— Кто-то заходил к мистеру Ленкеру этой ночью. Очевидно, хорошо ему знакомый, если он его пустил в дом. Затем этот визитер ударил Сида по голове тяжелым пресс-папье и скрылся.
— Том, скажу тебе честно — мне не жаль Сида Ленкера...
— Это чертовски интересно, что после каждого убийства тебе никого не жаль, — мрачным голосом произнес Том Мэдден.
Чарли не смутила эта вроде бы значительная фраза. Он нисколько не испугался.
— У меня есть свое мнение, — сказал он, — и я имею право говорить.
Том наклонился к нему:
— Вчера Сид Ленкер продиктовал секретарше один приказ. Этот приказ касается непосредственно тебя, Чарли. Ты уволен!
— Я предполагал, что он это сделает, — сказал Чарли.
— А ты предполагал, почему он вдруг решил это сделать?
— У нас были некоторые разногласия по поводу одного займа. — Он внимательно посмотрел на своего старого друга. — Скажи, Том, ты действительно считаешь, что я убил Ленкера из-за такого пустяка?
Но в этот раз отделаться от Тома было не так просто.
— А что бы ты подумал, будь ты на моем месте, Чарли?
— У тебя есть доказательства?
— Нет, к сожалению.
— Значит, мы по-прежнему друзья, Том? Пока ты не найдешь что-нибудь против меня, а?
Однако Том не протянул ему руку.
Чарли мог получить жалованье за месяц и больше не появляться в банке, но предпочел этот месяц отработать. Он приходил каждое утро и садился за свой стол. А вечером, по заведенной привычке, отправлялся в бар Сэма Джессапа, чтобы выпить там и немного расслабиться.
- Ваше Величество! По Вашему приказанию прибыл!
— Идиоты! — бурчал Сэм. — Уволили даже после смерти хозяина!
— Это была его последняя воля, — спокойно ответил Чарли. — Все равно как завещание — никто не может ослушаться.
- Присаживайся, - дождавшись пока он сядет, я продолжил. - Готовь свою группу, через несколько дней пойдешь на задание. Детали операции разработаете совместно с начальником службы безопасности. Общий план предоставите мне через сутки. А сейчас внимание всем! Ваши новые должности.
— На что же будешь пить? — спросил Сэм.
— Я об этом не думал, — признался Чарли.
Достав коммуникатор, я зачитал новые должности:
— Тебе лучше подумать. Без виски ты уже не проживешь.
— Сэм, неужели после стольких лет ты не нальешь мне рюмочку бесплатно?
- Для начала, я решила назначить канцлером возрожденной империи старшего советника 1 класса Эмдена, начальником главного разведывательного управления назначается секунд-майор, начальник службы безопасности - Слай. Министром нового министерства государственной безопасности назначается командир преторианцев легат Ским, командующим ВКС спейс-коммандор Кэмв-Лор. Министром здравоохранения магистр Каммерер, начальником информационно-идеологического управления - Алекс фон Лемберг. Исполняющим обязанности министра финансов будет бывший министр, министерство иностранных дел возглавит один из послов, я пока не решила, кто именно. Командующим силами специальных операций командир террор-группы флаг-полковник 1 класса Алекс Вал.
Бармен решил, что это шутка. Все его жирное тело затряслось от смеха.
— Чарли, я ведь тут не ради удовольствия торчу каждый вечер.
В течение суток сдаете свои дела заместителям и предоставляете мне штатные расписания своих служб для утверждения.
Для Чарли это было неприятное открытие, он посмотрел на Сэма другими глазами.
— Тогда зачем, Сэм? — тихим спокойным голосом спросил Чарли.
Когда я называл должность и фамилию, названный вставал по стойке смирно и произносил «служу Империи!»
— Да вот хочу немного разбогатеть, — ответил Сэм, широко улыбаясь.
— А на остальное тебе наплевать?
- У меня все. Вопросы есть? Нет? Хорошо. И так, задачи поставлены, цели ясны, за работу господа, за работу.
— Почему это — наплевать? Ты что такое говоришь, Чарли?
— Ты совсем не думаешь о людях, которым продаешь свое говенное виски.
— Главное, чтобы они платили, дурачок.
— И тебя не волнует, что они могут стать алкоголиками?
12. система Барркун. транспортный корабль АПН-34554.
— Черт побери! Нет, конечно. Это уже их проблемы. По барам только алкоголики и ходят...
«Нет, не алкоголики», — мысленно возразил Чарли. Потому что у него снова произошел сдвиг во времени, он вспомнил другой бар, не очень отличающийся от этого. И бармен был такой же толстый и жадный.
Серая хмарь гипера на обзорном скрине сменилась звездными огнями. Пилот, нажав кнопку передатчика, сообщил:
Мальчик по имени Чарли пытался оттащить своего отца от стойки и уговаривал бармена не наливать ему больше виски. Бармен смеялся: «Ты серьезно думаешь, малыш, что я не налью кому-то виски? Главное, чтобы у людей было чем расплатиться. Пусть платят и пьют. Пока с ног не свалятся».
- Мы на месте, до цели 5 часов лету.
— Виски — это зло, — проговорил Чарли.
Сэм продолжал глупо скалиться.
- Ок, - прохрипел динамик в ответ.
— Ты, наверное, хорошо разбираешься в виски! — сказал он.
— Тот, кто продает виски, тоже зло. А всякое зло должно быть уничтожено.
Транспортный корабль медленно лег на новый курс и, не спеша, пополз к планете, которая медленно росла на обзорном скрине. Таких транспортников в системе было великое множество - рядом было поле астероидов, где добывали различные полезные ископаемые. Этот корабль практически ничем не выделялся среди своих братьев по классу.
У Сэма было чувство юмора, но вдруг оно пропало.
— Чарли, проваливай отсюда, и чтобы я тебя больше не видел.
Диспетчер послал стандартный запрос, на который получил стандартный ответ и указал номер причала. Обычный транспортник с обычным грузом из поля астероидов, очередные старатели прибыли, чтоб продать свой груз, закупить запасы и улететь обратно...
Чарли завопил:
— Ты не должен наживаться на людском горе!
Сегодня у диспетчеров день не задался с самого утра. Сначала какие-то пьяные старатели на своем корыте повредили антенну дальсвязи, пока с ними разбирались, вышла из строя релейная связь с планетарной крепостью. Затем вояки крепости поймали вирус, отключивший систему наведения. А потом практически возле самой планеты вынырнули из гипера два крейсера Содружества в полной боевой готовности.
Тогда Сэм вышел из-за стойки, схватил его за шиворот
и лично проводил до двери.
Завыла сирена, и сразу же пришел внешний вызов. Нажав кнопку приема, диспетчеры увидели на экране человека в форме ВКС Содружества и услышали его голос.
Снова Чарли сидел и ждал. На этот раз в своей холостяцкой квартире.
Он слышал шаги Тома Мэддена на лестнице, он знал, что это Том Мэдден. Когда раздался громкий стук в дверь, Чарли крикнул:
- Надеюсь, вы меня хорошо слышите? - спросил он и, дождавшись кивка, продолжил. - Первое, попытка воспользоваться связью - и вы будете уничтожены, второе, отключить защитную сеть сателлитов. Третье, сидеть тихо как мыши. Все ясно?
— Входи, Том! Открыто!
Действительно, это был Том.
- Все, - проговорил старший смены, нажимая несколько клавиш на пульте. - Сателлиты отключены... Но что вам нужно?!
Но как он был не похож на себя! Мрачный, осунувшийся. Он окинул Чарли неприязненным жестким взглядом.
— Два дня назад ты поссорился с Сэмом в баре, — начал Том. — Прошлой ночью кто-то взорвал его, бросил динамит. Бар в щепки, Сэм погиб. Тебе не жаль его, Чарли?
- Любопытство до добра не доводит, - хищно усмехнулся капитан. - Как и жадность, сидите тихо и ждите дополнительных распоряжений, - с этими словами он отключился.
— Нет, не жаль, — признался Чарли.
— Идем со мной.
На обзорном экране было видно, как от одного из крейсеров отошли на орбиту и отправились вниз 4 тяжелых штурм-шипа.
— Куда?
— Сядешь за решетку.
- Живо включите новостной канал и переключите радио на полицейскую волну, - приказал старший смены. – Чувствую, неспроста они тут.
— У тебя есть доказательства, что я убил Сэма Джессапа?
— Я знаю, что ты это сделал. Лучше арестовать тебя сейчас, а доказательства будут.
- Что они делают?! - в панике воскликнул один из диспетчеров. - Мы ведь союзники!
Чарли встал и надел пальто.
- Ага, - согласился другой диспетчер. – С такими союзниками и врагов не надо. Совсем обнаглели...
— Ты думаешь я сумасшедший? — спросил он.
Том посмотрел на него немного грустно.
- Тихо! - цыкнул старший смены. - Смотрим новости.
— Я не психиатр, — сказал он. — Может, Фрэнк Кастен и заслуживал смерти. Может, Ленкер и Сэм тоже заслуживали смерти. Но я не судья, Чарли, и ты — тоже.
Теперь Чарли сидел в одиночной камере и не знал, чего ждать. Том сказал ему, что он имеет право на адвоката, но адвокат ему был не нужен, это Чарли точно знал.
Первые два часа было тихо, а затем понеслось:
Тюрьма такая маленькая — всего три камеры, из которых одна пустовала. Узкий коридор и комната побольше, дверь в нее не закрывалась, оттуда иногда доносились голоса.
Но Чарли прислушивался только к своему внутреннему голосу. А этот голос мог многое ему порассказать.
-Первый новостной канал! С вами Эл Добсон! В ТрастНаноИндустриал банке творится невообразимое! Они закрывают все счета и куда-то переводят все деньги. Вы можете наблюдать, как ценности грузят в броневики и отправляют на космодром...
Чарли не считал себя сумасшедшим. Он знал, что делал. Знал, например, что Фрэнк Кастен, Сид Ленкер и Сэм Джессап были плохие люди. Они были злом. Он уничтожил зло.
Зачем ему задумываться, имеет ли он право судить людей? О нет! Тут он был не согласен с Томом. Немногие знают, что такое зло, как оно опасно. У Чарли было особое зрение, он сразу видел зло и те способы, которыми зло действует в нашем мире.
- Финансовый вестник! Акции ТрастнаноИндустриал банка ползут вниз! Вкладчики бегут закрывать свои счета. Владельца банка господина Шмулинсона нигде нет!
А главное — Чарли знал, как бороться со злом. Безжалостно уничтожать! Под корень. Чтобы ростки зла не могли появиться снова. Никаких компромиссов. Уничтожать зло. Всюду, в любой форме, в любом обличье. Всякое зло должно быть уничтожено.
Он решил это для себя окончательно и успокоился. Может быть, тогда он стал слышать другие голоса.
- Пятый канал! На орбите висит два крейсера Содружества! Да-да! По нашим данным, Шмулинсон переводит все свои активы и деньги вкладчиков в Содружество! Полиция ищет владельца банка. По тревоге подняты силы планетарной самообороны. МИД Барркуна готовит ноту протеста Содружеству и жалобу на их действия в ОСС. Похоже, победив Империю, Содружество решило, что оно всесильно? Но мы покажем им, на что у нас тратятся деньги налогоплательщиков!
— Джо! Куда же ты, Джо!
Женский голос умоляет.
- И снова с вами Эл Добсон! Только что пришло сообщение, что господин Шмулинсон заперся у себя в загородном особняке! Наша съемочная бригада прибудет туда с минуты на минуту! Оставайтесь с нами, а сейчас традиционная реклама!
— Это бесполезно! — кричит в ответ мальчишка. — Я все равно убегу. Я не хочу жить с тобой!
— Джо! Только ты у меня и остался. — Она, наверное, стоит на коленях. — Умоляю, не уходи, Джо... Ты мне нужен...
- Пятый канал! Наша съемочная бригада подъезжает к дому Шмулинсона... Что это?! Особняк просто исчез! Взрыв был такой силы, что нашу машину чуть было не опрокинуло!...
Чарли зажал уши, чтобы не слышать эти голоса. Но было поздно. Голоса звучали у него в голове. Снова и всегда воспоминания. Слишком много воспоминаний. Если бы можно было все забыть!
-Тон-тон! - прозвучал внешний вызов. Старший смены нажал кнопку приема.
«— Чарли... Чарли... ты один у меня... пожалуйста, не уходи...
- Спасибо за сотрудничество! - проговорил капитан крейсера. - Долги получены, мы отправляемся. До свидания.
- До свидания, - автоматически сказал потерянный старший смены.
— Я не хочу жить с тобой... оставь меня в покое...»
Крейсера, отойдя от планеты, ушли в гипер...
Он стучал кулаками по голове, но не мог выбить оттуда
эти голоса. Они звучали все громче, все настойчивей...
Банкир Шмулинсон после рабочего дня ехал в свой загородный особняк, он был доволен собой. Совсем скоро он получит несколько сот миллионов кредитов и принцессу. Думается, он ее оставит себе, а когда надоест, отдаст Алкосу Махро, благо, тот обещает за нее большие деньги. Как же ему повезло, что в его банк перевели посольский счет империи. Сейчас Империи нет и деньги его, полностью, и никто ему слова не скажет. Правда, последнее время, после беседы с Имперцами, хотевшими забрать деньги, его одолевает какое-то смутное беспокойство. Вроде бы все хорошо и спокойно, но как-то тревожно на душе. Хотя охране он объявил усиление, да и Махро обещал прислать своих людей... Подъехав к воротам, он с удовольствием посмотрел на охрану, которая, вооружившись, несла службу по периметру. Открыв ворота, охранник лихо козырнул проезжающей машине банкира, что тому особенно понравилось.
«— Но я же вернулся, тетя Мэй...
«Нужно будет распорядиться, чтоб все охранники при виде него козыряли», - подумал банкир, подходя к особняку, затем он открыл входную дверь, и мир для него погрузился во тьму.
— Вернулся, Чарли?.. Три года — это большой срок. Твоя мать не выдержала...
Очнулся Шмулинсон, сидя в кресле, привязанный. Напротив него сидел и попивал его лучший коллекционный коньяк, какой-то незнакомый человек в черной форме. Заметив что он очнулся, аккуратно поставил рюмку на стол, и, подойдя вплотную к Шмулинсону, без замаха нанес резкий удар в живот. Банкира шумно вытошнило, скрутило от резкой боли, если б он не был привязан, то обязательно свалился бы на пол. По щекам потекли слезы, попытка вздохнуть отозвалась сильной болью. Незнакомец внимательно посмотрел на банкира и что-то произнес в коммуникатор, после чего вернулся обратно на свое место и снова принялся за коньяк. Когда Шмулинсон хотел что-то произнести, тот прижал палец к губам и покачал головой. Банкира обуял ужас, он не понимал что творится, что его, всесильного Шмулинсона, одного из самых богатых людей планеты, кто-то может так безнаказанно бить. Где, в конце концов, его охрана, которой он достаточно много платит? Где-то через десять минут раздались шаги, и в комнату вошло несколько вооруженных людей в тяжелых десантных скафандрах, и, что самое страшное, среди них был один из тех, с кем он общался по поводу счета. Ему сразу же поставили удобное кресло напротив банкира.
— Почему она ничего не говорила мне? Я бы приехал...
- Ну, ты хотел меня видеть? - произнес Слай, усаживаясь. - Я пришел. Что ты хотел мне сказать?
— Откуда же ей было знать, Чарли? И где тебя искать?
- Я-я-я, - пролепетал испуганный Шмулинсон, по лицу которого катился пот. - Ни-ничего. Я сегодня же разморожу Ваш счет...
— Зачем она это сделала? Зачем?
- Ты думаешь так легко отделаться?
— Ее бросил муж. Затем ты уехал неизвестно куда... Она не хотела больше жить».
- А?
Чарли оглянулся как загнанный зверь. Спасения не было. Все пути к отступлению были отрезаны. Теперь они встретились лицом к лицу. Он и его зло.
- Ты сейчас дашь команду погрузить на транспорт 450 тонн золота, которое хранится у тебя в банке, это плата за оскорбление Ее Величества. Затем все деньги с замороженного счета переведешь в межгалактические кредиты и добавишь к ним столько же. Это проценты за задержку и транспортные расходы. Тебе все ясно?
Том Мэдден нахмурил брови. Он только что закончил разговор с двумя свидетелями — матерью и сыном.
Шмулинсон часто закивал головой. Дождавшись, пока банкир отдаст соответствующие распоряжения, Слай продолжил:
— Чертов мальчишка, — сказал Мэдден своему помощнику, когда их увели. — И несчастная женщина. Муж издевался над ней все время. Похоже, она его и убила. Но и сынишка не лучше папаши. Помяни мое слово, этот Джо Кастен еще доставит нам немало неприятностей.
- Знаешь в чем твоя ошибка? Ты недооценил нас. Империя жива, и оскорблять себя не позволит. И в твоем лице Империя продемонстрирует всем, что хоронить ее еще рано.
Том встал, повел плечами, чтобы снять усталость.
Пока он говорил, в комнату внесли маленький ящичек, открыв который, Слай набрал несколько цифр на панели внутри ящика и объяснил:
— Пойду взгляну, что поделывает бедняга Чарли, — сказал он.
- Я даю тебе шанс, за него благодари Императрицу, это она сказала обойтись без крови. Я бы тебя... Ладно, смотри, это - малый ядерный тактический заряд. Его мощности хватит, чтоб твой особняк просто испарился. У тебя будет полчаса после нашего ухода, чтоб успеть покинуть это место.
Ему не надо было далеко ходить. Из коридора он увидел тело Чарли, которое болталось, словно тряпка, подвешенная к потолку.
Затем он произнес что-то в коммуникатор и опять обратился к Шмулинсону:
«Сумасшедший! Он точно был сумасшедший», — подумал шериф.
- А вот теперь ты расскажешь мне, кто тебя надоумил заморозить счет...
Флетчер Флора
ЖАЖДА СМЕРТИ
Хом-Халер лежал в кровати и переживал. Он вспоминал взбучку, которую ему дал Алкос Махро...
Мисс Мэлин из 912-го заказала джин и ведерко со льдом. «Мальчик» по имени Фриц доставил заказ в номер. Перед тем как постучать в дверь, Фриц просто так, случайно, взглянул на часы. Было одиннадцать ночи. Мисс Мэлин оставила дверь приоткрытой, но Фриц все равно слегка постучал, а уж потом вошел в номер.
- Как так получилось, что ты просрал столько кораблей? - Махро в ярости стучал кулаком по столу. - Почему ты позволил им уйти в ловушку? Почему не проверил данные? Засранец! Целых десять крейсеров просто уничтожили! Ты, урод, ты понимаешь, что ТЫ просто просрал эти десять кораблей! Ублюдки! - президента трясло от бешенства. - Как вы могли бежать от одного линкора?! Почему он еще не уничтожен?! Где они прячутся?! Где? Где? Где?
Махро хлестал Хом-Халера по щекам, с ненавистью глядя на него.
Фриц сразу понял, что мисс Мэлин пьяная. Нет, она не буянила и не шумела, как это часто бывает с женщинами после приема даже сравнительно небольшой дозы алкоголя. Наоборот, она вела себя достаточно скромно.
- Почему ты такой дебил? Почему ты и твои корабли убежали от ЕДИНСТВЕННОГО линкора?!! Отвечай!
На ней было маленькое черное платье, очень короткое в соответствии с модой, нитка жемчуга на шее и золотые сережки. Стильная прическа и дорогой парфюм завершали образ богатой избалованной особы. Куколка высший класс. Она потратила, наверное, целый вечер, чтобы выглядеть вроде бы так просто и в то же время потрясающе изысканно.
Его вопли прервал сигнал вызова. Коротко размахнувшись, Махро ударил Хом-Холера в живот со всей силы, тот захрипел и упал на колени. Пнув его еще раз, президент подошел к столу и нажал кнопку приема.
- Что там еще?
И пила она, наверное, тоже целый вечер. У Фрица был наметанный глаз.
- Господин президент! Это МИД вас беспокоит...
— Поставьте все рядом с кроватью, — сказала мисс Мэлин.
- Ну?
В комнате горел только торшер. Мисс Мэлин стояла у балконной двери и смотрела на лежащий внизу город. Затем она повернулась, прошлась по комнате и села на диван. Фриц переминался с ноги на ногу, терпеливо ожидая свои чаевые.
- Пришел запрос от МИДа Барркуна, они требуют объяснить, зачем Вы с помощью двух крейсеров вывезли все активы банка и убили банкира Шмулинсона...
— Еще чего-нибудь желаете, мисс Мэлин? — спросил он.
Она посмотрела на него. У нее было очень уставшее
- ЧТО?! Шмулинсона?! Два наших крейсера?!
лицо. И в глазах — смертельная тоска. Может, она и не слышала его вопрос. Так или иначе, вместо ответа она спросила:
- Так точно! Через пять минут Вам доставят текст ноты, так же особый советник по конфликтам ОСС вылетел в наш сектор... И еще, тут... э-э-э... Как бы сказать...
— Как тебя зовут?
— Фриц. Меня зовут Фриц.
- Живо говори, что случилось еще! - рявкнул президент.
— Красивое имя. В детстве у меня была собака. Ее тоже звали Фриц. Маленький фокстерьер. Он убежал, и его убили.
— Печальная история. Мне очень жаль, мисс Мэлин.
- Спасли одного из офицеров возле Лесной. У него при себе ультиматум от Империи и запись боя...
— Я плакала, но плакать бесполезно. Никогда не надо плакать. Это я поняла. Все время что-нибудь случается с теми, кого я люблю. Они умирают, уходят от меня и больше не возвращаются, плачь или не плачь. Ты был когда-нибудь один, Фриц?
- УЛИТИМАТУМ?!! - Президент пошатнулся.
— Конечно. Это со всяким бывает иногда.
— Ты ошибаешься, Фриц. Не иногда, а всегда. Ты всегда один. Ты или я — мы все страшно одиноки.
- Да, там сказано что, цитирую, «если Содружество попытается бомбить планеты Империи, то мы в составе трех линкоров и десяти крейсеров разбомбим как вашу столицу, так и близлежащие планеты».
— Вы так считаете, мисс Мэлин?
— Да. Я много думала над этим и вдруг сразу все поняла. Одиночество — это единственная реальная вещь во Вселенной. Все остальное — иллюзия. Вещи, люди — все иллюзия.
- Ну, сучара, - Махро нажал кнопку отбоя и повернулся к Хом-Халеру. - Что за крейсера ты отправил на Барркун? Я разве говорил убивать Шмулинсона? Я приказал обеспечить его БЕЗОПАСНОСТЬ! И где его деньги? И откуда у империи ТРИ линкора и ДЕСЯТЬ крейсеров? Мне ж доложили, что их флот ПОЛНОСТЬЮ уничтожен!!!
— А как же я, мисс Мэлин? Я тоже иллюзия?
— Ты реален в твоей вселенной. А я реальна в моей. Мы не можем ни услышать, ни увидеть, ни понять друг друга. Между нами всегда будет пустота. Ты там, а я здесь, и никакого способа попасть оттуда сюда и обратно.
- К-к-какие деньги? - покрывшись холодным липким потом, пробормотал Хом-Холер. - Какие три линкора?
— Ну если вы так говорите... Я не стану вам возражать, мисс Мэлин.
— Спасибо, Фриц. Я рада, что ты меня понял. Все зависит от того, как посмотреть. Надо видеть реальность. Немногие это умеют. Некоторым это удается на какой-то момент. И в этот момент они чувствуют себя одинокими. Ты понимаешь, о чем я говорю? Когда им плохо, когда им не хочется жить, потому что они одиноки. Но это проходит, и они снова тешат себя иллюзией, что им хорошо в этом мире, потому что в нем есть любовь. Это и есть самая большая ложь. Любовь — это ложь.
- Под меня копаешь? Денег решил по-быстрому урвать?! Думал, все сойдет с рук? Думал, что они уже разбомбили столицу и убили меня? - Махро схватил коммуникатор и проорал приказ: - весь флот на охрану столицы, живо!
— Ничего, мисс Мэлин, утром вы проснетесь и будете чувствовать себя гораздо лучше.
— Ты так думаешь? Очень мило с твоей стороны. Но твои слова тоже ложь. Согласись, что это жестоко.
- Почему до сих пор не подавленно сопротивление на планетах Империи?! - Алкос вновь обратил внимание на Хом-Халера. - Почему территория не приведена к покорности?!
— Я не хотел обманывать вас, мисс Мэлин.
— Ты делаешь это ненарочно. Чтобы не ранить меня. Ты добрый. Ты не виноват, что не видишь, где ложь, а где реальность. Вот, например, ты видишь меня сейчас? Ты можешь сказать мне, где я?
Затем президент обессиленно упал в кресло. Все шло прахом. Никому ничего нельзя доверить. Откуда у Империи еще корабли? И что делать с этим Хом-Халером? Провалил все, что только можно, подумать только, имея такое превосходство в силе, бежал от единственного линкора... Наверно пора от него избавится, поручать ему ничего нельзя, все завалит... Вон, стоит, сволочь. Обмочился уже от страха, и воняет от него псиной. И, кажется, он хочет меня подсидеть, ведь неспроста исчезли все деньги банкира, а вот с крейсерами он прокололся...
— Вы прямо передо мной, здесь, в этой комнате. Я слышу вас и вижу вас, и могу потрогать вас, если захочу. Вы здесь, и я здесь.
- Пошел вон! - Махро кинул в Хом-Халера тяжелым пресс-папье. - Завтра доложишь все данные по кораблям Империи...
— Все понятно. Ты ничего не видишь. Это все иллюзия. Ты должен уяснить себе, что меня здесь нет. На самом деле меня не существует. Я голая и одинокая в моей вселенной, которая возникла вместе со мной и исчезнет вместе со мной. Я умру, и все исчезнет в тот же миг. От этого никто не уйдет. А пока я одна в моей личной вселенной.
— Да. И еще Господь Бог.
И вот теперь Хом-Халер думал, что ему делать, Алкос Махро с каждым днем все злее и злее, он сильно изменился. Все-таки зря он связался с президентом, нужно было брать все свои сбережения и улететь в какой-нибудь тихий сектор...
— Нет. — Она покачала головой. — Только я одна.
Раздался звонок вызова, вздрогнув, Хом-Халер протянул руку и нажал кнопку.
Фриц слегка занервничал. Он почувствовал, что столкнулся с чем-то, чего лучше не знать. Чтобы не оказаться в еще худшей ситуации, он решил обратить все в шутку:
- Кого еще черти принесли?
<— Знаете, что вам нужно, мисс Мэлин? Хороший глоток джина. Хотите, я открою для вас эту бутылку? Где ваш бокал? Я за вами немного поухаживаю.
- Посыльный из канцелярии президента с секретным пакетом, - доложили ему.
— Нет, спасибо, Фриц. Думаю, что если я выпью еще бокал, то просто усну и снова проснусь утром. А я хочу уснуть и не проснуться. Учитывая все вышесказанное, так будет гораздо лучше.
— Вы же не хотите сказать, мисс Мэлин?.. Вы не должны так говорить!
- Пропустите.
— Неужели тебе никогда этого не хотелось, Фриц?
Через пару минут раздался стук в дверь и вошел подтянутый, средних лет, мужчина с холодными, пустыми глазами.
— Нет! Мне нет.
— Ты никогда не думал о смерти?
- Вам из канцелярии лично в руки, - вытянувшись и щелкнув каблуками проговорил посыльный, протягивая плотный пакет.
— Так, чтобы серьезно, — никогда. И я не думаю, что смерть так чертовски привлекательна.
— А я думаю, Фриц. Я постоянно об этом думаю. Сложная штука — смерть. Не знаешь, как умереть. Да, слишком много деталей в этом деле. Миллион способов. Ты не представляешь, как трудно выбрать. — Она посмотрела на балконную дверь. — Я стояла там и думала, когда ты вошел. Ты куда? — спросила она, заметив, что он попятился от нее.
У Хом-Халера противно засосало под ложечкой, ладони покрылись холодным, липким потом. Вскрыв пакет, Хом-Халер удивленно поднял глаза и почувствовал на своем горле удавку. Уронив лист, Хом-Халер пытался скрюченными пальцами разжать смертельные объятия. Он захрипел, лицо посинело, глаза стали вылезать из орбит, с противным запахом у него опорожнился кишечник. Наконец, жуткий хрип прервался и, дернувшись последний раз, Хом-Халер обмяк. Палач вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь, оставив лежать на полу труп с жутким посиневшим лицом с разинутым оскаленным ртом, далеко вывалившимся языком, по которому стекала, окрашенная кровью, слюна, и остекленевшими глазами. Рядом валялся вскрытый пакет и чистый лист бумаги.
— Работы много, — сказал он. — Надо идти.
— Не хочешь заняться со мной любовью?
— Что вы, мисс Мэлин! Меня могут выгнать за это.
— Ладно, не переживай. Не имеет значения. Все это только иллюзия.
Фриц стоял у двери.
— Послушайте моего совета, мисс Мэлин. Вы же хотели выпить. Так и выпейте, а затем ложитесь в постель. Утром вам станет лучше.
13. Ожидание и обучение.
— Ты вниз?
-Да.
— Я тебя догоню.
Проснулся я резко. В каком то темном мелком закутке. Глаза постепенно как то приспособились к темноте - я стал видеть все в сером цвете. Что за хрень такая? Куда я опять попал? Нужно выбираться от сюда... Так, передо мной длинный узкий лаз, придется идти по нему, другого выхода нет. Очень низкий потолок, приходится идти на четвереньках, а ничего, удобно. Хоть глаза слабо видят, но по запаху много становится ясно, в мозгу нарисовалась картинка, что чуть дальше есть пара самок и несколько самцов... Немного щекотно когда хвост волочится по земле...Хвост... ХВОСТ?! БЛЯТЬ! ЧТО ЗА ГРЕБАНАЯ ХЕРНЯ?! Так, нужно срочно выбраться отсюда и определиться, где я и кто я!!! Бегом, бегом, поворот, еще один, я каким-то чутьем знаю, где выход. Вот становится светлее, вот и выход! Какое гигантское помещение! Или это я такой маленький? Тут светло, присядем и осмотрим себя... МЛЯ! Крыса... Я КРЫСА! Я ХОЧУ НАЗАД! Я даже согласен быть принцессой, только верните меня назад!
Он вышел, закрыл дверь и пошел к лифту. Хотелось побежать. Но это было бесполезно. Он знал, что она все равно его «догонит». Когда он прибежит, она уже будет ждать его внизу.
ПРИШЕДШИЙ ИЗ МРАКА
«ОПАСНОСТЬ! - зажегся в мозгу сигнал. - ОПАСНОСТЬ! ОПАСНОСТЬ! ОПАСНОСТЬ!»
Эвелин нашла его в саду. Он лежал в маленькой палатке, укрывшись москитной сеткой, такой рваной, что вряд ли она пригодилась бы ему, будь здесь москиты. Одежда его пропиталась кровью, а истощенного лица было не видно из-за грязной кудлатой бороды. На складном стуле рядом с походной кроватью лежали пустая фляжка, разряженный револьвер, два патрона, три спички, небольшая керосиновая лампа и старая засаленная карта северной части Конго.
Этот человек бредил, иногда вскрикивая громко:
Нечто большое и темное метнулось на меня сверху и прижало лапой. Как тяжело! Мне даже не пошевелится... слегка вывернув голову, заметил приближающуюся пасть с острыми зубами и заорал от ужаса...
— Пигмеи! Пигмеи!
Он ей сразу понравился. Такой забавный!
Сел в кровати и тут дверь вышибло, прогрохотала автоматная очередь, влетело нечто большое и черное, меня просто снесло с кровати, и я очутился на полу. Зажегся свет и моему зрению предстала такая картина: выбитая дверь, чувствовался кисловатый запах сгоревшего пороха, сизая дымка после выстрелов висела в воздухе, слегка пахло озоном, противоположная кровати стена была изрешечена пулями и зияла огромная дыра от попадания гаусспатрона, из-за выбитой двери слышалось завывание сирены и топот ног. Возле кровати, ощерившись оружием, стояли трое преторианцев, поводя во все стороны стволами автоматов. Нервно дергались гауссовки, укрепленные на плече. Четвертый преторианец прижал меня к полу, прикрыв своим телом.
И она ему тоже понравилась. Когда он пришел в себя, бледный и дрожащий, ее лицо выплыло из тумана, и вся она предстала ему как белоснежное видение, как ангел-хранитель.
— Агата, — прошептал он. — Я хочу пить.
Когда прибежали Эмден и Ским, я сидел с ногами в кресле и, завернувшись в одеяло, пил горячий чай, куда Хельга добавила немного коньяка. Один из преторианцев стоял рядом, остальные после осмотра комнаты находились в соседнем помещении, Хельга и Ярослава пытались навести некое подобие порядка.
Ангел исчез. Он лежал, тяжело дыша в своей маленькой палатке.
Где-то в глубине его сознания затеплилась надежда, потому что Агата была рядом. Он принял Эвелин за добрую нянечку из его далекого детства.
- Что случилось? Вы целы?
Эвелин вернулась со стаканом воды и помогла ему приподняться. Вода пролилась на его куртку, но несколько капель все же смочило его губы, и он лег снова, совершенно обессиленный. Эвелин посмотрела на него благосклонно-сострадательно.
— Агата, — прошептал он, — дай мне твою руку.
- Н-ничего, - вспомнив кошмар, меня передернуло. - Просто ужасы снились.
Она присела на колени и погладила грубую ладонь
своими нежными пальцами.
- Да, нужно Вам другое помещение подобрать, - Ским оглядел разгромленную комнату. - Тут стало несколько неуютно. Я сейчас коменданта озадачу.
Тень улыбки появилась на потрескавшихся губах мужчины.
— Агата, — вздохнул он.
- Хорошо, - я допил чай. - Теперь я оденусь, и пойдем посмотрим, что выделит комендант.
И неожиданно вновь содрогнулся, объятый ужасом, и даже попытался встать с кровати.
— Пигмеи! — закричал он. — Агата, я слышу, как они идут! Это они! Спасайся!
Понятливо кивнув, они вышли, забрав преторианца. Одевшись, я вышел в соседнюю комнату, где меня уже ждал Донар, и направились осматривать новое помещение. Проходя мимо большого спортзала, услышал какой то шум и, заглянув туда, просто застыл в дверях - там тренировались спецназовцы под присмотром Алекса Вала. Тренировка впечатляла и завораживала, все происходило так быстро, что я даже не успевал замечать некоторые движения. Да, вот бы так уметь драться, как умеют эти ребята! Хотя, некоторые приемы мне были откуда-то знакомы...
Эвелин не пошевелилась. Она приложила свои холодные пальчики к раскаленному лбу. Шум шоссе доносился из-за ограды.
— Они далеко, — шепнула Эвелин. — За тысячу миль отсюда.
- Стоп! Смирно! - произнес вдруг Алекс Вал, заметив меня в дверях - Ваше Величество! Свободная смена террор-группы проводит тренировку и обучение новобранцев согласно распорядка!
— Они приближаются! — кричал он, откидывая назад голову и широко открыв воспаленные глаза. — Они идут! Прячься!
— Глупости, — сказала Эвелин, гладя эту горячую беспокойную голову.
- Вольно, - привычно произнес я. - Я тоже хочу так уметь!
Паника прошла, и через секунду его тело обмякло. Он повалился на кровать.
— Агата, — сказал он. — Ты очень славная.
- А-э-э... - только и смог протянуть ошарашенный Алекс Вал. - Кх-м, но зачем это Вам?
— Отдыхай. Спи. Ты уже в безопасности. Спи.
- Как это зачем? Вы что, против?
Убедившись, что он крепко спит, Эвелин тихо проскользнула по саду. От столба до веранды была протянута веревка, и на ней сушилось белье. Большие белые простыни полоскались на ветру. Сухие листья кружились под ногами.
Она шла по тропинке к дому. Ее мать и миссис Гэппи стояли в окне, склонившись над плитой.
- Нет-нет! - он слегка вздрогнул. - Но у Вас нет формы!
— Вы уверены, что уже готово, миссис Гэппи? — спросила мать.
— Двадцать пять минут, миссис Пайкер-Смит. Должно быть готово.
- Если дело только в этом, то...- я оглянулся на Эмдена, тот смотрел на меня ошарашенным взглядом, уловив на себе мой взгляд, он ответил:
— Надеюсь. Джералд такой привередливый, когда дело касается котлет. А вот и ты, Эвелин! Мой руки, дорогая, сейчас будем есть.
Миссис Пайкер-Смит, пухленькая, вечно в заботах и волнениях. Через десять минут она сидела за столом напротив своего мужа и не спускала с него глаз. Джералд был известный в округе хирург.
- Форма будет готова сегодня к вечеру!
— Вкусно, дорогой? — спросила с тревогой миссис Пайкер-Смит.