— Умнейший из мужчин, — сексуальным голосом произнесла Алёнка, — Я полностью покорена вашим интеллектом.

— А в «убыстрённых Времянках» всё наоборот, что ли? — продолжил я, — Только вошёл в аномалию и для тебя весь мир вокруг застыл? Ты преодолеваешь аномалию обычным шагом, а всем остальным со стороны кажется, что ты пролетаешь словно пуля?

— О-о-о! Какой ум! Ну, всё — теперь я ваша! Берите меня прямо здесь! — вися на шее и в шутку дразня, пропела она.

— А я ещё, между прочим, на машинке шить умею и вар-ренье вар-рить! — голосом мультяшного кота Матроскина подыграл ей я.

Мы от души засмеялись. Видимо после последних событий нервы у обоих были на пределе. Психологическая разгрузка нам не помешает. Только бы никто не услышал, как мы тут разгружаемся…

— А они, «Времянки» эти, опасны для тех, кто в них попадает? — насмеявшись и успокоившись, спросил я.

— Каких-либо негативных последствий наукой не выявлено, — ответил женский голосок, — Существуют, конечно, косвенные угрозы извне. Например, от Выброса можно не успеть спрятаться или от монстра. Да и сейчас можешь со своим двойником делать всё, что захочешь.

— Да?.. Хорошие аномалии!.. — сказал я улыбнувшись, — А какие артефакты они «порождают»? — попытался я замаскировать свою корысть чистым любопытством, но неудачно.

— Ах ты, алчный примат! — прижалась она ко мне, — Вот что-что, а артефактов возле «Времянок» обнаружено ни разу не было, по крайней мере, пока.

— Плохие аномалии, — подытожил я.

Подойдя к границе «Времянки» поближе, на расстоянии метра я начал внимательно изучать застывшего Героя.

Теперь я понял, кого мне напоминает этот парень. Внешностью он действительно очень похож на меня.

В голове возникают новые вопросы: КОМУ и ЗАЧЕМ понадобилось косить под меня? Причём настолько естественно, что даже Алёнка поверила в то, что он — это я. Нужно быть очень хорошим артистом и психологом, чтобы так качественно вводить в заблуждение хорошо знающих меня людей. Вон, моя рыжая Бестия меня чуть не пристрелила, пока я ей доказывал, что я не верблюд.

М-да. Уровень маскировки, нужно отметить, тоже на должном уровне. И фигура такая же, как моя, и «камбез» с маской, и «Стечкин» в такой же кожаной кобуре, и…

СТОП!

Моя кобура под «АПС» была сшита по индивидуальному заказу, причём в её дизайн были внесены мои личные коррективы. Откуда у этого парня точно такая же кобура, как моя?.. Да и вообще, как я уже говорил ранее, в Зоне пистолет системы Стечкина — большая редкость!..

В голове замелькали мысли, домыслы, воспоминания …

Так вот кто в лесу на опушке расстрелял из «Стечкина» свору слепых псов!.. Наверняка это был он!

Продолжаю внимательно изучать самозванца, и не перестаю удивляться.

Секундочку… Давайте спорить!.. Весь ядерный потенциал России, пардон, мне в попу, если у него в руках не мой «Абакан», который пропал из тайника!

Автомат трофейный, поэтому, что значат семь отметин в виде царапин на нём, по которым я его сейчас опознал, мне не известно. Возможно это количество мутантов или людей, убитых прежним хозяином ствола, не важно. Важно то, что этот Герой-незнакомец, стоящий сейчас передо мной, и есть тот самый тип, с которым я хотел провести беседу по поводу, хоть и частичной, но существенной зачистки моего тайника.

Возникают вопросы: откуда он узнал, где находится мой схрон? И как он умудрился побывать в нём за несколько минут до меня?

Непонятно…

И мои энергетические напитки забрал, гад. Жажда снова напомнила о себе.

Хотя с другой стороны, как ни крути, а ведь учёных он все же спасти попытался. По крайней мере, Алёнке не дал погибнуть… Непонятно, ЗАЧЕМ ему всё ЭТО?..

— КТО же ТЫ? — спросил я у «статуи» вслух, не надеясь услышать ответа.

Неожиданно из растительности, со стороны, в которую направлен взор Героя, послышалось шуршание. Через мгновение из густой высокой травы, ужасающе рыча и растопырив когти, резко вылетает атакующий снорк. Достигнув на четырёхметровой высоте наивысшей точки своёго полёта, он идёт на снижение по плавной параболической траектории, которая проходит точно через нашего неизвестного Героя.

Если снорку удалось бы завершить свою атаку, то Героя можно было бы вычёркивать из списков живых. Однако произошло кое-что, чего прыгучая тварь не учла. А именно — попадания во «Времянку».

Когда до потенциальной жертвы осталось около трех метров, скорость полёта летящего мутанта резко снизилась, постепенно упав до нуля. Снорк застыл в воздухе на уровне головы Героя, всего в паре метров от своей цели. Со стороны может показаться, что во время полёта мутант врезался в невидимый купол из желе, скрывающий моего двойника, и намертво в нём увяз.

— Отличная мишень! — обрадовался я.

Решив не терять времени даром, я произвёл два тихих выстрела, нацеленных в круглые стёкла противогаза, вросшего в голову снорка. Как только выпущенные мною пули оказались в аномалии над головой Героя, они, благодаря падению своей скорости, стали хорошо видны даже не вооруженному глазу. Медленно и плавно, словно две лодочки, плывущие одна за другой по слабому течению реки, кусочки свинца постепенно приближаются к своей цели. Через полминуты пули, по очереди тараня стёкла противогаза, скрываются в глазницах снорка-неудачника, выпуская наружу, красно-бурое киселеобразное вещество.

— Фу! Какая мерзость!.. — с отвращением произнесла Алёнка. — Смотреть противно.

— Извините, Ваше Величество — вырвалось!.. — адресуя свой поклон любимой, ответил я, — Так получилось. Вы же знаете — я не хотел.

— Ох, Дурачок ты у меня и шуточки у тебя дурацкие.

— Странно. А пару минут назад был умнейшим из мужчин и всё такое, — напомнил я, — Ох уж эти женщины — семь пятниц на неделе.

— Ладно-ладно, умник, лучше скажи, что дальше делать будем?

— Вообще-то у меня есть ряд вопросов к этому парню, — доставая нож и глядя на Героя, ответил я, — Надо бы с ним побеседовать.

— Интересно, Милый, каким образом? Сейчас наши слова для него всего лишь кратковременные писки, которые он даже наверняка не успевает услышать. Планируешь говорить с ним о-о-очень медленно? Или подождем до вечера, когда он из «Времянки» выйдет? А может, к нему в аномалию зайдёшь?..

— Угомонись, Красавица, — сказал я спокойно и принялся срубать армейским ножом растущее рядом молодое деревце, — Сейчас вырежу багор, загарпуню твоего поклонника, и вытащу его оттуда.

— Что значит «загарпуню»? — испуганно спросила она.

— Что-что… Проткну его, зацеплю за рёбра и вытащу, — дразню её я.

— Как?..

— Да шучу я, шучу! Не волнуйся ты так…

— Дурак!

— Я тоже тебя люблю, Дорогая! — ответил я честно и продолжил срубать молодое деревце.

— Знаешь, Милый, а всё-таки немного жаль, что он оказался не тобой, — через некоторое время, хихикнув, произнесла Алёнка.

— Это ещё почему? — занервничал я. — Обнимает слаще, что ли?

— Ну нет же, Ревнивец ты мой, не слаще. Просто он сказал, что у него для меня есть сюрприз.

— Какой?

— Не знаю. Он не успел сообщить — стрельба началась. Сказал только, что у нас с ним начнётся новая жизнь, и я буду купаться в миллионах. Представляешь? — засмеялась она.

— Не только представляю, Родная, но и абсолютно в этом уверен! Извини, забыл тебе сразу сказать… Я вообще-то «Бизе» нашёл. Так что, если будешь вести себя хорошо, то и в миллионах обязательно искупаешься.

— «Будь Здоров!»? Серьезно? Или опять шутишь?

— Сейчас, Любимая, я серьёзен, как никогда.

Алёнка завизжала от радости и, подпрыгивая на месте, стала хлопать в ладоши. Затем подбежала ко мне и снова повисла на шее.

— Кормилец ты наш! Ты даже не представляешь, как же сильно я тебя люблю!

— Да ты чё?

— Честно-честно! Ты у меня — хороший!

— Ну, ни фига себе! И теперь я уже не Дурак?

— Что ты? Конечно же, нет! Ты чертовски умён и сказочно богат! Такой принц мне полностью подходит.

— Хитрюга ты, Рыжая! — обнимая её нежно, насколько это позволяют наши комбинезоны, сказал я, — Ладно, Сладкая, дома продолжим мною восхищаться, а сейчас не мешай, мне работать надо.

— Эх, так всегда, — вздохнула Алёнка. — Как только я с искренними глубокими чувствами, так тебе сразу работать надо. Мужик, одним словом… Ладно, не буду отвлекать. Работай.

11

Срубив деревце, я вырезал из него некое подобие двухметрового багра, использовав одно из разветвлений в качестве крюка.

Подойдя к Герою с боку, начинаю просовывать в аномалию в его сторону свой крюк. В пространстве чувствуется некоторое сопротивление, словно багром водишь не по воздуху, а по незримому маслу. Аккуратно зацепив крюком ремень его, а точнее сказать, моего «Абакана», с небольшим трудом выдергиваю оружие из его рук и вытаскиваю из аномального поля. Причём, находясь в зоне воздействия аномалии, автомат не падает вниз — не успевает, а следует за багром, как в невесомости.

Так, Герой практически обезоружен, ножом или пистолетом я ему воспользоваться не позволю.

Делаю пару шагов в сторону и оказываюсь прямо за спиной жертвы аномалии. Снова просовываю свой гарпун во «Времянку» и крюком зацепляю самозванца за лямку его рюкзака. Упираюсь ногами в землю и, приложив достаточные усилия, вытаскиваю Героя в наш временной поток.

Покинув границы аномалии, тело моего двойника по инерции падает спиной на землю, я при этом делаю шаг в сторону, чтобы не мешать его приземлению. Как только Герой принимает горизонтальное положение и, явно не понимая, что с ним происходит, пытается встать, я тут же направляю пистолет ему в лицо.

— Лежать! Не двигаться! — командным голосом приказал я. — И не вздумай дурить — пристрелю!..

— Какого хрена?! — проронил он, сжав и разжав кисти рук, видимо не понимая, куда вдруг делся «Абакан» и почему он сам оказался в лежачем положении. Затем незнакомец быстро осмотрелся, изучая окружающую обстановку, поочередно наградил своим взором меня, Алёнку и в итоге задержал свой взгляд на снорке, зависшем в воздухе, — Мать твою! Это как?..

— Слушай меня внимательно, — перебил его я, — По-хорошему отвечаешь на мои вопросы и… Возможно будешь жить. А если нет… То на «нет» и суда нет! Пристрелю, как бобрика! Ясно?

— И много ты их настрелял, бобриков этих?.. — пытаясь встать, произнес он. Но, получив от моей ноги мощный «привет» в грудь, принял прежнюю позицию, прохрипев что-то себе под нос.

— Я тихо говорю? Или ты такой тупой и непонятливый? — спокойно спросил я, — Отвечай на мои вопросы!.. Кто ты?

— А кто, собственно, спрашивает? — нахально переспросил он.

— Ответ неверный! — констатировал я и, стараясь не задеть кость, выстрелил ему в ногу.

— Ёп!.. — сначала закричав, а затем, застонав от боли, самозванец схватился за рану, продолжая негромко нецензурно выражаться.

Алёнка вскрикнула от неожиданности и от недовольства происходящим. Она у меня за Мир во всем Мире и некоторые мои методы ведения переговоров не всегда приветствует, но влезать в них сейчас разумно не решается.

Я продолжил, обращаясь к раненому, — Ну что, Дибилушка, будем дальше в героя играть? Или нормально общаться начнём? Только не вздумай опять меня нервировать! В следующий раз гораздо больнее будет.

— Что тебе нужно? — процедил он сквозь зубы.

— Уже лучше. Напоминаю свой вопрос: Кто ты такой?

— Я отвечу на все твои вопросы, но при одном условии…

— Ха! Может быть, я чего-то не понимаю? Но, по-моему, ты сейчас не в том положении, что бы диктовать мне тут свои условия, не так ли, Герой?.. Ой, прости! Кажется, ты опять ответил неправильно, а я забыл выстрелить. Да? — спросил я и, направив ствол на вторую ногу, выдерживаю паузу.

— Ладно!.. Не трать патроны зря! — сказал Герой, — Я тебя прошу, если ты нормальный мужик, то отпусти её, — указал он на Алёнку, — А с тобой поговорим обо всём, о чём захочешь.

— Вот это расклад! — искренне удивился я его условию, — Послушай, Герой, а с чего ты вообще взял, что я ей угрожаю? И откуда такая забота о ней, а?

Он перевёл взгляд на Алёнку, наблюдающую за допросом, и увидел в её руке пистолет, направленный дулом в его сторону.

— Дорогая, ты в порядке? — удивленным тоном обратился он к ней, видимо ожидая от неё каких-то действий, но, так и не дождавшись их, прокричал, — Да что тут вообще происходит, чёрт возьми? А?

— Говоришь «Дорогая»? — переспросил я у него, — Что это значит? Кто она тебе, раз ты так к ней обращаешься, а?

— Она — моя ЖЕНА, — немного подумав, сказал он, — Отпусти её, я тебя по-человечески прошу.

— Ну всё! — не выдержав такой наглости, прокричал я и выстрелил в здоровую ногу Героя. Вновь раздался крик и ругательские вопли самозванца. Я начинаю закипать, — Зачем ты это делаешь, Ублюдок? Ты хочешь сказать, что Алёнке приходишься мужем? Тогда, кто я, по-твоему? А? Ответь мне!

— Да откуда мне знать? — завопил он, — Я вообще не понимаю: что здесь происходит, кто ты и что тебе от нас нужно? Хабар нужен? Бери, только ноги зачем дырявить? Забирай всё, что хочешь, только оставь нас в покое!

— Нас?..

Толи этот парень полный псих, толи я чего-то не понимаю. Но ещё чуть-чуть его послушать, и я сам начну верить в то, что он является мужем моей Алёнки.

— Значит так, Клоун, — угрожая стволом, со злостью прошипел я, — Хватит тут дурака валять! Сними «намордник»! Не бойся — здесь безопасно. Хочу на харю твою тупорылую, да в глаза наглые посмотреть! Нет времени с тобой тут нянчится. Живо снимай!..

Неохотно подчиняясь моему требованию, самозванец снимает защитную маску.

То, что я вижу перед собой, заставляет меня медленно снять и свою лицевую защиту, что бы лучше разглядеть.

— Какого хрена?!. — восклицаем мы все хором. Культурно воспитанная и до этого скромно молчавшая Алёнка в том числе.

Черты лица Героя абсолютно идентичны моим! Ямочка на подбородке, родинка на щеке, даже неброский шрам на верхней губе полностью соответствуют моим. Этот самозванец — моя точная копия!

— Ну, ревнивец! — обратилась ко мне Алёнка, — Теперь ты веришь, что ВАС можно перепутать?

— Ничего не понимаю! — вырывается у меня, — Как такое может быть?..

— Я не понял, — заговорил Герой, — Меня что? Втихаря клонировали, что ли? Или ты мой брат близнец, утерянный при рождении, о котором мне случайно забыли сообщить?

Мысли в моей голове закружились ураганным вихрем. Кто этот чёртов ублюдок? Почему его тело и вещи выглядят как мои? И что это за борзота такая, мол, я — его клон, а не он мой?

— Представься! — не убирая оружия, потребовал я.

Двойник произнёс моё имя и добавил, — А ты кто? Только не стреляй, пожалуйста, если тебя зовут также.

Я на секунду задумался.

— Как ты можешь это доказать? — спросил я.

— А кому здесь я должен это доказывать? — подумав, спросил он в ответ, — Алёнке? Так она и так знает кто я! Тебе — моему двойнику? Кстати, ты так и не назвался…

— Не поверишь, но меня зовут так же, — сказал я, — И мне это очень не нравится! Нет, моё имя меня вполне устраивает! А не нравится мне то, что я вижу перед собой, как две капли воды, похожего на меня парня с моим же именем!

— Да? Мне это тоже не по душе, тёзка, — сделав особый акцент на последнем слове, произнес он, — И хотя у меня в отличие от тебя сейчас нет в руках «пушки», я абсолютно уверен, что это имя принадлежит мне и, что Я есть тот, кто Я есть! И я отлично помню практически всю прожитую мною жизнь, своё прошлое! А вот кто ты такой, мне, признаюсь, не понятно!

— Придержи коней, певун! — возмутился я, — Я тоже точно знаю, что Я — это Я! И я также отлично помню своё прошлое. И братьев близнецов у меня точно никогда не было!..

— Близнецов… — задумавшись, проговорил он, — Странно… А ведь я сегодня уже встречал двух близнецов, правда зомбированных, но все же… Эти уроды мне еще КПК умудрились вывести из строя…

— С «Гадюками»? В сталкерских комбезах?

— Ага, — терпя боль в ногах, сквозь зубы произнес он.

— Так они и мне КПК расстреляли, и меня чуть не убили, но я их в итоге завалил.

— Еще скажи, что одного в глаз, а другого в лоб.

— Так и было… — удивился я его осведомленности, — А откуда…

— Не поверишь, но я подстрелил их также. Поэтому не надо присваивать себе результаты моей работы, — перебил он меня, — Хотя, по правде сказать мне сильно повезло…

— Потому что у обоих зомбаков кончились патроны? — опередил я его.

— Вообще-то, да… — напрягся Герой, — Чёрт, а откуда ты знаешь? Следил за мной?

— Мне что? Делать больше нечего? Это, похоже, ты за мной подглядывал!

— Ага, подглядывал ЗА тобой, а здесь, впереди, оказался первым, да?! — не сдаётся он.

Твою мать, а ведь этот урод… Хотя внешне, как оказалось, не такой уж и урод, а даже можно сказать симпатяга, чертовски прав! Он всегда двигался на приличной дистанции впереди и не мог видеть меня! Однако он описывает события, произошедшие со мной, словно он сам в них участвовал. Но я на сто процентов уверен в том, что именно я завалил тех мертвяков.

Странно. Непонятненько.

— А тебе не кажется, что мы с тобой одну и ту же историю рассказываем? — продолжая мучиться от боли, спросил Герой.

— Причём, оба от первого лица… — недолго подумав, согласился я.

— Что-то здесь ни так.

— Отличная наблюдательность.

— Как ты считаешь, что я подумал, когда на меня напал первый мертвяк? — спустя некоторое время, поинтересовался Герой.

— «Вот те — раз! Сглазил, что ли? Какая сволочь стреляла?» — ответил я, вспомнив свои мысли в тот момент.

— В десятку, млин! А когда появился второй, то я принял его за первого и в тот момент подумал: «Вот те — два! Что это было?!».

— Но это и мои мысли тоже! — припомнив, признался я.

— Послушай-ка! Как мы с тобой могли оба убить одних и тех же зомбаков и ещё при этом одинаково мыслить?

Я задумался над вопросом Героя, но ответить не успел, так как меня опередила Алёнка.

— Это могло произойти только в том случае, если его сознание является частью твоего! Или же, ОН — это ТЫ!

— Чё? — спросили мы с Героем вместе.

— Дорогая, подожди! — сказал я, — Если бы Я был ИМ, то сейчас чувствовал бы в своих ногах боль от пулевых ранений!

— Охотно готов тебе в этом помочь! — съязвил мой двойник.

— Мальчики, вспомните, с вами сегодня ничего странного не происходило? — обращаясь к нам, спросила Алёнка.

— Нет! Что ты, Милая?.. — ответил я с иронией, — Сегодня, обыденный, серый, наполненный скукой денёк! Только вот: я «Бизе» нашёл, двойника своего встретил, принял его за твоего героя-любовника, вытащил его из новой аномалии «Времянка», прикрыл вас при нападении монолитовцев, увидел смерть своих сослуживцев, чуть сам не сдох, то от аномалий, то ты мне чуть башку не прострелила, то зомби чуть меня не завалили, то кабаны чуть не растерзали, то в тумане контузило… А в остальном, прекрасная маркиза, всё хорошо, всё хо-ро-шо!..

— Так, юморист, про туман поподробнее, — уточнила она.

— Кстати, — влез в разговор Герой, — Меня тоже в тумане оглушило, когда овраг преодолевал. Помню, какая-то зелёная вспышка была.

— Точно, была вспышка — подтвердил я, — Зелёная. Я после неё без сознания минут двадцать провалялся.

— А я всего минуты три, не больше. Если часы не врут, — добавил Герой.

— Мальчики! — воскликнула Алёнка, — Я кажется знаю, в чём тут дело!..

Мы с Героем замерли в ожидании прояснения сложившейся непростой ситуации.

— В мой прошлый визит в научный лагерь, расположенный на Янтаре, — продолжила Алёнка, — профессор Сахаров рассказывал мне как-то об одной удивительной аномалии. По-моему, он называл её «Ксерокс». К сожалению, он не успел мне рассказать о ней всё, что знал, так как нам пора было улетать. Сами знаете — вертолёты наши летают строго по своим графикам и…

— Ближе к делу, пожалуйста.

— Так вот, согласно его рассказу, всё, что попадает в «Ксерокс» и находится в нём какое-то время, дублируется. Аномалия копирует попавшие в неё физические тела, причём делает это на молекулярном уровне. Понимаете к чему я?

— Ты хочешь сказать, что в тумане я попал в этот «Ксерокс» и он сделал мою Копию, которая ошибочно думает, что он это я? — предположил я.

— Секундочку! — возразил Герой, — Вообще-то я тоже могу утверждать, что это не я твоя, а ты моя Копия, которая сильно заблуждается и думает, что она — это я!

— Нет, ребята, вы меня не так поняли! Вы оба настоящие и никто из вас не является чей-то копией или оригиналом. Когда вы, будучи одним целым, попали в «Ксерокс», аномалия разделила каждую вашу молекулу и каждый атом. Из каждой вашей частички аномалия сделала две. Можно сказать, размножила вас делением. Поэтому ваши одежда, вещи, тела, мозги, сознание и воспоминания абсолютно идентичны. Как я уже и говорила, в действительности получается, что ТЫ — это ОН, а ОН — это ТЫ! Только теперь вас двое! Вы оба являетесь частью друг друга, теперь понятно?

Некоторое время мы стоим и молча моргаем, переваривая полученную информацию.

— Получается, что в тумане мы раздвоились, потеряв сознание, а затем по очереди пришли в себя и выдвинулись к вертолёту друг за другом? — спросил я в слух.

— Угу, — согласился Герой. — Получается так.

— Ясно, — сказал я, — Теперь всё встаёт на свои места. А то я уже начал думать, что у меня сегодня крыша поедет от такого количества «непоняток».

— Выходит, что зомби, которые на нас напали перед туманом, вовсе не близнецы, а тоже как мы — «ксеронутые».

— Точно! — положительно кивнул я, — Они и шли со стороны «Ксерокса»…

— Ребята, прошу прощения, — недовольно произнес Герой, обращаясь к нам с Алёнкой, — Но у меня тут ноги «чуть-чуть» прострелены…

— Значит, — не обратив внимания на его слова, продолжил я, — Перебитая стая собак на поляне с «Трамплином» — твоя работа?

— Моя.

— Я так и знал! Молоток! Ловко ты их, — похвалил я его и, присев на корточки, по-братски хлопнул его по ноге, — И схрон «почистил» тоже ты?

— Ааа! — вскрикнул он от боли, — Аккуратнее, смотри куда бьешь!

— Прошу прощения, случайно вышло…

— Разумеется я «почистил»! А кто же ещё? Это ведь мой схрон! — без тени смущения ответил он и пояснил, — Когда от псов отстреливался, в «ВАЛе» патроны кончились, я отбросил его за валун, а там «Трамплин» оказался. Так что ствола я лишился по неосторожности. Да и какая там осторожность, когда тебя стая мутантов пытается сожрать живьем?.. Вот и пришлось позже из схрона «Абакан» с припасами забрать.

— Гони вторую банку энергетика, близнец, млин! Пить хочу — умираю.

— Милый, он же ранен! Ему должно быть очень больно! Нужно срочно оказать ему медицинскую помощь! — забеспокоилась Алёнка.

— Спасибо, Любимая, — поблагодарил Алёнку Герой, — Наконец-то обратили внимание на мои страдания…

— «Любимая»? — переспросил я, испытав в глубине души очередной приступ ревности и, снова направив «АПС» в лицо Героя, доставшего из своего рюкзака армейскую аптечку, продолжил, — Алёнка, а если задуматься, то зачем нам вообще нужен второй Я, а? Как мы будем тебя делить, Красавица? По очереди, что ли? И жить будем вместе, «шведской» семьей, а? Такой вариант, думаю, не прокатит!

— Э, дружище! — возмутился он, — Ты что удумал?

— Извини, дружище, но я считаю, что третий — лишний! Насколько я себя, а значит и тебя, знаю, то идея о том, что бы делится своей Любимой женщиной, с кем бы то ни было, нас с тобой не устроит, не так ли? И вряд ли ты от Алёнки отречёшься, уступив её мне, верно?

— Должен же быть какой-то выход! — воскликнул Герой.

— Абсолютно верно! — согласился я и, взводя курок, продолжил, — Выход есть всегда! И, кажется, я его уже нашёл.

— Убить меня — это не выход!..

— Мальчики, успокойтесь! — закричала Алёнка, — Я не договорила. Профессор ещё сказал, что если погибнет один из «отксеренных» объектов, то та же участь ждёт и его дубликат. Между вами есть какая-то связь. Поэтому нельзя допустить гибели любого из вас. Иначе — вы оба умрёте! Понимаете?

— Ну, слава Богу! — с облегчением вздохнул Герой.

— Дорогая, а это точная информация? — поинтересовался я, почувствовав сомнение.

— По крайней мере, так говорил Сахаров. Зачем ему обманывать?

— Странно, — усомнился я, — Получается, что в ноги стрелять можно, а убивать нельзя?

— Очень смешно, — с сарказмом подметил мой двойник и обратился к Алёнке, — Однако, Родная, как не крути, а этот диктатор прав. Как нам жить дальше, а? Кто тебе из нас больше нравится? Кому отдашь ты предпочтенье? Или будем жребий бросать перед каждым актом любви?..

— Ох, бедная я, бедная! Был у меня один, а стало два Дурака! Вы, Ревнивцы, точно друг друга перестреляете. Поэтому никого из вас я к себе и на метр не подпущу, — хихикнула она, — Любуйтесь на расстоянии!

— М-да. Жестокий, очень жестокий Мир, — покачал головой в ответ Алёнке Герой, — Прямо-таки Вселенская несправедливость какая-то!..

— А твой Сахаров случайно не знает, как без отрицательных последствий из двух мужиков обратно одного сделать?

— Знает! Он как раз обещал мне в следующий раз рассказать о том, как размноженные объекты можно объединить обратно. Причём он сказал, что это сделать нужно обязательно. Иначе, «отксеренные» тела, как я поняла, через некоторое время погибнут.

Повисла пауза.

— Как погибнут?.. Это что же получается? — расстроился я, — Если один из нас умрёт, то и второй умрёт?.. И если мы с ним обратно не объединимся в одного, то опять же умрём?

— К сожалению, выходит, что так.

— А через сколько мы погибнем, если не объединимся?

— Вот этого профессор сказать не успел, — расстроено произнесла Алёнка, — Но у меня есть одно не очень хорошее предположение.

— Не томи.

— Я думаю, что вы будете жить до тех пор, пока существует та аномалия, которая вас размножила. То есть, до следующего Выброса.

— До Выброса?!. — переспросили мы с Героем хором, — Так он же, если не сегодня, то завтра должен случиться! Минимум времени, который у нас остался — это всего полдня, что ли?

— Я понимаю, — печально ответила Алёнка, — Но это только моё предположение. Может на самом деле времени у нас гораздо больше.

— Очень хочется в данном случае спорить с наукой, но рисковать мы не можем, верно, Братан? — спросил меня Герой.

— Так, ребята-демократы, наши планы резко меняются, — убирая оружие и доставая карту, сказал я.

— Хе-хе! А у нас что, до этого были какие-то совместные планы, раз они резко меняются? — съязвил мой дубликат.

— Не умничай! Лучше «зализывай» свои раны, — сказал я, вглядываясь в карту, — Значит так, до Янтаря около трех часов ходьбы. До темноты должны успеть. Надеюсь, что до лагеря Сахарова доберёмся без приключений, хотя зарекаться не стоит…

— Прости, дружище, — подал голос Герой, — Я наверное случайно отвлёкся и пропустил тот момент, когда мы все вместе избирали командира нашей группы. Не помню, что бы я за тебя голосовал.

— Стесняюсь спросить, а у тебя что, есть другие кандидаты на эту должность? — деликатно, но строго спросил я.

— А как ты считаешь? У меня вообще-то опыта не меньше твоего. Ты мог бы сначала и посоветоваться, прежде чем начинать командовать.

— Да что вы как дети, в самом то деле? — возмутилась Алёнка, — Долго ещё между собой отношения выяснять будете? Ну хочет он командовать, пускай командует. Ты же ранен, а он здоров, вот ему и флаг в руки!

— Цыц, женщина! Мужчины разбираются! — сделал ей замечание Герой.

— Она права, — недолго подумав, согласился я, — Мы зря теряем время на пацанские выяснения отношений, кто круче, кто важнее и главнее. Давай сразу придём к общему знаменателю. Мы с тобой абсолютно одинаковы, и никто из нас не лучше или не хуже друг друга. Единственное, что у меня сейчас лучше чем у тебя, так это здоровье. Поэтому группу веду я. Согласен?

— Отличная речь, коллега!.. Ладно, проехали. Согласен, командуй.

— Вот и договорились, — сказал я, протягивая руку для пожатия.

Герой взаимностью отвечать не спешил и руку не протянул.

— Ну? В чём теперь проблема?

— А ты, случайно, извиниться не за что не хочешь? — сидя на земле и глядя на свои окровавленные ноги, произнес он.

— Какие мы принципиальные, — улыбнулся я, и, переходя на серьезный тон, продолжил, — Ладно. Прости меня… И всё такое. Погорячился я. Уверен, ты на моём месте поступил бы так же.

— Это точно, не сомневайся! — с ухмылкой ответил он и крепко пожал мою руку, — А извиняешься ты так себе, на «троечку».

— Да уж, — снова улыбнулся я, — это не НАШ с тобой конёк.

— Что верно, то верно! Похоже, НАМ есть чему учиться.

— Согласен, Брат.

— Вот и помирились! Вот и молодцы! — обрадовалась Алёнка, — Ну, раз все вопросы решены…

— Ещё один момент, — не успокоился Герой, — Братан, кроме извинений, в качестве компенсации я требую возмещения причинённого мне вреда. Тем более это в наших общих интересах. Времени у нас, сам знаешь, не много, поэтому передвигаться нужно как можно быстрее. А благодаря тебе, моя скорость немного ограничена вот этими вот дырочками в ногах, — указал он на раны и полез в свой рюкзак, — На своих руках по Зоне ты меня вряд ли понесешь. Стрелять неудобно будет, да?..

— И чего ты хочешь? — делая вид, что не догадываюсь, спросил я.

— Не прикидывайся! Доставай свой арт, — сказал он и принялся прибинтовывать к левой ноге вытащенный из его рюкзака ярко синий шарик.

— Но, это же миллионы «баксов»! — вырвалось у меня, однако, понимая, что он прав на все сто и другого выхода у меня нет, я достал свой «Бизе» и протянул его двойнику, — Смотри только, теперь никуда не убеги! — пошутил я.

— Большое тебе человеческое спасибо, в том числе, и за оказанное «доверие»! — парировал он. Затем вытащил из рюкзака банку энергетического напитка и протянул её мне, — Держи! Только не забудь сначала даме предложить, сударь.

— Сэр, как истинный эстет, этикет я знаю! — сообщил я, изображая джентльмена, — Так что, не ссыте, предложу!

— Фу! Дураки! — фыркнула Алёнка.

Мы с Героем по-мужски заржали над её реакцией, понимая, что теперь ей с нами будет вдвойне нелегко. Видимо опять наступил момент психологической разгрузки.

Пока мой двойник с Алёнкиной помощью делал себе перевязки на обеих ногах, я, попивая энергетик, от которого Любимая отказалась, поведал ему о сущности аномалии «Времянка», из которой я его вытащил. А также объяснил ему, что в ней делает снорк с простреленными кровавыми глазницами.

Выслушав мой рассказ и сделав определённые выводы, Герой поблагодарил меня за то, что я избавил его от нежелательного контакта со снорком.

— Не стоит благодарностей! — возразил я, начиная осознавать один очень важный момент, — Потому что, как оказалось, спасая тебя, я спас и самого себя! Понимаешь?.. Ведь ТЫ — это, как бы, Я!

— Ты прав, дружище! Теперь, чтобы выжить, НАМ с тобой придётся беречь друг друга, как самого СЕБЯ! Причём, в прямом смысле этого слова.

— В таком случае, нам необходимо научиться доверять, и положиться друг на друга.

— Полностью с тобой согласен, брат! — сказал Герой и посмотрел на свои свежие повязки. — Кстати, ты из-за этих миллионов «баксов» особо сильно не расстраивайся. Можно считать, что ты их на свою жизнь и потратил.

— Спасибо, брат, что напомнил. Мне теперь стало намного легче.

— Не за что, дружище! Обращайся ещё… О-о-о, как ноги загудели.

— Это нормально, — прокомментировал я, — Значит «Бизе» заработал. Меньше, чем через полчаса будешь, как новенький. По собственному опыту знаю.

— А, так вот почему твой артефакт темнее моего. Уже испытал, значит?

— Пришлось… После встречи с кабанами, — продемонстрировав разодранную штанину, ответил я. — Но это уже совсем другая история… Могу только добавить, что если бы не «Будь Здоров!», то я бы сейчас тут не стоял, а вы бы не сидели.

— Про кабанов догадываюсь, слышал позади себя стрельбу, похоже, с поляны, так? — вопросительно произнёс Герой, — А потом в небе я увидел хряка, неохотно покоряющего воздушное пространство.

— Ага. «Трамплин» не только автоматы может в небо зашвыривать, но и чернобыльских кабанчиков на орбиту отправлять.

— Летающие кабаны? Ой, как интересно! — с искренним любопытством сказала Алёнка, — Расскажи, пожалуйста, поподробнее. Всё равно минут пять-десять у нас есть, нужно дождаться, когда у него боль в ногах утихнет.

— Ладно, — начал я, доставая из рюкзака банку тушенки, — Заодно и подкрепимся перед предстоящим походом… Вообще-то, я хвастаться не очень люблю, но слушайте все сюда…

И я, трапезничая говядиной, в ярких красках рассказал им о своём маршруте, начиная от победы над кабаньим квартетом и заканчивая встречей с Алёнкой здесь, на этом пяточке.

Когда тушёнка была съедена, я закончил рассказ и ответил на дополнительные вопросы своих благодарных слушателей, после чего Герой объявил о том, что боль в его ранах заметно утихла, и он готов выдвигаться в путь.

Я вернул ему свой… Точнее сказать, НАШ «Абакан», и мы втроём отправились в сторону научного лагеря.



Каждый из нас понимает, что все мы, так или иначе, зависим друг от друга. Если погибнет Герой, которого я некоторое время считал любовником своей гражданской жены, то умру и я, а значит, может погибнуть и Алёнка, одна в Зоне она вряд ли долго протянет, тем более в таком «неброском» оранжевом облачении. А без Алёнки, соответственно, у нас могут возникнуть проблемы с допуском в научный лагерь, со всеми вытекающими отсюда негативными последствиями. Да и жизнь без Любимой для нас с Героем… Будет уже не Жизнь.

М-да. Забавная, на мой взгляд, вырисовывается картина. У Зоны явно присутствует своё, хоть и своеобразное, но чувство юмора. По различным причинам мы не можем допустить гибели одного из нас, так как она приведёт к смерти остальных.

Похоже, таинственная Зона Отчуждения не желает расставаться даром со своими творениями, в том числе и с «Бизе», очередной раз напоминая людям, что за всё нужно платить.

Мы не знаем, что нас ждёт впереди. Сможем ли мы добраться до Сахарова или нет? А если и «да», то сможет ли он помочь нам с Героем «слиться» обратно в одно целое и избежать неминуемой смерти?..

Одно знаю точно — для того, чтобы МЫ достигли конечной общей цели, каждый из нас должен положиться не только на самого себя, но и друг на друга. А, если учесть тот факт, что Герой — это тоже Я, то получается, что я должен полностью ПОЛОЖИТЬСЯ НА СЕБЯ ДВАЖДЫ!

Надеюсь, что Он — «Второй Я», тоже отлично это понимает и у нас с ним всё получится. Иначе… Как бы банально это не звучало, иначе, мы все умрём… А не хотелось бы.

Я, Алёнка и Герой очень надеемся, что всё будет хорошо. Что мы без особых проблем доберёмся до Профессора, который поможет нам избежать последствий аномального «Ксерокса», и наивно надеемся, что коварная Зона больше не преподнесёт нам нежелательных сюрпризов.

На самом же деле мы ещё даже не догадываемся о том, как сильно мы ошибаемся сейчас, и насколько напрасной и иллюзорной окажется наша надежда в ближайшем будущем…

ЧАСТЬ 2

12

Наш немногочисленный отряд, состоящий из Алёнки и двух меня, миновав заросшую пожухлой травой равнину, подошёл к границе лесистой местности, усеянной деревьями внушительных размеров. Их хвоя и листва, окрашенные преимущественно в оранжевый цвет, расположились на чёрных, как сажа, стволах. Плотность крон многолетних великанов не позволяет дневному свету полноценно проникать внутрь загадочного леса. Уже на расстоянии нескольких метров вглубь лесной чащи, сложно что-либо рассмотреть из-за густорастущего «навеса», закрывающего собой небо.

— Что это за место? — спросила единственная в нашей группе представительница прекрасного пола.

— Чертовщина какая-то, — разглядывая карту, ответил я, — По идее здесь должна пролегать дорога, ведущая на юго-восток к «Янтарю».

— Куда ты завёл нас, Сусанин ведущий?.. — съехидничал Герой и продолжил своё издевательство, — Командир, я что-то не понял, ты что, заблудился, что ли?

— Нет! — отвечаю, не обращая внимания на его «подколку», — Судя по ориентирам, мы находимся именно там, где и должны. Так называемый Мертвый город находится северо-восточнее от нас. Вон, на горизонте его постройки торчат, видите?

— Хм. Тогда что это за «Ботанический садик» вырос на нашем пути?

— Алёнка, ты как-то рассказывала, — начал припоминать я, — Что в Зоне после Выбросов некоторые участки местности иногда меняются местами…

— Да-да! — откликнулась она, — Очень похоже на то, что это тот самый случай.

— Такое впечатление, что гуща Рыжего леса перенеслась сюда. И для нас это совсем не кстати.

— М-да уж… Огибать расстояние в несколько километров мы вряд ли станем, не так ли, коллега? — подал голос «близнец», — Придётся идти в лес, по грибы да по ягоды?

Глянув на уходящие влево и вправо километры чёрно-рыжего леса, я мысленно согласился со своим двойником. Делать огромную «петлю», на которую уйдут несколько дополнительных часов, мы не можем, слишком рискованно в нашем случае, так как есть огромная вероятность попасть под Выброс. А лагерь учёных является единственным по близости известным нам местом, в котором его можно безопасно переждать. Хотя, понятие безопасности в данном случае довольно относительно. Если Алёнкино предположение, насчёт связи между нашими жизнями и аномалией «Ксерокс», является верным, то без знаний Сахарова нам Выброс не пережить вообще. Да и с водой у нас проблемы — ни капли не осталось, жажда точно замучит. Короче говоря, идти придётся через лес.

— Идти через Рыжий лес гораздо опаснее и сложнее, чем в обход, — промолвил я, — Но в связи с…

— Не скажи! — возразил Герой, мотая головой, — В Зоне очень трудно, практически не возможно, определить, где опаснее. Можно на ровном месте погибнуть мучительной смертью, а можно побывать, казалось бы, в непроходимых местах и выйти из них без единой царапины. Да ещё с хорошим хабаром в придачу. Похоже, что Хозяйка Зона сама решает, кому что подарить. Кому — жизнь беззаботную, а кому — смерть жуткую, — философски произнес он.

— Это сейчас сказал я? — вопросительно в шутку поинтересовался я.

— Хм… Можно и так сказать… Раз Ты — это Я. То получается, что это сказали МЫ! — ответил мне Герой.

— Кстати, Милый, как ты себя чувствуешь? — заботливо поинтересовалась Алёнка.

— Нормально, — ответили мы с Героем хором и переглянулись друг с другом, после чего мой двойник продолжил, — Спасибо за заботу, Дорогая. Мои ноги уже не болят. Похоже, раны полностью зажили.

— Хм, а я сначала подумал, что это ты меня спрашиваешь, — с легкой досадой и «детской» ревностью произнес я, обращаясь к Алёнке.

— Так, братцы-кролики… Чтобы нам постоянно не путаться, придётся дать вам новые имена, — вынесла она свой безоговорочный вердикт.

— Интересно, какие же? — спросил Герой. — Типа, Первый и Второй?.. Альфа и Бета?.. Или Чип и Дейл?.. А может, Белый и Чёрный?.. Хе-хе… Тогда я, чур, Белый!.. Чёрным мне что-то неохота быть, зад-то у меня «белый», — заявил он с иронией, — Да и Вторым быть тоже что-то не особо хочется…

— Действительно, Алён, — согласился я со своим «близнецом», — Наши новые имена должны быть равнозначными, такими, чтобы обоим понравились, и чтобы никто из нас не доминировал друг над другом. Чтоб обидно никому не было. А то иначе мы с ним обязательно подерёмся, — улыбнулся я, переведя взгляд на Героя.

— Эх, кони вы мои, кони, — немного подумав, произнесла Алёнка, — Я буду называть вас так, как мне нравится это делать дома: «Жеребец» и «Мустангер».