Кинговеды дотошно подсчитали количество музыкальных и киношных цитат в разных томах «Темной Башни». Заметили и то, что необычный финал эпопеи взят из культового сериала середины 60-х «Пленник» (The Prisoner), снятого Патриком Макгуэном — там герой в конце тоже возвращался к началу действия. Нечто похожее происходит и в линчевском сериале «Твин Пикс», где действие вообще начинает развиваться в обратном направлении. Автор книги «Дорога к Темной Башне» Бев Винсент отметил, что автор, достигнув своей Башни — завершения эпопеи — сделал то же, что его герой. То есть вернулся к первой фразе, к началу похода. Туда, где у него еще был шанс добиться успеха.

Но у его мира такой шанс вряд ли остался. Техника здесь давно проржавела, земля не родит, животные превратились в уродливых мутантов. Люди выполняют механическую работу или дурманят себя бес-травой. Величественный Луд превратился в свалку мертвых машин, где копошатся жалкие людишки, ежедневно истребляющие друг друга. Но страшнее всего Бесплодные земли за Лудом, которые путники видят из салона чудо-поезда Блейна: «В результате какого-то жуткого катаклизма вся земля, распростершаяся под ними, была как бы выжжена и расплавлена. Поверхность ее превратилось в застывшее озеро спекшегося черного стекла, вздувшегося пузырями и складками, которые, собственно, и холмами называть было трудно. Между этими складками черная гладь обрывалась вниз, как бы проваливаясь в расщелины и углубления, которые было бы проблематично назвать долинами. Несколько скрюченных низкорослых деревьев тянулись к небу своими голыми изувеченными ветвями. Время от времени на поверхности попадались куски каких-то керамических труб, пробившихся сквозь запекшееся стекло. Между трубами, набрасываясь друг на друга, летали какие-то странные существа, похожие на птеродактилей, с кожистыми крыльями без перьев и крючковатыми клювами».[103]

Разбрасывая по ландшафту Срединного мира приметы земной цивилизации, Кинг говорит: посмотрите, достаточно одного неверного шага, чтобы наш мир стал таким! Это может быть злая воля Алого Короля, как бы он ни назывался — разве эта воля не видна повсюду в человеческой истории? Или роковая случайность наподобие эпидемии супергриппа, следы которой ка-тет увидел в «альтернативной» Топике 1986 года. Или жадность, побуждающая людей выкачивать последние запасы нефти, отравлять реки и вырубать леса. Или результат безумного эксперимента, затеянного учеными ради всеобщего блага или просто из любопытства. Всего этого в произведениях СК хватало и раньше, но каждый раз катастрофу останавливали в последний момент. Или, как в «Противостоянии», горстка уцелевших самоотверженно бралась за восстановление прежнего мира со всеми его гамбургерами и бейсбольными чемпионатами. Кинг с его здоровой провинциальной закваской не верил, что люди — без войн, без эпидемий — могут просто не захотеть жить.

А мы верим. Мы видим бесплодные земли, изгаженные многолетним «преобразованием природы», обветшавшие города, ржавеющие гиганты индустрии. Поголовное пьянство и наркоманов, готовых за дозу убить родную мать. Женщин, которые ежегодно делают аборты или просто спускают новорожденных в канализацию. На Западе все почище, но не менее безысходно — белое население, раса Стрелков, вымирает, уступая дорогу новым племенам, чуть медленнее идущим тем же путем вырождения. Толкин еще в сороковых прозорливо заметил этот процесс опрощения и огрубления человеческой породы. Кинг с его либерализмом не хочет замечать его и сейчас — он просто говорит, что мир «сдвинулся с места». Но это и есть настоящий Апокалипсис, «не взрыв, но всхлип». Всхлип нерожденного младенца в утробе матери. И победи Стрелок хоть дюжину Алых Королей, он не вернет этого младенца, как не вернет людям воли к жизни.

Впрочем, сам Кинг в Апокалипсис не верит. Когда его лет десять назад прямо спросили об этом, он ответил: «Видите ли, для каждого человека существует только одна смерть — собственная. Шанс, что она совпадет с гибелью мира, меньше, чем шанс погибнуть от удара молнии посреди Сахары. Хотя он все-таки есть». В другой раз ему был задан вопрос о наиболее вероятной причине гибели мира. На этот раз он замялся: «Война? Эпидемия? Вряд ли — все это уже было и оказалось не слишком эффективным. Скорее всего, нашему старому Солнцу просто надоест однажды нас греть. Но хочется верить, что это случится где-нибудь через пару миллиардов лет». Впрочем, СК понимает — когда бы ни наступил конец света, он все равно будет внезапным. В 1990 году он написал рассказ «Вечер у Бога», в котором Всевышний в раздражении разбивает нашу планету, заслоняющую от него телеэкран — она мешает смотреть шоу Робина Уильямса. А когда святой Петр говорит, что Уильямс был в это время на Земле, Бог безмятежно отвечает: «О, не беда, у меня есть все его кассеты. Хочешь пива?»

Завершающие романы о Темной Башне отняли у Кинга полтора года, а последний из них стал его самой большой работой после «Противостояния». В одном из интервью он сказал: «Мне необходимо было закончить это. Я хотел осуществить желание 22-летнего юнца, мечтавшего написать самый длинный в истории популярный роман. И вот он — 2500 страниц или даже больше (на самом деле в семи романах их 3872). Это было все равно что переплыть Атлантику в ванне, и я не раз заставлял себя продолжать писать. Если бы я остановился, то уже не смог бы начать снова». В другой раз он сказал: «Моя идея состояла в том, чтобы использовать цикл историй о Темной Башне как некое подведение итогов, объединение максимального количества написанных ранее произведений под крылом одной сверхистории. Речь тут не о претенциозности, а только о способе показать, как жизнь влияет на искусство (и наоборот)».[104]

С этой точки зрения появление автора в собственном произведении вполне естественно. Тот же Винсент отмечает, что Кинг в последних томах «Темной Башни» пародирует античную тему «бога из машины», который в нужный момент вмешивается в ход действия. Герои относятся к этому по-разному. Отец Каллаген приходит в волнение, прочитав «Жребий», где описана его история — ведь ее могут знать только он сам и Бог. У Роланда отношение более спокойное — в его мире вымысел и реальность соединены куда тесней, чем в нашем. Главное, чтобы писатель делал свое дело. «Когда ты не сможешь больше писать, — говорит он Кингу при первой встрече, — когда песнь Черепахи и рев Медведя стихнут в твоих ушах, ты можешь отдыхать. Но если услышишь их вновь, тут же начинай писать». При этом ошибки, совершенные автором, становятся реальностью для героев. По его воле Эдди вырос в районе Кооп-Сити, находящемся в Бруклине вместо реального Бронкса, а Сюзанна на станции метро «Кристофер-стрит» попала под знаменитый поезд А, который через эту станцию не ходит.

При этом Кинг появляется в «Темной Башне» не только как герой, но и как рассказчик, берущий читателя за руку и показывающий ему место действия: «Мы стоим на вершине холма и ждем, что он подойдет к нам. Он идет… Поднимается на холм, так близко от нас, что нам в ноздри ударяет кислый запах его пота. И вот тут мы должны присоединиться к нему, влиться в него, хотя рассказать о том, что чувствует сердце Роланда в этот самый момент, когда цель его жизни наконецто показалась вдалеке, не под силу ни одному рассказчику. Представить себе такое просто невозможно».[105] Кинг, как настоящий зритель, не видит всего — когда Патрик Дэнвилл покидает Роланда, он уходит и со страниц романа: «Здесь темнота скрывает его от глаза рассказчика».

Под конец автор заботливо предупреждает: «Дорогой Постоянный Читатель, вот что я вам скажу: вы можете остановиться здесь… Если вы пойдете дальше, то, уверяю вас, будете разочарованы. Более того, у кого-то может разбиться сердце. У меня на поясе остался только один ключ, и он может открыть только одну, последнюю дверь. То, что находится за дверью, не упрочит вашу любовь к жизни, на вырастит волосы на вашей лысине, не добавит пять лет от отпущенному вам сроку в этом мире (не добавит и пяти минут). Нет такого понятия, как хэппиэнд».[106] Предвидя обвинения, Кинг слегка ворчливо объявляет о своей ненависти к завершению романов: «Концовки бессердечны. Концовка — закрытая дверь, которую ни один человек не может открыть. Я написал много концовок, но лишь по той же причине, по какой надеваю штаны перед тем, как утром выйти из спальни: таков уж обычай этой страны».

Писатель хотел сделать книги цикла как можно более красочными и поручил эту работу издательству «Дональд Грант», с которым работал и раньше. Иллюстрации к «Волкам Кальи» делал Берни Райтсон, к «Песни Сюзанны» — Даррел Андерсон. Кинг особо настаивал, чтобы последний роман иллюстрировал художник «Стрелка» Майкл Уилан. Как всегда у Гранта, книги вышли ограниченным тиражом и получились довольно дорогими, по $60–70, но позже «Скрибнер» выпустил их массовые издания, которые смогли купить все фанаты Кинга. Отклики были самые разные, от восторженных до разгромных. Однако все признавали «Темную Башню» главным творением Кинга, во многом изменившим его писательское лицо. Возможно, для будущих поколений читателей СК будет не «мастером ужасов», а создателем Одной Главной Книги. И не предчувствовал ли он это в 22 года, мечтая, что едва начатый «Стрелок» станет его «Горменгастом» или «Властелином колец»?

Завершив эпопею, Кинг писал: «Ни на один проект в моей жизни я не положил столько сил, и я знаю, что полностью успешным назвать его нельзя. Да и разве может быть таковой хоть одно произведение, созданное воображением? Тем не менее, я не отдам назад ни одной минуты из того времени, что прожил в где и когда Роланда. Эти дни в Срединном и Крайнем мирах были удивительными. В эти дни мое воображение работало так четко, что я мог унюхать запах пыли и услышать треск кожи».[107] Для писателя это счастье — скажите спасибо! — и хочется надеяться, что немного этого счастья перепадет и тем, кто читает удивительную историю Стрелка и его друзей.

4. Бегство от свободы

Кинг не раз повторял, что часы и дни после столкновения на шоссе 19 июня были самыми худшими в его жизни. Дикая боль, бессонница, унизительное бессилие калеки — все это живо напоминало кошмары из написанных им книг. Это заметили все, включая недоброжелателей: нашлись те, кто объявил случившееся с ним Божьей карой. Но их мнение беспокоило СК куда меньше, чем собственное здоровье. В ноябре 1999-го с его ноги окончательно сняли шины, но впереди была промозглая мэнская зима, от которой его состояние могло снова обостриться. По совету Табиты они сняли дом на курорте Сарасота в юго-западной Флориде, где прожили с января по март. Они и до этого провели во Флориде два зимних сезона, как делают многие богатые американцы. Местный климат явно пошел на пользу изломанным костям писателя, и он решил впредь проводить на юге каждую зиму. В следующем году он присмотрел для себя благоустроенный дом флоридского миллионера Джеффри Джонса и летом 2001-го купил его за $8,9 миллионов. На его выбор повлияло то, что в Сарасоте зимой отдыхали многие художники и литераторы, а неподалеку жил старый приятель Страуб.

Злосчастная авария изрядно оживила упавшую было популярность Кинга. Фанаты встряхнулись и завалили почтовое отделение Бангора письмами и телеграммами своему кумиру — их пришло более 50 тысяч, не считая тех, что передавались по имэйлу. А новое поколение, слушающее хип-хоп и считавшее СК «отстойным папиком», любопытства ради заглянуло в его романы, которые многим пришлись по вкусу. В 2000 году в Штатах было продано 12 миллионов его книг — в полтора раза больше, чем в предыдущем году. Тогда же он занял 13-е место в списке самых влиятельных лиц шоу-бизнеса, к которому в Штатах причисляют литературу (о времена, о нравы!). Из писателей его опередила только Дж. К. Роулинг со своим «Гарри Поттером», но он не ревновал — книга ему понравилась, тем более что англичанка не раз публично признавалась в любви к его произведениям. Не исключено, что успех поттеровского сериала стал одной из причин, побудивших-таки СК завершить «Темную башню». С другой стороны, в последних романах Роулинг чувствуется влияние Кинга (или, скорее, жанра, в котором он пишет). В шестом «Поттере» дело дошло до появления оборотней, а потом и зомби. Да и колорит там, в отличие от первых книг, совсем не детский и вполне кинговский.

Еще больше выросли тиражи в 2001 году, когда Кинг выпустил в свет начатый еще до болезни роман-воспоминание «Как писать книги». Американцы с их страстью к мемуарам раскупали эту книгу особенно охотно — ведь в ней была изложена официальная версия биографии писателя, о которой широкая публика мало что знала. Книга вышла в начале мая, когда Кинг впервые с момента аварии появился на публике в Нью-Йорке, в зале Бауэри на Дилэнси-стрит, где проходила ежегодная Книжная неделя. Три сотни книголюбов встретили его овацией, разглядывая иссиня-бледное лицо Кинга и его громоздкий алюминиевый костыль. Кинг коротко рассказал о своем самочувствии, после чего в гробовой тишине зала прочитал рассказ «Теория ЛТ о домашних животных».

Еще до этого, в феврале, был написан другой рассказ — «Верхом на пуле». Его герой, студент Алан Паркер, едет в родной город к матери, попавшей в больницу, и забредает ночью на кладбище, где видит странную могилу разбившегося на машине Джордж Стауба (почти Страуба, хе-хе). Потом он ловит попутку и в пути с ужасом узнает в ее водителе мертвого, собранного из кусков Стауба, готового забрать его в преисподнюю. Призрак предлагает ему обменять свою душу на жизнь матери, которая и так одной ногой в могиле. «Бери ее!» — из последних сил кричит Алан, вываливаясь на обочину. Потом он спешит в госпиталь, не надеясь уже застать мать в живых, но она жива и умирает только через семь лет. Быть может, все случившееся было лишь видением героя, но он не верит в это — отныне вся его жизнь омрачена сознанием своего предательства.

В духе времени Кинг решил не публиковать рассказ, а продать его через Интернет по $10 за копию. Неожиданно идея оказалась удачной — поклонники уплатили за новое произведение как минимум $150 тысяч. Это вдохновило СК выпустить в том же виде подзабытую повесть «Растение». К лету были написаны три новых части, которые вместе с предыдущими по очереди засылались в сеть по $15 за копию. Первые сборы были неплохими, но потом интерес к повести упал — тем более, что ничего интересного в ней так и не произошло. В декабре шесть частей «Растения» начали продаваться вместе, однако и это не вызвало читательского бума. Хуже того, многие предпочли пиратскую копию, которая уже через пару недель пошла гулять по Интернету. Всего за «Растение» удалось выручить около $500 тысяч с учетом накладных расходов — немало, но значительно меньше, чем рассчитывал автор. Это на время отбило у Кинга интерес не только к продолжению повести, но и к электронной коммерции.

В апреле 2001-го полуторамиллионым тиражом вышел долгожданный роман «Ловец снов». Его первые наброски писатель сделал через месяц после аварии, лежа в постели, при помощи гелевой ручки — «лучшего в мире компьютера». Роман перекликался сразу с несколькими книгами Кинга, особенно с «Томминокерами» и «Оно». Действие происходит в лесах к северу от Дерри, где в разгар зимнего охотничьего сезона компания четырех старых друзей оказывается лицом к лицу с инопланетянами, чей корабль сел где-то неподалеку. Эти существа подчиняют себе душу человека и одновременно откладывают в его тело споры, из которых вырастают громадные личинки — в остроумном переводе Татьяны Перцевой «срань-хорьки». Прогрызая тело хозяина, они выходят наружу в поисках новой пищи. В итоге двое друзей погибли, а один, Джоунси, вынужден делить тело с инопланетянином, которого он называет «мистер Грей» (почти мистер Смит из «Матрицы»). Остальные арестованы войсками вместе с сотнями местных жителей и туристов. От греха подальше их решено изолировать, а потом и уничтожить, как потенциальных носителей «космической заразы». От бойни спались немногие, включая одного из оставшихся друзей — психотерапевта Генри. Только он и взятый в плен Джоунси понимают, что происходит, и пытаются любой ценой остановить злобных пришельцев.

В «Ловце снов» кровавых сцен не меньше, чем в ранних романах Кинга. В предисловии автор признавался, что физические страдания, которые он переживал после аварии, отразились на романе, сделав его чересчур мрачным и болезненным. Правда, и в нем есть место для добрых чувств — это дружба четырех товарищей, родившаяся еще в детстве, когда они вместе защищали от хулиганов безобидного дауна Даддитса. Сейчас он тоже с ними и помогает им победить инопланетян, жертвуя при этом жизнью. Даддитс — двойник Сета из «Регуляторов», в избытке наделенный «сиянием», но не знающий, в какую сторону его направить. Под влиянием друзей он делает правильный выбор и дает им самим силы для борьбы. «Это подарок их четверке от подлого поганого мира, от которого обычно не дождешься прошлогоднего снега. Даддитс — нечто поразительное, облагородившее их души, и они любили его».[108]

Действие романа происходит в Дерри, и немудрено, что здесь снова появляется клоун Пеннивайз — но лишь мельком, как тень из прошлого. Он вполне сочувствует пришельцам, поскольку они, по Кингу, служат той же силе — вселенскому Злу. Хотя, похоже, космические пираты вообще не имеют понятия о добре и зле — им просто нужно выбраться со своей неуютной планеты, погубленной то ли природой, то ли ими самими. В Земле они видят лишь поле для колонизации, а в землянах — досадную помеху, которую нужно устранить. Это сюжет сотен книг и фильмов, начиная с «Войны миров», но Кинг повернул его по-своему. Пусть инопланетяне бесчеловечны, но ничуть не лучше военные, без колебаний выполняющие приказ об убийстве своих сограждан. Их нравственная мутация ничуть не лучше физической мутации человека под действием инопланетного «рака». Не случайно ими командует полковник Курц — совершенно свихнувшийся герой «Апокалипсиса сегодня» Фрэнсиса Копполы.

Свою нелюбовь к милитаризму и шпиономании Кинг не раз выражал публично, особенно после прихода к власти администрации Буша. Он, как и все, был потрясен терактами 11 сентября и в своей статье в «Нью-Йорк таймс» писал: «Это не фильм и не книга — это просто люди, вооруженные всего лишь ножами для резки бумаги, захватили самолет и подчинили его своей воле. Стоимость вооружения террористов составила меньше ста долларов. И тем не менее, эти недоразвитые малобюджетные камикадзе спокойно пролетели прямо под зорким оком радаров американской службы безопасности… Все, что у них было — это желание умереть и нести смерть остальным. Это может случится снова. И теперь, когда все эти чокнутые по всему земному шару видели, что в принципе с Америкой можно сотворить все, что угодно, — это почти наверняка повторится».

В тот момент Кинг вряд ли помнил, что в рассказе «Конец всей этой мерзости» уже предсказал нечто подобное: «В 2003 году группа „Сыновья Джихада“ взорвала нейтронную бомбу в Лондоне. Радиацией было заражено шестьдесят процентов английской столицы, а ее остальная часть превратилась в исключительно вредное для проживания место».[109] И тогда, и теперь он видел один путь предотвращения этого — не лихие «точечные удары» по террористам, а медленная работа по строительству более гуманного и справедливого мира. С наивностью истинного шестидесятника он уверял: «Накормите голодных, и их дети уже не захотят бросать в вас бомбы». Поэтому дальнейшие шаги властей — вторжение в Афганистан, а потом в Ирак — встретили у писателя резко отрицательное отношение. В марте 2003-го он и его соратники по рок-группе оказались в числе 147 американских писателей, подписавших антивоенное послание президенту: «Мы считает, что Соединенные Штаты не должны присоединяться к тем, кто творит зло — это только умножит количество зла на планете». В последнем романе «Парень из Колорадо» он пишет: «Что президент делает на Ближнем Востоке? Мы не знаем этого, потому что он сам не знает». Осенью 2004 года Кинг уехал во Флориду раньше срока, чтобы принять участие в предвыборной кампании демократов. На митинге их кандидата в президенты Джона Керри он заявил: «Благодаря Бушу мы рассорились со всем миром. Он умудрился просрать то всеобщее сочувствие, с которым к нам относились после 11 сентября».

Свои взгляды на ситуацию в мире писатель подробно изложил в мае 2001-го, выступая перед выпускниками колледжа Вассар. Радостной молодежи он говорил довольно мрачные вещи — о болезнях, страдании и смерти, для которой ничего не значит золотая карта «Америкен экспресс». Еще он сказал: «Представьте себе маленький уютный дворик, где семья жарит барбекю, а за оградой стоят голодные женщины и дети. Этот дворик — Америка, а голодные люди, которые стоят за оградой и смотрят, как мы едим — большая часть мира. В нашей стране живут пять процентов мирового населения, которые потребляют 75 % мировых ресурсов. Объедками, которые средняя американская семья оставляет после праздничного обеда в День Благодарения, можно неделю кормить целую либерийскую деревню. Поколение Вудстока, мечтавшее когда-то изменить мир, теперь большей частью погрузилось в уютную спячку у своих телеэкранов… Но вы молоды, и у вас есть силы помочь, силы изменить положение. Конечно, деньги, которые вы достаете из кошелька, не спасут мир, но они могут помочь конкретному человеку».

Летом 2001 года Кинг закончил «Черный дом» (вышедший в сентябре), а осенью написал короткий роман «Почти как „бьюик“» — в оригинале он называется «Из „бьюика-8“». Его замысел родился в дальней поездке, когда СК оставил свой «линкольн» на обочине и отошел подальше в кусты «отдать долг природе», как это когда-то поэтически называли. Дело было уже сделано, когда ноги писателя вдруг поехали на скользкой глине, и он едва не свалился в какой-то овраг. Возвращаясь к дороге, он представлял, как умирает на дне, а его осиротевшую машину буксируют к полицейскому участку и держат там до тех пор, пока до этой глухомани не доберутся ее приметы. Но что если пустую машину на шоссе бросит не знаменитый писатель, а инопланетяне? Так в творчество Кинга через много лет после «Кристины» вернулась тема автомобиля-убийцы.

Такую машину — с виду обычный «бьюик-роудмастер» 1954 года — нашли полицейские из городка Стэнтон в Пенсильвании и поставили ее в гараже участка. Тут-то и выяснилось, что эта вещь только маскируется под «бьюик», а на деле служит мостом в другой мир. Туда исчезают чересчур любопытный полисмен и сбежавший преступник, а оттуда являются странные растения, животные и даже один инопланетянин, которого сотрудники забили насмерть — слишком уж уродливым он был. «Желтое чудовище с головой, которая в общем-то и не голова, а переплетение розовых отростков, шевелящихся и извивающихся. А под ними — желтая сморщенная кожа. Ростом за семь футов, оно превосходило человека. Оно издавало какието звуки, похожие на те, когда ночной мотылек бьется о стекло, пытаясь добраться до светящейся в комнате лампы».[110]

Роман казался возвращением к прежнему Кингу с его принципом «все непонятное страшно». На самом деле это была всего лишь стилизация — автора интересовали не зловещие пришельцы, а их воздействие на души полисменов из патрульного взвода Д, напоминающее о «Зеленой миле». Одни равнодушно проходят мимо «бьюика», другие предлагают как можно скорее уничтожить его, третьи пытаются изучать. Многие умирают, будто проклятые машиной. Сын одного из погибших Нед Уилкокс приходит в полицию с одной мыслью — разгадать тайну «бьюика». Однажды он заглядывает в кабину, и товарищам едва удается спасти его. «Нед начал уходить в сиденье, которое больше таковым не являлось. Оно исчезало, растворялось в поднимающемся снизу яростном свете… Я видел небо. Пурпурное, в облаках, сверкающее молниями. Совершенно чужое небо. В нем, сбившись в стаи, летали какие-то существа. Чуть дальше я увидел ковбойский сапог, большую часть кожи покрывала черно-серая плесень. Боковина сапога прорвалась, и через дыру виднелась желтоватая кость».[111] И все же терпение полицейских победило — однажды «бьюик» взял и рассыпался, унеся тайну с собой.

После «Бьюика» Кинг занялся отбором рассказов, написанных за десять лет, для четвертого сборника под названием «Все предельно» (он вышел в марте 2002-го). Заглавный рассказ, где действует будущий персонаж «Темной Башни» Динки Эрншоу — о нравственном выборе человека. Юного мизантропа Динки, отвергнутого обществом, берут на содержание агенты организации «Трэн корпорейшн», чтобы он при помощи телепатии ликвидировал неугодных им лиц. По первому требованию ему доставляют все, что он захочет — вплоть до картины Рембрандта или фото Николь Кидмен с автографом. За это он должен время от времени писать и отправлять по и-мейлу «особые» письма, действующие как заговоры на смерть. Первое время Динки наслаждается доставшейся ему властью, но быстро приходит в себя. Начав интересоваться биографиями убитых им людей, он узнает, что все они боролись против войны и насилия, и приходит к шокирующему выводу: «Я — всего лишь инструмент, окуляр, через которые смотрит настоящий бомбардир».[112] В итоге Динки убивает своего демонического куратора Шарптона и убегает — как потом выясняется, прямо в «шарашку» Алого Короля.

К Темной Башне имеет отношение и рассказ — вернее, небольшая повесть — «Смиренные сестры Элурии». Это эпизод из многолетних странствий Роланда, повествующий о том, как после ранения он попал в руки медсестер-вампиров, которые лечили пациентов только для того, чтобы после слопать. Одна из сестер, Дженна, влюбилась в Роланда и помогла ему бежать, но не смогла одолеть свою вампирскую природу и растаяла под лучами солнца. Еще один рассказ, «Счастливый четвертак» — типичная для Кинга мелодрама, рассказ о горничной Дарлин, которой кто-то из постояльцев оставил счастливую монету, позволившую сорвать все ставки в казино (оч-чень оригинальный сюжет!)

Кроме этих двух, все рассказы сборника относятся к «ужастикам». Часть их входила в книгу «Шесть историй», а «Баллада о блуждающей пуле» широко разошлась в Интернете. Поэтому читательский интерес к «Все предельно» оказался слабее, чем ожидал автор. Вдобавок большинство рассказов представляли собой простые зарисовки, причудливые фрагменты без начала и конца. Например, «Ланч в кафе Готам» описывает встречу разводящихся мужа и жены в обычном нью-йоркском ресторане. Супруги обмениваются колкостями, обедающий с ними психотерапевт жены (и, вероятно, ее любовник) пытается извлечь из ситуации свои выгоды, играет джаз — как вдруг метрдотель сошел с ума и набросился на посетителей с мясницким ножом. Его первой жертвой стал психотерапевт, а муж с женой, залитые его кровью, с трудом убежали от психа — но так и не помирились. Кинг объяснил: «Для меня, движущей силой был не сумасшедший мэтр, а безумные отношения между разводящимися людьми, в чем-то более безумными, чем он».[113]

Один из лучших рассказов сборника — «Комната для вскрытия номер четыре». Ее герой Говард Коттрелл, парализованный укусом змеи, был принят за мертвого и привезен в больницу для вскрытия. Он все видит и слышит, но не может пошевелить пальцем и в панике наблюдает, как эскулапы готовят инструменты и обсуждают, где и как его резать: «Нижнее лезвие входит в живот, как в масло. Затем режет нервный узел в солнечном сплетении, мышцы и сухожилия расположенные выше. Добирается до грудины. Когда лезвия сходятся на этот раз, раздается скрежет, ребра разваливаются в стороны, как две половины бочонка, стянутые веревкой. А ножницы все режут мышцы и кости, превращая Говарда Завоевателя в рождественский обед, который никто есть не будет».[114] Несмотря на нарастающий ужас, он успевает фиксировать развитие отношений между тремя медиками — явный интерес сексапильной докторши Кэти к молодому врачу и неприязнь к громиле-санитару с его дурацкими шутками. Однако именно санитар в последний момент приносит новость о том, что пациента укусила змея и он, возможно, жив. Конец счастливый, даже забавный: «Кэти Арлен и я встречались четыре месяца. Расстались по взаимному согласию, в силу сексуальной несовместимости. У меня вставало, лишь когда она надевала резиновые перчатки».[115]

Следующий рассказ «В комнате смерти» — киношный эпизод пытки американского журналиста в какой-то стране Центральной Америки. Здесь, как и в предыдущем случае, мы видим беспомощного главного героя и четверку его палачей с запутанными личными отношениями. Но цель у Флетчера другая — выжить, вырваться из рук мучителей, которые подозревают его в связи с коммунистическими партизанами. Как полагается в голливуском кино, он героически перестрелял их, а пыточных дел мастера Хайнца (немецкое имя здесь необходимо) прикончил его же орудием труда. Детально описано, как глаза Хайнца выплескивались на щеки, а язык «загорелся, как тряпка». Да и сам он какой-то тряпочный, как все герои рассказа.

Герой рассказа «Дорожный вирус направляется на север» — еще одно альтер это Кинга, писатель Ричард Киннел. По пути домой он купил на распродаже странную картину с изображением зловещего типа за рулем машины и подписью, вынесенной в заглавие. Ее автор, художник-наркоман, недавно покончил с собой, уничтожив все свои полотна, кроме одного. Отправившись дальше, Киннел обнаружил, что картина странным образом меняется — изображенный на ней человек явно ехал вслед за писателем. И не только ехал, но и зверски убивал всех, с кем общался Киннел. Все попытки уничтожить картину оказались тщетными. Под конец Дорожный вирус явился в дом писателя, и перед смертью тот успел увидеть, что машина на холсте остановилась у его крыльца, и водителя в ней нет. В рассказе Кинг описал подлинную картину, действительно купленную им на распродаже. От нее пришлось избавиться из-за детей — они утверждали, что глаза водителя на картине следят за ними. Кстати, ожившие картины есть и в других произведениях СК — вспомним «Мареновую Розу».

Рассказ «Чувство, имя которому есть только на французском» странным образом повторяет новеллу Виктора Пелевина «Вести из Непала». Его героиня, едущая с мужем на модный курорт, вновь и вновь переживает мгновения перед неизбежной гибелью в автокатастрофе, вспоминая заодно всю свою жизнь. Под конец она понимает, что находится в аду, который по Кингу (и Пелевину) есть бесконечное повторение одних и тех же рутинных событий. Естественно, французское слово в заглавии — это «дежавю». Самый известный и уже экранизированный рассказ сборника — «1408», посвященный проклятому номеру отеля. В предисловии Кинг пишет: «Номера отелей сами по себе вызывают страх, не так ли? Входя в номер, поневоле задаешься вопросом, сколько людей спали до тебя на этой кровати? Сколько среди них было больных? Сколько сумасшедших? Сколько думало о том, чтобы прочесть несколько строк из Библии, что лежит на прикроватном столике, и повеситься в стенном шкафу у телевизора?».[116]

Работая над «Как писать книги», Кинг в качестве пособия молодым писателям набросал начало типического ужастика, который потом дописал — не пропадать же добру! И правильно сделал, поскольку рассказ «1408» получился почти образцовым. В нем разоблачитель всяческой мистики Майк Энслин собирается провести ночь в номере отеля «Дельфин», где ранее покончили с собой двенадцать постояльцев. Напряжение нагнетается медленно — вначале менеджер отеля долго отговаривает Майка от его предприятия, потом они добираются до злополучного номера, и смельчак открывает дверь. Номер как номер, только дверь немного скособочена, как и картины на стенах — типичная «адская геометрия» по Лавкрафту. Об увиденном он сообщает в диктофон, и дальше мы следим за происходящим по этим отрывочным сообщениям. «Рваный ритм записи, в сочетании с все более бессвязной речью у большинства слушателей вызывают тревогу. Многие просят выключить пленку задолго до того, как запись, очень короткая, подходит к концу. Словами невозможно адекватно передать нарастающую убежденность слушателя в том, что человек, который диктовал эту странную запись, сходит с ума».[117]

Неправильности, вначале небольшие, начинают зловеще нарастать — меняются картины на стенах, исчезают вещи. В меню на тумбочке появляется надпись по-французски: «Птицы, запеченные в дерьме» (надо же, французы могут есть и такое! — сонно думает герой). Воздух превращается в вязкий кисель. В телефонной трубке раздаются голоса: «Даже если ты уйдешь из этого номера, ты никогда не покинешь его!» Охваченный безумием, Майк поджег на себе рубашку и выскочил в коридор, где, по счастью, наткнулся на соседа с ведерком льда. Он выжил, но кончился как писатель — «он не может написать почтовую открытку, не почувствовав, как его прошибает холодный пот, а желудок болезненно сжимается».[118] Ничего случившегося в отеле он не помнит, но каждую ночь ему снятся кошмары — он так и не покинул номер 1408.

Рассказ «Человек в черном костюме» описывает встречу девятилетнего мальчика с дьяволом в гуще мэнского леса. Одетый в черный костюм монстр со сверкающими золотыми глазами и длинными когтями на руках хотел съесть мальчика, но тот сумел убежать и прожил долгую счастливую жизнь. Но до конца ее, до медленного угасания в доме престарелых он не переставал бояться, что дьявол придет за ним снова. Кинг написал эту историю под впечатлением рассказа своего приятеля о том, как его дед встретился с нечистым. Кроме того, «Человек» напоминает известную новеллу Готорна «Молодой Гудмен Браун», которую СК считает одним из лучших американских рассказов. До того, как войти в сборник «Все предельно», он был опубликован в «Ньюйоркере» и получил премию О. Генри за 1996 год.

Рассказ «Все, что ты любишь, ветром унесет» — по-чеховски грустная история коммивояжера, решившего застрелиться в захолустном мотеле в Небраске — от усталости, от одиночества, от равнодушия жены и дочери (чаще всего они общаются при помощи СМС-сообщений, и — характерный штрих — в последнем он впервые за пять лет сообщил жене, что любит ее). От самоубийства Альфи Зиммера удерживают только надписи в придорожных сортирах — он давно собирает их и лелеет надежду издать в виде книги. Теперь он стоит у края поля и гадает — если в фермерском доме по соседству снова зажжется свет, он отложит пистолет, вернется домой и напишет свою книгу. История остается без финала, и Кинг лишь предлагает читателям «помолиться за всех Альфи Зиммеров в этом мире». В рассказе «Смерть Джека Хэмилтона» писатель выдает свою, довольно запутанную версию гибели в июле 1934 года знаменитого ганстера Джона Диллинджера.

Стоит отметить, что ни в одном из рассказов сборника, кроме чисто литературного «Человека в черном костюме» и сказочных «Смиренных сестер», нет никаких монстров. Это в высшей степени характерно для позднего Кинга — все ужасы находятся внутри человека. Вампиры, оборотни, да и злобные инопланетяне — все это проявления «коллективного бессознательного», которые воплощают в себе разрушительные эмоции людей. Кинг всегда клянется читателям в своей честности, но, похоже, не верит и никогда не верил в реальность созданных им монстров. И слава Богу — иначе он давно бы пребывал не в бангорском особняке, а в какой-нибудь маленькой психиатрической больнице.

Завершая работу над сборником «Все предельно», Кинг снова заявил, что после завершения цикла Темной Башни бросит писать: «Возможно, мои поклонники расстроятся, зато многие писатели и издатели вздохнут с облегчением и скажут: „Наконец-то он заткнулся“». То же говорилось в «интервью» с самим собой, которое Кинг вывесил в июне 2002-го на своем сайте. Однако Сьюзен Малдоу из «Скрибнера» отнеслась к его словам скептически: «Слух о том, что он бросает писать, старше Мафусаила, а он по-прежнему пишет». Так же беззаботен был Ральф Вичинанца: «Из своего опыта общения со Стивом я вынес ощущение, что он любит общаться с людьми, а писательство для него — главный способ общения».

Летом 2003-го последний том эпопеи был завершен, и кингоманы застыли в напряженном ожидании. Не чая уже дождаться от своего любимца новых произведений, они с удвоенной энергией принялись разыскивать старые. В то время известный знаток творчества Кинга австралиец Роки Вуд и двое его американских коллег объявили о предстоящем издании сборника «Неизданный Стивен Кинг». В свое время СК, делая уборку в кабинете, решил избавиться от груды старых черновиков и подарил их своей «альма матери» — Мэнскому университету. Теперь ученые мужи, получив позволение писателя, вытащили его творения из архива и предъявили их читателям. В их числе были глава из начатого в 1970 году романа «Меч в темноте», юношеская поэма «Динозавр», куски рассказов и «Молли» — вариант сценария для «Х-Files», ставший позже «Чингой». Ко всему этому добавилась подробнейшая библиография, состоящая из четырех сотен названий. Массового читателя все это мало интересовало, поэтому издательство «Семетери дэнс» ориентировалось на богатых поклонников Кинга, выпустив новинку тиражом 2500 экземпляров в шикарных кожаных футлярах ручной работы (остается надеяться, что кожа была не человеческой, хе-хе).

Двумя годами раньше та же ученая компания выпустила еще один том, куда вошли ранний фантастический рассказ Кинга «Мебиус», сценарий «Они кусаются» и семь неоконченных рассказов. Что же осталось на стеллажах библиотеки Фоглера в Ороно? Не так уж мало — четыре романа, десяток рассказов, полтора десятка сценариев для кино и радио. В 1982 году Кинг почти закончил роман «Каннибалы» о зрителях, запертых в кинотеатре во время просмотра его фильма «Калейдоскоп ужасов». Через несколько дней заточения они потеряли человеческий облик и начали есть друг друга. В итоге СК счел роман слишком мрачным и решил его не дописывать. По той же причине был заброшен роман «На острове», начатый в 1986 году. Автор говорил о нем в интервью: «Он о том, как богачи заманили парней с улицы на необитаемый остров, чтобы поиграть с ними в пейнтбол. А там оказалось, что эти типы стреляют настоящими пулями, и большую часть тех парней перебили. Но двое или трое выжили и дождались случая, чтобы отомстить». Там же хранится фантастический роман «Джордж Макардл» и, возможно, неоконченные романы «Сорняки» и «Молочник», из которых взяты одноименные рассказы. Но и это не все — не менее десятка ранних рассказов СК рассеяны по редким малотиражным изданиям, за которыми идет настоящая охота.

Стоит сказать, что СК давно стал объектом внимания коллекционеров. Хотя его первые издания вышли совсем недавно, в семидесятые годы, их уже продают по четыре — пять тысяч долларов, особенно книги издательства «Даблдэй», которых из-за плохой склейки осталось довольно мало. Почти каждый роман Кинга и даже некоторые рассказы выпущены в отдельных нумерованных изданиях для избранных. Фаворитом оказался «Мой милый пони» — его издание с цветными иллюстрациями стоило $2600. Часть экземпляров «на корню» подписывается автором. Вообще-то СК не любит подписывать книги — во время нечастых выездов в народ ему приходилось работать ручкой так усердно, что вечером он не мог поднести ложку ко рту. Что ж, популярность требует жертв. После аварии, ссылаясь на плохое здоровье, писатель свел ежедневное количество автографов до пары сотен. Книги с его подписью, как правило, возрастают в цене в три раза и больше в зависимости от длины надписи.

Сегодня собиранием всего, что связано с именем Кинга, заняты не менее 600 человек в разных странах (прежде всего, конечно, в Штатах). Выбор у них богатый: книги, фильмы, лазерные диски, компьютерные игры, книги жены СК, а теперь и его сына. Все это можно купить через Интернет, но фэны предпочитают навещать книжный магазин Стью Тинкера в центре Бангора — там можно отыскать что-нибудь действительно редкое. Самый курьезный предмет коллекционирования — «гитара Стивена Кинга», которая сделана из ствола громадного дерева, «сыгравшего» в киноверсии «Куджо». В 1997 году было изготовлено 250 таких гитар, раскупленных кинголюбами по $3000 за штуку.

Конечно, поклонники Кинга организованы хуже, чем фанаты какой-нибудь футбольной команды. Тем не менее, у них есть своя кинокомпания («Касл-Рок энтертейнмент»), издательства («Семетери дэнс» и «Оверлук»), журналы и десятки интернет-сайтов. Самый, пожалуй, известный — сайт немецкого журналиста Ганса-Эйка Лильи http://www.liljas-library.com, существующий с 1996 года. Здесь можно найти практически любую информацию о самом Кинге и его произведениях. Неплохи сайты американских кинголюбов — http://www.horrorking.com и слегка стебный http://malakoff.com/sking.htm. По-немецки обстоятелен сайт http://www.stephen-king.de. И мы не лыком шиты — в Рунете функционируют превосходные ресурсы Дмитрия Голомолзина http://www.stephenking.ru и Сергея Думакова http://king.bestlibrary.ru. На сайте http://greatking.narod.ru/index.htm, кроме самого Кинга, публикуются тексты его российских поклонников — ну, это на любителя. Кстати, наши сайты, в отличие от законопослушных западных, предлагают посетителям не только обзоры творчества СК, но и сами его произведения.

Любовь фэнов давно перестала раздражать Кинга, а иногда и радует его, хотя он явно предпочел бы признание со стороны коллег по перу. С этим дело обстоит не так радужно — многие писатели до сих пор третируют его как представителя «низкого жанра». Он и сам соглашается с этим, меланхолично замечая: «Мои книги — как колбаса. Она может быть очень вкусной, но от этого не перестает быть колбасой». В другой раз он сравнил себя с Биг-Маком, чем вызвал отклик своего давнего поклонника Дэвида Кроненберга: «Думаю, в этом Кинг прав. Как Биг-Мак, он впечатан в повседневную жизнь людей, и как раз в этом его сила. Многим людям он внушает мысли, которые иначе ни за что не пришли бы им в голову. Конечно, это ограничивает его возможности, но для него такое ограничение идеально. Он делает именно то, что хочет, и в этой сфере предстает искренним и безупречным художником».

И все же с годами Кинг все сильней стеснялся своего литературного изгойства. Порой он избирал наступательную тактику: «Некоторые знакомые спрашивают меня: „Стивен, почему ты все время публикуешь романы о зомби, вампирах и демонах? Может, напишешь когда-нибудь о профессорах, у которых проблемы с потенцией, или что-нибудь типа этого?“ И я отвечаю: мне это неинтересно. Я абсолютно не стыжусь того, что я делаю, и книг, которые я пишу». В другой раз писатель начинал обороняться, смущенно бормоча что-то о Биг-Маках или ссылаясь на Диккенса, который тоже писал для широкой публики. И все же только слепой не видел, как ему хочется завоевать признание у литературного истэблишмента.

В октябре 2003 года этот «момент истины» все-таки наступил — СК удостоился медали Национальной книжной ассоциации «За выдающийся вклад в американскую литературу». Фактически это означало присвоение ему статуса живого классика, ведь до него эту награду получали такие авторы, как Джон Апдайк, Сол Беллоу, Тони Моррисон. Некоторые известные писатели выступили с протестом против такого решения, назвав его «ужасной ошибкой», а «Нью-Йорк таймс» предположила, что оно вызвано давлением крупных издательств, с недавних пор спонсирующих ассоциацию — конечно, имелся в виду «Саймон энд Шустер». В «Бостон глоб» известный критик Хэролд Блум назвал награждение Кинга «очередным шагом вниз по лестнице, ведущей Америку к отупению». Сам Кинг принял медаль без восторга, но с удовольствием. Выступая на церемонии вручения, состоявшейся 19 ноября в зале на Таймс-Сквер, он сказал: «Пришло время наводить мосты между так называемой популярной и так называемой элитарной литературой. Прежде всего от этого выиграют читатели… Мне кажется, старое разделение устарело, и неправы те из сидящих в этом зале, кто гордится тем, что не прочитал ни строчки из Джона Гришема, Тома Клэнси и других популярных авторов».

На церемонии писатель выглядел бледным и нездоровым, что имело веские причины. Он подхватил грипп, но решил не пропускать вручение важной награды. В результате через два дня попал в больницу с тяжелой пневмонией и подвергся весьма неприятной операции по удалению мокроты из легких. Домой он вернулся только 21 декабря, в канун Рождества, и вдруг представил, как перешагивает порог кабинета и видит его пустым. Вся мебель вынесена, книги упакованы в коробки, любимые фото сняты со стен. Жена со смущенной улыбкой говорит: «Извини, как-то ночью мне не спалось, и я тут кое-что поменяла». Конечно, это была всего лишь фантазия, но у Кинга родилась идея рассказа о писателе, который предчувствует свою смерть. Позже она вылилась в замысел еще не оконченного романа «История Лайзи».

Но пока что казалось, что писатель настроен выполнить свое обещание и почить на лаврах. Из его кабинета по-прежнему доносился стук клавишей «макинтоша», но впервые за много лет это были не романы. Кинг писал сценарий сериала «Госпиталь „Королевство“» и статьи. Еще летом 2003-го он начал вести в журнале «Энтертейнмент уикли» — аналоге наших «Семи дней» — ежемесячную колонку, посвященную шоу-бизнесу. Сумму гонорара редакция не раскрывала, но она явно была немаленькой. За это СК должен был делать примерно то же, что когда-то делал в студенческом «Мусоровозе» — остроумно обозревать новости культуры. Главным образом он писал о музыке, слегка переоценив свою подкованность в этом плане. Ведь классический рок и даже хэви-метал молодежь уже не слушала, а в рэпе и ска-панке он ориентировался с трудом — да, честно говоря, и не считал их за музыку.

Музыка в жизни и творчестве Кинга — тема особая. Как уже говорилось, он вырос под звуки рока, и цитаты из рок-н-рольных песен буквально пронизывают его произведения. Иногда это музыка одной группы — например, «Рамонес» в «Кладбище» (эти веселые панк-роковые хулиганы — давние любимцы писателя). Иногда — целая какофония, как в «Черном доме» или «Кристине», где собрано, наверное, все, что американский рок сказал об автомобилях. Отдельные части романа даже носят названия «Песенки тинейджеров» — о машинах, о любви, о смерти. Но, помимо рока, в жизни Кинга был другой музыкальный пласт, который нынешняя благополучная Америка изрядно позабыла. Это фолк шестидесятых и более раннего периода, неизменно окрашенный протестом — Боб Дилан, Фил Окс и их предшественники, начиная с легендарного рабочего певца Джо Хилла, именем которого Кинг назвал старшего сына. В молодости он исполнял их песни на вечеринках, кое-как подыгрывая себе на гитаре.

Весной 1992 года застарелая меломания Кинга нашла неожиданный выход — вместе с группой литераторов своего поколения он основал рок-группу. Все началось с одной встречи с читателями, где СК оказался в компании романиста Уоррена Зивона. Тот показал ему песню «Оборотни в Лондоне», которая так понравилась Кингу, что он решился спеть ее с эстрады — и неожиданно сорвал бурные аплодисменты. Этот опыт вдохновил его на дальнейшие шаги и объединил с другими поющими литераторами, которую сплотила Кэти Голдмарк, энергичная редакторша из Сан-Франциско. В мае в Анахейме, Калифорния, состоялся первый концерт группы «Рок Боттом ремейндерс» — что можно перевести как «осколки разбитого рока». Кроме Кинга, в нее вошли юморист «Майами геральд» Дэйв Барри (гитара), романисты Ридли Пирсон (бас-гитара) и Барбара Кингсолвер (клавишные) и создатель мультика про Симпсонов Мэтт Гренинг (саксофон). На подпевках у них были сама Кэти и две довольно известные писательницы — Тад Бартимус и очаровательная китаянка Эми Тан.

Через год группа набралась смелости совершить турне по всему востоку США, от Бостона до Майами. Кинг по этому случаю заказал себе шикарную черную гитару с жемужными пауками, бегущими по грифу. В основном «осколки» исполняли рок-н-ролльные мелодии 60-х. Одно время в состав группы входил музыкальный обозреватель Эл Купер, потом он ушел вместе с Барбарой, не выдержав сложного характера Кэти. За клавиши в итоге сел журналист Митч Элбом, а за ударные — поэт Джош Келли. Группа выступает до сих пор, хотя остряк Барри заметил: «Мы поем так же хорошо, как парни из „Металлики“ пишут романы». Репертуар простирается от старых блюзов до шуточных песен, сочиненных самими участниками — на одной из видеозаписей СК с воодушевлением исполняет песню Кэти Голдмарк «Не суди о книге по обложке», ставшую неофициальным гимном группы.

После аварии сотрудничество Кинга с «осколками» на время прервалось, но уже осенью 2000 года он играл с ними на концерте в Филадельфии. Чуть позже писатель затеял новый музыкальный проект — вместе с известным поэтом-песенником Джоном Мелленкампом он взялся за создание мюзикла «Братья-призраки из Сумеречного края». Кинг должен был написать сюжет в прозе, а Мелленкамп — сочинить вокальные партии. Героями стали два брата-подростка, ненавидящих друг друга. Приехав отдыхать в мэнский «Озерный край», они столкнулись с призраками двух своих предков — тоже братьев, которые когда-то убили друг друга. Теперь мстительные призраки пытаются отомстить за себя руками потомков, а родители братьев изо всех сил стараются помирить их и удержать от кровопролития. Работа над мюзиклом тянется до сих пор, и чем она закончится, пока неясно.

Затянулось и другое масштабное предприятие — перевод всей «Темной Башни» на язык комикса, которым занялся мэнский художник Гленн Чедборн. Пока что выход первой части рисованной эпопеи намечен на февраль 2007 года. Пробным камнем стала книга комиксов «Министерство снов», нарисованная тем же Чедборном по мотивам шести классическим рассказам Кинга и опубликованная недавно издательством «Семетери дэнс». Похоже, СК, который не раз высмеивал утверждения о «смерти книг», вынужден делать скидку на растущее равнодушие его соотечественников к печатному слову. Телевидение сделало свое дело — все больше людей не в силах воспринимать информацию без пояснительной картинки. Уже лет десять в американских газетах и журналах растет доля иллюстраций в ущерб тексту; очевидно, теперь настала очередь книг. Еще один симптом — всеобщее распространение аудиокниг, к которому Кинг тоже подключился одним из первых. При этом отмирание книжной культуры вряд ли его радует, и он вполне может посвятить этой теме один из будущих романов. Правда, самый впечатляющий ужастик об этом уже написан, и называется он «451° по Фаренгейту».

Зная любовь Кинга к песенному жанру, фанаты часто интересовались, не пишет ли он стихи. «Когда-то я сочинил немало виршей, — отвечал он чуть смущенно. — Но всеми ими остался недоволен, поэтому большую часть не сохранил». Тем не менее летом 2003-го в рамках «раскрутки» новых томов «Темной Башни» он согласился включить шесть своих стихотворений в сборник «Вино дьявола», выпущенный тем же «Семетери дэнс». Туда вошла поэзия таких мастеров жанра, как Рэй Брэдбери, Питер Страуб и Чарльз де Линт. На их фоне Кинг выглядел вполне достойно, хотя, конечно, шедеврами его стихи назвать нельзя. Большинство из них опубликованы в ротапринтных сборниках Мэнского университета в 1968 — 71 годах со странными названиями (один из них именовался «Онан»). Гораздо позже написана «Песнь параноика», вошедшая в «Команду скелетов» — позже по ней был даже снят восьмиминутный фильм ужасов.



«Им не сыскать мое имя
В череде некрологов.
В их головах — муть,
им не найти мою мать,
она скончалась.
Стены от крика качались.
Кто собирал пробы,
точно с чешуйчатых гадов,
с моих петляющих взглядов,
со снов моих перекосных,
со слез моих перекрестных?»



Перевод Нины Эристави не слишком соответствует оригиналу, написанному, как принято в Америке, корявым белым стихом (My name is written in back files and looked up in newspaper morgues). Но и по нему видно, что Кинг рано поставил крест на своей поэтической карьере. При всей вторичности в стихотворении есть и смысл, и ритм, и кое-какая энергетика. Не хуже и стихи из романов, особенно балладные финалы глав «Темной Башни». И милая колыбельная из последней ее части (чаззет-чиззет-чеззет, все в лукошко влезет). И, конечно, «птички и рыбки, медведи и зайки». Того гляди, скоро придет пора объявить Кинга выдающимся автором детских стишков.

Музыкальные обзоры в «Энтертейнмент уикли» отнимали у писателя максимум день в неделю, и остальное время надо было куда-то девать. С начала 90-х он регулярно посещал бейсбольные матчи с участием любимой команды «Бостон ред сокс». К спорту он, как большинство американцев, относится трепетно. В 1992 году писатель пожертвовал большую сумму на строительство стадиона имени Мэнсфилда в Бангоре. А в августе 2002-го был страшно горд, когда ему позволили вбросить первый мяч на открытии чемпионата страны по бейсболу. Теперь у него родилась идея написать книгу о «Красных носках», построенную как обозрение всех игр одного сезона. В работе Кингу помогал 34-летний писатель Стюарт О’Нэн — его давний приятель и тоже фанат бейсбола. Посещая каждый матч, они обменивались по электронной почте впечатлениями, из которых и составилась книга. По странному совпадению, именно в этот сезон команда «Ред сокс» впервые с 1918 года стала чемпионом Америки, и радости болельщиков не было конца. До этого Кинг горевал вместе с ними и даже в шутку просил поставить на своей могиле памятник в виде мраморного носка с надписью: «Я этого не увидел, но не увидишь и ты».

Книга «Верный» (Faithful — очевидно, имелся в виду верный поклонник) вышла в ноябре 2004-го, и сказать о ней нечего — по крайней мере тому, кто не любит спорт вообще и американский в частности. Когда Кинг пишет о бейсболе, в нем просыпается подросток с его восторженностью, туповатым юмором и полной неспособностью к анализу. Впрочем, так бывает и с писателями других стран, когда заходит речь о национальном увлечении — у нас это, естественно, водка.

К тому времени пресса уже раззвонила, что СК нарушил взятый на себя зарок и вовсю пишет книгу, жанр которой в скупых анонсах был обозначен как детектив. Кинг всегда любил детективы, но сам их не писал, ограничиваясь стилизациями типа «Последнего дела Амни». Теперь читателям был обещан полновесный роман-расследование, который «Саймон энд Шустер» вознамерился включить в новую серию «Hard Case Crime» — что-то вроде «детективной загадки». В феврале 2005-го «Парень из Колорадо» был дописан, а осенью вышел в свет. Тут-то и выяснилось, что детективный сюжет был лишь прикрытием. На самом деле речь шла о тайне, которую разумнее оставить нерешенной, как автор и поступил вместе со своими героями.

На маленьком Лосином острове у побережья Мэна два ветерана журналистики из местной газетки учат молоденькую практикантку Стефф премудростям ремесла. Одна из них гласит: люди хотят слышать складные истории, а жизнь преподносит в лучшем случае их обрывки. Один из таких обрывков — история мертвеца без документов, найденного лет десять назад на пляже островка. Вскрытие показало, что он подавился куском мяса, и это было все. Друзья-газетчики провели свое расследование и по штампу на пачке сигарет узнали, что покойный — некий Джеймс Коган из Колорадо (если помните, в тех местах происходило действие «Сияния» и «Мизери»). Бросив семью и работу, он каким-то образом за несколько часов переместился в Мэн, пообедал и сел на паром, чтобы добраться до острова. Зачем он туда стремился и как погиб, осталось загадкой. Журналисты объясняют Стефф, что такая история не нужна читателям — они предпочитают удобные тайны, объяснение которых лежит на поверхности.

Но у Кинга есть и свой урок, отличающийся от журналистского. Какой-нибудь въедливый сыщик взялся бы раскапывать дело и наверняка довел его до конца (конечно, в романе — в жизни такие дела обычно остаются нераскрытыми). Получилось бы занимательно, но не более того. А здесь читателя бросает в дрожь от мысли, что нечто непонятное заставило преуспевающего художника и примерного семьянина броситься на другой конец страны, чтобы там растянуться на пляже с посиневшим лицом и куском отбивной, застрявшим в горле. Нелепо, ужасно, но прежде всего загадочно. И загадка эта никогда не разрешится, если только сам СК походя не решит ее в одном из будущих романов. Впрочем, многим это и не нужно — смотрят же они бесконечные «Секретные материалы», где тайна громоздится на тайну, а разгадки все нет. Современному человеку, перекормленному информацией, знание уже не нужно — ему достаточно щекотать нервы, а Кинг умеет делать это, как никто другой.

Время показало, что обещание СК бросить писать было то ли легковесной шуткой, то ли хорошо продуманным рекламным ходом. Оказалось, что он вовсе не собирается менять каждодневное корпение за компьютером на свободу богатого бездельника (кто бы сомневался?) Уже в сентябре 2004-го на кинговском сайте появился анонс рассказа «Лайзи и безумец», который должен был в конце года выйти в антологии «Сундучок удивительных историй». Однако рассказ перерос в роман, который к весне получил название «История Лайзы». Внимание в нем сместилось от писателя к его жене, а жанр Кинг обозначил как «историю любви с участием монстров… в том числе в человеческом облике». В июле он прочел главу из будущего романа на выступлении в бангорской школе на Мейпл-стрит. Речь шла о мальчике, который наблюдает, как его старший брат постепенно сходит с ума. Писательская жена куда-то пропала, и стало ясно, что роман изрядно отошел от первоначального замысла. Автор сам признался, что пока произведение представляет собой «полную мешанину». В конце концов завершение «Истории Лайзы» было отодвинуто на осень 2006 года.

Роман о любви был отодвинут в сторону другим замыслом, более простым и ясным. Его идея пришла в голову Кингу, когда он увидел, что половина прохожих на улицах Нью-Йорка прижимает к уху мобильные телефоны. Однажды ему пришла в голову мысль: что, если кто-то пропустит по телефонной сети сигнал, который мгновенно убивает всех говорящих и слушающих? Нет, еще лучше — разрушает клетки мозга, превращая людей в кровожадных зомби. Роман об этом начал писаться в мае 2005-го и вначале носил название «Сигнал» (The Pulse). Потом выяснилось, что так называется только первая глава, а сам роман переименован в «Cell». Это не «клетка», как решили наши СМИ, а обыденное американское сокращение для сотового телефона (cell phone). «Мобильник» вышел в феврале 2006-го — СК писал его быстро, с удовольствием, явно ностальгируя по молодости. Роман получился в духе раннего Кинга — много крови и спецэффектов и минимум психологии. На своем сайте писатель обмолвился: «Он как дешевое виски — отвратителен, но неотвратимо тянет к себе». Что ж, ему виднее.

Еще до своего выхода «Мобильник» вовлек Кинга в необычное мероприятие — интернет-аукцион, на котором разыгрывалось имя одного из героев книги. Кроме него, в торжище приняли участие не менее десяти писателей, включая таких известных, как Джон Гришем и Нил Гейман. Собранные средства предполагалось передать организациям, защищающим права человека в разных странах. Перед началом Кинг выступил с заявлением: «Я прошу помнить, что „Мобильник“ — весьма кровавое произведение. Герой может быть женщиной или мужчиной, но покупатель, желающий умереть, непременно должен быть женщиной. Кроме того, мне требуется описание внешности покупателя и его характера». Эти немного зловещие условия не отпугнули клиентов — 18 сентября в аукционе на E-bay приняли участие две сотни кинголюбов. За $25100 вожделенное имя досталось Пэм Александер, домохозяйке из Форт-Лодердейла, которая подарила его своему брату — давнему фанату Кинга. В результате один из героев романа получил имя Рой Хейзинга.

Пока неясно, чем станет «Мобильник» для Кинга — просто ностальгическим актом или переходом к новому этапу творчества. Пока что писатель занят обычными делами: перемещается между Мэном и Флоридой, общается по мейлу с читателями и, конечно, пишет. Пишет почти каждый день, несмотря на внушения близких и советы врачей. Теперь им двигают не тяга к самовыражению, не страсть к деньгам и даже не борьба с демонами в собственной душе — похоже, все это в прошлом. Сегодня главное желание Кинга — быть вписанным в летопись «большой литературы». В интервью обозревателю британской «Гардиан» Стюарту Джеффрису в сентябре 2004-го он говорил: «В последнее время я нахожу немалое сходство между собой и Сомерсетом Моэмом — он тоже был одно время чрезвычайно популярен, а потом утратил эту популярность, обретя взамен литературную респектабельность. То же происходит со мной, и по той же причине — быть может, я делаюсь не лучше, а просто старше. Я уже пережил многих своих критиков, и со временем все забудут, что когда-то у меня была совсем другая репутация». В этой шутке, как говорится, есть доля шутки, но все остальное — правда.

В том же интервью Кинга снова спросили, собирается ли он бросить писать. «Что за ерунда? — искренне удивился он. — Писать так здорово, что ничего лучше в жизни просто нет. Поэтому я буду делать это и дальше». И закончил: «Я ужасно счастливый человек. Кроме любимого дела, у меня есть любимая жена и трое прекрасных детей — никто из них не сел в тюрьму и не пристрастился к какой-нибудь дряни. У меня было пристрастие к кокаину и болеутоляющему — наверное, оно есть и сейчас, но я смог отказаться от всего этого. Больше не пью. И к тому же, я один на миллион — такого таланта нет больше ни у кого. Потому-то мне и платят такие бабки».

Откровенность за откровенность. Мистер Кинг! (Нет, лучше так: дорогой Стив!) Вы даже не знаете, какой вы счастливый. Во-первых, вы живете в Америке, где население может хорошо оплачивать свои развлечения, одним из которых являетесь вы. Во-вторых, вам все-таки удалось заговорить ваших монстров, из которых таблетки и кокаин были самыми невинными. Хотя, возможно, когда-нибудь заклятие перестанет действовать, и вы, вернувшись в ваш уютный дом, найдете в шкафу буку с горящими желтыми глазами (we’re never sleep, хе-хе). Но в ваших романах хватит рецептов на этот случай, вплоть до самого радикального — выстрелить в монстра «мощным потоком белого света» из раскрытой ладони, и он сразу превратится в стопку старых одеял. В-третьих, в наше поганое время всеобщего отчуждения вы все-таки нужны кому-то — не только жене и детям, что само по себе неплохо, но и читателям. Уже третье поколение зачитывает до дыр ваши книги, по недомыслию занесенные в разряд «ужастиков». Спешу вас разочаровать — по сравнению с рядовыми вечерними новостями ваши ужасы кажутся пионерскими историями у костра. На самом деле это просто страшные сказки для тех, кто любит замечать прорехи в парадных декорациях мира. Как в любой сказке, Добро здесь может не успеть вовремя прийти на помощь, но мы знаем, что оно где-то рядом, и надеемся. Все как в жизни, только лучше. Так что пишите и дальше, и пусть Белизна как можно дольше хранит вас от Алого Короля и всех его подручных.

Москва, декабрь 2005 года (нашей реальности)

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Вот и закончилась это книга. Как-то так получилось, что, уходя порой в сторону от главной темы — творчества Кинга — мы обсудили многое другое, от трудностей перевода до шансов Апокалипсиса. Так и должно быть: в душе каждого человека живет целый мир, а у писателя эти миры множатся с каждым новым произведением. Кинг научился делать свои миры весьма правдоподобными, поэтому многие считают его сверхчеловеком, настоящим Королем царства ужасов. Он и сам относится к этой мысли вполне серьезно. Вот что он пишет про одного из самых близких авторскому «я» персонажей — Таде Бьюмонте из «Темной половины»: «Когда люди, прочитавшие его книги, впервые встречались с Тадом, они были явно разочарованы. Вместо полубога они сталкивались с мужчиной среднего роста, носившим очки, начинавшим лысеть и имеющим дурную привычку натыкаться на окружающие предметы. То, что они не могли видеть, было третьим глазом внутри его головы. Этот глаз, сиявший в его темной половине, той его части, которая всегда была затенена… Именно он делал Тада подобным Господу, и Тад был даже рад, что они не могут увидеть его. Если бы они увидели его сокровище, он был уверен, что многие попытались бы украсть этот чудо-глаз. Даже если бы для этого понадобилось выковыривать сокровище из головы Тада тупым ножом».[119]

И все же Кинг кокетничает, взваливая ответственность за содеянное им на чьи-то там глаза и голоса. Он любит говорить, что сюжеты приходят к нему «неизвестно откуда», что его книги пишутся «сами по себе», и он никогда не знает, чем они кончатся. Такое и правда случается, как знает любой писатель, но гораздо чаще произведение рождается из вполне конкретной мысли, чувства или желания. У самого СК таких мотиваций было четыре, причем до конца минувшего тысячелетия они четко сменяли друг друга. Вначале это были деньги (или известность, что в принципе то же), потом идеи, взросшие на смутном свободолюбии шестидесятых. Потом настала пора сублимации разрушительных инстинктов — «кризис среднего возраста». Потом пришел интерес к психологии, стремление добраться до глубин человеческой души. На пике этого этапа произошла авария на шоссе — вселенская катастрофа маленького кинговского мира, после которой писатель словно вернулся к истокам. В «Как писать книги» он заново переживал знакомство с миром и вновь знакомил с ним себя. Завершение «Темной Башни» стало классическим романом идеи, и мы вряд ли ошибемся, если назовем эту идею христианской.

Но Кинг не остановился на этом, двинувшись вперед — или все-таки назад? Его последние мрачные произведения говорят, что «темная половина» его души жива и не спешит сдавать позиции. Это может стать преддверием распада, когда мир писателя все-таки «сдвинется с места», увлекая за собой нестойких читателей. Или началом поздней творческой и человеческой зрелости, толчком к наступлению которой может стать — как это ни печально — смерть кого-нибудь из близких чадолюбивого СК. Но что бы ни произошло в его жизни, он, без сомнения, откликнется на это единственным возможным способом — новыми романами. Которые по-прежнему будут завораживать одних и ужасать других, никого не оставляя равнодушным (конечно, при хорошем переводе). А это значит, что Кинг остается Королем, который не умирает, пока жив его последний неравнодушный читатель.

ПРИЛОЖЕНИЯ

1. ХРОНОЛОГИЯ жизни и творчества СК

21 сентября 1947 — Стивен Эдвин Кинг родился в Портленде, штат Мэн. Отец — Дональд Кинг (1913–1986), коммивояжер. Мать — Рут Кинг, в девичестве Пиллсбери (1913–1974), домохозяйка. Сводный брат — Дэвид Виктор Кинг (род. 1945).

Октябрь 1949 — отец оставил семью. Стивен с матерью и братом живут в городке Дарем близ Портленда, периодически выезжая к родственникам в Уэст-де-Пер, штат Висконсин, и Форт-Уэйн, штат Индиана.

Сентябрь 1954 — Стивен идет в начальную школу в Дареме.

Июль 1955 — семья переезжает в Стратфорд, штат Коннектикут, где Рут Кинг находит работу в прачечной.

Апрель 1958 — Стивен поселился в Дареме у родителей матери — Гая Пиллсбери (1876–1965) и Нелли Пиллсбери-Фогг (1877–1963).

Сентябрь 1962 — поступление в высшую школу в Лисбон-Фоллс.

Апрель 1963 — первый сборник рассказов «Люди, места и вещи» (People, Places and Things), напечатан на гектографе в соавторстве с Крисом Чесли.

Май 1964 — Кинг печатает на гектографе две части повести «Звездные захватчики» (The Star Invaders).

Март 1965 — журнал «Комикс ревью» напечатал рассказ Кинга «Я был юным грабителем могил» (I Was a Teenage Grave Robber).

Апрель 1965 — работа на прядильной фабрике в Лисбон-Фоллс.

Сентябрь 1966 — поступление в Мэнский университет в Ороно.

Март 1969 — журнал «Стартлинг мистери сториз» опубликовал рассказ Кинга «Стеклянный пол» (The Glass Floor), написанный в 1967.

Июнь 1970 — окончание университета с дипломом учителя английского языка и литературы.

Июнь 1970 — первый вариант повести «Стрелок».

Июль 1970 — работа в прачечной в Бангоре, штат Мэн.

3 января 1971 женитьба на Табите Спрюс (род. 24 марта 1949).

Июль 1971 — рождение дочери Наоми (Наоми Рэчел Кинг)

Сентябрь 1971 — начало работы учителем английского языка в Хэмпдене, штат Мэн.

3 июня 1972 — рождение сына Джо (Джозеф Хилл Кинг).

Март 1973 — продажа романа «Кэрри» (Carrie) издательству «Даблдэй». Начало профессиональной писательской карьеры.

Сентябрь 1973 — Кинг с семьей переезжает в городок Норз-Уиндем, штат Мэн.

Февраль 1974 — смерть Рут Кинг от рака.

Апрель 1974 — опубликован роман «Кэрри».

Сентябрь 1974 — Кинг с семьей уезжает в Боулдер, штат Колорадо

Апрель 1975 — роман «Сияние» (The Shining), издан в феврале 1977.

Июнь 1975 — семья писателя возвращается в штат Мэн и селится в Бриджтоне.

Июнь 1975 — роман «Жребий Салема» (Salem\'s Lot), издан в октябре того же года.

Май 1976 — вышел фильм «Кэрри» (режиссер Брайен Де Пальма).

Октябрь 1976 — повесть «Туман» (позже издана в составе сборника «Команда скелетов»).

21 февраля 1977 — рождение сына Оуэна (Оуэн Филип Кинг).

Март 1977 — повесть «Ярость» (Rage), написанная в 1971 г. под псевдонимом «Ричард Бахман», опубликована издательством НАЛ.

Сентябрь 1977 — Кинг уезжает в Англию, где проводит три месяца.

Декабрь 1977 — Кинг возвращается в штат Мэн и покупает дом в городке Сентер-Ловелл.

Март 1978 — роман «Противостояние» (The Stand), издан в ноябре того же года.

Август 1978 — семья Кинга переезжает в Оррингтон, близ Бангора.

Октябрь 1978 — вышел сборник рассказов «Ночная смена» (Night Shift).

Апрель 1979 — семья Кинга возвращается в Сентер-Ловелл.

Август 1979 — в издательстве «Викинг» вышел переработанный вариант романа «Мёртвая зона» (The Dead Zone), написанного в 1976 г.

Октябрь 1979 — повесть «Длинный путь» (The Long Walk), написанная в 1967 г., издана под псевдонимом «Ричард Бахман».

Май 1980 — семья Кинга переезжает в Бангор, где живет до сих пор, оставив дом в Сентер-Ловелле для летнего отдыха.

Июнь 1980 — роман «Воспламеняющая взглядом» (Firestarter), издан в сентябре того же года.

Июнь 1980 — вышел фильм «Сияние» (режиссер Стэнли Кубрик).

Октябрь 1980 — книга «Пляска смерти» (Danse Macabre), вышла в феврале 1981.

Февраль 1981 — роман «Куджо» (Cujo), издан в мае того же года.

Июль 1981 — повесть «Дорожные работы» (Roadwork), написанная в 1974 г., издана под псевдонимом «Ричард Бахман».

Октябрь 1981 — сценарий телесериала «Ужасы Стивена Кинга».

Май 1982 — повесть «Бегущий человек» (The Running Man), написанная в 1971 г., издана под псевдонимом «Ричард Бахман».

Август 1982 — вышел сборник «Времена года» (Different Seasons), в который вошли ранее опубликованные повести «Рита Хейворт и побег из Шоушенка» (Rita Hayworth and Shawshank Redemption), 1979, «Способный ученик» (Apt Pupil), 1977, «Тело» (The Body), 1975, «Метод дыхания» (The Breathing Method), 1980.

Август 1982 — издана повесть «Стрелок» (The Gunslinger), позже ставшая первой частью эпопеи «Темная Башня» (The Dark Tower).

Октябрь 1982 — вышла книга комиксов «Калейдоскоп ужасов» (Creepshow), по которой снят одноименный фильм Джорджа Ромеро (вышел в ноябре 1982).

Декабрь 1982 — роман «Кладбище домашних животных» (Pet Sematary), издан в ноябре 1983 в издательстве «Даблдэй».

Март 1983 — роман «Кристина» (Christine), издан в сентябре того же года.

Сентябрь 1983 — вышел фильм «Мертвая зона» (режиссер Дэвид Кроненберг).

Февраль 1984 — роман «Талисман» (The Talisman), написанный в соавторстве с Питером Страубом, издан в октябре того же года.

Август 1984 — роман «Худеющий» (The Thinner), издан под псевдонимом «Ричард Бахман» в апреле 1985.

Октябрь 1984 — повесть «Цикл оборотня» (Cycle of the Werewolf).

Ноябрь 1984 — роман «Глаза дракона» (The Eyes of the Dragon), издан в феврале 1987 (ограниченный тираж вышел в декабре 1984).

Март 1985 — издан сборник «Книги Бахмана» (The Bachman Books), включающий изданные ранее повести «Ярость», «Длинный путь», «Дорожные работы» и «Бегущий человек».

Июнь 1985 — издан сборник рассказов «Команда скелетов» (Skeleton Crew).

Август 1985 — начало съемок фильма «На предельной скорости» (Maximum Overdrive), сценаристом и режиссером которого был Кинг (вышел на экран в июле 1986).

Март 1986 — роман «Оно» (It), издан в сентябре 1986.

Август 1986 — роман «Извлечение троих» (The Drawing of the Three), вторая часть эпопеи «Темная Башня» (издан в июне 1987).

Октябрь 1986 — роман «Мизери» (Misery), издан в июне 1987.

Март 1987 — роман «Томминокеры» (Tommyknockers), издан в ноябре того же года.

Июнь 1988 — вступление в Общество анонимных алкоголиков.

Август 1988 — вышел фотоальбом «Кошмары в небе» (Nightmares in the Sky) с комментариями Кинга.

Ноябрь 1988 — вышел сборник рассказов «Тёмные видения» (Dark Visions), написанный Кингом совместно с Джорджем Мартином и Дэном Симмонсом.

Март 1989 — роман «Темная половина» (The Dark Half), издан в ноябре того же года.

Январь 1990 — роман «Бесплодные земли» (The Waste Lands), третья часть эпопеи «Темная Башня» (издан в августе 1991).

Апрель 1990 — дополненный вариант романа «Противостояние», издан в мае того же года в издательстве «Даблдэй».

Сентябрь 1990 — издан сборник «Четыре после полуночи» (Four Past Midnight), включающий написанные ранее повести «Лангольеры» (The Langoliers), «Потаённое окно, потаённый сад» (Secret Window, Secret Garden), «Полицейский из библиотеки» (The Library Policeman) и «Солнечный пёс» (The Sun Dog).

Январь 1991 — роман «Необходимые вещи» (Needful Things), издан в июне того же года.

Ноябрь 1991 — роман «Игра Джеральда» (Gerald\'s Game), издан в июле 1992.

Февраль 1992 — роман «Долорес Клейборн» (Dolores Claiborne), издан в октябре того же года.

Сентябрь 1992 — основана рок-группа «Рок боттом ремейндерс» (Rock Bottom Remainders) с участием Кинга и других писателей.

Март 1993 — вышел сборник рассказов «Кошмары и сновидения» (Nightmares and Dreamscapes).

Ноябрь 1993 — роман «Бессонница» (Insomnia), издан в апреле 1994.

Ноябрь 1994 — роман «Мареновая Роза» (Rose Madder), издан в июне 1995.

Октябрь 1995 — роман «Колдун и кристалл» (Wizard and Glass), четвертая часть эпопеи «Темная Башня» (издан в августе 1997).

Декабрь 1995 — роман «Безнадега» (Desperation), издан в сентябре 1996.

Апрель 1996 — роман-сериал «Зеленая миля» (The Green Mile) (публиковался в марте — августе шестью отдельными выпусками).

Июль 1996 — роман «Регуляторы» (Тhe Regulators), издан в сентябре того же года под псевдонимом «Ричард Бахман».

Октябрь 1996 — сценарий фильма «Побег из Шоушенка» (The Shawshank Redemption).

Февраль 1997 — сценарий телесериала «Буря столетия» (Storm of the Century), экранизированный телекомпанией Эй-Би-Си.

Апрель 1997 — сборник рассказов «Шесть историй» (Six Stories), вышедший ограниченным тиражом.

Сентябрь 1997 — сценарий «Чинга» (Chinga), для одного из эпизодов сериала «Секретные материалы», написанный Кингом совместно с Крисом Картером (эпизод показан в феврале 1998).

Октябрь 1997 — брак Джо Кинга и 22-летней Линоры Вудмен.

Февраль 1998 — роман «Мешок с костями» (Bag of Bones)(издан в октябре того же года в издательстве «Саймон энд Шустер»).

Март-июнь 1998 — съемки телесериала «Буря столетия» по сценарию Кинга (показан в феврале 1999).

Апрель 1998 — роман «Сердца в Атлантиде» (Hearts in Atlantis), издан в сентябре того же года.

Октябрь 1998 — повесть «Смиренные сестры Элурии» опубликована в сборнике «Легенды».

Февраль 1999 — роман «Девочка, которая любила Тома Гордона» (The Girl Who Loved Tom Gordon), издан в мае того же года.

Апрель 1999 рождение внука Итана (сын Джо и Линоры).

Май 1999 — аудиокнига «Кровь и дым» (Blood and Smoke).

19 июня 1999 — авария на шоссе недалеко от летнего дома Кинга в Сентер-Ловелле. В результате наезда фургона «додж», управляемого 41-летним Брайеном Смитом, писатель получил множество серьезных травм. Выписан из Центрального госпиталя Мэна 9 июля.

Июль 1999 — неоконченная повесть «Растение» (The Plant) начала издаваться отдельными выпусками в виде электронной книги.

Сентябрь 1999 — вышла антология рассказов ужаса «999» с рассказом Кинга «Дорожный вирус направляется на север» (The Road Virus Heads North).

Март 2000 — рассказ «Верхом на пуле» (Riding the Bullet) издан в виде электронной книги.

Март 2000 — роман-воспоминание «Как писать книги: мемуары о ремесле» (On Writing: A Memoir of the Craft).

Май 2000 — роман «Ловец снов» (Dreamcatcher), над которым Кинг работал во время болезни с ноября 1999 (издан в апреле 2001).

Июнь 2000 — брак Наоми Кинг и 44-летней афроамериканской публицистки Тандеки (Сью Букер).

Сентябрь 2000 — сборник эссе «Потаенные окна», изданный ограниченным тиражом клубом «Книга месяца».

Февраль 2001 — сценарий телефильма «Красная роза» (Rose Red), написанный по мотивам романа «Мареновая роза».

Май 2001 — премия Брэма Стокера за роман «Как писать книги».

Август 2001 — роман «Чёрный дом» (Black House), написанный в соавторстве с Питером Страубом (издан в сентябре 2001).

Ноябрь 2001 — роман «Почти как „бьюик“» (From A Buick 8)(издан в марте 2002).

Март 2002 — издан сборник рассказов «Все предельно» (Everything\'s Eventual).

Август 2002 — издание полного варианта романа «Сияние».

Декабрь 2002 — роман «Волки Кальи» (Wolves of the Calla), пятая часть эпопеи «Темная Башня» (издан в ноябре 2003).

Апрель 2003 — роман «Песнь Сюзанны» (Song of Susannah), шестая часть эпопеи «Темная Башня» (издан в июне 2004).

Июнь 2003 — издание переработанной версии романа «Стрелок».

Август 2003 — роман «Темная Башня» (The Dark Tower), седьмая заключительная часть эпопеи «Темная Башня» (издан в сентябре 2004).

Август 2003 — Кинг начинает вести колонку в газете «Энтертейнмент уикли», посвященную шоу-бизнесу.

Ноябрь 2003 — вручение Кингу премии Национальной книжной ассоциации «За выдающийся вклад в американскую словесность».

Март 2004 — премьера первой серии 13-серийного телефильма «Госпиталь „Королевство“», снятого телекомпанией Эй-Би-Си по сценарию Кинга.

Август 2004 — брак Оуэна Кинга и 28-летней Келли Браффет.

Ноябрь 2004 — вышла книга «Верный» (Faithful) о сезоне игр бейсбольной команды «Бостон ред сокс», написанная Кингом совместно со Стюартом О’Нэном.

Январь 2005 — роман «Парень из Колорадо» (Тhe Colorado Kid) (опубликован в октябре 2005).

Ноябрь 2005 — роман «Мобильник» (The Cell) (опубликован в феврале 2005).

2. БИБЛИОГРАФИЯ русских переводов СК

Бегущий человек (1982)

Рига, Лиесма, 1993 (в книге также повесть «Телохранитель»)

Жуковский, Кэдмен, 1993 (под названием «Бегущий», пер. К. Котова, в книге также повесть «Метод дыхания» и рассказы).

Смоленск, ТОО «Русь», 1993 (пер. О. Сойкиной и О. Суровой, в книге также рассказ «Газонокосильщик»).

Киев, «Полиграфкнига», 1996 (пер. О. Сойкиной и О. Суровой, в книге также «Кэрри»)

М, АСТ, 1998 (пер. В. Вебера, в книге также «Дорожные работы»).



Безнадега (1996)

М, ООО «Харвест», 1997 (под названием «Отчаяние», в книге также повесть «Аделия» («Полицейский из библиотеки»)).

М, АСТ, 1999 (пер. В. Вебера).

М, АСТ, 2000 (пер. В. Вебера, в книге также «Зеленая миля»).



Бессонница (1994)

Харьков, Дельта, 1995 (пер. Е. Харитоновой)

Львов, Сигма, 1995 (пер. Ф. Сарнова)

Киев, «Полиграфкнига», 1995 (пер. Ф. Сарнова)

М, Мир, 1997 (пер. Ф. Сарнова)

М, АСТ, 1999 (пер. Ф. Сарнова)



Буря столетия (1999)

М, АСТ, 1999 (пер. М. Левина)



Воспламеняющая взглядом (1980)

Журнал «Звезда», 1986, № 4–7 (пер. О. Васильева, С. Таска)

М., Вагриус, 1992 (пер. О. Васильева, С. Таска, в книге также «Мертвая зона»)

СПб, «Нева-Лад», 1992 (в книге «Стивен Кинг. Избранное, т. 1» под названием «Несущая огонь», пер. О. Васильева, С. Таска)

Минск, Moka-Dalfield, 1992 (пер. О. Васильева, С. Таска).

Львов, Сигма, 1994 (пер. О. Васильева, С. Таска)

М, АСТ, 1998 (пер. О. Васильева, С. Таска)



Времена года (1982)

Способный ученик // Звезда, 1990, № 12 (пер. С. Таска)

Способный ученик. Владивосток, 1991 (в сборнике «Стивен Кинг. Похоронная компания», пер. С. Таска)

Способный ученик. СПб, «Нева-Лад», 1992 (в книге «Стивен Кинг. Избранное, т. 2», пер. С. Таска).

Рита Хейворт в Шоушенкской тюрьме. Жуковский, Кэдмен, 1993 (в книге «Куджо», пер. О. Лежниной, также «Куджо» и рассказы).

Метод дыхания. Жуковский, Кэдмен, 1993 (в книге «Бегущий», также роман «Бегущий» и рассказы).

Тело. Жуковский, Кэдмен, 1993 (в книге «Худеющий», под названием «Труп», пер. А. Филипенко, также «Худеющий»).

Способный ученик. СПб, Абрис, 1993 (в сборнике «Стивен Кинг. Верткая пуля»).

Способный ученик. Львов, Сигма, 1995 (в книге также рассказы)

Труп. Киев, «Полиграфкнига», 1996 (в книге также «Мизери»).

М, АСТ, 1998 (под названием «Четыре сезона»).



Все предельно (2002)

М, АСТ, 2003 (пер. В. Вебера, И. Гуровой, Н. Рейн, Т. Покидаевой)



Глаза дракона (1987)

СПб, ИМА-пресс-реклама, 1993 (под названием «Глаз дракона», пер. И. Феоктистова, А. Герцева, в сборнике «Кровавые игры» вместе с романом «Кладбище домашних животных»).

Львов, Сигма, 1994 (пер. В. Эрлихмана).

Киев, «Полиграфкнига», 1996 (под названием «Глаз дракона», пер. И. Феоктистова, А. Герцева)

М, АСТ, 1999 (пер. В. Эрлихмана)



Девочка, которая любила Тома Гордона (1999)

М, АСТ, 1999 (пер. В. Вебера)



Длинный путь (1979)

Львов, Сигма, 1995 (пер. В. Эрлихмана)

М, АСТ, 1998 (под названием «Долгая прогулка», пер. А. Георгиева, в книге также «Ярость»)



Долорес Клэйборн (1992)

Львов, Сигма, 1995 (пер. В. Эрлихмана)

Львов, Информационное агентство «Хронос», 1995 (пер. Е. Харитоновой).

М, Мир, 1996 (пер. И. Гуровой)

М, АСТ, 1997 (пер. И. Гуровой)



Дорожные работы (1981)

Львов, Сигма, 1995 (пер. А. Санина)

М, АСТ, 2002 (пер. А. Санина)