— А я ведь перестала тебя ждать. Уже поздно.

— Решил, что после вчерашнего здесь все еще царит суматоха и тебе надо уложить Кевина спать. Он ведь ничего не разведал, правда?

— Нет.

Меган очень тронуло, что Натаниэль спросил про сына, как будто для него это имело значение.

— Никто из детей ничего не знает. Все остальные вели себя просто замечательно.

Мег чувствовала себя так, словно приготовилась сражаться в одиночку и вдруг обнаружила целый отряд защитников.

Улыбнулась и склонила голову:

— Прячешь что-то за спиной?

Найт, будто изумившись необыкновенной проницательности, вздернул брови.

— Угадала.

И вытащил пион, близнец подаренного раньше.

— Роза без шипов.[12]

С этими словами Натаниэль направился к Меган, и на какое-то пугающее мгновение у нее в голове забилась единственная мысль: «Он хочет меня, этот невероятный мужчина хочет меня». Фери потянулся к увядшему цветку в вазе, чтобы заменить его новым.

— Не надо.

Меган почувствовала себя ужасно глупо, но остановила решительную руку.

— Не выбрасывай.

— А ты, оказывается, сентиментальна, Мег?

Взволнованный тем, что возлюбленная так дорожит его подарком, Найт поместил свежий бутон рядом со старым.

— Сидишь здесь, работая допоздна, смотришь на цветок и думаешь обо мне?

— Может быть.

Невозможно бороться с улыбкой в насмешливых глазах.

— Да, думала о тебе. И не всегда доброжелательно.

— Размышлений достаточно.

Натаниэль поднял тонкую руку и поцеловал ладошку.

— Почти.

К удивлению Меган, сорвал ее со стула, плюхнулся на него сам и усадил ее себе на колени.

— Так намного лучше.

Глупо спорить, так что Мег положила голову на надежное плечо.

— Все готовятся к грандиозному празднованию Четвертого июля, — лениво сообщила она. — Миссис Макпайк и мистер ван Хорн спорят о рецептах соуса для барбекю, а дети горько разочарованы, что им не позволят взорвать маленькие красочные бомбочки.

— Коко с Голландцем закончат тем, что приготовят два вида соуса и начнут выспрашивать, чей лучше.

Как здорово, решил Натаниэль, сидеть здесь вдвоем в тишине уходящего дня.

— А ребятишки воспрянут духом, когда увидят, какой фейерверк организовал для них Трент.

Кевин за весь вечер ни о чем другом и не говорил, вспомнила Мег.

— Судя по всему, зрелище будет необыкновенным.

— Даже не сомневайся. Эта компания ничего не делает спустя рукава. Любишь фейерверки, милая?

— Почти так же, как дети.

Мег засмеялась и прильнула к Найту.

— Трудно поверить, что уже июль. Все, что осталось сделать — разобраться с парочкой дюжин бухгалтерских форм, поучаствовать в откровенном обмене мнениями на барбекю, не дать детям поджечь себя и насладиться шоу.

— Как всегда, дела на первом месте, — пробормотал Натаниэль. — Копаешься в заметках Фергуса?

— Хм… Я и не подозревала, какие богатства он накопил и как невысоко ценил людей. Посмотри сюда, — она ткнула пальцем в страницу. — Всякий раз, когда он пишет о Бьянке, можно подумать, что она прислуга или того хуже: его собственность. Ежедневно проверял домашние счета с точностью до пенни. Есть примечание о том, как он выявил у повара тридцать три цента несоответствия расходов по кухне.

— Многие пекутся о деньгах гораздо больше, чем о душе.

Найт небрежно пролистал тетрадь.

— Уверен, ты сидишь у меня на коленях не из-за размера моего банковского счета… поскольку теперь контролируешь его до последнего цента.

— Вы ведете дело с прибылью.

— Еле-еле.

— Поток наличных обычно невелик первые несколько лет в любом бизнесе… да еще расходы на приобретение оборудования, аренду помещения, страховки, получение лицензий…

— Боже, обожаю, когда ты рассуждаешь о прибылях и убытках.

Отодвинув книгу, Фери игриво прикусил лакомое ушко.

— Поговори со мной о чеках, балансах или ежеквартальных декларациях. Вот они-то по-настоящему заводят меня.

— Тогда ты будешь счастлив узнать, что вы с Холтом занизили федеральные платежи.

— М-м…

Фери замер и прищурился:

— Что ты имеешь в виду?

— Вы задолжали правительству двести тридцать долларов, которые можно добавить к следующему кварталу как погашение задолженности, или — что более мудро — я могу подать исправленную декларацию.

Найт нехотя выругался.

— То есть, по-любому мы должны заплатить им дополнительно, так?

Меган утешающе чмокнула ворчуна.

— Иначе, Натаниэль, налоговое управление превратит вашу жизнь в настоящий ад. Моя обязанность — спасти вас от демонов. Более того, если твой организм выдержит такую встряску, я собираюсь предложить вам открыть пенсионные счета… для работающих не по найму.

— Пенсионный счет? Черт, Мег, мне тридцать три.

— И с каждым днем ты не становишься моложе. А знаете ли вы, мистер Фери, что обеспечивать себе приличную старость следует в золотые годы?

— Я передумал. Не люблю, когда ты толкуешь о бухгалтерии.

— Кроме того, подобные платежи уменьшают налоги, — упорствовала зануда. — Помещенные на подобные счета деньги не облагаются налогами, пока не достигнешь пенсионного возраста. Но и тогда, как правило, ставка ниже. Планировать будущее, может, и не так романтично, зато полезно.

Найт засунул ладонь под махровую ткань.

— Предпочитаю получать дивиденды немедленно.

У Меган зачастил пульс.

— У меня уже готовы все необходимые формы.

— Да уж, наверняка готовы.

— Для пенсионного… все, что требуется… о…

Халатик, словно море, разошелся под умелыми руками. Мег задыхалась, трепетала, таяла.

— Как ты это делаешь?

— Пойдем в постель, — подхватил разомлевшую бухгалтершу Найт. — Там и покажу.



Уже на рассвете Натаниэль неспешно спускался по витой лестнице на террасе, насвистывая и засунув руки в карманы. Голландец в точно такой же позе брел с противоположной стороны, оба замерли, встретившись в центре.

Взглянули друг на друга и выругались.

— Что ты здесь делаешь в такой час? — сурово спросил ван Хорн.

— Могу задать тебе тот же вопрос.

— Я живу здесь, помнишь?

Натаниэль склонил голову:

— Ты живешь там, — и махнул рукой в сторону кухни.

— Вышел подышать воздухом, — чуть помедлил Голландец, подыскивая отговорку.

— Ага, прям, как я.

Нилс стрельнул взглядом по террасе Меган, Натаниэль изучающе глянул на окна Коко. Каждый про себя решил оставить щекотливую тему.

— Что ж… полагаю, ты не прочь позавтракать.

Натаниэль провел языком по зубам:

— Совсем не прочь.

— Пошли, у меня нет возможности бездельничать все утро.

Расслабившись, спустились вместе в полном согласии.



Меган проспала. Происшествие настолько выбило из колеи, что она вылетела из комнаты, на ходу застегивая блузку. Потом остановилась, заглянула в спальню Кевина, увидела кое-как заправленную кровать и вздохнула.

Казалось, все уже на ногах, кроме нее.

Стремительно направилась к своему кабинету, мысленно вычеркивая завтрак с сыном из списка маленьких удовольствий дня.

— О, дорогая, — всплеснула руками Коко, когда Меган едва не промчалась мимо нее в вестибюль. — Что-то не так?

— Все в порядке, извините. Просто опаздываю.

— Деловая встреча?

— Нет, — отдышалась Меган. — Имею в виду — опаздываю на работу.

— О Боже, а я-то решила, что возникла какая-то проблема. Только что оставила записку на твоем столе. Беги, милая, не хочу тебя задерживать.

— Но…

Меган поняла, что обращается к удаляющейся спине Коко, поэтому направилась в свой офис, чтобы прочитать сообщение.

Идея Коко положить записку в кабинете выглядела странной.

«Меган, дорогая, надеюсь, ты хорошо спала. В кофеварке свежий кофе, и я оставила для тебя симпатичную корзиночку со сдобой. Не дело пропускать завтрак. Кевин поел, словно молодой волк. Так приятно видеть, что мальчик наслаждается едой. Они с Найтом вернутся через несколько часов. Не перегружай себя работой.

С любовью, Коко.

P.S. Карты говорят, что тебе предстоит ответить на два очень важных вопроса. На один сердцем, на второй — разумом. Ну, разве не любопытно?»

Меган выдохнула и еще раз перечитала послание. Тут без стука зашла Аманда:

— Есть минутка?

— Конечно.

Мег протянула невестке бумагу:

— Как считаешь, сумеешь растолковать, что это значит?

— Ах, одно из замысловатых посланий тети Коко, — впилась в строки Аманда, поджав губы. — Ну, кофе и булочки — это легко.

— В этой части я и сама разобралась.

Собственно говоря, Меган уже поняла и все остальное.

— Хочешь перекусить?

— Нет, спасибо, Коко тоже принесла мне поесть. Кевин плотно позавтракал. Могу ручаться. Когда видела его, он приканчивал поджаренные в яйце с молоком гренки, сражаясь с Натаниэлем за последнюю порцию.

Мег поперхнулась кофе:

— Натаниэль завтракал здесь?

— Ага, попутно очаровывая тетю Коко и развлекая Кевина байками о гигантском кальмаре. Они вернутся через несколько часов, — продолжила Аманда, изучая записку. — Кевин уговорил Найта снова взять его с собой на экскурсию. Долго просить не пришлось, — добавила она с улыбкой. — И мы решили, что ты не будешь возражать.

— Нет, конечно, нет.

— А вот постскриптум насчет карт бросает вызов интерпретациям. В этом вся тетя Коко.

Аманда снова уставилась в бумагу:

— Ее способности иногда внушают ужас, и тем не менее тетушка часто попадает в точку. В последнее время она задавала тебе какие-нибудь вопросы?

— Нет, ничего особенного.

Аманда вспомнила, что Слоан поведал о чувствах Натаниэля.

— Уверена?

— Хм? Да. Я разбирала записи Фергуса. Наверное, эту тетрадь легко можно счесть одним из вопросов. По крайней мере, именно об этом и я хотела расспросить тебя.

Аманда заставила себя расслабиться:

— Выкладывай.

— Числа на последних страницах. Я уже упоминала о них.

Меган открыла папку и вручила Аманде копию листа.

— Прикидывала и так и эдак, что это может быть: номера вкладов, банковских ячеек или шифры к сейфам. А может, сделок с недвижимостью?

Потом пожала плечами:

— Наверное, глупо так зацикливаться на этих цифрах.

— Совсем не глупо, — отмахнулась Аманда. — Прекрасно тебя понимаю. Я тоже ненавижу, когда что-то не встает на свои места. С начала года мы прошерстили большинство старых бумаг в поисках ключа к местонахождению ожерелья. Не припоминаю ничего такого, с чем можно соотнести эти числа, но могу еще раз все просмотреть.

— Позволь мне самой заняться этим, — быстро предложила Меган. — У меня такое ощущение, словно это мое детище.

— Отлично. У меня и так забот полон рот — и с грандиозным завтрашним праздником, и с последующей уборкой. Все, что тебе нужно, находится в кладовке под комнатой Бьянки в ее башне. Мы рассортировали документы по годам и содержанию, но тебе все равно предстоит противная кропотливая работа.

— Я живу для противной кропотливой работы.

— Значит, просто воспаришь в небеса. Мег, очень неловко просить, но у няни сегодня выходной, а Слоан по уши увяз в своей древесине или чем-то таком. Утром мы уже гуляли с малышами, но у меня дела в городке. Хотя можно и перенести.

— Хочешь, чтобы я понянчилась с Делией?

— Знаю, ты занята, но…

— Мэнди, я уж и не мечтала, что ты когда-нибудь попросишь об этом.

У Меган загорелись глаза.

— Когда можно забрать кроху?



Кевин решил, что это лучшее лето в его жизни. Он немного тосковал без бабушки и дедушки, и без лошадей, и без лучшего друга Джона Силверхорна, но был настолько увлечен происходящим вокруг, что не хватало времени по-настоящему скучать по дому. Каждый день он играл с Алексом и Дженни, владел собственным фортом и жил в замке. А еще катание на теплоходе и прогулки по скалам… и Коко или мистер Голландец всегда ждали на кухне, чтобы накормить до отвала. Макс рассказывал необыкновенные истории, Слоан с Трентом иногда позволяли помогать с ремонтом, а Холт допускал к рулю небольшой моторной лодки. Все новые тети играли с ним в разные игры и иногда, если он действовал крайне осторожно, разрешали подержать одного из младенцев. В общем, по мнению Кевина, переезд сюда был крайне удачной идеей.

И еще Натаниэль. Мальчик покосился на сидящего рядом мужчину, уверенно управляющего большим автомобилем с откидным верхом на извилистой дороге к Башням. Кевин не сомневался, что Натаниэль знает все и обо всем. У него накачанные мускулы и татуировка, и он почти всегда пахнет морем.

Когда Фери стоял у штурвала большого экскурсионного судна, сузив глаза против солнца и положив разлапистые руки на руль, то любому маленькому мальчику показался бы идеалом настоящего героя.

— А можно…

Кевин затих, и Найт взглянул на спутника:

— Можно что, помощник?

— А можно еще раз когда-нибудь отправиться с вами, — выпалил Кевин. — Обещаю не путаться под ногами и не задавать слишком много вопросов.

Паркуясь на семейной стоянке, Найт задумался, существует ли такой человек, способный устоять перед детской непосредственностью?

— На моем корабле ты в любое время желанный гость.

И щелкнул пальцем по козырьку капитанской фуражки, которую небрежно нахлобучил на голову Кевина.

— И можешь задавать столько вопросов, сколько захочешь.

— Правда?

Кевин сдвинул головной убор назад, чтобы посмотреть на Найта.

— Зуб даю.

— Спасибо!

Кевин так порывисто и искренне обнял Натаниэля, что у того замерло сердце от прилива любви к мальчику.

— Надо рассказать маме. Зайдете в дом?

— Да.

Найт позволил себе еще мгновение задержать ребенка, прежде чем отпустить.

— Пошли.

Разрываясь от новостей, Кевин выбрался из автомобиля, взлетел по лестнице и рывком распахнул двери.

— Мама! Я вернулся!

— Какой тихий воспитанный ребенок, — прокомментировала Меган, выходя в коридор из гостиной. — Должно быть, это мой Кевин.

Захихикав, Кевин бросился к маме и встал на цыпочки, чтобы разглядеть младенца у нее на руках.

— Это Бьянка?

— Делия.

Кевин прищурился:

— Как ты их различаешь? Они совершенно одинаковые.

— Материнское чутье, — пробормотала Меган и нагнулась поцеловать сына. — Чем занимался, морячок?

— Мы ходили в океан, два раза. Видели девять китов. Один похож на детеныша. Когда животные все вместе, их называют стаей. Они находились так близко друг к другу, словно горошины в стручке.

— Вот как?

— И Найт разрешил мне вести судно и дергать гудок, и еще я помогал прокладывать курс. А одного мужчину на второй палубе все время тошнило, а меня нет, потому что я приспособился к качке. И Найт сказал, что я могу снова пойти с ним, ты ведь разрешишь?

Почти девятилетний материнский стаж позволил Меган легко разобраться в потоке информации.

— Ну, пожалуй, разрешу.

— А ты знаешь, что киты заводят семью на всю жизнь и что они на самом деле вообще не рыбы, хотя живут в воде? Они млекопитающие, точно такие же, как мы, или слоны и собаки, и они должны дышать. Вот потому они ныряют, выпрыгивают и выбрасывают струю из отверстия на спине.

Посреди лекции вошел Натаниэль. И замер, очарованный увиденным: Меган, с ребенком на бедре, улыбалась сыну, держа мальчика за руку.

«Хочу». Желание заструилось в Натаниэле, словно солнечный свет, теплый и яркий. И не только эту женщину. Полный комплект, как сказал Слоан. Женщину, мальчика, семью.

Меган подняла глаза и улыбнулась уже лично Найту. У него едва не остановилось сердце.

Она начала что-то говорить, но взгляд Натаниэля перехватил ей горло. Меган невольно отступила, однако Найт мгновенно оказался рядом, погладил по щеке и поцеловал с такой нежностью, что она растаяла.

Малышка засмеялась от восторга и схватила прядь волос Натаниэля.

— Вот значит как.

Найт подхватил Делию и высоко подбросил, девчушка заверещала, болтая ножками в воздухе. Шутник усадил кроху себе на бедро, в то время как Меган и Кевин продолжали таращиться на него. Покачивая малютку, Фери повернул голову к мальчику:

— Напрягает, когда я целую твою маму?

Мег издала сдавленный звук. Кевин неохотно опустил глаза.

— Не знаю, — прошептал он.

— Она очень красивая, согласен?

Паренек пожал плечами и вспыхнул:

— Наверное.

Кевин не понимал, что должен чувствовать. Многие мужчины целовали маму — дедушка и Слоан…и Холт, и Трент, и Макс. Но это совсем другое дело. Даже ему ясно. В конце концов он уже не ребенок. Кевин выстрелил взглядом, потом снова уставился в пол.

— Вы собираетесь стать ее другом?

— Ну…

Натаниэль посмотрел на Меган, растерянный взгляд женщины явно объявлял, что ему придется разбираться самостоятельно.

— Достаточно близким. Это беспокоит тебя?

Внезапно ощутив, как в панике свело живот, Кевин снова пожал узенькими плечами:

— Не знаю.

Раз мальчик не собирался смотреть ему в глаза, Натаниэль решил, что лучше двинуться ему навстречу, и присел, все еще держа малышку.

— У тебя есть куча времени, чтобы поразмыслить об этом и сообщить мне. Я никуда не собираюсь уезжать.

— Хорошо.

Кевин вскользь глянул на Меган, потом на Натаниэля, затем украдкой нагнулся и зашептал тому на ухо:

— А мама не против?

Найт задушил усмешку и на серьезный вопрос ответил очень серьезно:

— Нет, не против.

Глубоко вздохнув, Кевин кивнул:

— Хорошо, пожалуй, можете целовать ее, если хотите.

— Очень тебе благодарен.

Найт протянул Кевину руку, как мужчина мужчине, и рукопожатие равных заставило раздуться грудь мальчика, словно воздушный шар.

— Спасибо за то, что взяли меня с собой сегодня.

Кевин снял капитанский головной убор.

— И за то, что разрешили поносить.

Натаниэль нахлобучил фуражку на голову Кевина, надвинув козырек.

— Забирай.

Детские глаза потрясенно распахнулись от удовольствия.

— Правда?!

— Угу.

— Ничего себе. Спасибо. Большое спасибо. Посмотри, мама, я могу оставить фуражку себе. Надо показать тете Коко.

И помчался наверх, топая ногами. Когда Найт выпрямился, Меган, прищурившись, воззрилась на хитреца:

— Что он у тебя спрашивал?

— Мужской разговор. Женщинам не понять.

— Неужели?

Пока Меган не успела съязвить, Натаниэль ухватил ее за пояс и дернул к себе.

— Теперь у меня есть разрешение делать это.

И крепко поцеловал Мег, Делия прекрасно чувствовала себя между ними.

— Разрешение, — выдохнула Меган, когда снова обрела способность дышать. — От кого?

— От твоих мужчин.

Найт не спеша прогулялся в комнату и положил Делию на коврик для игр, где дитя счастливо взвизгнуло, схватив любимого мягкого медвежонка.

— Кроме отца, но он далеко.

— Мои мужчины? Имеешь в виду Кевина и Слоана.

Понимание расцветало в Меган, заставив ухватиться за стул.

— Ты говорил со Слоаном о… о нас?

— Поначалу мы едва не подрались, но до мордобоя дело не дошло.

Словно у себя дома, Натаниэль подошел к приставному столику и налил немного виски из графина.

— Мы достигли взаимопонимания.

— Вот как. Ты и мой брат. Догадываюсь, что ни одному из вас не пришло в голову спросить мое мнение по данному вопросу.

— Не пришло. Слоану очень не понравилось, что ты провела со мной ночь.

— Это вообще не его дело, — угрюмо отрезала Меган.

— Может, да, а может, и нет. Все уже в прошлом. Незачем злиться.

— А я и не злюсь. Меня раздражает, что ты взял на себя труд раскрыть наши отношения моим домашним, не обсудив предварительно со мной.

И еще ее пугал — и очень — боготворящий взгляд, который Мег видела в глазах Кевина.

«Женщины», — усмехнулся Натаниэль и отставил виски.

— У меня был выбор: или объяснить все Слоану, или получить кулаком в лицо.

— Смешно.

— Тебя там не было, милая.

— Точно.

Мег вздернула подбородок.

— Не люблю, когда меня обсуждают. Сыта по горло перемыванием моих костей все эти годы.

Очень осторожно Натаниэль отодвинул стакан.

— Меган, если ты будешь постоянно вспоминать Дюмонта, то просто взбесишь меня.

— Никого я не вспоминаю. Просто констатирую факт.

— А я констатирую собственный факт. Сообщил твоему брату, что люблю тебя, на том и поладили.

— У тебя, должно быть…

Меган затихла, захотелось глубоко вдохнуть, словно кислород внезапно улетучился из легких.

— Сообщил Слоану, что любишь меня?

— Правильно. А теперь скажи то, что я признал первым.

— Я… Не знаю, что сказать.

Но радость уже нахлынула, немыслимая радость сбила с ног, вынудив опуститься на стул.

— Самое лучшее: «Я тоже тебя люблю».

Найт подождал, игнорируя болезненную паузу.

— Язык не поворачивается?

— Натаниэль.

«Надо быть спокойной, — предупредила себя Меган. — Разумной. Логичной».

— Все происходит слишком быстро. Несколько недель назад мы даже не были знакомы. Я никак не ожидала того, что случилось между нами. И произошедшее все еще сбивает с толку. У меня к тебе очень сильные, очень настоящие чувства, иначе ни за что не осталась бы у тебя той ночью.

Эта женщина убивала его, бескровно.

— Но?

— Любовь — это совсем не то, к чему я когда-нибудь еще раз отнесусь как к легкомысленному пустячку. Не хочу травмировать тебя, снова страдать самой, рискуя допустить ошибку, которая ранит Кевина.

— А ведь все это время ты размышляла о том, что сказать, да? Неважно, что происходит в душе, ты будешь ждать благоприятного момента, изучишь данные и сбалансируешь все цифры, чтобы нашелся правильный ответ.

У Меган свело плечи.

— Если имеешь в виду, что мне нужно время, то — да, так и есть.

— Прекрасно, не торопись, но добавь в свои уравнения вот это.

В два прыжка Найт подскочил к Мег, рванул к себе и напал на соблазнительный рот.