Только сейчас Трент обратил внимание, что ночной посетитель даже стоит не так, как все нормальные люди. Гарон просто застыл на месте без всякого намека на движение. Так ведет себя выключенная или остановленная машина. Обычный человек не может сохранять полную неподвижность сколько-нибудь продолжительное время - то плечом поведет, то почешется, то головой дернет. Этот же возвышался на пороге как истукан, не шевелясь и не моргая. Он и говорил в точности как робот, двигая одними губами. Ни глаза, ни лицо, ни тело в речевом процессе не участвовали. Киборг вполне обходился без жестов.

- Я уже девять лет служу в оккупированной части Америки. Сначала в качестве наблюдателя в сети, затем как военнослужащий элитных частей. Ты же, в свою очередь, являешься одним из самых замечательных вебтанцоров. Мои контактеры в Пятом департаменте полиции Нью-Йорка вполне согласны с этим мнением. Они клянутся, что ты самый изощренный, самый хитрый Игрок, какого они только встречали.

- Я тоже готов поклясться, что это ошибка, - возразил Трент. В следующее мгновение его ошеломила неожиданная мысль. Не скрывая удивления, он спросил: - Ты хочешь сказать, что среди копов у тебя есть дружки, которые сливают тебе информацию?

- Естественно, - усмехнулся Гарон. - Не все полицейские ненавидят миротворцев, и не все миротворцы ненавидят по­лицейских. Ребята из Пятого департамента с восхищением отзываются о тебе и твоих методах.

Трент некоторое время молчал, осмысливая информацию. От бетонного пола тянуло холодом и сыростью, а тонкий ком­бинезон заключенного служил неважной защитой. Поднявшись на ноги, он повторил свой первоначальный вопрос:

- Так чего же вы все-таки хотите от меня, Эмиль? Ни единая жилка не дернулась на жестяном лице киборга. После долгой паузы он спросил:

- Почему вы этим занимаетесь?

Трент удивленно посмотрел на сержанта. Тот на миг запнулся, словно подыскивая слова:

- Я имею в виду, что вам в ней нравится?

- В чем нравится?

- В Игре. Я никогда не понимал Игроков, Трент. Я охотился за ними, гонялся взад и вперед по Хрустальному Ветру, пытался поймать тут и там. Но я никогда не мог понять, зачем вам это надо? Почему вы так стремитесь, чтобы вас ловили, наказывали? Что в этой возне такого захватывающего?

Трент невольно отвел взгляд в сторону. В ту минуту он просто не мог смотреть на элитника. Так и ответил, глядя в стену:

- Простите, но здесь я ничем не могу помочь.

Гарон замолчал. Ледяной глыбой возвышался он в дверном проеме и молчал еще очень, очень долго. Казалось, целую вечность. Наконец разлепил сжатые губы и вновь обратился к заключенному:

- Трент?

- Да?

- Ты когда-нибудь слышал о человеке по имени Мохаммед

Венс?

- Никогда, - легко солгал Трент.

- По слухам, именно Мохаммед Венс семь лет назад отдал приказ о бомбежке Комплекса Чандлера. Я разговаривал с ним вчера, для чего пришлось прервать праздничную вечеринку. У Мохаммеда вчера был день рождения, ему исполнилось сорок. В настоящее время он вот уже одиннадцать лет служит инспектором элитных частей, входящих в состав МС. Удивительный человек!

- Зачем вы мне все это рассказываете?

- Дело в том, что ты и есть одно из тех существ, с которыми боролся Венс. Если тебя обижает слово «существо», я готов признать тебя человеком. Правда, особой породы. По моему мнению, ты полноценный телепат, что бы там ни говорили в Центре генетических исследований. По крайней мере; в МС есть хотя бы один офицер, который хорошо знает вашу породу. Он отлично изучил твоих сородичей еще до Большой Беды. Его зовут, как я уже сказал, Мохаммед Венс. Я послал за ним. Он будет здесь через два дня

Гарон отвернулся и шагнул в коридор. Дверь автоматически распрямилась и перекрыла вход в камеру, запечатав его наглухо.



Ночью, спустя сутки, в камеру вошел чернокожий миротворец, которого Трент раньше никогда не видел. В правой руке он держал парализатор. С нескрываемым сожалением в голосе миротворец сообщил:

- Там явилась твоя адвокатша.

Выговор был чисто нью-йоркский - подобный акцент ни с чем не спутаешь.

Трент, сидящий в середине камеры на полу в позе лотоса, удивился:

- Так поздно?

- Это не мои проблемы, - пожал плечами миротворец, бросил на пол наручники, подождал немного, затем добавил: - Если ты, парень, через две секунды не встанешь и сам не застегнешь браслеты, я закрою тебя в камере и уйду, и пусть твой адвокат кричит, сколько ей будет угодно, насчет твоих прав. Я ей так и скажу: леди, можете орать хоть до посинения, а сейчас катитесь отсюда. Приходите утром, как все нормальные люди, а сейчас ночь...

- Я уже встаю, - заторопился Трент.

Он подобрал металлопластиковую цепь и приладил один конец вокруг правого запястья. Цепь, подобно змейке, сама скользнула вперед и, коснувшись одного из звеньев, намертво сомкнулась. Другой конец тем же макаром обвился вокруг левого запястья. Заметно успокоившийся миротворец вывел его в коридор и дулом парализатора указал направление.

- Шевели ногами в эту сторону, парень. И без глупостей!

Трент медленно двинулся, куда ему было указано. Ноги переставлял с трудом. Коридор освещался в треть обычной для замкнутых помещений силы. В полумраке бетонные стены выглядели особенно мрачно и зловеще. Сопровождающий следовал за ним сзади на расстоянии пяти шагов.

Скоро они добрались до просторного, разделенного прозрачной стеной служебного зала, отделявшего ту часть тюрьмы, где находились камеры для арестованных, от помещений, предназначенных для посетителей, и клеток, куда помещали за­держанных. Прежде всего попали на наблюдательный пункт. Здесь сидели два ночных оператора - мужчина и женщина. Оба они пристально оглядели Трента и сопровождающего его надзирателя, Чернокожий охранник указал направо, там находилась дверь, ведущая в комнату для встреч с адвокатами. Трент уже побывал здесь, когда встречался с Бет. Возле двери охранник приказал заключенному отступить в сторону, встать ближе к стене, затем загородил от Трента панель кодового замка и прижал к сканеру подушечку указательного пальца.

Дверь свернулась в трубку. Трент сдвинулся ближе к проему и заглянул внутрь, однако без команды переступить порог не решился. В комнате за столом сидела женщина, одетая в строгий черный деловой костюм; волосы гладко прилизаны и собраны в узел на затылке. Увидев ее, Трент едва удержал равновесие. Дыхание у него перехватило, он не выдержал и оглянулся. В зале было тихо, пусто, операторы по-прежнему неотрывно следили за экранами дисплеев. Трент едва сумел удержаться от того, чтобы не ринуться внутрь и стиснуть женщину в объятиях. Дэнис Кастанаверас тем временем невозмутимо обратилась к чернокожему охраннику:

- Мсье Марксом, пожалуйста подойдите сюда.

Охранник странно заморгал, однако без колебаний приблизился к столу. В следующее мгновение тончайшая струйка парализующей жидкости ударила ему в лицо. К нему тут же бросился Джимми Рамирес, подхватил тело начавшего оседать надзирателя и оттащил в дальний угол, подальше от входа.

Трент оцепенело наблюдал за этой картиной. Между тем Рамирес бросил взгляд в сторону двери, перевел его на Дэнис и наконец обратился к друзьям:

- Долго еще будете разглядывать друг друга? Мы для чего сюда пришли?!

Трент наконец опомнился.

- Что все это значит? - спросил он.

- Понимаешь, Трент... - начала Дэнис. Джимми перебил ее:

- Суд дал разрешение на промывание мозгов. Надо сматываться!

Трент недоуменно посмотрел на него. Джимми сконфуженно замолчал.

Наступила тишина.

Несколько смутившись, Дэнис виновато взглянула на Джимми, потом на Трента, затем не спеша, тщательно выговаривая слова, объяснила:

- Мы пришли сюда, чтобы помочь тебе бежать. Джимми и я представились твоими адвокатами. И они поверили, понимаешь?

- Что я должен понимать? Дэнис и Джимми переглянулись.

- Тебе необходимо бежать! - сказала Дэнис.

Трент почувствовал, как внутри у него начинает закипать раздражение:

- Но я не хочу бежать! И я не собираюсь бежать! У меня хороший адвокат. Лучший из возможных...

- Сегодня ночью, - оборвал его Джимми, - я твой адвокат. И я забираю тебя отсюда.

Трент перевел взгляд на лежащего ничком миротворца. Лицо его побелело.

- Какого черта! Как тебе только в голову пришло?! Знаешь, что ты наделал? - Он уже не мог справиться с нахлынувшим гневом и перешел на крик: - Кто вас вообще надоумил прийти сюда? До тех пор пока вы не явились, у них ничего против меня не было! Ничего!!

Джимми Рамирес замер с отпавшей челюстью.

- Ты уверен? - пролепетал он.

- О нет! - выдохнула Дэнис и прикрыла рот ладошкой; на глазах у нее показались слезы. Трент с трудом взял себя в руки:

- Вы разговаривали с Бет?

- У нас не было времени. Букер Джеймтон получил твой файл с просьбой передать его нам. Там было сказано, что завтра тебя подвергнут сканированию. А еще было сказано, что утром приедет какой-то Мохаммед Венс, очень большая шишка в МС.

- Идиоты! Почему вы не проконсультировались с Бет? Процедура сканирования осуществляется только по решению суда. Рассмотрение заявки может занять до девяти долбаных месяцев. В последний раз Мохаммед Венс видел меня, когда мне было одиннадцать лет, и я очень сомневаюсь, что запомнил, если вообще заметил. Как он может опознать меня?! - Трент взглянул на наручники и в сердцах выругался: - Боже правый, с какими же идиотами мне приходится иметь дело! Теперь мне конец! - Он с яростью посмотрел на Дэнис и Джимми. - Куда я подамся в браслетах? Они тут же поднимут тревогу. Теперь мне точно кранты.

- Подожди, подожди, - заторопилась Дэнис. - Я постараюсь все исправить. Сейчас Марксон очнется, и я внушу ему, что нас здесь никогда не было. Он отведет тебя в камеру и все забудет. А мы уйдем.

Трент покачал головой:

- У вас что, вообще мозги отшибло? Или вы, как малые дети, ничего не соображаете? Мы находимся на третьем этаже внутренней тюрьмы Корпуса миротворцев. В самом центре Столичного полиса! Вас уже восемь или девять раз сняли на голокамеру. Весь ваш путь сюда как на ладони. На каждом контрольно-пропускном пункте остались ваши отпечатки. Дэнис, ты применяла к людям... ну, сама знаешь что?

- Как иначе мы могли бы попасть сюда?

- Тогда вы оставили столько следов, что теперь вас даже слепой найдет. Завтра утром начальник смены просмотрит записи за ночь, обнаружит семь или восемь кадров, на которых запечатлены Дэнис Кастанаверас и Джимми Рамирес, и доложит куда следует. Глупые люди, вы бы хоть задумались, как это случилось, что вас не задержали на первом же КПП? Значит, кто-то дал указание пропускать вас. Как назвать людей, которые сами, по собственной инициативе являются в тюрьму? Как тебе такое могло прийти в голову, Дэнис?! За тобой идет охота, а ты сама, добровольно суешь голову в петлю. И не надо проводить никаких спецмероприятий. Ты хоть представляешь, как будешь жить дальше? За стеклом в клетке для геников, где добрые дяди из ЦГИ будут выкачивать из тебя созревающие яйцеклетки для производства новых особей.

- Но как они узнают, что это я? - воскликнула Дэнис.

- А ты не догадываешься? Утром допросят всех охранников, и вдруг окажется, что они ничего не помнят. Ничегошеньки. Ты полагаешь, они такие же идиоты, как ты?

Дэнис побледнела. Джимми Рамирес насупил брови.

Трент совладал с раздражением, восстановил дыхание. Неожиданно улыбнулся:

- Вообще-то мне нравится ваша задумка, однако вы должны понять, что ваша поспешность и безответственное легкомыслие практически разрушили все, что мы так долго строили. - Он уныло покачал головой и со вздохом закончил: - Ладно, что сделано, то сделано! Теперь мне здесь по-любому нельзя оставаться. Они обязательно промоют мне мозги, и никакой адвокат не поможет. Джимми, помоги мне снять наручники. Приложи его ладонь к этой змейке.



Трент забрал у Джимми струйный, стреляющий парализующей жидкостью пистолет, передав ему взамен станнер, отобранный у чернокожего конвоира. Затем они втроем вышли в служебный зал и приблизились к прозрачной перегородке, где была вмонтирована дверь. Дэнис легонько постучала. Оба оператора, и мужчина, и женщина, повернулись в их сторону. Молодой миротворец лет двадцати пяти в черном гражданском костюме, сильно напоминающем форму элиты, поднялся с рабочего кресла, приблизился к стене и прижал ладонь к электронному замку. Через пару секунд в замке что-то щелкнуло, и дверь свернулась.

Трент во все глаза смотрел, как Дэнис положила руку миротворцу на грудь и коснулась лодыжки большим пальцем правой ноги. Мужчину отбросило назад, сразу метров на десять. Женщина тут же нажала какую-то кнопку.

Раздался сигнал тревоги.



Правой рукой Джимми приставил к шее женщины-дежурной дуло парализатора, а левой надавил на плечо, удерживал ее таким образом в рабочем кресле. Пальцы Трента торопливо бегали по клавиатуре. Дэнис вышла в коридор, опустила веки и ментальным взором обежала ближайшие служебные помещения. Услышав сигнал тревоги, миротворцы, дежурившие в ту ночь в тюрьме, просыпались, вскакивали со своих коек, начинали испуганно озираться. Пока еще никто не пытался что-либо предпринять.

Бежали секунды.

Звук сирены действовал Тренту на нервы. Эта охранная система, установленная в тюрьме, была ему знакома. Техническая начинка такая же, как и у компьютера, установленного в Пятом департаменте полицейского управления; с программным обеспечением он познакомился еще в ту пору, когда жил во Фриндже. С тех пор как Трент появился на свет, интерфейс не менялся и был подобен любому другому средству общения человека и машины, которые миротворцы применяли для внутреннего пользования. Он попытался получить разрешение на ввод команды для подключения к внешним ресурсам.

На поле дисплея засветилась голубая надпись: «Пароль?»

- Чертов ублюдок! - выругался сквозь зубы Трент. Он повернулся к сидящему у стены молодому человеку в костюме, напоминающем форму элитников. Тот держал на весу сломанную руку.

- Какой пароль для выхода в Инфосеть? Парень открыл было рот, однако женщина, находившаяся под присмотром Джимми, успела крикнуть:

- Молчи!

Из коридора донесся голос Дэнис:

- Пароль «evel»[5]. Быстрее, Трент.

Трент мгновенно набил «evel» и нажал на панель «вход». На экране сменился цвет. Затем высветилось: «Ожидайте - соединение - пароль?»

Дэнис заглянула в помещение и с порога крикнула:

- Закругляйтесь быстрее, у нас гости!

Трент поспешно набрал код доступа к своему Образу.

Джимми между тем с невозмутимым видом коснулся шеи женщины дулом парализатора и перебросил оружие Дэнис. Она с закрытыми глазами одной рукой поймала его за ручку и побежала по коридору. Оттуда послышались глухие щелчки - это Дэнис пустила в ход парализатор. Когда же Трент наконец отвлекся от экрана, он обнаружил, что находится один на наблюдательном пункте, если не считать стонущего молодого человека и лежащей без сознания женщины.

- Босс!

Краем глаза Трент заметил вбежавшего в операторскую Джимми. В руках он держал короткоствольный полицейский автомат.

- Собирайся, парень! Пора делать ноги! - крикнул он с порога.

- Секунду, Джимми. Я сейчас. Да, Джонни?

- Я очень беспокоюсь, босс!

- Они забрали мой трасет, Джонни. Я не мог связаться с тобой. Тебе известно, где я?

- Столичный город, босс. Здание Следственного изолятора, в ста метрах от Корпуса миротворцев.

- Трент!! - в голосе Джимми впервые проскользнули панические нотки.

- Подожди!! - рявкнул в ответ Трент. - Джонни, немедленно отыщи изображения Дэнис, Джимми и мое, хранящиеся в архивах и базах данных миротворцев. В любой форме! Найдешь, уничтожь немедленно! Уничтожь вообще все, что касается нас троих!

- Сделаю, босс. Только мне нужно немного времени.

- Постарайся войти в сеть Корпуса. Сможешь нейтрализовать местные, а заодно и все прочие охранные системы?

- Ты не шутишь? Здесь столько ловушек, что и мышка не проскользнет.

- Неужели никак?

- Есть одна задумка, босс. Если выгорит, они не успеют понять, чем их приложило. Значит, ты хочешь, чтобы я навел им шороху?

- Как твой адвокат, - напомнил о себе Джимми, - я настоятельно советую удирать отсюда, и как можно быстрее.

- Джонни?

- Да?

- Я приду за тобой. Через три часа. Если меня не будет в срок, самоликвидируйся и переходи к существованию в режиме копии. Замаскируйся под какой-нибудь вновь появившийся ИР.

- Я не хочу быть копией, босс. И прятаться не хочу, тем более выступать под маской какого-то глупого ИРа.

- Не спорь, Джонни. Делай, как я сказал. Если я не свяжусь с тобой в течение ближайших трех часов, можешь действовать по своему усмотрению.

- Трент! - Мысли Дэнис решительно вторглись в его сознание, девушка явно была в панике. - Они наступают с расположенного над нами уровня. По крайней мере пятнадцать ми­ротворцев, все вооружены! У них мазеры, Трент. Я не могу с ними справиться!! Нам нужно подняться тремя этажами выше, чтобы добраться до поверхности. Скорее!!!

- Босс... босс? Где ты?

Трент поднялся, пустыми глазами оглядел помещение наблюдательного пункта. Так же бездумно посмотрел на молодого дежурного, баюкающего сломанную руку. Поймав его взгляд, тот истошно завопил от страха. С Трентом творилось что-то невообразимое. Он внезапно почувствовал себя в каком-то иррациональном мире, в самом центре его, на перекрестке, откуда во все стороны убегало множество дорог, дорожек, столбовых путей, извилистых тропинок. Причем все это многообразие находилось в постоянном движении: что-то рушилось, что-то воссоединялось и восставало вновь. Все вокруг кружилось, перепутывалось, связывалось и опять развязывалось. Неожиданно он обнаружил себя в странном пункте, в который можно было прибывать и одновременно отправляться. Он почти не слышал голоса Джимми Рамиреса и едва ощущал ментальные прикосновения Дэнис. В это мгновение в его душе родилось непоколебимое спокойствие, бетонной крепости уверенность. В чем? В первое мгновение он даже поверить не мог родившемуся в нем откровению. Ему словно шепнули сверху, из будущего: беги, Трент, беги! Куда бежать, спрашиваешь? Ты, главное, беги, а направление откроется.

- Трент, отзовись - жалобно завопила Дэнис. Трент мигом отстучал на клавиатуре:

- Разгроми эту помойку, Джонни! И побежал.



НАЧАЛО ГОНКИ



2069 год по григорианскому календарю



Если вы сохраняете голову ясной,

в то время как все вокруг сходят с ума, задумайтесь,

верно ли вы оцениваете ситуацию.

Граффити на стене Храма Эрис,

Флашинг-авеню, Нью-Йорк

11

Квартира, которую занимал Эмиль Гарон, располагалась на южной оконечности островка, носившего когда-то имя Франклина Делано Рузвельта. Теперь остров назывался Моро-Айленд. Его переименовали пять лет назад. В древности это был малонаселенный район, но к началу семидесятых годов двадцать первого века Столичный город уже полностью окружил это прежде тихое и уютное местечко. Переименовали остров в честь Жюля Моро, вместе с заменившей его на посту Генерального секретаря ООН Сарой Алмундсен доведшего планету до Объединительной войны.

В 2069 году остров Моро служил местом жительства для двадцати тысяч наиболее высокопоставленных чиновников, работающих в Объединенном правительстве. Здесь также проживали высшие чины Миротворческих сил и других правительственных учреждений.

Настойчивое пиканье системы связи оторвало Эмиля Гарона ото сна. Он сел в кровати, по старой, еще человеческой привычке поморгал, высветил перед глазами табло встроенных в череп часов. Было четыре двадцать пять утра.

- Команда, - в его голосе еще слышались сонные нотки, - «ответить».

В полуметре от задней спинки кровати в воздухе высветился голографический экран, на котором возникло четкое изображение командующей элитными частями МС Кристины Мирабо. В элите служило немало женщин, но и среди них Кристина выделялась несомненной женской привлекательностью и умением вести себя. Даже операции, проделанные над ее плотью на «Ла Гранж-5» и превратившие ее в нечто напоминающее маленький танк, не смогли искоренить присущие ей женский шарм и некоторую чувственность.

- Эмиль?

- Да? - слабо откликнулся Гарон.

- Прими мои поздравления, Эмиль! - заявила она. - Твой парень с двумя помощниками, один из которых практически ровесник заключенного, а другая - молодая девушка, совершил побег из внутренней тюрьмы предварительного содержания. Ранены гражданская служащая и пятеро миротворцев. Две трети компьютерных систем Корпуса МС на Манхэттене вышли из строя, остальные могут зависнуть, а то и отказать в любой момент.

Гарон с откровенным недоверием уставился на экран. Наконец, опять же по прежней привычке, сглотнул и переспросил:

- Поздравления? С чем?!

- Мне кажется, - спокойно сообщила командующая, - ты был прав.



Бег по серым с бетонными стенами лестничным пролетам был сродни ночному кошмару. Все три этажа они осилили на одном дыхании. Трент несся впереди, за ним следовал Джимми, сзади их прикрывала Дэнис. У Джимми уже не хватило сил протестовать против такого порядка.

С того момента как они ворвались в помещение наблюдательного пункта, прошло четыре минуты.

Им казалось, что миновала вечность.

На ходу им пришлось дважды отстреливаться от миро­творцев. Во втором случае в группе находился элитник.

Внутренняя тюрьма МС - или, как она называлась официально, Следственный изолятор предварительного содержания, - располагалась в центре хорошо охраняемого анклава, где размещались также многие правительственные учреждения Объединенной Земли. Поэтому анклав и получил название Столичный город.

Этот район являлся сердцевиной Патрулируемых секторов. Именно отсюда несколько тысяч чиновников управляли большей частью планеты. Столичный город был невелик размерами - южная граница проходила по 34-й улице, северная - по 72-й, с запада его территория ограничивалась Парк-авеню, с востока естественным рубежом служила Ист-Ривер. В Столичный город также входили острова Моро и Бельмонт, а также прилегающие территории, кроме Центрального вокзала. Его основатели, принимая меры по максимальному отделению этого анклава от остальной части оккупированной Америки, сочли невозможным включить район Центрального вокзала в особую зону.

Столичный город планировался таким образом, чтобы все силовые структуры Объединенной Земли, размещенные на этой территории, имели крепкую локтевую связь и покрывали своими подразделениями всю площадь анклава. Аппарат Генерального секретаря размещался в южной части Столичного города, в конгломерате отдельно расположенных зданий, сохранившихся еще с прежних времен, когда существовали независимые Соединенные Штаты. С севера их прикрывал квартал, в котором сосредоточились офисы советников, входивших в правительство Объединения. Советники избирались сессией Генеральной Ассамблеи. В центре правительственной зоны возвышались небоскребы Министерства по контролю за рождаемостью и Главного управления Корпуса миротворцев при Организации Объединенных Наций. Исключая службы, работавшие непосредственно на Генерального секретаря, а также его личных вебтанцоров, входивших в особый отдел наблюдения за Инфосетью, эти две организации считались наиболее влиятельными структурами в Объединенном комитете. Оба небоскреба с прилегающими строениями занимали четверть территории анклава. Здесь работали сорок процентов сотрудников правительственных учреждений. Далее к северу располагались службы Исполнительного секретаря, еще севернее - штаб-квартира Космических сил Объединения, Служба контроля транспортных потоков и департаменты здравоохранения, образования и биотехнологий.

Заглянем в Столичный город в ранние предутренние часы.

В это время суток крошечная, плотно застроенная территория, откуда немногочисленные чиновники управляют планетой и частью космического пространства, может показаться чем-то вроде каменной безлюдной пустыни. Здесь нет развлекательных центров и ночных клубов, здесь не встретишь бродяг, бомжей, проституток, торговцев наркотиками. Здесь по утрам никогда ничего не случается, кроме разве что метеорологических явлений. Как-то раз известный журналист Терри Шоумак, работающий на «Электроник Тайме», написал: «Нельзя представить более безопасное и более мрачное место. Таков итог тридцатилетнего становления доблестных служб безопасности, объединяемых одним общим названием - Корпус МС!»

За редчайшими исключениями так было всегда. Поэтому неудивительно, что инцидент, случившийся в самом центре Столичного города в начале августа 2069 года, вызвал такой интерес общественности. Официальные органы несколько дней отказывались от комментариев по поводу присутствия многочисленных подразделений миротворцев, заполнивших утром кварталы правительственного анклава, а также постов, выставленных по всей территории Патрулируемых секторов. Слухов было множество, кое-кто даже утверждал, что доблестным миротворцам пришлось иметь дело с десантом ино­планетян. Тот же ньюстанцор Терри Шоумак оказался единственным журналистом, сумевшим взять интервью у пожелавшей остаться неизвестной служащей британского контингента МС. Вот дословный текст их беседы:



- Можете ли вы объяснить, что произошло утром 13 августа в центре Столичного города? Ожидали ли вы инцидент подобного рода?

- Это сильно напоминало операции миротворцев во Фриндже, в которых мне довелось участвовать. Повсюду крики, стрельба, люди мечутся, не могут найти укрытие. Давненько не приходилось видеть ничего подобного.

- Подтверждаете ли вы, что сегодня утром на Манхэттене группа боевиков, предположительно из «Общества Джонни Реба» или «Эризиан Клау», совершила нападение на какое-то правительственное учреждение?

(Ньюстанцор, держащий на плече голографическую камеру, наводит ее на женщину в форме офицера корпуса МС. Та явно смущена и отвечает только после долгой паузы.)

- Ни о какой террористической акции, тем более о нападении боевиков из какой-либо подпольной организации, речи нет и быть не может. Инцидент носил частный характер и, по мнению официальных властей, вполне мог иметь место где угодно. Что касается стрельбы и всего прочего (она так и не уточнила, что имеется в виду под «прочим»), это всего лишь досадное недоразумение.

- Ваше объяснение напоминает мне слова моего отца, который после объединения Земли и последовавших за этим восстаний и мятежей успокаивал меня тем, что без этого не обойтись. Еще раз повторяю вопрос: вы можете подтвердить или опровергнуть сообщение о том, что в акции принимали участие члены «Общества Джонни Реба» или «Эризиан Клау»?

(Обратите внимание на сарказм, отчетливо прозвучавший в ответе интервьюируемой.)

- Я со всей ответственностью заявляю, что никаких волнений, не говоря уже о вооруженном нападении какой-то организованной террористической группы, не было. Трое молодых хулиганов обстреляли из засады группу случайно собравшихся ми­ротворцев в количестве около двадцати человек. Тринадцать из них получили ранения, в том числе рядовой одной из элитных частей. Нападавшие скрылись. Объявлен усиленный розыск пре­ступников.

(Голокамера по-прежнему наведена на женщину-офицера. Она собирается уходить, но уже у самых дверей, видимо не в силах сдержать раздражение, оборачивается и бросает последнюю фразу.)

- Один из преступников был вооружен струйным пистолетом.



13 августа, менее чем за час до рассвета Трент и Дэнис перебежали через широкий газон, отделявший здание, на углу которого была расположена круглосуточная аптека, от проезжей части улицы. Газон был покрыт идеально подстриженной высокой травой, так что очень скоро они промокли до колен. Беглецы едва ли не волоком тащили за собой вконец выдохшегося Джимми, стараясь как можно дальше оторваться от преследовавшего их воя патрульных «аэросмитов». До длинного ряда припаркованных вдоль тротуара машин оставалось пробежать еще метров пятьдесят. В траве тут и там валялось с полдюжины «гляделок», сбитых стараниями Джонни Джонни, сумевшего таки проникнуть в системы управления МС.

Джимми Рамирес уже не стонал. Он сжал зубы, и только время от времени тяжело, с хрипом набирал воздух в легкие. Правой рукой он с отчаянием обреченного вцепился в станнер, словно в соломинку, которая одна только и могла удержать его на поверхности жизни. Левая рука была сожжена напрочь, до самого локтя. Один из элитников постарался - точно всадив в нее заряд из мазера. Наконец силы оставили Рамиреса, и он, потеряв сознание, выронил оружие.

А вот и угол 57-й улицы. Трент бросил взгляд на припаркованные аэромобили. Пять «пежо», две машины непонятной модели. Ага, как раз то, что надо: черный седан «чандлер». Он и Дэнис, не сговариваясь, потащили Джимми в ту сторону. Машина была единственной с закрытым верхом - в мобиле с прозрачным фонарем беглецы оказались бы как на ладони. К тому же внутри имелось четыре сиденья, как раз по числу пассажиров. Но самое важное преимущество состояло в том, что на месте водителя сидел Берд. Заметив бегущих, он протер заспанные глаза, вышел из салона и ворчливо поинтересовался:

- Что это вы так долго?



Беглецам не составило труда покинуть Столичный город. Здесь не было ни стационарных КПП, ни постов службы наблюдения за безопасностью движения. Правда, на каждой транспортной развязке размещались патрули МС, однако они проверяли только въезжающие в особую зону аэрркары.

Трент владел тремя аэромобилями, все они были зарегистрированы на чужие фамилии. Пользовались только двумя, третий держали на всякий случай, аккуратно перерегистрируя его каждый год.

Когда аэрокар с затемненными окнами приблизился к контрольному пункту, его компьютер автоматически сбросил скорость до сорока пяти километров в час и выдал все данные, характеризующие владельца и техническое состояние ходовой части. Сигнальная башенка на патрульной машине миро­творцев на мгновение замедлила вращение. Желтый лучик света уперся в проезжую полосу, затем сигнальные огни вновь закружились в прежнем ритме. «Чандлер» выехал на ближайшую полосу транскона*[6]. Здесь автоматический диспетчер потребовал назвать место назначения, и Трент громко и раздельно произнес:

- Отель «Красная линия».

По мере движения машина постепенно начала изменять окраску с черной на бледно-голубую. Так же ненавязчиво изменились обводы аэрокара - теперь он выглядел как «чандлер хаммерсмит» пятьдесят пятого года выпуска, имеющий лицензию на ручное управление.

Позади, в Столичном городе, пока все было тихо. Трент сидел на переднем сиденье рядом с Бердом и вслушивался в радиопереговоры, которые вели между собой миротворцы и полицейские. Пока все происходило в обычном режиме. Большинство миротворческих каналов помалкивало, только на двух из них прослушивалась речь. На первом проходил какой-то хозяйственный отчет, на втором кто-то унылым голосом бубнил одно и то же: все под контролем. Этот тип вообще на любое сообщение реагировал одинаково: держи все под кон­тролем... все ли у тебя под контролем?., у нас все под конт­ролем...

Трент не мог сдержать улыбку. Он попытался связаться с Джонни Джонни. Нажал клавишу, вышел в сеть, набрал пароль «115005-TRNT». Ответа не было. То ли Джонни Джонни сумели захватить ангелы сети, то ли они сидели у него на хвосте, так что Образ испугался и решил временно затаиться.

С заднего сиденья послышался голос Дэнис:

- Что дальше?

- Как он? - вопросом на вопрос ответил Трент.

- Я его усыпила. Что будем делать?

- Что ты имеешь в виду?

- Ты разговаривал сам с собой, Трент. Что ты сказал?

- Все под контролем, - усмехнулся он, поудобнее устраиваясь в кресле.

Мягко жужжал мотор. Берд озабоченно посматривал на Трента. Спрашивать пока не решался, но скоро дойдет и до вопросов. Трент сам обратился к Берду:

- Послушай, малыш, Карл, наш с Дэнис отец, часто повторял: «Когда дело плохо, я просто не знаю, что предпринять!» Лицо Берда выражало откровенный ужас и недоумение.

- Как это? Ты не знаешь, что предпринять?!

- Боюсь, что так оно и есть, Берд.

Трент взглянул через лобовое стекло - впереди виднелась группа небоскребов, связанных между собой переплетением различных транспортных уровней и подвешенных на невообразимой высоте на землей пешеходных туннелей. Рассвет приближался, и вся эта мешанина плодов рук человеческих тускло вырисовывалась на фоне светлеющего неба. С обеих сторон «чандлер» то и дело обгоняли спешащие по своим делам легковые кары, такси, автобусы; их поток возрастал прямо на глазах.

- В чем я сейчас нуждаюсь в первую очередь, так это в трасете, - задумчиво проговорил Трент, ни к кому конкретно не обращаясь.



Они сняли в «Красной линии» двухместный полулюкс на тридцать втором этаже. Пока Дэнис оформляла номер и вписывала в бланк их вымышленные имена, Трент и Джоди Джоди доставили Джимми наверх на служебном лифте. Привратник Тини, дежуривший в ту ночь, был вызван еще из машины и поджидал их с тыльной стороны отеля. Он привез с собой доктора, пользовавшего всю их группу, и помог затащить раненого. Рамирес по-прежнему был без сознания. Доктор на ходу осмотрел его руку, покрутил головой и с горечью сказал:

- Взгляни на это, Тини! Дважды взгляни, трижды. Вот что наделали наши доблестные миротворцы!

В номере, куда уже успела подняться Дэнис, они сразу раздели Рамиреса, уложили на кровать в одной из спален, и доктор тут же приступил к делу.

Трент некоторое время понаблюдал за ним, потом вышел в гостиную. Джоди Джоди и Тини последовали за ним. Девушка прикрыла за собой дверь.

- Что там произошло, Трент? Неужели все так плохо? Трент молча принялся стаскивать с себя тюремный ком­бинезон. Когда разделся, свернул его и протянул Джоди Джоди.

- Сожги и побыстрее. Насколько плохо, я пока не знаю. Боюсь, хуже не бывает. А если ты имеешь в виду Джимми, думаю, с ним все о\'кей. Он потерял не так уж много крови. Ему придется отрастить новую руку и, возможно, новые ноги. Но это не смертельно. Можешь достать мне одежду?

- Что именно?

- Прежде всего хороший костюм. Обыкновенный солидный деловой костюм. Туфли можно любые, лишь бы размер подходил и были в тон.

Он направился в душ. Пустил воду, горячую настолько, насколько мог выдержать. Хотелось поскорее смыть тюремный запах, въевшийся в кожу за четыре дня заключения. Уже из кабинки душа позвал Джоди Джоди:

- Совсем забыл. Мне срочно нужен трасет. И молекулярное лезвие.

- Хорошо, я посмотрю, что можно сделать, - откликнулась девушка.

Из душевой вновь послышался голос:

- Мой струйный пистолет пуст. Нельзя ли зарядить его «постепенным исчезновением».

- Отпадает, Трент.

- А как насчет копроцессора для Образа?

- Сейчас слишком рано. Попозже, днем. У тебя все?

- Тогда мне придется самому отправиться за твоим бра­том. - Настоящий брат девушки, Тини, высокий молчаливый молодой парень, совсем недавно примкнувший к их группе, находился в соседней комнате, но так уж сложилось, что в присутствии чужих, пусть даже проверенных друзей, Трент избегал упоминать вслух Джонни Джонни. - За Берда можешь не волноваться: он все сделал правильно. Не вылезал из машины, не суетился, так что миротворцы вряд ли засекли его. Что касается Джимми и Дэнис - это зависит от того, насколько хорошо сработал мой Образ. Я приказал ему уничтожить все сведения о нас, замести следы бегства и, в первую очередь, стереть все наши изображения. А если удастся, проникнуть в архив и там тоже по хулиганить. Сейчас у них начнется паника, а в таких условиях бдительность притупляется. К сожалению, без моей помощи Образ вряд ли справится с такой трудной задачей.

- Что же теперь с нами будет, Трент? - жалобно спросила Джоди Джоди.

Трент не ответил. Спустя несколько минут он вышел из кабины обмотанный вокруг бедер большим махровым поло­тенцем.

Тини собрал тюремный комбинезон, белье, связал все в один узел и вышел из номера. Через несколько минут он вернулся и принес одежду. Костюм был замечательный, правда, чуть-чуть великоват. Привратник положил его на кровать, рядом на пол поставил черные туфли с мягкими носками. Возле правого ботинка положил складное мономолекулярное лезвие, замаскированное под авторучку.

Джоди Джоди вновь обратилась к Тренту:

- Что собираешься делать дальше?

- Они продержали меня в тюряге четыре дня, - сказал тот, натягивая рубашку. - У них имеется все, что нужно, чтобы отыскать человека: отпечатки пальцев, сетчатки глаза и все такое прочее. Все эти данные помещены в хорошо защищенную и изолированную от Инфосети базу данных. Возможно, они еще не удосужились сделать слепок моего голоса. К тому же- и это большая удача - у них нет карты моего генома. Об этом кое-кто из элитников проговорился. Он сказал, что только один офицер из высшего руководства верит, что я из породы геников. Следовательно, другие не верят. Биоскульптор может основательно изменить мою внешность. Но в первую очередь я должен выяснить, что случилось с моим Образом. Почему он не отвечает? Мне необходимо срочно связаться с ним. Берд вне подозрений, так что его можно немедленно послать за необходимым оборудованием. - В этот момент в гостиную вышла Дэнис. Трент мельком взглянул на нее и продолжил: - Джимми и Дэнис останутся здесь, они расскажут о том, что случилось. Кстати, Дэнис, надеюсь, ты отпросилась?

- Конечно. Я предупредила, что плохо себя чувствую, - ответила она, взяла полотенце и вернулась в спальню к Рамиресу.

Как только дверь за ней закрылась, Джоди Джоди требовательно спросила:

- Кто такая Дэнис, Трент?

Этот вопрос застал его врасплох. Он повернулся в ее сторону. Рядом с Джоди Джоди стоял Тини, на лицах обоих было написано жадное любопытство.

- Моя сестра, - коротко сообщил Трент, не уточняя подробностей.

- Мы можем спрятать Джимми, - сказала Джоди Джоди. - Но если нам придется и ей подыскивать убежище, это уже будет труднее.

- Почему? - поинтересовался Трент.

- К сожалению, Трент, братишка, она из другого теста. Если ее начнут искать, в отеле не отсидишься. Впрочем, это и тебя касается. Я разговаривала с Джимми. Ты действительно получился... родился во время осуществления проекта «Сверхчеловек»?

Трент кивнул.

- Она тоже? Еще один кивок.

- Совсем плохо. Она телепатка?

Трент взглядом указал на Тини. Джоди Джоди поняла его правильно. Она вздохнула и постаралась объяснить:

- Если я задаю эти вопросы в присутствии Тини, значит, ему можно доверять. К тому же он вне подозрений. Трент, послушай, если дело обернется совсем плохо, мы, конечно, сможем ее спрятать, но только на время.

Трент немного поразмышлял, потом кивнул:

- О\'кей. Спасибо. Если возникнет необходимость, я сообщу. Сколько Дэнис может оставаться в «Красной линии»?

- Пару дней, не более, - ответила Джоди Джоди. - Если же миротворцы что-то заподозрят, тогда придется ее срочно эвакуировать. В руководстве отеля пятеро из семи французы, Трент.

- Понятно. - Он уселся на кровать и начал натягивать носки, затем надел ботинки. Потом встал и немного покрутился перед зеркалом. - Ну и как я выгляжу?

- Рубашка слегка морщит. - Джоди Джоди поправила воротник, отступила назад. - Теперь все в порядке.

- Спасибо, - поблагодарил Трент. - Мне надо идти. Джоди Джоди кивнула:

- Будь осторожен.

Перед уходом Трент заглянул в спальню. Посмотрел, как доктор делает укол за уколом в обрубок пострадавшей руки Джимми. Помогающая ему Дэнис сидела на кровати, поддерживая в ладонях сохранившуюся часть. Она обернулась на скрипнувшую дверь, встретилась с Трентом взглядом.

- Трент?

Он подошел к ней. Джоди Джоди и Тини следовали за ним.

- Да?

- Ты куда-то собрался?

- Ты же знаешь куда.

- Трент, они уже поджидают тебя. Там единственное место в мире, куда они сунутся в первую очередь!

- Я уже потерял Ральфа Мудрого и Могучего, - очень тихо ответил Трент. - Больше подобной ошибки я не допущу. Дэнис Кастанаверас долго смотрела на него:

- Трент, это же только программа!

- Точно так же, как и мы все, - спокойно ответил тот. - В том числе ты и я.



Было уже почти восемь утра, когда Трент добрался до Манхэттенского моста и перебрался на другую сторону Ист-Ривер, в Куинс. Утро было хмурое, туманное, густая облачность висела над городом - под стать настроению, которое испытывал в те минуты Трент. Дорожному компьютеру он назвал место назначения - итальянский ресторан «Мануэлло» на Клинтон-авеню, расположенный тремя кварталами западнее магазина Кендела. Понятно, что они отслеживали всякое движение возле магазина, но не за три же квартала!

По дороге слушал радио. Ничего серьезного не передавали. Промелькнула короткая информация, что МС справилась с незначительными нарушениями общественного порядка, возникшими неподалеку от Следственного изолятора Корпуса ми­ротворцев. Ни слова о побеге. Трент прикинул, имеет ли смысл связаться с Бет, однако кроме слов извинений или оправданий, что по сути одно и то же, сказать ему было нечего. Не мог же он открыть ей правду, рассказать о недопустимой глупости, которую проявили его друзья, поддавшись на самую дешевую уловку, какую только можно придумать. Кстати, хорошо бы узнать, кто автор этой идеи с посланием от Джеймтона. Тоже вопрос. Второй раз подстава - и опять через Букера Джеймтона.

Аэромобиль припарковался на первом уровне трехэтажного гаража, который держал для посетителей хозяин «Мануэлло».

Ресторан еще не работал; для любителей раннего ленча заведение открывалось не раньше десяти часов. Трент спустился на лифте до уровня пешеходного перехода и направился к скверу, расположенному на задворках станции монорельсовой дороги. Место было тихое, заброшенное, здесь еще царили сумерки. Отсюда дворами можно было добраться до заднего входа в Храм Эрис.

Преподобный Энди оказался дома. Услышав голос Трента, он распахнул дверь. Это был на удивление крупный человек, ростом двести десять сантиметров и весом сто двадцать ки­лограммов. За те годы, что прошли после того, как этот чернокожий гигант закончил карьеру профессионального игрока в футбол, он сильно раздался вширь и теперь напоминал не то шкаф, не то гипертрофированную ожившую статую греческого атлета. Приход Трента, казалось, вовсе не удивил его. Он освободил пареньку проход, а когда нежданный гость проскользнул в прихожую, выглянул наружу и осмотрел улицу.

- Поднимайся наверх, - приказал он и первым поспешил к лестнице. Несмотря на свои внушительные размеры, Энди легко, без одышки одолел пролет. Они очутились в задних помещениях храма. Шли молча. Здания, в которых располагались храм и магазин Кендела, были похожи как две капли воды. Ничего удивительного, если учесть, что оба дома возвела одна и та же строительная компания.

Когда поднялись на второй этаж, Тренту показалось, что Энди слегка задыхается; наверное, все-таки сказывались годы и непомерный вес. Священник провел его в свой кабинет. Дверь он открыл, приложив ладонь к электронному замку, и проделал ту же операцию, когда дверь за ними захлопнулась. Сам устроился за письменным столом в огромном, под стать его размерам кожаном кресле. Приняв хозяина, кресло протестующе заскрипело, Энди в отместку поерзал на сиденье да еще положил руки на подлокотники.

- Где Джимми и Берд? - спросил он. - Они сумели уйти?

- Да. Как быть с Джеком? Преподобный Энди фыркнул:

- Кендел останется у меня. Миротворцы опечатали магазин, но сам Джек, как мне показалось, их не интересует. Сейчас он спит. Трудная для него выдалась неделя, а он уже не мо­лод. - Он помолчал, потом уже тише и, как бы оправдываясь, добавил: - Ты же знаешь, я не имею никакого отношения к «Эризиан Клау». Я простой священник и держусь вне политики, как и вся наша церковь.

- Я знаю.

- Вот и хорошо. - Он пристально посмотрел на Трента. - В чем они обвиняют тебя, мой мальчик? Только в том, что ты геник? Кстати, это правда?

- Да-

Энди задумчиво потеребил свою густую, тронутую сединой бороду.

- Программа «Сверхчеловек»?

- Да.

- Ты способен читать чужие мысли?

- Нет.

Священник коротко, но выразительно вздохнул, затем с минуту молчал - тоже очень выразительно.

- Благодарю тебя, Господи, - заговорил он наконец, обратив свой взор к потолку. - Благодарю и тебя, святой Гарри. Вот и открылась тайна, которая мучила меня столько лет. А знаешь, Трент, я ведь был почти уверен, что ты никогда не отважишься посвятить в нее меня. Но тебе нечего опасаться: дальше этих стен твой секрет не выйдет. А теперь выкладывай, зачем ты явился ко мне?

- За моим копроцессором, с помощью которого я проникаю в Инфосеть.

Во взгляде Энди мелькнула заинтересованность.

- Так ты действительно тот самый Игрок, о котором все так много говорят?

- Да.

- Святой Гарри, мрак сгущается! - вздохнул Энди. - Все это время я полагал, что ты просто симпатичный молодой человек, умный, вежливый и воспитанный. В том смысле, что, оказавшись во Фриндже, не позабыл уроки, полученные в раннем детстве. Всегда думал, что ты воруешь, чтобы заработать себе на хлеб, а ты, оказывается, еще и геник да к тому же Игрок. Ну прямо весь джентльменский набор, спаси меня господи!

Трент пропустил мимо ушей сделанные священником умозаключения и сразу приступил к делу:

- Энди, наш магазин опечатан. Если я попытаюсь проникнуть в него, сразу сработают охранные сенсоры, и через несколько минут они будут здесь. Твой храм и магазин Кендела имеют общую стену. Если я проникну в свое жилье через отверстие в стене, сенсоры в магазине не сработают.

Преподобный Энди отчаянно замахал руками:

- Не смей в моем присутствии упоминать о сенсорах и прочих дьявольских орудиях! Я же все-таки проповедник. Хочу предупредить, перед входом в магазин устроена засада. Они сидят в аэрокаре уже более двух часов. С ними пара этих ужасных металлических существ, которые...

- Охранных уолдосов?