Хлоя Пеньяранда
Королева у власти
Chloe Cathrine Penaranda
A Queen Comes to Power
Copyright © 2021 by Chloe C. Peñaranda
Cover illustration © 2021 by Alice Maria Power
Cover design © 2021 by Lumarias Press
© Минченкова В., перевод на руссикй язык, 2023
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024
Посвящается Каждому мечтателю Я вижу вас… и слышу.
Пролог
Рубен
Тьма. Она была его единственной спутницей.
Тьма холодной тюремной клетки. Его мрачных мыслей. И медленной смерти.
Но больше всего он боялся той, что застилала ему глаза, когда его забирали из тюрьмы, его убежища. Он не боялся клетки, но появление монстров его пугало.
Каждый раз, когда они приходили, то завязывали ему глаза, словно знали, что ужас парализует его тело и он не сможет сделать ни шага в сторону, пока его ведут вперед, почти и неудерживая. У него не хватало мужества, чтобы попытаться сбежать или вступить в драку, даже когда в голове звучал голос подруги детства.
Не было ничего хуже покорности, которую ему навязали.
Пытаясь сохранить рассудок, Рубен думал о Фейт, о маме и Джейконе, обо всех остальных, кого оставил в Хай-Фэрроу. Он не знал, сколько времени прошло с тех пор, как он встретился здесь со своей судьбой.
Дверь со слабым скрипом открылась, и они начали свой путь. Рубена не смущали его шаркающие шаги, и в душе он даже надеялся, что споткнется и отсрочит встречу хотя бы на несколько секунд. Но пришлось остановиться, и Рубен не смог скрыть дрожь в теле.
Повязку сняли, и он не спешил открывать глаза, мечтая о темноте вместо пронзающего веки света. Наконец Рубен набрался смелости поднять их и быстро заморгал, чтобы привыкнуть к освещению, а потом заметил в другом конце комнаты волны огненно-рыжих волос, и сердце бешено заколотилось.
Какое-то время она стояла к нему спиной, глядя сквозь стеклянную стену на кристально чистые воды и сверкающий снег. Рубен застыл и, несмотря на тепло в комнате, был словно окутан ледяным покрывалом, сверкающим снаружи.
Прекрасная фейри изящно повернулась к нему, словно шепот ветра, но огонь в сверкающих янтарных глазах обдувал холодом.
– Я предложила тебе все, – начала она голосом, от которого волоски на коже встали дыбом. – Все, о чем ты только мог мечтать в своей жалкой человеческой жизни, за сотрудничество со мной. Но ты отказался. – Соблазнительница медленно подплыла ближе, ее платье развевалось, словно волны рубинового моря. – Так почему?
Рубен не мог вымолвить ни слова. У него был ответ, но он бы ей не понравился. Он не мог выдать имена, которые ночами повторял в своей одинокой камере. Не мог предать ту, которую женщина так отчаянно искала.
Рыжеволосая фейри остановилась на расстоянии вытянутой руки, и он замер. Как могло такое зло таиться в столь сокрушительной красоте? Самая смертельная комбинация.
Она подняла изящную руку, и Рубен вздрогнул. Ее пальцы обхватили его челюсть, чтобы он не смог отвести взгляд от ее глаз, цвет которых вызывал противоречивые эмоции.
– Ты позволил страху поглотить тебя. Это не твоя вина. – Она погладила его по щеке – любящий жест без искренней нежности. – Я, правда, надеялась, что до этого не дойдет, Ру. – Когда он снова попытался отвести взгляд, она лишь усилила хватку. Острые ногти впились в кожу, и он поморщился. – Я собираюсь сломить тебя, – сладко прошептала она, но голос сочился ядом. – Только так я смогу превратить тебя в личное совершенное оружие. Только тогда ты увидишь, что я пытаюсь сделать этот мир лучше.
Фейри шагнула вперед, и ему пришлось отступить, пока она продолжала держать его. Он спотыкался все время, пока не уперся в стену, оказавшись в ловушке.
Прежде чем подумать о побеге, Рубен почувствовал чужое присутствие. В своем разуме. Он тяжело дышал, пока кольца теней сковывали мысли, выискивая и прислушиваясь. Тени превратились в когти, скребущие каждый угол, врывающиеся в каждое сокровенное воспоминание. Вся его сущность раскрывалась по их приказу.
А потом голову неожиданно охватило пламя.
Рубен закричал, но эхо, разнесшееся по комнате, быстро оборвалось. Его крики еще раздавались в разуме, когда хватка на подбородке ослабла, и женщина снова начала ласково гладить его лицо.
– Скоро все пройдет, – проворковала она.
Каждый раз когда когти из теней вонзались глубже, то оставляли полоску жгучей боли, пока не укоренились в его сознании. Снова, и снова, и снова. Они убьют его, каждый зловещий коготь вцепится в него, чтобы полностью разрушить изнутри.
Он почувствовал зов темноты. И был рад ей. Тьма, такая освобождающая и окончательная.
Как раз перед тем, как Рубен успел погрузиться в блаженное забытье… все стихло. Он закрыл и открыл глаза.
Тихая, умиротворяющая пустота.
Звезды перед глазами начали меркнуть. Рубен не боялся. Ничего не чувствовал. Он посмотрел вниз, на женщину, стоявшую перед ним, и она показалась ему самым потрясающим созданием на свете. Огонь с жаром тысячи солнц. Ему захотелось упасть на колени перед таким великолепным созданием.
Когда она вновь коснулась его лица, он почувствовал необходимость ответить тем же и медленно поднял руку, приложив ладонь к ее щеке, и женщина улыбнулась. Улыбка не была сладкой, доброй или нежной. В ней читался чистый триумф. Ее пальцы запутались в его волосах, когда фейри приблизила свое лицо к его. Рубен не возражал и поцеловал ее в ответ. Близость не вызвала чувств. Но он мог думать только о ней. Его поцелуй, казалось, доставил ей удовольствие.
Когда она резко отстранилась, изгиб накрашенных губ был просто потрясающим. Рубен вздрогнул.
– Ты мой, – промурлыкала фейри.
– Я твой.
Он убьет ради нее. Прольет кровь. Сделает для нее… все что угодно.
Глава 1
Фейт
Королевская шпионка неслась по светлым широким коридорам, гобелены и скульптуры расплывались темно-синими и белыми полосами. Быстрый стук ног по мрамору опережал ритм ее бешено колотящегося сердца. Легкие горели, дыхание сбилось от бега. В спешке она заскользила и обогнула нескольких слуг, убиравших коридор. Те завизжали, пытаясь отскочить с ее пути, прежде чем она успела бы сбить их с ног, и Фейт выкрикнула извинения через плечо, даже не замедлившись. Полы жакета развевались за спиной вместе с прядями наполовину распущенных волос. Когда на кону стояла ее жизнь, не было времени думать о своем безумном виде.
Несколько стражников впереди уже почти обнажили мечи, насторожив свои эльфийские ушки, когда услышали быстрые громоподобные шаги Фейт задолго до того, как она появилась в поле зрения. Увидев виновницу переполоха, они успокоились, бросая осуждающие взгляды и недовольно покачивая головой, отчего она поморщилась.
Она и так сильно опаздывала, поэтому выбрала длинный путь к залу советов, чтобы войти через заднюю дверь вместо парадного входа в надежде, что никто не заметит. Особенно король Хай-Фэрроу. На лбу выступили капли пота, дыхание обжигало горло, когда она неуклюже завернула за последний угол в темный узкий проход, ведущий туда, где проходило собрание лордов.
Проклятые гадкие духи, пусть они задержатся…
Только так она могла успокоить расшатанные нервы.
Перед дверями стояли двое стражей, и Фейт перешла на шаг, пока приближалась, поправляя жакет своей формы и восстанавливая самообладание. Она чувствовала себя глупо, когда ей только вручили костюм королевского синего цвета с серебряными вставками, так напоминавший форму стражников. Костюм был слишком элегантным и деловым, так что она вряд ли сможет к нему привыкнуть. Форма стражников отличалась лишь тем, что их жакеты были короче, а к плечам крепился синий плащ, от которого Фейт была избавлена.
– Тебе повезло. Несколько лордов тоже опаздывают, – сказал стражник Каяс. Он был одним из самых дружелюбных фейри, с которыми она познакомилась за три месяца пребывания в замке. Моложе большинства, он первым в гвардии сделал шаг ей навстречу, и она даже начинала считать его другом.
На самом деле Фейт была приятно удивлена, как много стражников с радостью приняли ее в свои ряды, хотя все еще чувствовала себя не в своей тарелке среди суровых воинов. Ей никогда не стать своей, во что бы ее ни нарядили и какой бы титул ни присвоили. Потребовалось немало времени, чтобы с этим смириться. В то же время многим стражникам не нравилось ее присутствие в замке, особенно учитывая ее способности, и она не винила их, когда они отводили взгляд. В конце концов, она оказалась здесь только благодаря своему дару, поневоле став главной шпионкой короля. Вполне естественно не доверять подобной персоне, ведь они знали, что Фейт вторгнется в их мысли по первому приказу короля.
– В этом вся я – чистая удача, – уныло проворчала она. Проклятье, пуговица расстегнулась. Она неуклюже застегнула ее, бормоча ругательства себе под нос.
Каяс усмехнулся, наблюдая за ее волнением, пока она проверяла остальной наряд, который небрежно накинула, выбегая из покоев. Второй стражник даже не пытался скрыть хмурый взгляд, и она раздраженно поморщилась в ответ.
Она опоздала из-за утренней тренировки с Торией. То, что должно было стать часом уединения в оружейной перед изнурительной встречей, превратилось в напряженный тренировочный бой с подопечной короля, которая выследила ее. Фейт полностью погрузилась в изучение маневров с длинным посохом вместо стали. Тория сама выбрала оружие, очевидно, широко используемое в ее родном королевстве.
Одним из самых ошеломляющих открытий о красавице с сияющей кожей стало то, что, помимо подопечной короля Хай-Фэрроу, она являлась единственной наследницей трона королевства Фенстед. Принцессой Торией Стагнайт.
Погрузившись в танец жезлов с железными наконечниками, Фейт вернулась в реальный мир только благодаря своим замечательным горничным, Элизе и Ингрид, которые разыскали ее. Она побежала в покои и наспех оделась, прежде чем промчаться через половину замка, чтобы вовремя успеть на собрание.
Король не позволял забывать, что ее жизнь зависела от его милости, постоянно заставляя нервничать, словно он ищет повод отказаться от сделки, от которой зависела ее судьба. Одна оплошность могла оборвать жизнь. И не только ее.
1. История — это предшествовавший опыт, не зная истории, будешь совершать ошибки, уже совершенные до тебя, не зная истории, можешь не найти выгодных решений для проблем сегодняшнего дня.
Тихий смех Каяса раздался за спиной, когда она тихонько отворила дверь и проскользнула в крошечную щель. Негромкий гул голосов заглушал любой звук, кроме едва уловимого скрипа двери и ее легких шагов. Фейт вздохнула с облегчением, обнаружив, что встреча еще не началась, и заметила несколько пустых кресел.
2. Разоблачить историческую ложь бывает непросто, а обычному читателю без достаточного знания материалов это не всегда и возможно. Но понимать, что «профессионалы» историки и журналисты тебе лгали и будут лгать, поскольку на этой лжи зарабатывают, надо.
Королевский зал заседаний был гораздо меньше тронного, но достаточно вместительным для четырех стражников. Они стояли, вытянувшись, по двое у каждой стены ровно друг напротив друга. По центру располагался массивный дубовый стол, во главе которого спиной к ней уже восседал король на своем величественном троне. Слева от него сидел принц Николас, заметивший ее, как только она вошла, и усмехнувшийся вместо приветствия. Она ответила сердитым взглядом, не обращая на него внимания, пока прошла к одной из стен, держась подальше от стражников. Она стояла прямо и собранно, сцепив руки за спиной и не смея взглянуть на короля, чтобы узнать, заметил ли он опоздание.
3. В годы Второй мировой войны против Советского Союза, имевшего первоначальную численность населения чуть более 190 млн человек, воевала европейская коалиция, численностью более 400 млн человек, и, когда мы были не россиянами, а советскими гражданами, мы эту коалицию разгромили.
Новые лорды входили в комнату, пока свободных стульев не осталось. После чего богато украшенные главные двери закрыли – и встреча началась.
Фейт уже не в первый раз использовала свои способности. Далеко не в первый. Король каждую неделю проводил несколько различных встреч с лордами, советниками, генералами и другими членами королевского двора. Поначалу Фейт мучала нравственная сторона ее поступков, и ей пришлось подавить отвращение к себе после проникновения в умы ничего не подозревающих фейри. Но она научилась жить с этим, не заглядывать слишком глубоко, если не было угрозы и подозрений. Она должна была жить с этим и знала, что готова запятнать свою душу, если это поможет спасти друзей.
4. Изначальной целью Второй мировой войны, начавшейся в Европе 1 сентября 1939 года, была не борьба антисемитов с евреями, не претензии Японии к США, оформившиеся в вооруженное противостояние только 7 декабря 1941 года, а расчленение и уничтожение Советского Союза с превращением остатков советского народа в рабов немцев, и это приветствовалось всем «цивилизованным» миром.
Большую часть времени Фейт была вынуждена слушать скучные мысли и случайные грубые замечания насчет действий и стратегий короля. Но Орлон быстро посчитал бы ее бесполезной, если не доносить того, о чем ему самому неизвестно. Поэтому, хоть и больно было поступать так, она разоблачила нескольких членов совета, которые готовили против него заговор – совершенно безрассудный план, – а также лорда, стремившегося получить больше власти и нажить состояние на незаконной торговле. Она ничего не знала об их дальнейшей судьбе, да и не хотела знать, предпочитая оставаться в блаженном неведении о своей причастности к их вероятной смерти.
Не Советский Союз, а «демократии» Запада братались и чуть ли не целовались с нацистами и антисемитами.
И наши предки эти подлость и коварство всего мира выдержали и победили!
Фейт полностью изучила свои способности и больше не боялась. Она их использовала; стала силой, бурлившей в ее крови, которая значительно выросла с тех первых месяцев тренировок с Ником, которые теперь казались такими далекими. Но, по крайней мере, работа шпиона давала возможность практиковаться и научила самоконтролю. Чтение мыслей стало подобно дыханию. А поиск глубинных тайн, которые часто скрывали те, кто занимал высокие посты, стал игрой, помогающей немного скрасить утомительные встречи. В то время как неосведомленный глаз окинул бы взглядом комнату и увидел собрание весьма уважаемых придворных, напустивших на себя важный вид, Фейт видела, кем они были на самом деле: скопищем жадин, прелюбодеев и злодеев.
5. То рабство, которое Гитлер собирался установить для покоренных народов расчлененного Советского Союза, полностью совпадает со степенью свободы, установленной нынешними режимами в СНГ после расчленения СССР.
6. «Западные демократии», «западная цивилизация» поддержат какие угодно мерзко-фашистские режимы, разожгут любую войну, если это будет соответствовать их алчным интересам.
Были и другие способности, которые давались ей сложнее. Фейт заставили применить внушение лишь однажды, во время голосования за предложение короля вернуть солдат из города Галмайра, расположенного на краю Хай-Фэрроу, на границе с завоеванным, совершенно беззащитным королевством Далрун. Король сильно проигрывал в голосах, но после одного хитрого взгляда на Фейт чаша весов чудесным образом склонилась в его сторону. Фейт знала, что Галмайр полностью заселен людьми, и было больно осознавать свой вклад в голосование. Она вовсе не гордилась своим поступком, но не имела права высказываться по вопросам, выносимым на совете.
7. «Западные демократии», «западная цивилизация» была пособниками нацистов в их агрессии в Европе, а Советский Союз — единственной страной, пытавшейся всеми силами эту агрессию и начало Второй мировой войны предотвратить.
Собрание шло полным ходом, и Фейт уже встретилась взглядом со всеми лордами и заглянула в их умы. Было просто заставить их посмотреть на нее, и, заглянув им в глаза, больше не нужно было удерживать зрительный контакт. Даже когда они быстро отводили взгляд от странного человека, стоявшего в тени, она все равно оставалась в их головах.
8. Советский Союз дипломатическим путем сумел стравить между собой своих главных агрессоров и сделать своими военными союзниками главных пособников агрессоров во Второй мировой войне — своих откровенных врагов. В мировой истории мало найдется примеров столь исключительного по сложности дипломатического подвига.
Они все отметили ее присутствие с любопытством и отвращением, так отчетливо сквозившим в их мыслях. Их равнодушие слишком забавляло Фейт, чтобы обижаться на мысленные оскорбления. В своем окружении они терпели людей только в качестве прислуги. Так что Фейт больше не чувствовала вины за то, что вторгается в их разумы, обнаружив, что большинство лордов такие же властные и высокомерные, как и король.
Фейт незаметно перешла к противоположной стене, чтобы встать на прежнее место, и начала проникать в умы лордов, которые до этого сидели к ней спиной. Это было безумно скучно, а она была измучена утренней тренировкой и последующим забегом. Пару раз ее веки опускались, но резко открывались каждый раз, когда новый голос пытался перекричать остальные. Фейт не обращала никакого внимания на утомительные темы, о которых беседовали лорды – или скорее спорили, вместо этого она считала минуты, не имея возможности узнать, сколько времени прошло.
9. Кредит у других стран уместен только в случаях, когда необходима срочная помощь иностранных рабочих и инженеров своим. Если бы перед войной СССР сумел взять кредит у своих предполагаемых союзников по будущей войне — у Англии или США, — то и это уже было бы подвигом. Но взять перед войной кредит у совершенно очевидного противника — у немцев — это невероятно! И объясняется этот подвиг тем, что во главе Советского Союза в то время стояли люди, которые по своему интеллекту способны были и в хозяйственных вопросах переиграть все остальные правительства мира.
По ее подсчетам – прошло около часа, как вдруг король взревел из-за мелкой перебранки высших фейри, немедленно заставив всех замолчать. А затем сообщил о своем решении завершить довольно бессмысленное официальное собрание, от чего Фейт хотелось вздохнуть с облегчением, но она сдержалась. Только в такие моменты она страстно желала услышать голос злого правителя, который провозглашал, что очередное невыносимое заседание закрыто.
10. Царское офицерство внесло в командирский корпус Красной Армии идеи паразитизма, стремления избежать честной службы, нежелание осваивать военное дело по-настоящему и подлость.
Лорды Хай-Фэрроу встали, лениво переговариваясь друг с другом, и медленно направились к выходу. Фейт с нетерпением смотрела вслед каждому из них, пока те выходили, слишком медленно.
11. Большевики не успели и не сумели совладать с менталитетом царского офицерства, кроме того, негативные качества были добавлены выскочками Гражданской войны, что предопределило трусость и предательство массы офицерства Красной Армии, особенно в начале Великой Отечественной войны.
Король и принц остались на своих местах, и она тоже не сдвинулась с места, пока все знатные уши не покинули комнату и главные двери снова не закрылись. Фейт расслабилась, услышав как те, со скрипом, захлопываются. Она расправила затекшие плечи, прежде чем неторопливо подойти к королю, остановилась и положила руки на спинку пустого стула.
– Есть что сообщить? – спросил король скучным голосом под стать ее настроению.
12. В преддверии надвигающейся войны правительство обязано репрессировать у себя в стране «пятую колонну» предателей, и Правительство СССР это сделало.
Фейт потерла правый висок.
13. Ввиду грозного, кажущегося непобедимым врага часть генералов и руководителей СССР струсила и начала предавать в надежде получить от этого врага благодарность.
– Лорд Девон считает, что его интересы ущемляют, а его земли недостаточно велики, если это вас интересует.
14. В любой науке, финансируемой государством, главенствующие позиции очень быстро занимают алчущие денег и славы бездари, после чего они душат все талантливое и действительно полезное. Перед войной в советской военной науке главенствующие позиции заняли теоретики, способные болтать на военные темы, но не способные воевать. Однако именно они и определяли строительство и подготовку армии к войне.
Король только усмехнулся.
15. Военные теоретики и генералы оказались неспособными вооружить перед войной Красную Армию необходимым оружием.
Она все равно продолжила:
16. Военные теоретики и генералы перед войной оказались неспособными подготовить Красную Армию в тактическом и организационном плане.
– Лорд Вактас думает, что ваши планы по обороне укреплений слабы, но боится об этом сказать. Лорду Фолли не нравится ваш голос. Постоянно повторяющееся слово «дурак» сложно игнорировать. Но ведь вы не можете угодить им всем, верно?
17. Подготовка командных кадров армии до войны велась крайне затратным и крайне неэффективным способом. Таковой она остается и сегодня.
Король напряг челюсть, услышав оскорбление, в то время как принц едва заметно ухмыльнулся, сдерживая веселье.
– В последнее время никто ничего не планирует против вас. По правде говоря, все это становится немного скучным.
18. В начале войны значительная часть кадровых генералов и офицеров предали Советский Союз и отказались исполнять свой воинский долг и присягу.
Правитель откинулся на своем внушительном троне, опершись локтем на обтянутый бархатом подлокотник, и в спокойном раздумье выпятил мощную челюсть. Он не нуждался в великолепном троне, чтобы утвердить свое господство, нависающее над всем залом, и все же она не могла представить его сидящим на чем-то маленьком.
19. За трусостью и подлостью генералов и офицеров требуется надзор правительства, особенно в начале войны, при сильном противнике и в случаях военных неудач до тех пор, пока война не отберет достойных командиров.
Фейт молчала, ожидая, когда ее отпустят, что обычно происходило быстро. Но когда он не освободил ее на вторую половину дня, у нее внутри все сжалось от страха.
20. Победа в Великой Отечественной войне предопределена тем, что Россия на тот момент была коммунистической, а возглавлял страну и армию самый талантливый коммунист — И. В. Сталин.
Орлон глубоко вздохнул, прежде чем снова заговорить.
21. В армии мирного времени самые талантливые и нужные в войне генералы не допускаются серой генеральской массой на те должности, которые они и вправе, и обязаны занимать. Это нам полезно знать?
– На следующей неделе король Олмстоуна, Варлас, и король Райенелла, Агалор, нанесут визит в Хай-Фэрроу. Они пробудут здесь неделю и посетят собрания.
От волнения Фейт крепче сжала деревянную спинку стула и молча прокляла духов, желая им гореть в преисподней, уже предвидя опасное предложение, которое вот-вот должно было свалиться на нее.
– Мне потребуется твое присутствие, чтобы убедиться в их преданности союзу, и нужно выяснить планы обороны их королевств, помимо того что они раскроют сами.
Услышав это вслух, она побледнела от ужаса при мысли о том, чтобы проникнуть в умы древних и могущественных правителей Унгардии, и безвольно опустила руки по бокам.
– При всем должном уважении, Ваше Величество…
– Позволь прояснить: это не просьба, – твердо сказал он, пресекая протесты. – Надеюсь, ты улучшишь свои маленькие трюки, главная шпионка. Если кто-то из них обнаружит, что ты шныряешь вокруг, не сомневайся, я с радостью выдам тебя и буду отрицать, что вообще что-то знаю.
Она с трудом сглотнула, но горло все равно болезненно пересохло.
Король Орлон с нетерпением ждал, пока она неохотно кивнет в знак повиновения. Коварная и довольная улыбка расплылась на его жестоком лице, и Фейт похолодела. Затем он небрежно махнул рукой, отпуская ее, и она отступила на шаг, склонив голову, прежде чем резко развернуться и броситься к выходу, отчаянно желая уйти до того, как воздух в зале совета станет слишком густым, чтобы им можно было дышать.
Поспешно выйдя за дверь, она словно окаменела, маршируя по коридорам, в то время как разум был поглощен безумно сложной задачей, возложенной на нее. Фейт только приноровилась проникать в умы лордов Хай-Фэрроу и оставалась под защитой короля, если бы ее случайно обнаружили. Он мог заставить замолчать любого из них, чтобы сохранить свое секретное оружие втайне. Однако проникновение в разум другого короля… Если ее поймают, спасения не будет, а о последствиях даже думать не хотелось.
Руки дрожали, и Фейт крепко сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони от страха и злости. Ей было жарко и тесно, и она расстегнула жакет, прежде чем войти в покои, думая, что задохнется, если подождет еще немного. Ей хотелось сжечь дотла эту форму – кандалы королевской рабыни, выставленные на всеобщее обозрение.