— Вы ведете себя ужасно таинственно, — заметил он, вернувшись к креслу с трубкой в зубах. — Строго конфиденциально, а? Полагаю, очередное преступление. Но здесь некому подслушивать...

Лейн пригвоздил его суровым взглядом Старого морехода[56]:

— Когда человек глух, Мартини, даже стены имеют уши... Дружище, я оказался замешанным в одно из самых невероятных приключений, какие можно себе представить. Очень многое зависит от определенного элемента...

* * *

Дромио, подремывавший за рулем, вздрогнул и отогнал пчелу. Тяжелый аромат роз усыплял его. Дверь коттеджа Мартини, остававшаяся закрытой в течение получаса, внезапно открылась, и на пороге появилась высокая фигура его хозяина. Дромио слышал, как доктор Мартини рассеянно произнес:

— Боюсь, это единственное решение, Лейн. Я должен видеть бумагу, прежде чем высказать вам свое мнение. Но даже тогда, как я вам говорил...

— Ох уж вы, ученые! — послышался нетерпеливый голос Лейна. — Я надеялся на более конкретный результат. Как бы то ни было... — Он пожал плечами и протянул руку. — С вашей стороны было любезно проявить интерес. Мне казалось, в моей идее что-то есть. Вечером бумага будет приготовлена для вас.

— Превосходно. Я приеду в «Гамлет»...

— Чепуха! К чему столько хлопот? Я вернусь сюда...

— Это еще зачем? Поездка пойдет мне на пользу, и я хочу взглянуть на Куоси. В прошлый раз мне не понравились капризы его артерий.

Озадаченный Дромио открыл дверцу. Его хозяин, идя по дорожке, внезапно остановился и сдвинул седые брови:

— Не видел, чтобы кто-нибудь здесь рыскал?

Дромио разинул рот.

— Рыскал, мистер Друри?

— Да. Ты никого не видел?

Дромио почесал за ухом.

— Боюсь, сэр, я вздремнул на пару минут. Но вряд ли...

— Ах, Дромио, — вздохнул старый джентльмен, залезая в машину, — когда ты поймешь, что бдительность... Ладно, не имеет значения. — Он весело помахал рукой доктору Мартини. — В Ирвингтоне остановись у телеграфа.

Когда они прибыли в Ирвингтон, Дромио нашел офис компании «Вестерн юнион». Лейн вошел внутрь, задумчиво посмотрел на часы на стене, сел за столик и потянулся за карандашом и блокнотом с желтыми бланками. Несколько секунд он смотрел на хорошо заточенный грифель, не видя ею, так как разглядывал что-то за пределами физического зрения.

Потом Лейн медленно написал на верхнем бланке текст, адресованный в агентство инспектору Тамму:


«БУМАГА С СИМВОЛОМ НУЖНА СЕГОДНЯ ВЕЧЕРОМ ТЧК ПРИЕЗЖАЙТЕ К ОБЕДУ
Д.Л.».


Он оплатил телеграмму и вернулся к машине. Дромио ждал с возбужденным блеском в ирландских глазах.

— Теперь можем ехать домой, Дромио, — вздохнул старый джентльмен и расслабился на подушках.

* * *

Когда длинный «линкольн» скрылся в направлении Тэрритауна[57], высокий мужчина в темном пальто с поднятым, несмотря на жаркое солнце, до ушей воротником вышел из тени черного седана «кадиллак», припаркованного на другой стороне улицы, огляделся вокруг и быстро зашагал к телеграфу, снова огляделся, взялся за дверную ручку и решительно шагнул внутрь.

Незнакомец направился прямо к столику, на котором Лейн писал текст телеграммы, и сел, уголком глаза поглядывая на прилавок. Два клерка хлопотали у своих мест. Мужчина посмотрел на пачку бланков. На верхнем из них остались оттиски от карандаша Лейна. Поколебавшись, незнакомец взял карандаш и начал осторожно водить грифелем по листу. Отдельные штрихи на желтой бумаге складывались в слова...

Поднявшись, высокий мужчина вырвал бланк из блокнота, скомкал его, сунул в карман и вышел на улицу. Один из клерков озадаченно посмотрел ему вслед.

Перейдя улицу, мужчина сел в «кадиллак», освободил тормоз и поехал на юг, в сторону Нью-Йорка.

Глава 15

ТРЕВОГИ И ПОЕЗДКИ

Во второй половине дня Пейшнс вернулась в детективное агентство Тамма после скромного, но вполне удовлетворительного шопинга, застав мисс Броуди на грани безумия.

— О, мисс Тамм! — воскликнула она, принудив Пейшнс уронить пакеты. — Какой ужас! Я так рада, что вы вернулись! Я чуть с ума не сошла...

— Прекратите истерику, Броуди, — твердо сказала Пейшнс. — Что еще произошло?

Мисс Броуди драматическим жестом указала на открытую дверь кабинета инспектора. Пейшнс вбежала туда. Комната была пуста, а на столе лежал желтый конверт.

— Где отец?

— Приходил клиент, мисс Тамм, — кража драгоценностей или что-то в этом роде. Инспектор велел передать вам, что он не знает, когда вернется. Но телеграмма...

— Броуди, — вздохнула Пейшнс, — у вас чисто буржуазный страх перед телеграммами. Возможно, это всего лишь реклама. — Тем не менее она хмурилась, вскрывая конверт и читая лаконичное послание Друри Лейна.

Мисс Броуди стояла в дверях, ломая руки, как профессиональная плакальщица.

— Не изображайте ожившую статую Трагедии, — сказала ей Пейшнс и добавила, обращаясь к себе: — Интерес но, что могло произойти теперь? Ведь прошло всего несколько часов...

— Что-то случилось? — испуганно спросила мисс Броуди.

— Не знаю. Во всяком случае, незачем паниковать. Расслабьтесь, пока я черкну записку отцу. — Пейшнс энергично шлепнула стенографистку по толстому заду.

Мисс Броуди покраснела и удалилась в приемную расслабляться за своим столом.

Сев на стул инспектора, Пейшнс взяла лист бумаги, облизнула кончик карандаша и обратилась к музе творческого вдохновения:


«Дорогой папа! Наш любимый друг, мудрец из Лейнклиффа, телеграфировал тебе в весьма безапелляционной манере, приказывая доставить бумагу с символом сегодня вечером в «Гамлет». Похоже, что-то затевается, хотя он не сообщает, что именно. У бедной Броуди при виде телеграммы случился истерический припадок, но она не осмелилась вскрыть ее в наше отсутствие. Она сообщила, что ты занят заработком денег, дабы я могла их тратить. Это кстати, так как после того, как мистер Роу повел меня на прогулку в парк и — надеюсь, с сожалением, — вернулся к работе в Британском музее, я отправилась в универмаг «Мейси», где приобрела несколько крайне необходимых мне предметов дамского белья. Разумеется, сейчас я буду действовать в лучших традициях детективного агентства Тамма — возьму драгоценную бумагу, сяду за руль и поеду в «Гамлет». Позвони мне туда, когда вернешься. Милый старый Друри приглашает к обеду, а если процедура затянется, я уверена, он не будет возражать против того, чтобы я воспользовалась одной из его древних кроватей. Будь осторожен, дорогой.
Пэт.
P. S. Пожалуй, чтобы не ехать через холмы в одиночестве, я попрошу мистера Роу сопровождать меня. Надеюсь, это тебя успокоит».


Спрятав письмо в конверт, Пейшнс сунула его в блокнот, лежащий на столе, потом, что-то напевая, подошла к сейфу, набрала комбинацию, открыла тяжелую дверцу, порылась внутри, достала запечатанный продолговатый конверт и закрыла сейф. Убедившись, что содержимое конверта нетронуто, она открыла большую матерчатую сумку, набитую чисто женскими мелочами, и спрятала в нее конверт, после чего подошла к телефону и набрала номер:

— Доктор Чоут?.. О, понятно. Ну, это не важно — я хотела поговорить с мистером Роу... Привет, Гордон. Ничего, что я снова вас беспокою?

— Беспокоите? Да я в полном восторге!

— Как работа?

— Прогрессирует.

— Не могли бы вы замедлить вращение колес прогресса на остаток дня, сэр?

— Вы знаете, Пэт, что ради вас я готов на все!

— Я собираюсь съездить в «Гамлет» с... кое с чем, Гордон. Можете поехать со мной?

— Попробуйте остановить меня!

— Отлично. Встретимся у Британского музея минут через десять. — Положив трубку, Пейшнс пригладила непокорным вихор за ухом и вышла в приемную. — Броуди, я уезжаю.

— Уезжаете, мисс Тамм? — В голосе стенографистки звучала тревога. — Куда?

— К мистеру Лейну в Уэстчестер. — Пейшнс критически обследовала себя в зеркале позади стола мисс Броуди, припудрила нос, подкрасила губы и разгладила белый парусиновый костюм. — Господи, даже переодеться нет времени. Парусина так мнется!

— В самом деле! — оживилась мисс Броуди. — В прошлом году у меня тоже был парусиновый костюм, так я постоянно сдавала его в чистку... — Она оборвана фразу. — А что мне сказать инспектору, мисс Тамм?

Пейшнс надела парусиновую шляпку с бантом в голубой горошек, уверенным жестом приспособила такой же расцветки галстук и отозвалась:

— Я оставила на его столе записку и телеграмму.

— Инспектор будет в ярости...

— А вы будьте хорошей девочкой, Броуди, и постарайтесь выдержать атаку. Заберу свои покупки завтра.

Удовлетворенная обследованием, она улыбнулась мисс Броуди, которая вяло махнула рукой, подхватила сумку и вышла из офиса.

* * *

Маленький голубой родстер стоял у обочины. Пейшнс с беспокойством изучала небо, но оно было голубее ее глаз. Она решила не поднимать верх автомобиля. Сев в машину.

Пейшнс положила сумку рядом с собой, включила зажигание, освободила тормоз и медленно поехала в сторону Бродвея. На углу ей пришлось остановиться на красный свет.

Большой черный «кадиллак», стоящий на противоположной стороне улицы, ожил, как только Пейшнс села в голубой родстер, и бесшумно заскользил следом, словно мрачная черная тень. Он притормозил позади родстера на светофоре, потом последовал за ним по Бродвею и по Пятой авеню.

Когда Пейшнс внезапно остановилась у тротуара около Шестьдесят пятой улицы, «кадиллак» проехал мимо, потом замедлил ход и двинулся к Шестьдесят шестой улице, покуда Гордон Роу, покрасневший от удовольствия, бодро уселся рядом с Пейшнс. Когда родстер проехал мимо «кадиллака», тот снова последовал за ним.

Пейшнс пребывала в бодром настроении. Родстер повиновался ей, солнце пригревало, веял прохладный ветерок, а рядом сидел красивый молодой человек. Она позволила Роу взглянуть на конверт в ее сумке и болтала ни о чем, пока спутник изучал ее пикантное личико.

Всю дорогу через заполненный транспортом Манхэттен «кадиллак» не отставал от родстера, но Пейшнс и Роу не замечали его присутствия. Когда они выехали из города, Пейшнс увеличила скорость, но «кадиллак» упорно держался позади.

Наконец молодой мистер Роу прищурился и бросил взгляд через плечо. Пейшнс продолжала болтать.

— Прибавьте скорость, Пэт, — небрежным тоном сказал молодой человек. — Посмотрим, что вы сможете выжать из этой консервной банки.

— Хотите скорости? — усмехнулась Пейшнс. — Но штраф платить будете вы! — Она резко нажала на акселератор, и родстер рванулся вперед.

Роу снова оглянулся. «Кадиллак» без усилий сохранял дистанцию.

Некоторое время Пейшнс молча вела машину, демонстрируя компаньону ее возможности. Мистер Роу не проявлял внешних признаков тревоги — только его подбородок слегка напрягся, а карие глаза превратились в щелочки.

— Я вижу впереди поворот на проселочную дорогу, Пэт, — внезапно сказал он. — Сверните туда.

— Это еще зачем?

— Говорю вам, поворачивайте!

Пейшнс сердито посмотрела на него, потом взглянула в зеркало заднего вида.

— О! — воскликнула она, побледнев.

— За нами следуют, — спокойно сказал мистер Роу, но теперь в его голосе не слышалось легкомыслия. — Сворачивайте на эту дорогу, Пэт. Может, нам удастся от него отделаться.

— Хорошо, Гордон. — Пейшнс резко повернула руль, направив родстер с шоссе на узкую дорогу.

«Кадиллак» промчался мимо, но остановился, развернулся и последовал за ними.

— Думаю, мы совершили ошибку, — прошептала Пейшнс — ее губы слегка дрожали. — Там... там нет выезда, Гордон.

— Езжайте вперед, Пэт, и смотрите на дорогу.

Выездов действительно не было. Пейшнс надавила на акселератор, и маленькая машина рванулась вперед, как раненое животное. Роу смотрел назад. «Кадиллак» ехал за ними, но не делал попыток догнать их — возможно, водитель не хотел атаковать преждевременно.

Сердце Пейшнс колотилось в груди, как палочка о барабан. Про себя она благодарила всех богов за решение просить Роу сопровождать ее. Его физическое присутствие успокаивало нервы. Пейшнс стиснула зубы и склонилась над рулем, уставясь на скверную грунтовую дорогу, ухабы которой заставляли подпрыгивать на сиденье. «Кадиллак» не отставал.

Дорога становилась все более узкой. Впереди маячили деревья. Нигде не было видно ни малейших признаков жилья. Перед мысленным взором Пейшнс мелькали газетные заголовки — «Ужасное преступление в Уэстчестере», «Девушка и ее спутник убиты», — ее собственное мертвое тело и Роу, умирающий рядом с ней... Затем, как в тумане, она увидела черный автомобиль, поравнявшийся с родстером...

— Езжайте дальше! — крикнул Роу, приподнявшись на сиденье. — Не позволяйте ему напугать вас, Пэт!

Длинная рука в черном рукаве делала безошибочные движения. «Кадиллак» начал приближаться к маленькой машине, словно намереваясь столкнуть ее с дороги. Пейшнс поняла, что преследователь старается вынудить ее остановиться.

— Хочет драки? — пробормотал Роу. — Ладно, Пэт, остановитесь, и посмотрим, что нужно этому типу.

Бросив быстрый взгляд на молодого человека, готового к прыжку, Пейшнс с отчаянием подумала о том, что можно было бы врезаться в «кадиллак» и разбить обе машины. Она часто читала о таком, но, столкнувшись с подобной ситуацией в реальности, внезапно поняла, что не хочет умирать... Обругав себя дурой и трусихой, Пейшнс крепче вцепилась в руль.

Ее нога ослабила давление на акселератор и нащупала ножной тормоз. Родстер нехотя остановился.

— Сидите тихо и не вмешивайтесь, Пэт, — предупредил Роу. — У меня предчувствие, что это крутой парень.

— Пожалуйста, Гордон, не рискуйте!

— Пригнитесь!

«Кадиллак» пронесся мимо, повернулся, блокировав дорогу, и остановился. Закутанная в пальто фигура в маске выскочила из машины, размахивая револьвером, и побежала к родстеру.

Гордон Роу выпрыгнул на дорогу, преградив путь человеку в маске. Как в кино, подумала Пейшнс. В блестящем синеватом оружии, направленном на молодого человека, было нечто нереальное.

Внезапно она вскрикнула. Из дула вырвались дым и пламя, и Гордон Роу свалился на грязную дорогу, как срубленное дерево. Его тело судорожно подергивалось. Кровь брызнула на грунт. Человек в маске вскочил на подножку родстера.

— Убийца! — взвизгнула Пейшнс, пытаясь выбраться из машины и ухватиться за револьвер, но он ударил ее по руке, и она рухнула на сиденье, едва не теряя сознание от боли.

Из-под маски послышался глуховатый голос:

— Сидите спокойно. Дайте мне бумагу. — Рука в перчатке взмахнула револьвером.

Пейшнс посмотрела на свою руку — костяшки пальцев кровоточили.

— Какую бумагу? — прошептала она.

— Бумагу в конверте. Живо. — Голос был лишен всякого выражения. Бумагу с загадочным символом и штампом библиотеки Сэксона, поняла Пейшнс. Вот из-за чего погиб Гордон Роу...

Она стала ощупью искать сумку. Человек в маске оттолкнул ее, схватил сумку и спрыгнул с подножки, все еще угрожая револьвером. Пейшнс начала вылезать из родстера...

Рядом послышался грохот, словно взорвался весь мир... Она отпрянула и зажмурила глаза. Неужели он выстрелил в нее?.. Когда Пейшнс снова открыла глаза, «кадиллак» тронулся с места. Секундой позже он молнией пронесся мимо, направляясь назад к шоссе...

Пейшнс с трудом выбралась из машины. Роу лежал на дороге, бледный и неподвижный. Она сунула руку ему под пиджак. Сердце билось!

— О, Гордон! — всхлипывала Пейшнс. — Я так рада!

Он застонал и открыл глаза:

— Что произошло, Пэт? Он...

— Куда вы ранены, Гордон? Я должна вызвать врача.

Роу осторожно сел. Его левая рука кровоточила. Пейшнс сняла с него пиджак, и он поморщился от боли. Пуля прошила насквозь мясистую часть предплечья.

— Черт! — с отвращением сказал Роу. — Грохнулся в обморок, как баба! Перевяжите рану, Пэт, и мы погонимся за этим проклятым убийцей.

— Но...

— Мне не нужен никакой врач! Перевязывайте скорее!

Опустившись на колени, Пейшнс оторвала кусок подола юбки и туго перевязала рану. Роу поднялся самостоятельно, грубо толкнул ее на водительское сиденье и прыгнул в машину.

Пейшнс развернула родстер и неуверенно поехала следом за «кадиллаком». Через полмили Роу велел ей остановиться, вылез из машины и подобрал что-то на дороге. Это была открытая сумка Пейшнс.

Продолговатый конверт с бумагой, на которой находился загадочный символ, исчез вместе с «кадиллаком».

* * *

Спустя час мисс Пейшнс Тамм, всхлипывая на груди мистера Друри Лейна, поведала об их невероятном приключении. Бледный, но спокойный Гордон Роу сидел рядом на садовой скамейке. Его пиджак лежал на траве, повязка на руке пропиталась кровью. Маленький Куоси, древний слуга Лейна, побежал за теплой водой и бинтами.

— Ну-ну, дорогая моя, — успокаивал Пейшнс старый актер, — не надо так волноваться. Слава богу, что не случилось худшего. Я ужасно сожалею, Гордон! Мне и в голову не пришло, Пейшнс, что с конвертом поедете вы. Теоретически я допускал определенный элемент риска, но знал, что инспектор всегда вооружен... Куоси! — крикнул он вслед старику. — Позвони инспектору Тамму в его офис!

— Это моя вина, — продолжала всхлипывать Пейшнс. — Господи, я промочила вам пиджак! Гордон, с вами все в порядке?.. В результате я потеряла конверт. С удовольствием задушила бы эту скотину!

— Вы оба очень везучие, — сухо заметил Лейн. — Очевидно, напавший на вас не из тех, кого останавливают соображения гуманизма... Да, Куоси?

— Он в бешенстве, — дрожащим голосом сообщил Куоси. — Фальстаф идет сюда с водой.

— Фальстаф? — недоуменно произнес Гордон Роу. — Ах да! — Он медленно провел здоровой рукой по глазам. — Я намерен довести дело до конца, сэр, — сказал он Лейну.

— Прежде всего, молодой человек, вы нуждаетесь в медицинской помощи. А вот и доктор Мартини в своем драндулете!.. Пейшнс, поговорите с отцом.

Пейшнс подошла к Роу, потом повернулась и побежала к дому.

Маленький потрепанный «форд» затормозил на подъездной аллее, и седая голова доктора Мартини высунулась из окошка.

— Вы очень кстати, Мартини! — крикнул ему Друри Лейн. — У меня для вас пациент... Гордон, сидите спокойно — вы всегда были чрезмерно импульсивным молодым человеком... Доктор, взгляните на его предплечье.

— Воды, — кратко потребовал врач при виде запекшейся крови.

Маленький толстячок, отзывающийся на имя Фальстаф, уже спешил с тазом теплой воды.

* * *

Черный «кадиллак» обнаружили ночью на обочине дороги около Бронксвилла в результате усилий инспектора Тамма и помощи полиции Уэстчестера. Утром в Ирвингтоне его взял напрокат высокий молчаливый мужчина, закутанный в темное пальто.

По предложению Лейна были опрошены клерки из ирвингтонского телеграфа. Один из них припомнил краткий визит высокого человека в темном пальто. Таким образом удалось выяснить способ, которым незнакомец узнал о доступности конверта. Но не было никаких следов ни украденного конверта, ни его похитителя.

Глава 16

КОЛЬЦО С ПОДКОВОЙ

Молчаливая группа покинула «Гамлет» на следующее утро, в субботу, в автомобиле мистера Друри Лейна. Родстер Пейшнс остался в поместье. Молодой мистер Роу с рукой на перевязи мрачно сидел между Лейном и Пейшнс. Лейн был погружен в раздумье, а Пейшнс чуть не плакала.

— Не упрекайте себя, дитя мое, — вскоре заговорил старый джентльмен. — Это не ваша вина. Я никогда не прощу себе того, что подверг вас опасности.

— Но я потеряла бумагу, — жаловалась Пейшнс.

— Это не космическая катастрофа. Думаю, мы можем обойтись без нее.

— Тогда почему вы телеграфировали, прося привезти бумагу? — внезапно осведомился Роу.

— Мне пришла в голову одна мысль, — вздохнул Лейн и снова умолк.

Дромио остановился у коттеджа доктора Мартини, и врач молча сел в лимузин. Быстро осмотрев раненую руку молодого человека, он кивнул, закрыл глаза и задремал.

Когда они въехали в город, Друри Лейн пробудился от размышлений.

— Думаю, Гордон, нам лучше сначала отвезти вас домой.

— Домой! — с горечью повторил молодой человек.

— Дромио, в дом Сэксонов... Взгляните на Мартини — спит как сурок! — Старый джентльмен усмехнулся. — Вот что значит душевное спокойствие, мой мальчик. Если бы вы не играли Ромео в паре с Пейшнс в роли Джульетты...

Особняк Сэксонов, как обычно, был неприветлив и пуст. Дворецкий с великолепными бакенбардами снова выразил сожаление по поводу отсутствия миссис Сэксон. Его бесстрастные глаза слегка расширились при виде перевязанной руки Роу, и на миг он стал выглядеть почти по-человечески.

Однако старый Крэбб, по-видимому, счел пулю в предплечье молодого человека занятной шуткой.

— Это вам наказание за то, что лезете в чужие дела! — заявил он, искоса поглядывая на спокойное лицо Лейна и непроницаемые черты доктора Мартини.

Роу покраснел и стиснул здоровый кулак.

— Мы хотели бы взглянуть на бланк библиотеки Сэксона, мистер Крэбб, — поспешно сказал Друри Лейн.

— Опять?

— Если не возражаете.

Крэбб пожал плечами, удалился и вскоре вернулся с бланком.

— Да, точно такой же, — пробормотал Лейн доктору Мартини, забирая бланк у Крэбба. — Что вы об это думаете?

Врач повертел в руке бланк, отошел с ним к одному из окон приемной, раздвинул тяжелые занавеси и, прищурившись, обследовал бумагу, то держа ее в вытянутой руке, то поднося к глазам, потом задернул занавеси, положил на стол лист светло-серой бумаги с темно-серым штампом наверху и тихо сказал:

— Да, то, что вы подозревали, похоже на правду.

— Вот как? — странным тоном произнес Лейн.

— Как я говорил, мы знаем об этом очень мало. Должно быть, случай уникальный. Я бы хотел познакомиться с ним поближе.

— Я бы тоже, Мартини. — Лейн посмотрел на молодую пару. — Ну, нам пора. Au revoir[58], Гордон...

— Я с вами. — Роу упрямо выпятил подбородок.

— По-моему, вам лучше отдохнуть... — Пейшнс оборвала фразу, озадаченно глядя на доктора Мартини.

— Властный инстинкт женщины! — усмехнулся Крэбб, потирая руки. — Берегитесь, Роу... Не могли бы вы объяснить мне, мистер Лейн, что означает весь этот вздор?

Но старый джентльмен продолжал ласково смотреть на Пейшнс и Роу.

— Пожалуй, нам стоит нанести визит инспектору, — пробормотал он. — Доктор, Дромио отвезет вас домой, а мы с молодыми людьми поедем на такси... Благодарю вас, мистер Крэбб. Всего хорошего.

* * *

— Что с вами случилось? — осведомился инспектор у Роу, обняв дочь.

— Получил пулю, сэр.

— Знаю. Пэтти сообщила мне вчера вечером. — Тамм усмехнулся. — Это научит вас не высовываться, юноша. Значит, на вас напали? Хотел бы я оказаться там.

— Вы бы тоже схлопотали пулю, — мрачно заметил мистер Роу.

— Как сказать. Что это был за тип, Пэтти?

Пейшнс вздохнула:

— Он был весь закутан, папа. И боюсь, мне было не до наблюдений, когда Гордон лежал на дороге, истекая кровью.

— Как насчет его голоса? Ты говорила, что он потребовал конверт.

— Голос звучал глухо.

Тамм откинулся на спинку стула.

— Мне нравится, что он начинает играть в открытую. Но я, к сожалению, вряд ли смогу продолжать этим заниматься. Я увяз по горло в деле о краже драгоценностей...

— Вы смогли составить список исчезнувших людей, инспектор? — спросил Лейн. — Собственно говоря, я здесь ради этого.

Тамм положил перед ним пачку листов с отпечатанным текстом.

— Среди них нет ни одного убитого или исчезнувшего, который был связан с книгами.

Старый джентльмен изучил перечень.

— Странно, — пробормотал он.

— Мне тоже так кажется.

В приемной зазвонил телефон и послышался трагический голос мисс Броуди. Потом зазвонил аппарат инспектора, и он снял трубку:

— Алло!.. Что?!

Будто высеченное из гранита лицо инспектора побагровело, а глаза чуть не вылезли из орбит. Остальные недоуменно смотрели на него.

— Сейчас приеду! — Он положил трубку и вскочил со стула.

— Что случилось, папа? Кто звонил? — спросила Пейшнс.

— Чоут. Что-то случилось в музее, и он хочет, чтобы мы сразу же приехали.

— Ну и дела! — воскликнул Роу, вставая.

Старый джентльмен медленно поднялся.

— Было бы крайне любопытно, если...

— Если что? — спросила Пейшнс, когда они шли к лифту.

Лейн пожал плечами:

— Каждое событие, как говорил Шиллер, есть суд Божий. Я верю в нерушимость божественного порядка, дитя мое.

— А что означало обследование доктором Мартини бланка библиотеки Сэксона? Я ломала себе голову...

— Не стоит, Пейшнс. Это интересно, но едва ли важно на данной стадии. Кто знает — когда-нибудь это может принести пользу.

* * *

Британский музей кипел от возбуждения. Доктор Чоут с ощетинившейся эспаньолкой встретил их на пороге.

— Хорошо, что вы приехали, — сказал он. — День выдался кошмарный... Что с вашей рукой, Роу? Несчастный случай? Входите, входите!

Хранитель музея провел их через приемную в свой кабинет, где находилась странная компания. Доктор Седлар, нахмурив брови, мерил шагами пол; за спинкой стула стоял полицейский, сжимая в руке дубинку, а на самом стуле сидел высокий, смуглый субъект с латинской внешностью, в его глазах мелькал страх. Щегольская одежда была измята, как после драки, а серая шляпа валялась на полу.

— Что здесь происходит? — проворчал инспектор, остановившись в дверях. Внезапно его лицо оживилось. — Ну-ну! Смотрите-ка, кто здесь!

Гордон Роу и итальянец на стуле одновременно втянули воздух в легкие и затаили дыхание.

— Привет, Коберн, — дружелюбно обратился инспектор к полицейскому за стулом. — Все еще в патрульных?

Глаза полицейского расширились.

— Инспектор Тамм! Сколько лет, сколько зим! — Он с готовностью отдал честь.

— Давненько не виделись, — весело продолжал Тамм. Потом он двинулся вперед и остановился перед человеком на стуле, который съежился и опустил глаза. — Что тебе понадобилось в музее, Джо? Только не говори мне, что поступаешь в колледж! Когда мы встречались прошлый раз, ты воровал бумажники. Встань, когда я говорю с тобой!

Итальянец вскочил со стула, нервно теребя яркий галстук и уставясь на ботинки инспектора.

— Этот человек, — возбужденно заговорил доктор Чоут, — каким-то образом пробрался в музей несколько минут назад, и доктор Седлар поймал его в Комнате Сэксона роющимся в книгах и заглядывающим в витрины.

— В самом деле? — пробормотал Друри Лейн.

— Мы вызвали полицейского, но этот тип не желает сообщать, кто он, как проник в здание и что здесь искал, — пожаловался хранитель. — Господи, не могу понять, что тут творится!

— Что именно он делал, доктор Седлар, — спросил Лейн, — когда вы застали его в Комнате Сэксона?

Англичанин кашлянул:

— Никогда бы не подумал, что... э-э... существо с таким уровнем интеллекта может интересоваться редкими книгами. Тем не менее я уверен, что он хотел что-то украсть. Как сказал доктор Чоут, он заглядывал в витрины...

— В витрину Джеггарда? — резко осведомился Лейн.

— Да.

— Значит, он не желает назвать свое имя? — ухмыльнулся инспектор. — Ну, в этом мы можем вам помочь — верно, Джо? Этот представитель воровской профессии — мистер Джо Вилла, один из лучших карманников в дни нашего знакомства, недавно переквалифицировавшийся во взломщика, домушника, а заодно и стукача.

— Я ничего плохого не сделал, — буркнул итальянец.

— Как ты сюда проник, Джо?

Молчание.

— Кто тебя послал? Каков твой гонорар? Наверняка такой тупица с капустной кочерыжкой вместо мозгов не мог сам это придумать.

Итальянец облизнул губы — его маленькие черные глазки быстро перебегали с одного лица на другое.

— Никто меня не посылал! — отозвался он. — Я просто зашел поглазеть...

— И книжку почитать, — усмехнулся Тамм. — Знаете этого субчика, Коберн?

Полицейский покраснел:

— Нет, инспектор. Очевидно, он залег на дно после того, как вы ушли из департамента.

— Ай-ай-ай, куда катится мир! — сокрушенно произнес Тамм. — Ну, Джо, будешь говорить или отвезти тебя в управление и угостить дубинкой?

— Я ничего не сделал, — снова пробубнил Вилла, но его лицо заметно побледнело.

Гордон Роу шагнул вперед.

— Думаю, инспектор, я в состоянии вам помочь, — спокойно сказал он.

Вилла озадаченно изучал его лицо, словно ища знакомые черты.

— Он был в группе школьных учителей, которая посещала музей в тот день, когда украли Джеггарда 1599 года.

— Вы уверены, Гордон?! — воскликнула Пейшнс.

— Абсолютно. Я узнал его, как только вошел в эту комнату. Могу поклясться, что он был в музее в тот день.

Доктор Седлар разглядывал Виллу, как лабораторный объект под микроскопом. Потом он отошел к одному из занавешенных окон.

— Колись, Джо, — мрачно сказал Тамм. — Что ты делал здесь, когда затесался в учительскую группу? Не говори мне, что преподаешь в школе в Индиане!

Вилла плотно сжал губы.

— Ладно, умник. Доктор Чоут, я могу воспользоваться вашим телефоном?

— Что вы собираетесь делать? — внезапно спросил Вилла.

— Ткнуть в тебя пальцем. — Тамм набрал номер. — Мистер Тиофел? Это Тамм из детективного агентства. Джордж Фишер сейчас поблизости?.. Превосходно. А Барби, ваш диспетчер?.. Не могли бы вы отпустить обоих на полчасика?.. Отлично. Пришлите их немедленно в Британский музей на углу Пятой авеню и Шестьдесят пятой улицы.

* * *

Фишер и диспетчер с заметно побледневшими физиономиями вошли в комнату и устремили взгляд на съежившегося человека на стуле.

— Узнаете этого подонка, Фишер? — спросил инспектор.

— Еще бы! — отозвался водитель. — Он один из двух типов, замешавшихся в группу учителей.

— Это клевета! — огрызнулся Вилла.

— Заткнись, Джо. Который из них, Фишер?

Водитель пожал плечами.

— Не помню, шеф, — с сожалением ответил он.

Инспектор повернулся к Барби. Диспетчер нервно поглаживал дряблой рукой подбородок.

— Вы должны знать, Барби, — ведь вы говорили с этой вонючкой. Он один из двух человек, которые дали вам взятку, чтобы вы впустили их в автобус, не так ли?

Вилла злобно уставился на диспетчера.

— Думаю, что так, — пробормотал Барби.

— Думаете! Да или нет?

— Да, сэр.

— Который из них?

— Второй.

— Девятнадцатый пассажир! — шепнула Пейшнс Роу. — Вы уверены?

Внезапно Барби метнулся вперед, и из горла Виллы вырвалось бульканье. Некоторое время все ошеломленно взирали на потасовку. Наконец вмешались полицейский и Тамм.

— Вы что, рехнулись, Барби? — пропыхтел инспектор.

Коберн схватил вора за воротник и трижды встряхнул его. Тот сразу обмяк. Барби приподнял левую руку Виллы.

— Видите кольцо?

На левом мизинце вора красовался платиновый ободок с подковкой из того же металла окруженной маленькими бриллиантами.

Вилла облизнул сухие губы.

— Ваша взяла, — проскрипел он. — Это был я.

Глава 17

ОБВИНЕНИЕ №2