Она сняла ботинки и джинсы.

– Белья нет, а? – Он поднял брови.

– Слишком стесняет, – ответила она и, обнаженная, встала на колени на постели.

– Твоя очередь. Он рассмеялся:

— Черт тебя побери! — пробормотал он.

– У тебя великолепное тело, детка.

– Спасибо, Мистер Кинозвезда. – Она умело расстегнула на нем пояс. – Ну так как, у нас что-нибудь получится?

Он услышал шаги. Стюардесса шла обратно. На ее лице не было и тени тревоги. Уилсон смотрел и не верил своим глазам. Быть этого не может. Он вытянул шею, продолжая следить за стюардессой. Нет, она шла не в кабину. Она шла на кухню!

– Почему бы нет, детка?

– А как насчет презерватива?

— Нет, — прошептал Уилсон.

– Я не принимаю душ, не сняв ботинок.

– А как насчет безопасного секса?

Его трясло, и было никак не унять эту дрожь.

– Я только что проверялся, и у меня все в порядке.

– Могу я увидеть справочку?

Никто ничего не слышал. Никто ни о чем не знает.

– Как насчет того, чтобы заткнуться, детка?

Она больше не протестовала. Она поверила ему. Кроме того, она была слишком пьяна и возбуждена, чтобы спорить.

Чарли Доллар оказался на удивление хорошим любовником. Он был не в лучшей форме, но и не рассыпался от старости. Он знал все, что нужно, и еще немножко. Он смог довести ее почти до оргазма и остановился буквально за секунду до того, как стало бы слишком поздно. Время остановилось.

Уилсон не сразу сообразил, что делает. Он выдвинул из-под кресла портфель. Огляделся по сторонам. Затем наклонился, медленно, чтобы не шуметь, расстегнул молнию и вынул клеенчатый мешок. Стюардесса возвращалась. Он заметил ее краешком глаза и ногами задвинул портфель обратно под кресло, а мешок запихнул себе за спину. Он успел выпрямиться. Судорожно дыша, Уилсон ждал приближения стюардессы. Она прошла мимо.

Они долго занимались любовью, а затем настал миг такого невыносимого наслаждения, что Джорджанна вопреки своему обыкновению обнаружила, что кричит в голос. Чарли вскрикнул так, что она чуть не слетела с кровати.

Тогда он положил мешок на колени и развязал тесемки. Движения Уилсона были столь лихорадочными, что он едва не выронил пистолет. Он успел поймать оружие за дуло, затем побелевшими пальцами обхватил рукоятку и сдвинул флажок предохранителя. Глянув в иллюминатор, Уилсон похолодел.

Плохо было лишь то, что он сразу уснул. И захрапел. Очень громко.

Она встала с постели, собрала одежду и направилась в ванную. Ванная Чарли напоминала богатую аптеку – ряды таблеток от всех болезней, баночки всевозможных витаминов, микстуры, пудры, кремы и растворы. Джорджанна решила, что здесь было бы неплохо поболеть.

Уродец внимательно смотрел на него.

Приняв душ, она наскоро оделась и вернулась в спальню. Чарли все еще храпел.

Не тревожа его, она ушла.

Уилсон стиснул дрожащие губы. Неужели тот догадался о его намерении? Уилсон проглотил слюну и попытался успокоить дыхание. Потом оглянулся на стюардессу. Та принесла пассажиру какие-то таблетки и воду. Уилсон вновь повернулся к иллюминатору. Уродец копался в двигателе. Уилсон начал медленно поднимать пистолет.

Еще одна ночь на шоссе.

Нет, так не получится. Он опустил оружие. У иллюминатора слишком толстое стекло. Пуля может отскочить и убить кого-нибудь из пассажиров. Эта мысль заставила его содрогнуться. Двигатель снова кашлянул. Из кожуха вырвался сноп искр, осветив отвратительную физиономию уродца. Уилсон собрался с духом. Он знал, как поступить.

Уилсон перевел взгляд на рукоятку аварийной двери. Рукоятку защищала прозрачная крышка. Уилсон снял и бросил крышку на пол. Уродец сидел на корточках и совал руку в двигатель. Уилсон судорожно глотнул воздух. Левой рукой он взялся за рукоятку. Так, вниз она не идет. Значит, надо двинуть вверх.

Уилсон оторвался от рукоятки. Пистолет положил на колени. «Игры кончились», — мысленно сказал он себе и дрожащими руками затянул на бедрах ремень безопасности. Когда дверь откроется, воздушный поток может вытолкнуть его из самолета. А это никак не входило в его планы. Он должен спасти самолет.

ГЛАВА 12

Уилсон снова взял пистолет. Он слышал неровные удары своего сердца. Действовать нужно внезапно и точно. Если он промахнется, уродец сможет перебраться на другое крыло. А еще хуже — в хвост самолета. Уж там никто не помешает этому шкодливцу поломать хвостовые стабилизаторы, порвать тросы управления. Словом, нарушить балансировку самолета. Уилсон понимал: у него только один шанс. Надо целить ниже, чтобы попасть уродцу в грудь или живот. Уилсон сделал глубокий вдох. «Пора, — подумал он. — Пора».

– Где ты? – Голос Квинси звучал тревожно.

Уилсон стал поднимать рукоятку аварийной двери. Стюардесса в это время возвращалась от пассажира, которому она принесла таблетки. Увидев, чем занят Уилсон, она потеряла дар речи. На ее лице отразился неописуемый ужас. Она могла лишь поднять руку, словно умоляя безумца не совершать непоправимого. Затем голос вернулся к ней, и она хрипло крикнула, перекрывая шум двигателей:

– Напротив клуба «Эротика» на бульваре Голливуд, – ответил Майкл и потушил сигарету. Он стоял в будке телефона-автомата.

– Произошло что-то, о чем мне необходимо знать?

— Мистер Уилсон, остановитесь!

– Я напал на след, – сказал Майкл. – Рита оставила фотографии.

– Какие фотографии?

— Не суйся! — рявкнул в ответ Уилсон и дернул рукоятку вверх.

– Прекрати задавать вопросы и выезжай сюда.

– Я должен это сделать?

Дверь исчезла. Только что он ощущал рукоятку, а в следующее мгновение дверь с шипящим грохотом сгинула во тьме.

– Ради меня, Кви.

Чудовищная сила выталкивала Уилсона наружу, пытаясь оторвать от кресла. Он вдруг обнаружил, что наполовину находится снаружи и дышит обжигающе холодным, непривычным воздухом. Его барабанные перепонки едва не лопнули от грома двигателей. Потоки холодного ветра слепили ему глаза. Уилсон позабыл об уродце. Затем показалось, что откуда-то издалека сквозь рев и грохот донесся пронзительный крик.

Вот тогда Уилсон и увидел своего врага.

– О\'кей, о\'кей, еду.

– Клуб «Эротика».

Уродец шел прямо к нему, нагнувшись и протягивая кривые руки. Неужели он ждал этой схватки? Уилсон вскинул руку и выстрелил. Уродец пошатнулся, но в следующий миг кинулся вперед и ударил. Голову Уилсона обожгло болью. Его и потрошителя моторов разделяли считаные дюймы. Уилсон выстрелил вторично. Уродец качнулся назад и вдруг исчез, словно бумажная кукла, унесенная штормовым ветром. Уисон почувствовал, как стремительно немеет голова. Пистолет выпал из дрожащих пальцев.

Затем все сгинуло в зимней тьме.

Он шевельнулся и попытался что-то сказать. По жилам разливалось приятное тепло, но руки и ноги одеревенели. Было темно. Слышалось шарканье ног вокруг, приглушенные голоса. Он лежал лицом вверх на чем-то движущемся. В лицо дул холодный ветер. Затем пространство наклонилось.

Он облегченно вздохнул. Самолет приземлился, а его на носилках выносят из салона. Должно быть, уродец ранил его в голову. Возможно, ему вкололи успокоительное.

— Никогда не слышал о более идиотской попытке самоубийства, — произнес кто-то.

Уилсона эти слова только позабавили. Говорящий, конечно же, ошибается. Вскоре все прояснится. Надо лишь внимательно осмотреть двигатель и еще внимательнее — рану на голове Уилсона. Тогда они поймут, что он спас самолет и всех пассажиров.

– Звучит очень мило.

Уилсон заснул и спал без сновидений.

– Встретимся в баре. – Майкл повесил трубку и перешел улицу.

Коренастый охранник у дверей объявил, что вход в клуб «Эротика» стоит тридцать баксов. Неохотно расставшись с деньгами, Майкл вошел в клуб.

Да, это место было из тех, что нравились Рите. Темный зал, интимная обстановка, множество странных, необычно одетых людей и гремящая из мощных динамиков ритмичная музыка.

К нему подошла женщина. Кроме павлиньей маски, на ней мало что было надето!

– Как желаете развлечься сегодня? – спросила она низким, чувственным голосом.

– А?

– В какую комнату пойдете? Отдельную, групповую? Может, в комнату оргий?

Он внезапно понял, что находится в секс-клубе. Черт возьми! Он-то думал, что они закончили свое существование еще в семидесятых.

– Я просто хотел выпить. Где тут у вас бар?

– Здесь только «отборочный» бар.

– «Отборочный»?