— Трувор ему помог, — хмыкнула Нина. — Викинга сильно беспокоит, что если Мирослав и дальше будет так кидаться своими территориями, то внуку ничего не останется. А Трувор своему наследнику хочет обеспечить славное будущее во главе великой державы.

— Так у него еще нет наследника! — озадачился эльф.

— Сейчас нет. А через полгода будет. Трувор вперед смотрит, — пояснила Нина.

— Фьяна, небось, тоже с войском поскакала? — влез в разговор любопытный Врангель.

— А то она пропустит такую развлекаловку! Насколько я поняла, Данжер буквально на коленях просил Фьяну ни во что не вмешиваться. Но ты же знаешь василиссу! — вздохнула Нина.

— Ей наверняка нужна моя помощь! — всполошился вороненок. — Вы просто не знаете василиссу. Ее может занести куда угодно!

— Пока еще ее никуда не занесло. Она ждет нас на развилке тракта, — сообщила Нина. — Фьяна должна передать нам кольцо-невидимку и еще с кем-то нас познакомить. После этого наши дороги разойдутся. Василисса полетит догонять войско, а мы поедем в Вемею и должны будем в самые кратчайшие сроки стащить у дьюлы корону. Иначе Бячислав призовет драконов на свою сторону. И что будет потом, я думаю, объяснять не нужно.

Объяснять действительно было не нужно. Компания представила себе катастрофические последствия войны с драконами и двинулась дальше в полном молчании. Даже эльф не делал попытки убедить окружающих оставить-таки Анну в покое. Видимо, Лерленн слишком хорошо понимал, что вслед за людьми придет очередь эльфов. И никакая защитная магия не спасет их от нападения служащих Бячиславу драконов. Дьюла был действительно очень силен. Но стоило ли ради того, чтобы иметь возможность его убить, подвергать риску Анну? Лерленн считал, что нет. Хотя и понимал, что его мнение никто не разделяет. Одна юная княжна против нескольких тысяч человеческих жизней. Выбор очевиден. Но что делать, если эту самую княжну ты любишь? Эльф не знал. Он молча ехал вместе с остальным отрядом и надеялся, что встреча с Фьяной может ему чем-то помочь. Вдруг василисса даст дельный совет? Или придумает что-нибудь интересное?

Однако надежды Лерленна на Фьяну оказались совершенно бесполезными. Василисса присоединилась к мнению большинства, и Анну окончательно решено было везти в Вемею. А неизвестным, с которым Фьяна решила познакомить всю честную компанию, оказался Серый. Говорящий разумный волк огромных габаритов.

— Поскольку я еду в войско, мне понадобятся Ирод с Врангелем, — решила Фьяна. — Мы уже сработались, и они чувствуют меня в любой ипостаси и практически на любом расстоянии. В Вемее они Нине вряд ли понадобятся. Но поскольку оставлять вас совсем без прикрытия было бы глупо, я привела Серого. Он чувствует опасность, как Ирод и может при необходимости быть разведчиком, как Врангель. К тому же, он позволяет ездить на себе верхом. Ты уж извини, Нин, но Ирод с Врангелем сейчас гораздо нужнее мне, чем тебе.

— Да что ты оправдываешься? Ты мне и дала-то их напрокат! — отмахнулась Нина. — К тому же, в столице они мне действительно будут не так нужны, как тебе на поле боя. А вот твой Серый сможет сослужить нам хорошую службу в деле похищения короны. Так что не переживай. Езжай. И передавай Данжеру привет. Кстати… о василевсе… Фьяна, ты не отойдешь со мной на пару минут?

— Ну? Что ты мне хотела сказать о Данжере? — нахмурилась Фьяна, как только подруги отошли в сторонку.

— Да я не сказать, я спросить. Слушай, а как ты решилась закрутить роман с василевсом? Он все-таки нечисть, да еще и из другого мира.

— А с чего это вдруг тебя это заинтересовало? — удивилась Фьяна, но поймав взгляд подруги, направленный на Форса, все поняла. — Ну ты даешь!

Да уж, чего-чего, а удивить Нина умела. И кто бы мог подумать, что из всего количества окружающих ее мужчин она выберет именно гоблина? Хотя… если учесть, за кем замужем сама Фьяна… не ей кидать камни.

— Ну, и что у тебя с ним? — оживилась василисса.

— Пока ничего, — вздохнула Нина.

— Почему это?

— Понимаешь, я вот думаю… а вдруг мы с Форсом после этого не сможем нормально общаться?

— Идиотская постановка вопроса. Что значит «не сможем»? — возмутилась Фьяна. — Куда вы денетесь? Мы же с Данжером смогли. Причем когда у нас начался роман, мне и в голову не пришло задаваться вопросом о том, что будет дальше.

— Тебе повезло, у вас все закончилось благополучно, — продолжала твердить свое Нина. — А если у нас будет по-другому? Если мы разочаруемся?

— Расстанетесь, — пожала плечами василисса.

— А если я не смогу? — несчастным шепотом вопросила Нина. — Буду таскаться как дура за ним по пятам и надоедать до зубной боли. Любовь даже до унижения может довести.

— Это точно, — вздохнула Фьяна. — Иногда мне кажется, что любовь вообще похожа на наркотическую зависимость. Это не просто взаимное удовольствие, не просто удовлетворение телесного голода, а такие отношения, когда после перерыва в 5 дней начинается что-то вроде наркотической ломки и нужна доза. Однако тут, подруга, я тебе ничем помочь не могу. Даже советом. Ибо меня чаша безответной любви благополучно минула.

— И все-таки, я рискну, — решилась Нина. — Потому что если я этого не сделаю, я буду жалеть об этом еще больше.

— Удачи тебе! — искренне пожелала Фьяна. — И с Форсом, и с короной. Ты знаешь, что от вас зависит множество жизней. В том числе наши. Бячиславу же совершенно необязательно натравливать драконов на Фотию, чтобы ее победить. Достаточно будет и того войска, которое он собрал.

— Но ты точно уверена в том, что корона хранится в тереме Бячислава? Что он не забрал ее с собой? — уточнила Нина.

— Естественно! Когда я была с визитом у драконов, мне показали магическое изображение короны. И внешний вид, и ее магическую ауру. Я сняла копию, и теперь ты сможешь найти корону без ошибки. Следить за Бячиславом на расстоянии было довольно сложно, он хорошо экранируется, но у меня есть все основания предполагать, что корона хранится в его кабинете на втором этаже. Бери кольцо, бери Серого и штурмуй терем! Если тебе удастся похитить корону, пошли ее ко мне вместе с волком. Я тут же полечу к драконам договариваться о помощи. Тебе, правда, придется временно пользоваться ступой, но это тоже недолго. Я постараюсь сразу же отправить Серого назад. Вместе с ним ты примкнешь к войску василевса, Данжеру пригодится помощь боевого мага. А вы, — обратилась Фьяна к эльфу с гоблином, — отправитесь за Ниной в погоню. Иначе дьюла быстро поймет, что вы вышли из повиновения и оборвет ваши жизни.

— А можно, Нина украдет не только корону, но и княжну Анну? — настырно уточнил эльф.

— А ее на фига красть? — не поняла василисса.

— Любовь, — развела руками Нина, тяжко вздохнув. — Если бы Лерленн еще подумал, куда я дену княжну после так называемого похищения, было бы совсем хорошо. Не тащить же мне ее за собой на поле боя!

— Нет уж, давайте княжну мы будем похищать в другой раз! — решила Фьяна. — Все равно дьюле в ближайшее время будет не до свадьбы. Так что охолони, Лерленн, не сверли нас так злобно глазами. Не отдадим мы твою Анну на поруганию старому уроду. Хотя как ты потом будешь объяснять свой выбор эльфам — ума не приложу.

— То мое дело! — огрызнулся Лерленн.

— Да ради Бога, — согласилась Фьяна. — Только не забудь, что помимо твоего личного дела здесь и куча других интересов перемешана. Так что не подгадь нам своей любовью. Иначе я разозлюсь и заколдую тебя во что-нибудь мерзкое. Нет, лучше не тебя, лучше Анну, чтобы дошло нагляднее. Ты меня понял?

— Понял, — прошипел эльф. Василисса довольно ухмыльнулась, вскочила на Ирода и, помахав рукой, вскоре скрылась из глаз.

Угроза Фьяны подействовала на Лерленна самым наилучшим образом. Он, наконец-то, перестал жевать розовые сопли и вернулся в реальность. Точнее, присоединился к обсуждению плана по проникновению Нины в терем. План был довольно простым. Эльф и гоблин должны были отвлечь на себя всеобщее внимание чем-нибудь вроде драки, а Нина тем временем, одев кольцо невидимости, прямо на Сером проникнет внутрь терема.

— Ты не хочешь ли сказать, что волка никто не заметит? — ехидно уточнил эльф. — да еще такого здоровенного?

— Я могу ошибаться, но вообще-то, кольца-невидимки скрывают не только того, кто их одевает но и все то, к чему обладатель сего артефакта прикасается. Я права? — обернулась Нина к Серому.

— Не совсем, — вздохнул волк. — Если ты хочешь, чтобы какая-то вещь или человек стали невидимыми вместе с тобой, ты должна сначала дотронуться до них, а только потом надеть кольцо.

— Ну и? — не поняла Нина. — Я сяду на тебя и одену кольцо. Чего еще надо?

— На корону, которую ты возьмешь, заклятье невидимости распространяться не будет.

— Да пёс с ней! — отмахнулась Нина. — Это даже к лучшему. Так мы дадим повод бросится за нами в погоню. Не могут же эльф с гоблином гоняться за абсолютными невидимками! Должен же быть хоть какой-то маячок! Только у меня есть одно предложение.

— Что еще? — недовольно поинтересовался Форс, которому вовсе не улыбалось отправлять Нину в логово врага.

— Вы должны въехать в город вместе со мной. Чтобы демонстративно, собрав как можно больше народу вокруг себя, сдать княжну с рук на руки всяким мамкам и нянькам. Думаю, приезд невесты точно отвлечет на себя все внимание и я смогу пробраться в терем довольно легко. Как только вы увидите летящую по воздуху корону, броситесь за мной в погоню Тогда дьюла не сможет предъявить вам претензию, что вы не уследили за его имуществом. Все-таки невесту народу представляли.

— Да все равно он не будет нам доверять! — отмахнулся эльф.

— Возможно. Но шансов с ним разделаться у нас станет намного больше, — возразила Нина. — Если Фьяне удастся убедить драконов выступить на нашей стороне, а имея два важнейших для Оттона артефакта на руках, она точно сможет это сделать, песенка Бячислава будет спета. Ни одно войско не сможет противостоять боевому отряду драконов. Тем более, что дьюла никак не ждет нападения с этой стороны. Он же подстраховался! Бячислав настолько боится рисковать бесценной короной, что даже не потащил ее с собой на войну, окружив артефакт мощной стражей. Если бы Марина не добыла кольцо-невидимку и не познакомилась бы с Серым, наши шансы были бы равны нулю. Сейчас они у нас хотя бы есть. И мы должны ими воспользоваться.

Гоблин с эльфом вздохнули, но спорить с Ниной было бессмысленно и бесполезно. За долгое время совместного путешествия они уже прекрасно это усвоили. Ведьму точно так же сложно было оттащить за уши от очередной авантюры, как барана от новых ворот. Нину, казалось, неприятности притягивали словно магнитом. И она прилагала все усилия, чтобы не пропустить ни одной из них.

Ну а как, скажите на милость, можно было пропустить подобный шанс? Как? Доверить искать корону эльфу с гоблином? Хе… они, пожалуй, отыщут. Петлю себе на шею. Ни один из них не владел магией, а значит, не мог почувствовать заклятий-ловушек. Да и скопированный Фьяной магический и визуальный внешний вид короны они тоже увидеть не могли. Нет уж, есть такие дела, которые может сделать только ведьма. И Нина собиралась сделать это качественно. Правда, ездить на волке оказалось не очень удобно (Серый с одинаковой легкостью передвигался по любым поверхностям и плоскостям, порой забывая предупредить седока, что собирается переместиться с пола на потолок), но зато весьма выгодно. Ибо волк двигался быстро, бесшумно и в строго заданном направлении. Не зря, выходит, Фьяна говорила, что Серый умеет чувствовать магию. Вожделенный кабинет дьюлы со стоящим в углу огромным сейфом он нашел довольно быстро. Дело оставалось за малым. Вскрыть этот самый сейф. И вот тут-то возникли первые проблемы. Магическую защиту Нина сняла без труда, а вот вскрывать сейфы ее в институте не обучали. Да и чем вскрывать? Сапогом, который после того, как его голенище разрезал Форс, держался на честном магическом слове? Вот что значит, не иметь никакого криминального прошлого! Ну это же надо было — лопухнуться на такой мелочи, не подумать о самом главном!

Впрочем, о существовании сейфа Фьяна даже не упоминала. А Нине такая возможность просто не пришла в голову. Почему, интересно? Она что, надеялась, что дьюла хранит драгоценности в чулке под подушкой? Идиотизм! Впрочем, ругать себя последними словами было уже поздно. Нужно было либо как-то вскрывать сейф, либо уходить отсюда прочь. Второй вариант был менее предпочтительным. Ибо другой столь шикарный шанс попасть в терем дьюлы вряд ли представится. Ведь не могут же эльф с гоблином каждый день ко двору невест привозить, отвлекая народ!

— Ты никогда не вскрывал сейфы? — безнадежно обернулась Нина к Серому.

— До сих пор нет, но я могу попробовать, — предложил волк, выпуская весьма впечатляющие когти. Они отливали таким холодным синим цветом, что Нина даже не усомнилась в том, что к обычным звериным когтям они не имеют никакого отношения.

Серый подобрался к сейфу, обнюхал его со всех сторон и ударил лапой по замку. Эффект оказался весьма неожиданным. Замок, разлетевшись под лапой Серого на несколько частей, буквально осыпался на пол, а дверь, прополосованная насквозь когтями, тут же с жалобным скрипом открылась. Нина оценила толщину стенок сейфа, острые края оставленных на нем зазубренных рваных дыр и преисполнилась к Серому еще большим уважением. Волк был поистине бесценной находкой. И оставившая его Нине Фьяна была безусловно права. Ни Ирод, ни Врангель подобным образом сейф вскрыть бы не сумели. Однако… пора бы уже и внутрь заглянуть. Итак, что хранят под замком местные олигархи? Оказалось, многое. Помимо собственно короны, которую Нина выудила в первую очередь, в сейфе оказались припрятаны несколько артефактов и довольно внушительная коллекция драгоценностей. Не раздумывая, Нина ссыпала все это в приготовленный мешок и завязала его покрепче.

— Мы же за короной пришли, — укорил ее волк.

— Так дьюла об этом знать не должен, — справедливо возразила Нина. — Пусть думает, что это просто ограбление. Да и нечего оставлять ему артефакты, он и без них силен. Ну, а что касается драгоценностей… думаешь, Бячислав их нажил праведным путем? Ну, вот и всё! И потом… должен же он нам компенсировать весь нанесенный вред!

На последнее замечание Серому было возразить нечего, и он, дождавшись, когда Нина его оседлает, сиганул в окно., стараясь произвести как можно больше шума. Обернувшийся народ с удивлением увидел, как от терема дьюлы уплывает полно набитый чем-то мешок и даже замер в оцепенении.

— В погоню! — скомандовал Форс, вскочив на коня. Эльф тут же последовал его примеру, и они ринулись догонять Нину.

Догнать волшебного волка, спокойно перескакивающего озера и даже небольшие чащи было нереально. Но ведь Лерленн с Форсом и не собирались его ловить! А Нина, как только расстояние от Вемеи стало значительным, решила Серого отпустить. Фьяна должна была уже покинуть войско василевса и ждать волка у горного хребта, за которым скрывалось королевство драконов, а сама Нина должна была отправится к Данжеру и поддержать его боевой магией. Сунув в мешок с короной и драгоценностями кольцо-невидимку, Нина простилась с волком и направилась в ближайшую деревушку на поиски ступы. Добираться до войск пешком (и даже верхом на каком-нибудь деревенском Сивке) у нее не было никакого желания.

И кто бы мог подумать, что решение воспользоваться ступой приведет к столь плачевным последствиям! Нет, в деревеньке ей не отказали. И даже не объявили охоту на ведьм. А вот Бячислав не сплоховал. Нельзя сказать, чтобы он ждал именно Нину — дьюла поставил ловушку на все виды магии. Однако увидев, что в его сети попалась истинная ведьма, он пришел просто в замечательное расположение духа. Как бы ни старались его маги, какое бы количество артефактов ни удалось им накопить, все эти силы потихоньку иссякали. И поймать в свои сети источник, из которого можно черпать магию практически бесконечно (хоть и с перерывами для подзарядки)… об этом дьюла и мечтать не мог! Нина, конечно, попыталась напомнить ему, что она своя, и работает за компанию с Форсом и Лерленном, однако Бячиславу (естественно!) это было по барабану.

Дьюла обвил ведьму цепями из мраррена, гасящего всю, даже самую мощную магическую энергию и приставил к ней стражу. Однако это было еще не самым страшным. Нина даже боялась предположить, что с ней сделает Бячислав, когда узнает, что она стащила корону. А он точно узнает. Стоит только сличить примененную магию (как отпечатки пальцев) и сомнений не останется. Тьфу! И надо же было так глупо попасться! Нина позвенела цепями, устраиваясь поудобнее в наименее грязном углу своей новоприобретенной тюремной камеры и начала думать о том, как отсюда выбраться. Дьюла снял с нее все амулеты, в том числе и амулет связи, но мраррен все равно заглушил бы его действия. И еще… была у Нины такая надежда, что Фьяна, не сумев связаться с лучшей подругой, забеспокоится. И, вполне вероятно, сможет прийти на помощь. Так что главное в данной ситуации было выжить. И не сдаться на волю обстоятельств.

Глава 13

Кто на нас наедет — трех дней не проживет. В.В. Путин
Бячислав в бешенстве метался по своему шатру и пинал подворачивающиеся под ноги расшитые золотом подушки. Всё так хорошо начиналось! Он готовился к войне долго, тщательно, учитывая все нюансы… и тут такое! Дьявол! Бячислав, конечно, всегда знал, что абсолютно всего учесть невозможно, что нужно быть готовым к различным случайностям… но не к таким же! Древнейший артефакт драконов, корона, ради поисков которой он пожертвовал несколькими годами своей жизни, была похищена! И не только она одна! Исчезли артефакты и все драгоценности! Впрочем, последнее волновало Бячислава как раз меньше всего. Если его поход закончится удачей, у него будет столько драгоценностей, сколько ему захочется. А вот корона… артефакт, который способен был дать власть над драконами… была катастрофической потерей. Да, конечно, дьюла собрал под своим началом огромное войско, но и его противники не отстали. Мирослав с подколенными князьями, Данжер, Трувор, Тугарин… объединенное войско если и уступало войску Бячислава, то не намного. А уж если учесть, как отчаянно они были готовы сражаться за свои земли, то силы, пожалуй, даже были равны.

Разумеется, Бячислав горел желанием покарать виновных в краже короны. Более того. Дьюла даже имел возможность это сделать, ибо случайно выловленная им ведьма оказалась главной виновницей случившегося. И поскольку ни короны, ни других украденных вещей при ней не нашли, явно имела сообщников. Однако ни убить Нину, ни даже подвергнуть ее пыткам, выясняя, куда делся бесценный артефакт, Бячислав не мог. Он потерял слишком много магических сил. Истинная ведьма должна была стать источником их восстановления. Но для этого ей необходимо было оставаться живой и абсолютно здоровой. Любая, даже самая незначительная рана могла стать причиной ослабления магического потенциала. Бячислав, подумав, даже приказал перевести Нину в более чистый и сухой шатер, кормить ее как можно лучше и утроить стражу. Дьявол! И почему ему так не везет? Может, князь Ингварь не только наложил заклятье на Ингрию, но и успел проклясть того, кто уничтожил его род? Дьюла не чувствовал никакого магического влияния, но ничем другим, кроме как проклятьем, нельзя было объяснить постоянные неудачи. Разве не обвел Бячислава вокруг пальца Амфибрахий, защитив свою дочь магией? Разве не слишком рано выступил против дьюлы Мирослав, не склонный, обычно, к поспешным действиям? Разве не откололся в самый неподходящий момент от хана Кобяка его младший сын, который отправился грабить окрестности Ингрии? Потеря короны стала финальным аккордом всех вышеперечисленных неудач. И вряд ли была случайной.

Бячислав прокрутил в голове все свои поступки, пытаясь обнаружить ошибку в собственных действиях, но не смог найти ничего. Может быть, не стоило избавляться от Ульрика? Все-таки, заклятье его отца, князя Ингваря, могло аукнуться в самом ближайшем будущем. Символы власти подчинялись только прямому потомку княжеского рода. А править страной без них было практически невозможно. Но на кой черт нужно маленькое княжество тому, кто решил завоевать мир? Пусть себе живет без правителя, лишь бы дань исправно платила. А Великий княжеский стол можно организовать и в другом месте. Даже предпочтительнее. Например, в Киеве. Вот это почет так почет! Вековое величие, абсолютное могущество, безграничная власть… словом, есть где развернуться. К тому же, пожертвовать мальчишкой княжеской крови требовало всё то же уменьшившееся магическое могущество. Кровь и жизнь княжича, принесенные в жертву с помощью древнего обряда заточения в бочку с гвоздями, должны были вплеснуть новые силы в потухающие магические артефакты. Должны были. Но, почему-то этого не сделали. И данный факт казался Бячиславу еще одним подтверждением существования проклятья. Но может быть, оно тоже имело свои пределы? Иначе как бы дьюле удалось поймать в свои сети истинную ведьму? Такая удача, пожалуй, стоила даже потери короны. Ибо драконы, вопреки чаяниям Бячислава, отнюдь не торопились с ним связываться и требовать вернуть артефакт. А самостоятельно вступить с ними в контакт он так и не смог, как ни старался. Древняя раса была слишком могущественной. И чересчур закрытой. И не любила чужаков, особенно людей.



Фьяна ждала Серого у самого подножья неприступного горного хребта. От волнения она даже вытоптала дорожку в траве, шагая туда обратно. Ирод с Врангелем, уже привыкшие к характеру своей хозяйки, флегматично следили за ее передвижениями. Только изредка вороненок срывался с места и летел осмотреть окрестности на предмет поиска потенциальной опасности. Однако связываться с ведьмой, пребывающей в плохом настроении, не хотел никто. А настроение Фьяны было на редкость мерзким. Во-первых, потому, что она поцапалась с Данжером, который в приказном порядке велел ей улетать с поля боя и возвращаться в Фотию, а во-вторых, потому, что предстояло отправляться к драконам и требовать от них помощи. Последнее Фьяне абсолютно не нравилось. Зная, как относится Оттон к самой идее вмешательства в дела людей, василисса была готова к долгому и продолжительному спору. Хорошо хоть под рукой у нее имелось аж целых два важных для драконов артефакта, а то бы и дела затевать не стоило. Все равно бесполезно.

Фьяна сняла с шеи Серого мешок, с удивлением обозрела находящиеся в нем богатства и сердито взялась за медальон. Нина что, совсем с ума сошла? Ее грабить дьюлу послали или корону найти? Однако медальон связи молчал как убитый. Непонятно… почему Нина не отзывается? Неужто что-то случилось? Нужно было срочно разыскать подругу! Однако… как же бросить на полпути благое дело переговоров с драконами?

— Врангель, ты полетишь искать Нину, — решила Фьяна. — Я буду ждать тебя у драконов. Думаю, наши переговоры надолго затянутся. Оттон консерватор невозможный, его домкратом с места не сдвинешь.

— Зато принц Ирвин вполне ничего, — заметил вороненок. — К тому же, он друг Данжера.

— Будем надеяться, что нам это поможет, — вздохнула Фьяна, перевоплощаясь в дракона. — Ирод, отправляйся к василевсу. Нина присоединится к тебе там. Серый, оставайся ждать меня здесь. Я бы и тебя к Данжеру отправила, но слишком волнуюсь за Нину. Кто ее знает, куда занесло эту непутевую девицу. Вдруг ты сможешь ей пригодиться. Врангель найдет Нину, расскажет мне, что случилось, а там уже будем действовать по ситуации. Всем все ясно? Тогда вперед! И еще, Ирод, пригляди там за Данжером, ладно?

Мудрый конь согласно всхрапнул и неторопливой рысью отправился к василевсу. Врангель сорвался с ветки и полетел в сторону Ингрии, а Серый разлегся в ближайших кустиках ждать дальнейших распоряжений. Увидев, что все занялись делами согласно ее распоряжениям, Фьяна распрямила крылья, взлетела и направилась в город драконов, держа в лапах заветный мешочек. Как бы то ни было, а Оттона нужно было уломать. Мало ли, что говорит закон о невмешательстве в дела людей? И что же теперь? Всё когда-нибудь меняется. Особенно, если на кону стоят два древнейших артефакта. Да от одной только мысли, что можно будет снова собрать Проводник и пользоваться неограниченной магией, Оттон должен плясать от радости. Но за любую радость нужно платить. И помощь людям — это еще не самая большая цена, которую могла бы потребовать с драконов Фьяна. Не зря же путь к яблоку Нине указало перо Финиста Ясна Сокола, которое обычно приводит к великой славе и неисчислимому богатству. Да в умелых руках подобные артефакты могли бы столько всего натворить… помыслить страшно. Кстати, если война с дьюлой закончится благополучно, надо намекнуть Данжеру, что Нину за подобную находку необходимо наградить. Причем щедро. А уж Марину за кольцо-невидимку и знакомство с Серым и подавно. Кто бы мог подумать, что от лекарки будет столько магической пользы!

Фьяна вздохнула. В этот раз она явно оказалась не у дел. Приключения, видимо не желая связываться с василевсом, старательно обходили Фотию стороной. А как только подвернулась возможность поучаствовать в войне против дьюлы, так Данжер сразу возмутился. Типа, нечего там делать его жене. Ага… а магическую поддержку василевсу кто будет обеспечивать? Однако Данжер оставался непреклонен. А тут еще и Нафаня со Старотом (предатели!) встали на его сторону. Однако если кто-нибудь думает, что Фьяна подчинилась и стала изображать из себя послушную средневековую жену, то это фиг вам! Сидеть во дворце, когда громыхает война от темна и до темна, она просто не могла. Поэтому и затеяла авантюру с похищением короны. Потому и полетела сама на переговоры с драконами. Разумеется, не сказав ничего Данжеру, ибо ссориться с любимым мужчиной из-за всяких пустяков как-то не хотелось. Лучше отложить объяснения на потом, на после победы. Ибо тогда василевс, который будет (наверняка) пребывать в хорошем настроении, в очередной раз простит Фьяне всё. Особенно если она сумеет-таки уговорить драконов помочь.

То, что заставить Оттона изменить свое мнение по поводу невмешательства в дела людей будет сложно, Фьяна подозревала. Но она и подумать не могла, что это будет сложно настолько. Король драконов уперся в закон и не собирался отступать от него ни на пядь. Даже за все блага мира. Правда, выложенные на стол перед Фьяной яблоко с короной заставляли его нервно вздрагивать, однако Оттон оставался непоколебим. Упрямый король готов был отказаться даже от славного будущего, лишь бы не нарушать нейтралитет. В конце концов, разозленная его упорством василисса клятвенно пообещала, что уничтожит оба артефакта прямо на королевских глазах. Причем так, что они не будут подлежать восстановлению. И потомки непременно проклянут Оттона, лишившего их Проводника и надежды на возрождение былого могущества. Дракон дрогнул. Заметившая это Фьяна поспешила развить успех и коварно заметила, что короля, который, напротив, вернет Проводник своему народу, наверняка будут прославлять в веках. И в песнях. А уж когда к драконам вернется их былое могущество, никто и не вспомнит, какой ценой был получен Проводник. Да и разве ж это большая цена? Фьяна и просит-то всего ничего — небольшой боевой отряд драконов. Пусть пролетят пару раз над войском дьюлы, припугнут его хорошенько, огнем в него плюнут для разнообразия. Разве же это нарушение закона? Да это так, развлечение. И молодежь наверняка на это согласиться. К тому же… надо же им где-то тренироваться!

Последний довод оказался решающим. Не для Оттона, конечно, для Ирвина, которому давно уже не подворачивалось случая как следует развлечься. Он напомнил своему отцу, что Данжер с Фьяной тоже отчасти драконы, хоть и с человеческой ипостасью, и что помощь им вовсе не является нарушением закона. Не позволено статьями Драконьего Кодекса в дела людей вмешиваться? Так никто и не собирается. Ирвин хочет помочь драконам, по совместительству являющимися василевсами Фотии. А что придется попутно с людьми сражаться… так они сами виноваты. Зачем было идти войной на драконов? Насколько Ирвин помнил, защищаться от агрессивно настроенных людей закон вовсе не запрещал. Оттон вздохнул и махнул лапой, признавая свое поражение. С тех пор, как в этом мире появилась Фьяна, весь привычный ему уклад жизни полетел вверх тормашками. Сначала она завоевала сердце Данжера, представителя древнейшего драконьего рода, затем отреклась от истинной магии, исполнив древнее пророчество, а теперь притащила два важнейших артефакта, считавшихся утерянными навеки. Ну и что еще следовало ожидать от столь непредсказуемой особы? Если подумать, небольшое нарушение одной из статей Кодекса было еще вполне приемлемой ценой. Имея на руках столь мощные козыри, Фьяна вполне могла бы запросить и больше. И Оттон, рано или поздно, согласился бы. Поторговался, повозмущался, но согласился бы. Ибо шанс заиметь Проводника был слишком бесценным даром.

— Наша помощь это все, что ты просишь взамен артефактов? — уточнил Оттон.

— Да все, пожалуй, — пожала плечами Фьяна. — Хотя… думаю, какая-нибудь драгоценность в качестве награды Нине, которая сумела добыть оба этих артефакта, будет явно не лишней.

— Хорошо, — вздохнул Оттон. — Что-нибудь еще?

— Нет, больше ничего. Не хотелось бы злоупотреблять вашим гостеприимством, — улыбнулась Фьяна. — Да и некогда мне торговаться. Данжер ждет помощи. Думаю, если мы с Ирвином вылетим прямо сейчас…

— Что?! — возмутился принц. — Ты собираешься лететь вместе с боевым отрядом драконов?

— А что тут такого? — удивилась Фьяна.

— Наши самки не воюют, — пояснил Оттон, ибо ошалевший Ирвин застыл с раззявленной от подобной наглости пастью.

— Значит, я буду первой, — ухмыльнулась Фьяна. — Вы же не думаете, что я оставлю своего любимого Данжера на растерзание врагу!

— Ты не полетишь! — рыкнул Ирвин. — Ты останешься ждать нас здесь! А твой любимый Данжер еще и спасибо мне за это скажет!

— Не сомневаюсь, — зашипела Фьяна. — Только у тебя, Ирвин, есть большая проблема. Интересно, и как ты заставишь меня сидеть здесь? Прикажешь громким голосом? Нет, ты, конечно, можешь попытаться… вот только вряд ли на меня это подействует.

— Значит, придется прибегнуть к крайним мерам, — решил Оттон и хлопнул лапой по одному из окружавших его разноцветных камней.

Сначала Фьяна даже не поняла, что произошло. И только чуть позже, оглядев себя в своей собственной, человеческой ипостаси, она возмутилась до глубины души.

— Ах ты, гад крылатый! А ну возвращай всё обратно! Между прочим, я даже своим даром истинной магии пожертвовала именно затем, чтобы иметь возможность по собственному желанию превращаться в дракона!

— А я, между прочим, тебе этот самый дар истинной магии вернул обратно, — ядовито напомнил Оттон. — Так что нечего возмущаться! Я тебя, между прочим, не в темницу посадил, а всего-навсего защитил от тебя самой. Ибо больше неразумных поступков, чем совершаешь ты, никто не способен. А чтобы тебе в голову не пришла мысль улететь отсюда с помощью магии, я на тебя щит экранирующий повешу. Мелким заклятьям он не помешает, а в воздух подняться ты не сможешь.

— Да я же тут умру со скуки! — взвыла Фьяна, поняв, что ее обложили со всех сторон. Однако драконы на ее возмущение не обращали никакого внимания.

Сидеть в драконьей норе оказалось еще скучнее, чем Фьяна себе это представляла. Она прочитала всю библиотеку, облазила все окрестности и даже нашла работающий портал в один из соседних миров. Правда, доступным для посещения оказался только небольшой кусочек территории, но заскучавшей Фьяне хватило и этого. Поскольку и она сама, и Нина, и Марина страдали от отсутствия самых элементарных женских радостей типа хорошего нижнего белья и косметики, простор для покупок был огромнейший. Тем более, что тратила Фьяна не свои деньги, а выделенное Оттоном содержание. Хе… король драконов просто не знал, сколько уходит денег на то, чтобы женщина могла почувствовать себя счастливой. Да, кстати, неплохо было бы еще и мужчинам подарки купить. Данжеру, например, сборник мемуаров полководцев древности. Ему наверняка понравится. Ставру нужно обязательно гитару захватить (сколько можно гусли терзать) и сборник рассказов Стивена Кинга. Раз уж гусляр исправился и перестал травить страшные байки для ведьм, надо компенсировать ему потерю в репертуаре. Не забыть только предупредить Ставра, чтоб он не вздумал на ночь глядя эту книгу читать. А то ведь гусляр парень средневековый, впечатлительный… вдруг его инфаркт тяпнет от кинговских фантазий? Неплохо было бы прикупить подарки и эльфу с гоблином. Лерленну томик Толкина (пусть и дальше надувается от сознания эльфийской значимости), а Форсу костюм байкера. Зная любовь гоблина к черной коже, ему это должно понравится. Благо, имевшийся «на руках» василиссы магический портрет Форса позволял избежать неувязок с размером.

Однако, как ни развлекал Фьяну процесс поиска и покупки подарков всем знакомым, совсем отвлечь от скучной действительности он ее не мог. Да василисса с ума сходила, волнуясь и за любимого супруга и за пропавшую невесть куда подругу! Медальон связи по-прежнему молчал, а Оттон, которого Фьяна уже достала своими расспросами, клялся, что его экранирующий щит на такую ерунду, как медальон связи, не действует. Ситуация прояснилась только после того, как вернулся Врангель. Порадовавшись тому, что хоть у кого-то хватило сил запереть василиссу подальше от смертельной опасности, он поведал все последние новости. В том числе и то, что Нина, каким-то образом, попала в плен к дьюле, и тот собирается качать из нее магическую энергию. Лучше бы Врангель этого не говорил! Ибо взбешенная Фьяна тут же потребовала у Оттона вернуть ей нормальный облик или убрать щит, дабы она смогла лично разобраться со сволочным Бячиславом. Король драконов, разумеется, ни ту, ни другую просьбу не выполнил, доведя василиссу до белого кипения.

— А ты не хочешь поинтересоваться, как поживает Данжер? — перевел Оттон разговор в другую плоскость.

— А что с ним? — испугалась Фьяна.

— Жив, здоров и прекрасно себя чувствует! — каркнул Врангель. — После того, как я выяснил, что Нина находится в плену у дьюлы, я возвращался к тебе. Однако ж, встретив на полпути Ирвина, несколько изменил свой маршрут и навестил василевса.

— Как он там? Похудел? Побледнел? Питается нормально? — взволнованно начала расспрашивать вороненка Фьяна.

— Ты еще спроси, не обижает ли его кто! — фыркнул Врангель. — Что за семейка? Данжер тоже обспрашивался, как ты выглядишь, как ты себя чувствуешь и достаточно ли хорошо с тобой обращаются. Правда, уже после того, как выразил Ирвину свою искреннюю признательность за то, что тебя оставили погостить.

— Ах, это вот как теперь называется! — возмутилась Фьяна. — Ну, я Данжеру покажу при встрече! Навек заречется Ирвина благодарить! Было бы за что… кто теперь будет спасать Нину? Я свою лучшую подругу в лапах Бячислава не оставлю!

— Да там уже Форс крутится, как заведенный! — каркнул Врангель. — Я буду не ворон, если он не найдет способ вытащить свою драгоценную ведьму из тюрьмы.

— Опа! Даже так? — удивилась Фьяна. — Дело уже дошло до «драгоценной»? Ну Нина, ну аферистка! Быстро мужика окрутила! Ладно… раз уж вы не хотите меня отсюда выпускать… придется справляться самим. Лети к Серому, и пробирайтесь поближе к дьюле. Может быть, ваша помощь окажется Форсу как нельзя кстати. И запомни, без Нины не возвращайтесь!

— Хорошо! — лениво каркнул вороненок.

— Погоди, Врангель, еще один вопрос. Ирвин должен был отправиться на помощь Данжеру. Однако поскольку войско дьюлы все еще цело, я делаю вывод, что в военные действия дракон так и не вмешался. Что происходит?

— Твой драгоценный василевс подождать попросил. Дескать, нужно выбрать удачный момент для нанесения удара. Такой, чтобы вражеское войско одним ударом добить, — пояснил Врангель.

— Ну, что ж. Может, это и к лучшему, — задумалась Фьяна. — Нападение драконов отвлечет на себя внимание. У гоблина с эльфом будет великолепный шанс и убить дьюлу, и освободить Нину из плена.

— Думаешь, войну можно так просто закончить? — усомнился вороненок.

— Разумеется нет! Ведь остаются еще и половцы! Да и князь Володимир вряд ли согласиться прекратить войну. Он уже почувствовал вкус власти. Так что даже помимо Бячислава дел у нас будет по горло, — тяжко вздохнула Фьяна. — И потери, наверняка, будут очень большими. Потому я и хочу уменьшить их всеми возможными способами. Лети! Нину обязательно надо спасти. Иначе я никогда не прощу себе ее смерти. И тому, кто запер меня в четырех стенах, тоже.

Врангель понятливо кивнул головой, вернулся к Серому и они помчались в войско дьюлы. Волку, правда, пришлось затаиться в лесу, ибо воины Бячислава наверняка заметили бы его присутствие, а вот Врангель полетел прямиком в лагерь. Имея за плечами (и крыльями) довольно большой опыт разведывательной деятельности, он без труда нашел эльфа и гоблина. Те сидели на поваленном бревне в стороне от лагеря, медленно, словно нехотя тянули из кружек какую-то бурду и азартно переругивались. Врангель подлетел ближе и карканьем привлек к себе внимание спорщиков. Эльф с гоблином тут же выжидательно уставились на вороненка.

— Фьяне удалось договориться с драконами. Вскоре они нанесут удар по войску дьюлы. Вам нужно быть наготове.

— Что значит «быть наготове»? — вспылил гоблин. — Мы не можем перечить Бячиславу. Иначе он сразу догадается, что браслеты подчинения не действуют и уничтожит нас!

— А сражаться на стороне дьюлы мы тоже не можем! — поддержал Форса эльф. — И потом… как можно быть готовым к нападению драконов? Ты их видел в бою хотя бы раз? — Врангель отрицательно покачал головой. — А я видел. Эльфы постоянно приглашают драконов на свои праздники. И король Оттон был настолько милостив, что продемонстрировал нам мощь своего небольшого боевого отряда. Если бы драконы напали в реальности, а не в игровом бою, в живых не осталось бы ни одного эльфа. Как мы должны пережить их нападение?

— Драконы будут уничтожать войско. Честь расправиться с Бячиславом достанется вам. И чем быстрее вы это сделаете, тем больше будет шансов у Форса застать Нину живой, а у Лерленна добраться до Анны раньше ее отца.

— Володимир поедет за дочерью в Ингрию? — не на шутку испугался эльф.

— А зачем он ее там оставит после поражения дьюлы? Бячислав ведь так и не успел сочетаться с Анной браком. Теперь Володимир присмотрит для своей дочери партию получше.

— Ты умеешь быть убедительным, — признал Лерленн.

— Мы сможем уничтожить охрану Бячислава, воспользовавшись паникой в лагере. Но как мы сможем пробить его магический щит? На дьюле столько артефактов, что и не сочтешь за раз! — буркнул гоблин.

— Значит, вам придется спасти Нину до того, как вы убьете Бячислава, — каркнул Врангель. — В любом случае, только вы трое имеете наибольшие шансы убить дьюлу. Да и причин у вас для этого предостаточно.

— Помнится, кто-то ухмылялся, когда я не мог решиться оставить Анну в Вемее, подвергая ее опасности. Посмотрим, что ты скажешь теперь! — ехидно припечатал эльф, любуясь хмурой физиономией гоблина.

А что Форс мог сказать? Что не подпустит Нину к Бячиславу ни за какие коврижки? Так она его и послушалась! Да и потом… у гоблина с Лерленном действительно не было никакого шанса справится с дьюлой без ведьмы. Это предприятие и с участием Нины выглядело как весьма похожее на безнадежное. Это только командовать просто — убейте дьюлу. А реально это как сделать? Да если бы подвернулся такой шанс, Форс и без всяких команд Бячиславу голову бы свернул! За одну только Нину! Охранники рассказывали, что дьюла, хоть и кормит ведьму исправно, но держит ее в цепях. Видимо, из какого-то специального металла, гасящего магию. Иначе Нина давно бы уже показала тут всем, где раки зимуют. Один ее побег на Сером из окна терема Бячислава чего стоил! Отчаянная девка, эта ведьма! Даже чересчур. Такую, небось, под замок не посадишь. И покоя рядом с такой не видать, как своей холки. Демоны Мертвого Мира, и как у Данжера голова кругом не идет от семейной жизни с ведьмой? Фьяна ведь тоже девка отчаянная. Да еще какая! Вон, полетела и уговорила драконов сражаться на своей стороне! Повезло Лерленну… нашел себе юную княжну, которая сидит себе спокойно в Вемее и не влезает ни в какие авантюры. Всего-то и забот у эльфа, как оградить любимую от нежеланного венца, да от самодура-папеньки. Но Анну же не держат в тюрьме на цепях!

Демоны, и угораздило же Форса увлечься ведьмой! Уж кому, как не ему знать, что от них всегда одни неприятности! Вот и теперь, вместо того, чтобы выслушивать различные планы эльфа по убийству Бячислава, гоблин переживал за Нину. Гнусные мысли, одна хуже другой, ядовитыми гадюками заползали ему в голову и не хотели оттуда вытряхиваться. То ему казалось, что дьюла готовится Нину убить, то он начинал опасаться, что Бячислав решит сделать ведьму своей любовницей, то в голову гоблина лезла еще какая-нибудь гадость, не менее глупая, но все равно выводящая его из себя. Даже эльф, который поначалу посмеивался над метаниями Форса, в конце концов, начал ему сочувствовать. Однако гоблину не помогало даже это. И кто бы мог подумать, что у него вообще есть сердце и есть душа! Форс казался созданным из цельного камня, который можно было разве что разбить. А вот поди ж ты… его душа плавилась, рвалась из каменного плена, да только высвобождалась кусками. Может, он что-нибудь съел? Точно что-нибудь съел. Какую-нибудь несусветную гадость, от которой ему теперь плохо. Форс стукнул кулаком по стволу одного из деревьев, но легче не стало. Только жалкие остатки пожухших листьев осыпались ему на голову.

— Да успокойся ты! — прикрикнул на гоблина выведенный из себя эльф. — Если дьюла не убил Нину сразу, значит, она зачем-нибудь ему нужна.

— А что если Бячислав передумает? — злился Форс.

— Врангель нас предупредит! Он же практически не отлетает от шатра дьюлы!

— Так вороненок для Данжера сведения собирает, а не для нас, — возразил гоблин. — А василевсу до посторонней ведьмы дела нет.

— Если не считать того, что эта ведьма является лучшей подругой жены василевса! — напомнил эльф. — Да Фьяна потом Данжеру всю плешь проест, если он даст Нину в обиду! А разъяренная ведьма это тебе не фунт изюма. Ее любой дракон испугается. Ты лучше бы подумал, как нам Бячислава уничтожить.

— Сколько можно? — возмутился гоблин. — Мы с тобой это уже сто раз обсуждали! Как только драконы нападут, мы должны быть у шатра дьюлы. Может быть, нам повезет, и он выскочит наружу, чтобы выяснить, в чем дело. А если нет, мы ворвемся вовнутрь. Что находится внутри шатра, благодаря Врангелю, мы знаем. Так что ты хочешь еще спланировать? Все равно ведь мы не сможем предугадать, как сложится ситуация!

— Мы должны продумать все варианты!

— Совсем спятил? Всё даже демоны предугадать не могут. Мы просто должны быть готовы. Врангель предупредит нас о нападении драконов. Сейчас шатер с Ниной охраняют 12 человек. шесть снаружи, шесть внутри. Думаю, драконы отвлекут на себя часть из них. Думаю даже, что нам надо разделиться. Ты будешь следить за шатром дьюлы, а я пойду спасать Нину. Заранее мы вытащить ее из шатра все равно не сможем. 12 человек охраны на нас двоих — это слишком много.

— Нам бы только цепи с нее снять, а дальше она и сама за себя постоять сможет, — вздохнул эльф. — Но я согласен с твоим планом. Лучше все-таки будет, если Нина не станет тратить свой магический потенциал на охранников. Неизвестно еще, сколько сил потребует дьюла.

— Вот именно.

— Тогда, может, согласуем свои дальнейшие планы?

— А их сколько можно согласовывать? — взвился гоблин. — И так все ясно. Нина садится на Серого, мы на коней и пробираемся к войску василевса. Все и так понятно! Или у тебя возникли другие планы? Может, ты Мирославу хочешь клятву на мече принести? Так это без меня. Великий князь к нечисти относится просто отвратительно.

— А ты хочешь у василевса остаться служить? Даже после войны? — удивился эльф.

— А куда мне деваться? Я оказался в другом мире. И вернуться в свой собственный не смогу. Да уже и не хочу, если честно. Кому я там нужен? Здесь народ относится к гоблинам намного лояльнее. А Данжер и сам нечисть. Так что думаю, на службу он меня возьмет без проблем.

— Думаешь, став воином василевса, тебе удастся завоевать Нину? — усомнился эльф.

— Не знаю, — вздохнул Форс. — Но хочу попробовать. Кто ничем не рискует, тот ничего не имеет.

— Насчет последнего я бы с тобой поспорил, но не вижу смысла, — отмахнулся эльф. — остается только порадоваться, что дьюла решил одеть на тебя браслет подчинения. Иначе ты служил бы Бячиславу так же ревностно, как сейчас собираешься служить василевсу.

— Я наемник, — пожал плечами гоблин. — Я служу тому, кто мне платит, стараясь подобрать как можно более сильного и богатого хозяина. И Бячислав вполне мог бы им оказаться. Если бы не пожадничал. И если бы не относился к представителям Высших рас как к прикроватным коврикам, о которые в случае необходимости можно вытереть ноги. Я не выношу такого отношения. Ненавижу!

— Да… василевс относится к своим подчиненным с гораздо большим уважением. Я даже подумываю, что твоя идея поступить на службу к Данжеру не лишена смысла.

— Ты хочешь остаться в Фотии? — поразился Форс. — А как же эльфы? Ты не собираешься к ним возвращаться?

— Издеваешься? Если я женюсь на Анне, а я определенно готов это сделать, путь домой будет для меня закрыт. Король Оберон официально отречется от своего подданного в моем лице. Меня лишат титула и наследства.

— И ты готов на все это ради княжны?

— Представь себе, — вздохнул Лерленн. — Так что Фотия, вполне вероятно, и для меня станет наилучшим вариантом. Данжер давно уже привечает у себя всяческого рода отщепенцев. Теперь у него будет и собственный эльф.

— Да… Фотия после этого станет весьма примечательным местом, — фыркнул гоблин. — Демоны! Быстрее бы уже на нас напали драконы! Ожидание просто сводит меня с ума!

— Скажи спасибо, что Бячислав не посылает нас в гущу боя! — хмыкнул эльф. — Что-то мне не хочется сражаться на его стороне. Особенно против потенциального работодателя.



Дьюла действительно не посылал Форса с Лерленном в бой, имея на них свои виды. Бячислав понимал, что действие браслета подчинения скоро должно закончится, но избавиться от эльфа с гоблином не мог. Они должны были стать его последним рубежом защиты, если дело будет совсем плохо. Только заклятые магией охранники будут сражаться за него до последнего, это Бячислав хорошо понимал. Даже слишком хорошо. А то, что ситуация в любой момент может переломиться не в его пользу, было понятно. Объединенное войско выдерживало мощные удары, и половцы уже начали роптать. А Володимир, воспользовавшись тем, что Бячислав застрял на востоке, начал управлять доверенными ему землями от своего имени. Всего одно поражение, и он отречется от дьюлы. Заберет обратно свою дочь и будет править практически всеми западными землями. Это злило Бячислава до зубовного скрежета. Можно подумать, он завоевывал эти территории для Володимира! Ну, подожди, князь! Если только дьюле удастся одержать победу, он непременно вернется. И вознаградит тебя надлежащим образом. Как там по закону карается отступничество? Отрубанием головы? Прекрасно! Именно так дьюла и поступит. Сразу же, как только выберется с поля боя. Главное, чтобы не случилось ничего, что могло бы изменить ход событий. Не струсили бы воины, не предали бы половцы, не…

— Драконы!!!

Истошный крик пронесся над лагерем и начался бардак. Дьюла тут же выскочил из своего шатра с намерением приказать вздернуть шутника, посеявшего панику, да так и застыл на пороге шатра. Боевой отряд из 10 драконов действительно неспешно приближался к лагерю. Это было прекрасное и завораживающее зрелище. Такое же, как сход снежной лавины в горах или извержение вулкана. Враги нанесли смертельный, непоправимый удар по войску дьюлы. Даже если драконы просто покружатся и пару раз плюнут огнем на землю, воинский дух будет подорван. А у Бячислава, как на зло, нет ни одного драконобоя! Да и откуда им взяться, если дьюла сам до недавнего времени планировал использовать драконов? Шантажировать их короной и заставить сражаться на своей стороне? Тогда дело стало только затем, чтобы с этими самыми драконами связаться. У врагов, похоже, такой проблемы не возникло. Да и чему удивляться? Василевсы Фотии оба имеют драконью ипостась! Уж им-то уговорить своих соплеменников выступить на своей стороне не составило никакого труда! А уж имея на руках украденную у дьюлы корону — тем более.

Отряд боевых драконов сделал круг над войском дьюлы и принялся за активные действия. Нет, драконы вовсе не намеревались просто испугать людей своим присутствием. Они поливали огнем, хватали зубами и когтями подвернувшихся им неудачников и вообще развлекались на всю катушку. Именно развлекались, Бячислав не мог ошибиться, ибо ему тоже раз в жизни удалось увидеть, как драконы сражаются. Впрочем, войску хватило даже игр, которые затеяли крылатые монстры. Воины бросали оружие и разбегались в разные стороны, стараясь спасти свои жизни. И Бячислав ничего не мог с эти поделать. Абсолютно ничего. Вся его магия была бессильна против драконов. Впрочем… если он использует попавшую к нему в плен ведьму… возможно, ему удастся спасти свою жизнь. Правда, магический ресурс придется выкачать полностью, вместе с жизнью, но кого это интересует? Ведьма совершила достаточно преступлений, чтобы умереть в мучениях. И дьюла просто приведет приговор в исполнение. Просто… с небольшим опозданием.

Если бы Бячислав только мог знать, насколько он опоздал!

Форс оказался у шатра Нины сразу же, как только в лагере началась паника. Охранники, побросав оружие, сбежали, забыв про пленника, и гоблин смог освободить ведьму безо всяких помех. Благо Ледяной клинок резал все, даже магические кандалы.

— Как ты? — хрипло поинтересовался Форс, проверяя Нину на целостность.

— Могло быть и лучше! — буркнула она, млея от такого внимания.

— Сражаться сможешь?

— С кем? С прилетевшими драконами? — ехидно поинтересовалась Нина

— Нет, с дьюлой, — отрезал Форс. — Лерленн нас уже ждет.

— Так что ж ты молчал-то! — нелогично возмутилась Нина и последовала за гоблином.

Эльф действительно ждал их на выходе, и троица понеслась к шатру Бячислава на всех парах. Впрочем, герои могли бы и не торопиться, ибо дьюла стоял как пришибленный и неверящим взглядом смотрел в небо. Вокруг стоял полный бардак. Войско бросало оружие, разбегалось в разные стороны и носилось по лагерю, не замечая ничего вокруг. Более удачного момента для покушения на Бячислава и придумать было сложно. Эльф с гоблином достали клинки и заставили дьюлу отступить вглубь шатра.

— Посмотри, что у него там с магической защитой! — попросил гоблин Нину. — А то я сейчас снесу ему голову, а он возьмет и взорвется к демонам. И утащит нас вслед за собой в Мертвый Мир.

— Да уж, щитов понавешано на Бячиславе… мама не горюй! — поделилась своим открытием Нина, освобождая обалдевшего от такой наглости дьюлу от артефактов и амулетов.

— Что это значит?! — возмутился пришедший наконец в себя Бячислав. — Форс, Лерленн, приказываю убить эту ведьму и служить мне! Защищать меня от драконов ценой своих жизней!

— Ага, как же! — буркнул Форс. — Разбежались. Да мы от влияния твоих браслетов избавились в тот же день, как только харю твою поганую впервые увидели.

— Да я же вас убить могу! — не сдавался дьюла.

— Мог бы, — поправила его Нина. — Если б мы тебя хотя бы часа на три оставили в одиночестве, да еще бы и книгу заклинаний дали. А так… ничего ты не можешь. И не брызгай на меня слюной! Вдруг она ядовитая.

— Я могу вам предложить несметные богатства, если вы оставите мне жизнь! — пошел на попятную дьюла.

— Ты лучше представь, как нас наградят за твою голову! — хохотнул гоблин.

— Всё! — подвела итог Нина. — Ни артефактов, ни защитных щитов, ничего! Можете спокойно его убивать.

— Может, дадим ему в руки меч? — предложил эльф. — Не дело убивать безоружного

— Еще чего! — возмутился Форс. — Не хочешь, не надо! Я его сам убью. Причем с превеликим удовольствием!

— А-а-а! — завизжал дьюла и бросился на эльфа с гоблином.

Реакция воинов оказалась молниеносной и на удивление слаженной. Фамильный меч эльфа вонзился прямиком в сердце Бячислава, пронзив его насквозь, а гоблин, как и обещал, снес дьюле голову. И подцепив ее за волосы сунул в кожаный мешок.

— Зачем это? — брезгливо поморщился эльф.

— А что бы потом слухи не ходили, что дьюла сумел скрыться. Надо бы прокоптить ее для сохранности, а потом на кол в Ингрии вздеть. Для пущей наглядности. Тогда, небось, больше никому не придет в голову мысль мир завоевывать.

— Это вряд ли! — ухмыльнулась Нина. — Ну что, поехали к василевсу?

— И давайте быстрее, пока войско от страха не опомнилось! — скомандовал эльф. — Серый ждет нас неподалеку.

— Ну… тогда вам за мной не угнаться, — улыбнулась ведьма. — Придется мне первой радостную весть принести о смерти дьюлы.

— Первой, как же! — фыркнул Форс. — Ты что, Врангеля не знаешь? Он уже, поди, возле василевса. А Данжер готовит нам торжественную встречу.

— А Фьяна тоже там? — полюбопытствовала Нина.

— Подругу твою драконы у себя заперли, чтобы она на рожон не лезла, — отрубил гоблин. — Вот бы еще и тебя туда отправить…

— Даже не мечтай! — взвилась Нина. — Боевой маг я, или девица кисейная?

— А если ты боевой маг, так нечего с места срываться! — припечатал эльф. — Я поеду в Ингрию за Анной. Так что вам с Форсом придется ехать к василевсу вдвоем. Надеюсь, ты не оставишь гоблина без магической поддержки в такой момент? Напоминаю тебе, если ты забыла, кругом рыщут воины Бячислава, а у гоблина в мешке его голова.

— Да не оставлю я его, не оставлю… поедем вровень! — согласилась Нина.

— Я и сам могу за себя постоять, — буркнул Форс, не стремясь, однако, настаивать на данном утверждении.

— Не сомневаюсь, — сухо заметил эльф. — Однако Нину одну тоже оставлять не желательно. Сам знаешь, ничем хорошим это не заканчивается. Так что удачи!

— Интересно, эльфы все такие противные? — задала сама себе риторический вопрос Нина, как только Лерленн скрылся из глаз.

— Обычно они еще хуже! — хмыкнул гоблин и изо всех сил свистнул. Серый возник перед Ниной тут же, словно специально поджидал рядом. — Садись, поехали. Василевс нас наверняка ждет.

Данжер действительно ждал бравых героев. Принесенная Врангелем весть о смерти дьюлы была слишком уж хорошей, чтобы поверить в нее сходу. Поэтому когда Форс вытряхнул из своего мешка голову Бячислава, василевс даже приподнял ее с земли, чтобы рассмотреть павшего врага подробнее. К идее вздеть эту голову на кол в Ингрии он, правда, отнесся весьма равнодушно, но мешать Форсу коптить ее не стал. В конце концов, у каждого свои развлечения! Гораздо больше Данжера занимало рассеявшееся войско Бячислава. В единый мощный кулак без предводителя оно уже не соберется, но небольшими отрядами пакостить еще будет в силах. Надо было только выждать, пока эти самые отряды соберутся и нанести по ним превентивный удар. Благо, разведка в лице (точнее, клюве) Врангеля и морде Серого работала исправно. И как Мирослав ни стонал, уговаривая всех идти по домам, никто даже с места не двинулся. Мнение василевса, как опытного военачальника, значило слишком много.

Данжер, как всегда, оказался прав. Едва только весть о гибели дьюлы разнеслась по округе, половцы тут же принялись за свои обычные методы ведения войны — то бишь мародерство. Активировался и князь Володимир. Сам он в силу своего возраста уже не мог скакать впереди на лихом коне, однако ж военачальников у него хватало. Да и не напрасно ушлый князь выслал часть своего войско якобы на подмогу Бячиславу, приказав, не вмешиваться до последнего. Отхватив практически все западные от Роси земли, Володимир возмечтал подмять под себя Ингрию, а если повезет, то и западную Рось. Вправлять мозги зарвавшемуся князю отправили Трувора и Тугарина, а Мирослав с подколенными князьями вместе с василевсом приготовился дать бой половцам. В том, что битва будет долгой и кровавой, не сомневался никто. Однако Кобяку с сыновьями давно уже пора было дать укорот. Да и степи, где он до сих пор хозяйничал, были довольно лакомым куском и для Роси, и для Фотии и для Тугарина.

— Был бы я силен, сам бы себе степи отвоевал! — бахвалился Мирослав.

— Был бы ты силен, Кобяк бы и не тявкнул! — заметил Данжер. — Смотри, Мирослав, не растеряй те земли, которые есть. На сию войну Трувор тебя сподвигнул. А ну как не смог бы? Не знаю, как вся Рось, а западные земли точно легли бы под пяту дьюле.

— Тебе что до того? — подозрительно поинтересовался Мирослав.

— Не в этом году, так в следующем дьюла на Фотию бы двинуть решил. Один я против него не выстоял бы.

— Не знаю, не знаю… вона как тебя ведьмы охраняют. Одну не успел сплавить, так другую нашел, — заметил Мирослав. — На мой взгляд, эта посправней будет. А то что у Фьяны… кожа да кости одни.

— Ты что тут делаешь? — возмутился Данжер, увидев подъехавшую к нему на Ироде Нину. — Я ж сказал тебе, в бой не лезть!

— Ты женой своей командуй! А я сама себе хозяйка, — отрезала Нина. — Да и Фьяна тебя по головке не погладит, когда от драконов выберется, — ядовито хмыкнула она, не без удовольствия отметив, как василевс невольно вздрогнул. — Если, не дай Бог, тебя хотя бы поцарапают, василисса из меня веревочку сплетет! Она сама мне это обещала! Видишь, и Ирода к тебе специально прислала, чтобы он меня здесь дождался.

— А ты представляешь, что Фьяна со мной сделает, если ты погибнешь? — рыкнул Данжер. — А ну-ка брысь отсюда!

— Не дождешься! — отрезала Нина. — А за меня не бойся, я половцам дешево не дамся.

— Да уж, эту ведьму не проглотишь, поперек горла колом встанет, — расхохотался Мирослав. — Ай, и славно же мне слышать, что с тобой тоже кто-то спорить осмеливается!

— Моя б воля, я б этих спорщиков… — сжал кулаки василевс.

— Половцы! Половцы в наступление пошли! — перебили его на полуслове.

— Началось… — прошептал василевс. — Нина, об одном тебя прошу, хоть в гущу боя не лезь!

— Если сам не полезешь. А если полезешь, значит ты и будешь виноват в моей смерти, я так прямо Фьяне и скажу.

— С того света скажешь?

— А почему бы нет?

— Да демоны с вами обеими! — махнул рукой василевс.

Сейчас действительно было не до того, чтобы выяснять отношения. Половцев было слишком много. А воинская удача, известно, дама своевольная. Василевс забыл о присутствии Нины сразу же, как только обнажил меч и начал сносить врагу головы. И только периодические яркие вспышки, разившие половцев наповал, говорили о том, что верная своему слову ведьма не отступает ни на шаг. Оставалось надеяться, что ее бедовую башку прикроет своим мечом Форс. Эх, его бы на правый фланг кинуть, да разве ж он бросит свою ведьму! Данжер бы Фьяну не оставил даже под угрозой расстрела. Ну, да ладно, ничего, Может, Ставр там и сам справится. Ведь не зря же говорили, что он сотником был в свое время. А кто был сотником, тот и на месте тысячника управится. Да и Бермята ему поможет, если что. Такого славного воина поискать еще. Разве что Старот с ним сравнится, так тот на левом фланге бьется. Насмерть стоит, не позволяя половцам прорвать оборону и уйти через реку вглубь Роси. Таких волков только выпусти, враз все стадо перегрызут. Кстати, о волках… а Серого-то кто на поле боя выпустил? Или это он сам решил посамовольничать? Половцы, завидев его, коней вспять повернуть старались, да назад уже ходу не было. Несколько подколенных князей Мирослава закрыли путь к отступлению. И варилась, варилась в кровавом котле великая битва. Тут уж одно из двух. Либо сдаваться, либо переломить раз и навсегда хребет половецкой гадине. Коли бить, так уж добивать! Бить так, чтобы не очнулись больше половцы, не поднялись вновь. Недорубленный лес скоро вырастает, а сыновья хана быстро обзаводятся собственным войском. Поэтому и рубить породу надо было начисто. Под корень.

Данжер не знал, сколько времени продолжалась кровавая баня. Очнулся он только тогда, когда один из князей протрубил в рог. Остатки растерзанного половецкого войска корчились под копытами коней, вымаливая себе жизнь. Кобяк и все его три сына были мертвы. Впрочем, и со стороны сборного войска жертв было не мало. Долго будут воины разбирать тела погибших, высокий курган над ними вырастет.

— Жива? — облегченно вздохнул василевс, увидев по уши измазанную в крови Нину. Судя по тому, что ведьма держалась в седле уверенно, кровь была вражеской.

— У меня для тебя плохие новости василевс, Старот смертельно ранен, — хриплым голосом сообщила Нина.

— Быть того не может! Где он? — всполошился василевс.

— Вон, к тебе несут. Он возжелал на последок с тобой проститься.

Старота действительно несли к василевсу в плаще, подцепив его с четырех сторон. Данжер спешился и рванул навстречу своему воеводе. К сожалению, ведьма была права. Рана Старота действительно была смертельной. Ибо выжить после того, как тебе вспороли живот и практически вытряхнули наружу все внутренности было невозможно. А вот сражаться, как оказалось, вполне. Отмороженный воевода, зажав одной рукой рану, второй продолжал махать мечом еще интенсивнее, пока враги не побежали прочь.

— Как же ты так, а? — глухо спросил василевс, не желая верить очевидному.

Столько времени Старот служил ему верой и правдой! Столько раз они сражались плечом к плечу! Неужели на сей раз все кончено?

— Василевс, — глухо позвал воевода. — Семья моя… дети…

— Позабочусь, как о своих! — решительно пообещал Данжер. — Будь покоен!

— Славно было сражаться за тебя василевс. И помирать… славно, — выдохнул Старот и затих.

— Воеводу на ладье везите в Фотию, там его хоронить будем. Величайшего почета достоин этот воин! — скомандовал василевс.

— А сам-то куда? За Фьяной? — поинтересовалась Нина. — Наша магия, да помощь Марины здесь весьма кстати будет. За лекаркой я Серого пошлю, а василиссу без твоего вмешательства драконы не отпустят.

— Для начала я полечу, узнаю, как дела у Трувора с Тугариным. Может, подсобить требуется. Думается мне, что для того, чтобы войско Володимира в страх вогнать и одного дракона довольно будет. А затем и верно, за василиссой я отправлюсь.

— А почему драконы нам против половцев не помогли? Что им, жалко? — возмутилась Нина. — Может, если бы они вмешались, и Старот бы жив остался, да и многие другие тоже.

— Закон у драконов есть, не вмешиваться в дела людей, — пояснил Данжер. — Однажды они уже его преступили, напав на войско дьюлы, и тем сильно нам помогли. Да и то Фьяна их заставила на это пойти. Другой раз нарушать закон драконы уж не станут. Да и к лучшему сие. Ибо не разбираются драконы в людях, и не ведают, за кем стоит правда. Лучше уж пускай они и вовсе в бой не встревают, нежели встанут на сторону кого-нибудь вроде Бячислава.

— И все равно это неправильно! — буркнула Нина.

— Коли встретишь когда-нибудь короля Оттона, скажи ему о сем, — фыркнул василевс, перевоплотился в дракона и взмыл вверх.

Глава 14

Все хорошо, что хорошо кончается. Пословица.
Разбить войска Володимира оказалось куда проще, чем половцев. Дружинникам князя действительно хватило одного только вида дракона, подлетающего к ним с самыми гнусными намерениями. Они побросали оружие и кинулись наутек. А уж сборному войску Трувора и Тугарина оставалось только лихо их преследовать. Разогнавшись, Трувор заодно отхапал себе Угорию, а чтобы хану не было обидно, пообещал, в свою очередь, помочь ему отвоевать северные земли хазарского каганата, где давно уже не было ни порядка, ни единого правителя. Воодушевленный подобной перспективой, Тугарин предложил Трувору и земли Володимира под себя отхватить, но викинг наглеть не стал. К тому же, и сил у объединенного войска было не так много, чтобы завоевательные войны вести. С Угорией повезло, и то славно. Вот если бы на их стороне все еще был василевс в своем драконьем обличии… но тот покинул войско сразу же, как отпали всяческие сомнения в победе. Данжер направился за Фьяной.

Грядущая встреча василевса несколько напрягала. Он, конечно, соскучился по Фьяне, рад будет ее увидеть, расцеловать, прижать к себе… но вот пережить ее гнев… ему совершенно не хотелось. А то, что василисса окажется не в лучшем расположении духа, было ясно, как день. Как же, ее в безопасном месте заперли, не дали поучаствовать в войне! А то, что родной муж, между прочим, волновался за любимую жену, ее нисколько не волнует. Опять будет шипеть, что она боевой маг и постоять за себя везде сумеет. Ага, везде… подруга ее тоже ведьма, однако ж умудрилась в плен к дьюле попасть. И если бы не геройство одного отдельно взятого гоблина, еще неизвестно, чем бы это закончилось. Нет уж, лучше один раз скандал выдержать, чем постоянно волноваться за жизнь любимой женщины. К тому же… вину вообще можно свалить на Оттона. Дескать, сам Данжер ни о чем таком его не просил (что, кстати, правда). А противиться решению короля счел для себя невозможным. Идея была, конечно, малодушной, недостойной великого василевса, но перед перспективой встретиться лицом к лицу с разъяренной ведьмой… лучше уж это.

Василевсу повезло. Фьяна настолько была рада видеть его живым и здоровым, что до скандала дело не дошло. Она внимательно осмотрела Данжера с ног до головы, проверяя, не оставил ли он на поле боя что-нибудь ценное, и от души его расцеловала. Расцеловывание затянулось надолго. Соскучившийся по Фьяне василевс решил, что и дела, и Фотия вполне могут подождать еще час. Или два. Или лучше четыре. Да что там, без него что ли не справятся, в конце концов? Так что когда два дракона, серый и разноцветно-рыжий, взмыли в небо, уже темнело. Не успели Данжер с Фьяной отлететь от города драконов на достаточное расстояние, как там раздался шум, хлопанье крыльев и истошные рычащие вопли.

— Что-то случилось! — взволновался Данжер, поворачивая обратно.

— Не обращай внимания, ничего особенного, — зло улыбнулась Фьяна. — Просто я проучила кое-кого. Чтобы в следующий раз не смел командовать ведьмами.

— Что ты сотворила? — испугался василевс.

— Превратила Оттона в пузырь. В огромный, радужный мыльный пузырь! — торжествующе созналась Фьяна. — В следующий раз этот индюк надутый не посмеет меня силой удерживать!

— Ума решилась! — рыкнул Данжер. — Сей же час верни королю истинный облик! Драконы не могут жить без правителя!

— Да ладно тебе! — рассмеялась Фьяна. — Я же не всерьез его превратила. Так, морок навела. Всего на полчаса. Поэтому лучше нам в ближайшее время королю Оттону на глаза не показываться.

— Ну, и что мне с тобой делать? — спросил Данжер, обвивая свой хвост вокруг хвоста Фьяны.

— В Фотию возвращаться. На кого ты ее оставил? Жаль, что Старот погиб, — печально вздохнула василисса. — Такого человека верного найти сложно. Кого на его место поставить думаешь?

— Мыслю, Ставра Одихмантьевича.

— Гусляра?! — опешила Фьяна.

— Сей гусляр в бою проявил чудеса доблести. Сам хану Кобяку голову снес. А войском как командовал славно! В самый нужный момент засадный полк выпустил, да вдарил им по половцам, переломив хребет их войску. Ставр, коли ты забыла, до того, как стать гусляром, сотником служил. А в бою так и тысячником справился. Хотел, правда, я изначально Бермяту позвать на воеводство. Тот воин зрелый, опытный. И Старота бы поднатаскал со временем. Однако ж Бермята от баронессы уходить не захотел. Говорит, ему и при Марине вдосталь славы и уважения.

— Нда. Воевода Ставр это нечто, — хмыкнула Фьяна. — Росских князей удар хватит, когда они узнают об этом. Ты бы еще эльфа с гоблином пригласил.

— Лерленна я не позвал, потому как не слишком эльфов люблю. Больно уж гонору у них много. А мне воевода нужен, чтоб с людьми ладить мог. Ну а на Форса… другие есть у меня планы… но покамест я ничего о них не скажу. Посмотрим еще, как он справится с заданием, которое я дал.

— А чем ты его таким глобальным озадачил?

— А за княжичем Ульриком приглядеть. Не сегодня, завтра ему на трон Ингрии садиться, знаки власти в руки брать. А он малец еще. Сейчас Марина с Ниной колдуют над ним, заклятье снимают, дьюлой наложенное, шрамы с лица сводят, да раны долечивают. Нина магией, а Марина зельями разными. Глядишь, вдвоем и справятся.

— И чего же такого сложного в том, чтобы за пацаном приглядеть? — не поняла Фьяна.

— Хорошо, назола, приоткрою я тебе тайну. Мыслю я Форса с Ульриком в Ингрию отправить, охранять княжича. Да токмо возможно это будет тогда лишь, когда княжич сам того захочет. То бишь Форс понравится ему должен, к душе лечь. А гоблин, сама знаешь, не шибко приветливый. Так что тут еще не ясно ничего. Лучше скажи мне, что за мешок увесистый ты в лапах тащишь?

— А-а-а… тут подарки всякие. Тебе в том числе. Ну и еще драгоценности.

— Какие драгоценности?

— Во-первых, те, что Нина у дьюлы стянула вместе с короной. Сама взяла, пусть сама ими и пользуется. А во-вторых, дар от драконов все той же Нине за то, что она им два артефакта важных нашла.

— Дар, я так разумею, добровольный? — подозрительно поинтересовался Данжер.

— Ну конечно! За кого ты меня принимаешь! — искренне возмутилась Фьяна. — Я только так, намекнула слегка. Ну и потом… нам еще Марину награждать надо за то, что она кольцо-невидимку нашла, да Серого. Если бы не это, не одолеть бы нам дьюлу.

— Да что у нас в казне, денег нет? — попытался пристыдить василиссу Данжер.

— У драконов больше! — нахально заявила ничуть не впечатленная его попыткой Фьяна.

* * *

Поздняя осень вспомнила, наконец, что она должна быть холодной, и с утра ударил легкий морозец. Впрочем, в расположенной на юге, у самого моря Фотии все равно было теплее, чем на Роси. Марина накинула на плечи теплую, подбитую мехом куртку и вышла на крыльцо. Ульрик с Зоряной носились, как оглашенные, играя в догонялки, а с ближайшей завалинки за ними зорко бдил Форс. Да уж, и кто бы только мог подумать, что приставив гоблина к княжичу, василевс так угадает? Форс позволял Ульрику ездить на себе верхом в буквальном смысле этого слова, учил мальчишку биться на мечах и вообще не отступал от него ни на шаг. Причем было незаметно, чтобы гоблину это было неприятно или доставляло какие-то неудобства. Странно, что рядом Бермяты нигде нет. Он, обычно, тоже глаз с детей не спускает. Хотя… василевс обещал завтра священника прислать, чтоб тот обвенчал Бермяту с Настасьей. Так что они готовятся, поди, к знаменательному событию. Церемонию, правда, решили провести скромную, нечего лишний раз к этой парочке внимание привлекать, но все равно приятно. За хороших людей грех не порадоваться… счастливые…

— Баронесса де Ривароль, — вежливо обратился к ней подбежавший Ульрик. — Позволите ли вы Зоряне пойти ко мне в гости?

Марина даже залюбовалась юным княжичем. Избавленное от магических шрамов лицо было гордым и значительным. Многое переживший мальчик казался гораздо старше своего реального возраста. И действительно подружился с Зоряной. Темные, вьющиеся волосы, ярко-синие глаза, упрямый подбородок… а из княжича, похоже, вырастет красивый парень. И хороший правитель. Серьезный, вдумчивый, ответственный.

— Конечно идите, — разрешила Марина и обернулась к Форсу. — Присмотришь за моей дочерью? — тот согласно кивнул, и ребятишки, взявшись за руки, побежали со двора.

Марина подавила невольный вздох и с усилием отвела глаза от дороги. Незачем ждать того, кто не придет. Разве она не знала, что гусляр — это такое перекати-поле, которое на месте стоять не может? Он, поди, и забыл уже о ней. Да и о чем помнить? Об одном случайном поцелуе? Марина же никогда не давала ему понять, что он ей дорог, что он ей нравится. Дурацкая привычка скрывать свои чувства и эмоции, не раз выручавшая ее раньше, когда ведение бизнеса требовало холодного ума, лишенного сантиментов, на этот раз сыграло с ней злую шутку. Она оттолкнула от себя своей холодностью Ставра. Да гусляр даже если захочет, на глаза ей побоится показываться. Решит, что его вовсе и не ждут. Да и видеть не рады. Подумает, что нет баронессе дела до простого гусляра. А ведь Марина ждала Ставра, переживала, расспрашивала о нем Бермяту. Однако тот оказался немногословным. Сказал, что жив и здоров Ставр, а больше Марина и слова из него не вытянула.

Настасью печаль хозяйки расстраивала до слез. Но чем ей помочь, она не знала. Марина ведь ни слова не проронила, ни жалобы… только смотрела иногда тоскливыми глазами на дорогу. И где этого гусляра носит? Неужто он решил отступиться от баронессы? Пыталась Настасья Бермяту расспросить, да тот только хмыкал в усы. Дескать, не расстраивайся, нормально все будет. А когда будет-то? Ой ты, Господи! Никак услышал наши молитвы? Настасья глазам своим не поверила, когда увидела приближающегося к терему Ставра. Странно, Бермята, вроде как, говорил, что гусляр воевал знатно, и чин ему василевс дал превыше разумения. А одет Ставр был ровно так же, как и любой гусляр. Рубаха белая, штаны темные… разве что только сапожки фасонистые, а так… бродяга бродягой. И идет-то не центральной дорогой, а со стороны леса. Все у него не как у людей. Барыня его и не видит вовсе, на завалинке в саду сидит. Окликнуть ее разве? Или не стоит? Радость-то она внезапная хороша. Бермята, вернувшись с поля боя, тоже Настасье как снег на голову свалился. Зато уж и счастья-то было! Пусть уж и барыня порадуется. Да и поздно уж ее окликать. Ставр перескочил через низкий заборчик, встряхнул кудрями и сверкнул белозубой улыбкой.

— Девица красная, угостишь спелым яблочком добра молодца?

— Ставр!

Гусляр поймал в объятия вожделенную женщину и коснулся губами ее губ. Господи, как же он по ней соскучился! Как же он хотел наплевать на все и сорваться к ней! Нельзя… статус воеводы недаром был столь высоким. Дел в Фотии накопилось уйма. Вот и на сей раз Ставр мог бы из города не выбраться, да василевс его пожалел, отпустил до утра. Поначалу гусляр хотел торжественно к дому баронессы подъехать, показать ей, кто он теперь есть такой, но потом передумал. Не надо ему было ни свиты шумной, ни почестей великих. Ставр просто хотел увидеть любимую женщину и обнять ее покрепче. А про свое воеводство… можно и позже рассказать. Он ей и гусляром люб. Вон как глаза сверкают, да губы улыбаются. Не каждого, поди, баронесса ужинать с собой зовет да по имени себя звать дозволяет.

— Настасья! Прикажи баню приготовить для дорогого гостя, ужин накрыть у меня в комнате, да поспеши ко мне вернуться! — скомандовала Марина.

Уж сегодня она Ставра точно от себя не отпустит! Должны же быть у нее в этом мире хоть какие-то радости! К тому же, и подарки от Фьяны опробовать не грех. Велеть только слугам воды натаскать в ванну. Господи, как же давно Марина не пользовалась гелем для душа, пахнущим нежными цветами мылом и кремами! Как же ей всего этого не хватало! И духов, и косметики, и шампуня… а уж про кружевное белье и говорить нечего! Такого Ставр точно ни на ком не видел!

— Кого прислуживать прислать за столом? — улыбнулась Настасья, глядя как Марина расчесывает и укладывает пышным каскадом волосы.

— Никого. Пусть нас не беспокоят.

— Не хорошо сие, слухи пойдут. Сами знаете, барыня, как люди судачить любят.

— А мне все равно, Настасья! Веришь? Нет? Мне сейчас все равно! — счастливо улыбалась Марина. — Пусть хоть мелким горошком рассыплются!

Сказать, что Ставр был удивлен, увидев накрытый на двоих ужин, это ничего не сказать. Он даже огляделся по сторонам, выискивая слуг. Однако Марина, не чинясь, еду по тарелкам разложила сама. Поняв, что мешать им никто не будет, воодушевленный Ставр разлил вино по кубкам и вздохнул поглубже, набираясь смелости. Надобно было, верно, сначала про воеводство свое сказать, а потом и руку просить. Однако ж нужных слов никак не находилось. Это у него-то, знаменитого гусляра, чей длинный язык князья грозились вырвать с корнем! Разрумянившаяся от вина Марина с распущенными волосами была столь красива, что Ставр даже дышал через раз, боясь, что наведенный морок развеется. Куда уж там руку просить! Но к делу как-то приступать надо. Может, гусли помогут? Ставр тронул струны и завел красивую песню о любви. О том, как сладко замирает сердце, как кружится голова и как счастлив будет тот, кто поведет любушку под венец. Марина слушала, подперев подбородок ладонью и мечтательно вздыхала. Как давно она мечтала, чтобы Ставр спел для нее и только для нее…

— Мне Фьяна для тебя подарок передала, — вспомнила Марина, доставая гитару.

— Видел я такое в далекой Гишпании, — улыбнулся гусляр, проведя по струнам и отставляя инструмент в сторону.