Вино шумело в голове Сайрин. Она нервно рассмеялась. От одного вида удивленного и восхищенного Брига можно спятить!

А Бриг задумчиво продолжал:

— Когда ты улизнула от меня, я вообразил, как ты отправляешься в свои комфортабельные покои и садишься составлять наш великолепный контракт. А что ты делала на самом деле?

Испытывая удовольствие от этого разговора наедине, Сайрин все же решила вернуться в выставочный зал. Бриг последовал за нею.

— Я переоделась на пляже и подождала отлива. Затем перебралась по коралловому мостику и пришла в свой лагерь.

— И как долго ты ждала прилива?

— О, всего часа полтора.

Он присвистнул.

— А как же перебираться в темноте… по коралловому рифу… босиком?

Она сморщила носик:

— Гмм. Неприятно, конечно, ступать ногой не зная куда. Ну, упала и, понятно, промокла. Но я была к этому готова!

— А потом тебе еще надо было добираться до лагеря. Где он находился? Неужели в глубине острова? В джунглях?

Разумеется, Бригу такие приключения не в диковинку. Тем не менее, его удивление и доставляло удовольствие, и слегка подзадоривало.

— Я собиралась пригласить тебя в мой лагерь, но ты весь так и сиял самодовольством и обращался со мной, точно с изнеженной маленькой девочкой.

Внезапно в его глазах вспыхнуло торжество, и Сайрин даже отпрянула. Что такого она сказала, что привело его в полное упоение? «Я собиралась пригласить тебя в мой лагерь…» Ну и что тут такого?..

— Значит, ты подумывала о том, чтобы пригласить меня разделить с тобой одиночество в джунглях?

Сайрин почувствовала легкое головокружение. Бриг своим цепким умом сразу понял ценность ее признания, в то время как сама Сайрин в сущности не придавала значения своим желаниям, пока не узнала о том злополучном телефонном разговоре Брига с Марджори. И теперь, когда Бриг узнал, что Сайрин, избегающая с ним близких отношений, была готова сдаться в самом начале, ее позиция оказалась очень уязвимой. Нечего удивляться, что Бриг держится победителем. Грудь ее сдавило. Сайрин медленно поднесла к губам бокал с вином, чтобы успеть что-нибудь придумать, но Бриг отнял его у нее.

— Мне кажется, милая, ты в самом деле набралась!

9

Хотя Бриг произнес свой приговор довольно тихо, его услышал Ральф Уорд. Дядюшка огляделся по сторонам, самодовольно ухмыляясь. Он явно был рад, что непокорную Сайрин Уорд приструнил ее муж. Всем членам клана немедленно станет известно о мужестве Брига: «Этот не потерпит ее фокусов!» и «Нашла коса на камень». Наговорят еще кучу всякой мужской шовинистической чепухи, что еще более украсит в их глазах образ Брига и подорвет позиции Сайрин.

Ее лицо покрылось ярким румянцем, глаза засверкали. Она вырвалась из рук Брига, залив вином его джинсы и пол.

— Да провались ты! — рявкнула Сайрин и затерялась в толпе гостей.

Вскоре она решила уехать домой. Брига нигде не было видно, и Сайрин начала прощаться с дядюшками.

— Но в таком состоянии ты не можешь вести машину, — начальническим тоном сказал Джулиан, и Сайрин вскипела.

— Ради бога, — свистящим шепотом произнесла она. — Если еще хоть один самовлюбленный доброхот примется поучать меня, я закричу.

Джулиан оглядел ее с неприязненной улыбкой. Взволнованная Дороти предложила вызвать такси.

— Я совершеннолетняя, — произнесла Сайрин, стараясь четко выговаривать слова. — Я уже много лет сама вызываю себе такси. Почему это все ведут себя так, точно я не могу самостоятельно принимать решения?

Она вышла на улицу. Ее гнев не остудил даже резкий ветер с каплями дождя. Поэтому, едва повернув за угол, она без всяких колебаний бросилась на помощь очередной жертве мужской агрессивности — молоденькой девушке, которая пыталась вырваться из рук приземистого парня.

— Он обижает вас? — спросила Сайрин у юной хрупкой девушки.

Парень обернулся и проворчал:

— Катись отсюда!

— Этот человек пристает к вам?

Лицо парня налилось кровью.

— Я сказал, катись отсюда!

— Я разговариваю не с вами, а с этой юной особой, — едва сдерживаясь, отчеканила Сайрин.

— Ну да, а она не хочет разговаривать с тобой, поэтому проваливай!

— Хотите, я позвоню в полицию? — обратилась к девушке Сайрин.

— Я тебе сейчас!.. — крикнул парень и толкнул Сайрин. Последовал ответный удар — и наглец взвыл от боли.

Все произошло очень быстро. Полил дождь. В отдалении замаячило такси, и на глазах водителя началась драка. Девушка с нежным, как цветочек, лицом, изрыгая грязные ругательства, вцепилась Сайрин в волосы. Парень теперь старался сдержать юную воительницу. Сумка Сайрин отлетела в сторону. Она потянулась за ней и упала на скользкий от дождя тротуар. Девица лягнула Сайрин в колено.

— Вот тебе! Не станешь впредь совать нос куда не следует!

— Так, так, дамы, будем заканчивать поединок?

Сквозь космы мокрых волос Сайрин, растянувшаяся на земле, увидела подошедших полицейских. Значит, это их машина медленно двигалась в стороне, а не такси.

Полицейский, поставив Сайрин на ноги, потащил ее за собой в машину.

— Будем разбираться в участке!

В ужасе Сайрин пыталась сопротивляться.

— Послушайте, я вам все объясню! Эти двое дрались между собой, а я просто шла мимо.

— Ну, конечно! Давай-ка садись в машину.

Сайрин хотелось затопать ногами.

— Офицер, вы совершаете большую ошибку. Неужели не видно, что я не из тех, кто ввязывается в непристойную уличную потасовку.

— Ну, конечно, — повторил полицейский, окидывая Сайрин взглядом с ног до головы.

Она вся промокла, одежда после падения на тротуар была в грязи, ссадина на колене кровоточит, колготки порваны, что окончательно добило Сайрин. В машине, пока ехали в участок, она молчала. Девица с парнем, наоборот, пикировались, затем тоже умолкли, вспомнив, что у них есть общий враг.

В полиции Сайрин хотела было предъявить свое удостоверение, чтобы положить конец глупой истории. Узнав, что перед ними член почтенного семейства Уордов, полицейские поспешат, конечно, извиниться, предложат кофе и отправят пострадавшую на своей машине домой.

Однако в участке Сайрин приметила репортера одной из известных газет, который вынюхивал поживу, явно скучая этим долгим вечером, который не подарил ему ни одного мало-мальски интересного происшествия. Она содрогнулась, представив себе, как разгуляется пресса, услышав имя Уорд в таком контексте. Дядюшки этого не переживут!

— Фамилия? — спросил дежурный по участку.

После секундного колебания Сайрин ответила:

— Стоун. Миссис Бриг Стоун.

Полицейский наклонился к ней и потянул носом воздух:

— Вы пили?

Пристыженной Сайрин оставалось лишь виновато развести руками. Надо держаться как можно незаметнее, не спорить. Она закусила губу, когда полицейский спросил, сообщить ли мужу, что она влипла в очень некрасивую историю.

— Он убьет меня, если узнает, — всполошилась Сайрин, глядя на дежурного невинными глазами. — Но ведь вы же не станете заводить на меня дело, правда? Умоляю вас!

Полицейский был великодушен. Естественная, с его точки зрения, реакция вызвала у него улыбку. Но, как он объяснил, нельзя просто отпустить задержанную в ее нынешнем состоянии.

— Позвоните, чтобы за вами кто-нибудь приехал, и мы освободим вас, ограничившись предупреждением. Хотите совет? Вызовите вашего мужа и сами все ему расскажите. Но если боитесь его гнева, обратитесь к кому-нибудь из друзей. Одну мы вас до утра не отпустим.

Сайрин стиснула зубы, когда полицейский потрепал ее по плечу. Положение безвыходное. Звонить дядюшкам невозможно, да они еще, наверное, на выставке. Ей стало жаль себя и тоже захотелось быть со всеми вместе. А где сейчас может быть Бриг? Может быть, он уже дома? Не спит же он сейчас в сарае, черт бы его побрал! Когда она набирала номер, рука дрожала. Один долгий гудок, второй… Только бы он взял трубку, а не Мэри!

— Стоун слушает, — услышала она.

Сайрин зажмурилась, сделала выдох.

— Бриг, это я, Сайрин, — хрипло сказала она, хотя собиралась произнести этаким небрежным светским тоном: «Не заглянешь ли в полицейский участок? О, я хотела попросить тебя о небольшом одолжении». Однако неожиданный наплыв эмоций настолько потряс ее, что она произнесла лишь: — Ты мне нужен!

Ответом было молчание. Сайрин даже подумала, не повредила ли непогода телефонный кабель.

— Бриг, — повторила она, стремясь ослабить впечатление от своего смелого признания. — Я… Я словно зависла над пропастью на гнилой веревке…

Он неопределенно хмыкнул:

— А где ты?

Пришлось сказать. И человек, который между делом спасает юных скалолазов, терпящих бедствие на отвесной каменной стене, сразу все понял.

— Еду, — крикнул он в трубку.

Не прошло и получаса, как Бриг Стоун входил в помещение полицейского участка. Во взъерошенных волосах сверкали капли дождя. Он явно терялся в догадках, что же ему предстоит увидеть.

Сайрин вскочила на ноги, но Бриг заметил ее не сразу.

— Я — Стоун, — сказал он дежурному.

Тот кивнул.

— Все в порядке. Ваша жена может отправляться домой. Дела мы на нее не заводим.

Бриг наконец нашел ее глазами. Ну и видок! Даже расческа не помогла! Сайрин подошла, пытаясь изобразить заблудшую, но раскаявшуюся овечку.

— Спасибо, что ты так быстро приехал, милый…

Его глаза сузились, когда он услышал ласковое обращение. Он обнял Сайрин за талию и спросил:

— Так, и чем ты занимаешься здесь в такое время суток, дорогая?

Сержант покачал головой, уловив в вопросе скрытый намек на то, что нарушительница порядка делает это не впервые.

— Давайте договоримся, миссис Стоун, что мы вас здесь больше не увидим. Я бы на вашем месте не особенно увлекался спиртным. Вы же знаете, женщины быстрее привыкают к алкоголю, чем мужчины. — Полицейский посмотрел на Брига заговорщическим взглядом, словно говоря: ей нужна твердая рука, но рука любящего человека. И вслух снисходительно добавил, как если бы обращался к десятилетней школьнице: — Ну, пока! Скатертью дорога.

Сайрин нервно хихикнула.

— Спасибо за понимание, сержант Эмерсон!

В глазах Брига она прочла полное недоумение.

Репортер, бродивший вокруг, наговаривая что-то в микрофон, посмотрел в их сторону и навострил уши. Сайрин спрятала лицо у Брига на груди. Тот застыл неподвижно, как скала, потом обнял ее.

Из груди Сайрин вырвалось сдавленное рыдание, уже давно требовавшее выхода. Стоя в полицейском участке под яркими лампами дневного света, она словно растаяла в половодье нахлынувших на нее чувств. Теперь она знает: этот мужчина — ее судьба. Она бежала и бежала от него, но у нее больше нет ни сил, ни желания сопротивляться.

— Отвези меня домой, — проговорила Сайрин, тесно прижимаясь к Бригу.

На этот раз она не ломала комедию перед сержантом Эмерсоном.



Дождь лил как из ведра, когда такси остановилось возле дома. Стояла полная тишина, но из комнаты Мэри пробивался свет.

— Быстрее, — сказал Бриг, увлекая Сайрин в ванную. — Сейчас как раз тот момент, когда мне меньше всего хотелось бы разговаривать с моей сестрой. — Он включил отопитель, стянул с себя кожаную куртку, положил ладони на лацканы ее жакета. — Позволь помочь тебе снять мокрую одежду, милая.

Сайрин засмеялась, но сразу умолкла, вспомнив, что Мэри еще не спит. Бриг помогал не торопясь, что успокаивало. Он снял с нее жакет, расстегнул пуговицы шелковой блузки. Каждый открывшийся новый участок ее кожи он покрывал долгими, но легкими поцелуями. Мучительно медленно он избавил ее от бюстгальтера, нежно погладил ладонями полукружия грудей и наконец припал поочередно к соскам. В восторге ожидания Сайрин подставляла свое тело его жадным губам.

— О, да, — слышала она собственный шепот. — Да… Да… Да!..

Сайрин хотела расстегнуть свой пояс, но Бриг отвел ее руки.

— Нет еще, любовь моя, я слишком долго ждал этого момента и вот-вот взорвусь. Не хочу, чтобы праздник начался преждевременно.

Она подавила нервный смех. Он медленно стягивал с нее колготки вместе с трусиками, заставляя Сайрин задыхаться. Обнаженная, она прильнула к Бригу. Тот застонал и, отодвинув ее в сторону, открыл горячий душ. Пар начал заполнять комнату, а Бриг подтолкнул Сайрин в застекленную кабинку и, не сводя глаз с обнаженной женщины, стал раздеваться сам.

Терпение Сайрин кончилось. Она схватила Брига за руку и втянула его под струи воды. Он чертыхнулся, с трудом стягивая с себя мокрую одежду, а Сайрин зажимала рукой рот, чтобы не расхохотаться во все горло.

Когда он наконец предстал перед нею совершенно обнаженный, у Сайрин вырвалось восторженное восклицание. Его прекрасное тело блестело в потоках воды. Он притянул Сайрин к себе, глубоко вздохнул и замер в длительном объятии, как бы желая, чтобы их тела оставили друг на друге отпечаток… Сайрин осыпала поцелуями его плечи, шею. Бриг поднял ее, и Сайрин скрестила ноги у него за спиной. Безмерно волнующая близость надвигалась. Дыхание обоих сбилось, он все сильнее сжимал своими большими ладонями ее ягодицы.

Их окутал пар, сверху лились струйки воды. Почему-то Сайрин казалось, будто она слышит звон колоколов. Она задвигала бедрами от нетерпения и прошептала:

— Бриг…

Нетерпение придавало живость каждому ее движению. Руки опустились на его бедра. Кольцо ее ног сжалось сильней. Почувствовав всю его целеустремленную, непоколебимую силу, Сайрин услышала собственный хриплый шепот:

— Бриг… Умоляю… Возьми меня!

Он воспринял ее шепот как веление свыше. Казалось, он только и ждал этих слов, чтобы слиться с ней в одно целое…



Много позже, когда они нежились в постели, Сайрин задумалась:

— Ты считаешь, Мэри догадалась, чем мы занимались с тобой в душе?

— Мы должны радоваться, если она слышала лишь шум воды.

Сайрин блаженно потянулась, вспомнив свои крики в момент соития. Тело снова затрепетало, и вновь ею овладело яростное желание при мысли о ласках Брига.

— Сейчас ты у меня запоешь! — засмеялась Сайрин и взялась за дело. Бриг шутливо завопил и сполз с кровати. — А ну-ка, на место! И думай о чем-нибудь приятном, — улыбнулась она, припадая ртом к выпуклым мышцам его груди.

Постепенно ее тело запылало жаром. И тогда Бриг приподнялся и перевернул Сайрин на спину. Короткая пауза предвещала обоим несказанное наслаждение. Сайрин предвкушала взлет необыкновенного счастья, но реальность исступленной страсти превзошла все ожидания.



Она проснулась, хотя никто ее не будил. Рядом мирно посапывал Бриг. Бледный свет, пробившийся сквозь закрытые жалюзи и тюлевые занавески, достиг постели. Она приподнялась на локте и посмотрела на Брига. Она всматривалась в черты его лица, в игру теней на коже. Сайрин не знала, сколько прошло времени — минута, две или пять, прежде чем она обнаружила, что глаза Брига открыты.

— Мм… С добрым утром! — пробормотал он, припадая поцелуем к ее шее.

Зазвонил телефон, грубо вторгаясь в серебристый утренний мир. Сайрин привычно потянулась к аппарату, но Бриг опередил ее.

— Стоун слушает. Алло! Алло! Никого нет. — И он повесил трубку. — Наверное, ошиблись номером.

— Лучше бы ты этого не делал, — сердито сказала Сайрин. — В конце концов, это мой телефон! Не представляю, о чем люди думают, застав тебя здесь в пять утра.

— О том, что ты в постели со мной. И не ошибутся. И что из того? Ты ведь моя жена.

В самом деле, что? Сайрин, однако, установила: ее беспокоит не столько мнение посторонних, сколько излишняя торопливость Брига, его стремление говорить за нее.



Шел уже восьмой час, когда Сайрин вынырнула из волн сна. В течение нескольких секунд она бессмысленно смотрела на циферблат часов, пока не уяснила ситуацию.

— Четверть восьмого! — застонала она и выскочила из постели. — У меня же ранняя деловая встреча!

Боже, какой беспорядок в спальне! Противно смотреть! С пылающими щеками Сайрин бегала по комнате, собирая разбросанную одежду, ликвидируя свидетельства разыгравшихся здесь ночью страстей. Нахлынуло легкое раздражение. Обычно Сайрин готовилась к утренним деловым встречам накануне. Сегодня же она не только поздно поднялась, но и совершенно не собралась. Не остается времени ни на утреннюю пробежку, ни на завтрак.

Она носилась взад-вперед, но мысли неизменно были заняты Бригом, который спокойно лежал, положив руку под затылок; его глаза неотрывно следовали за женщиной. Всякий раз, пробегая мимо, она улыбалась ему.

— Какая жалость, — сказал Бриг, когда Сайрин села причесываться.

Она нашла в зеркале отражение его глаз.

— О чем это ты?

— Такое прекрасное тело спортсменки спрятано будничным халатиком…

Сайрин улыбнулась. Его восхищение согревало душу. Но одновременно она почувствовала укол досады.

— Я могла бы сказать то же самое о тебе! Как жаль, что ты скрываешь свое великолепное тело под этими линялыми футболками, под мешковатыми армейскими комбинезонами!

Бриг обнажил в улыбке белоснежные зубы. Сел, закинув руки за голову. Чертовски любит покрасоваться! Знает, что он неотразим. Минувшей ночью он точно узнал, как обожает его Сайрин. Она сама сказала ему об этом, и не один раз. И доказала это — тоже не один раз. Даже утром.

Сайрин с трудом сглотнула комок в горле. Да, первое утро вдвоем любовники должны уметь пережить. Ведь довольно неожиданно для себя она столкнулась с непонятной смесью эмоций — здесь было и упоение, и неловкость, и робость, и взволнованная нежность, и досада. Все чувства обострились, как если бы за ночь у нее удвоилось число нервных окончаний. В голове царил полный хаос, как, впрочем, и в комнате. Навести порядок ей, понятно, не удалось. Везде валяется что-нибудь из вещей Брига: там — ботинки, там — связка ключей, бумажник, кредитные карточки, записная книжка, горсть мелких монет.

Сайрин выравнивала в одну линию часы и ночной светильник на тумбочке у кровати, когда Бриг поймал ее руку.

— Зря стараешься, любовь моя! Ничем уже не вернуть прежний порядок вещей.

— Почему?

— У меня такое ощущение, точно ты валишь в одну кучу с одеждой на полу и карманной мелочью на туалетном столике и меня! Будто я — неприятный посторонний субъект, перевернувший вверх дном твою миленькую, аккуратную спальню. — Он пронзил ее суровым взглядом: — И твою миленькую, аккуратную жизнь.

— Ничего подобного, — возразила Сайрин, но покраснела. — Просто я не привыкла… делиться своим жизненным пространством. Прежде никогда у меня не было такого опыта.

Он вздернул брови.

— Никогда? Ты не жила с любовником? Ни разу?

Сайрин хотела вырвать руку, но Бриг ее не отпускал.

— Святые небеса! Ты говоришь так, словно у меня был легион любовников, — рассердилась она. — У меня были знакомые мужчины, но любовник только один…

— Чарльз? — нахмурился он. — Или тот, что попал в аварию?

— Между нами все было кончено за несколько месяцев до того, как он… как это с ним произошло. Мы никогда не жили вместе. А что касается Чарльза… — Сайрин сморщила носик. — Он просто работал некоторое время у нас в концерне. Вот и все. Я его почти не знала.

Глаза Брига загорелись. Он бесцеремонно потянул Сайрин за руку, и она упала на кровать прямо на него.

— Бриг… Что ты!

Ловким движением он перевернул Сайрин на спину и навис сверху, прижав ее запястья к кровати. Простыни сбились и открыли его наготу.

— Скажу тебе пару слов, чтобы между нами все было ясно. Не надейся найти во мне робкого любовника, довольного случайными приглашениями, когда тебе вздумается. Я не удовлетворюсь крошечным незаметным местечком на твоем туалетном столике. Я не стану приноравливаться к твоему миленькому, аккуратному домику, к твоей миленькой, аккуратной жизни. На все ляжет мой отпечаток! И то же касается тебя самой. — Бриг просунул палец за воротник ее блузки, поддел и подергал бретельку бюстгальтера. — Тебе придется привыкать ко мне!

Удары сердца отзывались в ушах. Он совсем обнаглел, думала Сайрин, ведет себя как повелитель! А нежное касание его руки, запах обнаженной кожи сводили ее с ума… Люблю его — ненавижу его, твердила она себе. А вслух ядовито заметила:

— Ну, раз в этом пока есть необходимость…

— В чем? — нахмурился он.

— В том, чтобы покончить с сохраняющимся между нами напряжением. Это была твоя идея, не так ли? Завести интрижку и тянуть с ней, пока чувство не отомрет естественным путем.

С замиранием сердца какое-то мгновение Сайрин надеялась услышать, как он станет отрицать, что именно в этом состоял его замысел. Глаза Брига потемнели от гнева, но злобу тотчас сменило спокойное раздумье.

— Да, я это предлагал, — согласился он. — И на том стою. Пока чувство не отомрет естественным путем. Так что привыкай ко мне, дорогая Ирен! Для этого может потребоваться время.

Его поцелуй был похож на упражнение в искусстве ласки. Словно Бригу хотелось запечатлеть в сознании Сайрин все вариации любовного дуэта: игривый, нежный, силовой… Когда он поднял голову, на спине у него остались следы ее ногтей, Сайрин задыхалась от желания. Бриг с растущим самодовольством следил, как менялось выражение ее лица.

— Мне нравится, как ты выглядишь, когда тебя целую, — сказал он, выпуская наконец Сайрин из своих объятий.

Та поспешила спастись бегством, так как знала: в противном случае придется провести в постели полдня. В зеркале Сайрин увидела всклоченную, раскрасневшуюся, возбужденную женщину. Губная помада размазалась, влажные губы блестели. Она бросила взгляд на Брига. Он уже был на ногах, выросший на все свои шее, лишним футов. Совершенный образец мужчины. Впрочем, нет: плечи чересчур широки. Но ведь это позитивное несовершенство. Сайрин облизнула губы.

— Ты можешь ради меня сохранить на весь день такое выражение лица и не менять его до вечернего душа? — лукаво спросил он.

Торопясь уйти, Сайрин с силой захлопнула дверь и услышала смех Брига. Да, ей не под силу испортить ему настроение. Но и сама она всю дорогу до офиса продолжала улыбаться, не обращая внимания на дождь, хлеставший в ветровое стекло. Никогда еще она не терпела такого краха в своих устремлениях и не получала от этого такой радости.

10

Состояние Филиппа улучшилось настолько, что врачи разрешили ему улететь.

— Компания оплачивает билет и для сопровождающей медсестры. Ой, не могу дождаться, когда мы будем дома! — говорила вечером того же дня Мэри, собирая игрушки и детские вещи, разбросанные Луизой по всей кухне. — Машину, которую я взяла напрокат, я оставляю Бригу в аэропорту… Ой, забыла! Он просил передать тебе, что ему пришлось улететь в Хобарт на встречу с каким-то знатоком тасманских джунглей, перед тем как тот снова исчезнет в северо-западных лесах. Я имею в виду эксперта, а не Брига, — хихикнула Мэри. — Он сказал: позвонит тебе позже, чтобы сообщить, когда вернется на материк.

— А, отлично, — сухо отозвалась Сайрин, не слишком радуясь тому, что информацию о передвижениях своего мужа получает от золовки.

Тасмания, прикидывала Сайрин, готовясь поужинать овощным салатом. Когда оттуда рейсы? Да еще надо положить на беседу часа четыре, а потом дождаться подходящего самолета… Значит, Бриг вернется домой к десяти.

И Сайрин стала страстно ждать десяти часов. Есть время принять не спеша ароматическую ванну. Она припасла персикового цвета атласную ночную рубашку, купленную украдкой в рабочее время между двумя деловыми переговорами.

И вот она уже улыбается, простив Брига за то, что он не позвонил ей сам. К его приезду будут готовы и кофе, и бренди. Да, и шоколад для этого сладкоежки! Из сада она принесет в комнату букет роз, притушит свет…

Она циркулировала по дому, думая о Бриге, слыша его голос. «Так что привыкай ко мне, дорогая Ирен. Для этого может понадобиться время». Это почти равносильно признанию в любви. Он хочет, чтобы их брак не был фиктивным: об этом уже говорилось. А сегодня… Сегодня она скажет Бригу, что любит его.

Сайрин прикусила губы, осознав колоссальное значение этого шага. Что будет со всеми ее планами, жизненными целями? Они ведь строились, не учитывая соседства кого-либо еще, не говоря уж о такой личности, как Бриг Стоун. Этот действительно не смирится с укромным уголком в ее жизни.

— …Слышала, она была на выставке твоей кузины?

Сайрин заморгала, понимая, что важную часть слов Мэри она пропустила мимо ушей.

— Извини, кто был на выставке?

— Марджори. Ну, теперь-то она должна понять все раз и навсегда! Мне ее жаль, но, честно говоря, Бригу досталось от нее. От одержимых мужчин у меня мороз дерет по коже, а уж одержимая женщина — вообще кошмар! — Мэри содрогнулась. — Страшно смотреть.

— Она… Чем она одержима?

Мэри смотрела уже неуверенно, словно чувствуя, что вела себя не очень дипломатично.

— Я бы, скорее всего, ничего не сказала, не будь ты такой зрелой, уравновешенной натурой. Тебе, наверное, известно, что они с Бригом… у них была связь некоторое время назад. Недолго, примерно… Только год с небольшим.

Целый год! Зрелая и уравновешенная Сайрин почувствовала, как душу прожгла жгучая ревность. Связь, длившаяся так долго, не могла не закрепить глубокое чувство, от которого просто так не отмахнешься. Продолжал ли Бриг до последнего времени встречаться с Марджори? Нет, конечно… Если бы Марджори была по-прежнему объектом его вожделений, вряд ли бы он так убедительно демонстрировал, будто женился по-настоящему. И все-таки тревога не проходила.

— Та женщина, значит, одержимая? — переспросила Сайрин.

Золовка поморщилась.

— Марджори не могла смириться с разрывом. Она уехала с побережья и умышленно купила дом неподалеку от Брига. Ты же знаешь…

Сайрин мыла под краном помидоры. Рукам было холодно. За окном буйствовал проливной дождь. В такое время лучше всего наваристый суп да жаркое, однако Сайрин, несмотря ни на что, упрямо держала оздоровительную диету: салат из овощей ежедневно. Правда, теперь такое меню уже не вызывало у нее восторга.

— Нет, — сказала она. — Я не знала.

— Марджори продолжала наведываться к нему, звонила по ночам, слала подарки. В общем, она была уверена, что снова раздует погасший костер. Но хуже всего — она заразила своей одержимостью сына. Думаю, ей удалось убедить Ники, что если очень постараться, то можно заполучить Брига в виде отчима. Она чуть не довела мальчишку до помешательства, тем более что настоящий отец у него просто дерьмо, и Ники боготворил Брига как героическую личность. Я теперь думаю, не нарочно ли парнишка застрял тогда на отвесной скале…

Сайрин, уже с трудом слушая этот рассказ, нашла в себе силы возразить:

— Этого не может быть!

Мэри пожала плечами.

— Слишком уж странные совпадения: у этой семейки постоянно случалось такое, что втягивало Брига назад в их жизнь, а у Марджори снова появлялась возможность выплакаться на его груди. Я постоянно говорила брату, что он слишком миндальничает, что нужно решительно отдаться от всякого общения с Марджори. А он мне возражал. Он, дескать, чувствует свою ответственность и не хочет, насколько это в его силах, причинять им боль. Ну, ты знаешь, какой он!

Так вот почему Бриг, подумав, принял ее лунатическое предложение! Теперь она припомнила, как на острове, прежде чем согласиться, он что-то прикидывал в уме. Может быть, тогда он и увидел в браке по расчету надежную защиту от Марджори и ее сына?

А как обычно убеждают бывшую любовницу, одержимую своим чувством, в том, что раздуть погасший костер нет никакой возможности? Что делают для этого? Искры заливают водой, затаптывают, кострище засыпают землей. А она-то, неглупая Сайрин Уорд, возрадовалась, узнав, что Марджори всегда оставалась в неведении относительно заключенной между ними сделки. Она, Сайрин, была польщена, узрев в молчании Брига по этому поводу особый, обнадеживающий ее смысл.

Вовсе не по этой причине он держал в секрете правду об их браке. Вовсе не ради этого затеял романтическую свадьбу. Вовсе не мечтал он втайне о Сайрин Уорд. Ему не нужны были ни настоящая свадьба, ни достойный этого слова брак. Требовалось лишь одно — убедить Марджори, будто все происходящее не пошлый фарс. Раз родственники и друзья поверили, почему бы и Марджори не последовать их примеру? А если заодно удастся задурить голову Сайрин Уорд и та влюбится, тем лучше!

Ей с самого начала следовало ожидать подвоха, ведь совпадений было слишком уж много! То он вдруг появляется на ее острове, то приплывает именно к той скале, где она смиренно чего-то дожидалась. Сайрин думала, будто сюжет пьесы строится вокруг нее, в то время как на самом деле играла лишь второстепенную роль во втором действии этого хладнокровно рассчитанного водевиля, принадлежавшего перу неотразимого Брига Стоуна.

А вот и еще одно совпадение. Бриг является незваным на выставку Дороти, где «случайно» сталкивается с Марджори. В эту минуту удобная молодая жена, конечно, тут как тут. Он властно распоряжается, противопоставляя ее надоедливой любовнице, которая одержима этим мошенником в стоптанных башмаках.

А минувшая ночь? Все промелькнуло, словно колода карт в руках умельца, но одна картинка осталась перед глазами: Бриг, метнувшийся к телефону через всю кровать. Кто ему звонил?

С холодной решимостью Сайрин заставила себя посмотреть на случившееся с другой точки зрения. Собственно, была лишь одна ночь с сексуальным, порочным мужчиной. Вот и все! Совершенно необходимое для увлеченной карьерой женщины избавление от эротической напряженности. Пора уже отказаться от попыток покрывать романтическим флером Брига Стоуна и его поступки. Он — мужчина с большим любовным аппетитом, и минувшая ночь много дала Сайрин. Здравствуй и прощай, а в промежутке: забавы, страсти, нежности. Никаких обязательств! Целые толпы читательниц модных журналов умерли бы от зависти, услыхав о таком приключении.

В кухню заскочила Луиза, обхватила ручками колени Сайрин.

— До свиданья, тетя Сайрин. Ты ведь приедешь ко мне, когда папа выздоровеет? Я покажу тебе мой домик для щенков.

— Очень хорошо, — сказала растроганная Сайрин. Она подняла девочку на руки, прижала к себе: — Я буду скучать по тебе!

Мэри с влажными глазами поцеловала Сайрин и поблагодарила за гостеприимство.

— В следующий раз, когда вы с Бригом будете вместе у нас, на севере, мы устроим званый обед. А как, кстати, вы с ним думаете устроиться? Я имею в виду: ты — в Мельбурне, он — в Квинсленде. — Мэри тотчас спохватилась: — Прости, что влезла не в свое дело. Но у вас, смею сказать, такой необычный брак… Нам всегда казалось, что Бригу нужна незаурядная женщина. Ты для него — идеальная жена! Я страшно рада, что у меня такая невестка!

Прощальное объятие получилось коротким, но в него было вложено столько симпатии, что у Сайрин от волнения сжалось горло.

В опустевшем доме как-то по-новому остро ощущалось одиночество. Гнев ее прошел, начали возвращаться надежды. Может быть, она неправильно понимает вещи? Через некоторое время зазвонил телефон, но голос был чужой. Зачитали записку от мистера Стоуна: вылет самолета отложен, прибыть сегодня вечером на материк не удастся. Сайрин равнодушно скомкала персиковую атласную рубашку и засунула ее в ящик комода.



На следующий день ей надо было побывать на строительстве административного здания, которое сооружал концерн «Уорд». Ветер из Антарктики свистел в конструкциях будущего небоскреба, и Сайрин дрожала в своем теплом жакете.

— К вам посетитель, мисс Уорд, — сообщили снизу.

Тросы рабочего лифта закачались, когда кабина начала подъем. Склоняясь над планом инженерных работ, Сайрин прикинула, кто из архитекторов может разыскивать ее сейчас и по какому делу. Однако из кабины вышел не архитектор в пластиковой каске, а Бриг. Сайрин оторопела.

— Что ты тут делаешь? — довольно холодно удалось произнести ей, хотя сердце заработало в бешеном темпе.

— Почему-то мне показалось, что мой приход будет тебе приятен, — насмешливо ответил Бриг.

— И ты даже не надел свою знаменитую футболку с противопожарными инструкциями? Впрочем, они тебе, пожалуй, больше и не нужны. Ты же, вероятно, затоптал к этому времени все искры до последней.

Озадаченный ее тирадой, Бриг нахмурился.

— Объясни, что происходит?

— Твоя сестра рассказала все о Марджори. Я понимаю, женитьба на мне подвернулась очень кстати — ведь ты смог убедить свою бывшую подругу в том, что надеяться ей больше не на что. Но ты не учел одного: меня не устраивает эта роль! Не желаю быть пешкой в чьих-то руках, которую передвигают с целью окончательно добить отставную любовницу!

Сайрин замолкла, но Бриг так ничего и не сказал, только лицо у него словно окаменело.

— Теперь я понимаю, почему тогда в постели ты бросился как бешеный к телефону, — продолжила Сайрин. — Ты знал, что несчастная одержимая Марджори должна позвонить. Ей надо было узнать, действительно ли ты со мной, так как она не верила, будто мы с гобой по уши влюблены друг в друга, не правда ли? Но она услышала твой голос, и к тому же ты назвал себя, чтобы рассеять всякие сомнения. Подозреваю, что ты намеренно спланировал забраться в мою постель в ту ночь!

У Брига на скулах заиграли желваки. Он резко бросил:

— Ты забыла, что позвонила мне тогда вечером? Из полицейского участка.

— Все равно ты явился бы ко мне, если б я и не звонила, верно ведь? У тебя был готовый план.

Бриг, странно взглянув на нее, заговорил ласковым, но пугающим тоном:

— Ты сама не веришь тому, что говоришь. Набросилась так внезапно… Ты просто любой ценой пытаешься подобрать железные доводы, чтобы отделаться от меня. Испугалась за свою независимость?

Спиной Сайрин чувствовала холод стальных поручней, к которым она прижалась. Бриг подошел ближе, пользуясь тем, что отступить ей некуда.

— Меня такой поворот почти не удивляет. Ты не привыкла делиться своим жизненным пространством ни с кем. Это твои слова. Тебе нравится командовать — и вдруг ты потеряла контроль над ситуацией. Ты хотела меня — в этом ты тоже призналась. Но что же в этом дурного, любовь моя?

— Нечего меня поучать, — рассердилась Сайрин на его покровительственный тон, но еще больше — на собственную слабость: ее неудержимо влекло к этому сильному, горячему человеку.

— Мне было сказано: «Ты мне нужен», и я примчался сломя голову. Вот уж никак не ожидал, что мой порыв будет истолкован тобой столь превратно. Конечно, гордая и независимая мисс Уорд любит сама гонять своих скаковых лошадей, и это ей по душе. — Бриг придвинулся вплотную и легким поцелуем коснулся ее виска. — «Ты мне нужен» — никогда не слышал ничего лучше! И еще тот полицейский сказал: «Ваша жена…» Я был потрясен и понял, что…

— Что же ты понял, Бриг? — с горечью сказала она. — Ты придаешь слишком большое значение тому, что я использовала твое имя в полицейском участке.

Он улыбнулся.

— Ты назвала себя миссис Стоун… Признаюсь, у меня голова пошла кругом. Больше того, я чуть не спятил от радости. Сайрин Уорд во всеуслышание признала меня своим мужем! Это звучало как небесная музыка! Я тогда понял, что время доскажет все остальное.

— В тот момент назваться твоим именем и фамилией было просто необходимо! Там вертелся репортер, и мне вовсе не улыбалось попасть на первые полосы газет в качестве участницы уличной потасовки. Поверь, от этого мои позиции в Совете директоров не стали бы прочнее. Особенно теперь, когда я претендую на место Джулиана — руководителя нашей дочерней организации «Колосс».

Ее признание потрясло Брига. Глаза его выкатились из орбит, он медленно отстранился, на лице появилась уничижительная улыбка.

— Можете смеяться, мисс Уорд, но я никогда не думал, что столкнусь с таким образчиком целеустремленности. Я едва не позабыл, что вы убедительными причинами надежно обосновываете каждый свой шаг. Неслыханно, чтобы взрослый и опытный мужчина мог оказаться таким доверчивым болваном! Правда, я и прежде сомневался, что у нас с тобой что-нибудь получится. Я не говорю о сексе. — Он намеренно повысил голос: — Секс с тобой — само совершенство! Ты превращаешься в пылкую и страстную женщину, когда забываешь быть мужчиной.

Сайрин вскинула голову.

— Не кричи так громко!

— А, боишься, что коллеги вдруг узнают, какой чувственной ты можешь быть? Что холодная, как лед, директриса способна стонать от страсти, извиваться всем телом и впиваться ногтями в мою кожу на спине? Что мисс Сайрин Уорд готова молить о наслаждении?

Ее лицо запылало. Сайрин замахнулась… Она не знала, нанесет ли удар, но Бриг схватил ее за запястье. На миг он прикрыл глаза и приложил ее ладонь к своей щеке, так, что у Сайрин заново пробудились надежды. Если бы он сказал что-нибудь, раскрывая свою муку и отчаяние!

— Прости меня, — сказал Бриг. — Я вечный неудачник…

Пульс Сайрин резко упал. Значит, все кончено! Он считает себя проигравшим — для нее это слишком слабое утешение.

Снизу донеслись голоса, заскрипели тросы подъемника.

— Едут твои коллеги, — сказал Бриг. — Прощай. Я схожу к своему адвокату, и он подаст бумаги на развод.

Какое-то время его силуэт виднелся в кабине. Он поднял голову, и синие глаза сверкнули на прощание. Подъемник ушел вниз. Холодный ветер с дождем продувал насквозь стальные конструкции и строительные леса.

11

— Члены благотворительного комитета и лорд-мэр будут здесь минут через двадцать, — доложила секретарша, положив на стол Сайрин пачку бумаг. — Все снаряжение уже на крыше, а скалолазы переодеваются у машин. Газетчики хотели бы сфотографировать вас в момент, когда вы желаете им удачи.

Сайрин со вздохом оторвалась от стола, заваленного документами, расстроенно взглянула на спустившуюся петлю на колготках.

— Спасибо, Марта! Вы принесли список членов комитета?

— Да, вот он. — Тут же наклоном головы секретарша указала на ее коленку. — Если у вас нет запасных, могу одолжить.

— Спасибо, я позаботилась заранее.

Со списком в руках Сайрин ушла в свою гостиную переодеться.

Вернувшись в кабинет, она присела снова к столу и сквозь зелень комнатных джунглей залюбовалась панорамой Брисбена, отгороженного от нее стеклянной стеной. Годами она мечтала об этой возможности: она сидела в отвоеванном ею кресле, а на двери кабинета на медной пластинке вырезано: Глава администрации объединения «Колосс». Мечта осуществилась. По иронии судьбы, должность сама свалилась ей в руки, как только она перестала добиваться ее особенно рьяно.

Одно время Сайрин думала, что ей не захочется покидать Мельбурн и домик Софии, с которым связаны воспоминания детства. Но прошло несколько месяцев с того августовского дня, когда состоялся ее последний разговор с Бригом в недостроенном здании, и Сайрин обнаружила, что уже не так привязана к дому, бывшему когда-то ее родным гнездом. Но и перебравшись в Брисбен, сменив обстановку, она не почувствовала успокоения. Она была как в заколдованном сне: с множеством дел справлялась превосходно, но не ощущала связи с местом действия. Где же ты, мой дом?

— Машина лорд-мэра заезжает на автостоянку, — передала секретарша по внутреннему телефону. — Боюсь, он прибыл раньше, чем договаривались.

— Иду, — ответила Сайрин.

Дел у нее невпроворот, и благотворительность отнимает массу времени, однако «Колосс» широко известен тем, что поддерживает различные объединения общественности. Предстоящее мероприятие, безусловно, весьма полезно для фирмы. Весь вопрос в том, вызовет ли разрекламированный спуск с небоскреба команды неустрашимых скалолазов увеличенный приток пожертвований в пользу страдающих мускульной дистрофией? Но Сайрин дала согласие на использование здания «Колосса» для начала благотворительной кампании, и теперь уже никуда не деться от ритуала рукопожатий и светских любезностей.

Вместе со своей секретаршей Мартой она спустилась вниз. Вооружившись улыбкой, приветствовала лорд-мэра и членов комитета по сбору пожертвований, в том числе четверых инвалидов в колясках. Во главе вновь прибывших Сайрин направилась под наблюдением телекамер к группе скалолазов.

Те стояли, одетые как альпинисты, в защитных касках, позванивая снаряжением. Фотографы придвинулись ближе, когда начались рукопожатия.

— Желаю удачи, — улыбалась Сайрин каждому спортсмену, читая имена, вышитые крупными буквами на куртках. — Удачи вам, Джеф. — Затем Кэт, Джон… Подошел черед предпоследнего в строю. — Удачи вам… — Сайрин одновременно прочитала имя и посмотрела ему в глаза. Темноголубые, почти синие, под темными бровями. Лицо покрыто загаром, губы… Она когда-то мечтала прижаться к ним в поцелуе. — Удачи вам. Бриг, — закончила Сайрин.

— Благодарю, мэм, — услышала она в ответ.

Знакомый голос. Удивительно, ведь память не может записать сам звук, но стоит его услышать, и вы знаете, кто перед вами.

— Бриг, — еще раз произнесла она, окидывая его взглядом, запоминая детали. Выглядит великолепно, такие же широкие плечи, такая же атлетическая фигура, несмотря на мешковатый альпинистский костюм.

Сайрин хотела убедиться, что он жив и невредим. Иногда она просыпалась ночью, ей снилось, как Бриг уходит под кипящую пеной волну или летит вниз головой, сорвавшись в пропасть. Но у него все, видимо, в порядке.

И в третий раз, читая вышитую надпись на куртке, она произнесла:

— Бриг.

— Если ты не перестанешь повторять мое имя, начнутся разговоры. По меньшей мере, один из журналистов разнюхал, что мы женаты. Почему, кстати, ты еще не подписала документы, необходимые для развода? Не приличествуют деловитому главе администрации «Колосса» бюрократические проволочки.

Сайрин окинула взглядом суетившихся вокруг журналистов. Насмешливый, неунывающий тон Брига словно пробудил ее от сна.

— Ты должен был меня предупредить, что являешься участником спуска. Или это твоя очередная неостроумная шутка, вроде розового лимузина с дурацкой куклой на капоте?

— Да как-то понадеялся, что ты будешь за рабочим столом во время нашего спуска, и я, двигаясь мимо, сделаю тебе ручкой. Смотрю, внешне ты теперь выглядишь свободнее. И мне нравится твоя новая прическа — волосы до плеч. — Он поднял руку, но не коснулся Сайрин.

Волосы ему нравятся! И только?

— Мэри в родильном доме в Брисбене, — внезапно переменил он тему. — Небольшие отклонения от нормы. Она просила передать, если мы увидимся, что была бы рада тебя видеть. Неисправимая оптимистка!

— Осложнения? Какого рода? — взволновалась Сайрин.

Но последний в ряду скалолазов, ухмыляясь, шагнул к ней и сам протянул руку. Она автоматически протянула свою.

— Ой, у вас холодные руки!

— Зато горячее сердце, — сухо заметил Бриг.

Скалолазы строем двинулись к зданию.

У входа они обернулись, чтобы помахать зрителям, словно астронавты перед посадкой в космический корабль. Сайрин посмотрела вверх. Конечно, среди здешних небоскребов здание «Колосса» не из самых высоких, но внезапно ей показалось, что его остекленные стены словно парят в воздухе. Ей стало душно, когда она представила себе, что Бриг сорвался, и его распластанное тело мелькнуло на фоне лазурного небосвода.

Сначала ее ноги приросли к земле. Сознание четко отмечало, что и где происходит. Потом, уже ничего не обдумывая и не решая, Сайрин бросилась вслед уходящим скалолазам. Бриг оглянулся, услышав, как застучали ее каблуки по мраморным плитам вестибюля, и с удивлением увидел, что Сайрин бежит к нему.