Настройки шрифта

| |

Фон

| | | |

 

— Я укажу Кингу его место!



Рейф не мог успокоиться. Ему было плохо в собственной шкуре. И бежать было некуда. Нет, он и не думал бежать. Кинги не убегают. Кинги не прячутся.

Но если это так, то почему он сейчас не стоит на пороге ее дома, умоляя выслушать его?

Проклиная себя, он встал, подошел к окну своего офиса и уставился на потрясающий вид, открывающийся перед ним, невидящим взглядом.

Океан мог бы пересохнуть в один миг, а он бы даже не заметил этого. Все могло превратиться в одну бескрайнюю пустыню. Это не имело никакого значения. Рейф пытался снова вернуться к прежней жизни, но она казалась абсолютно пустой. Он больше не мог находиться в своем номере в отеле! Тишина была просто невыносимой. И поэтому он был здесь. В офисе. Он спал на дурацком диване. Если это вообще можно было назвать сном. Каждый раз, когда он закрывал глаза, он видел Кэти, такой, какая она была в их последнюю встречу. Когда она дрожала в его объятиях и целовала его. А затем — как она смотрела на него глазами, полными печали и боли…

Раздался сигнал внутренней связи, он подошел и нажал на кнопку:

— Черт, Дженис, я же просил, чтобы меня не беспокоили.

— Да, но здесь… — начала она, затем вскрикнула: — Подождите! Вам нельзя заходить!

Через секунду дверь его кабинета распахнулась. На пороге стояла Кэти, глаза ее метали молнии, волосы в беспорядке разметались по плечам. Она была одета в черную юбку, красную блузку с вырезом, достаточно глубоким, чтобы ему было видно серебряный кулон, утонувший во впадинке между ее грудей… И на ней были те самые туфли на высоких каблуках, которые она надела в день их последнего свидания.

Вообще-то она была одета так, будто собиралась соблазнить его. Но гнев, сверкавший в ее глазах, мог за секунду убить любого мужчину.

Но Рейф решил рискнуть. И если она в конце концов все же отвергнет его, он все равно не видел другого выхода.

— Извините. — Из-за плеча Кэти выглядывала Дженис с виноватым выражением на лице.

— Все нормально, Дженис. Закрой за собой дверь, пожалуйста.

— Да, сэр, — кивнула ассистентка, и хотя было видно, что ее переполняет любопытство, она сделала то, что он просил, и оставила их с Кэти наедине.

— Рад тебя видеть, — произнес Рейф вежливо, зная, что этими словами невозможно было выразить все его чувства.

— Через секунду твоя радость улетучится, — пообещала Кэти и приблизилась к нему походкой ангела мщения.

Она засунула руку в сумочку, висевшую у нее на плече, вынула оттуда газету и швырнула ему в лицо. Рейф инстинктивно поймал ее и быстро взглянул. И ему сразу стала понятна ярость, переполнявшая ее.

Странно, но это дало Рейфу надежду на то, что он ей еще не безразличен, раз этот снимок так ее разозлил.

— Ты думал, что я не увижу его? — практически прорычала она. — Или тебе было плевать на то, увижу я его или нет? Игра закончилась, спор выигран, можно идти дальше? Так ведь?

— Это была не игра, Кэти, — сказал он, в его голосе сквозило напряжение, которым была скована каждая клеточка его тела. — Я говорил тебе об этом, ну или пытался сказать…

— И я должна была тебе поверить? — Она бросила сумочку на ближайший стул и указала пальцем на газету, лежащую на его столе: — Видимо, ты так скучал по мне, что поспешил утолить свои печали с первой подвернувшийся блондинкой с пышным бюстом.

Он ухмыльнулся, зная, что это только добавит огня в пламя ее гнева. Но он просто не мог удержаться. Черт, он с трудом верил, что она сейчас стояла перед ним!

Даже в таком роскошном и яростном обличии Кэти была единственной женщиной, способной вытащить его сердце из темноты, в которую оно погрузилось. Единственной женщиной, при виде которой — ему хотелось улыбаться. Он мог пообещать ей все, что угодно, лишь бы она никогда больше не покидала его.

Он на мгновение вспомнил фразу, сказанную Корделлом той ночью в ресторане. «Еще один из Кингов попался». Рейф тогда заспорил с этим из чистого упрямства, отказываясь принять то, что было правдой. Но сейчас, когда Кэти стояла перед ним, переполняемая гневом так, что ее зеленые глаза искрили, как фейерверки, он понял, что больше не может отрицать очевидное. И, что более важно, он больше не хотел этого делать.

Рейф был влюблен — в первый раз в своей жизни! И будь он проклят, если потеряет ее!

— Не смей смеяться надо мной! — предупредила она.

— Я не смеюсь. — Он подался вперед, обхватил ее плечи и только сильнее сжал их, когда она попыталась высвободиться. — Кэти, эта блондинка — актриса. У нее контракт с компанией моего кузена Джефферсона. Мне все равно нужно было идти на тот благотворительный вечер, так что он попросил меня взять ее с собой, чтобы она появилась на страницах журналов.

Но Кэти не успокоилась:

— И я должна тебе поверить, потому что…

— Потому что она была невыносимо скучной, и я ужасно провел время — ведь тебя не было рядом. И поверь мне, потому что я больше не стану тебя обманывать, Кэти.

Внутри Кэти происходила борьба. Ее плечи расслабились, поэтому он перестал сжимать их так сильно, пытаясь удержать. Она не отстранилась от него при первой возможности, и Рейф воспринял это как хороший знак.

— Я скучаю по тебе, — сказал он, не осознавая, что говорит, и не пытаясь предсказать ее реакцию.

Ее пухлые губы сложились в усмешку.

— А я все еще злюсь на тебя!

— Я понял это.

Но она была здесь, и это уже было хорошо. Она посмотрела на него своими чудесными зелеными глазами, и Рейф понял, что это был его шанс. Единственный шанс оправдать себя и каким-то образом спасти самые важные отношения в его жизни.

Поэтому он заговорил медленно, но уверенно.

— Я был не готов к твоему появлению в моей жизни… — начал он и увидел смятение в ее взгляде. — Тот спор с Джо? Это был пустяк. Но когда я встретил тебя и обнаружил, что ты ненавидишь Кингов, понял, что, если скажу тебе правду, ты больше никогда не посмотришь в мою сторону.

Она нахмурилась и закусила нижнюю губу, пытаясь заставить себя смолчать и выслушать его полностью.

— Я сказал себе, что хочу изменить твое мнение о семье Кинг, — продолжил он и заметил, как что-то промелькнуло в ее взгляде. — Но дело было не только в этом. Я знал, что ты больше не взглянешь на меня ни разу, если узнаешь правду. А я так хотел, чтобы ты смотрела на меня, Кэти! — И Рейф погладил ее по щеке. — Я хотел гораздо большего, чем просто твой взгляд…

— Ты и получил гораздо больше, Рейф, — сказала она так тихо, что ему пришлось напрячься, чтобы услышать ее. — Ты получил больше, чем я готова была отдать кому-либо другому до тебя. Я любила тебя. Поэтому, когда открылась твоя ложь, это ранило меня гораздо больше, чем поведение Корделла.

— Я знаю, — кивнул Рейф, мысленно зацепившись за слово «любила». Если она любила его тогда, то до сих пор должна была испытывать к нему чувства. Это не могло сгореть так быстро, независимо от того, насколько он разозлил ее. — Я знаю, — повторил он.

И Рейф притянул ее ближе и поцеловал. Поцелуй его был мягким и жестким, страстным и нежным одновременно. Этот поцелуй шел от самого сердца, и он выдохнул с облегчением, когда, помедлив, Кэти все же прижалась к нему, чтобы поцеловать в ответ.

Отстранившись, он внимательно рассматривал ее, будто впитывая выражение ее лица в этот момент.

— Я говорил тебе, что не был готов, и это чистая правда. Но я не знаю, как можно быть готовым к тому, что ты сделала со мной.

— Рейф…

Он покачал головой и приложил палец к ее губам:

— Нет, позволь мне сказать это. Ты выросла со своей бабушкой и мамой. Ты знала, что была любима, и знала, как отвечать на это. А я не знал. Мой папа был очень неудачным примером, а маму я почти не знал… Затем я женился, а когда моя жена ушла от меня, то сказала, что я все испортил из-за своей неспособности к любви, которая все разрушила.

Глаза Кэти ярко сияли, когда она протянула руку, чтобы погладить его по щеке:

— Она была не права.

— Нет, — сказал он, — Лесли была права. Потому что, пока не встретил тебя, я не знал, каково это — по-настоящему любить кого-либо…

— О, Рейф…

С его сердца словно упал камень, давивший на него все эти дни. Его душа чувствовала тепло, потому что Кэти была рядом. Рейф знал, что эта женщина является центром его мира. Ему ничего не нужно будет в этой жизни, если он не сможет убедить ее полюбить его, несмотря на все причины, по которым она не должна этого делать.

— Послушай, я — тяжелый случай, — сказал ей Рейф, решив открыть ей всю правду, даже если это будет стоить ему самого дорогого. — Я знаю это. Но я люблю тебя, Кэти. За всю свою жизнь я не любил никого другого…

Слезы заблестели у нее в глазах. Это были слезы счастья? Или слезы перед прощанием? Она вздохнула и призналась:

— Я хочу верить тебе.

Рейф улыбнулся и притянул ее к себе так, чтобы она могла почувствовать биение его сердца в груди. Чтобы она почувствовала силу его любви, которая окружала ее.

— Дай нам еще один шанс, Кэти, — прошептал он, наклоняя голову, чтобы поцеловать изгиб ее шеи. Он вдохнул ее аромат и улыбнулся, почувствовав нотки корицы и ванили. — Я клянусь, ты никогда об этом не пожалеешь!

— Рейф?

Он отстранился, чтобы взглянуть в ее глаза, и, до того как она успела что-то сказать, произнес:

— Выходи за меня замуж, Кэти. Выходи за меня и позволь мне жить с тобой в этом чудесном старом доме. Позволь мне сделать тебя счастливой. Я знаю, что смогу. Я докажу тебе, что могу стать тем, кто тебе нужен.

— Да, я выйду за тебя. — Наконец-то улыбка заиграла на ее губах, она потянулась к нему и взяла его лицо в свои ладони. — Разве ты не понимаешь, что ты и так уже все, что мне нужно?

— Слава богу, — прошептал он и поцеловал ее еще раз.

— Кроме того, ты сделал мне почти идеальную кухню.

— Почти? — спросил он с усмешкой.

— Ну, я внезапно решила, что раз уж выхожу замуж за плотника, то он в состоянии соорудить мне кладовку.

— Все, что пожелаешь, Кэти, — пообещал он с усмешкой. — Но предупреждаю тебя: как только станет известно о том, что мы решили пожениться, мой брат Шон начнет требовать печенье.

— Для семьи? — рассмеялась она. — Для моей семьи — все что угодно!

Рейф прислонился лбом ко лбу Кэти и почувствовал, что в его мире, в его жизни все снова становится на свои места. Женщина, которую он любил, была в его объятиях, и его будущее засияло радужными красками. Он находился там, где хотел быть, где должен был быть. Там, где была Кэти Чарлз — королева печенья.

Эпилог



Кэти выглянула из окна кухни и улыбнулась, увидев толпу людей на своем заднем дворе.

— Я никогда не думала, что в Калифорнии так много Кингов.

Джулия Кинг, жена Трэвиса, рассмеялась, доставая миску с салатом из холодильника:

— И это еще не все!

— Дождемся вашей свадьбы, — сказала Мэгги Кинг, жена Джастиса. — Вот там уж точно соберутся все.

— Наверняка, — согласилась Дейзи, супруга Джерико. — Кинги никогда не пропускают свадьбы. Джефф и Мора ради этого приедут из Ирландии.

— Вы меня слегка пугаете, — призналась Кэти, разворачивая пленку на блюде с пирогом, специально приготовленным для вечеринки в честь их помолвки. Пирог был в виде золотой короны, украшенной белой и желтой глазурью, с именами Кэти и Рейфа.

Она посмотрела на кольцо с изумрудом, сверкавшее на ее пальце, и ей захотелось ущипнуть себя, чтобы удостовериться, что все это не сон. Но воспоминания о прошлой ночи, когда Рейф занимался с ней любовью и сжимал в объятиях, пока она не заснула, убедили ее в том, что все происходит на самом деле.

Ее жизнь действительно была идеальной. Прошел месяц с тех пор, как она ворвалась в его офис и Рейф достучался до ее сердца, сказав ей правду.

И за все это время Кэти ни разу не пожалела, что приняла его предложение. Рейф миллионами разных способов показал ей, как она важна для него. Он построил ей удобную кладовку, как и обещал. Он присылал ей цветы, готовил для нее ужин и, когда она уставала, делал ей такой замечательный массаж, который неизменно приводил к продолжительным занятиям любовью.

— Ух, — сказала Дейзи, смеясь, — я знаю эту улыбку…

— Что? — усмехнулась Кэти, смущенная, что кто-то заметил, как она замечталась.

— Я так же улыбаюсь, когда вспоминаю то, что закончилось для меня рождением моей очаровательной дочурки. — Дейзи встала и улыбнулась. — И кстати, о детях: думаю, нужно пойти проверить, не учит ли мой муж Дилайлу, как сотворить что-то опасное. У этого мужчины засела в голове идея превратить свою дочь в первую женщину-пехотинца.

— Я знаю, что она чувствует, — сказала Иви Кинг, гладя свой округлившийся животик. — Таннер уже планирует превратить нашего малыша в компьютерного гения. Но нельзя на кого-то давить в таких вещах.

Жены семьи Кинг рассмеялись и принялись болтать о своих детях и мужьях, а Кэти улучила минутку, чтобы насладиться своим нынешним положением.

Ее бабушка была во всем права. Любовь стоит того, чтобы рисковать ради нее. Кэти рискнула и теперь собиралась под венец с мужчиной, которого любила. Она уже почти стала членом огромной семьи и вскоре создаст свою собственную.

Дети. Они у них появятся. Рейф уже говорил о своем желании пополнить следующее поколение семьи Кинг.

— Это забавно, — тихо обратилась Кэти к женщинам, которые стали ее подругами и почти что родственницами. — Несколько месяцев назад я ненавидела Кингов.

— Да уж, — сказала жена Джексона, Кейси, разворачивая упаковку пластиковых кружек, — мы все слышали про Корделла. Если тебе станет от этого легче, то все давно в курсе, что он кретин.

Мэгги добавила:

— Джастис пообещал побить его, как только он сюда заявится, но, похоже, что Рейф уже позаботился об этом.

— Да, верно, — согласилась Кэти. — Но хоть мне не хочется признавать это… Если бы Корделл не был таким придурком, я бы никогда не влюбилась в Рейфа.

— Так что это того стоило? — спросила Белла, жена Джесси.

— Более чем, — согласилась Кэти. Она выглянула в окно и увидела, как ее соседка Николь идет по двору со своим сынишкой. — Моя подруга пришла. Я вернусь через минуту, чтобы закончить картофельный салат.

— Нет, не нужно, — сказала Джулия. — Это вечеринка в честь твоей помолвки. Иди и наслаждайся. Мы позаботимся обо всем.

Улыбаясь, Кэти покинула свою прекрасную кухню и вышла во двор. Ее бабушка и тетя были на седьмом небе от счастья, играя с детьми. Мужчины собрались вокруг площадки для барбекю, которую Рейф достроил только на прошлой неделе, и теперь спорили, как нужно правильно жарить мясо.

Она уловила быстрый взгляд Рейфа и не удержалась от улыбки. Она так ошибалась! Богатые люди вовсе не были снобами. По крайней мере, не Кинги. Они были обычными людьми.

— Какая чудесная вечеринка! — сказала Николь, подходя к Кэти и обнимая ее.

— Ну да. Я так рада, что ты пришла.

— Я бы ни за что не пропустила ее! Как твоя будущая подружка невесты, считаю своим долгом посидеть здесь с кружечкой пива и стейком. — Николь посадила сына на руки. — А тот, кто будет подносить вам кольца на свадьбе, явно хочет печенья.

Кэти засмеялась и поцеловала Коннора:

— Мой самый лучший хранитель колец может съесть столько печенья, сколько пожелает!

Когда знакомые руки обняли ее сзади, она вздохнула от удовольствия и откинулась на грудь Рейфа.

— Привет, Николь, — сказал он, целуя Кэти в макушку. — Рад, что тебе удалось зайти.

— Шутишь? Как я могла быть где-то еще, — сказала она. Затем виновато улыбнулась и добавила: — Я отведу Коннора за печеньем, а потом вернусь к вам.

Рейф повернул лицо Кэти к себе, и она нежно обняла его за шею. Он поцеловал ее, и когда ее голова закружилась и ноги уже не могли твердо стоять на земле, поднял голову и посмотрел ей в глаза:

— Я говорил, как сильно люблю тебя?

— Говорил, но мне никогда не надоест слышать это вновь и вновь.

— Очень хорошо, так как я планирую говорить об этом очень часто. Чтобы ты никогда не забывала.

— Я ни за что не забуду, — пообещала она.

— Итак, после того как встретилась с сумасшедшей толпой Кингов, ты все еще хочешь выйти за меня?

Его тон был шутливым, но она знала, что какая-то часть его все еще волнуется, что какие-то обстоятельства могут разлучить их. Он мог не верить в свою способность любить, но Кэти была убеждена в обратном. Рейф Кинг готов был отдавать больше любви, чем большинство мужчин, он просто не знал об этом раньше. Но она знала, что, распахнув свое сердце для нее, он больше не закроет его.

— Тебе теперь не сбежать от меня, Рейф, — сказала она нежно, — мы поженимся, и я буду любить тебя вечно.