глава, написанная Толстым, была сначала напечатана в сборн. «Памяти Белинского» (изд. Пензенской общественной библиотеки. М. 1899, стр. 559—563); затем с сокращенным текстом легенды в журн. «Образование» 1902, № 2, стр. 1—43; впоследствии перепечатана в изд. «Посредника» под заглавием «Смерть Трофима Семеновича» (М. 1912).

На это письмо Толстого Е.Ф. Юнге отвечала письмом от 22 июня [1886 г.], в котором писала: «Вчера был у меня г-н Бирюков и ярко возбудил во мне картину моего собственного безобразия. Дело в том, что я давно имею ответ от А. Л. Костомаровой на счет «Сорока лет». Оправдывать свое молчание сначала болезнью, а потом неосуществившимся намерением заехать к Вам весною и лично передать ответ, я не буду, потому что все эти оправдания не выдерживают критики и всё, что я могу сделать — это признаться, что я ужасно виновата, хотите — казните, хотите милуйте. Отказ свой Костомарова мотивирует тем, что цензура едва пропустила рассказ «Сорок лет» в газете Гатцука и то только с тем, чтоб Костомаров разъяснил нравственный смысл рассказа, который для непонимающего может казаться проповедью материализма. Теперь же цензура еще строже, чем тогда и если теперь цензура запретит этот рассказ для народа, то нельзя уже будет напечатать его в общем собрании сочинений Костомарова, которое его жена собирается издавать. Мы с Бирюковым вчера решили еще раз написать ей» (АТБ).

476—478. В. Г. Черткову от 23 января, 8 и 9 февраля 1885 г.



479. Ф. Ф. Тищенко.

1886 г. Февраля 11? Москва.

Ѳедоръ Ѳедоровичъ!

Получилъ ваше письмо и разсказъ.¹ Разсказъ надѣюсь помѣстить и выслать вамъ за него деньги; ждите спокойно, зная, что если деньги еще не пришли къ вамъ, то это значитъ только то, что дѣло не кончено. Если бы былъ отказъ, то я бы васъ извѣстилъ. — Но дѣло не въ 50 рубляхъ и не въ 50 миліонахъ. Денежная сторона дѣла нетолько ничтожная, но и вредная. Избави васъ Богъ отъ того, чтобы сдѣлать свое писаніе средствомъ пріобрѣтенія денегъ. Дѣло въ томъ, чтобы не погрѣшить словомъ, а употреблять его на пользу людямъ. Отъ словъ своихъ оправдаешься и отъ словъ своихъ осудишься. За всякое слово праздное дашь отвѣтъ въ день суда. Изъ вашего разсказа я заключилъ, что вы имѣете способность чувствовать за другихъ и словами связно и ясно выражать эти чувства, и потому полагаю, что вы можете быть полезнымъ людямъ писаніемъ, если только вы въ своемъ писаніи будете руководствоваться любовью къ людямъ и истиной. — Есть изданія «Посредника» (можетъ быть вы слышали про нихъ; а если не слышали, то я посылаю вамъ нѣсколько этихъ изданій), въ которомъ я принимаю участіе и которое считаю самымъ важнымъ дѣломъ. Получивъ и прочтя вашъ разсказъ, я тотчасъ же прикинулъ его на ту мѣрку, которой я руководствуюсь для писанія и выбора книгъ для этаго изданія. Съ первыхъ же страницъ я замѣтилъ въ вашемъ разсказѣ достоинства: живаго, образнаго описанія событій и недостатки, почерпнутые вами изъ нашей господской и ничтожной литературы 1) непослѣдовательность разсказа: послѣ описанія² болѣзни Луки — описаніе деверьевъ Анны,³ которое перебиваетъ разсказъ и 2) ненужные эпитеты и украшенія, и округленія слога, который только расхолаживаютъ впечатлѣніе. Читая дальше, я замѣтилъ, что разсказъ ведется съ знаніемъ быта и вѣрнымъ описаніемъ и съ чувствомъ, но тѣже недостатки украшенія слога, иностранныхъ словъ — «горизонтъ» и т. п. и, кромѣ того, недостатокъ полной естественности. Напримѣръ: 1) если женщина могла родить и вернуться на работу, то это надо было подробнѣе объяснить. 2) Ошибка Анны о томъ, что урядникъ спрашиваетъ ее объ ея грѣхѣ, само по себѣ вѣрно и очень хорошо, но описано неестественно, преувеличено и отъ того много теряетъ. Преувеличена тоже сцена суда. Но все это ничего. Недостатки есть во всякомъ произведеніи; въ общемъ повѣсть написана хорошо. Но главное то, что вся повѣсть обращена не къ большинству людей, — не къ простымъ людямъ, не къ такимъ Аннамъ, которыхъ такъ много мучается на свѣтѣ, а къ интелигентному читателю, къ урядникамъ, къ судейскимъ. Эти могутъ почерпнуть пользу изъ повѣсти; люди же простые, сама Анна и ея близкіе ничего не почерпнуть, кромѣ или того, что грѣхъ не грѣхъ, или же — отчаянія. — И въ этомъ вы испортили свою повѣсть вліяніемъ господской отрицательной и байронической литературы. Если бы вы писали, имѣя въ виду Аннъ и отца ея убитаго ребенка, вы бы написали тоже, но освѣтили бы это иначе. И вышла бы прекрасная повѣсть. Общій выводъ мой тотъ, что если вы вѣрите въ истину (истина одна — ученіе Христа), то вы можете писать хорошо; но только при томъ непрѣменномъ условіи, чтобы имѣть въ виду не исключительную публику образованнаго класса, а всю огромную массу рабочихъ мущинъ и женщинъ. — Если вы не читали тѣхъ книгъ, кот[орыя] я посылаю вамъ, то прочтите ихъ и вникните и въ направленіе, и въ характеръ ихъ и попытайтесь написать такую же. Мнѣ кажется, что вы можете. Направленіе ясно — выраженіе въ художественныхъ образахъ ученія Христа, его 5 заповѣдей; характеръ — чтобы можно было прочесть эту книгу старику, женщинѣ, ребенку, и чтобъ и тотъ, и другой заинтересовались, умилились и почувствовали бы себя добрѣе.

Левъ Толстой.

Постарайтесь писать въ этомъ родѣ. Если вамъ нужны деньги, то вы получите и деньги за этотъ трудъ. Но, ради Христа, не стройте свою матерьяльную жизнь на литературной работѣ. Это развратъ.



Нa конверте: Харьковской губерніи, Сумскаго уѣзда, въ с. Ульяновку, Ѳедору Ѳедоровичу Тищенку.



Печатается по автографу, хранящемуся в ГТМ. Впервые опубликовано в «Русской мысли» 1903, 11, стр. 59—60; в кн. Ф. Ф. Тищенко «Как учит писать гр. Л. Н. Толстой» М. 1903, стр. 4—5. Датируется на основании почтовых штемпелей на конверте: Москва 11 февраля 1886 и Сумы 14 февраля 1886.

Федор Федорович Тищенко (р. 1858) — писатель. Уроженец Харьковской губ., Сумского у., деревни Ульяновки. Учился в Харьковском Ветеринарном институте, но не окончил его, из-за крайне стесненных матерьяльных условий. Служил по акцизу. В 1887 г. вынужден был покинуть Сумский уезд после столкновения с местным старшиной, которого обличал во взяточничестве и несправедливых поборах с крестьян. Был судим; приговорен к одному дню ареста. После этого поселился в Ахтырском у., деревне Краснополье. С 18 марта 1891 г. и по 18 марта 1894 г. был в ссылке в Вологодской губернии. Позднее жил в Москве, работая на Московско-Курской ж. д., а с 1899 г. в Московской городской управе. На литературное поприще выступил в 1886 г. Помещал свои рассказы и повести в «Русском богатстве», «Вестнике Европы» и «Русских ведомостях». Отдельным изданием его сочинения вышли в 1902 и 1908 гг. С Толстым лично познакомился 28 марта 1894 г. в Москве. В 1896—1897 гг. бывал неоднократно у Толстого. Первое письмо Ф. Ф. Тищенко к Толстому относится к началу 1886 г., когда он прислал Толстому на прочтение один из своих рассказов. Лев Николаевич, прочтя и почувствовав в авторе дарование, вступил с Тищенко в переписку, в которой принял, до некоторой степени, роль руководителя начинающего писателя, давая последнему нужные для него указания и советы. Об этом Тищенко впоследствии написал воспоминания. См. Ф. Ф. Тищенко, «Как учит писать гр. Л. Н. Толстой», М. 1903. См. также Ф. Тищенко, «Л. Н. Толстой. Воспоминания и характеристики» — «Голос минувшего» 1916, 11, стр. 157—190.

Письмо Ф. Ф. Тищенко, на которое отвечает Толстой, неизвестно.



¹ Упоминаемый здесь рассказ «Грешница» был напечатан в «Русском богатстве» 1886 г. №№ 7 и 8, за подписью «Ф. Тарасенко».

² Зачеркнуто: смер

³ «Лука» и «Анна» — персонажи из рассказа Ф. Ф. Тищенко «Грешница».

480. Л. Е. Оболенскому.

1886 г. Февраля 15—16? Москва.

Дорогой Леонидъ Егоровичъ!

Я съ недѣлю тому назадъ написалъ Черткову письмо¹ о васъ — съ порученіемъ къ вамъ — одно касалось общаго дѣла, а другое лично васъ и меня. Последнее было главное. — А именно то, что ваша статья въ первомъ номерѣ «о любви»² добавила мнѣ большую радость, и я очень благодарю васъ за нее. Она, вопервыхъ отлично написана — ясно, кратко и горячо, а во вторыхъ, напечатаніе и распространеніе этой статьи есть доброе дѣло, к[оторому] не могутъ не радоваться люди, ищущіе истины. —

Дѣло же другое состоитъ въ томъ, чтобы напечатать статью Бондарева въ вашемъ журналѣ.³ П[авелъ] И[вановичъ] скажетъ вамъ подробно.

Л. Толстой.



Печатается по автографу, находящемуся у Ю. Л. Оболенской (Москва). Впервые опубликовано в «Биржевых ведомостях» 1908, № 10673 от 26 августа. Датируется на основании письма Толстого к В. Г. Черткову, о котором здесь упоминается (см. прим. 1).



¹ Письмо Толстого к В. Г. Черткову от 8 февраля 1886 г. Вот что писал в нем Толстой: «Поблагодарите Оболенского за радость, которую он мне доставил своей прекрасной статьей в 1-м номере и попросите его очень, очень — и сами помогите мне в следующем: Статью Бондарева Тимофея Михайловича, сибирского молоканина — она у вас есть — свою я затерял — попросите Оболенского напечатать. Он наверное сделает хорошее объяснение и пропустит ее в цензуре. Бондарев просит, чтоб печатали ее без отнятия и приложения. И писали бы прежде и после, чтò от себя» (AЧ).

² Л. Е. Оболенский, «Научные основания учения любви» — «Русское богатство», 1886, 1.

³ «Русское богатство».

481. П. А. Денисенко.

1886 г. Февраля 19? Москва.

Павелъ Александровичъ!

Дѣло, занимающее васъ — народный театръ, очень занимаетъ и меня. И я бы очень радъ былъ, если бы могъ ему содѣйствовать; и потому нетолько очень буду радъ тому, что вы передѣлаете мои разсказы въ драматическую форму, но и желалъ бы попытаться написать для этаго прямо въ этой формѣ. Откровенно вамъ скажу, что я не понимаю цѣли вашего журнала, полагаю, что онъ не можетъ принести никакой пользы и потому этому дѣлу не сочувствую. Если вы имѣете что сказать о народномъ театрѣ, то это всегда можно сдѣлать въ книжкѣ, статьѣ, въ журналѣ. Изданіе же журнала поглощаетъ много времени непроизводительно и втягиваетъ невольно во многое нехорошее. Главное же, изданіе вашего журнала отвлечетъ отъ вашего главнаго, огромнаго по назначенію дѣла: попытки сдѣлать изъ театра игрушки, препровожденія времени или школы разврата, орудіе распростраиенія свѣта между людьми. Отдайтесь всѣ этому дѣлу и не раздумывая, не готовясь прямо, перекрестясь, прыгайте въ воду; т. е. передѣлывайте, переводите, собирайте (я сейчасъ напишу) пьесы такія, которыя имѣли бы глубокое вѣчное содержаніе и были понятны всей той публикѣ, которая ходитъ въ балаганы, и ставьте ихъ, и давайте, гдѣ можно — въ театрахъ ли, въ балаганахъ ли. — Если вы возьметесь за это дѣло, я всячески — и своимъ писаньемъ, и привлеченіемъ къ этому дѣлу людей, которые могутъ дать средства для затратъ (если это нужно), буду служить этому дѣлу. — Но дѣло само по себѣ огромнаго значенія и доброе божье дѣло; и непремѣнно пойдетъ и будетъ имѣть огромный успѣхъ. Гдѣ тутъ еще издавать журналъ. Это дѣло займетъ васъ и всѣхъ тѣхъ, кот[орые] возьмутся за него; и если сотни людей отдадутся всѣ этому дѣлу — все будетъ мало. — Я просилъ моего друга Владимира Григорьевича Черткова повидаться съ вами, чтобы переговорить объ этомъ. Но вы всетаки напишите, пожалуйста, мнѣ, какъ именно вы хотите приступить къ самому дѣлу, къ представленію народныхъ пьесъ. —

Насчетъ участія моего въ вашемъ журналѣ, я нетолько не могу обѣщать вамъ, но долженъ прямо сказать, что не вижу никакого вѣроятія того, чтобы я исполнилъ ваше желаніе. Жизни остается мало, а работы очень много. А кое что печатать я считаю не хорошимъ, кромѣ того есть много редакцій, которымъ я обѣщалъ. —

Желаю всей душой вамъ успѣха въ дѣлѣ народнаго театра.

Левъ Толстой.



Печатается по копии (рукописной), хранящейся в AЧ. Впервые опубликовано самим П. А. Денисенко в «Дневнике русского актера» 1886, 1 (март) (с пропусками); в ТТ 2, стр. 5-6. (без обращения). Публикуя это письмо, П. А. Денисенко замечает: «Письмо это было получено нами 21 февраля 1886 г.» (П. А. Денисенко, «По поводу письма гр. Л. Н. Толстого» — «Дневник русского актера» 1886, 1).

Павел Александрович Денисенко — петербургский актер. В 1886 г. организовал журнал под названием «Дневник русского актера», который выходил в Петербурге, под его же редакцией (всего вышло семь выпусков). О П. А. Денисенко есть упоминание в письмах В. Г. Черткова к Толстому от 24 февраля 1886 г. и от 28 марта 1886 г. (AЧ). К Толстому П. А. Денисенко обратился по вопросу о создании народного театра. Вот что он писал об этом: «Не задолго до начатия журнального дела мы обратились к графу Л. Н. Толстому с просьбой разрешить нам переделку серии его превосходнейших народных рассказов в пьесы для народного русского театра. По нашему разумению такие пьесы для народа — пьесы наилучшие; они должны действовать самым благотворным образом на самые его чувства, которые жизнь покрывает вообще густой корой грязи. Не потому, что бы мы претендовали на авторскую славу, связанную с великим именем, или на успешнейший сбыт наших переделок, взялись мы за такое трудное дело, а потому, что на этот дивный материал никто не обращал до сих пор внимания. Между тем этот материал только в настоящее время и может дать пьесам народного театра глубокое, сердечное и простое, до поразительности, разумное направление. На нашу просьбу мы к великому счастью получили полнейшее согласие нашего великого художника писателя» (П. А. Денисенко, «По поводу письма гр. Л. Н. Толстого» — «Дневник русского актера» 1886. 1 (март). В №№ 2 и 3-4 «Дневника русского актера» появилась инсценировка рассказа Толстого «Чем люди живы» (названная «народной игрой») в изложении «П. А. Д...ова». — Письма Денисенко к Толстому в архиве последнего не обнаружены; возможно, что Толстой их уничтожил, так как впоследствии отношения с Денисенко были для него тяжелы. См. тт. 50 и 51 (Дневник 1888—1891 гг.).

482—483. В. Г. Черткову от 22 и 28 февраля 1886 г.



* 484. С. А. Юрьеву.

1886 г. Января 20 — февраль? Москва.

Благодарю васъ очень, дорогой Сергѣй Андреевичъ, за участие. Болѣзнь въ нашемъ домѣ — самый обыкновенный грипъ. Всѣ болѣвшіе дѣти встали — только однаго милаго 4-хъ лѣтняго мальчика¹ унесло. — Нездорова у насъ теперь — дочь вторая,² но ей ужъ лучше. И я въ простудѣ. — Заѣзжайте, если будете въ нашей сторонѣ. Очень вамъ будемъ рады.

Л. Толстой.



Печатается по автографу, хранящемуся в Государственном театральном музее им. А. А. Бахрушина. Публикуется впервые. Датируется на основании упоминания о смерти «4-х летнего мальчика». Речь, очевидно, идет об Алексее Львовиче Толстом, умершем в этом возрасте.

Письмо С. А. Юрьева, на которое отвечает Толстой, неизвестно.



¹ Алексей Львович Толстой (р. 31 октября 1881 — ум. 18 января 1886) — восьмой сын Толстых.

² Марья Львовна Толстая.

485. Г. А. Русанову.

1886 г. Марта 15? Москва.

Дорогой Гаврило Андреевичъ.

Слышалъ о вашемъ нездоровьѣ,¹ т. е. ухудшающемся положеніи, и хотѣлъ писать вамъ, но все некогда было. Теперь же не могу не писать: буду стараться отплатить вамъ за ваше письмо, но навѣрно знаю, что не доставлю вамъ такой радости, к[акую] вы доставили мнѣ вашимъ письмомъ.² Такъ ясно и родно мнѣ ваше душевное состояніе, и такъ вы ясно и просто выразили. Вы по болѣзни, а я по годамъ, мы оба стоимъ ближе къ гробу, чѣмъ большинство. И тѣ мысли и вопросы, к[оторые] занимаютъ васъ, не переставая занимаютъ меня. Я также, какъ и вы, вижу, но приглядываешься иногда, хочется ближе разсмотрѣть и формулировать; но этого нельзя, не нужно и не должно. — Хозяинъ поставилъ на работу. Если понялъ то, чего хочетъ хозяинъ отъ насъ, то не зачѣмъ и некогда спрашивать и догадываться, что мнѣ будетъ. Но чѣмъ больше и лучше удается работать, тѣмъ больше увѣренность.

Очень, очень радостно мнѣ было ваше письмо. Я васъ очень люблю. —

Мой душевный привѣтъ вашей милой женѣ. Я думаю, что вамъ хорошо будетъ въ деревнѣ. Постараюсь переписать для васъ послѣднюю часть «Ч[то же] н[амъ] д[ѣлать?]». Такъ называемыя «Деньги» и «Наука и Искус[ство]» это главы изъ нея.

Пишите мнѣ, пожалуйста, хоть изрѣдка. По мѣрѣ силъ буду отвѣчать вамъ. Мнѣ очень много дѣла, чему я радуюсь, п[отому] ч[то] думаю иногда, что большая часть этаго дѣла — божье.

Вашъ другъ Л. Толстой.



На конверте:

Харьковъ. Кузнечная улица, домъ Коняевыхъ. Гаврилу Андреевичу Русанову.



Печатается по автографу, хранящемуся в ГТМ. Впервые опубликовано А. Е. Грузинским в «Вестнике Европы» 1915, 3, стр. 9—10. Датируется на основании почтовых штемпелей на конверте: Москва 15 марта 1886 и Харьков 17 марта 1886. На автографе пометка Г. А. Русанова: «Получено 17 марта 1886 в Харькове».

Письмо Г. А. Русанова, на которое отвечает Толстой, датировано 11 марта 1886 г. (АТБ).



¹Вот что об этом писал Г. А. Русанов Толстому: «Положение мое опять очень дурное. Никогда еще оно не было таким дурным во всю мою жизнь. Руки и ноги в паралитическом состоянии (года два уже), которое понемногу ухудшается. Хожу плохо, пишу с трудом. В более или менее близком будущем грозит мне всё самое скверное и, что всего хуже для меня, — может быть полная потеря зрения, которое и теперь уже очень ослаблено. Доктора находят болезнь неизлечимой» (из письма Г. А. Русакова к Толстому от 11 марта 1886 г. АТБ).

² Г. А. Русанов довольно пространно описывал свое душевное состояние до и после знакомства со взглядами Толстого и его пониманием евангельского учения. Свой духовный подъем он приписывал исключительно влиянию воспринятого им нового мировоззрения. Но это оптимистическое настроение зачастую подавлялось сомнениями. Вот что он писал об этом в своем письме: «Я уже сказал Вам, что у меня есть вопрос, который тревожит меня иногда. Много тоски дал мне он за мою жизнь. Это вопрос о том, что будет со мною, с моим духом, там, по ту сторону жизни, или, правильнее, будет ли что-нибудь там, после смерти, кроме того, что (как выразился дядя Ерошка) «сдохнешь, трава вырастет на могиле, вот и всё» (из письма Г. А. Русанову к Толстому от 11 марта 1886 г. АТБ).

486. Т. М. Бондареву.

1886 г. Марта 1—20? Москва.

Я получилъ въ прошломъ году ваше письмо, на которое не успѣлъ отвѣтить, вчера получилъ письмо отъ Л[еонида] Н[иколаевича]¹ о васъ же; и теперь отвѣчаю на то и на другое. Вашу проповѣдь я списалъ для многихъ моихъ друзей, но печатать ее еще не отдавалъ. Съ нынѣшней почтой пошлю въ Петербургъ, въ журналъ «Русское Богатство», и приложу все стараніе, чтобы она была отпечатана² такъ, какъ вы хотите, безъ всякаго приложенія и отнятія. Если она будетъ отпечатана, то вамъ вышлется экземпляръ этой книжки. — Изъ вашей статьи я почерпнулъ много полезнаго для людей и въ той книгѣ,³ которую я пишу объ этомъ же предметѣ, упомянулъ о томъ, что я почерпнулъ это не отъ ученыхъ и мудрыхъ міра сего, но отъ крестьянина Т. М. Бондарева. Свое писаніе объ этомъ я очень желалъ бы прислать вамъ, но вотъ ужъ лѣтъ пять все, что я пишу объ этомъ предметѣ, о томъ, что мы всѣ живемъ не по закону Бога, все это правительствомъ запрещается, и книжки мои запрещаютъ и сжигаютъ. — По этому-то самому я и писалъ вамъ, что напрасно вы трудитесь подавать прошенія министру В[нутреннихъ] Д[ѣлъ] и государю.⁴ И государь, и министры, всѣ запрещаютъ даже говорить про это. Отъ этого самого я и боюсь, что и вашу проповѣдь не позволять напечатать всю вполнѣ, а только съ сокращеніями. — Большое сочиненіе ваше я бы желалъ прочесть, но если это такъ затруднительно, то что жъ дѣлать.⁵

Я думаю такъ, что если человѣкъ понялъ истину Божію и высказалъ или написалъ ее, то она не пропадетъ. Моисею не довелось увидать обѣтованной земли, а онъ-то и привелъ въ нее народъ. Такъ-то и всѣмъ слугамъ Божіимъ. Плохой тотъ пахарь, который оглядывается назадъ: много ли онъ напахалъ? Скажу вамъ про себя: пока я писалъ книжки о пустякахъ — по шерсти гладилъ — всѣ мои книжки хвалили и печатали, и царь читалъ и хвалилъ; но какъ только я захотѣлъ служить Богу, и показывать людямъ, что они живутъ не по закону, такъ всѣ на меня опрокинулись. Книжки мои не пропускаютъ и жгутъ, и правительство считаетъ меня врагомъ своимъ. Но скажу вамъ, что это не только не огорчаетъ меня, но радуетъ, потому что знаю, что они ненавидятъ мое писаніе не за меня, а за то, что оно обличаетъ ихъ; за то, что я говорю о Божіемъ законѣ, и они его ниспровергли. И я знаю, что законъ Божій скрыть нельзя, онъ въ огнѣ не сгоритъ и въ морѣ не потонетъ. А отъ гоненія онъ только яснѣе виденъ людямъ тѣмъ, которые стремятся къ Богу.

Такъ-то и вы не тужите о томъ, что прошенія ваши не принимаютъ и отвѣта не даютъ. Вы сами говорите, чтò на кого жалуетесь, тому и прошеніе подаете. Не тужите и о томъ, что ваши ближніе васъ не понимаютъ и не цѣнятъ. Чтò вамъ за дѣло? Вѣдь вы не для славы человѣческой трудились и трудитесь. А если трудитесь для Бога, то Богъ, видящій втайне, — воздастъ явно. Только бы знать, что служишь сыну Божію. А ваше дѣло Божіе. Оно принесло плоды и принесетъ, только не придется намъ видѣть ихъ и вкусить отъ нихъ. Я знаю по себѣ, что ваше писаніе много помогло людямъ и будетъ помогать. А чтобы сразу это все такъ сдѣлалось — этого нельзя и ждать не надо.

Заставить всѣхъ силкомъ трудиться никакъ нельзя, потому что сила-то вся въ рукахъ тѣхъ, которые не хотятъ трудиться. Надо, чтобы люди сами поняли, что жизнь трудовая, по закону Бога, блаженнѣе, чѣмъ тунеядство. И есть люди, которые понимаютъ это и сами бросаютъ тунеядство, и съ охотой берутся за земельный трудъ. Заблудшіе же люди еще не понимаютъ этого и отстайваіотъ всѣми силами свое тунеядство и не скоро поймутъ свое заблужденіе. А пока они сами не поймутъ, — съ ними ничего не сдѣлаешь. И вотъ чтобъ они поняли это, нужно имъ разъяснить законъ Бога.

Вы это самое и дѣлаете — служите этимъ Богу и потому знаете, что вы побѣдите, а не они; а скоро ли это будетъ? — это дѣло Божіе. Такъ я сужу.

Прощайте, уважаемый другъ и братъ Тимофей Михайловичъ Помогай вамъ Богъ. Рукопись вашу, если ее не напечатаютъ, пришлю вамъ.



Печатается по копии, хранящейся в AЧ. Впервые опубликовано в «Русских ведомостях» 1910, № 292 от 18 декабря (отр.); в ТЕ 1913, стр. 44—46. Датируется на основании следующих соображений. В письме Л. Н. Жебунева к Толстому от 10 апреля 1886 г. читаем: «Посылаю Вам только что полученное письмо Т. М. Бондарева для отправки Вам. Вместе с этим он прислал мне Ваше последнее письмо к нему, и я продолжаю недоумевать: куда делась посланная мною рукопись, заключающая в себе полное изложение учения Бондарева, так как Вы пишете, что «желали бы прочитать большое сочинение Бондарева?» (АТБ). Эти последние слова, взятые Жебуневым в кавычки, являются повторением последней фразы первого абзаца, приводимого выше письма Толстого. Это и дает нам основание полагать, что в данном случае речь идет именно об этом письме Толстого, которое, по словам Жебунева, было ему прислано Т. М. Бондаревым на прочтение. Но в следующем письме Толстого, от 26 марта 1886 г. (см. письмо № 489), уже говорится о получении Толстым «большой рукописи». Следовательно, настоящее письмо Толстого было написано до 26 марта, но, во всяком случае, по времени недалеко от него, о чем говорят вышеприводимые нами слова из письма Л. Н. Жебунева: «только что полученное» и «Ваше последнее письмо».



¹ Толстой, вероятно, имеет в виду письмо Л. Н. Жебунева от 13 января 1886 г. (АТБ), где последний писал о том, что выслал Толстому в мае 1885 г. через редакцию «Русской мысли» сочинение Т. М. Бондарева (полное изложение).

² В журнале «Русское богатство» статья Т. М. Бондарева напечатана не была. Впервые в печати она появилась на французском языке: «Léon Tolstoï et Timothée Bondareff. Le travail. Traduit du russe par В. Tseytline et А. Pagès» Paris. В России печаталась в 1888 г. в № 12 (от 19 марта) «Русского дела» в значительно сокращенном виде, с небольшим предисловием от редакции и со статьей о ней Толстого (в следующем — № 13 журнала). За помещение ее (в этом усмотрено было «вредное направление») редакция, в лице С. Ф. Шарапова, получила предупреждение от министерства внутренних дел (см. «Русское дело» 1888, № 14 от 26 марта, стр. 1 — «Распоряжение министерства внутренних дел»). В более полном виде статья Т. М. Бондарева была напечатана в «Посреднике» уже в 1906 г. (М. № 597). В этом издании ей сопутствовала статья Толстого о Т. М. Бондареве, предназначавшаяся для словаря С. А. Венгерова.

³ «Так что же нам делать?» гл. XXXVIII — Бир. 1913, XVII, стр. 181.

⁴ В предыдущем письме Толстой также писал Т. М. Бондареву по поводу подачи прошения министру внутренних дел и государю. Но Бондарев, как видно, не понял слов Толстого и об этом сообщил Жебуневу (см. прим. 3 к письму № 396). Л. Н. Жебунев в свою очередь написал об этом Толстому. И здесь уже последний писал по этому поводу вторично.

⁵ См. вступительное примечание.

487. Н. Н. Ге (отцу).

1886 г. Марта 12—20? Москва.

Измучила меня совѣсть, дорогой другъ, что столько времени не написалъ вамъ. Мы съ Количкой включительно живемъ очень хорошо.¹ Онъ все также добръ, кротокъ, простъ и распространяем вокругъ себя добро тихими, но неотразимыми лучами. Я очень много работалъ. Все то, что должно войти въ 12-й томъ,² и потому не уѣзжалъ. Пановъ задержалъ,³ какъ всегда они дѣлаютъ. И теперь только начинаетъ печатать. Я просилъ и прошу его кончить до святой. Въ типографіи работаютъ папки, обертки и текстъ на одномъ листѣ. Планъ мой такой теперь. Одобрите ли вы? Напечатать 300 екз[емпляровъ] на лучшей бумагѣ въ папкахъ красивыхъ и продавать отъ 5 до 3 (еще не рѣшилъ) и 700 дешевыхъ по 1 р[ублю]. — Еще нужно провести черезъ цензуру,⁴ въ понедѣльникъ подадимъ фотографіи, сдѣланныя нарочно для этого. Это С[офья] А[ндреевна] взяла на себя. По письму вашему вижу, что житейское болото засасываетъ васъ. Держитесь, голубчикъ, какъ и я стараюсь держаться, твердо зная, что мое дѣло (такое же и ваше) содействовать установленію Ц[арства] Б[ожія] на землѣ, уясняя его законы; но дѣлая это не иначе, какъ при доброй жизни; добрая же жизнь въ любовныхъ отношеніяхъ со всѣми людьми. Мнѣ до сихъ поръ помогаетъ Б[огъ] въ послѣднемъ. Помогай Онъ и вамъ. Мнѣ представляется, что дѣло наше — уясненіе истины; но это мало, просто истины — она бываетъ шаршавая, ершомъ, — не входитъ въ людей, и прежде выраженія истины нужно расположить людей любовью къ принятію ее.— Напишите мнѣ все, что взбредетъ въ голову, какъ я теперь. Поцѣлуйте Теплова.⁵ Что работаете? Я новаго ничего не дѣлалъ: Крестникъ — легенда⁶ и Смерть Иванъ Ильича. Чертковъ въ деревнѣ. Жду его.



Печатается по автографу, хранящемуся в ИЛ. Впервые опубликовано в Б, II, изд. 3, стр. 610. Дата определяется пометкой на письме рукой не Толстого: «Март 1886» и содержанием письма. Слова: «Панов задержал.... И теперь только начинают печатать» (речь идет об издании альбома рисунков Н. Н. Ге к рассказу Толстого «Чем люди живы»), говорят за то. что оно было написано ранее письма Толстого к Н. Н. Ге от 30—31? марта 1886 г., где говорится, что картины «вышли прекрасно». Замечание же, что Чертков в деревне, дает основание отнести это письмо к 12—20? марта 1886 г. (ко времени пребывания В. Г. Черткова в Лизиновке. См. т. 85).



¹ Н. Н. Ге-сын в то время жил у Толстых в Москве, помогая Софье Андреевне в ее работах по изданию.

² Двенадцатый том — пятого издания собрания сочинений Толстого, предпринятого С. А. Толстой. Предшествовавшее издание было в одиннадцати томах. Прибавленный теперь XII том («Произведения последних годов» М. 1886) содержал в себе: «Чем люди живы», «Упустишь огонь — не потушишь», «Свечка», «Два старика», «Где любовь, там и бог», «Тексты к лубочным картинам», «Сказка», «Три старца», «О переписи в Москве», «Мысли, вызванные переписью», «В чем счастье?», «Смерть Ивана Ильича», Народные легенды, «О народном образовании».

³ Речь идет об издании альбома Н. И. Ге — иллюстраций к рассказу Толстого «Чем люди живы» (всего 12 картин), которые вскоре вышли в фототипиях М. Панова, тип. Мамонтова (М. 1886). Картинам предшествовал текст рассказа Толстого, отпечатанный на одном листе.

⁴ Внизу 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 10 и 11 картин альбома помечено: «Дозволено цензурою. Москва 1886 г.»; картины 9 и 12 имеют пометку: «Дозволено цензурой. С.-Петерб., 23 апреля 1886».

⁵ Михаил Васильевич Теплов, молодой художник, родственник Н. Н. Ге, его ученик и последователь, в то время находившийся иод влиянием взглядов Толстого. В Толстовском музее в Москве имеется его иллюстрация к рассказу Толстого «Где любовь, там и бог».

⁶ «Крестник» — легенда Толстого. Впервые напечатана в «Книжках Недели» за 1886 г. кн. 4, затем перепечатана в XII томе 5 изд. собрания сочинений. В 1906 г. появилась отдельной книжкой в изд. «Посредника».

488. Г. А. Русанову.

1886 г. Марта 21? Москва.

Дорогой Гаврило Андреевичъ.

Не отвѣтилъ вамъ на ваши вопросы.¹ 1) Здоровье мое прекрасно, — равномѣрно подвигаюсь къ смерти.

2) Урусовъ умеръ еще лѣтомъ,² — умеръ и умиралъ также, какъ жилъ — съ однимъ желаніемъ — любовно исполнять волю Бога.

3) Есть у меня литографированная статья о деньгах, т[акъ] наз[ываемой] о наукѣ и искуствѣ — нѣтъ. Какъ то, такъ и другое суть главы изъ второй части статьи «Чтожъ намъ дѣлать?» Вторая часть эта содержитъ еще многое, вамъ неизвѣстное, кромѣ этихъ 2-хъ статей. Теперь у меня есть переписанное одной дамой все «Ч[то же] н[амъ] дѣ[лать?]» съ самаго полнаго и вѣрнаго экземпляра. Она писала его, чтобы продать. Я полагаю, что эта работа стоить 20 р. Но если вы дадите 15, то будутъ довольны. — Экземпляръ будетъ находиться у тетки переписчицы Ольги Алексѣевны Баргиевой.³ На Солянкѣ. Николаевское училище. Москва.

Какъ скоро вы напишете или телеграфируете по этому адресу, вамъ пришлютъ экземпляръ. —

Отъ всей души обнимаю васъ.

Вашъ другъ Л. Толстой.



На конверте:

Харьковъ. Кузнечная улица, домъ Коняевыхъ. Гаврилу Андреевичу Русанову.



Печатается по автографу, хранящемуся в ГТМ. Впервые опубликовано А. Е. Грузинским в «Вестнике Европы» 1915, 3, стр. 10. Датируется на основании почтовых штемпелей на конверте: Москва 21 марта 1886 и Харьков 23 марта 1886. На автографе письма пометка Г. А. Русанова: «Получено в Харькове 23-го марта 1886».



¹ Т. е. вопросы, поставленные в письме Г. А. Русанова от 11 марта 1886 г. См. прим. к письму № 485.

² Толстой ошибся: кн. Л. Д. Урусов умер 23 сентября 1885 г.

³ Ольга Алексеевна Баршева (ум. 3 февраля 1893 г.), в то время классная дама Николаевского женского училища в Москве. Подробнее о ней см. в прим. к письмам Толстого к ней, т. 65.

489. Т. М. Бондареву.

1886 г. Марта 26. Москва.

Прочелъ я и большую вашу рукопись и прибавленіе.¹ И то, и другое очень хорошо и вполнѣ вѣрно. Я буду стараться и сохранить рукопись, и распространить ее въ спискахъ или въ печати, сколько возможно. По моему мнѣнію, нѣкоторыя статьи изъ нея надо выпустить для того, чтобы не ослабить силу всего. Выпущенныя статьи я помѣстилъ бы въ примѣчаніяхъ въ концѣ. Какъ вы объ этомъ думаете? Насчетъ того, получилъ ли министръ² вашу рукопись, я не могъ узнать, но и узнавать это безполезно, потому что, по всѣмъ вѣроятіямъ, онъ ее даже и не читалъ, а бросилъ куда-нибудь въ канцеляріи; а если бы и прочиталъ, то только бы посмѣялся. — Я часто читаю вашу рукопись моимъ знакомымъ и рѣдко кто соглашается, а большею частью встанутъ и уйдутъ. Когда ко мнѣ соберутся скучные люди, я сейчасъ начинаю читать рукопись, — сейчасъ всѣ разбѣгутся; но есть и такіе, которые радуются, читая ее. Я въ этой рукописи со всѣмъ согласенъ, и самъ только объ этомъ и пишу, но только я смотрю на это съ другой стороны.

Я спрашиваю себя: какимъ образомъ могли люди скрыть отъ себя и другихъ первородный законъ?

Какимъ образомъ могли уволиться отъ исполненія его? И на это отвѣчаю: что одни люди взяли власть надъ другими (избраніе на царство Саула³) и вооружили однихъ людей, и подчинили ихъ себѣ. Вотъ эти-то люди, начальники, солдаты, и отступники первые отъ первороднаго закона. Они стали сплошь брать хлѣбъ, а потомъ деньги, и имъ можно было не работать хлѣбный трудъ. А потомъ стали они своимъ близкимъ раздавать хлѣбъ и деньги. И такъ завелись бѣлоручки. И потому я думаю, что двѣ причины всего зла: Одна, что скрытъ первородный законъ (въ потѣ лица снѣси хлѣбъ твой),⁴ а другая, что скрытъ другой законъ: вамъ сказано — око за око и зубъ за зубъ, а я говорю — не противься злу.⁵ Этотъ законъ относится ко всѣмъ людямъ, и никто, въ какое бы званіе ни былъ онъ облеченъ, не имѣетъ права нарушать его. — А когда не будетъ насилія, тогда нельзя будетъ никому уклониться отъ закона хлѣбнаго труда, потому что кто не захочетъ работать, тотъ будетъ побираться или помретъ съ голоду. Первый законъ: въ потѣ лица снѣси хлѣбъ твой; но чтобы законъ этотъ не нарушался, нужно, чтобы соблюдался и другой законъ: не противься злому.

Ну, пока прощайте, дай вамъ Богъ всего хорошаго. Я въ васъ нашелъ сильнаго помощника въ своемъ дѣлѣ. Надѣюсь, что и вы найдете во мнѣ помощника. Дѣло наше одно.

Левъ Толстой.

26 марта 1886 г.



Печатается по копии, хранящейся в AЧ. Впервые опубликовано К. С. Шохор-Троцким в ТЕ 1913, IV, стр. 43—44. Дата копии.



¹ «Торжество земледельца, или трудолюбие и тунеядство» и «Добавление к прежде писанному мною, Бондаревым о трудолюбии и тунеядстве, почерпнутого из первородного источника: в поте лица твоего снеси хлеб твой». Первая рукопись была переслана Толстому Л. Н. Жебуневым (см. прим. 1 к письму № 396), вторая — В. С. Лебедевым. В письме последнего к Толстому от 27 января 1886 г. читаем: «Посылаю Вам полученные от Бондарева для Вас «Добавления» (АТБ).

² См. в прим. 3 к письму № 396.

³ Саул — первый царь еврейского народа. См. Библия, 1 кн. Царств.

⁴ Бытие 3. 19.

⁵ Евангелие от Мф. 5. 38.

490. В. Фрею.

1886 г. Марта 1—31? Москва.

Все недоразумѣніе зиждется на томъ, что вы, говоря о религіи, совсѣмъ не то понимаете подъ нею, что понимали Конфуцій, Лао-тзе, Будда, Христосъ. У васъ религію надо выдумать или по крайней мѣрѣ придумать — и такую, которая хорошо бы дѣйствовала на людей и сходилась бы съ наукой и которая бы совокупляла и обнимала все, согрѣвая людей, поощряя ихъ къ добру, но не нарушала бы ихъ жизни. Я же понимаю (льщу себя надеждой, что не я одинъ) религію совсѣмъ не такъ. Религія есть сознаніе тѣхъ истинъ, которыя общи, понятны всѣмъ людямъ во всѣхъ положеніяхъ, во всѣ времена и несомнѣнны какъ 2 × 2 = 4. Дѣло религіи есть нахожденіе и выраженіе этихъ истинъ, и когда истина эта выражена, то она неизбѣжно измѣняетъ жизнь людей. И потому то, чтò вы называете схемой — не есть вовсе произвольное утвержденіе кого-нибудь, а есть выраженіе тѣхъ законовъ, которые всегда неизмѣнны и чувствуются всѣми людьми. Дѣло религіи подобно дѣлу геометріи. Отношеніе катетовъ къ гипотенузѣ всегда было, и люди знали, что есть какое-то; но когда Пиѳагоръ¹ указалъ и доказалъ его, то оно стало достояніемъ всѣхъ. И говорить, что схема нравственности нехороша, потому что она исключаетъ другія схемы, все равно, что говорить, что теорема отношенія катетовъ къ гипотенузѣ нехороша, потому что она нарушаетъ другія ложныя предположенія. — Оспаривать схему (какъ вы называете), истину (какъ я называю) Христа нельзя тѣмъ, что она не подходить къ выдуманной религіи человечества и исключаете другія схемы (по вашему), ложь (по-моему), а ее надо оспаривать, прямо доказавъ, что она не истина. Религія слагается не изъ набора словъ, который можетъ хорошо дѣйствовать на людей; религія слагается изъ простыхъ, очень видныхъ, ясныхъ, несомнѣнныхъ нравственныхъ истинъ, которыя выдѣляются изъ хаоса ложныхъ и обманныхъ сужденій, и таковы истины Христа. Если бы я нашелъ такія истины у Каткова,² я сейчасъ же невольно бы ихъ принялъ. На этомъ вашемъ непониманіи того, чтò я, да и всѣ люди религіозные считаютъ религіей, и на желаніи поставить на мѣсто этого извѣстную форму пропаганды, зиждется недоразумѣніе.

Л. Толстой.



Печатается по копии, хранящейся в ИЛ. Впервые опубликовано в сб. «Спелые колосья. Л. Н. Толстой. Сборник мыслей и афоризмов, извлеченных из частной переписки Л. Н. Толстого. Составил Д. Р. Кудрявцев» изд. Элпидина (Carouge-Genève). 1894—1896. Вып. I, стр. 11—13. Датируется на основании письма В. Фрея от 26 февраля 1886 г., на которое отвечает Толстой.

Вильям Фрей — Владимир Константинович Гейнс (р. 30 октября 1839 г. — ум. 5 ноября н. ст. 1888 г.) — писатель и общественный деятель, сторонник учения Огюста Конта, проповедиик, так называемой, «религии человечества». Происходил из дворян Эстляндской губернии, воспитывался в Брест-Литовском кадетском корпусе и дворянском полку; затем окончил Академию генерального штаба по геодезическому отделению и был оставлен преподавателем высшей математики в Академии и одновременно прикомандирован к Пулковской обсерватории. Отличаясь выдающимися способностями, скоро обратил на себя внимание высших военных сфер. Перед ним открылась блестящая карьера. Но общественный подъем 1860-х годов, захвативший и его, заставил пойти по другому пути. По своей натуре В. Фрей принадлежал к числу тех, для кого искание правды жизни было единственным стимулом их деятельности. Еще будучи учеником Академии, он сдружился с некоторыми революционерами и одно время входил в тайное общество «Земля и воля». Однако вполне их взглядов не разделял и после разгрома организации «Земля и воля» и ареста некоторых ее членов, отошел совсем. В 1868 г., только что женившись (на Марии Евстафьевне Славинской), уехал с женою в Северную Америку, где принял американское подданство и имя Вильяма Фрея. Его целью было — примкнуть к какой-нибудь коммунистической общине, каких в то время было много в Америке. Но, побывав в некоторых из них, он не удовлетворился их жизнью. Он, по его словам, понял, что без нравственного возрождения общинная организация невозможна. После долгих скитаний, пройдя самые разнообразные стадии «черного труда» (был извозчиком, наборщиком, просто батраком и т. п.), в половине 1870-х годов вместе с некоторыми русскими эмигрантами (А. К. Маликовым, Н. В. Чайковским, Н. С. Бруевичем и др.) организовал в Канзасе земледельческую ферму-коммуну. Однако, очень скоро эта коммуна распалась, и в 1884 г. он переселился в Англию. Пребывание его в Америке помимо чисто практического значения, было знаменательно для него тем, что там он познакомился с учением О. Конта и Г. Спенсера и стал горячим последователем и проповедником учения позитивизма. Приехав в Лондон, одной из своих главных целей поставил пропаганду идей «религии человечества». С этой же целью в 1885 г. летом он приехал и в Россию. Услышав здесь о деятельности Толстого в области религиозно-общественной и ознакомившись с его сочинениями: «Исповедью» и «В чем моя вера» (которые произвели на него сильное впечатление), он написал Толстому большое письмо, в котором критически разбирал его учение. Толстой пригласил его к себе в Ясную поляну. Свидание состоялось 7 октября 1885 г., когда Фрей приехал к Толстому и прожил до 12 октября 1885 г. Об этом свидании он написал подробный отчет, в котором довольно оптимистично смотрел на возможность обращения Толстого на путь религии человечества. Но уже после второго свидания, в декабре того же года, в Москве, он должен был сознаться, что «несмотря на их взаимную любовь и уважение друг к другу, между ними существует какая-то несоизмеримость, что есть вопросы, по которым и они перестают понимать друг друга» (см. «Письма В. Фрея к Л. Н. Толстому», Genève. М. Elpidine. 1887, стр. 6-7). Между тем Фрей не терял совсем надежды на свое влияние на Толстого и после неудачной попытки подействовать на него устно, написал второе большое письмо (26 февраля 1886 г.). Толстой, внимательно прочитав его, сделал на некоторые положения Фрея нечто вроде ответов, приписав их на полях рукописи. В конце же сделал заключение, которое мы и приводим выше. В марте 1886 г. В. Фрей выехал из России. Последние годы жизни он провел почти безвыездно в Лондоне, работая в типографии и всё свое свободное время посвящая изучению и распространению учения О. Конта. Умер Фрей в большой бедности.

Несмотря на крупные разногласия во взглядах, Толстой навсегда сохранил самую лучшую память об этом замечательном человеке «по самым редким нравственным качествам» (см. письмо Толстого к Е. П. Свешниковой от 1889 г., т. 64) и его жизни, по словам Льва Николаевича, «бывшей полным осуществлением его убеждений» (см. письмо Толстого к Н. В. Рейнгардту от 22 февраля 1890, т. 65). В 1889 г. Толстой начал статью о Фрее (см. т. 50), текст которой неизвестен. Письма В. Фрея к Толстому впервые были напечатаны в Женеве отдельной брошюрой в 1887 г. В России опубликованы Гершензоном в «Русских пропилеях».

О В. Фрее см.: Н. В. Рейнгардт, «Необыкновенная личность» Казань. 1889 и под тем же заглавием в журн. «Наука и жизнь» 1905, №№ 2, 3, 4; В. Батуринский, «Гейнс В. К.» — «Русский биографический словарь», стр. 355—359; А. И. Фаресов, «Семидесятники» Спб., 1905, стр. 304—323; П. И. Бирюков, «Л. Н. Толстой и В. Фрей» — «Минувшие годы» 1908, 9, стр. 69—91; «Знакомые» альбом М. И. Семевского 1888, стр. 247; «Русские пропилеи» под ред. Гершензона, т. I. Спб. 1915, стр. 276—362.



¹ Пифагор (в VI в. до н. э.), греческий философ и математик.

² Михаил Никифорович Катков (1818—1887), публицист, с 1856 г. (и до смерти) редактор-издатель «Русского вестника». В начале своей литературной деятельности держался умеренно либеральных взглядов; одно время был близок с Н. В. Станкевичем и В. Г. Белинским; позднее изменил свои убеждения вправо, придав «Русскому вестнику» характер органа строго консервативного направления. Толстой поместил в «Русском вестнике»: в 1859 г. — «Семейное счастье»; в 1863 г. — «Казаки»; в 1865 г. — «Война и мир» — первые две части под заглавием: «Тысяча восемьсот пятый год»; в 1875—1877 гг. — «Анна Каренина».

491. Н. Н. Ге (отцу) и А. П. Ге.

1886 г. Марта 30—31? Москва.

Послѣднее письмо ваше доставило мнѣ большую радость. Помогай вамъ Богъ, дорогой и милый другъ, хорошенько отряхнуть весь прахъ съ ногъ своихъ, выйдя изъ этаго столь властнаго, пока въ немъ сидишь, и столь ничтожнаго, смѣшнаго, когда изъ него выйдешь, соблазна собственности.¹ Впрочемъ, напрасно я и говорю это: я по себѣ знаю, что вернуться къ этому нельзя, а только удивляешься, какъ могъ я такъ портить свою жизнь. Никакой соблазнъ не нарушаетъ такъ любви къ людямъ, какъ этотъ. — И какъ хорошо и счастливо у васъ сложилось: и Анна Петровна довольна, и Петруша,² и дорогой Количка — ужасно доволенъ, и вы довольнѣе всѣхъ. Главное не вмѣшивайтесь, а вообразите себѣ, что это не ваше было хозяйство, а мое. Я очень радъ. Количка разскажетъ все про насъ, про семью и про друзей нашихъ, и про занятія мои, и про ваши картины.³ Они вышли прекрасно, и 1-я и послѣдняя — вѣроятно пропустятся. — Цѣлуйте милого Теплова, я получилъ его письмо⁴ съ рисунками. Очень хоро[шее]. Обнимаю васъ. Привѣтъ Петрушѣ.

Благодарствуйте, дорогая и уважаемая Анна Петровна, за ваше доброе письмо.⁵ Простите, что пишу такъ безобразно: хочется сказать, что я очень люблю васъ и всѣхъ вашихъ, и нетолько желаю вамъ всего хорошаго, т. е. любви между близкими, но и увѣренъ, что вы ее имѣете и она не будетъ нарушаться. —

Вашъ Л. Толстой.



Печатается по автографу, хранящемуся в ИЛ. Впервые опубликовано в Б, III, изд. 2-е, стр. 46 (отр.); II, изд. 3-е, стр. 610. Датируется на основании письма Н. Н. Ге от 27 марта 1886 г., на которое отвечает Толстой, и пометки рукой не Толстого: «Март, 1886».

Толстой отвечает Н. Н. Ге на его письмо: «Я в настоящем смысле этого слова отказался от всякого имущества своего и по желанию Анны Петровны предложил взять имение Петруше и еще одному стороннему — оба согласились и потому все отдано Петруше. Я пока веду дело как слуга и таким останусь, но забота, отягчавшая мою душу, свалилась, и я свободен. Я поехал в Киев. Жил у Теплова и ходил в школу учить юношей искусству. Правда умилила юношей, и они поняли, что искусство воскресло. Я нарисовал там же три эскиза. «Ваня перед умирающим отцом» в «Упустишь огонь не потушишь»; Елисея на ходу остановившегося и слушающего двух баб, о нем говорящих — «Пора уходить»; и Иоанна, обнимающего грешника в дверях райских. Эти эскизы я оставил в Киеве у Теплова для братий. Меня об этом просили. Без слез я не могу ни читать, ни думать об этом Иоанне. Я выразил наверно то, что сам испытал. Он — вы все от Старика до Саши обняли меня, грешника, полюбили и ввели в двери райские. Кто это испытает, тот поймет эту картину, он поймет, что было в сердце того, кто сочинял.... Переделал «Распятие», надписавши текст: «других спасал, а себя не может спасти» и дух картины поднялся страшно. Вот всё, что я сделал. Затем начинаю неустанно работать: буду делать одно дело — дело всех: работать по воле отца и служить всем — любить всех» (из письма Н. Н. Ге от 27 марта 1886 г. ГТМ).



¹ Об этом же Н. Н. Ге писал своему приятелю М. Ф. Каменскому, приблизительно, в это же время (15 июня 1886 г.): «Я повинился во всех моих грехах. Я отказался от всякого имущества, а отдал всё, что имел, жене Анне Петровне и детям. Я живу у них потому, что они этого желают. Всё, что я заработал и что бог послал, я отдал им и всем, кто меня попросит, потому что я не делаю различия между своими и чужими. У меня нет чужих. Куда я не обращаюсь с любовью, везде меня любят, кормят, заботятся — против моего желания; у меня никаких забот матерьяльных нет, и я счастлив» (В. В. Стасов, «Н. Н. Ге» изд. «Посредника» М. 1904, стр. 300).

² Петр Николаевич Ге.

³ Картины Ге — иллюстрации к рассказу Л. Н. Толстого «Чем люди живы». См. прим. 3 к письму № 487.