Во-первых, правила игры в этом секторе устанавливает ЦБ. А во-вторых, и самым крупным игроком на этом рынке является кто? Правильно, все тот же всемогущий ЦБ. Наш Центробанк - игрок, устанавливающий правила игры, контролирующий игроков, да ещё и имеющий право лишать конкурентов лицензий, то есть права участвовать в игре. Значит, Центробанк - игрок, заведомо не знающий поражений. А если так, то чем крупнее игра, чем больше средств вовлечено в игру, тем больше и его выигрыш.

Конечно, по закону целью деятельности ЦБ не является извлечение прибыли. Но руководство-то его хорошо мотивировано этим же законом на извлечение прибыли и её присвоение в самых разнообразных формах, о которых мы говорили выше.

И в совокупности из этого следует, что руководители нашего Центробанка оказываются реально мотивированы на одно - на поощрение и развитие финансово-спекулятивных рынков и удушение реальной, производящей товары и услуги экономики. Правда, это лишь логика. А что же факты?

Факты, как это ни печально, подтверждают нашу логику: на протяжении всех последних перед дефолтом 1998 года лет ставка рефинансирования Центробанка России держалась на уровне, существенно более высоком, нежели средняя рентабельность промышленности. А прибыльность ГКО и ОФЗ (государственных долговых обязательств) зашкаливала за десяток этих уровней. Куда же шли с таким трудом и так тщательно, буквально с фонариком в руке разыскиваемые инвестиции? На финансово-спекулятивный рынок.

Правда, стоит заметить, что Центробанк в этих делах был не одинок - ГКО и ОФЗ выпускало Правительство (как и ради чего - об этом мы будем говорить ниже). И в целом ограничением спекулятивных рынков -как важнейшим условием перенаправления финансовых ресурсов в реальный сектор экономики - должен заниматься не только Центробанк, но и Правительство, и законодатель (Дума, Совет Федерации и Президент). Но сейчас для нас важна роль Центробанка - того самого, который, как это утверждает в своей книге бывший Генпрокурор Ю.Скуратов, сам играл на рынке ГКО и ОФЗ государственными ресурсами.

Что это означает? Что наш Центробанк не ограничивал, а интенсивно развивал спекулятивный рынок. Да ещё и играя беспроигрышно - перекачивая финансовые ресурсы из нашего госбюджета в свои практически никому не подконтрольные разнообразные резервы и фонды.

Как оценить - уже не в миллиардах, а в триллионах долларов, или в сотнях тысяч человеческих жизней -ущерб, нанесённый стране долгими годами прямого и целенаправленного удушения национальной экономики?

* * *

Конечно, во все вышеизложенное просто не хочется верить. И по прочтении, естественно, должно возникнуть желание взглянуть на действующий в нашей стране закон о Центробанке, а может быть, даже и внимательно его поизучать. Что ж, сделаем паузу - в библиотеках и юридических базах данных есть все российские законы, включая обсуждаемый.[11]

Естественно возникает вопрос: как такое вообще возможно в обществе (и государстве), считающем себя цивилизованным? И кто, по большому счёту, должен отвечать за уже известные описанные выше последствия? Только ли те, кто руководил созданной таким образом заведомо криминальной системой, наживался на ней в ущерб всем нам? Или же ещё и те, кто эту систему создавал? Те, кто принимал и, несмотря на все предостережения и сопротивление предвидевших последствия, тем не менее, буквально проталкивал семь лет назад нынешний закон о Центральном банке страны? Как такой закон депутаты могли принять? Кто это делал и в чьих интересах? И почему, когда стало ясно, к чему такой закон ведёт, его незамедлительно не исправили и вышеописанные даже не изъяны, а заведомо криминальные механизмы - не устранили?

Глава 3. ИСКУССТВО ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДИВЕРСИИ (история принятия закона о нашем Центральном банке)

В начале февраля 1995 года в верхнюю палату российского Парламента - Совет Федерации - поступил принятый Государственной Думой 27 января того же года закон \"О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР \"О Центральном банке РСФСР (Банке России)\". Ещё на этапе рассмотрения закона в Комитете по бюджету СФ стали очевидны ярко выраженные дефекты закона, а точнее - дефекты в механизме регулирования деятельности главного банка страны. Те самые, о которых мы подробно говорили выше.

Стоит заметить, что в тот первый, выборный состав Совета Федерации (1994-1995 гг.) входили разные люди: и по своим политическим взглядам, и по квалификации, и по жизненному опыту. Но в целом это был состав весьма высокого уровня: как правило, с опытом руководства крупными предприятиями, регионами, органами государственной власти, общественными организациями. И этот уровень видения и понимания проблем - не упрощённо книжного, но и реального, на своём собственном опыте - позволял не спорить о том, что для депутатов нижней палаты Парламента было вопросами ещё весьма дискуссионными.

Разумеется, закон о Центробанке, который мы подробно анализировали выше, тот Совет Федерации пропустить не мог. 8 февраля 1995 года закон был Советом Федерации отклонён, и Думе было предложено создать согласительную комиссию между палатами Парламента для преодоления спорных вопросов и необходимой корректировки закона. В силу того, что мне пришлось тогда заниматься этим законом и готовить замечания Совета Федерации, в число членов согласительной комиссии от Совета Федерации была включена и моя кандидатура.

Не оставалось сомнений в том, что мы имели дело со случаем прямого и весьма циничного лоббирования интересов группы руководителей Центробанка. Но кто именно это делал в Думе, а главное, с каким сопротивлением нам предстояло столкнуться в дальнейшем -этого мы, конечно, не представляли.

КТО ТАСКАЛ КАШТАНЫ ИЗ ОГНЯ

Нам в Совете Федерации вопрос казался вполне ясным: достаточно просто внятно донести до депутатов Думы, что именно они приняли, видимо, толком не вчитавшись в закон, поверив очередным \"профессионалам\". И, мы были уверены, большинство депутатов согласится с нашей позицией и закон будет скорректирован.

Именно поэтому для меня оказалась удивительной позиция моего коллеги по движению \"Яблоко\"[12] председателя бюджетного комитета Госдумы М.Задорнова, который на им же инициированной предварительной встрече (со стороны комитета по бюджету Думы присутствовал также бывший руководитель аппарата гайдаровского правительства А.Головков, со стороны Совета Федерации - депутат М.Бесхмельницын и я) сказал примерно следующее: если вы настаиваете на своих поправках, то никакой согласительной комиссии просто не будет...

Ситуация для меня лично была, согласитесь, просто парадоксальной: мне - одному из основателей и вице-председателю \"Яблока\" - приходилось в верхней палате Парламента бороться против того, что проводили в нижней палате мои же коллеги по движению.

Подробности борьбы внутри \"Яблока\" не являются предметом данной книги. Здесь отмечу лишь, что для меня было логично тут же обратиться к Председателю движения Г Явлинскому с предложением собрать руководящий орган движения (бюро Центрального совета), разобраться в вопросе и выработать единую позицию. Именно это я, естественно, и сделал. Но в ответ - тишина. Новое обращение, подробный разговор, обещание разобраться - и опять тишина. А время идет...

Для авторов закона и для его лоббистов, видимо, не было секретом, что замечания и аргументы Совета Федерации, вскрывающие вульгарно лоббистскую и крайне опасную для экономики страны суть этого закона - ясны и доказательны при любой открытой дискуссии. Значит, главное для них - не допустить публичного обсуждения: ни в Государственной Думе, ни в моём же родном движении, которое я соучреж-дал всего два года назад (сразу же после переворота в сентябре-октябре 1993 года), разумеется, с совершенно иными целями. Именно этим, очевидно, объясняется всяческое затягивание рассмотрения вопроса в движении с одновременной кулуарной работой по подготовке нужного голосования (преодоления вето Совета Федерации) на пленарном заседании Государственной Думы.

МЕТОД РАССКАЖЕТ ОБ ИСТИННЫХ ЦЕЛЯХ

И им удалось протащить закон втихую, без создания согласительной комиссии и рассмотрения аргументов Совета Федерации. Но важно не только то, что было сделано, но и как это было сделано!

Столь значимый вопрос, как преодоление разногласий между двумя палатами российского Парламента (даже если и забыть о существе - о рассмотрении статуса и механизма деятельности главного органа финансовой власти страны), вбрасывается Председателем Думы И.Рыбкиным за несколько минут до окончания вечернего заседания\' Это уже само по себе способствует тому, чтобы к нему не отнеслись достаточно внимательно. Причём никому из присутствовавших представителей Совета Федерации слово не даётся и существо разногласий, даже в пересказе третьих лиц, до депутатов не доводится. И после быстрого и для всего уже собирающегося домой зала невнятного обмена репликами расставленные по залу люди (сколько депутатов реально присутствует обычно в зале заседаний в конце рабочего дня, известно - видеокамеры неоднократно фиксировали не то что наполовину, а не менее чем на четыре пятых пустой зал, и это неоднократно демонстрировалось по телевидению) без промедления обеспечивают нужное голосование - принятие закона подтверждается повторным голосованием двух третей депутатов Думы.

Ещё раз подчёркиваю, присутствовавшие в зале представители Совета Федерации не успели даже подойти к трибуне, чтобы хотя бы попытаться остановить этот фарс...

ПОСЛЕДНИЙ ШАНС

Что было делать нам в Совете Федерации9 Естественно, попытаться использовать последний, хотя и слабый, шанс - официально обратиться к Президенту с предложением наложить на закон вето и вернуть его в Государственную Думу Честно говоря, хорошо зная по предшествовавшей работе Президента Б.Ельцина и представляя себе его администрацию и советников, я, предлагая на заседании Совета Федерации такой метод действия, не слишком рассчитывал на успех. Но не использовать шанс, согласитесь, тоже было нельзя. И вместе с коллегами мы внесли на рассмотрение Совета Федерации приводимый ниже проект обращения.

Почему мне кажется целесообразным привести его здесь? Документ позволяет читателю убедиться в том, что все случившееся позднее было отнюдь не случайным и вполне прогнозировавшимся. И ключевые изъяны закона были видны и тогда - семь лет назад.

ДОКУМЕНТ проект обращения Совета Федерации к Президенту Б.Ельцину.

Проект внесён депутатом Совета Федерации

Ю.Ю.Болдыревым, округ 78

А.В.Головатовым, округ 8

Г.А.Антоновым, округ 79

01 марта 1995г.

ОБРАЩЕНИЕ

Совета Федерации

к Президенту Российской Федерации

О ЗАКОНЕ \"О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ И ДОПОЛНЕНИЙ В ЗАКОН РСФСР \"О ЦЕНТРАЛЬНОМ БАНКЕ РСФСР (БАНКЕ РОССИИ)\"

Уважаемый Борис Николаевич!

Совет Федерации Федерального Собрания постановлением от 08 февраля 1995 года N 348-1 отклонил Федеральный закон \"О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР \"О Центральном банке РСФСР (Банке России)\", принятый Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации 27 января 1995 года, и предложил создать согласительную комиссию для доработки закона.

Государственная Дума 24 февраля 1995 года провела повторное голосование по указанному закону и приняла его двумя третями голосов от общего числа депутатов.

К числу важнейших положений принятого Государственной Думой закона, вызвавших его отклонение Советом Федерации, относятся следующие:

1. Статья 2 рассматриваемого закона определяет, что Центральный банк Российской Федерации (Банк России) не отвечает по обязательствам государства и государство не отвечает по обязательствам Банка России.

Действительно, задачи и полномочия Банка России таковы, что нецелесообразно возлагать на него ответственность по обязательствам государства. Но это не должно снимать с государства ответственности по обязательствам Банка России.

В соответствии с пунктом \"Ж\" статьи 71 Конституции Российской Федерации, в ведении Российской Федерации находится \"...финансовое, валютное-регулирование, денежная эмиссия...\" Эти важнейшие полномочия государства отнесены статьёй 4 рассматриваемого закона к компетенции Банка России. Таким образом, положение закона о том, что государство не отвечает по обязательствам Банка России, по существу, означает, что в законе предпринята попытка освободить государство от ответственности за реализацию полномочий, прямо отнесённых статьёй 71 Конституции Российской Федерации к вопросам ведения Российской Федерации. Очевидно, что государство, передавая Банку России свои важнейшие монопольные функции, обязано принимать на себя и ответственность за его действия. Формулировку \"государство не несёт ответственности по обязательствам Банка России\" необходимо исключить.

2. В целом нуждается в уточнении статус Банка России, который определяется статьёй 2 рассматриваемого закона как \"юридическое лицо с особым статусом\"[13], без указания на то, что Банк России является государственным учреждением. В то же время, в соответствии с частью 2 статьи 75 Конституции Российской Федерации, \"Защита и обеспечение устойчивости рубля - основная функция Центрального банка Российской Федерации, которую он осуществляет независимо от других органов государственной власти.\" Таким образом. Конституция относит Банк России к числу органов государственной власти. И определение рассматриваемым законом статуса Банка России как особого, отличного от статуса органов государственной власти, вступает в противоречие с Конституцией. Необходимо в соответствии с Конституцией Российской Федерации чётко определить статус Банка России именно как государственного учреждения, пусть даже и с особым в чём-то статусом.

3. Банк России, в соответствии со статьёй 3 рассматриваемого закона, - неприбыльная организация, не являющаяся, в соответствии со статьями 2 и 26 этого закона, плательщиком налогов. В то же время, в соответствии с этим же законом (статьи 16, 26, 90, 91), из своих доходов Банк России произвольно устанавливает объем средств, расходуемых на заработную плату своих сотрудников, а также уровень этой заработной платы, вправе создавать из своих доходов фонды для дополнительного пенсионного обеспечения своих сотрудников, выделять кредиты своим сотрудникам на личные нужды (статья 93). При этом не оговорён лимит ни части доходов Банка России, расходуемых на самообеспечение, ни размер средств, расходуемых таким образом на одного сотрудника Банка России.

Необходимо чётко определить правила распределения доходов Банка России, и в частности порядок определения уровня заработной платы работников Банка России, а также абсолютные и (или) относительные (в процентах от доходов Банка России) ограничения на объем средств, выделяемых из доходов Банка России на социальное и иное обеспечение сотрудников Банка России.

4. Имеются также серьёзные замечания по вопросу о полномочиях Банка России по управлению собственностью, находящейся на его балансе, а также по иным положениям статей 2,3,6,18,19,20,26,82 и по другим статьям.

На основании изложенного обращаемся к Вам с предложением в целях недопущения введения в действие недоработанного закона, ряд положений которого вступает в противоречие с Конституцией, воспользоваться Вашим правом, в соответствии со статьёй 107 Конституции, не подписывать закон \"О Внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР \"О Центральном банке РСФСР (Банке России)\" и предложить Государственной Думе и Совету Федерации создать согласительную комиссию по доработке закона.

Это обращение к Президенту Б.Ельцину было Советом Федерации принято и немедленно направлено. И Президент вето на закон наложил. Хотя, судя по дальнейшему развитию событий, сделал он это по каким-то иным соображениям.

ВТОРОЙ КРУГ - ПО ПРЕЖНЕМУ СЦЕНАРИЮ

Казалось бы, ну теперь-то уж все можно исправить. Есть время, можно создать совместную трёхстороннюю (Государственная Дума, Совет Федерации и Президент) согласительную комиссию, обсудить вопрос публично и выработать взаимоприемлемый вариант.

Но не тут-то было. Вновь начались кулуарные игры. Нам говорили, что официальных документов от Президента ещё нет, а вот когда они будут, тогда мы создадим совместную группу по доработке закона... И вдруг мы узнаем, что законопроект с минимальными, чисто косметическими поправками вносится на рассмотрение Думы и 12 апреля принимается.

И вновь рассмотрение на Совете Федерации. И вновь отклонение и предложение создать согласительную комиссию.

Надо отметить, что руководство Совета Федерации вовсе не было в подобных вопросах нашим союзником. И после первого отклонения закона в какой-то момент мы обнаружили, что самые ключевые замечания \"случайно\" не попали в приложение к нашему решению об отклонении закона. Конечно, мы их передали сразу же напрямую в соответствующий комитет Думы, но, как уже было отмечено выше, рассматривать их публично никто не стал.

Наученные горьким опытом, во второй раз мы уже все тщательно проконтролировали и знали точно, что наши предложения по корректировке закона, значительная часть которых была сформулирована непосредственно мною, в Думу официально направлены.

Тем не менее, в Думе прежний сценарий был разыгран вновь. Опять, только уже без всяких предварительных консультаций, мы буквально случайно узнаем, что на Думе собираются преодолевать вето Совета Федерации повторным голосованием. И вновь та же картина: вопрос опять вносится председательствующим И.Рыбкиным неожиданно, только уже не за несколько минут до окончания вечернего заседания, а во время обеденного перерыва - между сугубо внутренними думскими или формальными вопросами. Короткое выступление Задорнова, представителям Совета Федерации - слово не предоставляется. И опять под руководством людей, уже расставленных по залу, голосование неизвестно за что, якобы за \"защиту мелких вкладчиков\"... И дело сделано - закон принят повторно двумя третями голосов.

Этот случай интересен и показателен как иллюстрация некоторых нюансов технологии. Поэтому я счёл необходимым привести здесь выдержки из стенограммы заседания Думы, на котором преодолевалось наше (Совета Федерации) вето, а в ряде случаев и сопроводил текст своими комментариями. Вчитайтесь в эту стенограмму, здесь, как говорят, что ни слово, то - песня...

ДОКУМЕНТ: Из стенограммы заседания Государственной Думы

Федерального Собрания Российской Федерации

Здание Государственной Думы. Большой зал. 21 апреля 1995 года...

Председательствует Председатель Государственной Думы И.П.Рыбкин.

<...>

13 час. 54 мин. 14 сек. (1)

[(1) ПРИМЕЧАНИЕ: Обеденный перерыв по распорядку работы Думы - с 14-00 до 16-00; указываемое в стенограмме время - на момент голосования по предыдущему рассматривавшемуся вопросу.]

Уважаемые коллеги! Перед перерывом позвольте поставить на голосование несколько постановлений, которые включены в резерв (2).

[(2) ПРИМЕЧАНИЕ: Обратите внимание на эти очень не случайные слова Председателя: \"перед перерывом\" - напоминает, что пора на обед (то есть, все серьёзные вопросы будут рассмотрены потом, а сейчас только то, что можно быстренько...); \"несколько постановлений\" - то есть законы сейчас уже рассматриваться не будут, и все, кто пришёл ради рассмотрения законов - могут идти обедать и вернуться на интересующие их вопросы уже после перерыва; \"включены в резерв\" - опять недвусмысленное указание на рассмотрение до перерыва лишь второстепенных вопросов из \"резерва\"...]

О создании согласительной комиссии по Федеральному закону \"О сельскохозяйственной кооперации\" в связи с отклонением Советом Федерации. Проект постановления о создании согласительной комиссии по Федеральному закону \"О сельскохозяйственной кооперации\" имеется у вас на руках. (3) Прошу проголосовать, коллеги. Идёт голосование. Будьте внимательны.

[(3) ПРИМЕЧАНИЕ: Как, видимо, догадывается уважаемый читатель, закон о сельскохозяйственной кооперации - несопоставимо более значимый и ответственный для судеб экономики нашей страны, нежели закон о Центральном банке. И потому по этому закону, в отличие от закона о Центральном банке, ни у кого не вызывает сомнения необходимость создания согласительной комиссии между Государственной Думой и Советом Федерации для урегулирования всех спорных вопросов.]

<...>

Позвольте поставить на голосование постановление Государственной Думы об избрании на должность заместителя председателя Комитета Государственной Думы по аграрным вопросам Репкина Виктора Павловича. Прошу голосовать, коллеги. Идёт голосование. (4)

[(4) ПРИМЕЧАНИЕ: Рассматриваются уже сугубо внутренние вопросы организации работы Думы - теперь-то уж точно все посторонние, включая и прессу, и нежелательных представителей Совета Федерации, могут бежать обедать - чтобы потом не опоздать на рассмотрение важных вопросов...]

<...>

14 час. 01 мин. 08 сек. (5)

[(5) ПРИМЕЧАНИЕ: По расписанию - уже обеденный перерыв.]

<...>

О Федеральном законе \"О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР \"О Центральном банке РСФСР (Банке России)\" (в связи с отклонением Советом Федерации). Преодоление вето. Прошу вас, Михаил Михайлович Задорное. Внимание, коллеги.

Задорное М.М., председатель Комитета Государственной Думы по бюджету, налогам, банкам и финансам, фракция \"ЯБЛОКО\": Уважаемые депутаты! Уважаемый председательствующий! Я не буду надолго задерживать ваше внимание. Материалы вам розданы. Канва коротко такова. Десять дней назад мы приняли Федеральный закон \"О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР \"О Центральном банке РСФСР (Банке России)\", согласованный с президентской стороной. Согласование было непростое, но достигнут компромисс, который по заверению президентской стороны чётко гарантирует подписание этого закона Президентом. Через два дня после этого Совет Федерации рассмотрел закон и отклонил его, сославшись на своё постановление от 8 февраля (оно у вас имеется), в котором не было конкретных замечаний по этому законопроекту, были только общие замечания.

В рабочем порядке комитет Совета Федерации дал нам свои замечания, предложения по этому закону. Мы их рассмотрели, и Комитет по бюджету, налогам, банкам и финансам единогласно на своём заседании рекомендовал преодолеть вето Совета Федерации. Почему? Потому что те замечания, которые даны (некоторые из них, по нескольким статьям), полностью делают Центральный банк подконтрольным Счётной палате, в чём нет необходимости, поскольку в Законе \"О Счётной палате\" такие функции уже предусмотрены. (6)

[(6) ПРИМЕЧАНИЕ: Обратите внимание на последнюю формулировку. Когда происходит очередной дефолт или все вдруг начинают оглядываться и искать, ну куда же эти МВФ-овские почти пять миллиардов долларов запропастились, кажется, что это все происходит само собой, в крайнем случае - что в исполнительной власти вдруг кто-то \"отдельный\" нехороший проворовался..., но специально и сознательно к возможности подобных катаклизмов нас уж точно никто не подводил? Что ж, блажен, кто верует... Но стоит при этом иметь в виду, что одно только это \"нет необходимости\" (как будто бы Задорнов по наивности не понимал, что создаётся юридическая коллизия - конфликт норм двух законов) обошлось нашей стране в несколько миллиардов долларов. Во всяком случае, именно отсутствие чёткого указания на подконтрольность Центрального банка страны Счётной палате или иному независимому от Президента, Правительства и самого Центробанка контролирующему органу, вкупе с отсутствием внятного указания на то, что ЦБ является органом госвласти, так и не позволило выяснить, в какую бездну канули три с лишним миллиарда долларов, направленных Центробанком в бывшие \"совзагранбанки\"; не позволила полностью разобраться с операциями, проводившимися через \"Фимако\"; пресекла возможность получения нами с вами, уважаемый читатель, информации о кредитах, выдававшихся Центробанком хотя бы лишь в 1997-98 гг., в частности в преддефолтовский период... А это, в свою очередь, не позволило нам хотя бы даже попытаться пресечь многое и многое другое, не менее интересное, что наверняка происходит, но о чём, в отсутствие информации (из-за гарантированной таким образом бесконтрольности Центробанка), мы даже и не догадываемся...]

Целый ряд других замечаний просто не может быть принят по самой концепции закона.

Мы считаем, что закон, принятый нами, так сказать, . впервые ещё в январе, крайне необходим. Он крайне необходим, поскольку большинство обращений к Центральному банку по борьбе с теми банками, которые не выплачивают средства вкладчикам, по защите интересов мелких вкладчиков сталкивается с тем, что у Центрального банка нет законодательной базы для этой работы.

Председательствующий; Михаил Михайлович, покороче, прошу вас. Закон ведь известен нам.

Задорное М.М.: Этот закон даёт такую базу. Поэтому комитет предлагает (это было, повторю, единогласное решение) преодолеть вето Совета Федерации и направить закон на подпись Президенту.

Председательствующий: Уважаемые коллеги! Буквально несколько слов по мотивам голосования имеет начальник финансово-бюджетного управления Администрации Президента Игорь Дмитриевич Московский. Прошу включить микрофон. Нет его?

Задорное М.М.: Он, наверное, уже ушёл.

Председательствующий: С целью преодоления вето Совета Федерации ставится на голосование проект постановления: принять законопроект в прежней редакции. Кворум для принятия решения - 300 голосов. Прошу голосовать. Будьте внимательны, коллеги. Идёт голосование. Кто без карточек, коллеги, либо не успел проголосовать? Депутат Третяк -за. Кто ещё не проголосовал, коллеги? Депутат Марычев, вы проголосовали? \"За\".

Прошу, покажите результаты.

Результаты голосования (14 час. 04 мин. 33 сек.)

Проголосовало за 358 чел. 79,6%

Проголосовало против 1 чел. 0,2%

Воздержалось 0 чел. 0,0%

Голосовало 359 чел.

Не голосовало 91 чел.

Результат: принято

358 плюс 1. (Аплодисменты.)

Преодолено вето. Депутат Марычев карточкой голосовал. Уважаемые коллеги! Если бы вы не возражали, то тотчас после перерыва мы могли бы проголосовать все законы, представленные в третьем чтении. А потом уже \"правительственный час\".

(Шум в зале.) Или сейчас проголосуем? Ну, давайте, раз настаиваете (7).

[(7) ПРИМЕЧАНИЕ: Голосование \"в третьем чтении\" - чисто техническое - после исключительно редакционной правки фактически уже принятого закона; никакие поправки и изменения в закон в третьем чтении не рассматриваются, и потому это голосование практически формальное. То есть, как читатель может убедиться, ни непосредственно до, ни после преодоления вето Совета Федерации по закону о Центробанке депутатами не рассматривалось ни одного не то что сопоставимого по важности, но и просто серьёзного вопроса...]

<...>

Объявляется перерыв до 16 часов. Приятного аппетита, коллеги.

Любопытная деталь: если пытаться оценивать все исключительно по тексту стенограммы, то, несмотря на все очевидные хитрости, может сложиться впечатление о некоторой, вроде бы, даже и неторопливости рассмотрения вопроса. Но обманчивость подобного впечатления станет очевидной, если обратить внимание ещё и на время, фиксируемое при голосовании. Так вот: попробуйте по стенограмме сами рассчитать, сколько прошло времени между высвечиванием на табло результатов голосований по вопросу о Центробанке и по предыдущему вопросу - о назначении на аграрный комитет гр-на Репкина. И вы увидите, что на все рассмотрение вопроса о преодолении вето Совета Федерации по закону, регулирующему деятельность безусловно одного из самых ключевых государственных институтов, ушло меньше трёх с половиной минут! Вычтите время на подход к трибуне, само голосование... Можно себе представить, какой скороговоркой всё произносилось и в какой неслучайной суете всё происходило?

И для довершения картины этого триумфа в борьбе за \"защиту интересов мелких вкладчиков\" (ради такого святого дела не жалко даже и от обеда время оторвать) стоит, наверное, посмотреть, а что же это за такой \"целый ряд других замечании\", который \"просто не может быть принят по самой концепции закона\" и потому был отвергнут без обсуждения? Для этого мне придётся привести здесь ещё один документ - сухой и потому скучный - предложения Совета Федерации по изменениям в закон о Центробанке. Юристам и финансистам, привыкшим работать с подобными документами, возможно, будет интересно самим сравнить его с текстом действующего закона о Центробанке и составить обо всём собственное представление. Тем не менее, я привожу этот документ мелким шрифтом как необязательный, но к нескольким важным поправкам сразу дам необходимые пояснения.

ДОКУМЕНТ: предложения Совета Федерации по изменениям в закон о Центробанке.

ПОСТАТЕЙНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ Совета Федерации Федерального Собрания к Федеральному закону

\"О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР \"О Центральном банке РСФСР (Банке России)\", принятому Государственной Думой 12 апреля 1995 года, отклонённому Советом Федерации 13 апреля 1995 года.

1. Часть вторую статьи 2 Федерального закона изложить в следующей редакции:

\"Банк России осуществляет свои расходы за счёт собственных доходов в пределах средств, предусмотренных в федеральном бюджете на содержание Банка России.\" (1)

[(1) ПРИМЕЧАНИЕ: Это предлагалось вместо введённой законом нормы, позволяющей руководству Банка произвольно тратить на самообеспечение ничем не ограниченные объёмы государственных ресурсов. Отсутствие в законе предложенной Советом Федерации нормы (или иной подобной), регулирующей собственные расходы ЦБ, полностью нейтрализовало прекраснодушную норму о том, что прибыль не является целью его деятельности, и превратило ЦБ в то, что мы имеем сегодня реально - в фактически коммерческую организацию-супермонополиста.]

2. Часть третью статьи 2, устанавливающую, что Банк России не регистрируется в налоговых органах, из закона исключить, поскольку это положение является предметом регулирования налогового законодательства.

Части четвёртую и пятую Федерального закона считать соответственно частями третьей и четвёртой.

3. Часть пятую статьи 2 Федерального закона изложить в следующей редакции:

\"Банк России не отвечает по обязательствам иных органов государственной власти.\". (2)

[(2) ПРИМЕЧАНИЕ: Этим исключалась бы другая составляющая ныне действующей нормы - о том, что наше государство не отвечает по обязательствам своего Центробанка, выполняющего от имени государства целый ряд его важнейших полномочий. Кстати, как тут не напомнить и о том, что контрольный пакет акций нашего Сбербанка управляется именно Центробанком... И кто же и что же нам здесь на самом деле гарантирует?]

4. Абзац четвёртый части первой статьи 5 Федерального закона изложить в следующей редакции:

\"...утверждение Государственной Думой представленного Банком России аудиторского заключения и годового отчёта.\".

5. Статью 5 Федерального закона дополнить частью второй следующего содержания:

\"Банк России подконтролен Счётной палате Российской Федерации.\" (3)

[(3) ПРИМЕЧАНИЕ: Отсутствие такой нормы в законе, с учётом невнятно прописанного статуса Центробанка, стало в последующем основанием для \"спора о компетенции\", а по существу - предлогом для сокрытия руководством Центробанка информации от Счётной палаты.]

Части вторую, третью, четвёртую, пятую Федерального закона считать соответственно частями третьей, четвёртой, пятой, шестой.

6. Часть вторую статьи 6 Федерального закона изложить в следующей редакции:

\"Банк России издаёт нормативные акты в форме приказов и инструкций. Нормативные акты Банка России не могут противоречить Федеральным законам.\" (4)

[(4) ПРИМЕЧАНИЕ: Таким образом мы пытались поставить заслон вносившим сумятицу в законодательство так называемым \"письмам Центробанка\" - нерегистрируемым в Министерстве юстиции, зачастую весьма противоречивым документам, но, тем не менее, имевшим силу общеобязательных нормативных актов. Кстати, обратите внимание: по этой и ряду других аналогичных проблем, к разрешению которых предложения Совета Федерации имели самое непосредственное отношение, наша \"независимая\" пресса очень смело выступала после этого не один год. Но категорически не упоминая при этом, что решения-то предлагались, причём не кем-то с улицы, а верхней палатой нашего Парламента...]

7. В целях согласования с частью 2 статьи 2 Федерального закона, устанавливающей, что Банк России осуществляет свои расходы за счёт собственных доходов в пределах средств, предусмотренных в федеральном бюджете на содержание Банка России, часть вторую статьи 10 Федерального закона изложить в следующей редакции:

\"Бюджеты резервов и фондов утверждаются в Федеральном законе \"О федеральном бюджете...\". (5)

[(5) ПРИМЕЧАНИЕ: Внесённое одним из членов Совета Федерации предложение, сформулированное в данной статье - о бюджетах резервов и фондов (в отличие от собственных расходов ЦБ), - действительно, с моей точки зрения, является весьма спорным. Тем не менее, во-первых, ничего катастрофического это предложение не содержит, то есть норма, задающая Центробанку законом те или иные пределы маневрирования при формировании и использовании резервов и фондов, вполне может быть отработана и использована. И, во-вторых, это предложение - далеко не единственное и не главное. А согласительные комиссии для того и создаются, чтобы скорректировать возможные ошибочные позиции каждой из сторон.]

8. Часть седьмую статьи 12 Федерального закона дополнить пунктом 6 следующего содержания:

\"б) неутверждение Государственной Думой годового отчёта Банка России.\".

9. В статье 16 Федерального закона:

- пункт 2 части первой изложить в следующей редакции:

\"2) представляет Государственной Думе на утверждение годовой отчёт Банка России;\"

- пункт 3 части первой изложить в следующей редакции:

<<3) представляет проект сметы расходов на содержание аппарата Банка России и -его структурных подразделений на очередной год, а также отчёт о произведённых расходах за отчётный период;\"

- пункт 5 части первой изложить в следующей редакции:

\"5) устанавливает размеры оплаты труда Председателя Банка России, членов Совета директоров, заместителей Председателя Банка России и других служащих Банка России в пределах утверждённой сметы;\"

10. Часть вторую статьи 24 Федерального закона изложить в следующей редакции:

\"Структура годового баланса Банка России устанавливается Советом директоров по согласованию со Счётной палатой Российской Федерации. В случае возникновения разногласий решение по этому вопросу принимается Государственной Думой.\" (6)

[(6) ПРИМЕЧАНИЕ: Структура баланса - один из принципиальных вопросов с точки зрения информативности отчёта Банка и наблюдаемости его доходов и расходов. Именно поэтому и было предложено установить, что Совет директоров Банка должен согласовывать этот вопрос с проверяющей организацией. В случае же невозможности согласования - вопрос должен решать тот, перед кем по закону Банк отчитывается - Государственная Дума. В противном (то есть нашем нынешнем реальном) случае мы имеем следующую картину: баланс Банк предоставляет, но такой, что получить необходимую информацию из него практически невозможно. А вы, уважаемый читатель, задумайтесь: если категорически отвергаются даже подобные предложения, то какова же истинная цена столь любимым заявлениям наших записных \"профессионалов\" о необходимости \"прозрачности\", \"транспарентности\"?]

11. В статье 25 Федерального закона:

часть первую изложить в следующей редакции:

\"Банк России ежегодно не позднее 15 мая представляет Государственной Думе и направляет Счётной палате годовой отчёт.\".

- пункт 3 части второй изложить в следующей редакции:

\"З) отчёт об исполнении бгоджетов резервов и фондов Банка России;\"

- часть третью изложить в следующей редакции:

\"Государственная Дума направляет годовой отчёт Банка России Президенту Российской Федерации, Счётной палате Российской Федерации, а также для заключения в Правительство Российской Федерации;\"

- часть пятую изложить в следующей редакции:

\"По итогам рассмотрения годового отчёта Банка России Государственная Дума принимает решение об утверждении или неутверждении годового отчёта.\".

12. В целях согласования с другими положениями Федерального закона часть первую статьи 26 изложить в следующей редакции:

\"Статья 26. Прибыль Банка России после формирования резервов и фондов перечисляется в доход федерального бюджета.\".

Установить авансирование перечислений в федеральный бюджет прибыли Банка России и часть вторую статьи 26 изложить в следующей редакции:

\"Не менее 3/4 прибыли, полученной Банком России в отчётном году, должно быть перечислено в федеральный бюджет не поздее 15 января года, следующего за отчётным.\" (7)

[(7) ПРИМЕЧАНИЕ: Для сравнения: банки Федеральной резервной системы США перечисляют все сто процентов своей прибыли в федеральный бюджет страны, причём не как у нас - спустя полгода и более после завершения отчётного года, а авансированно - равными долями каждые двадцать дней в течение отчётного года...]

13. Часть вторую статьи 44 Федерального закона после слов \"Президенту Российской Федерации\" дополнить словами \"Счётной палате Российской Федерации\".

14. Статью 71 Федерального закона привести в соответствие со статьёй 24 Федерального закона \"О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР \"О банках и банковской деятельности в РСФСР\", принятого Государственной Думой 12 апреля 1995 года.

В этой связи статью изложить в следующей редакции:

\"Статья 71. Банк России определяет минимальные размеры, порядок формирования и использования резервов (фондов) кредитных организаций, образуемых на возможные потери по ссудам, для покрытия валютных, процентных и иных финансовых рисков, страхования вкладов граждан.\".

15. В целях согласования с другими положениями Федерального закона статью 89 после слов \"медицинское страхование служащих\" дополнить словами: \"в пределах средств, выделенных на эти цели в федеральном бюджете.\".

16. Статью 91 Федерального закона изложить в следующей редакции:

\"Служащие Банка России могут получать кредиты на личные нужды в Банке России по ставке, не ниже ставки рефинансирования.\" (8)

[(8) ПРИМЕЧАНИЕ: Распространено заблуждение: как закон ни пиши, а жулик всегда найдёт в нём лазейку. Жулик с улицы действительно будет искать в законе лазейку, но основные проблемы, как правило, связаны вовсе не с ним и не с тем, что он сумеет найти. Лазейки закладываются вполне сознательно, и людьми, разумеется, не с улицы. Видны эти лазейки бывают не только жуликам и не только тогда, когда сделать что-то уже поздно. И в данном случае сразу всё было очевидно - в закон сознательно закладывалась возможность неограниченно кредитовать себя государственными средствами по произвольным процентным ставкам. Предложенная же нами (Советом Федерации) данная норма, пресекающая подобные возможности легального присвоения государственных ресурсов в неограниченных объёмах, как пояснил М.Задорнов, \"просто не может быть принята по самой концепции закона\". Вы, уважаемый читатель, верите, что это было всего лишь заблуждение, наивность?]

Президент повторно принятый Думой двумя третями голосов закон подписал, и вот уже более семи лет мы имеем то, что имеем...

Глава 4. ЧТО ЕСТЬ ЧТО И КТО ЕСТЬ КТО

ЧТО СКРЫВАЛОСЬ ЗА НЕЗАВИСИМОСТЬЮ ЦЕНТРОБАНКА?

Как видно из описанного выше, основную публичную грязную работу проделали М.Задорнов и И.Рыбкин. Но из масштабов и степени скоординированности работы естественен вывод, что работали и другие. Например, одним из авторов закона был депутат от \"правых\" П.Медведев. Но в истории с протаскиванием закона он находился в тени, может быть, в силу природной скромности, а может быть, и потому, что хорошо понимал суть происходящего и не хотел слишком явно демонстрировать свою к этому непосредственную причастность.

Чем были движимы эти люди: искренним желанием помочь своей стране и профессиональным заблуждением? Вряд ли - методы действия были бы явно другими. Каковы же могли быть истинные мотивы?

Напомню: все это происходило в предвыборный период, когда вопрос формирования за государственный счёт неподконтрольных обществу сверхмасштабных теневых избирательных финансовых фондов, а также вопрос удушения различными способами фондов реальных конкурентов - был весьма актуален. Актуален и для политических партий, и для безнадёжного при честных выборах Президента Б.Ельцина и его команды.

И вот орган, концентрирующий в своих руках необъятные и фактически никому не подконтрольные властные полномочия и финансовые ресурсы, создали. Но кому он будет служить? Здесь все просто.

Председатель Центробанка назначается на должность и снимается с должности хотя и Думой, но по представлению Президента. А на случай несговорчивости Думы и её нежелания поддерживать нужную кандидатуру уже был прецедент противозаконного и антиконституционного (вопреки Совету Федерации, по Конституции имеющему исключительное право назначать Генерального прокурора) назначения Президентом \"исполняющего обязанности Генерального прокурора\". Страна с этим смирилась, и с таким \"и.о.\" (А.Ильюшенко) мы жили на протяжении почти двух лет (1994-1995). И для любого Председателя Центробанка такой прецедент - внятное разъяснение, кто в доме хозяин и можно ли не быть достаточно сговорчивым, когда всерьёз дойдёт до дела. Попробуй, откажи тому, от кого зависит твоё место под солнцем - Президенту? А каналов информации у главы государства достаточно, включая спецслужбы и Генпрокуратуру. Причём, и это важно заметить, эти каналы вовсе не обязаны делать информацию публичной.

И получается, что вся \"независимость\" Центробанка - это бесконтрольность Центробанка со стороны общества, представляющего это общество Парламента и независимого от исполнительной власти работающего публично контрольного органа - Счётной палаты. Следствие - полная безнаказанность руководства Центробанка, как бы ни нарушался закон и какой бы ущерб этим ни наносился обществу. В то же время, реальные рычаги управления Центробанком - у Президента, являющегося по существу своих конституционных полномочий не только главой государства, но и фактическим главой исполнительной власти.

Таким образом, под лозунгом обеспечения независимости Центробанка (под которой на Западе, в том числе и в США, понимается независимость именно от исполнительной власти) на самом деле наш Центробанк сделали независимым от общества, от общественного контроля и публичного рассмотрения методов и результатов его деятельности. И фактически ввели Центробанк в полную зависимость от исполнительной власти, но при отсутствии чьей-либо (в том числе и Президента) ответственности за его работу.

Вряд ли такое возможно по ошибке. Вопрос создания именно такого Центробанка - бесконтрольного и фактически никому не подотчётного, но руководство которого остаётся реально зависимым от Президента - был актуален и для группы его руководителей, и для команды действовавшего Президента.

Конечно, на совещаниях в президентских штабах я не бывал, и потому это можно рассматривать лишь как предположение, версию. Такой оговоркой я специально отделяю эти рассуждения от приводимых фактов. Но моё предположение подтвердилось всей последующей линией действий Президента, когда у Счётной палаты возникали большие проблемы с доступом к информации о работе Центробанка. В 1997-1998 гг. и Совет Федерации, и большинство депутатов Думы настаивали на проведении специальных проверок и расследований деятельности Центробанка. Президент мог все проблемы доступа Счётной палаты к информации снять без каких-либо усилий, буквально одним кивком головы. Но ничего подобного, разумеется, не делал.

КУКЛЫ ТАК ЕМУ ПОСЛУШНЫ...

С учётом этих предположений или независимо от них: кто же находился в тени и дирижировал оркестром? Достоверно мне это неизвестно. Но не может не вызывать удивления ситуация, когда официальные представители Совета Федерации не имеют возможности даже выступить на пленарном заседании Государственной Думы с изложением позиции верхней палаты Парламента по важнейшему вопросу, да ещё и ставшему предметом разногласий между палатами Парламента. Разве Председатель Совета Федерации не имел возможности в этом процедурном вопросе оказать соответствующее давление на коллегу -Председателя Государственной Думы? Безусловно, имел. Но фамилия тогдашнего Председателя Совета Федерации - Шумейко, и нам, отстаивая официальную позицию Совета Федерации, приходилось действовать без какой бы то ни было поддержки руководства и аппарата Совета Федерации...

Любопытно и другое: никто из моих коллег по Совету Федерации, боровшихся против вышеописанного закона о Центробанке и являвшихся членами самых разных партий, тем не менее, не смог никоим образом повлиять на свои партии и думские фракции. Оказались ли они в этом вопросе в таком же положении, как я в \"Яблоке\"? Или даже и не пытались что-либо предпринять? Не знаю. Но никаких публичных отголосков, казалось бы, естественных в такой ситуации внутрипартийных баталий - не было. А приведённый результат голосования в Думе по преодолению вето Совета Федерации налицо и весьма красноречив: против проголосовал только один депутат...

Кроме того, обратите внимание: оба основных (наиболее заметных) думских исполнителя \"операции\" были позднее вознаграждены Ельциным. С Рыбкиным понятно - его и без этого Президенту было за что полюбить. А что же М.Задорнов? Согласитесь, у нас немало молодых и более или менее толковых экономистов. Тем не менее, мало кто из них попадал и когда-нибудь попадёт на ключевой пост в Правительстве - пост министра финансов. Пусть даже с должности Председателя бюджетного комитета Думы, но ведь от фракции, декларирующей себя оппозиционной Президенту!

Разве не чудеса? Точно - чудеса, но лишь для тех, кто верит в оппозиционность всех, кто себя так называет, и не вникает в детали историй, подобных истории принятия ныне действующего закона о Центробанке России.

ДЕМОКРАТИЧЕСКАЯ ОБЩЕСТВЕННОСТЬ НЕ ДОПУСТИТ?

А что же в целом моё родное движение \"Яблоко\", называвшее себя \"демократической оппозицией\"? Ведь в соответствии с декларируемыми им ценностями оно должно было первым восстать и против такого закона, противоречащего по своей феодальной, антирыночной и антиконкурентной сути самим основам либерализма в любой трактовке (не говоря уж о просто антиобщественной, антигосударственной его сути), и, тем более, против действий своего, выдвиженца - председателя бюджетного комитета Думы М.Задорнова?

Этого не случилось. Почему?

Может быть, сыграло свою роль то, что ещё до выборов Президента, в том же 1995-м году, должны были состояться выборы в Думу, на которые тоже требовались деньги? А кто может финансовые потоки открыть или, наоборот, - прикрыть? Будет руководство Центробанка благодарно своим лоббистам, или не будет? Сыграло это свою роль в выборе позиции Г.Явлинским (действовать или саботировать рассмотрение вопроса на движении)? Не знаю, могу лишь предполагать. Это предположения, но ещё не факты.

А вот факты. Опять же, не вдаваясь в детали борьбы вокруг этого закона внутри \"Яблока\", замечу лишь, что в конце концов обсуждение на руководящем органе движения состоялось. Правда, председатель движения Г.Явлинский, всячески демонстрировавший отстранённость и непричастность к этому делу, тем не менее, допустил публичное обсуждение лишь тогда, когда дело было уже сделано. Когда закон уже принят и вступил в действие, пожалуйста - можно обсуждать. Мои и Совета Федерации аргументы читатель может оценить сам. С чем и как тут публично спорить? И со мной соглашались. И по моему настоянию была даже принята резолюция, осуждавшая действия М.Задорнова за метод работы - протаскивание закона втихую, без публичного обсуждения разногласий в согласительной комиссии. Почему только за метод? Так ведь \"за политическую и профессиональную позицию, пусть даже ошибочную - мы не судим!...\"[14]

... И было даже дано поручение двоим депутатам фракции в двухмесячный срок подготовить и внести в Думу необходимые поправки в закон. Но, разумеется, ничего сделано не было. Оно и понятно - не для того такой закон протаскивали, чтобы затем самим же начать приводить его в соответствие с цивилизованными нормами.

...\"Осуждённый\" М.Задорнов спустя всего полгода не только прошёл в Думу по региональному партийному списку \"Яблока\" (в центральный предвыборный список движения летом 1995 года его не допустил я, когда же формировались региональные списки, меня в этом движении уже не было), но и, более того, - в новой, избранной осенью 1995-го года Государственной Думе вновь был делегирован фракцией \"Яблоко\" на пост председателя ключевого комитета нижней палаты Парламента - бюджетного...

А ведь если черпать информацию только из телевизора, то будешь думать: это как же они так упорно вот уже столько лет в \"демократической оппозиции\" бьются за наши интересы!...

Глава 5. КАК ВЕСЬ ПАР НАПРАВИЛИ В ГУДОК (история попыток изменения закона о Центральном банке)

Разумеется, принятием ныне действующего закона о Центробанке дело не закончилось. Довольно быстро выяснилось, что то, о чём предупреждали противники такого закона, стало реализовываться на практике - выше мы говорили об этом подробнее. Данные об этом стали поступать в том числе от Счётной палаты, несмотря на прямое ей противодействие и значительные трудности с получением информации.

Естественно, и Счётная палата, по Конституции не имеющая права законодательной инициативы, и Совет Федерации, такое право имеющий, стали инициировать внесение в Думу законопроектов о поправках в закон о Центробанке.

Как принято у нас поступать в случаях, когда безобразие очевидно, что-то делать надо, но делать ничего не хочется, так как безобразие - в наших интересах?

Принято создавать разнообразные комиссии, в которых вопрос безнадёжно заволокичивается.

От Счётной палаты мне довелось участвовать в многочисленных и разнообразных комиссиях и рабочих группах по \"выработке единого и согласованного решения\".

НИКТО НЕ ХОТЕЛ ОСТАТЬСЯ БЕДНЫМ...

Начиналась работа таких комиссий и групп, как правило, весьма обнадёживающе. Но постепенно сторонники сохранения статус-кво и, соответственно, позиции, отстаиваемой представителями Центробанка, становились всё более уверенными и во внешних проявлениях демонстративно успешными, а противники (то есть сторонники изменения закона) почему-то делались всё более вялыми и неинициативными, теряли тонус и исходный настрой... И результат на протяжении всех этих лет в конечном счёте оказывался нулевым.

Запомнилась одна из таких комиссий - по рассмотрению проекта поправок в закон о Центробанке (инициированных в значительной степени Счётной палатой), внесённого в Думу Советом Федерации после дефолта 1998 года. Возглавлял её депутат Государственной Думы Лунтовский. Комиссия работала очень \"плодотворно\": как только нам удавалось на чём-то настоять и о чём-то вроде бы договориться, следующие заседания начинали по неизвестным причинам бесконечно переноситься; затем заседания созывались, но уже в совершенно новом составе, где все вновь начиналось \"от печки\". На одном из таких заседаний представитель Совета Федерации губернатор Алтайского края А.Суриков вынужден был даже сделать официальное заявление о выходе из комиссии ввиду совершенно явного и откровенного саботажа её работы...

Но \"полный ноль\" на выходе был не единственным результатом полугодовой деятельности комиссии. Главный результат оказался в том, что спустя некоторое время после \"успешного\" завершения её работы председатель комиссии депутат Думы Лунтовский был призван в Центробанк и назначен очередным заместителем Председателя Центробанка...

... ХВАТИЛО БЫ И ПРАВНУКАМ

С учётом того, что официально Счётная палата как государственный орган законопроектов не вносила (как я уже пояснял выше, в силу отсутствия у Палаты права законодательной инициативы), наши предложения передавались депутатам. По своим полномочиям я был ответственным в Счётной палате за правовые вопросы, а также был официальным представителем Палаты в соответствующих рабочих группах и комиссиях. И, как правило, наши предложения в точности соответствовали необходимости исправить те дефекты закона о Центробанке, о которых мы подробно говорили выше.

Но надо признать, не всё, что инициировалось Счётной палатой, соответствовало потребностям приведения Центробанка страны в цивилизованные рамки. Периодически в обход меня появлялись и иные законопроекты, которые вносились депутатами как согласованные с тогдашним председателем Счётной палаты.

В одном из таких законопроектов содержалась удивительная по своей простоте и наивности норма о том, что компания-аудитор Центробанка назначается Государственной Думой исключительно по предложению Председателя Счётной палаты (по действующему закону Дума это делает самостоятельно). Обратите внимание: не по предложению Счётной палаты - государственного органа, вся деятельность которого, включая процедуры принятия решения, является публичной. Нет - по предложению лично Председателя. Уж не знаю, какие лизоблюды сумели убедить тогдашнего Председателя Счётной палаты, что такое в принципе возможно и что депутаты настолько наивны, что на это согласятся...

Но, разумеется, уж здесь-то - все специалисты. И все понимают, что дай Вам, уважаемый читатель, исключительное право предлагать компанию-аудитора Центрального банка страны, и тогда руководители всех ключевых аудиторских компаний станут дневать и ночевать в Вашей приёмной и целовать ручки секретаршам, а Председатель Центробанка начнёт поздравлять даже ваших дальних родственников равно , хоть с днём танкиста, хоть с днём работника жилищно-коммуналь-ного хозяйства, но чрезвычайно тепло и сердечно. И не только Ваши дети, но и внуки, и правнуки, весьма вероятно, никогда никаких материальных проблем иметь не будут... Нет, такой подарок лично Председателю Счётной палаты депутаты сделать не могли. И слава Богу.

ПОДМЕНА ПОНЯТИЙ

Что делать, если из каких-либо соображений важно добиться своего, но аргументы противников убедительны, а их правота столь очевидна, что при любой открытой и публичной дискуссии - гарантировано поражение? Методы известны.

Первый метод - не допускать публичной дискуссии, всячески уклоняться от неё. Проводниками нынешнего закона о Центробанке этот метод, как читатель мог убедиться, был успешно использован.

Второй метод - дискредитация противников, обвинение их в некомпетентности и даже во лжи. Что ж, как видно из вышеописанного, и этим не побрезговали.

Третий метод - приручение не слишком щепетильных. Было ли это использовано в истории, описанной выше в этой главе, читатель может сделать вывод сам. Не стану однозначно утверждать, что случай с депутатом Лунтовским - именно из этой серии. А вдруг это - лишь случайное стечение обстоятельств? Такое же совпадение, как награждение аудитора Соколова орденом после повторной (\"реабилитирующей\") проверки на \"Норильском никеле\"?...

Но что делать, если от дискуссии все же не уйти? Тогда используется и ещё один классический метод - подмена в споре понятий, смещение акцентов с тем, чтобы всех запутать, перевести спор в какую-то иную плоскость, далёкую от существа проблемы. Этот метод, разумеется, тоже используется в нашей истории.

Например, бывший руководитель Центробанка В.Геращенко на заседании Коллегии Счётной палаты высказывал такой аргумент: как же мы можем меньше платить нашим сотрудникам, если они регулируют деятельность коммерческих банков, а в банках - вы же знаете сколько получают...

На первый взгляд, кажется, логично. Но, вся логика рассыпается, если вдуматься в суть того, что есть регулирование деятельности банковской системы. Зададимся вопросом: а почему же руководители банков так много получают - по сравнению со средней зарплатой по стране? И более того: почему в банковском секторе столь высока рентабельность, почему она существенно выше, чаи в реальном секторе экономики? Или, может быть, в отличие от, например, машиностроения и сельского хозяйства, наш банковский сектор поражает мир новейшими прогрессивными банковскими технологиями, изобретёнными в России; может быть мы хотя бы здесь - в надёжности системы, в оперативности и точности банковских операций, в автоматизации всех .процессов и избавлении от излишних звеньев и трудозатрат, в общем уровне банковского обслуживания - впереди планеты всей?

Ответ на эти вопросы однозначен и известен: нет, нет и нет. Значит, круг замыкается: наш Центробанк так регулирует финасово-кредитную систему и деятельность коммерческих банков, что они получают сверхприбыли и устанавливают абсолютно необоснованные зарплаты руководителям банков; последнее затем Центробанк использует как убойный аргумент в защиту сохранения нынешней системы щедрого вознаграждения \"профессионалов\", работающих в Центробанке...

Вопрос об уровне доходов принципиален. И его уместно ставить, но только не как отражение чьего-либо лишь завистливого любопытства, а иначе, более системно. Вот вы, уважаемый читатель, как думаете, может ли получиться что-то разумное в стране с \"хорошим\" Центробанком, но \"плохим\" Правительством? Ответ очевиден - нет. Подставьте в этот вопрос вместо \"хороший\" и \"плохой\", соответственно, \"хорошо оплачиваемый\" и \"плохо оплачиваемый\" - ответ, полагаю, от этого не изменится. Для полноты картины подставьте в вопрос вместо Правительства, например. Счётную палату, прокуратуру во главе с Генеральным прокурором. Верховный Суд - как у нас с расследованием и судебными решениями? Или в рыночной экономике это - менее важно? Подставьте, наконец. Парламент и Президента - ответ тот же? Или необходимая квалификация и цена принимаемых решений у какого-нибудь зампреда Центробанка на порядок выше, чем у Президента страны?

В крайнем случае руководители Центробанка, наверное, не будут возражать, если Президенту тоже будут официально и легально прилично платить. На сохранении же своей нынешней системы оплаты труда они настаивают, подчёркивая, что она нужна для обеспечения возможности набирать квалифицированных специалистов. Соответственно, противники такой системы всячески выставляются в СМИ как сторонники вульгарной уравниловки.

Но ведь и это - передёргивание. В чём суть вопроса на самом деле? В том ли, что руководители Центробанка много зарабатывают? Или в том, за что они получают деньги, в каких формах и из чьих рук; кто решает, сколько им дать, и весь ли свой доход они получают абсолютно легально и публично, или же часть госресурсов присваивают себе в тайне от общества с помощью тех приёмов, которые мы описали выше? Разумеется, корень проблемы в последнем - именно это определяет всю мотивацию и направленность деятельности руководителей нашего Центробанка. Но, разумеется, об этом - о главном - ни слова.

Другой пример подмены понятий. Есть актуальный вопрос о том, должен ли ЦБ быть реально подконтролен и подотчётен, а его руководители - мотивированы государством, чёткими нормами закона на общественное благо, на создание условий для экономического развития, а не на извлечение прибыли и её присвоение. Действительно: за что поощрять или наказывать руководителей Центробанка, если единственное, чем периодически гордится ЦБ - это объем золотовалютных резервов, что, тем не менее, никоим образом не защищает финансовую систему ни от дефолотов, ни от их ожидания и потому неверия в рубль? При этом понятно, что руководителям нашего Центробанка вовсе и не надо, чтобы их государство поощряло -они поощряют себя сами, а на счёт наказывать - у государства пока оказываются руки коротковаты. Но перед обществом-то этот вопрос, тем не менее, стоит.

Но вместо рассмотрения по существу именно этих вопросов нам постоянно навязывался спор другой: быть ли ЦБ и его \"профессионалам\" независимыми, как, якобы, во всём цивилизованном мире. Или же допустить зависимость от Правительства, которое будет использовать ЦБ как дойную корову для бюджета и тем раскручивать инфляцию? Или допустить зависимость от Парламента, где \"неквалифицированные депутаты-популисты\" примутся выжимать из ЦБ деньги на некие глупые и ненужные предвыборные социальные программы. То есть, читай, выбора нет: либо все - как у нас сейчас, либо - совсем дичь и варварство...

А КАК У НИХ?

Но действительно ли во всём мире так, как у нас сейчас?

Как известно, образцом для подражания для наших реформаторов, во всяком случае на уровне деклараций, являются США - оплот истинного либерализма. Похожа ли Федеральная резервная система США (ФРС) на наш ЦБ?

Конечно же, абсолютно непохожа. И дело вовсе не в том, что у них двенадцать банков, объединённых в единую общефедеральную систему, а у нас один. Различия куда более принципиальны.

Начнём с главного: вся деятельность ФРС США мотивирована на реализацию интересов государства и его экономики, начиная с прямого провозглашения в качестве цели деятельности ФРС именно создания наиболее благоприятных условий для развития экономики. Никаких возможностей присвоения прибыли (а значит, и мотива для её извлечения) руководители ФРС и её банков не имеют - вся прибыль в полном объёме (а не лишь её часть, как у нас) перечисляется в федеральный бюджет США. Причём перечисляется не как у нас - спустя длительный срок после окончания отчётного года (после утверждения годового отчёта), - а в ходе самого отчётного года - каждые двадцать дней примерно равными долями.

ФРС в США не является монополистом по регулированию деятельности коммерческих банков, а делит эту функцию с целым рядом других, абсолютно независимых от ФРС органов и организаций.

Под независимостью же ФРС чётко понимается её независимость от исполнительной власти, от Президента США. При этом ФРС полностью подконтрольна обществу и его представителю - Конгрессу США, который вправе осуществлять неограниченный контроль как за деятельностью системы в целом и её управляющих органов, так и за работой любого из двенадцати банков, входящих в ФРС . Контроль может осуществляться как посредством Главного счётного управления США (GAO - аналог нашей Счётной палаты), так и напрямую специальными комиссиями Конгресса, а также путём назначения независимого (от Президента) прокурора для проведения расследования в случае, если тому есть основания. При этом контроль осуществляется как постфактум (по прошествии определённого времени), так и в текущий период, но с одним исключением: не могу сказать точно в части компетенции независимого прокурора, но для GAO есть одно ограничение - недопустимо проверять текущие операции на открытом рынке (осуществляемые в целях поддержания устойчивости национальной валюты) Во всём прочем - никаких ограничений.

Кроме американской системы (с ФРС, независимой от исполнительной власти), в мире существует и множество других систем, в том числе с центральными банками, являющимися составной частью исполнительной власти. Причём это не где-то на периферии цивилизации и экономики, а в таких наиболее развитых странах мира, как, например, Япония и Великобритания.

Конечно, и там, и там вам скажут, что эта зависимость сохранилась уже лишь формально, а реально Правительство не вмешивается в работу ЦБ. Что ж, всё правильно -вмешиваться по мелочам не нужно. Но ведь формальную зависимость сохраняют не зря\' случись серьёзный кризис -за всё будет отвечать Правительство. И если действия ЦБ с точки зрения Правительства окажутся не соответствующими государственным интересам - про \"формальные\" рычаги вспомнят. И более того, даже если от этих \"формальных\" рычагов зависимости ЦБ от исполнительной власти и откажутся, внеся соответствующие изменения в законы, тем не менее, зависимость центральных банков от парламентов сохранится. А правительства в этих странах, как известно, также формируются парламентами, их правящим большинством. Меньшинство же практически во всех странах с парламентской системой правления (то есть, когда исполнительная власть формируется парламентским большинством) имеет право на создание комиссий по расследованию деятельности правительства и его должностных лиц, а также любых государственных учреждений и организаций. Таким образом, налицо и единый центр всеобъемлющего контроля и ответственности (парламентское большинство), и возможность парламентского меньшинства осуществить необходимый альтернативный контроль

Есть и китайская система, где ЦБ в конечном счёте подчинён высшему партийно-государственному руководству. Стоит отметить, что финансово-кредитная политика, проводимая этим единым руководством, не имеет ничего общего с идеями, пропагандируемыми Международным валютным фондом и принятыми к исполнению у нас.

В Китае на протяжении последних лет дефицит бюджета покрывался не зарубежными займами (за которые нам -России - придётся рассчитываться ещё многие десятилетия), а кредитами ЦБ. Но выдавались в Китае эти кредиты не под дутые программы создания очередных шикарно живущих приправительственных фондов и центров по разработке чего-нибудь про реформы, не под финансирование зарубежных \"экспертов-консультантов\" по имиджу приватиза-торов (на все это у нас в России массово расходовались средства кредитов международных финансовых организаций), а под реальное развитие инфраструктуры экономики: энергетики, транспорта, связи - через специальные жёстко контролируемые государством \"бюджеты развития\". И в результате, в отличие от России, где все делается \"правильно\", по рецептам МВФ, ни такой неуправляемой инфляции, как у нас, ни дефолтов, подобных происшедшему в 1998 году - в Китае ничто подобное не допускалось.

Таким образом, вывод очевиден: если есть здравый смысл и нацеленность на реализацию общенационального интереса, если есть элементарный государственный порядок, то можно организовать Центробанк и эффективное управление государственной финансовой системой по-разному. Нельзя только так, как у нас - передоверить важнейшие государственные функции и управление масштабными государственными ресурсами неким самопровозглашённым \"чудо-профессионалам\", не вводя их законом в жёсткие рамки, вынуждающие и обязывающие действовать в интересах обхцества, и при этом оставляя их в непубличной, но фактической зависимости от главы государства, являющегося одновременно и реальным главой исполнительной власти. Тут уж точно результат будет именно тот, что мы имеем.

ШИЛО НА МЫЛО?

С учётом имеющегося у нас опыта жизни с рублём в руке и долларом в уме, зачастую хочется найти радикальное решение, вроде перехода на какую-то другую, комбинированную англо-японско-китайскую систему, при которой одно правительство, или одно парламентское большинство, или одно Политбюро отвечало бы за все. И, соответственно, руководители Центробанка были бы им подчинены и безобразий, подобных тем, что нам известны (а ещё более - все ещё неизвестны), не допускали

Такие предложения я слышал неоднократно. Что ж, так мы устроены, что подмена понятий в споре, навязывание второстепенной проблемы вместо основной - достигает своей цели И не исключено, что в какой-то момент (после очередного дефолта и т.п ), когда нужны будут уже не только козлы отпущения, но и видимость радикальных мер по изменению самой системы, вместо приведения в соответствие со здравой логикой норм, правил и механизмов работы нынешнего ЦБ может быть осуществлена подобная реформа. Даст ли она что-нибудь? Ответ на этот вопрос станет яснее, если мы проанализируем, как у нас Президент, Правительство и Парламент реализуют хотя бы свои ныне имеющиеся функции. Из того, о чём мы уже говорили выше, иллюстрацией может быть первая часть этой книги \"Тропические кочегары в действии\", посвящённая управлению нашей государственной собственностью...

В целом же все зависит от того, как будет выстроена новая система - в соответствии с логикой мотивирования на служение интересам общества или же как ныне - вопреки им. В последнем случае (как это вообще-то часто у нас и бывает) такую реформу уместно будет сравнить с ситуацией, когда вместо ремонта в машине изначально дефектных, например, тормозов ресурсы тратятся на покупку другой машины ... с неисправным, например, рулевым управлением... Далеко ли уедем?

Пока же дело ограничивается практически лишь косметическими изменениями, которые, образно говоря, являются заменой шила на мыло. Причём мыло предлагается такое, что оно зачастую даже хуже того шила, что было раньше

Так, летом 2002 года после долгих и продолжительных дебатов некоторые изменения в закон о ЦБ всё-таки были внесены. Часть важнейших полномочий по регулированию механизмов деятельности ЦБ попытались изъять из рук руководства самого ЦБ и его Совета директоров. В частности, острый спор разгорелся по ключевым вопросам о том, кто будет определять систему бухгалтерского учёта Центробанка, устанавливать смету расходов ЦБ на собственное обеспечение, зарплату Председателю Центробанка и его заместителям и т. п.

Результат, казалось бы, обнадёживает - решение ряда из перечисленных ключевых вопросов из рук Совета директоров Банка изъято. Значит, наконец-то хотя бы частичная, но все же победа?

Признаюсь, пользуясь лишь информацией СМИ, я оказался столь близок к тому, чтобы поверить в возможность торжества (после семи лет борьбы) хотя бы минимального здравого смысла в организации нашей финансовой системы, что на одном из мероприятий весной 2002 года даже спросил М.Задорнова, действительно ли и он поддерживает такой законопроект? Ответ оказался положительный. После чего мне осталось лишь спросить: \"Миша, что же случилось, почему семь лет назад ты выступал за одно, а теперь - за другое?\" Ответ я получил примерно такой: \"Ничего подобного, я всегда за это выступал...\" С учётом всего выше уже изложенного, читатель может себе представить моё недоумение. Тем не менее, мы договорились, что он направит мне последний вариант законопроекта, подготовленный тогда уже ко второму чтению.

Изучение полученного от Задорнова текста всё расставило по своим местам: подозревая своего бывшего коллегу по \"Яблоку\" в конъюнктурном изменении позиции, я был неправ. В новом проекте всё осталось, как и прежде: в пользу произвола, безнаказанности и, соответственно , безответственности...

Глава 6. \"ВЕРТИКАЛИЗАЦИЯ\" ФИНАНСОВОЙ СИСТЕМЫ СТРАНЫ. ВСЯ ВЛАСТЬ-ТОО!

Итак, открываем вновь принятый Федеральный закон от 10 июля 2002 г. N 86-ФЗ \"О Центральном банке Российской Федерации (Банке России)\". Что изменилось?

Вопрос о том, является ли ЦБ органом власти или же как и в исходном варианте (ещё от 1995 года) неким \"учреждением с особым статусом\", остаётся открытым.

И невнятность по этому ключевому вопросу по-прежнему влечёт за собой серьёзные последствия.

Статья 2 нового закона, как и раньше, хотя и устанавливает, что уставный капитал и иное имущество Банка являются федеральной собственностью, но, тем не менее, затем передаёт все полномочия собственника (владение, пользование и распоряжение) Центробанку. При этом если передача Центробанку полномочий по пользованию и частичному распоряжению этим госимуществом обоснованна, то передача полномочия по владению - полнейший абсурд.

И далее - вся порождаемая этим абсурдом логика. Та же статья 2 закона как и прежде устанавливает, что государство не отвечает по обязательствам Банка России, если иное не предусмотрено федеральным законом, а Банк России не отвечает по обязательствам государства, если он не принял на себя таких обязательств.

При этом пределы ответственности Центробанка, как у любого заурядного ТОО, определяются размерами его уставного капитала, который, в соответствии со статьёй 10 закона, составляет всего лишь 3 миллиарда рублей. Весь предшествующий период, в том числе и После деноминации 1997 года, он составлял сумму буквально смехотворную - три миллиона рублей... Но даже и три миллиарда рублей, то есть менее ста миллионов долларов, для ключевого органа финансовой власти самой большой в мире страны - разве не цирк? При том, что одних золотовалютных резервов государства в распоряжении Центробанка - на многие десятки миллиардов долларов...

Вся дальнейшая логика нового закона вполне естественна. И было бы странно, если бы далее она была иной. Произвол всегда тесно связан с бесконтрольностью и безнаказанностью: вытекает из них, но и, в свою очередь, требует их. Соответственно, стоит ли удивляться тому, что подотчётность Центробанка Думе (даже такой ручной у исполнительной власти, каковой она является сейчас) новым законом не усилена, а напротив - ещё более выхолощена?

НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫХ ПРОВЕРОК БОЛЬШЕ НЕ БУДЕТ

Как и прежде, Государственная Дума и законодатель в целом (Дума, Совет Федерации и Президент) не определяют ни систему бухгалтерского учёта и отчётности для Центрального банка страны, ни структуру его официально публикуемого баланса, ни общий объем (и, тем более, смету) расходов Центробанка на свою деятельность. И так же остаётся совершенно неясно, что за \"решение\" принимает Дума по результатам рассмотрения годового отчёта Центробанка - какие юридические последствия и для кого оно может иметь? Точнее, ясно, что право принимать \"решение\" - лишь для проформы и никаких юридических последствий такое \"решение\" иметь не может, так как годовой отчёт вносится в Думу уже после утверждения годовой финансовой отчётности Банка его Советом директоров и новым органом -Национальным банковским советом.

Более того, часть прежних полномочий передана теперь от конституционного органа представительной власти Государственной Думы - некому другому органу - Национальному банковскому совету. Причём это касается таких важнейших полномочий, как определение комиании-внешнего аудитора Центробанка.

Но даже и это не все. В деле обеспечения недопустимости независимого контроля за деятельностью Центробанка пошли и дальше. Теперь решение о проверке финансово-хозяйственной деятельности Центробанка или его подразделений и даже учреждений может быть принято Государственной Думой только на основании предложения Национального банковского совета (ст.5 закона). А уж о праве меньшинства в двадцать процентов депутатов Думы или членов Совета Федерации самостоятельно дать поручение о проверке Счётной палате (обязательное к исполнению) - это право распространялось раньше на все без исключения сферы компетенции Счётной палаты - теперь просто смешно говорить. Статьёй 98 этого же закона внесли специальное уточнение в закон \"О Счётной палате Российской Федерации\" - ограничили и её полномочия, и прово меньшинства депутатов дать поручение, обязательное к исполнению ...

Зачем такая перестраховка - даже медицинские учреждения и дома отдыха Центробанка теперь могут быть проверены не иначе как с санкции этого всемогущего Национального банковского совета? Следует ли из этого, что опасность несанкционированной проверки финансово-хозяйственной деятельности империи под названием Центральный банк Российской Федерации Счётной палатой (или кем бы то ни было ещё, кто, пусть не сегодня - в условиях абсолютного торжества \"вертикали\", - но хотя бы завтра может оказаться независимым от исполнительной власти и руководства Центробанка) - главная опасность для государства и его финансовой системы?

И дальше все - по той же схеме. Так, правила бухгалтерского учёта для Центробанка устанавливает теперь этот вездесущий Национальный банковский совет. Что ж, это, казалось бы, лучше, чем если эти правила для себя устанавливает сам Центробанк? Но сразу обращает на себя внимание одна милая оговорка: эти правила, в соответствии со статьёй 7 закона, почему-то не подлежат регистрации в Минюсте России. Зачем такое исключение? Не для того ли, чтобы правил бухучёта в ЦБ никто, включая проверяющих, не мог знать заранее? И более того, чтобы их в любой момент, даже и в ходе проверки, можно было произвольно изменять?

КТО ВЫ - НАЦИОНАЛЬНЫЙ БАНКОВСКИЙ СОВЕТ?

В этой новой ситуации ключевым становится вопрос о том, что же такое этот Национальный банковский совет? Кто в него входит и решает важнейшие для обеспечения надлежащего контроля за деятельностью Центробанка страны вопросы? Кто устанавливает правила бухгалтерского учёта и отчётности для ЦБ и затем не только выбирает для ЦБ аудитора, но даже и даёт ему \"рекомендации\", обязательные к исполнению? Кто получил исключительное право инициировать проверку, а значит, и право не допустить какой-либо проверки финансово-хозяйственной деятельности Банка? В чьих руках контроль за ЦБ: в руках Парламента, аналогично тому, как, например, такое безусловное право в США по отношению к Федеральной резервной системе имеет Конгресс, или в руках, зависимых от исполнительной власти и самого Центробанка?

Судите сами. В Национальный банковский совет входит двенадцать человек. Кто из них хотя бы теоретически может быть независим от исполнительной власти и руководства Центробанка? От Думы из двенадцати - только трое. Со всеми натяжками предполагая, что региональная исполнительная власть (в условиях \"вертикали\" или даже её отсутствия) может быть независимой от федеральной, добавим двоих от Совета Федерации. Итого, максимум - пятеро. С другой стороны: трое - от Президента, трое - от Правительства и плюс ещё один - главный подотчётный - сам Председатель Центробанка. Можно сгруппировать и пересчитать иначе, но в любом случае очевидно: контрольный пакет -в руках Президента и фактически возглавляемой им исполнительной власти.

Кого-то, свято верящего в \"вертикаль\", это, может быть, даже и обрадует. Но обратите внимание: ни о каком независимом контроле общества и его представителей за работой важнейшего органа финансовой власти страны речь уже не идёт. Так же, впрочем, как не стоит в этих условиях даже заикаться о какой-либо независимости Центробанка от исполнительной власти, за что, якобы, изначально боролись сторонники такого закона о Центробанке...

Значит, сохраняется и усугубляется прежняя, уже хорошо известная порочная практика: тот, кому Центробанк юридически подотчётен (представительная власть), не имеет ни доступа к информации, ни рычагов воздействия. Фактически же управляет тот, кто управляет из-за кулис и ни за что не отвечает.

ХРАНИТЕ ДЕНЬГИ В СБЕРЕГАТЕЛЬНОМ БАНКЕ...

А любителей хранить деньги в нашем Сбербанке, в котором сохранность вкладов якобы гарантируется государством, несомненно \"порадует\" нововведение о практически неограниченной возможности частичной приватизации Сбербанка. Причём без каких-либо публичных дискуссий или хотя бы предупреждений. И без какой-либо специально утверждаемой законом программы приватизации. Статья 8 нового закона позволяет Центробанку осуществлять уменьшение или отчуждение долей участия Банка России в уставных капиталах Сбербанка до уровня сохранения за Центробанком 50 процентов плюс одной акции просто по согласованию с исполнительной властью...

Приватизация же бывших совзагранбанков может теперь осуществляться (также по согласованию с исполнительной властью) полностью - без каких-либо ограничений. Плохо ли, если вспомнить, какие миллиарды долларов наших с вами государственных средств без какого-либо рационального обоснования были в них совсем недавно закачаны Центробанком и Внешэкономбанком? Теперь понятно: это, надо полагать, была предпродажная подготовка?

ЧТО НЕ ВОЙДЁТ В ФИНАНСОВУЮ ОТЧЁТНОСТЬ

Есть и ещё кое-что интересное. Как мы уже заметили, Национальный банковский совет, фактически контролируемый исполнительной властью, получил весьма серьёзные полномочия. Среди прочего, он утверждает:

- общий объем расходов на содержание служащих Банка России;

- общий объем расходов на пенсионное обеспечение, страхование жизни и медицинское страхование служащих Банка России;

- общий объем капитальных вложений;

- общий объем прочих административно-хозяйственных расходов;

- отчёт Банка о расходах на содержание служащих Банка, пенсионное обеспечение, страхование жизни, медстрахование, капитальные вложения и прочие административно-хозяйственные нужды.

Что ж, сам факт появления какого-то планирования собственных расходов Центробанка внешним органом стоит поприветствовать. Но вправе ли и общество что-то узнать о масштабах запланированных расходов? На это закон сразу же оговаривает возможность утверждения и \"дополнительных\" соответствующих расходов . Обратите внимание: в отличие от закладываемых в закон о федеральном бюджете всех остальных расходов (в том числе на врачей, учителей, правоохранительную сферу, армию и т.п.), здесь о какой-либо возможности секвестирования (сокращения) расходов речь не идёт даже и теоретически - только о дополнительных расходах сверх изначально запланированных. И вряд ли об этих \"дополнительных\" расходах общество проинформируют...

Существенно ещё и сопоставить: с одной стороны - какие статьи расходов нашего Центробанка утверждает Национальный банковский совет; с другой стороны - что затем входит в финансовую отчётность в составе Годового отчёта Центробанка, представляемого Государственной Думе и, соответственно, обществу. Казалось бы, здесь должно быть либо полное совпадение, либо расширенный перечень данных для отчётности. Но это было бы не по нашему - разве для того мы избираем \"профессионалов\" в парламент, чтобы они позволили обществу что-то всерьёз контролировать? В итоге по тексту закона нетрудно заметить, что утверждаемые Национальным банковским советом расходы на пенсионное обеспечение, страхование жизни и медицинское страхование персонала, а также \"прочие административно-хозяйственные расходы\" - вовсе не входят в состав финансовой отчётности Банка. И если расходы на пенсионное обеспечение в соответствии со статьёй 89 при желании можно включить в \"отчёт о формировании и об использовании резервов и фондов Банка России\" (ст.25), то иные вышеуказанные расходы в финансовую отчётность Банка явно не попадают вообще. Что это - случайность? Надо ли напоминать, что, например, страхование бывает в том числе и накопительным и в нашей стране зачастую является одной из форм завуалирования крупных выплат служащим, прежде всего руководителям?

Кстати, вопрос собственнно о смете расходов Центробанка (что применительно ко всему прочему государственному - прерогатива законодателя), в том числе об уровне расходов на зарплаты руководителей Центробанка и их абсолютных величинах, не доверили даже, казалось бы, всемогущему Национальному банковскому совету - оставили за Советом директоров Центробанка. Понятно: разве можно столь тонкие и деликатные вопросы (ради незаконного засекречивания которых прежнее руководство Центробанка на что только не шло) доверять каким-то \"общественникам\" - а вдруг допустят утечку информации?

МАЛЕНЬКАЯ ОШИБОЧКА С СЕРЬЁЗНЫМИ ПОСЛЕДСТВИЯМИ

И окончательно во славу торжества фиктивности подотчётности Центробанка Думе решён в новом законе вопрос о структуре бухгалтерского баланса Центробанка. Ранее (до изменений, внесённых летом 2002 года) в статье 18 (функции Совета директоров) два пункта странным образом дублировали друг друга. В соответствии с п.б Совет директоров определял структуру Банка России. И в соответствии с п.12 Совет директоров опять делал то же самое, но только в иной формулировке: \"утверждает внутреннюю структуру Банка России...\" Ошибка эта была не столь невинна, как могло бы показаться, если не знать её предысторию.