Конан вновь почувствовал желание и уже склонился к рабыням, когда двери спальни распахнулись. Откинув занавес, северянин увидел Рамазана. Сделав едва заметный кивок головой в знак приветствия, начальник королевской стражи громко произнес:

— Повелитель Кироса ждет тебя.

Девушки проснулись и чуть испуганно смотрели на высокопоставленного шемита. Возле кровати киммериец нашел новую одежду. Быстро, но не суетливо оделся, совершенно не стесняясь своей наготы, обернулся к красоткам:

— Все было отлично, — с улыбкой сказал воин. — Надеюсь, мы еще встретимся.

Закинув меч за спину, Конан последовал за Рамазаном, по бокам его сопровождали восемь «барсов». Судя по всему, король, еще больше усилил охрану дворца, и сегодня эта мера предосторожности уже не казалась северянину излишней.

Киммериец шел молча, обдумывая вчерашний разговор с Андураном. Признаться честно, Конан надеялся, что переложил проблему со своих плеч на могущественного короля. Его дело сражаться с воинами, а с колдовством пусть разбираются маги.

Однако чутье подсказывало наемнику, что главные испытания еще впереди. В речах Андурана не чувствовалось уверенности…

Миновав несколько коридоров, вооруженный отряд начал спускаться по узкой витиеватой лестнице. Северянин неплохо разбирался в закоулках дворца. Тронный зал, кабинет правителя, его личные апартаменты остались далеко позади. Конан с интересом осматривался по сторонам.

Гладкие, отполированные каменные стены без малейшего намека на украшения. Ступеньки были довольно большие, чуть изогнутые, что позволяло лестнице совершать довольно резкий спиралевидный оборот. Обзор отсутствовал полностью.

Но вот спуск закончился, и группа оказалась перед массивной металлической дверью. Возле нее находились четыре солдата, полностью закованные в броню. Шлем, кираса, высокие поножи, длинный овальный стальной щит, а в руках широкие обнаженные мечи.

Рамазан что-то скомандовал «барсам», и они дружно повернулись к стене. Взгляд на Конана и извиняющая улыбка на губах:

— Это просьба, а не приказ.

— Пожалуйста, — киммериец закрыл рукой глаза.

Спустя несколько секунд, северянин и начальник стражи прошли внутрь подземелья. Охрана осталась за дверьми. Впрочем, воинов тут и так хватало. Личная стража Андурана. Крепкие фигуры, золотые доспехи, проницательные взгляды… одно слово короля, и эти парни изрубят кого угодно.

Рамазан бывал здесь часто и двигался очень уверено.

Один поворот, второй, третий… коридоры уходили в разные стороны, и запутаться в них было чрезвычайно легко. Периодически Конан видел крепкие деревянные и металлические двери. Всегда рядом находились один или два охранника.

Невольно наемник усмехнулся. И почему правители любят строить подобные лабиринты? Еще никого они не спасли. Как правило, заговорщики применяют яд, кинжал или стрелу. И всегда это становится для короля неожиданностью. Враги не предают, предают близкие друзья. От них подлости никто не ждет.

Шемит остановился перед невзрачной дверью. Два воина молча расступились. Пять шагов, и мужчины оказались в весьма интересном помещении. Ничего подобного киммериец раньше никогда не видел.

С одной стороны находились полки с различными баночками, коробочками, пузырьками. Некоторые из них были пусты, но большинство были заполнены жидкостями разного цвета. Тут же лежали пучки трав, высохшие трупики мелких животных, хвосты, лапки, клубки грязной шерсти и еще тысячи бессмысленных на первый взгляд предметов. Прямо напротив двери располагался огромный стеллаж с книгами. Он уходил под самый потолок. Гигантские потрепанные фолианты, крошечные, не больше ладони, книжонки, десятки древних свитков…

Однако правая стена произвела на северянина наибольшее впечатление. На полках лежали драгоценные браслеты, медальоны, изделия из золота, россыпи драгоценных камней, кинжалы, сабли и разнообразные доспехи. В самом углу находилась черная броня, в которой Конан впервые увидел Андурана, — тогда она спасла волшебника во время схватки с Золотым Павлином. Удар демона был страшен, но доспехи сумели защитить будущего короля Кироса.

В центре комнаты стоял квадратный деревянный стол. Над ним склонился Андуран и два его придворных мага. Услышав звук открывающейся двери, чародеи подняли головы и выпрямились. Слабо улыбнувшись, правитель промолвил:

— Как отдохнул, Конан?

— Отлично, — ответил киммериец. — Благодарю тебя за… щедрость.

Несмотря на любезные слова, в движениях Андурана отчетливо ощущалась усталость. Сразу было видно, что ночь у волшебника выдалась нелегкой. Вряд ли он хоть на мгновение сомкнул глаза. Оперевшись на край стола, владыка города задумчиво произнес:

— Мы пересмотрели все колдовские книги. Нельзя сказать, что успехи велики. Как и следовало ожидать, демоны оказались очень древними. Они упоминаются довольно часто, но нигде нет ни имен, ни заклинаний. Рат надежно похоронил эту тайну. Но зато нам удалось найти полное описание легенды. Кое-какие детали прояснились. В тот момент, когда Сиптах назвал имена чудовищ, проснулись не только они, но и стихии, им подвластные. А самое главное — замки-темницы стали видны. Значит, мы сможем их найти.

— Зачем? — удивленно спросил северянин.

— Дело в том, что демоны еще не освобождены от оков. Атхемон не имеет полной власти над ними, и способен вызывать монстров лишь на короткое время. Армия Аль Зебаха заставила колдуна раскрыть свои тайные намерения. В книге сказано, что после пробуждения чудовища наберут силу только через двести двадцать два дня. Я применил все известные мне заклинания, чтобы узнать, когда Сиптах свершил свое зло.

Он искусно это скрывает, но думаю, демоны проснулись не более трех лун назад. Их размеры еще невелики. Так что время у нас есть.

— К чему ты клонишь? — не понял Конан.

— В каждом замке, в центральном зале, есть золотая табличка с письменами. На ней начертано имя заключенного демона и заклинание, способное вновь усыпить его. Надо громко их прочесть, и колдовство Атхемона потеряет силу. Чудовище вновь будет надежно заковано еще на тысячи лет.

— Как все просто, — снисходительно усмехнулся наемник. — Но где находятся эти крепости? Ведь их никто и никогда не видел.

Король склонился над столом. Только сейчас киммериец заметил, что на нем разложена очень подробная карта Хайбории. Проведя рукой по листу, правитель Кироса уверенно сказал:

— Они здесь! В легенде говорится только об этом материке. Скорее всего, замки где-то на самых окраинах… Демоны наверняка уже проявили себя. Им постоянно нужна пища. Удаляться от своей тюрьмы они не могут, но местные жители и так должны почувствовать близость чудовищ. Сила кровожадных убийц растет с каждым днем.

— Ерунда! — воскликнул северянин. — Хайбория раскинулась на тысячи лиг. На то, чтобы ее пересечь, уйдут годы. А на поиски не хватит и жизни.

— Не совсем так, — возразил Андуран. — Любая территория имеет магическую энергию. Для умелого колдуна это лучшая карта. Новый сильный всплеск всегда заметен. И я его чувствую. Меня словно тянет в четыре разные стороны. Определить примерное место вполне возможно.

Заложив руки за спину, воин внимательно смотрел на волшебника. Конан уже уловил ход его мыслей и сейчас обдумывал ситуацию. Когда он скакал в Кирос, то думал, что могущественный повелитель города найдет решение попроще. Однако все складывалось иначе.

Путешествие предстояло очень длительное, крайне рискованное и с незначительными шансами на успех. Остановить это киммерийца не могло, но и положительных эмоций не добавляло. Воин видел демонов в деле и знал, на что они способны. А уж если их сила растет… Принять решение было непросто.

— Когда мы отправляемся? — поинтересовался наемник.

Подняв голову, король негромко произнес:

— Сегодня. Но тебе придется обойтись без меня. Я не могу оставить город на произвол судьбы. Сиптах прекрасно знает, кто является правителем Кироса; Только это удерживает его от открытого нападения на Шем. Мы будем готовиться к обороне. Ведь должны же вы куда-то возвращаться…

Еще один неожиданный удар. Конан взглянул в глаза волшебника. В них не было ни страха, ни лукавства. Андуран говорил чистую правду, и это решение далось ему нелегко. Надеяться и ждать куда тяжелее, чем действовать. Выдержав паузу, король со вздохом продолжил:

— Дорога предстоит трудная. Чем ближе вы подойдете к замку, тем сильнее будет сопротивляться демон. Врагов он чует издалека. Любыми способами это исчадие зла попытается вас убить. Помните, чудовищам подчиняются стихии мира! Колдовство бывает непредсказуемо и очень изобретательно.

— Я уже знаком с колдовством, — вымолвил киммериец. — Надеюсь, нас ожидают хорошие лошади. Не выношу тонконогих изнеженных созданий. Они красивы, но весьма непрактичны. Путь предстоит неблизкий.

— Никаких лошадей! — тотчас отреагировал повелитель города. — На подобные экспедиции не хватит времени. Вы отправитесь сразу на место с помощью моих волшебных зеркал. Находясь в уединении, я таким образом наблюдал за происходящими в Хайбории событиями. После восхождения на трон их пришлось спрятать в глухой лесной чаще. Теперь моя предусмотрительность оказалась полезной.

Почесав затылок, воин изумленно сказал:

— Отлично! На облаке я уже путешествовал… — неожиданно Конану в голову пришла ужасная мысль. — Андуран! А кто же прочтет эти проклятые письмена Нергала? Я могу убить десяток солдат, раскроить череп хищнику, схватиться с демоном, но разбираться в древних рукописях…

— Я подумал об этом, — улыбнулся король.

Он три раза хлопнул в ладоши, и дверь в комнату снова открылась. Северянин почувствовал оценивающий взгляд на своей спине. Наемник резко обернулся, но никого не увидел. А если сказать точнее, то никого не оказалось на уровне глаз. Перед ним стояла маленькая хрупкая девушка лет двадцати трех. Худенькая, с изящной фигурой, едва заметной грудью и длинной шеей. Ее лицо было скорее привлекательное, чем красивое. Тонкий нос, четко очерченные линии подбородка, небольшие ямочки на щеках. Крупные зеленые глаза с длинными ресницами и распущенные по плечам светлые волосы. К своему удивлению, Конан не смог сразу определить, из какой она страны. Похожа на северянку, но слишком мелковата. Ни в Киммерии, ни в Асгарде, ни в Гиперборее воин таких не встречал. Для южанки у девушки слишком белая кожа. Представительница Востока? Вряд ли. У кхитаянок особый разрез глаз, у вендиек гораздо темнее волосы. Гирканка? Тоже не похожа. Киммериец был в растерянности. Наконец, наемник пришел в себя.

— Это, что издевательство? Малышка не одолеет и десяти лиг. Нести ее конечно нетрудно, но какой смысл? Мне понадобятся крепкие здоровые солдаты, а не…

Закончить воин не успел. Блондинка прошла чуть вперед и красивым мелодичным голосом проговорила:

— Он очень силен, но крайне неучтив, наставник. В пути с ним будет нелегко.

— Весьма точное замечание, — добродушно усмехнулся волшебник. — Пора вас познакомить. Это, — Андуран указал на северянина, — знаменитый Конан-киммериец. Отчаянный пират, наемник, вечный ловец удачи. А это — моя лучшая ученица Селена. Она обладает потрясающими способностями и порой удивляет даже меня. Ей не хватает сосредоточенности, но… это придет со временем. Ведь девушка еще так молода.

— И ты что, доверяешь столь ответственное дело юной красотке? — не мог успокоиться Конан.

— Внешность часто бывает обманчива, — возразил король. — Селена имеет значительный магический потенциал. И хотя ее возможности в колдовстве ограничены, она упорно и много читает. Девушка знает почти все языки Хайбории и несколько древних, давно утраченных человечеством. Лучше нее с заданием никто не справится.

— Ладно, тебе виднее, — пожал плечами киммериец.

Правитель сделал кивок ученице, и она быстро вышла из комнаты. Наемник не стал даже провожать ее взглядом. Маленькая, но наглая и высокомерная особа. А все почему? Волшебница. Тьфу. Можно одним ударом кулака размазать по полу. Нет, Конан определенно не испытывал симпатий к этой породе. Однако любопытство было присуще и ему. Как только дверь закрылась, воин тихо спросил:

— Откуда родом эта крошка?

— Я точно не знаю, — честно сказал Андуран. — Она не хочет открывать своего прошлого. Из отдельных реплик и откровений можно сделать вывод, что Селена родилась где-то в Пограничном Королевстве. Но это лишь догадка. Судя по манерам, девушка из богатой семьи и получила хорошее воспитание. Затем несколько лет скитаний. Ко мне она пришла грязной, нищей, в разорванной одежде и с непомерной гордыней. Ее стремление учиться, упорство в достижении цели поразили меня.

— Странно, — вымолвил северянин. — Я думал, что о людях ты знаешь все.

— Я волшебник, а не бог, — резонно заметил повелитель Кироса.

Конан подошел к столу и внимательно посмотрел на карту. Города, реки, горы, дороги и караванные пути. Многое ему было хорошо знакомо. Вот Зингара, Аргос, граница с Шемом, Асгалун… чуть выше Коф, Офир, а восточнее Коринфия и Замора… Город воров Шадизар. Ловко его там раздели… Но ничего, когда-нибудь он туда вернется!..

К воину приблизился Андуран.

— Ты можешь выбрать любое направление, — проговорил владыка города. — Где какой демон находится мне неведомо. Решать тебе.

Киммериец задумался. С чего начать? Юг? В Дарфаре, Кешане, а тем более в Черных королевствах слишком много врагов. Эти места плохо изучены. Сразу так рисковать не стоит. Отправиться на восток? А вдруг замок находится за Вилайетом. Безграничные гирканские степи. С кочевниками договориться чрезвычайно тяжело. А если Кхитай? Нет, слишком далеко двинуться на север? Знакомые, родные места, а главное, очень давно покинул их Конан. Сейчас там лето. А вот это мысль! Через несколько лун в Нордхейме наступит суровая зима. Метели, снежные бураны, глубокие сугробы. В горах не пройдешь ни по одному перевалу. Выходит, что и выбора нет.

Положив руку на северную часть материка, воин произнес:

— Мы пойдем сюда.

— Разумно, — кивнул головой Андуран. — У меня есть волшебное зеркало в северной части Киммерии. Примерно в двадцати лигах начинаются Иглофийские горы. Вы преодолеете их и окажетесь в Асгарде. Если там замка не окажется, двинетесь на запад через Синие горы в Ванахейм. Ну, а дальше… тундра и ледяная пустыня.

— Веселенькое предстоит путешествие, — с усмешкой вымолвил наемник.

Дверь в комнату открылась, и вошла Селена. За это время она успела переодеться. Кожаные сапоги, узкие штаны, просторная рубаха, широкий пояс с золотой пряжкой, короткий кинжал и маленькая фляжка. Сверху был наброшен коричневый плащ, подбитый мехом, а волосы собраны в пучок и спрятаны под шапку. Сейчас девушка напоминала мальчика-подростка. Столь превращение произвело впечатление на киммерийца.

— Так-то лучше, — негромко пробурчал он себе под нос.

Выдержав небольшую паузу, король со вздохом сказал:

— Пора отправляться. Я дам вам в сопровождение своих лучших солдат. Они преданы мне безгранично и в трудный момент не подведут. Северянин молниеносно вздернул голову.

— Повелитель, у меня есть собственные люди. Да, они наемники, алчные и продажные, но я им верю. Каждый из них был на грани гибели во время сражения с демонами. Тем не менее, солдаты прибыли со мной в Кирос, прекрасно зная, что война с чудовищами только начинается. Пусть их приведут. Они должны сделать выбор сами.

— Хорошо, — согласился правитель Кироса. — Рамазан, пригласи сюда наемников.

— Слушаюсь, — начальник королевской стражи почтительно поклонился.

Заложив руки за спину, Андуран задумчиво проговорил:

— Конан, есть еще одна проблема. Мое могущество не безгранично. За один раз волшебное зеркало способно перенести лишь пять человек. Мне потребуется несколько дней, чтобы восстановить его силу. Так что хорошо подумай, выбирая спутников.

Квадранс спустя солдат привели в подземелье. Церемониться с ними не стали, и все воины оказались с завязанными глазами. Наемники нервно топтались на месте, даже не догадываясь, что их ожидает. Но вот охранники сняли повязки. С трепетом и страхом мужчины осматривались по сторонам. В полутемном низком коридоре их окружала стража, закованная в доспехи и с обнаженным оружием. Вскоре одна дверь открылась. Навстречу воинам вышел Конан.

— Здравствуйте, друзья. Надеюсь, вы хорошо отдохнули после длительной дороги?

— Да. Конечно. Отлично, — послышались одновременные возгласы солдат.

Северянин поднял руку, требуя тишины.

— Я сегодня отправляюсь в логово демона, — глядя в упор на наемников, вымолвил гигант. — Мы двинемся в Киммерию, а оттуда в Нордхейм. Что нас ждет, вы прекрасно знаете. Возьму только добровольцев. Оплата самая щедрая. Получите столько золота, сколько увезете.

Глаза многих воинов вспыхнули. Несмотря на огромную опасность, ради денег они были готовы рискнуть. Отступили чуть назад лишь кушит, туранец и один из шемитов.

Теперь предстояло назвать имена. Чуть подумав, Конан остановился на аквилонце и высоком крепком шемите. Первого звали Валер, и он родился в Галпаране. Этот город являлся столицей Гандерланда, самой северной провинции Аквилонии, а значит, парень привычен к холоду и местному ландшафту.

Второго родители нарекли Зебахом. Местом его рождения являлся Эрук. Темноволосый, со смуглой кожей, резкими чертами лица и чуть узковатыми глазами парень был очень вынослив, и киммериец обратил на него внимание еще во время перехода к Киросу.

Остальным воинам тотчас завязали глаза. Сделав кивок головой, северянин двинулся к крепкой деревянной двери, обитой металлическими пластинами. Здесь троицу уже поджидали Андуран и Селена. Узкая комната оказалась практически пустой. У дальней стены находилось большое овальное зеркало, а справа полка с оружием и доспехами.

— Я решил взять одного вашего человека, — с порога заявил Конан.

— Нахор! — громко крикнул правитель и хлопнул в ладоши.

В помещение тотчас вбежал коренастый, широкоплечий воин в золоченых латах. Маска шлема закрывала его лицо, и разглядеть можно было только карие глаза, в которых отчетливо читалось послушание и преданность.

— Пойдешь с Конаном, — приказал король. — Подчиняешься каждому его слову.

— Будет исполнено, повелитель, — отчеканил солдат. Андуран кивнул головой в сторону полки — Берите с собой, что хотите. Если чего-то не хватает, слуги тотчас выполнят любое ваше желание.

Хлопнув Нахора по плечу, северянин доброжелательно сказал:

— Снимай эти железки. В них далеко не уйдешь, да и, признаться честно, в Киммерии они будут смотреться странно. Мы не должны привлекать к себе излишнее внимание. Простые путники в доспехах не ходят.

Воин безмолвно снял шлем. Типичный шемит. Широкое смуглое лицо, темные волосы, густая короткая борода…

Тем временем, наемники выбирали оружие и снаряжение. В качестве защиты и Валер, и Зебах избрали плотные кожанки. Они хорошо облегали тело и под плащом не особенно бросались в глаза. Кинжал на поясе, меч за спину. Колчан со стрелами через плечо. Все до единого и даже Селена выбрали тугие туранские луки. Это оружие позволяло стрелять далеко и очень точно.

Завершали экипировку большие кожаные сумки. Запас еды, товары для обмена и, конечно, золото. Правитель Кироса не скупился и насыпал его каждому воину столько, что можно было купить половину Нордхейма.

Примерно через три четверти колокола отряд был готов к путешествию. Король подошел к девушке, сказал ей что-то на ухо и положил в сумку несколько странных предметов.

— Мы готовы, проговорил Конан.

— Да поможет вам светлоликий Митра! — вымолвил Андуран. — Я буду вас ждать через одну луну на закате. Надеюсь увидеть всех живыми и невредимыми.

Последние слова звучали чуточку фальшиво. Правитель города произнес их лишь для поддержания морального духа. Воины прекрасно понимали, что сражение с демонами без жертв не обойдется. Вопрос лишь в том — удастся ли им, вообще, выполнить свою миссию. Тем временем, волшебник подошел к зеркалу и очень медленно, осторожно провел ладонью по его гладкой поверхности. В первый момент ничего особенного не произошло. Но вот король начал, тихо шептать заклинания. Наемники хоть и слышали некоторые фразы, тем не менее, не могли разобрать ни слова. Древний, давно забытый, магический язык…

Селена стояла чуть впереди. Ее тело напряглось, глаза были устремлены на учителя, девушка, словно губка, впитывала каждый звук, каждое движение. Хрусталь зеркала вдруг засветился удивительным голубым светом. Теперь поверхность уже ничего не отражала, превратившись в легкую дымку.

— Пора, — произнес Андуран.

Не испытывая страха и не колеблясь ни мгновения, киммериец смело шагнул в зеркало.

Глава третья

Колдовской переход оказался мгновенным, и северянин ничего не заметил. Спустя мгновение, он вышел среди зарослей густого кустарника. Вытащив меч, Конан прорубил себе дорогу.

Обернувшись, киммериец увидел точно такое же зеркало, какое стояло в подземелье волшебника.

Следом за ним появилась Селена. Сразу за девушкой выпрыгнул Зебах. Последними были Нахор и Валер.

Путников окружал неприветливый лес. Чувствовалось, что человек сюда заходит крайне редко.

Сквозь густую листву высоких деревьев солнечный свет пробивался с большим трудом. Несмотря на раннее утро в чаще царил синеватый полумрак.

Северянин взглянул на зеркало. Поверхность перестала светиться, дымка исчезла, а хрусталь приобрел свой обычный вид.

— Чудеса! — не скрывая восхищения, выдохнул Валер. — Мы преодолели сотни лиг за одно мгновение. Неужели это, и, правда, Киммерия?

— Не сомневайся, — вымолвила девушка. — Разве в Шеме растут подобные деревья?

— Что верно, то верно, — согласился аквилонец. — Почти как у меня на родине…

— Укройте хорошенько зеркало, — скомандовал Конан. — Я не хочу, чтобы какой-нибудь проходимец его нашел и утащил. Тогда до Кироса придется добираться несколько лун.

Воины тотчас бросились выполнять приказания. Спустя несколько мгновений заросли кустарников были умело восстановлены. Киммериец придирчиво осмотрел работу и остался доволен. Повернувшись к Селене, он иронично спросил:

— Куда теперь?

— На север, — уверенно сказала девушка. — В трех днях пути должна быть деревня.

Сориентироваться оказалось не так-то просто, но Конан решительно двинулся вперед. Отряд торопливо направился за вожаком.

Шемиты шли в середине группы и с опаской посматривали по сторонам. Им, рожденным в пустынных районах, такое количество растительности казалось удивительным и пугающим. Из-за густых зарослей видимость терялась уже в сотне локтей от человека. Шелест листьев, крики птиц, хлопанье крыльев и далекий вой создавали иллюзию близкой опасности.

Впрочем, ни на киммерийца, ни на его юную спутницу это не оказывало ни малейшего воздействия. Ломая сучья и ветки, мощный северянин быстро преодолевал лигу за лигой.

Первый привал Конан сделал лишь, когда начало темнеть. Наемники едва держались на ногах. О Селене и говорить не приходиться. Девушка повалилась в густую траву и долго лежала без движения. Снисходительно улыбнувшись, северянин начал разжигать костер.

Разогрев на огне кусок мяса, и насадив его на острие кинжала, гигант подошел к маленькой волшебнице и легким движением руки усадил ее. Голова бедняжки бессильно качалась из стороны в сторону. Она уже спала. Повернувшись к аквилонцу, киммериец негромко сказал:

— Валер, дай мне мех с вином.

Получив флягу из рук воина, Конана приложил горлышко к губам Селены. В полудреме она сделала несколько жадных глотков и открыла глаза.

— Вот и хорошо, — улыбнулся северянин. — Тебе надо поесть.

— Я не могу, — прошептала девушка. — Спать, только спать…

— Ешь! — твердо произнес киммериец, поднимая с колен кинжал с мясом. — Иначе завтра ты упадешь на середине пути.

Тяжело вздохнув, бедняжка начала медленно жевать. Давалось ей это с большим трудом. Время от времени, Конану приходилось расталкивать Селену. Она засыпала даже сидя, с набитым ртом.

Мучение длилось не меньше квадранса. Наконец воин позволил спутнице лечь. Подложив ей под голову сумку и укрыв плащом, северянин направился к костру. Сучья жарко горели и потрескивали. Подбросив еще несколько больших веток, киммериец сам надолго приложился к фляге. Слева сидел Зебах, напротив Валер, а Нахор бродил где-то в лесу в поисках дров.

— Она не выдержит, — едва слышно вымолвил щемит. — Мы совершили всего один переход, а сколько их еще будет…

— Ты плохо разбираешься в женщинах, спокойно заметил Конан. — В этой крошке скрыта чудовищная сила. За весь день она не проронила ни слова, не попросила о помощи и даже ни разу не остановилась. Сжатые зубы, твердая походка и безмерное упорство в глазах. Андуран редко ошибается в людях. Я специально двигался сегодня так быстро… испытание на прочность.

— Признаться честно, — вставил аквилонец. — Оно и нам далось нелегко.

— Это хорошо, — рассмеялся северянин. — Дежурить будем по очереди. Начну я, затем Зебах, Нахор и последним — ты, Валер. Девочку трогать не станем.

Ночь прошла довольно спокойно. В этой чаще ожидать нападения грабителей не приходилось, а хищники боялись огня и близко к костру не подходили. Ранним утром аквилонец поднял отряд. Слишком дорого было время, чтобы тратить его на долгий сон. Быстро позавтракав, путники двинулись дальше. Им предстояло преодолеть огромное расстояние.

В середине третьего дня воины вышли на проселочную дорогу. Селена оказалась права, где-то поблизости находилась деревня. Невольно Конан пошел быстрее. Кровь в нем заиграла. Родные места! Как же давно он здесь не бывал…

Так хотелось услышать знакомую речь, увидеть рубленные деревянные дома, выпить крепкого киммерийского вина. Оно не так приятно на вкус, как шемитское, но за душу берет быстро и надолго.

Судя по следам копыт, глубоким полосам от колес повозок и пожухшей траве, дорогой пользовались часто. Направление тоже было выбрано правильно. В долине раздался рев быков. Еще пара лиг — и путники вышли на огромное свежевспаханное поле. В стороне паслось стадо коз, а чуть дальше виднелись дома киммерийцев.

— Интересно, как здесь встретят? — с опаской сказал Зебах.

— Мой народ добр и справедлив, — откликнулся Конан. — Если приходишь с миром, тебя накормят и напоят. Гостям здесь всегда рады. Странники редко посещают Киммерию и Нордхейм. Слишком суровый и холодный край…

Воины быстро двинулись по дороге. Их заметили издалека. В деревне наблюдалось необычное оживление. Люди куда-то спешили, то и дело мелькали солдаты с оружием. Невольно наемники поправили мечи и кинжалы, чтобы успеть их вовремя вытащить, если придет нужда.

Вскоре навстречу путникам вышла группа людей. Впереди шествовал седой старец, за ним следовали шестеро солдат — высокие сильные мужчины с длинными русыми волосами. Характерной особенностью у всех были очень длинные носы. Со стороны это смотрелось даже чуть смешно. Узкие, грубоватые лица, светлые бороды, голубые и серые глаза слишком резко контрастировали с этой особенностью воинов. На киммерийцах не оказалось доспехов, и только их головы покрывали плотные кожаные шапки. Остановившись, солдаты выставили вперед копья.

— Райды, — разочарованно заметил Конан.

— Кто? — не понял Зебах.

— Райды, — повторил северянин. — Одно из племен киммерийцев. Я знаю их не особенно хорошо, хотя законы везде одинаковы.

— Кто вы, чужестранцы? — спросил старик. — Откуда и куда идете?

Шемиты недоуменно переглянулись. Они никогда не слышали такого языка. Не понимал киммерийцев и Валер, но аквилонец ожидал чего-то подобного. Столкновения между провинцией Аквилонии и северным соседом были нередким явлением.

— Мы мирные странники, — спокойно ответил Конан. — Идем издалека, а путь наш лежит в Нордхейм.

— Торговцы? — удивленно уточнил райд.

— Нет, — гигант отрицательно покачал головой.

Внимательно посмотрев на мечи и луки чужаков, старик иронично произнес:

— Вы отлично вооружены. Хотя вас всего пятеро, сразу видно, что любой напавший на ваш отряд получит достойный отпор.

Киммериец с улыбкой развел руки в стороны:

— На дорогах сейчас шалят многие. Приходится искать надежных и верных спутников. А оружие… Разве можно без него путешествовать?

— Ты — канах, — уверенно сказал предводитель райдов. — Я старейшина племени Бодран, а откуда твои люди? Вид у них необычный.

— Мы из разных мест, — осторожно вымолвил северянин. — Кто из Аквилонии, кто-то из южной страны Шем. Меня зовут Конан.

— Добро пожаловать в нашу деревню, Конан, — старейшина махнул воинам, чтобы они убрали оружие. — Живем мы небогато, но вино и мясо есть всегда.

— А в связи с чем такие меры предосторожности? — осторожно поинтересовался киммериец, кивая в сторону солдат.

Бодран на мгновение замешкался. Ответить сразу он не решился. Лишь когда мужчины достигли первых домов, райд, понизив голос, проговорил:

— Вокруг происходит нечто странное. За последние две луны произошло слишком много несчастий. Сначала на нас напали асиры. Обычная приграничная стычка. Воины помахали мечами, несколько человек получили ранения… Врагам удалось угнать небольшое стадо коз и украсть трех женщин. Мы начали их преследовать. И тут подул такой сильный ветер, что в горах начался обвал. Гигантские камни завалили и беглецов, и передовой отряд. Семнадцать человек отправились на Серые Равнины. Не прошло и пяти дней, как вдруг случилась новая беда. Огромный медведь напал на мальчишек-пастухов. Подлый зверь разорвал троих на куски и разогнал быков по лесу. А спустя еще одну луну в небольшом озере, что в двадцати лигах отсюда, невесть откуда поднявшаяся волна перевернула лодку и утопила четверых рыбаков.

— Может, это цепь случайностей? — пожал плечами северянин.

— Может быть… — неуверенно сказал старик. — Но я слышал, что в соседних племенах тоже стали слишком часто оплакивать мертвых. На востоке разбойничают гиперборейцы, на туногов напали ваниры, а с запада, впервые за долгие годы, вторглись пикты. Когда-то дед рассказал мне легенду о сражении Крома и Имира. Ледяной бог хотел подчинить себе всю Киммерию, но просчитался. Кром вырвал из гopы огромный камень и швырнул его в Имира. Тому пришлось убраться восвояси.

— Я знаю эту историю, — кивнул головой Конан.

— В народе говорят, что на ледяных равнинах вновь появился бог, — едва слышно произнес Бодран. — Сейчас сезон ловли рыбы, но ваниры боятся выходить в море. Многие племена потихоньку уходят к югу. Именно из-за этого участились военные столкновения. В Киммерии стало слишком тесно.

— И вы приняли нас за врагов? — уточнил наемник.

— Что поделаешь, — старейшина развел руки в стороны. — Ошибки неизбежны.

Отряд вошел в деревню. Она была довольно большой. Судя по всему, здесь проживало больше тысячи человек.

Хаотичная застройка создавала значительные трудности с ориентацией.

Никаких улиц, линий и заборов. Дома располагались на пригорках, в ложбинах, возле самого леса и совсем рядом с засеянными ячменем полями. Общепринятых правил местные жители не придерживались.

О постройках надо сказать особо. Шемитов, привыкших жить на свежем воздухе, а порой и под открытым небом, они буквально шокировали. Сооружения киммерийцев представляли собой наполовину дом, наполовину землянку.

Бревенчатый сруб поднимался на поверхность от силы на три локтя и имел треугольную форму, постепенно понижающуюся к задней части строения. Внутрь вела единственная дверь. Не было даже намека на окна, лишь грубовато вырубленный дымоход под самой крышей.

Объяснялось все довольно просто. Несмотря на то, что Киммерия ограждалась со всех сторон высокими горами, холодные ветры с севера, и особенно с севера-запада, тем не менее, частенько прорывались на ее просторы. Снежные сугробы достигали четырех локтей, а метели длились по десять-двенадцать дней. В таких условиях можно было выжить лишь в очень теплых домах. Спасаясь от пронизывающего холода, местные жители избрали самый надежный и простой вариант. Основная часть жилья находилась под землей, а на поверхность выходила лишь небольшая дверь.

Старик повел чужаков в самый центр поселения. Дома там оказались побольше и явно побогаче. Со всех сторон сбегались дети и женщины, чтобы посмотреть на чужаков. Путешественники редко заходят так далеко на север.

Сразу бросалось в глаза, что на местных красотках практически отсутствуют украшения. Одежда из грубого домотканого полотна, очень длинная и практически полностью скрывающая фигуру. Платья имели прямой покрой, перехваченный в талии кожаным или шерстяным поясом. Изредка на горловине и рукавах виднелся примитивный вышитый узор.

Внешний вид райдов слегка оживляли жилетки, плащи из кожи и шерстяные накидки. На некоторых детях были накидки из шкур.

Особой красотой киммерийки не отличались. Крупная фигура, высокая большая грудь и простоватое, слишком резко очерченное лицо. Все черты казались какими-то грубыми, недоделанными, жесткими. Исключение составляли лишь глаза, огромные, миндалевидные и очень светлые, — у большинства киммериек они имели голубой или серый оттенок.

Девушки шептались, едва заметно подсмеивались над чужестранцами, но явно свои эмоции не проявляли. Мужчины были еще более сдержанны. Они стояли в стороне, молча, опираясь либо на копье, либо на мотыгу.

Постепенно толпа увеличивалась. Слух о странных путниках быстро разнесся по деревне.

Группа остановилась у большого строения, шириной не меньше десяти локтей и возвышающегося примерно на пять. Возле двери стоял мужчина лет сорока с длинными волосами, чуть припухшими губами и длинным красноватым шрамом, проходящим через левую щеку и половину шеи. Меч врага чудом не разрубил ему голову.

— Я Рорик, вождь племени райдов, — громко произнес киммериец. — Рад приветствовать гостей и прошу их разделить со мной скромную трапезу.

Конан быстро окинул вождя взглядом. Мягкие кожаные сапоги, простые штаны, отменно сшитая белая рубаха и ярко-красный немедийский плащ. На туго затянутом поясе в поножах из бычьей кожи висел узкий кинжал с богатой инкрустацией. В основании рукояти сверкал огненно-красный рубин. Без сомнения, это аквилонская работа. Откуда он у Рорика, гадать не приходилось. Северяне мало торгуют и на подобную безделушку вряд ли раскошелятся. Значит, оружие досталось райду как военный трофей.

— Мы с удовольствием примем приглашение, — ответил наемник.

Вождь кивнул Бодрану и первым вошел в дом. За ним двинулся Конан.

Из помещения повеяло сыростью и затхлостью. Вокруг царил полумрак и в первое мгновение воин потерял ориентацию. Некоторое время ушло на привыкание. Осторожно ступая, северянин начал спускаться по деревянной лестнице. Ему в спину уткнулась Селена. Девушка тоже ничего не видела.

Постепенно очертания помещения прояснялись. К удивлению путешественников, оно оказалось большим и достаточно просторным. В центре находился очаг, бережно обложенный обтесанными камнями.

Сейчас в нем жарко полыхал огонь, а над пламенем на вертеле ароматно жарилась туша оленя. Две женщины средних лет поливали мясо светлым вином. От температуры оно шипело и трещало.

Справа от очага располагался большой деревянный стол, а по бокам стояли длинные прочные скамьи. Рорик жестом руки пригласил гостей сесть со стороны стены. Эти места считались наиболее почетными. Отсюда было видно все жилище и вход в него. В противоположной части помещения находились деревянные нары с кучей кое-как брошенных шкур — овечьих, козьих, волчьих… была даже одна белого медведя. По местным меркам, вождь жил весьма богато.

Тем временем, вниз по лестнице спустились семеро райдов. Четверо были седыми старцами, в их числе и Бодран, а трое — молодые крепкие парни, с кинжалами на поясе. По иерархии киммерийцев — это наиболее опытные воины, опора власти Рорика.

Назвав свое имя, местные жители садились за стол прямо напротив путешественников. Каждый из них знал свое место. Вождь оказался во главе стола, а по его правую руку — Бодран. Значит, именно он возглавляет совет старейшин. Само собой, солдаты оказались в конце скамьи. Их заслуги перед племенем были еще невелики.

Резкий окрик Рорика — и женщины суетливо забегали. Спустя мгновение, на столе появились глиняные кувшины с вином и тарелки с хлебом. Количество яств увеличивалось невероятно быстро. Жареная рыба, козий сыр, печеные фрукты, куропатки в каком-то соусе и, конечно, разрубленная на три части туша оленя.

Свежеприготовленное мясо издавало потрясающий запах. Конан почувствовал, как в животе предательски заурчало.

Подняв до краев наполненный кубок, вождь торжественно произнес:

— Выпьем за наших гостей. Восславим Крома, который привел их сюда и уберег от врагов на длинной и опасной дороге!

Склонившись к Селене, киммериец очень тихо проговорил:

— Молчи, как рыба. Только слушай. И вот еще… не пей много. Здешнее вино очень крепкое и с ног сбивает быстро.

Девушка утвердительно кивнула и разом выпила содержимое своей чаши. Наемник посмотрел на спутницу, и чуть было не расхохотался. Привыкшая к сладкому шемитскому напитку Селена проглотила всю жидкость залпом и сейчас едва дышала. У бедняжки на глазах выступили слезы. Схватив кусок сыра, девушка начала быстро его жевать.

Нравы киммерийцев просты. Кто много ест, тот крепок и силен, а значит, хорошо работает и сражается. Не церемонясь, райды отрезали от туши большие куски мяса и жадно их поглощали. За первой чашей последовала и вторая, и третья. Никаких столовых приборов северяне не признавали, и все ели руками. Гости последовали примеру хозяев, тем более, что в условиях военных походов это самый типичный прием пищи.

По мере опьянения, разговоры становились более откровенными и громкими. К середине застолья даже шемиты начали объясняться с воинами с помощью всем понятных жестов и немудреных реплик. Повернувшись к Конану, вождь достаточно откровенно спросил:

— А зачем вы идете в Нордхейм? Дикий холодный край. Неужели на юге не нашлось хорошего заработка… — Чуть подумав, Рорик добавил. — Вы что-то ищете?

— Ищем, — утвердительно кивнул головой наемник. — До одного могущественного короля дошел слух, что на севере есть удивительный замок. Тому, кто его найдет, он пообещал щедрую награду. Мы решили рискнуть.

Райд внимательно посмотрел на своих старейшин. Те слышали слова воина, но с ответом не торопились. Пожав плечами, Бодран неуверенно предположил:

— Может, это чертоги Имира? В легендах говорится, что где-то на севере Ванахейма есть ледяной дворец бога. Однако увидеть его могут далеко не все. Имир колдовством скрывает обитель от простых смертных.

— Вы сумасшедшие, — пьяно рассмеялся вождь, обращаясь к киммерийцу. — С богами тягаться могут только боги. Да ниспошлет на нас свою милость Кром. Всех вас ждут унылые Серые Равнины.

— Кто знает… — улыбнулся Конан.

Разговор длился до поздней ночи. Наемник рассказывал о южных странах, об их роскоши, обычаях, законах. Описывал города, шумные базары, величие дворцов, красоту рабынь и наложниц. Но это была не сказка. Северянин не забыл упомянуть о бесконечных войнах, набегах кочевников, кровавых мятежах и злобном колдовстве стигийцев.

О своей роли во многих событиях воин скромно умолчал. Местным жителям не стоило знать, чем занимался последние годы киммериец. Хотя райды и сами частенько промышляли грабежом. Отбить стадо у соседей и украсть несколько женщин считалось достойным уважения.

Стычки между племенами не прекращались никогда. Именно о них говорили в основном хозяева. История Киммерии достаточно бедна на события.

Вино оказалось действительно очень крепким. Ближе к вечеру упал со скамьи Нахор, а Селена уснула прямо за столом. Уставших путников хотели положить на ковры, но Конан знал, что в этом случае назавтра его друзья не поднимут головы. А с рассветом надо тронуться в путь.

Он взял несколько больших шкур, вынес их на улицу и постелил на траву. Спорить с гостем никто не стал. Шемита вывели под руки, а девушку северянин вынес на руках. Самое главное было не уронить шапку, чтобы ее собранные в пучок волосы не рассыпались…

Впрочем, райды тоже продержались не все. К середине ночи за столом остался Рорик, два его воина, Конан и Зебах. Южанин оказался весьма крепким на вино. Когда последние силы уже иссякали, северянин приблизился к вождю и тихо спросил:

— У тебя есть лошади?

— Есть, — качая головой, ответил райд. — Но мало.

— Продай! — настойчиво произнес воин.

— Нет, — вымолвил Рорик. — Они слишком дорого стоят.

— Я заплачу золотом.

Райд сквозь пелену опьянения посмотрел на собеседника.

— А что с ним делать? — плохо соображая, проговорил вождь.

— Купишь в Немедии, Аквилонии или пограничных королевствах все, что захочешь, — пояснил Конан. — Денег хватит на десять лошадей;

— Нет! — упрямо пробурчал Рорик. — Я не хочу никуда ехать…

— Ну, продай хоть одну клячу, — попросил наемник.

Мужчина вновь поднял голову; Его сознание тускнело.

— Хорошо, — еле двигающим языком согласился райд.

— По рукам! — киммериец тотчас закрепил сделку крепким рукопожатием.

Северянин проснулся с первыми лучами светлоокого Митры. В голове ужасно шумело. Как он сумел ночью выйти на свежий воздух, воин помнил плохо.

Мимо с веселым смехом пробежали грудастые девицы, где-то раздавалось громкое мычание быков и щелканье кнута. Деревня постепенно оживала.

С трудом повернув голову, Конан взглянул на мирно спящих спутников. Закутавшись в шкуру медведя, Селена тихо посапывала. Будить их было жаль.

В это время из-за соседнего дома вышла женщина лет сорока. Она поставила перед гигантом два ведра чистой холодной колодезной воды.

— Умойтесь, — улыбнулась киммерийка. — Сразу станет легче. И вот еще что… скажите девушке. Что по… необходимости женщины у нас ходят вон туда, — райдка указала на неказистое деревянное помещение чуть в стороне.

Воин с интересом посмотрел на северянку. Та снисходительно хмыкнула:

— Вы можете провести наших пьяниц, но не меня. Я девицу чую издалека.

— А куда же ходят мужчины? — рассмеялся наемник.

— Для этих бесстыдников и кустов хватает, — махнула женщина, входя в дом.

Раздевшись по пояс, Конан зачерпнул ладонями большие пригоршни воды и окатил лицо. Приятная свежесть бодрила и очищала голову. Умывшись, киммериец безжалостно стянул шкуры со спящих.

— Подъем! — скомандовал северянин.

Раздалось болезненное бормотание. Кое-как встав на четвереньки, спутники северянина с трудом пробуждались. Вскоре мужчины разбежались в разные стороны. Селена сидела на месте, мученически поглядывая на Конана. Усмехнувшись предусмотрительности райдки, киммериец молча указал девушке на постройку.

Спустя полколокола отряд кое-как пришел в себя.

Из дома вождя вышла вторая женщина и пригласила гостей к столу. Перед дорогой позавтракать не мешало. К изумлению наемника, Рорик был в прекрасной форме. Он шутил, смеялся, покрикивал на женщин.

На этот раз вино не подавали. Кувшины с молоком, хлеб, сыр и холодное мясо. Ели путники через силу. Похмелье оказалось слишком тяжелым. Конан говорил мало, ожидая, когда хозяин затронет нужную тему. О сделке прекрасно помнили оба. Трапеза заканчивалась. Тяжело вздохнув, вождь вымолвил:

— Сколько заплатите за лошадь?

Северянин достал из сумки горсть золотых монет и высыпал на стол.

— Хватит?

Рорик не был торговцем, но цену деньгам знал. Наемник не поскупился и заплатил сумму, гораздо превышающую реальную стоимость лошади. Райд это прекрасно понимал. Повертев монеты, вождь деловито сказал:

— Я дам вам в придачу два хороших копья. При переходе через горы они понадобятся.

Конан утвердительно кивнул.

Выйдя из дома, киммериец увидел невысокую, мохнатую кобылу. Судя по зубам, ей было лет восемь. Такую породу на юге не встретишь. Она легко переносит сильные морозы, пургу и метели. Похлопав лошадь по загривку, наемник одобрительно произнес:

— Неплохой товар. То, что надо…

Собравшись, отряд не спеша двинулся на север. Всю поклажу сложили на лошадь, и воины шли налегке. Путников сопровождали четверо райдов. Один из солдат был вчера за столом у вождя. Ему тоже приходилось нелегко. Нетвердая походка, зеленоватый цвет лица, мутные глаза. Остановившись на краю деревни, райд проговорил:

— Дорога идет на северо-запад. Через десять лиг будет развилка. Правая тропа ведет в Асгард, а левая к племени туногов.

— Спасибо, — поблагодарил Конан, прощаясь.

Наемники, ускоряя шаг, двинулись к лесу. Постепенно темп нарастал. Чтобы наверстать потерянное время, северянин усадил Селену на лошадь. Девушка попыталась возмущаться, но Конан бесцеремонно забросил ее в седло.

К сожалению, испортилась погода. Небо затянуло серыми низкими тучами, закапал мелкий моросящий дождь. Ветер шумел в верхушках высоких деревьев, раскачивая мощные стволы, на путешественников сыпалась хвоя и листья. Несмотря на раннее утро, в чаще царил полумрак. Время от времени шемиты настороженно осматривались по сторонам. Густые заросли их пугали. Неожиданно на дорогу вышел крупный зверь. Бурая шерсть, вытянутая морда, чуть выгнутые назад ноги, на голове большие развесистые рога. Величаво повернув голову, существо на мгновение замерло.

— Лось! — выкрикнул киммериец, хватаясь за копье. Реакция у воинов оказалась замедленной. Прежде чем путешественники натянули тетиву своих луков, животное, ломая кусты и ветки, скрылось в глубине леса. Ударив древком об землю, северянин разочарованно заметил:

— Мы потеряли запас мяса на несколько дней.

— Ничего, — махнул рукой Валер. — Дичи здесь много. С голоду не умрем. Остановимся чуть пораньше и отправимся на охоту.

— А этот… лось… не опасен? — с легкой дрожью в голосе поинтересовался Зебах.

— Нет, — усмехнулся Конан. — Он встречается довольно редко. Питается травой, листьями, корой. Но упаси тебя Кром в недобрый час попасться ему на пути. Раненый лось порой страшнее медведя. Копыта и рога — сильное оружие. Я видел, как животное распарывает животы и ударом задних ног разбивает черепа. Сильный самец иногда убивает семь-восемь волков, если эти серые твари решаться на него напасть.

— А говоришь — не опасен, — покачал головой шемит.

— Охотиться ведь надо с умом, — ответил киммериец. — На расстоянии. Несколько стрел, два-три умело брошенных копья — и лось уже на коленях. Ну, а дальше в ход идут кинжалы. Хотя, надо признать, мясо у него жестковато. С ароматной, сочной олениной не сравнишь.

— Хватит разжигать аппетит, — откликнулся аквилонец.

— Что, в животе забурлило? — рассмеялся северянин. — Значит, похмелье проходит. Еще колокол назад тебе еда в глотку не лезла.

Путешественники начали обмениваться колкими замечаниями по поводу вчерашней попойки. Больше всех, конечно, досталось Селене. Наемники буквально рыдали от смеха, когда Конан рассказывал о ее первой выпитой чаше.

Девушка пыталась отшучиваться, но делала это не очень активно. У нее и самой выступали на глазах слезы.

Отмалчивался лишь Нахор. Телохранитель Андурана был неразговорчив и реплики вставлял крайне редко. Впрочем, от остряков досталось и ему.

Вскоре группа достигла развилки. Влево уходила хорошо наезженная, достаточно широкая дорога. Судя по всему, киммерийцы пользовались ею часто, а связи между племенами были довольно тесными. Правую ветвь райд неслучайно назвал тропой. Едва заметная, петляющая, заросшая высокой травой. Пожалуй, лишь прорубленная просека точно указывала нужное направление. Контакты местных жителей с асирами носили случайный характер. Чаще всего они встречались на поле боя, когда хотели друг у друга что-нибудь украсть. Постояв немного в задумчивости, Конан уверенно махнул рукой налево.

— Идем к туногам, — произнес воин.

— Почему? — Селена в гневе соскочила с седла. — Учитель сказал, что сначала мы должны побывать в Асгарде. Если там замка нет, переправимся через Синие горы.

— Я передумал, — с равнодушным видом вымолвил северянин.

— То есть, как? — девушка даже задохнулась от возмущения. — Да кто ты такой…

— Замолчи, — оборвал ее киммериец. — У нас мало времени, и я не хочу тратить его понапрасну. Демон наверняка в Ванахейме. Именно там самые большие ледяные пустыни. Мы найдем проводника и двинемся на северо-запад. В том месте, где сходятся Иглофийские горы, есть несколько проходимых перевалов. Мы выиграем дней пять, не меньше.

Маленькая красотка буквально подпрыгнула на месте от ярости. Конан даже не представлял, что в ней может скрываться столько энергии. Она бегала из стороны в сторону, пытаясь придумать веские аргументы.

— Зря я посадил тебя на лошадь, — подлил масло в огонь варвар.