Все о футболе для настоящих мужиков

Предисловие

В последние несколько лет тонкий ручеек книг, посвященных великой игре, именуемой футбол, превратился в огромную приливную волну различных изданий. К счастью, навсегда ушли в прошлое те времена, когда что-то хоть отчасти приличное приходилось искать в каком-то темном, пыльном углу самого большого книжного магазина в городе или среди запечатанных в целлофан скабрезных журналов на заправочных станциях в ста километрах от цивилизации. В наши дни полки, посвященные футбольным изданиям, просто ломятся от материала для чтения, и пусть так будет и впредь.

Полагаю, хоть и неохотно, но мне следует признать тут за собой часть заслуг (или часть вины). В конце концов, мы с моим младшим братом Эдди сделали себе неплохую карьеру, сочиняя опусы о футбольном хулиганстве и о культуре футбольных трибун, продуктом которой мы и являемся. На книжных полках Британии в настоящее время можно найти четыре книжки в мягких обложках, гордо несущих на себе наши имена, и все они неплохо продаются (что приятно сознавать), и значит, еще какое-то время будут украшать собой полки книжных магазинов и библиотек. Но мы не одни старались. О нет. От автобиографий бывших игроков (или, увы, пока не бывших) и тренеров до тщательного разбора финансовых махинаций (и само собой, неудач), которые творятся в футболе, все стороны величайшего в мире спорта были описаны в литературе, и не раз. Почти все.

Иначе говоря, среди тысяч книг о футболе найдется лишь горстка изданий, посвященных тем созданиям, о которых столь часто неправедно злословят и которых именуют болельщиками. Разумеется, есть несколько таких книг, уже считающихся «классикой», их непременно надо достать и прочесть: например, «Футбольная горячка» («Fever Pitch») и «Жизнь болельщика» («This Supporting Life») — вот первое, что приходит на ум. Авторам этих двух книг удалось уловить (что так редко бывает) дух футбольной свободы и выразить словами, напечатанными на бумаге, самую суть одержимости футболом. Воистину, одно из самых больших достоинств «Футбольной горячки» состоит в том, что почти в каждом абзаце узнаешь себя или же кого-то из своих знакомых.

Но, увы, очень мало книг могут хоть отдаленно сравниться с «Футбольной горячкой», и, по правде говоря, сомневаюсь, что подобное произведение еще когда-либо увидит свет. Дело в том, что в большинстве книг, где, по утверждению авторов, героями являются болельщики, речь скорее идет об отдельных сторонах их жизни, например о совместимости женщин с футболом или о хулиганстве, и это либо совершенно замечательные произведения (угадайте, кого я имею в виду), либо чушь собачья (и снова угадайте, на кого намекаю). Или же это дневники, в которых описан конкретный сезон в конкретном клубе, мало кому интересный, кроме болельщиков той конкретной команды. Никоим образом не хочу их очернить. Отнюдь. Но как болельщика «Уотфорда» меня не волнуют книги о клубах «Манчестер Юнайтед», «Вест Хэм» или «Хамилтон Академикал», и я считаю, что они яйца выеденного не стоят. Прошу прощения, конечно. Но это так.

За исключением упомянутой выше «Футбольной горячки», примерно то же самое можно сказать о художественной литературе, посвященной футболу, потому что, по-моему, все романы и повести на одно лицо. И все они — жуткая мура. Ведь только подумайте: парень идет на футбол, лезет в драку, приходит домой, впадает в депрессию, его достала работа, семья, полиция, и вообще все достало, и драки тоже, но трясина его затянула, он подсел на наркотики и т.д. и т.п. — вот основной сюжет почти всех романов, изданных за последнее время. Почему один Ник Хорнби[1] пишет не только про хулиганов? Разве самое главное в жизни болельщика — собираться в толпы? (Да, спасибо, я в курсе, что говорю с большой долей иронии.)

Однако я отклонился от темы. Видите ли, хотя все, что связано с футболом, в разное время было увековечено в печатных изданиях, и болельщикам в целом уделено хоть какое-то, а может, даже и большое внимание, есть одна особая группа болельщиков, которым так и не достались причитающиеся им лавры, и цель моей книги — исправить эту ужасную несправедливость. В конце концов, их вовсе не меньшинство. Их большинство на самом деле. Прогуляйтесь вокруг любого стадиона в день матча или постойте у турникета, сразу после того как прозвучит финальный свисток арбитра, и вы увидите, что их — тысячи. Помимо клоунов, старперов, баб и малолеток, вам встретятся и они: настоящие мужики. Тысячи мужиков. Вот на эту самую прослойку в первую очередь и опирается профессиональный спорт не только в смысле дохода, но и в том, что куда важнее: в смысле создания атмосферы. Без них профессиональный футбол как явление сгинет в одночасье, о чем ему прекрасно известно.

Итак, книга об этих людях, и если честно, обо мне. Поймите, футбол — это не просто 90 минут, это страсть и, если хотите, да, это жизнь. Мы, мужчины, становясь болельщиками, можем вытворять такое, что нам бы и в голову не пришло при каких-то других обстоятельствах, и на последующих страницах я попытаюсь объяснить почему. В основном в надежде на то, что нас лучше поймут все те, кому никогда не влиться в наши ряды, но кто все равно клеймит нас позором за то, что мы остаемся верны себе. Те, кто считает, что оскорблять игрока — смертный грех и что пища, продаваемая на стадионах, должна быть и вкусной, и здоровой.

Однако, как можно понять из названия, эта книга в первую очередь учебное пособие. И, следовательно, в книге «Все о футболе для настоящих мужиков» (в дальнейшем просто «ВОФДНМ») я постараюсь описать жизнь трибун для тех отдельных амбициозных натур, которые благодаря каналу Скай-Спортс или, получив билеты на халяву, лишь недавно открыли для себя нашу великую игру. Если вы из их числа, если вы осознали, что быть вместе с другими мужиками причастным к забитому голу — это ваше призвание, но при этом не хотите, придя на стадион, выглядеть полным идиотом, тогда читайте дальше. На этих страницах я обеспечу вас информацией и ценными мыслями, которые будут для вас необычайно полезны.

Однако давайте сразу ясно скажем: эта книга в первую очередь о футболе. То есть не о самой игре, но о том, что куда важнее: о жизни футбольных трибун. Как ни трагично, но это последний бастион нашей культуры, в которой когда-то доминировали мужчины. Именно в этой среде из парней можно воспитать настоящих мужчин. Лишь здесь мужику позволено кричать, орать, ругаться, сквернословить и даже пустить слезу, если вздумается, и не чувствовать себя при этом каким-то превратившимся в бабу слюнтяем.

Если вы сторонник политкорректности или считаете, что у баб такое же право, как и у мужиков, приходить на футбол и занимать места на трибунах за воротами, можете проваливать прямо сейчас. Книга не для вас. Безо всяких извинений я заявляю, что книга написана с позиций женоненавистника, хама и крайне высокомерного типа. В конце концов, она для настоящих мужиков. И это первый и самый важный урок из всех, потому что, если вкратце, быть женоненавистником, хамом и высокомерным типом — это и значит быть настоящим мужиком.

Часть первая

Введение

Глава 1

Что такое «настоящий мужик»?

Прежде чем мы обратимся непосредственно к основному предмету исследования, важно, чтобы вы поняли, что такое настоящий мужик. В конце концов, если вы из числа этих высших существ, вы и так об этом знаете, но если нет, вам понадобится какая-то помощь. Хотя бы потому, что рано или поздно вам придется опознать себе подобных, если не хотите выглядеть тупицей и не желаете схлопотать по шее.

Однако первое, что вам нужно понять: всякий может стремиться быть настоящим мужиком, но не каждый способен им стать. Давайте сразу уясним: если вы просто серое ничтожество, которое тупо ходит на работу с понедельника по пятницу, то поход на футбол раз в неделю вряд ли что-то изменит, так? Как бы вы ни старались. И подчеркиваю, надо усвоить: здесь какой-то шанс есть у представителей лишь одного пола. Эмансипация, всеобщее равенство — все это ахинея, про которую надо забыть; настоящим мужиком может стать только особь мужского пола, и здесь не может быть абсолютно никаких исключений. Если и есть такой зверь, как настоящая девица-мужик, то мне он еще не встречался, и этот термин и впредь буду считать в высшей степени оскорбительным и относящимся в основном к уродинам, мужеподобным бабам и лесбиянкам. К этой теме мы вернемся позднее.

Итак, что есть настоящий мужик? Ну, на самом деле все очень просто. Забудьте эту чушь насчет того, что «современный мужчина» — мягкий и дипломатичный. Настоящий мужик, говоря по-простому, — это самец человека, которому удалось, неважно какими способами, сохранить себя в условиях гнета женских особей. Настоящий мужик уверен в себе и горд до высокомерия, для него самое главное — солидарность с представителями своего пола, верность своим товарищам и своему футбольному клубу. Конечно, культура настоящих мужиков — это нечто гораздо большее, как вы потом узнаете, но общую идею вы, надеюсь, уловили.

Для тех из вас, кто еще не уловил, полагаю, мне следует привести пару примеров, чтобы стало совсем понятно. В конце концов, недаром говорят, что одна картина стоит тысячи слов. А на радио и телевидении найдется предостаточно людей, которые могли бы стать примером для любого начинающего настоящего мужика — казалось бы, так должно быть, не правда ли. Но на самом деле это не так. Посмотрите хотя бы на тех, кого показывает нам телевидение.

Если вы найдете хоть кого-то, кто не женоподобен (что само по себе трудная задача), подумайте о том, что они вообще делают. Сперва их одевает какая-нибудь мужиковатая костюмерша, и какой-нибудь гей накладывает им макияж (макияж!). Потом они садятся перед камерой и читают текст с монитора, большую часть которого (если не весь) сочинил кто-то еще, что едва ли подобает мужчине. Даже те, кого можно назвать «парнями», не выдерживают критики. Возьмем Джереми Кларксона[2] в качестве наиболее яркого примера. Если забыть про то, что он выпускник закрытой частной школы (что само по себе уже серьезное основание исключить его из числа настоящих мужиков) и что у него дурацкая стрижка (еще одно основание), он просто ведет себя как полный придурок. Это никак не парень и уж точно не настоящий мужик. Только бабушки и деятели Би-би-си могут считать, что это парень, — факт, говорящий лишь о том, насколько они оторваны от реальности.

Справедливости ради, однако, следует заметить, что телевидение старалось изо всех сил показать простого обычного мужика в позитивном свете, но результаты по большей части удручающие. Возьмем для начала сериал «Мужики ведут себя плохо» («Меn Behaving Badly»)[3]. Можно подумать, что тут всем настоящим мужикам покажут образец для подражания. Но что мы видим на самом деле? Два унылых неудачника тщетно пытаются вернуть ушедшую молодость. Один не может закадрить девицу, не ползая перед ней на коленях, а другой у своей любезной под каблуком. И что это за примеры для подражания? Они даже не делают вид, что любят футбол! «Игра началась» («Game Оn»)[4] — еще одна неудачная попытка показать на экране настоящего мужчину. Снова два унылых парня живут в квартире с одной бабой, и оба (опять-таки) подкаблучники. И опять ни слова о футболе. Боже мой.

– Ищете работу?

Поэтому едем дальше как можно быстрее. Может, вспомним тех двух ребят из «Футбольной лиги мечты» (Fantasy Football League)?[5]. Вот, другое дело! Скиннер и Бэддиэл — образцово-показательные «мужики» нашего телевидения. Какая славная парочка. По крайней мере Гари и Тони из «Мужиков» играют роли, а эти два недоумка, похоже, на самом деле считают, что они так живут. Господи, спаси нас! Если вы считаете, что старина Фрэнк и старина Дэйв — настоящие мужики, подумайте как следует: если кто-то смотрит футбол и попивает пиво, неужели это значит, что он настоящий парень? То есть максимальное послабление критериев или даже инъекция тестостерона, может быть, и поправят дело, но в их случае — и то вряд ли. По крайней мере в их передаче что-то говорят про футбол, но и это никак не утешает. В любом случае они заслуживают того, чтобы их не считали мужиками, хотя бы потому что они спели гимн клоунов «Три льва»[6]. Впрочем, они вроде живут вполне счастливо в своем телевизионном мире грез, так что оставим их в покое.

– Да, – сказала она, еще больше замедляя ход, чтобы уступить место новенькой белой «мини». – Но у меня образования не хватает. К тому же я не особенно выносливая.

– Рожки собирать не пробовали?

Так, если футбол — главный стержень нашей жизни, то здесь уж точно найдется подходящий пример. На самом деле его трудно найти. Однако причина в данном случае никак не связана с отдельными личностями. Она связана с тем, что выбрали лично вы. То есть как болельщик «Уотфорда» я считаю (обязан считать), что всякий, кто не играет за «Уотфорд», — полное ничтожество. Вам не обязательно с этим соглашаться, и я прекрасно пойму, если в предыдущее предложение вы подставите название своей команды, но результат будет тот же самый. Я совершенно уверен, что среди игроков основного состава команды с Викаридж Роуд[7] могло бы найтись несколько отличных образцов для подражания. Но, увы, я сомневаюсь, что их пример будет хоть сколько-нибудь ценен для того, кому хватает ума не повторять за противником, поэтому, честно признавшись себе в этом, поспешу дальше. И прежде чем вы заикнетесь на эту тему, сразу забудьте про национальную сборную. Если вы болеете за свой родной клуб, он для вас должен быть строго на первом месте.

– Рожки?

Итак, примеры придется искать где-то еще. И чем говорить об игроках или отдельных так называемых личностях, может, лучше посмотрим на персонажей из мыльных опер? Может, вспомним Фила и Гранта из «Жителей Ист-Энда» («Eastenders»)?[8]. Или кого-нибудь из «Коронейшн Стрит» (Coronation Street)?[9]. Увы, боюсь, это гиблое дело. Вот братья Митчелл, казалось бы, крутые парни, но вы помните, когда в последний раз они устраивали себе футбольную субботу и шли на матч «Молотков»[10]? И где большой телеэкран в пабе «Куин Вик», по которому в понедельник вечером можно посмотреть репортажи про футбол? Ребята из «Ист-Энда»? Тоже вряд ли. По крайней мере на «Коронейшн стрит» кто-то ходит иногда на матчи клуба, именуемого «Сити». (А если это, как многие подозревают, «Манчестер Сити», то почему каждый раз на матч они надевают зеленые с белым шарфы[11], хотелось бы знать?) Но Керли-очкарик и вечно в депрессии, а Мартин — мед-брат (этим все сказано).

– Да, рожки. Это одно из направлений моего бизнеса. Народ охотно собирает рожки, а я ими потом торгую.

Даже Дез Варне (холостяк, живет один в собственном доме и играет на скачках) не выдерживает критики, потому что при малейшем шорохе юбки он падает на пол и превращается в коврик для вытирания ног.

Иссерли задумалась на несколько секунд, пытаясь сообразить, все ли она правильно поняла.

– А что такое «рожки»? – все-таки решилась она спросить.

Так что мыльные оперы отметаем. Где еще поискать? Может, в музыкальном бизнесе? Знаете, если вы считаете, что словам «Оазис»[12] и «настоящий мужик» есть место хотя бы в одном предложении, то вас нужно изолировать от общества и отстрелить. Если кто-то хамит всем подряд, восхваляет наркотики, пьянствует и устраивает погромы в гостиничных номерах — это еще не значит, что он настоящий мужик. Это значит, что он идиот. Ладно, пусть талантливый, но все равно идиот. В конце концов, уважающий себя мужик никогда не позволяет себе лишнего. Если только в пабе. Тут даже думать нечего: по этой самой причине музыкальный бизнес и СМИ можно сразу исключить, поскольку там все проповедуют излишество. Если ты знаменитость, значит, уже изначально в тебе есть что-то неестественное. Знаменитости — это такие люди, которых кто-то другой изготовил по определенному рецепту либо подогнал по особой мерке ради славы; это продукт чьего-то воображения или творческого процесса, чем вряд ли можно гордиться и едва ли можно за это уважать, верно? А для настоящего мужика уважение — это главное слово.

Он улыбнулся ей из середины клубящегося облака пара.

– Рожки, волнистые рожки. Это такие моллюски. Вы наверняка их видели, раз у моря живете. Да вот, у меня один при себе имеется. – Он приподнял мясистую правую ягодицу, чтобы просунуть руку в карман брюк.

То есть уважение — это не то, что тебе причитается по праву, его зарабатывают. СМИ лепит людей, выставляет их нам в качестве примеров для подражания и надеется, что мы будем их уважать и восхищаться ими. Не за то, кем они являются, а за то, кем они кажутся. Однако в подавляющем большинстве случаев это те самые люди, которыми нам восхищаться вовсе не следует, потому что, вообще говоря, они полные кретины. В конце концов, неужели вы на самом деле хотите, чтобы ваш сын был похож на Пола Гаскойна[13] или Джереми Кларксона?

– Они вот такие, – сказал он, поднеся темно-серую раковину к самым глазам Иссерли. – Я всегда с собой таскаю одну ракушку для примера, чтобы сборщики понимали, что я имею в виду.

Конечно же, существуют исключения. Справедливости ради надо заметить, что есть немало хорошо всем известных личностей, которые работают в СМИ и при этом, несомненно, являются настоящими мужиками. Джонни Воэн, ведущий «Большого завтрака» на четвертом канале — вот, пожалуй, самый лучший пример, но Дэнни Бейкер[14] и Крис Эванс[15], нравятся они вам или нет, — это тоже вполне себе мужики.

– Вы очень предусмотрительны, – отвесила комплимент Иссерли.

Однако если вы с виду мужского пола, к тому же постоянно на публике, — это еще не значит, что у вас есть право требовать к себе уважения или считать себя мужиком. Настоящий мужик — это тот, кого знаешь, кем восхищаешься, кому доверяешь. И в большинстве случаев он либо член вашей семьи, либо ваш друг. Разумеется, за одним исключением.

– Так сразу ясно, что мне нужно и какого размера. Потому что они бывают совсем махонькие, с горошину, такие и поднимать не стоит. Но когда они вот такого размера, как этот, я их беру.

Поскольку я автор этой книги, а значит, ваш учитель, наставник, поводырь — назовите как хотите, — вы должны меня считать не только настоящим мужиком, но и признать, что я лучше вас. Едем дальше.

– И, если я стану их собирать, вы мне за это будете платить деньги?

– Вот именно, – заверил Иссерли автостопщик. – В Дорнохе их полно. Их там миллионы главное, знать, когда собирать.

Глава 2

– А когда их собирать? – спросила Иссерли. Она все надеялась, что он с минуты на минуту снимет куртку, но, казалось, ему доставляло удовольствие париться в ней.

Плюсы футбола

– Действовать надо так, – объяснил автостопщик. – Купите справочник приливов и отливов. Его в штабе береговой охраны продают, семьдесят пять пенсов стоит. Найдите в нем время максимального отлива и можете их хоть граблями грести. Как только соберете побольше, звякните мне, я приеду и заберу улов.

Билл Шенкли[16] однажды сказал фразу, ставшую впоследствии крылатой: «Футбол — не просто вопрос жизни и смерти, это гораздо важнее». Разумеется, это чушь собачья, о чем скажет вам любой болельщик, который хоть как-то умеет развлекаться. Однако отчасти его слова — правда. Футбол — дело важное, очень важное, и если вы хотите стать настоящим мужиком, вам совершенно необходимо уяснить, что именно значит быть болельщиком.

– А сколько они стоят?

Первое, что следует осознать: в жизни болельщика, порой случается такое, что приходится гореть со стыда и ощущать, что твое сердце разбито, и в эту жизнь нельзя вступать легкомысленно. Мне хватит мужества признать, что я тоже стоял на трибунах стадиона на Викаридж Роуд (и не только там), и слезы лились по моим щекам, когда возлюбленные мои Шершни вылетали из дивизиона (опять), сливали отстойникам (снова) или терпели поражение на «Уэмбли» (что было лишь раз, но мне хватило, спасибо). Да, Золотые Мальчики[17] не раз и не два разбивали мне сердце. Поражение — важная часть футбола, и как ни ужасно, вам неизбежно придется проходить через него. Кому чаще, кому реже, но идею улавливаете.

– Французы и испанцы платят за них бешеные деньги. Я продаю их поставщикам продуктов в рестораны – спрос есть всегда, особенно зимой. А большинство сборщиков предпочитают работать летом, такие дела.

Однако плюс состоит в том, что на футболе вы можете испытать самые сильные переживания за всю вашу жизнь. После того как вы попали на «Уэмбли», вколотили отстойникам 4:0 у них же на поле, выиграли чемпионат в последний день сезона — вот тогда вы понимаете, что все было не зря. Такие дни вы потом еще не один месяц будете вспоминать во всех подробностях. Особая прелесть футбола состоит в том, что каждый раз, проходя через турникет, вы не можете предугадать, что случится, и именно поэтому столько людей идут через турникет. Ради ощущения, что сегодня, возможно, будет тот самый матч. Кто-то однажды охарактеризовал игру как 89 минут скуки, украшенной одной минутой безумного восторга или скорби, в зависимости от результата, и точнее не скажешь.

– Зимой, наверное, рожки мерзнут?

Второе, что вам следует уяснить: если вы смотрите «Скай-Спортс» или «Матч дня», это еще не значит, что вы болельщик. Тут есть одно крайне важное отличие, слушайте очень внимательно. В конце концов, это сильнейший аргумент в споре с людьми, которые ниже вас (то есть с бабами, клоунами[18] или болельщиками других клубов), и разумно ответить на него невозможно. Отличие такое: вас как футбольного болельщика не волнует, каковы успехи английских клубов в Европе или кто будет забивать в английской сборной, вас интересует только ваша любимая команда, больше никто и ничто. И более того, вы любите свой клуб до такой степени, что отрываете свое седалище от того места, на котором сидите, и приходите на матч собственной персоной. Уже это само по себе позволяет вам ощутить некое превосходство над теми, кто вообще не ходит на матчи.

– Да не рожки, сборщики мерзнут. Но у вас получится. Главное, помните – носите резиновые перчатки. Такие тонкие, вроде тех, в каких хозяйки тарелки моют.

Чувство превосходства вас охватывает с особой силой, когда вы оказываетесь среди ненавистных созданий, именуемых «болельщиками в креслах». Да, я осознаю, что если вы в футболе новичок, вы, наверное, сами были «креслом», но отныне забудьте об этом. Я прощаю вас, и вы больше никогда не должны вспоминать или сознаваться в этом кому бы то ни было. Как футбольный болельщик и настоящий мужик вы всегда должны относиться к подобной братии с величайшим презрением. Это ваш долг. В конце концов они повинны в том, что за последние годы люди стали совсем по-другому смотреть футбол. Теперь можно спокойно сидеть в наутюженных клубных майках, бесконечно трепаться о мастерстве Бекхэма или восхищаться Оуэном и считать себя болельщиком не хуже вас или меня. Но в глубине души они знают правду. Они ниже нас. Ибо «кресла» будут смотреть любую муру, какую покажут по телевизору. А вы собственной персоной идете на матч и, образно говоря, производите тот шум, который они слышат, сидя у экранов с тарелкой еды на коленях.

Все уловки привели только к тому, что Иссерли узнала, какую выгоду сможет получить от сбора рожков она. Этот водсель обладал таким даром убеждения, что Иссерли чуть было не начала рассматривать всерьез развернувшиеся перед ней перспективы. Какой абсурд! Она вовремя опомнилась и сообразила, что ей необходимо как можно больше узнать о нем, а не о себе.

– Ну и что, на этих рожках вы так хорошо зарабатываете, что на все хватает? Семья-то у вас есть?

Итак, мы быстро усвоили, что надо смотреть на всех свысока; и такой взгляд, исполненный чувства полного превосходства над всеми, вскоре станет одной из наиболее важных и бесценных ваших отличительных черт как настоящего мужика. Вы слепо верите (или должны слепо верить) в ваших ребят (даже когда они играют паршиво), и вы должны гордиться собой, так как болеете за них. И поскольку вы являетесь болельщиком избранного вами клуба, ваше мнение будет самым важным в любом разговоре о нем, и всякая критика, обоснованная или нет, будет воспринята вами как личное оскорбление. В конце концов, позвольте-ка, это ваших ребят критикуют! А кроме того, когда вы смотрите игры каких-то других команд (то есть только по телевизору, потому что вы не станете выкладывать свои кровные, чтобы сходить на матч, если там не играют ваши ребята), вы можете не скрывать презрения, приправленного потоками оскорблений. Им далеко до ваших ребят, хотя бы по причине того, что вы за них не болеете. Ни на йоту неважно, что вы следите за успехами «Галифакса» или «Брайтона», или что «МЮ»[19] (уже в который раз) показывают по ящику. Точно так же, обсуждая игру с теми, кто не удосужился сходить на нее, вы можете их мнение послать куда подальше. В конце концов, что они все знают? Лишь то, что видели по ящику или прочли в газетах. Это информация из вторых рук. Если вы присутствовали на игре, то все знаете из первых рук, а если вас на матче не было, потому что ваши не играли, тогда кому какое дело?

– Я не только этим занимаюсь, – сказал автостопщик, пройдясь по густой шевелюре металлической расческой. – Я продаю старые покрышки фермерам – они ими силосные ямы облицовывают. Креозотом торгую. Малярные работы. Моя жена делает верши для ловли омаров. Не для того, чтобы омаров ловить – омаров-то тут уже лет сто как нет. Но американские туристы покупают их сотнями – главное чтобы раскрашены были покрасивее. Сын мой собирает рожки ведрами да еще машины ремонтирует. Он бы вам этот стук в шасси в момент убрал.

Другое важное различие между настоящими болельщиками и просто любителями футбола состоит в том, что для «кресел» футбол — это действительно лишь девяносто минут. Про остальную чушь забудьте, про комментаторов, рекламу и т. п. Для них игра — это когда 22 человека носятся по полю и пинают очень дорогое изделие из пластика. Вы как истинный болельщик все видите совершенно в ином свете. Вы прозреваете глубокий смысл.

– Я вряд ли смогу с ним расплатиться, – начала отнекиваться Иссерли, снова застигнутая врасплох его наблюдательностью.

– Мой сын много не берет и ждать долго не заставляет. На самом деле что самое важное в автосервисе? Качество работы! А у него заказ за заказом, целая очередь к нему стоит. Одну починил и сразу за другую. Гений!

Иссерли все это было не особенно интересно. Такой гений у нее уже имелся на ферме. Он производил весь необходимый ремонт и не распускал свои лапы – по крайней мере пока.

– А с вашим фургоном что случилось? – спросила Иссерли.

– Ну, его он тоже починит. Как только до него доберется.

– А где он сейчас? Я про фургон.

– В полумиле от того места, где вы меня подобрали, – вздохнул он с выражением стоического изумления. – Я уже полдороги до дома проехал, в кузове – почти тонна рожков, и тут – на тебе! – долбаный мотор взял и сдох. Но мой пацан и с этим справится. От него больше пользы, чем от всех дорожных спасателей, вместе взятых. Когда он трезв, конечно.

– У вас есть его карточка? – вежливо поинтересовалась Иссерли.

– Держите, – буркнул автостопщик.

И снова приподнял свой мясистый зад, которому, как теперь уже стало ясно, явно не грозила в ближайшем времени инъекция икпатуа. Из кармана он извлек пригоршню помятых, погнутых и засаленных картонных квадратиков и перетасовал их, словно игральные карты. Он выбрал из импровизированной колоды две карточки и положил их на приборную доску.

Кто-то считает, что суть футбола состоит в противостоянии бедных и богатых, то есть футбол — это классовая борьба, которая все еще происходит в нашем обществе. Кто-то полагает, что футбол — зеркало эпохи: если игра как таковая в полном упадке, то и страна тоже; третьи считают, что футбол символизирует борьбу добра и зла (хотя, справедливости ради надо заметить, болельщики «Лидс Юнайтед» перегибают палку в своем отвращении ко всему ланкастерскому[20]). Но никто из них не прав. Да, игра полна сильных переживаний, разочарований и неожиданностей, но по большому счету сам по себе результат, как и игра сама по себе, относительно несущественны. Лучшие моменты вашей жизни в футболе, быть может, выпадут на те дни, когда ваши парни сольют. Это факт. С разумной точки зрения, это никак объяснить нельзя и не стоит даже пытаться. Увлечение футболом логически совершенно необъяснимо, с ним надо смириться. Тут совершенно неважно, есть ли у вас великие игроки, играете ли вы в премьер-лиге и даже побеждаете или нет. В противном случае мы бы все болели за «Арсенал» или «МЮ», но это не так. Есть кое-что куда важнее. Если вы болеете за бездарный клуб, вашей жизни можно лишь посочувствовать (и мне ли как болельщику «Уотфорда» этого не знать), так как вся она состоит из слепой надежды, что все может стать лучше. Должно стать лучше. Поэтому «Манчестер Сити» собирает такие толпы. Всему виной — старая добрая слепая вера и оптимизм. Поверьте, они станут вашими лучшими друзьями. Это друзья большинства болельщиков, ведь нам долго приходится идти с ними рука об руку.

– Вот, одна – моя, а другая – моего сына, – сказал он. – Если вам вдруг придет в голову пособирать рожки, позвоните. Я приезжаю, если улов больше двадцати килограммов. Если в один день столько не наберете, то можете продолжить на следующий день.

Нет, главное в футболе — не хитроумная тактика, не победа в кубке и даже не политика. Главное — это друзья и ощущение сопричастности. Когда что-то переживаешь вместе с товарищами и становишься причастен к тому, чему отдаешь все свои выходные, если не всю жизнь. Добро пожаловать в мир футбола. Господь да благословит его!

– А они не сдохнут?

– Они без воды могут протянуть целую неделю. Даже лучше, если они полежат – суше будут. И хорошо завяжите мешок, не то они выползут и спрячутся у вас под кроватью.

Глава 3

– Хорошо, запомню, – пообещала Иссерли. Дождь слегка унялся, так что она наконец смогла перевести стеклоочистители в более медленный режим. Лучи солнечного света начали потихоньку пробиваться сквозь серую мглу. – Подъезжаем к Томих-Фарм, – объявила она.

Выбираем клуб

– Еще двести ярдов – и я дома, – сказал рожковый магнат, расстегивая ремень безопасности. – Большое спасибо. Вы настоящая маленькая добрая самаритянка.

Если вы решились отправиться по каменистой стезе болельщика, первым делом нужно определиться даже не с выбором клуба, за который вы будете болеть, а с тем, каким образом делать этот выбор. В конце концов, будучи новичком в мире настоящих мужчин, вы должны понимать, что самое ужасное оскорбление для всякого любителя футбола — если его назовут новомодником, «креслом», или, хуже того, охотником за славой. Взгляните только, как достается за подобное болельщикам «Манчестер Юнайтед». Едва вы признаетесь, что болеете за этот клуб, как сразу навлечете на себя презрение болельщиков всех остальных клубов Британии, всех до единого. И в свою очередь такое признание означает, что если вы истинный болельщик «Юнайтед» в отличие от кресельного, то вы должны обоснованно объяснить, почему вы за них болеете.

Иссерли остановила машину, он выбрался из салона, на прощание сжав ее ладонь в своей огромной ручище. Даже если он и заметил, как необычно худа и тверда ее рука, то не подал виду. Уже отойдя от машины на некоторое расстояние, он, не поворачиваясь, помахал ей на прощание.

Иссерли проследила, как он исчез вдали. От его рукопожатия у нее неприятно покалывало в пальцах. Когда он ушел, она посмотрела в зеркало заднего вида, пытаясь обнаружить разрыв в потоке транспорта. Она уже начинала забывать своего пассажира, и единственным последствием этой встречи стало ее решение переодеваться и принимать душ дома после каждой утренней прогулки по берегу моря.

Как настоящий мужик вы должны быть настолько уверены в себе, чтобы у вас не возникало необходимости перед кем-то оправдываться и объяснять, почему вы за кого-то болеете, хотя реальность такова, что рано или поздно вам придется это сделать. Следовательно, если вы не хотите, чтобы вас вывели на чистую воду, как только вы окажетесь среди тех, кто собаку на этом деле съел, вам нужно как следует разучить свою легенду. Тщательно разработать и заучить наизусть. Ваша легенда должна выглядеть не только абсолютно правдоподобной, она должна «доказывать», что вы болели за этот клуб всю свою жизнь. Следовательно, любой ценой избегайте таких фраз, как: «Я раньше болел за «Челси», пока они не вытурили Рууда[21]». Или: «Я хожу на матчи недавно, с тех пор как мы сюда переехали». Или: «Мне достались бесплатные билеты», и т.п. Если для обычного болельщика такие объяснения звучат совершенно разумно, то для настоящего мужика, который собаку съел на футбольном деле, это все ересь. Итак, для того чтобы вы могли сочинить свою историю — такую убедительную, что даже ваша родная матушка поверит в нее без оглядки — давайте подробно рассмотрим, каким образом болельщики традиционно выбирают любовь всей своей жизни, и затем исследуем ряд вариантов, которые, возможно, вы изберете для себя.

Защелкало реле поворотника, и Иссерли выехала на шоссе, сосредоточенно глядя на дорогу.

* * *

Но прежде вы должны запомнить, что за какую бы команду вы ни решились болеть, будь то «Манчестер Юнайтед», «Арсенал» или «Галифакс», после того как. вы сделали выбор, ничего изменить уже нельзя. Если вы хотите быть и болельщиком, и настоящим мужиком, жизненно важно сделать верный выбор, потому что второго шанса не будет. Жениться куда проще, ведь всегда можно запросто развестись без лишнего шума, но изменить своему клубу — совершенно неприемлемо. Особенно для настоящих мужиков. Конечно, некоторые все-таки так поступают, но для таких людей есть особые прозвища, и они все без исключения, не самые лицеприятные. Что бы вы ни выбрали, «Ливерпуль» или «Хартлпул», это название навеки запечатлится в вашем сердце. Игроки приходят и уходят, тренеров увольняют, клубы продают, но душа клуба и его имя станут частью вашей души. На самом деле я бы даже сказал, что клуб, всякий клуб — это и есть его болельщики, и если вы стали одним из них, то принадлежите клубу навсегда. Даже если ваш клуб обанкротится или вообще вылетит из футбольной лиги, смиритесь с тем фактом, что у вас останутся лишь две возможности: всю оставшуюся жизнь смотреть футбол вне лиги либо сменить вид спорта. Других вариантов нет, так что жизненно важно не промахнуться с первого раза.

Второй пассажир поджидал ее так близко от дома, что перед тем, как остановиться, она долго напрягала память, чтобы вспомнить, не попадался ли он ей раньше. Он был молод, очень невысок, с густыми бровями и волосами такими светлыми, что они казались совершенно белыми. Несмотря на холод и моросящий дождь, на нем не было ничего, кроме футболки клуба «Селтик» с короткими рукавами и камуфляжных армейских штанов. Обильные татуировки покрывали его худые, но мускулистые предплечья. Она была вынуждена вновь напомнить себе, что качество кожи не имеет значения.

Пример отцов здесь играет решающую роль, потому что у многих болельщиков выбора просто нет, ибо его сделали задолго до их рождения. И какой отец, если он в своем уме, смирится с тем, что его сын болеет за другой клуб? Конечно, история знает немало примеров, когда сыновья, восстав против воли отцов, болеют за традиционных соперников, но этого ни в коем случае делать не следует, поскольку такой поступок не только некрасив, но еще и рискован. В конце концов, альтернатива, как правило, сводится лишь к одному местному клубу, и всегда есть шанс, что отцовская команда будет лучше, чем та, что досталась вам. И тогда отец сможет издеваться над вами каждый раз, когда команды будут встречаться на поле. И нужно вам это мучение на всю жизнь? Конечно, может оказаться, что он болеет за худший из местных клубов. В таком случае, казалось бы, вы предстанете в более выгодном положении. Но как ни печально, увы, вовсе нет, потому что он запросто может бросить вам в лицо обвинение, что вы охотник за славой. Признаемся честно, если ваш отец настоящий болельщик, а не «кресло», то лучше идти по его стопам — хотя бы потому, что окажись вы на мели, он всегда одолжит вам денег на билет.

Снова двигаясь в южном направлении, она пришла наконец к выводу, что этот водсель ей совершенно не знаком, и остановилась.

Как только автостопщик залез в машину и уселся, Иссерли сразу же интуитивно почувствовала, что сейчас начнутся проблемы. Казалось, его присутствие нарушило даже законы физики в салоне «тойоты»: электроны в воздухе внезапно начали вибрировать быстрее и рикошетить от обивки салона, словно рой обезумевших незримых насекомых.

Если ваш старик ни за кого не болеет, то велик шанс, что выбор команды произойдет под давлением сверстников или соседей. Если вы живете в Блэк Кантри[22] и все в вашей школе болеют за Волков[23], то надо обладать смелостью, не говоря уже о сильной воле, чтобы не поддаться стадному инстинкту и предпочесть Мешков[24]. Трусость была и всегда будет совершенно правомерной причиной болеть за какой-либо клуб. Точно по той же причине многие просто болеют за свой местный клуб, и я с гордостью признаюсь, что сам из числа таковых. Должен сказать, что не очень уважаю тех, кто не желает болеть за своих, если только они не могут назвать уважительную причину — объяснение, что те «играют паршиво», не принимается (если только вы не из Л*т*на).

– П\'друга, до Редкасла д\'везешь?

Конечно, есть еще один вариант, но его следует избегать любой ценой, и лично я нахожу его очень непривлекательным: это телевидение. Проблема состоит в том, что если ты выбрал команду по телевизору, такой выбор попахивает кресельным прошлым, а вам как настоящему мужику, если хотите, чтобы вас хоть сколько-нибудь уважали, ни в коем случае нельзя в нем сознаваться. В любое время дня и ночи вы должны помнить, что, независимо от того, как вы обрели свою любовь, за родной клуб вы болели всю свою жизнь. А «телек» — значит «успех», значит «флюгер». Хотя с личной точки зрения, казалось бы, идея не лишена преимуществ, на самом деле болеть за команду лишь потому, что она побеждает — не самое удачное решение. За это не будет вам ни славы ни почета, и если все узнают правду, что неизбежно рано или поздно случится, вас в конечном итоге сочтут наихудшим из болельщиков даже те, кого вы будете считать товарищами. Ведь они пережили тяжелые времена, череду поражений, вынесли столько оскорблений, прошли долгий путь, а вы нет. Вы моментально лишитесь права считать себя одним из них.

Салон наполнился густым ароматом перегара.

Иссерли покачала головой.

Как настоящий мужик вы обязаны смотреть телевизор с презрением. Мы уже говорили о «креслах», и можно уже не затрагивать эту тему, но как истинный болельщик должен заметить, что телевидение достойно презрения, потому что оно создает единственную причину, по которой не все кубковые матчи играют по субботам, и время начала матча то одно, то другое, и за ним не уследишь, как за локтями Алана Ширера[25] или комментариями Гари Линекера[26]. От телевидения, однако, есть одна польза. Если вы отчаялись найти хоть одно толковое обоснование любви к своему клубу, тогда старый добрый телек придет на помощь. Но лишь в том случае, если вы можете вспомнить матч, сыгранный еще до времен канала «Скай» — тогда вас сразу признают как мужика, который, прошел тест на зрелость. Чем древнее игра, тем лучше, и если вы можете вспомнить имя конкретного игрока, то вообще прекрасно. Главное — как следует изучить архивы. «Я влюбился в Питера Осгуда[27], после того как он в 1970 г. в переигровке финала чемпионата забил мяч головой», — вот отличный пример подобной фразы. Еще лучше, если сумеете при этом пустить слезу. Но признавшись, что влюбились в «Ливерпуль», узнав из передачи «Время футбола», что Дэвид Джеймс (р.1970) — английский вратарь, в настоящее время выступает за «Манчестер Сити» (в прошлом игрок «Ливерпуля»). увлекается компьютерными игрушками, вы вряд ли произведете такое же впечатление. Если вы действительно решили выбрать команду именно таким образом, ступайте в местную библиотеку, отыщите видеозаписи старых игр, изучите их и запомните все до последнего кадра. Иного пути нет.

– Инвергордон, – сказала она. – Если вас не устраивает, то…

Перечисленные выше методы относятся к числу наиболее распространенных, однако справедливости ради надо заметить, что порой люди выбирают свой клуб самыми необычными способами: решают, появится ли в строке телетекста команда, название которой будет первым, или начинают втыкать наугад булавку в лотерейный билет, или болеть за команду, на матч которой сходили однажды на отдыхе, и т.п. Однако, применять такие изобретательные методы ни в коем случае не следует. Ужасно печально, когда житель Эксетера болеет за «Петерборо Юнайтед». Стоит ли объяснять, как это трагично?

– Не-а, клево… – передернул он плечами, выбивая ладонями на коленях ритм так, словно у него внутри был вмонтирован невидимый плеер.

– Тогда ладно, – сказала Иссерли, трогаясь с места.

Конечно, большая часть приведенной выше информации вам полезна лишь в том случае, если вы уже знаете, за какой клуб хотите болеть. Если вы из тех редких людей, кто обнаружил в себе любовь к игре в футбол как таковой, а не к какой-то команде, тогда мне следует вас предостеречь, поскольку такой подход совершенно неприемлем. Фраза «Мне неважно, кто играет, если матч интересный» придумана для баб и старичков в кепочках. Ее не следует произносить там, где вас могут услышать истинные болельщики, и, уж конечно так не говорят среди настоящих мужиков. К футболу вы просто испытываете интерес, а свою команду — любите. Усвойте это. Приведенная фраза должна настолько впечататься в вашу душу, что слова «Я люблю футбол» для вас будут означать: «Я люблю свой клуб». Для настоящего мужика это одно и тоже. Только за одним возможным исключением: если вы решили болеть не за клуб, а за национальную сборную. Но данные случаи очень редки и поощрять их не следует, потому что отговорками подобного рода в основном пользуется лишь горстка извращенцев, которые желают ходить только на матчи успешных клубов. Если они вам когда-нибудь встретятся, безжалостно смейтесь над ними, потому что они ищут легких путей.

Она пожалела, что на дороге так мало машин: это обычно не обещало ничего хорошего. К тому же она заметила, что инстинктивно схватилась за руль таким образом, чтобы ее локти скрывали от пассажира ее грудь. И это тоже не обещало ничего хорошего.

Он все равно смотрел на нее так, словно мог видеть сквозь кожу и кости.

Итак, если вы не знаете, какой клуб выбрать, я могу кратко описать вам возможные варианты, в результате чего, быть может, вы сориентируетесь. Но прежде чем принять окончательное решение, вспомните все, о чем я вам говорил, потому что, как уже было сказано, второго шанса не будет. Когда выбор сделан, ничего изменить нельзя.



Если баба так вырядилась, точняк в койку напрашивается.

Самое важное — надо учитывать фактор расстояния, потому что одно дело ехать куда-то далеко на выездной матч, а другое — на домашний матч: в этом мало хорошего, в основном потому что у вас остается мало времени, чтобы выпить и пообщаться с мужиками. Пятьдесят миль от вашего порога — вот максимум, все, что дальше, можно отметать сразу. Но и так будет предостаточно вариантов, особенно если вы живете в Лондоне. Однако позвольте напомнить: лично я твердо уверен, что надо болеть за свой местный клуб, — неважно, в какой он сейчас лиге и какой футбол показывает, настоятельно советую выбрать именно его. Может быть, это отличная команда, но даже если она не на первых местах в чемпионате, как знать, может она станет играть лучше, и вас унесет на гребне волны. Стоит учесть, что даже в случае бездарной игры вам не надо долго добираться до дома.

Вот только бабок ей не видать, как своих ушей. Хватит той прошмандовки из Галашиэльса. Купишь им пива, а они тут же берут в голову, что ты собрался на них потратить фунтов двадцать. Только зря они его за козла держат.

Доедем до Инвергордона, а там надо затащить ее в «Академию». Местечко что надо. Спокойное. Там она у него и отсосет, тогда ему на ее морду противную смотреть не придется.

Если вам действительно неймется болеть за команду из премьер-лиги, а там, где вы живете, таковой нет, то исследуйте архивы и выясните, какие команды едва не вылетели из дивизиона за несколько минувших сезонов. В эти клубы ни за что не вступайте, если только вас не привлекают перспективы самоубийства или сердечного приступа. Я бы не стал связываться и с клубами, которые в прошлом сезоне что-то выиграли, поскольку их болельщики будут отслеживать охотников за славой и высмеивать всех новичков. В самые успешные клубы премьер-лиги лично я не совался бы вовсе, потому что там еще сто лет придется доказывать, что вы истинный болельщик. Как я уже говорил, «МЮ» больше всех страдают от насмешек вроде «В Манчестере живут только болельщики «Сити»[28], но и фанатам «Ливерпуля» приходится несладко. В наши дни вовсе не обязательно говорить с таким акцентом, как у актеров из массовки «Бруксайда»[29], и если вы хотите смотреть футбол с трибун за воротами, то вовсе не обязательно быть таким же острословом, как Джимми Тарбак[30], поэтому там можно встретить народ со всей Британии. А вот если вы не говорите с явным акцентом джорди[31], то болеть за какую бы то ни было команду с северо-востока — гиблое дело, потому что все сразу поймут, что вы мерзкий южанин и охотник за славой. Вас там не примут, даже если вы из Бирмингема. За последние годы «Ньюкасл Юнайтед» весьма пострадал от наплыва новомодников и бывших фанатов «Рэндж Ровер», и поэтому истинные болельщики их глубоко презирают.

Ее сиськи будут болтаться у него между ног. Если она будет хорошо стараться, он их даже, возможно, потискает. А стараться она, похоже, будет. Уже сейчас дышит жарко, как темная сука. Совсем не то, что та прошмандовка в Галашиэльсе. Эта будет довольна просто тем, что на нее положили глаз. Уродины, они завсегда такие.

Впрочем, не то чтобы ему всегда попадались только уродины.

Обитателям Лондона и его пригородов повезло: они могут выбирать из большого числа клубов премьер-лиги. Однако я не стал бы связываться с «Уимблдоном», потому что они играют бездарно, и это навсегда, так что все будут вас жалеть. «Арсенал» вполне подойдет, если вы готовы терпеть всех этих болельщиков-знаменитостей (Ника Хорнби, Ангуса Дэйтона[32], Тома Уотта[33], Ставро[34] и т.д.), а «Челси» тоже неплохой вариант, если вас не волнует, что у руля клуба полный псих и диктатор, который дерет сумасшедшие деньги за вход[35] (в отличие от «Уимблдона», на чьи матчи легко можно достать дешевые билеты, что говорит (см. выше) о качестве футбола и статусе клуба). «Вест Хэм» — отличный вариант, но если вы хотите выбрать «Молотков», жизненно важно, чтобы вас что-то связывало с Ист-Эндом, потому что болельщики этого клуба душой болеют за родину и не жалуют чужаков. Даже думать о «Тоттенхэме» не следует ни в коем случае.

Просто вот он, а вот она. Как это там называется… веление инстинкта, верно? Закон гребаных джунглей.



Если вы хотите болеть за какую-то другую команду премьер-лиги, я настоятельно советую вам прислушаться к моему совету насчет местных клубов и взглянуть на этот вопрос в перспективе региона. Среди наиболее приемлемых команд можно назвать «Лидс», «Шеффилд Уэнсдэй» и «Барнсли», но это при условии, что вы живете в Йоркшире (скажем прямо, а кому захочется специально туда ехать?); а если вы обитаете в Мидленде[36], «Ковентри» и «Астон Вилла» — это гарантия интересного сезона, особенно если вам по душе грязная ругань (хотя в названных клубах ругают в основном их собственных Тренеров или игроков). Там есть один несомненный плюс: хорошие дороги к стадионам, так что вы можете быстро и легко уехать оттуда, и, судя по тому, какие пробки бывают по воскресеньям на трассе Мб, многие так и делают. Что до прочих клубов, «Дерби Каунти» — достойный выбор, если вам по душе футбол простой и незатейливый (и такие же товарищи), если же вы стремитесь болеть за клуб, на который всем наплевать, вам подойдет «Блэкберн». Со всеми прочими клубами на самом деле лучше не связываться, если только вы не хотите скучать весь сезон и наблюдать нечто однообразное с редкими проблесками приличного футбола, хотя у вас нет выбора, если вы живете в Саутгемптоне.

– Что же это вы в такой день в путь отправились? – громко сказала Иссерли.

– Да я уже совсем опух дома углы пинать.

Как ни странно, для настоящего мужика клубы, не входящие в премьер-лигу представляют больший интерес, потому что там больше шансов достать билеты, и меньше вероятность, что вас затолкают многочисленные болельщики или обдерут, как липку, владельцы клуба. Быть может, вам даже разрешат вставать во время матчей и еще активнее оскорблять игроков и болельщиков команды-соперника. Это существенные плюсы, их важность нельзя недооценивать. Однако, хотя в низших дивизионах куда больше вариантов в выборе клуба, нужно также помнить, что уровень футбола в целом куда менее достойный. Кроме того, честно признаем, что статус болельщиков «Йорк Сити» едва ли сравним с положением болельщиков такого клуба, как, скажем, «Лестер». Опять-таки при очень большом желании матчи премьер-лиги можно смотреть по телевизору в воскресенье, ведь большинство игр вашего клуба по-прежнему будут проходить по субботам.

– Пока работы нет?

Если вы все-таки решили остановить выбор на команде премьер-лиги, исходите в первую очередь из того, где находится стадион и сколько до него ехать. Одна из команд всегда чуть лучше других, поскольку впоследствии она, быть может, добьется успеха, и вы вместе с ней. Здесь важно собрать информацию: если в команде новый тренер, если клуб недавно сменил владельца или там делают ставку на игроков, то дела могут довольно быстро пойти на лад. Местная пресса — великолепный источник информации, изучать ее надо как можно тщательнее. Ничто не греет душу болельщика так, как лучи славы.

– Пока? Откуда тут, на хрен, работа возьмется?

Слишком много времени ушло бы на изложение мною своего мнения о каждом клубе футбольной лиги, поэтому я лишь сообщу вам, с какими командами не надо связываться ни в коем случае и почему. Должен подчеркнуть: хотя в основе даваемых сведений лежит многолетний опыт и всестороннее изучение вопроса, я могу только советовать. И снимаю с себя всякую ответственность за последствия, если вы, вопреки моей рекомендации решите, что сходить на футбольный матч в городке Суиндон[37] — неплохая идея.

– Но правительство по-прежнему надеется, что она откуда-нибудь возьмется, верно?

Начнем с юга, где и начинается все хорошее. С «Брайтоном» ни за что не связывайтесь, если вы не из тех, кому по душе форменная футболка в стиле пакетов из «Теско»[38] и кому нравится устраивать пикеты и жить в трейлере. Саузенд — замечательный город, но клуб имеет бездарный. Вообще-то, по воскресеньям там наблюдается массовый исход болельщиков в направлении «Аптон Парка»[39], это о чем-то говорит, не так ли.

Почему кому бы то ни было приходит в голову болеть за «Гиллингхэм», остается тайной.

Попытка проявить сочувствие не произвела на пассажира никакого впечатления.

В пределах М25 клубы «Фулхэм», «Брентфорд» и «Лейтон Ориент» решительно отметаем, потому что ни в одном из них никогда ничего не произойдет, разве только тихий всплеск в море скуки смертной, и кому это надо? «Милуолл» можно назвать самым подходящим клубом для настоящих мужиков, но и туда тоже лучше не соваться, в основном по той причине, что если вы ни разу не были на матче в «Старой Берлоге», то болельщики, ныне изнывающие от тоски в «Новой Берлоге», съедят вас. Живьем.

– Да я, блин, типа, учусь на переподготовке, – вскипел он. – Они мне говорят: «Ходи по старым пердунам и расспрашивай их, не текут ли у них их говенные батареи, а мы скажем правительству, что ты, типа, трудоустроился, понял?» Короче говоря, платят бабки, чтобы пасть не открывал. Въезжаешь?

– Хреново, – согласилась Иссерли, надеясь, что воспользовалась правильным словом.

На востоке те, кто болеют за «Норвич» или «Ипсвич», поступают так от безысходности, а на западе отметаем «Ридинг» (потому что они обречены вечно терпеть поражение) и «Уикомб Уандерерз» (просто потому что это «Уикомб»). Всякому болельщику, кто ищет приличный клуб в Бристоле, следует сменить место жительства. Немедленно. Движемся далее на запад: в прекрасном краю, именуемом Уэльс, под диктатом местных футбольных фанатов у вас нет выбора в вопросе, за какой клуб болеть. Конечно, если вы не живете в Рексхэме, где «Ливерпуль» (судя по тому, сколько автобусов выезжает оттуда по воскресеньям), похоже, является неплохой и, конечно, куда более достойной альтернативой местным парням.

Севернее Лондона сразу отметаем «Уотфорд» по той простой причине, что на его матчи хожу я и сразу замечу новичка (со всеми вытекающими отсюда последствиями), а в «Л*т*н» даже не суйтесь. Да, и в город тоже. Тем, кто в нем живет, самим не терпится выбраться оттуда, там и завод рядом с трассой М1 выпускает машины, чтобы было на чем уехать. «Нортхэмптон» еще не созрел, чтобы принимать его всерьез, а «Нотгс Каунти» слишком блеклый.

Атмосфера внутри машины постепенно становилась невыносимой. Каждый кубический сантиметр пространства между Иссерли и пассажиром постепенно заполнялся его тлетворным дыханием. Нужно было быстро принимать решение: пальцы Иссерли просто чесались от желания нажать на заветный рычажок, но следовало держать себя в руках, несмотря ни на что. Импульсивный поступок мог впоследствии привести к серьезным неприятностям.

В футбольном горниле, именуемом Мидленд, в первую очередь избегайте связываться с клубом «Уолсолл», поскольку у них жуткая форма. «Вулверхэмптон» обречен барахтаться в пучине отчаяния, и от себя еще замечу, что его надо игнорировать еще и за то, как его игроки обошлись с небожителем Грэмом Тейлором[40], когда он был их тренером. «Бирмингем» — отличный клуб и замечательный город, но верить им нельзя, поскольку у руля стоит женщина.

Несколько лет назад, еще в самом начале, она впрыснула икпатуа одному автостопщику, который буквально через две минуты после того, как сел в машину, поинтересовался у Иссерли, не желает ли она, чтобы ей прочистили толстым болтом все дыры. Ее английский тогда оставлял желать лучшего, и ей потребовалось некоторое время, чтобы сообразить, что речь идет вовсе не о ремонте автомобиля. К тому моменту пассажир уже расстегнул ширинку и извлек оттуда свой член. Иссерли перепугалась и нажала на рычажок. Она совершила серьезную ошибку.

В районе Горшечников[41], «Порт Вэйл» — яркий пример серого клуба, а в «Стоук Сити» точно лучше не соваться хотя бы по той простой причине, что среди его болельщиков настоящих мужиков и так больше чем достаточно. Только вас им не хватало. Дальше на север. Очевидно, что единственная причина, по которой кто-то станет болеть за такие клубы, как «Крю», «Транмер», «Хаддерсфилд», «Брэдфорд», «Уиган Атлетик» и «Кэрлайл», лишь та, что люди там живут, а уехать не на чем; а за «Олдхэм» никто не должен болеть, поскольку я этот клуб не перевариваю.

Нет, серьезно. И конечно, ярчайшим примером клуба, чьим преданным болельщиком нельзя становиться на веки вечные, является «Манчестер Сити». Понятно, что этот клуб до скончания времен будет находиться в тени своего куда более знаменитого соперника. Однако стоит вспомнить, что все болельщики, за какой бы клуб они ни болели, с глубочайшим уважением относятся к фанатам «Сити» по причине их тяжкой доли, так что если ваш хлеб насущный — сочувствие, не говоря уже про надежду, тогда «Сити» вполне вам подойдет. С другой стороны, за них «болеют» перцы из «Оазиса», что само по себе веская причина за много миль обходить этот клуб стороной.

Полиция разыскивала этого типа много недель подряд. Его фотографию показали по телевизору и напечатали не только в газетах, но и в специальном журнале для бездомных. В описании под фотографией сообщалось, что он «очень раним». Его жена и родители просили любого, кто видел его, сообщить им. Не прошло и нескольких дней, как расследование (хотя в тот момент, когда Иссерли подобрала его, ей казалось, что рядом нет ни души) напало на след серого «ниссана универсал», за рулем которого находилась предположительно женщина. Иссерли пришлось затаиться на ферме на целую вечность (так, по крайней мере, ей показалось). Ее любимый «ниссан» попал в лапы к Энселю, который выпотрошил его, чтобы переставить все ценное оборудование на самую лучшую машину после «ниссана», имевшуюся в их распоряжении – маленькую уродину марки «Лада».

Должен также заметить, что, по моему скромному мнению, никак нельзя оправдать англичанина, который болеет за любую шотландскую команду включая «Рейнджере» и «Селтик». Всякого, кто в этом уличен, надо арестовать и обвинить в государственной измене, потому что они предают родину, и к тому же футбол там паршивый, о чем нельзя не сказать справедливости ради. Если совсем честно, это и так все знают, и огромная толпа шотландских болельщиков еще не ринулась через границу на матчи английских клубов и по-прежнему довольствуется тем убожеством, какое доступно, лишь потому что им гордость не позволяет признать, что английский футбол лучше. Прошу прощения и все такое, но я говорю правду.

«От ошибок никто не застрахован», – утешал ее Энсель, работая над новым экипажем. Руки его были по локоть в солидоле, глаза кроваво блестели в свете ацетиленовой дуги.

Но Иссерли так стыдилась этого поступка, что до сих пор при одном только воспоминании о нем не могла сдержать сдавленного стона. Такое не должно было больше повториться никогда. Никогда.

Пожалуй, скажу пару слов о командах, не входящих в футбольную лигу. Буду краток: и не думайте. Даже если забыть про явно неудовлетворительный уровень игры, когда вы скажете кому-то, что болеете за команду которой нет в лиге, вам не только станут сочувствовать, но вас еще и начнут опекать, а как настоящему мужику вам это вовсе не нужно. Не хочу сказать, что у болельщиков подобных команд мало поводов для веселья, но давайте честно признаемся, если клуб достиг таких вершин упадка, вам уже не надо прилагать никаких усилий, чтобы вписаться, потому что вас и так примут с распростертыми объятиями. Я понимаю, так говорить жестоко, но поскольку один из моих братьев — ярый болельщик не состоящего в лиге клуба, я на опыте знаю, как обстоит дело. Нет зрелища более печального, чем одержимый футбольный фанат, с упоением вещающий о выездной игре в городишке Тилбери.

Они выехали на тот отрезок А-9, который расширяли до автострады; по обе стороны шоссе копошились механические динозавры, и строители в одинаковых робах бродили по кучам вывороченной земли. Их присутствие немного утешило Иссерли.

– Вы не здешний, я угадала? – спросила Иссерли, слегка повысив голос, чтобы его было слышно сквозь скрежет вгрызающихся в землю стальных челюстей.

А про женский футбол я даже вскользь говорить не хочу.

– А ты, можно подумать, здешняя, – огрызнулся парень.

Иссерли проигнорировала его раздражение, решив повести беседу так, чтобы все же узнать хоть что-нибудь о его семье, но тут парень внезапно принялся изо всех сил вращать ручку, пытаясь как можно быстрее опустить стекло.

Здесь я должен упомянуть вот о чем: хотя клуб вы выбираете на всю жизнь, есть один просвет в конце этого очень длинного и темного (для большинства из нас) тоннеля. Видите ли, сделав свой главный выбор, вы просто обязаны страстно ненавидеть все остальные клубы и их болельщиков. Но если вы болеете за клуб вроде «Манчестер Сити», такая жизнь может повергнуть вас в глубочайшее уныние, и крайне важно, чтобы у вас была про запас хоть какая-то капля надежды, и для этого существует ваша вторая любимая команда. У всех болельщиков есть такая слабость: симпатия еще к одному клубу; ее иметь обязательно, хотя бы потому, что в таком случае вы сможете говорить о ком-то покровительственным тоном. Однако здесь речь не идет о любви на всю жизнь, и вам позволено время от времени менять предпочтения, это дает вам некую свободу, так как вы можете расстаться с клубом, который вдруг чем-то вам не угодил или который нанес поражение вашей основной команде в розыгрыше кубка. Например, я раньше питал слабость к «Фулхэму», пока туда не пришел Кевин Киган[42]. Поскольку мне не нравится мистер Киган, моя симпатия к команде испарилась. Теперь я приглядываю за «Барнсли», поскольку у меня там есть сам виноват в том, что я не болею за его клуб. В конце концов, он нарочно ни разу не брал нас с братом на Уайт Харт Лейн[43], поэтому, после короткого флирта с «Челси» — что подростку позволительно, к тому же в свою защиту должен сказать, что я даже ходил на матчи, — я восстал и начал болеть за нашу местную команду «Уотфорд». Ошибки отца я не повторю, воспитывая сына: он еще юн, но уже износил две клубные футболки и бывал на матчах с участием Шершней не один раз.

– Э-э-эй, Ду-у-у-ги! – орал он в окно, выставив под дождь сжатую в кулак руку.

Иссерли посмотрела в зеркало и мельком увидела рядом с бульдозером чью-то дородную фигуру, обернутую в оранжевую спецовку. Фигура нерешительно помахала им вслед рукой.

Однако моя история — хороший пример того, как можно приплести отца, сочиняя свою легенду. Идти против своего старика и болеть за злейших противников его клуба действительно не стоит, но сама идея — что вы взбунтовались и стали болельщиком другого клуба — может пригодиться. Например, если вы с отцом ладите, объяснение: «Мой отец переехал сюда, когда я был ребенком, но родился он в Манчестере», — это традиционная и очень уважительная причина, по которой позволительно болеть за «Манчестер Юнайтед». Точно так же прекрасным оправданием вашего внезапного появления в Хайбери[44] явится фраза: «Мой отец родился в Айлингтоне, но последние двадцать лет прослужил в армии (проработал дипломатом, разведчиком за границей), и мы только-только вернулись в северный Лондон».

– Дружбан мой, – объяснил автостопщик, снова поднимая стекло.

Напротив, если с отцом у вас отношения напряженные и шансы, что он придет с вами на матч, примерно такие же, как и у Пола Гаскойна выиграть в «Выдающийся ум»[45], тогда футбол — это отличная возможность, извлечь пара товарищей, и мне по душе слепая вера их болельщиков в себя и свою команду.

Иссерли глубоко вздохнула, чтобы унять сердцебиение. Теперь она уже не могла взять его с собой шанс был упущен. Женат он или нет, есть ли у него дети – все это в одно мгновение потеряло всякое значение. Более того, она просто не желала теперь этого знать, чтобы не расстраиваться зря.

Еще одна большая польза данной уловки может стать очевидной после матча, в котором ваши ребята сольют. Потому что, выслушав объявление результата матча, вы можете сказать: «По крайней мере «Барнсли» выиграл», — и это, быть может, вас приободрит (а может, и нет). Разумеется, если и «Барнсли» проиграл, то вам будет в два раза хуже, но волков бояться — в лес не ходить. Тут можно болеть за любую команду в пределах Британской лиги (или за ее пределами — это на самом деле неважно), и, что замечательно, никому не надо ничего объяснять, все и так понятно. Почему-то здесь многие выбирают шотландские клубы, но я предпочитаю игнорировать север совершенно. По крайней мере в том, что касается футбола.

Только бы успокоиться и побыстрее избавиться от него!

Итак, мы исследовали ряд наиболее традиционных методов, применяемых болельщиками при выборе команды, и обсудили, за какие клубы вам следует — или не следует — болеть. Теперь мы приступим к рассмотрению различных вариантов легенд, которые вы могли бы «присвоить» или видоизменить в соответствии со своей ситуацией. Однако помните — даже не могу выразить, как это важно — какую бы историю вы ни сочинили, она должна быть правдоподобной и основательной. Ведь первый вопрос, какой вы услышите, едва появитесь на трибунах, будет: «А ты вообще кто такой?» — и второй, который последует почти сразу: «И где ж ты, интересно, был раньше?». Нужно суметь ответить так, чтобы все поняли, что вы говорите истинную правду и вам нельзя не поверить.

– А это настоящие? – внезапно спросил он.

Я упоминал выше о важной роли отцов в этом вопросе, но сейчас должен чистосердечно признаться: мой отец болеет за «Тоттенхэм». К счастью, все завершилось еще в начале 1960-х, когда он уехал из Лондона — он «Тоттенхэм»», — может и соответствует истине, но вряд ли оно объяснит ваше внезапное появление в толпе болельщиков на Аптон Парк. Но если вы скажете: «Мой отец умер недавно, и я обещал ему у его смертного одра, что перейду с центральных трибун на места за воротами, где мы в прошлый вторник и развеяли его прах», — то сразу же обретете культовый статус.

– Что? – Ей было трудно произнести больше одного слова так, чтобы собеседник не заметил, как тяжело она дышит.

– Ну, то, что у тебя спереди болтается, – попытался разъяснить он. – Я про сиськи.

Если вы отдали свое сердце местной команде, то с вызовом брошенная фраза: «Да ты дерзкий щенок, я живу тут в двух шагах», — скорее всего, убедит оппонента, но останется без ответа ваше внезапное появление. Вариации на тему: «Раньше я всегда сидел с отцом на центральных трибунах, но месяц назад он умер», — тут вполне могут пригодиться. И надо заметить, что приправить речь крепким словом рекомендуется во всех случаях.

– Дальше… я не поеду, – сказала она, резко поворачивая машину, но все же успев включить сигнал поворота. Провидение смилостивилось над ней – сбоку виднелось заведение под названием «Гараж Донни». На заведении большими буквами было написано: «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!»

Если вы не хотите приплетать имя вашего почтенного отца, тогда вам придется придумать что-нибудь похитрее. Объяснение вроде: «Я ушел с центральных трибун, потому что меня жутко достали все эти бабы и малолетки», — в любом случае вариант. Однако кое-что говорить ни в коем случае не надо. Например, если вы уже в том возрасте, когда можете получить водительские права, то за объяснение, что вы «недавно сюда переехали», вас просто засмеют, оно совершенно неприемлемо. В конце концов за несколько часов в наше время можно добраться почти куда угодно. Точно так же от всего, что касается женщин, нужно бежать, как от чумы. Если вы скажете: «Я раньше сидел на центральных трибунах с моей подружкой/женой/сестрой, но в прошлом месяце я ее пристрелил», — может, вас все поймут, но такое признание чревато проблемами. Ни один настоящий мужик, уважающий себя, никогда не приведет женщину на футбол. Запомните это, поскольку мы, конечно же, вернемся к вопросу о женщинах позднее.

– Ты же говорила, что едешь в Инвергордон, – возмутился попутчик, но Иссерли уже поворачивала, направляя машину в проезд между гаражом и бензоколонкой.

– У меня в шасси что-то постукивает, – сказала она. – Разве вы не слышите?

Если вы все-таки оказались на трибунах и к вам пристают ребята, которых интересует, кто вы вообще такой, почему вдруг появились среди них и не пытаетесь оправдать этот факт ни одним из вышеприведенных способов, самое лучшее в данной ситуации — блеф. Если у вас железные нервы, то ответ: «А ты что пристал? Сам-то откуда?» — может и внушит любопытному сомнение: а вдруг он и правда где-то видел вас раньше и не лучше ли признать в вас старого друга, чтобы не выглядеть идиотом. Однако будьте осторожны. Если вы избрали этот способ, смотрите, к кому обращаетесь. Например, фраза: «А тебе ваще какое дело?» — может вполне удовлетворить чье-то любопытство, но если перед вами главарь местной хулиганской группировки, то вы почти наверняка окажетесь в очень непростом положении.

Ее голос звучал хрипло и неуверенно, но сейчас это уже не имело никакого значения.

Если взглянуть на проблему под иным углом, можно прибегнуть к старой доброй уловке и так объяснить свое появление: «За последние два года меня выперли со всех стадионов». Или сказать: «Да я только из тюряги вышел», — хотя в этом случае нужно знать и название тюрьмы, и местонахождение. Есть шанс, что кто-то на расстоянии плевка имеет подобный эпизод в биографии и несколько лет сидел на харчах Ее Величества, уж он-то смекнет, что к чему.

– Я лучше попрошу механика посмотреть. А не то еще в аварию попаду.

Машина остановилась. За грязными окнами «Гаража Донни» теплилась какая-то жизнь: звучали голоса, хлопнула дверца большого холодильника, загремели бутылки.

Если блеф не поможет и мужики будут все еще сомневаться в вашей верности клубу, как следует уточните факты, прежде чем снова открыть рот. Я не раз упоминал, что надо тщательно изучить все факты, и если вы действительно хотите стать настоящим мужиком, это жизненно важно. Вам нужно узнать как можно больше об истории избранного вами клуба, но самое главное: никому не разбалтывайте и ни в коем случае не выпаливайте все сразу. Если вы заявите, что присутствовали на игре в Ковентри в 1982 г. и счет был 0:0, и судья был… и т.д. и т.п. — вы всем докажете лишь одно: что вы клоун. Настоящие мужики уверены в себе и не сомневаются в преданности клубу, так что могут позволить себе помнить лишь основное и не заботиться обо всем прочем.

Иссерли повернулась к автостопщику и вежливо показала ему на шоссе.

Крайне важно усвоить еще один момент: никогда не следует притворяться, что вы были там, где на самом деле не были. Если вас выведут на чистую воду — а поверьте мне, рано или поздно это случится — от вашей легенды камня на камне не останется. Если кто-то спросит у вас, были ли вы на таком-то матче, скажите, что не были, и выдайте заранее заготовленное правдоподобное объяснение. Кто-то умер, по дороге на матч сломалась машина, вас арестовали на подходе к стадиону — придумайте что угодно. Но никогда, ни за что не говорите, что вы где-то были, если вас там не было. Помните, если кто-то незнакомый спрашивает вас, где вы стояли на «Уэмбли» на финале розыгрыша кубка в 1983 г. — значит, он пытается вас подловить. Футбольные фанаты гордятся своим послужным списком, и им не нравится, когда другие пытаются присвоить себе их лавры.

– Вы можете попытать счастья там, – посоветовала она. – Это хорошее место. Водители здесь едут медленно. А мне нужно машину привести в порядок. Если вы все еще будете здесь, когда я закончу, я, так и быть, повезу вас дальше.

Итак, главное — сочинить связную легенду, иметь в запасе достаточно фактов, подтверждающих ее истинность, и если кто спросит, отвечать несколько надменно. Сочинив свою историю, отрепетируйте ее как следует, запишите на кассету или даже снимитесь на видео, чтобы можно было посмотреть на себя со стороны и исправить, если что-то выходит неубедительно. Некоторое время спустя вы даже сами поверите в придуманную историю, и как только достигнете этой стадии, можете испытать ее на практике. Поверьте мне, вы увидите, что не зря старались.

– Да ладно врать-то, – хмыкнул он, но все-таки вылез и поплелся прочь.

Иссерли открыла дверцу и выбралась из машины. Когда она распрямилась, ее спину пронзила боль. Опершись о крышу «тойоты», она проследила, как Густобровый пересек дорогу и, пошатываясь, побрел вдоль кювета подругой стороне. Холодный ветер высушил покрывавший кожу Иссерли пот и наполнил ее легкие чистым кислородом.

Теперь ей больше ничего не грозило.

Глава 4

Она вытащила заправочный пистолет из подвески, с трудом удерживая его в своей хрупкой лапке. Сложность заключалась не в том, что пистолет был слишком тяжелым, а в том, что ладонь Иссерли была слишком узкой. Только с помощью обеих рук ей удавалось засунуть носик пистолета в горловину бензобака. Тщательно сверившись со счетчиком на бензонасосе, она залила в бак бензина ровно на пять фунтов. Пять ноль-ноль. Затем она повесила пистолет на месте, зашла в здание и заплатила за бензин одной из пяти фунтовых банкнот, которые берегла специально для этой цели.

Что надеть

Все это заняло у нее не более трех минут. Выйдя, она с беспокойством посмотрела на дорогу – не маячит ли там Густобровый. Но тот исчез. Как это ни удивительно, кто-то все же подобрал его.

Определившись с тем, какой клуб вы хотите осчастливить, сделавшись его болельщиком и сочинив легенду, столь убедительную, что подвоха не найдет даже самый дотошный тайный спецкор «Ньюз оф зе уорлд»[46], вы могли бы подумать, что следующий шаг — это уже поход на матч. А вот и нет. Поход на стадион — лишь один из эпизодов жизни настоящего мужика. Но прежде чем мы дойдем до главного этапа, необходимо затронуть ряд вопросов экипировки, а также поговорить о том, как следует держать себя в обществе других мужиков.

* * *

Прошло часа два, близился вечер, и начинало темнеть – было где-то около половины четвертого. Напуганная тем, что история с Густобровым случилась так близко от дома, Иссерли отъехала с полсотни миль на юг, миновав Инвернесс и добравшись почти до самого Томатина, прежде чем решила все-таки вернуться домой с пустыми руками.

Сперва обсудим, что надеть. Для настоящего мужика вопрос чрезвычайно важен: каждый раз, отправляясь на матч, вы должны показать себя во всей красе. Это даже не пантомима, это спектакль, и к нему нужно соответствующим образом подготовиться. На рабочей неделе неважно, как вы себя ведете, и выглядеть вы можете как угодно, но в день матча извольте облачиться как надо и войти в роль настоящего мужика. В конце концов, целый день вы будете делать все то, что для вас совершенно чуждо в обыденной жизни.

Ей довольно часто случалось находить кого-нибудь и после наступления темноты; час, в который она решала вернуться домой в каждый конкретный день, зависел исключительно от ее азарта и физического состояния. Одна неудачная попытка могла настолько выбить Иссерли из колеи, что она сразу же спешила домой, на ферму, где могла обдумать в спокойствии, в чем заключалась ее ошибка и что нужно делать в дальнейшем, чтобы вновь не подвергнуть себя опасности.

Разумеется, одеваться нужно со вкусом и чтобы вам было удобно, но здесь ключевое слово — «небрежность». Ваш внешний вид чрезвычайно важен, потому что ваше облачение, если вы правильно его подберете, станет вашей визитной карточкой. Однако прежде чем мы подробно этот вопрос обсудим, давайте запомним, в каком виде вас никто даже в гробу видеть не должен. Маленькая ошибка может навсегда погубить вашу репутацию.

На обратном пути Иссерли гадала, что ее повергло в такое уныние – неужели встреча с Густобровым?

Она никак не могла ответить себе на этот вопрос, потому что путалась в собственных чувствах. Она всегда вела себя так, даже когда была совсем маленькой девочкой и еще жила с родителями. Мужчины никогда не могли понять, что у нее на уме, но она и сама этого никогда не могла понять и ломала над этим голову ничуть не меньше других. О том, что она тоже способна испытывать эмоции, становилось известно в прошлом только в те моменты, когда с ней случались внезапные бурные вспышки гнева, часто влекшие за собой самые печальные последствия. Став взрослой, Иссерли научилась полностью владеть собой и держать свой гнев под спудом. В нынешней ситуации, когда от выдержки зависела ее жизнь, самообладание становилось просто необходимым. Но в результате этого Иссерли порой сама не могла разобраться, что же она на самом деле чувствует. Ее собственные переживания стали казаться ей увиденным краешком глаза отблеском чьих-то фар в боковом зеркале. Увидеть их ей удавалось лишь украдкой, подглядывая за ними.

Как ни странно, появление в клубной майке для настоящего мужика — это полный провал. Да, я знаю, что за один только сезон продают миллионы подобных маек, но их надевают только малолетки, новомодники и «кресла». Клубная майка означает, что вы попались в одну из коммерческих ловушек, расставленных вашим клубом, чтобы разлучить вас с вашими кровными денежками. Для настоящего мужика такое недопустимо: он ведь выше всего этого и слишком горд и умен, чтобы попасться на подобную дешевую удочку. И не только в этом дело: если вы настоящий мужик, то ваши и так знают, за кого вы болеете, а что до болельщиков соперника, то пусть они терзаются сомнениями и не спят по ночам. Разумеется, у всех болельщиков есть клубные майки, в том числе и у настоящих мужиков, но мужики знают, что их носить можно только дома, на отдыхе, или когда играешь с приятелями в парке. Маленькая подсказка: лучше всего приобрести форму для выездных игр, потому что тогда все решат, что вы бываете на выездных матчах. Конечно, за исключением тех случаев, когда кажется, что подобный дизайн может придумать только наркоман или ребенок не старше лет семи — такое ни за что не берите. Кроме того, на приобретаемой вами клубной майке ни в коем случае не должно быть на спине никакого имени или номера игрока. Там могут быть таинственные надписи вроде «We 8 L*t*n» или «Watford 4 ever»[47], но вряд ли вы найдете что-то оригинальное, поэтому пусть лучше не будет вовсе ничего. К тому же совершенно неприемлемое дело — шарфы, флаги или транспаранты, потому что все они только для клоунов. А если вы хоть заикнетесь про перчатки…

Не так давно она стала подозревать, что все эмоции, так и не выплеснувшиеся наружу, застряли внутри ее организма, словно непереваренная пища, и теперь проявляются в виде различных физических симптомов. Боли в спине и резь в глазах в последнее время давали о себе знать гораздо сильнее, чем обычно, безо всякой особенной причины – очевидно, просто потому, что Иссерли постоянно пребывала в беспокойстве.

Прежде чем мы поедем дальше, пара слов о двух других разновидностях клубных маек, о которых мы больше не упомянем на страницах этой книги. Нет вам никакого оправдания, если вы болеете, скажем, за «Болтон» и при этом носите майку «Аякса», «Ювентуса» или сборной Бразилии. Если вам чем-то не угодила майка родной команды, вы не имеете права считать себя болельщиком. Точно так же, на кой нужна майка английской сборной? Всем известно, что наши клубы наживаются на своих болельщиках как только умеют, и мы понимаем, что такова жизнь, но как можно отдавать свои кровные в копилку национальной сборной — просто уму непостижимо. Вы как мужик должны быть выше этого, и всякий надевший майку чужой команды заслуживает любых оскорблений, которыми вы просто обязаны его осыпать. Да, это касается и национальной сборной. Далее, всякого, кому хватит дерзости прийти на стадион в клубной майке какой-то другой команды (кроме тех двух, что играют на поле), следует оскорбить действием (конечно, я не сторонник насилия, однако…). И да, кстати, если вы болеете за «Рэйнджерс» или «Селтик», — это не значит, что у вас есть право появляться в таких майках на всех прочих стадионах мира, а значит только одно: что вы дезертир, потому что в день матча вас нет в Глазго.

Еще один тревожный признак: в последнее время самые банальные события – вроде школьного автобуса, который обогнал ее сегодня утром в тумане, – огорчали ее непропорционально сильно. Будь она в нормальной форме, зрелище автобуса, битком набитого ухмыляющимися и жестикулирующими подростками, ничуть не смутило бы ее. Сегодня, однако, после того как Иссерли пришлось покорно плестись позади него несколько миль подряд и все это время школьники строили рожи, подмигивали и что-то рисовали своими сальными пальцами на запотевшем стекле широкого заднего окна, за которыми они казались персонажами на экране телевизора, она совершенно пала духом. Ей казалось, что все их недоброжелательные жесты направлены лично против нее.

Но нет правил без исключений, и здесь исключение — если ваши ребята попали на «Уэмбли». Тогда вы обязаны быть в своей форме, потому что независимо от того, какая это игра — финал кубка или матч на вылет из третьего дивизиона — в любом случае она — одно из знаменательных событий вашей футбольной жизни, и поэтому надо надеть майку. В конце концов она — одна из ваших величайших драгоценностей, и, конечно, половина трибун должна быть в цветах вашей команды.

В конце концов автобус свернул с «девятки», и Иссерли оказалась на хвосте у неприметного красного седана, как две капли воды похожего на ее «тойоту». Казалось, что бесконечная цепочка машин протянулась через весь быстро тонувший в сумерках мир.

Если на улице не стоит дикий мороз, то шляпы тоже отменяются. Есть только одно исключение, мы вскоре его обсудим. Шляпы не носят по той причине, что, вообще говоря, они смотрятся смешно, а настоящие мужики все-таки одеваются со вкусом. Какой смысл тратить кучу денег на одежду и лоск, чтобы потом нахлобучить что-то на голову? Бейсболки и панамки просто ужасны, а тому, кто придумал ходить на футбол в шутовских колпаках, надо вообще запретить размножаться.

Иссерли решила, что она, наверное, все-таки просто расстроена. К тому же у нее болела спина, нестерпимо зудел шрам на копчике, а глаза распухли после того, как она несколько часов подряд вглядывалась в дорогу через залитое дождем лобовое стекло и толстые линзы очков. Если отказаться от дальнейших попыток и отправиться домой, то можно будет снять очки, чтобы дать глазам отдохнуть, упасть, свернувшись калачиком, на кровать и, возможно, даже поспать. Боже, какое это будет счастье! Мелкие животные радости, жалкие утехи, позволяющие ненадолго позабыть о позорной неудаче.

Другая причина, по которой шляпы отметаем: они лохматят голову. Прическа для настоящих мужиков — очень важное дело, она венец вашей славы, который должен являть всем ваше чувство стиля. У мужиков прическа должна быть немудреная, аккуратная, волосы чистые и ровно подстриженные. Решаясь на какую-то стрижку, нужно всегда брать в расчет капризы погоды, потому что очень велика вероятность того, что вы окажетесь на матче под обложным дождем, а нет ничего ужаснее, чем побывать под манчестерским ливнем. Также не забывайте: не надо выделяться из толпы, иначе вас засмеют. Например, у северян очень необычные прически — такие, кажется, еще в 1970-х носили — никакого стиля, и южанам глядеть на них очень смешно. Любую растительность на лице следует ликвидировать, поскольку она вызывает подозрения, что вы: а) пытаетесь что-то скрыть, б) лицом не уродились. Да, и еще: конский хвост носят только сутенеры, и, несмотря на усилия Криса Эванса и Мика Хакнелла[48], настоящих мужиков никогда не украсит рыжая шевелюра.

Уже подъезжая к Давиоту, она, однако, заметила высокого поджарого водселя с большим рюкзаком, который держал в руке картонную табличку с надписью «ТУРСО». Он выглядел привлекательно. После обычных трех заходов Иссерли остановилась, проехав метров на десять дальше того места, где стоял автостопщик. В зеркале заднего вида она разглядела, как тот бежит к машине, сбрасывая на ходу рюкзак с широких плеч.

«Он, должно быть, очень сильный, если с таким грузом может еще и бегать», – подумала Иссерли, потянувшись к ручке двери.

Если вы начали лысеть, единственный выход — обрить голову. Знаю, это ужасно, но нечто на голове, как у сицилийского монаха, или, например, как у Клайва Андерсона[49], едва ли к лицу настоящему мужику. Конечно, подобный метод радикален, но в результате вы получаете ряд преимуществ, одно из которых — возможность надеть шляпу. Ведь никто из ваших друзей не захочет, чтобы вы переохладились, или, скажем, получили солнечный удар. Бритая голова также означает, что полицейские наверняка сочтут вас крутым парнем и будут за вами приглядывать. Что может вам пригодиться, если кто-то вдруг к вам прицепится. А кроме того, по некой загадочной причине вас будут быстрее обслуживать на почте и в банке.

Поравнявшись с машиной, автостопщик, сжимая пеструю лямку рюкзака в длинных бледных пальцах, помедлил в нерешительности перед дверью, распахнутой для него Иссерли. Он улыбнулся виновато; рюкзак его был по размеру больше, чем сама Иссерли, и явно не поместился бы ни у него на коленях, ни даже на заднем сиденье.

И, наконец, прежде чем мы обратимся к тому, что следует надевать, обсудим еще один момент: раскраску лиц. К ней вы должны немедленно начать испытывать глубокое отвращение. Очень печально (по крайней мере мне) видеть взрослого мужчину с размалеванным лицом. Почему хоть кому-то старше восьми лет такое вообще приходит в голову, я не в силах понять, но это явление в наше время все глубже пускает корни в британском футболе. Ни при каких условиях даже мысли об этом не допускайте, и если кто-то из ваших знакомых размалюется и придет на матч, вы обязаны безжалостно осмеять его и выгнать вон. Однако надо сказать, что когда толпы размалеванных шотландских болельщиков разбредались от стадиона «Уэмбли», после того как мы сделали их сборную на «Евро-96», — зрелище было самое захватывающее: оказывается, слезы, растекаясь по раскрашенным щекам, создают очень интересный узор. Но за исключением того случая, раскраска лиц — удел малолеток и Бой Джорджа.

Иссерли выбралась из машины и открыла багажник, который всегда был пуст, если не считать баллона с бутаном и маленького огнетушителя. Совместными усилиями они запихали рюкзак в багажник.

– Большое спасибо, – сказал владелец рюкзак важным и звучным голосом, который, как была в состоянии понять даже Иссерли, выдавал в нем иностранца.

Итак, переходим к одежде. Что носят настоящие мужики в отличие от всех остальных. Говорят, что вкус либо есть, либо его нет, и ничего тут не поделаешь, но на самом деле это не так, и я вам сейчас объясню, как одеваться со вкусом. Видите ли, если у стены паба поставить двадцать парней, настоящий мужик будет виден за милю. Именно он выделяется тем, что одет со вкусом, и хотя главная цель при выборе одежды — слиться с народом, особый стиль будет заметен. Всегда.

Иссерли вернулась за руль, турист сел на пассажирское сиденье, и они тронулись с места в тот самый момент, когда край солнечного диска коснулся линии горизонта.

Основное в моде трибун — это лейблы. Не огромные треугольники или глупые галочки, а маленькие росчерки или инициалы. Незаметные для клоунов, они словно огни маяка для настоящих мужиков. В золотые годы среди понимающих толк в одежде было принято носить Ellesse, Lacoste, Tacchini, Fila и Diadora, но теперь эти лейблы — старье, и настоящие мужики бегут от них как от чумы. Хотя бы по той причине, что в наши дни их можно достать где угодно и сравнительно дешево, а значит, они уже не эксклюзив. Также не следует брать спортивную одежду таких фирм, как Adidas, Nike, Umbro, Reebok и Kappa, потому что теперь, судя по всему, их покупают только прыщавые девицы. Едва ли такое годится для трибун. И кстати о спортивной одежде: в любой куртке или майке с огромным логотипом на спине вы будете выглядеть полным придурком, и в том числе по этой причине лейблы Puma, O’Neal и Penn не выдерживают критики. Также не стоит брать вещи фирм, которые могут оказаться подделкой. Пусть вы и заплатили 60 фунтов за майку от Ralph Lauren, зато парень рядом с вами, может, раздобыл свою на каком-нибудь блошином рынке всего за пятерку, и после того как он проведет три часа в поезде, смотреться она будет ничуть не хуже, чем ваша. Понимаю, это трагедия, потому что фирменные вещи действительно классные, но что если кто-то усомнится в качестве вашей одежды? Как настоящий мужик вы не можете идти на такой риск. Именно по этой причине не следует брать одежду следующих фирм:

– Какое везение! – сказал пассажир, аккуратно переворачивая картонную табличку надписью вниз и укладывая ее на колени, обтянутые оранжевыми штанами для трекинга. Табличка была аккуратно вставлена в прозрачную пластиковую папку, в которой лежала еще целая пачка бумаги, причем на каждом месте было явно написано название какого-нибудь населенного пункта. – Не так-то просто поймать здесь машину после захода солнца.

– Покупатели любят видеть товар лицом, – согласилась Иссерли.

– И их можно понять, – сказал автостопщик.

Иссерли откинулась на спинку кресла, положила руки на руль сверху и предоставила пассажиру возможность рассмотреть свой товар.

* * *

Tommy Hilfiger

Ему ужасно повезло. Если все будет в порядке, он попадет в Турсо к вечеру, а завтра окажется уже на Оркнейских островах. Разумеется, до Турсо еще ехать добрую сотню миль, но машина, едущая со средней скоростью пятьдесят миль в час – или даже сорок, как эта, – теоретически может покрыть это расстояние за три часа.

Yves Saint Laurent

Он еще не спросил у девушки, куда она едет. Возможно, она провезет его совсем недолго, а затем скажет, что ей нужно свернуть с шоссе. Однако она, похоже, уловила его намек на трудности путешествия автостопом в темное время суток, а это, скорее всего, означает, что она не собирается высадить его через десять миль где-нибудь на пустынной дороге. Скоро она с ним заговорит, это наверняка. Последняя реплика была его, так что, если он заговорит с ней сам, это будет не совсем вежливо.

Ralph Lauren

У этой девушки явно не шотландский акцент.

Hugo Boss

Может быть, она из Уэльса? Жители там говорят очень похоже. А может, она и вовсе с континента, только явно не из одной из тех стран, которые ему хорошо знакомы.

Helly Hansen

Когда он голосует, женщины останавливаются редко. Они почти всегда проезжают мимо, причем дамы постарше неодобрительно покачивают головой, словно то, что он делает, сродни какой-то безрассудной выходке – типа кувыркания на проезжей части дороги, а молодые девушки косятся на него так раздраженно и нервно, словно он уже забрался к ним в машину и начал приставать. Но эта девушка была совсем другой. Она встретила его очень приветливо, а сейчас без стеснения демонстрировала ему свою огромную грудь. Оставалось только надеяться, что она не собирается делать ему никаких предложений интимного свойства.

Calvin Klein.

По крайней мере до тех пор, пока они не доедут до Турсо.



А правильный выбор — это лейблы:

Пока она глядела вперед, он почти не имел возможности рассмотреть ее лицо, а жаль. Очень интересное лицо. Очки с такими толстыми стеклами, каких он никогда прежде не видел. В Германии водительские права не выдали бы тому, кто страдает столь серьезным расстройством зрения. Ее посадка за рулем, как ему показалось, свидетельствовала о серьезных проблемах с позвоночником. Руки большие, но при этом необычно узкие. Кожа по краю ладони от мизинца и до самого запястья, блестящая и словно ороговелая, совсем другой текстуры, чем в других местах, – вероятно, последствие пластической операции. Но грудь просто само совершенство – большая, безупречной формы. Впрочем, возможно, и это – последствие операции.

Kent and Curwen

Но вот она повернулась к нему, тяжело дыша ртом, словно ее маленький, изящный носик тоже изваян скальпелем хирурга, причем безо всякого учета действительной потребности организма в кислороде. Сильно увеличенные линзами глаза, хоть и красные от усталости, были, по его мнению, все же потрясающе красивыми. Радужные оболочки, каре-зеленые, сверкали, словно мазки какой-то экзотической бактериальной культуры под объективом микроскопа.

Burberry

* * *

Duffer of St George

– Итак, – сказала она, – что вам нужно в Турсо?

Ted Baker

– Не знаю, – ответил он. – Возможно, что ровным счетом ничего.

Henry Lloyd

Только теперь она заметила, какая у него великолепная фигура. Обманчиво худощавая, но на самом деле необычайно мускулистая. Он, наверное, смог бы бежать следом за медленно едущей машиной целую милю.

Paul Smith

– И что вы будете делать в этом случае? – спросила она.

SixEightSevenSix

Он скорчил гримасу, которая, как догадалась Иссверли, у представителей его народа означала то же самое, что у британцев – пожатие плечами.

Versace

– Я еду туда, потому что я там никогда не был, объяснил он.

Dolce and Gabbana

Подобная перспектива, судя по всему, казалась ему одновременно и скучной, и захватывающе интересной. Густые светлые брови нависали над его бледно-голубыми глазами, словно два снеговых облака.

Armani

– Вы хотите пересечь всю страну? – подсказала Иссерли.

Helmut Lang.

– Да. – Это утверждение в его устах прозвучало подчеркнуто твердо и решительно, словно произнести его было равноценно восхождению на небольшую гору, для которого требовалось определенное усилие, но при этом не надменно. – Я стартовал в Лондоне десять дней тому назад.

Кроме того, если вы предпочли бы носить все только английское, приглядитесь к Dr Marten. То, что они выпускают, — высший класс.

Stone Island — еще одна фирма, всемирно признанная среди настоящих мужиков (особенно среди болельщиков клубов за пределами Лондона) и ставшая в последние годы законодателем моды для тех, кто одевается стильно и небрежно. Вообще, если у вас есть сомнения насчет какого бы то ни было лейбла, бросьте все и ищите ближайший магазин Stone Island. Не ошибетесь.

– Путешествуете в одиночку?

– Да.

Обычный настоящий мужик (если такое понятие применимо) облачен примерно следующим образом: ботинки Dr Marten или Timberland; джинсы Levi 501s, Lois, Pepe или даже Dr Marten; рубаха с длинным или коротким рукавом (или футболка, или водолазка) одной из вышеперечисленных фирм; и если холодно, то обычный свитер от Henry Lloyd или Stone Island. Цвета в любом случае подбирать надо тщательно, но, как правило, предпочтительнее одежда пастельных тонов. Все яркое и кричащее навлечет на вас насмешки и внимание Старины Билла[50], — а полисменов и так раздражает, что вы одеты лучше них. Не носите розовое (понятно почему) и никогда не надевайте одежду цветов команды-соперника. Свитера с блестками и пиджаки с люрексом также давно вышли из моды, и не случайно. Ибо кто хочет выглядеть как Ронни Корбетг[51] или Джимми Тарбак в неудачный для них день?

– Впервые?

И, наконец, вы надеваете самый главный предмет экипировки настоящего мужика — куртку для гольфа[52]. Этот самый важный элемент одевается поверх всего. Любой настоящий мужик определит, какой фирмы куртка, даже не глядя на этикетку (при наличии таковой). По стилю и покрою вышеозначенной куртки будет ясно, вы настоящий мужик или нет, и, может, даже кто-то поймет, за какой клуб вы болеете.

– В детстве я объездил всю Европу вместе с претками (последнее слово было первым в его речи, которое Иссерли не сразу поняла, – в основном его английский был весьма неплох). – Но тогда я видел все глазами моих претков. Теперь я хочу увидеть все своими собственными глазами.

Он нервно взглянул на Иссерли, словно внезапно осознал, что подобная откровенность нелепа, когда говоришь с незнакомцем.

Жизненно важно, чтобы вы правильно подобрали данную деталь экипировки. Поэтому лучше всего посетить пару раз избранный вами стадион и понаблюдать за мужиками в их естественной среде обитания. Посмотрите, как они себя ведут, что носят, а потом пойдите и купите то же самое. Верный способ. Однако ни для кого не секрет, что некоторые даже в костюме от Armani будут выглядеть как мешок картошки, и чтобы не оказаться в их числе, не спешите с выбором. Обойдите множество магазинов, просите, чтобы продавцы что-то вам подсказали, но самое главное, смотритесь в зеркало и не позволяйте жабе душить вас. Выполняйте эти золотые правила, и вы не промахнетесь. Помните, настоящие мужики не хвастают этикетками, они и так уверены в себе.

– А ваши родители понимают вас? – поинтересовалась Иссерли. Отыскав к нему подход, она позволила себе расслабиться и слегка вдавить педаль газа.

Если вы читали внимательно, должно быть, вы заметили, что я лишь вскользь упомянул о погоде. Причина очень проста. Для настоящего мужика температура воздуха в день матча не имеет почти никакого значения. Логики тут нет и найти ее не пытайтесь. В стране, где на футбол ходят при любой погоде, казалось бы, хоть настоящие мужики должны сделать какие-то выводы. Но нет. Если ты решил стать настоящим мужиком, это значит, что зимой надо отморозить мозги. Так уж заведено. Нечувствительность к холодам и проливным дождям — такое же свойство настоящего мужика, как способность наслаждаться пивом, и так принято почти во всех клубах. Посмотрите «Матч дня» в разгар зимы, и я ручаюсь, что на трибунах за воротами вы увидите толпы мужиков, которых от проливного дождя и от мокрого снега неизменно защищают только куртки для гольфа.

– Надеюсь, что да, – ответил он, слегка нахмурившись.

Хотя было очень соблазнительно продолжать тянуть за эту пуповину, чтобы добраться наконец до того самого пупка, к которому она прикреплена, Иссерли поняла, что пассажир рассказал ей о своих «претках» ровно столько, сколько считал нужным, и дальнейшая настойчивость ни к чему не приведет. Вместо этого она спросила, откуда он приехал.

Ни для кого не секрет, что в смысле манеры одеваться джорди — без башни. Просто без башни. Даже если дождь льет, как из ведра, или снег валит густыми хлопьями, джорди все равно придут на матч в футболках или даже без них — при температуре чуть выше нуля. Я этого понять никогда не мог, и вы не пытайтесь, и не думайте следовать их примеру. Если не хотите обледенеть, конечно.