— Джоанна! — с изумлением воскликнула Абигейл. — Что ты такое говоришь?
— Да, по-моему, ты преувеличиваешь, — сказал Брет, поднося к губам стакан с соком.
Кейл ответил не сразу. Он прихлебывал свой кофе, внимательно глядя на Джо. Она была похожа на разъяренную львицу, защищающую своих детенышей. Если он что-то понимает — это все та же потребность защищать того, кто слабее. Но от чего она защищает Кайли? Он поставил чашку на стол.
— Я просто задал Кайли вопрос, а вы уже решили, что я ее извожу? Интересно, с чего бы это?
— А как это называется — то, что вы делали?
— Просто спросил, и все. Я не имел в виду ничего дурного. Вы, должно быть, не так меня поняли. Я прошу прощения.
— Вы уж простите ее, Кейл, — сказала Абигейл, озадаченно глядя на племянницу. — Она очень беспокоится за сестру.
— Да, я это вижу, — ответил Кейл.
Он никак не мог отвести глаз от лица Джо. Гневное пламя, полыхавшее в ее глазах, делало ее ослепительно прекрасной. У нее был такой вид, словно она вот-вот бросится на него прямо через стол, размахивая этим почти игрушечным ножичком. Кейл не сомневался, что, будь они наедине, она бы так и сделала. Ах, как жаль, что они не наедине! Неприкрытый гнев помог бы ему узнать ее лучше, чем ее страсть.
— Вам не стоит извиняться за меня, тетя Абигейл.
— Но она ведь права, Джо, — сказал Брет. — Главное, что Кайли сейчас намного лучше. А скоро она будет совсем здорова.
— Вот-вот, — сказала Абигейл. — За все эти дни Кайли в первый раз спустилась к завтраку, а теперь еще пошла гулять. Это явное улучшение. Скоро она станет такой, как прежде. Ведь доктор тебе говорил, что так оно и будет? Ей всего лишь надо отдохнуть.
— Что ты, дорогая? — Брет протянул руку и повернул лицо Джо к себе. — Тебе не о чем беспокоиться. Понимаешь? Не о чем!
Джо била дрожь — мелкая-мелкая, но Кейл следил за ней так внимательно, что не мог этого не заметить.
Она глубоко вздохнула.
— Да, конечно. Простите, Кейл. Я не хотела вас обидеть.
— Да что вы, я вовсе не обиделся, — тихо ответил Кейл. — Даже наоборот…
Брет резко повернулся к нему. Он явно насторожился. Но, когда он заговорил, тон его был ровным и дружелюбным.
— Это все из-за свадьбы. У нас у всех нервы на пределе.
— Конечно, — вежливо кивнул Кейл. — Это вполне понятно.
— Ну вот, значит, все уладилось! — сказала Абигейл, вставая из-за стола. — Джоанна, ты будешь фотографироваться сегодня после обеда?
— Да.
— О, ты мне об этом не говорила! — воскликнул Брет, явно обрадованный. — А где ты будешь сниматься?
— Еще не знаю. Я попросила фотографа, чтобы он выбрал место сам.
— Вам все равно не положено этого знать, — поддразнила Брета Абигейл. — Ведь вы непременно захотите прийти посмотреть, а вам не положено видеть Джоанну в свадебном платье до свадьбы.
Брет добродушно рассмеялся.
— Нет, конечно! Это ведь дурная примета. Не хватало еще, чтобы наш брак оказался неудачным.
Абигейл одобрительно кивнула.
— Очень разумно с вашей стороны. Ну ладно, пойду укладывать волосы, меня уже ждет парикмахер.
— А я — на работу, — сказал Брет, тоже вставая из-за стола. — Джо, ты позвони мне, если что.
— Хорошо, — ответила Джо.
Он наклонился и звучно чмокнул ее в губы. Потом поднял голову и прошептал:
— Обещаешь?
— Обещаю.
Джо улыбнулась Брету, но Кейл заметил, что губы ее плотно сжаты. Да, она в самом деле слишком бурно отреагировала на его разговор с Кайли. И с чего бы это? И с чего это она так напряглась сейчас?
— Я тебе вечером позвоню, — сказал Брет, легонько проведя на прощание ладонью по ее серебристым волосам. — До свидания, Уитфилд.
Он коротко кивнул и скрылся в доме.
Джо положила руки на стол и судорожно сцепила пальцы, потом резко отодвинулась от стола и вскочила на ноги.
— Пойду поищу Кайли.
— Джо! Подождите минутку…
— Джоанна, — перебила его Абигейл, — я появлюсь только после обеда. Кейл, имейте в виду, что вы можете прийти к нам ужинать, если хотите.
— Благодарю вас, я буду иметь в виду, — Кейл развернулся на стуле лицом к пожилой даме, которая величественно шествовала по террасе к дому. — Быть может, кто-нибудь из моих людей подвезет вас в салон?
— Нет, спасибо. Я прекрасно доберусь сама.
— Хорошо. Но у вас в машине есть телефон. Если что, немедленно звоните мне.
Абигейл рассмеялась.
— Чересчур уж вы заботливы!
— Ну что я могу сказать? — усмехнулся Кейл. — Это моя работа.
Он помахал на прощание Абигейл и снова развернулся к столу.
— Джо…
Но он был один. Джо исчезла. Кейл выругался сквозь зубы, огляделся и увидел, что она уже на середине лужайки.
Он догнал Джо, когда она уже готова была скрыться за железной калиткой в высокой зеленой изгороди. Кейл поймал ее за руку и заставил остановиться.
— Черт возьми, я же просил вас подождать!
Она вырвалась и потерла запястье, за которое Кейл ее схватил. Нет, он не сделал ей больно, но у нее было такое ощущение, что прикосновение Кейла каким-то образом отметило ее. Она пыталась убедить себя, что задыхается от быстрой ходьбы, а вовсе не оттого, что рядом с ней стоит этот мужчина. Но он стоял слишком близко, и от него могучей волной исходили жар и гнев.
— Что я такого сделала или сказала, что вы решили, будто ваши слова имеют для меня какое-то значение?
— Ничего себе! — Кейл изумленно вскинул брови. — Что это с вами?
Ничего. Дело всего лишь в нежности, которая звучит в его голосе, в тревоге за нее, которая светится в его взгляде. Но это отнюдь не утешало и не успокаивало. Можно ли быть спокойным, стоя посреди минного поля?
— Ничего. Просто я по опыту знаю, что разумные доводы до вас не доходят.
— Если вы действительно так думаете, значит, вы меня не понимаете. Могу вас заверить, что все, что вы говорите и делаете, до меня доходит. Я вас слышу, вижу, чувствую… — Он на миг умолк, затянутый в бездну ее серебристо-зеленых глаз. Там таилась какая-то тень. И… страх?
— От чего — или от кого — вы сейчас бежали? А, Джо?
— Ни от кого я не бежала. Я искала Кайли.
— Но разве трудно было подождать минуту? Я ведь вас просил…
Можно подумать, она не слышала! Но видеть их обоих — его и Брета — за одним столом было слишком тяжело. Она просто не могла больше держать себя в руках. Эти двое мужчин за одним столом… проницательная тетя… перепуганная сестренка… Джо не могла бы выдумать худшего кошмара! Брет был предсказуем. Кейл — абсолютно непредсказуем. Кайли нуждалась в особом внимании и защите. Абигейл чересчур наблюдательна. Все висело на волоске.
— А вы так привыкли, что женщины делают все, как вы скажете, что не можете стерпеть, когда одна из них вас ослушается?
— Если эта женщина вы — да, не могу.
Джо грустно подумала о том, какую удивительную пару они из себя представляют. Он, похоже, просто не в силах расстаться с нею. А она не в силах заставить его уйти. Любого другого она бы просто послала подальше и тут же забыла бы о нем. Но они с Кейлом были как кремень с огнивом: стоило им встретиться, как летели искры — и вспыхивало пламя. Она не могла пренебречь этим, сделать вид, что ничего этого нет.
Она покачала головой, мысленно упрекая себя за слабость. Надо взять себя в руки наконец!
— Извините, но я сейчас занята. Мне слишком многое нужно обдумать.
Кейл шагнул ближе к ней.
— И чем быстрее вы от меня отделаетесь, тем проще вам будет все это обдумать?
Джо завела руку за спину, нащупывая ручку калитки.
— Вот именно.
— Интересно — почему?
Он отвел прядь волос, упавшую ей на лицо, и одно это прикосновение сделало бегство невозможным. Ее обдало волной жара, которая тут же сменилась ледяным холодом страха. Что же ей делать? Кейл предлагал уйти — она отказалась. Она не могла не обращать на него внимания. Он не давал ей возможности избегать его. Он задевал такие струны ее души, о существовании которых Джо раньше и не подозревала. Он отвлекал ее внимание, когда ей нужно было быть собранной. Она должна думать и заботиться в первую очередь о Кайли и Брете, и только о них. А вместо этого она все время думает о нем…
— Почему, Джо?
Она вздрогнула — вопрос Кейла заставил ее вернуться к реальности.
— Потому что… потому что то, о чем я думаю, не имеет к вам никакого отношения.
— Ну тогда давайте не будем разговаривать. Давайте займемся любовью.
Земля поплыла у нее под ногами, пульс участился. Наконец-то Кейл высказал вслух то, что все время стояло между ними с того самого момента, как они встретились. И ей так хочется согласиться…
— Не надо, — прошептала она. — Не надо, не проси…
— А если я буду умолять?
— Этот разговор ни к чему не ведет! — сказала она внезапно охрипшим голосом и поспешно сглотнула. — Есть ли у вас какие-то вопросы, имеющие отношение к свадьбе?
— На самом деле есть. Все тот же вопрос: почему?
Джо проскользнула в калитку и попыталась закрыть ее за собой, но Кейл помешал ей сделать это и вошел вслед за ней.
Его губы медленно расплылись в чувственной улыбке.
— Так ты не хочешь выслушать меня? Пытаешься сбежать? Почему, Джо?
Она смотрела на его губы, вспоминая другой сад, где они были вдвоем, и прикосновение его губ той ночью… Они были сильными, умелыми и горячими…
Он протянул к ней руку, и Джо испуганно попятилась.
— Не надо, — тихо сказал он. — Я тебя не обижу.
В горле у нее стоял болезненный ком.
— Обидеть можно по-разному, Кейл.
— Тебя я никак обижать не стану.
— Ты не знаешь…
— Ну так скажи мне! — тихо попросил он. Она судорожно, хрипло дышала.
— Да, ты прав. Ты не обидишь меня, я тебе этого не позволю, так что говорить не о чем.
— Ты не права, — прошептал он. — Говорить есть о чем…
Кейл провел пальцами по ее щеке, потом неожиданно опустил руку ей на грудь и прижал ладонь к сердцу.
— Скажи, что это не из-за меня твое сердце бьется так часто! Скажи — и заставь меня поверить тебе!
Ее сердце колотилось под его ладонью, и по телу Джо разливался жар. Как может она убедить его, когда она не в силах убедить самое себя? И все же надо попытаться… Она шагнула назад — его рука упала.
— Нет, это не из-за вас, — произнесла она громко и отчетливо.
— Я сказал — заставь меня поверить…
Нет. Ей встречались противники пострашнее Кейла Уитфилда. Он не заставит ее изменить принятому решению. Она не даст ему перевернуть свою жизнь. И, конечно же, она не станет заниматься с ним любовью! Но вся беда в том, что ей приходится бороться не только с Кейлом, но и с самой собой.
— Я это знаю, а верите вы или нет — мне все равно.
— Я хотел бы согласиться, но не могу.
Он снова притянул ее к себе, но на этот раз прижал и стиснул ладонью ее грудь, искусно лаская мягкую упругую плоть. Ее сосок набух, и грудь заныла.
— Джо… — в его голосе проскользнула умоляющая нотка. — Черт возьми, ну почему ты не признаешься, что хочешь меня?
Этот молящий тон удивил и тронул ее, но она заставила себя ожесточиться.
— Потому что не хочу!
— В самом деле? Или просто не смеешь признаться себе в этом?
«Нет!» Одно-единственное слово, но она не могла заставить себя произнести его. Любовь Кейла была для нее запретным плодом, а запретный плод всегда сладок. И все же она не может хотеть его. Не может, не должна. Для него уже нет места в ее жизни, и в первую очередь в ее сердце.
Кейл, тяжело дыша, обнял ее за бедра и притянул ближе к себе.
Его уверенные руки начали блуждать по ее телу, как бы запоминая его изгибы, разнося жар в каждый уголок ее существа — жар, предательский в своей силе, опьяняющий своей мощью.
— Я не могу! — простонала она.
— Если я могу, то и ты можешь, — его карие глаза сделались почти черными. — Я должен признаться тебе, Джо: плохо это или хорошо, но мое тело не знало покоя с того момента, как я увидел тебя. Почему же ты должна оставаться спокойной? Это несправедливо!
Она потрясла головой.
— Господи, но ведь я же помолвлена! Ты здесь только потому, что я скоро выхожу замуж! Это не значит, что я должна быть платой за твою работу.
— Ну же, говори! — настойчиво шептал он. — Скажи мне что-нибудь, чего я не знаю. И сделай так, чтобы это было похоже на правду.
— Я уже говорила! Я не знаю, что еще сказать тебе, чтобы ты понял!
Ей хотелось плакать. Она сопротивлялась, и в то же время всю ее охватило желание. Ей нужен был Кейл! Он может облегчить ее страдания, если она позволит ему. Это было бы так просто! В саду никого нет, никто их не увидит. Они могли бы заняться любовью здесь, среди цветов, и она хоть ненадолго познает блаженство…
— Черт возьми, Джо! Я ведь знаю, что ты испытываешь то же, что и я.
— Прости, но это не так, — нашла в себе силы произнести Джоанна.
Он выругался и крепко схватил ее за руки повыше локтей. Глаза его сверкали.
— Ну, Джо, поздравляю! Если я не сошел с ума раньше, то теперь я точно законченный псих. И это твоя работа. Ни одному человеку за всю мою жизнь не удавалось сыграть со мной подобную шутку!
Джо дрожала, у нее кружилась голова, она не знала, что ему ответить. Она просто смотрела ему в глаза, загипнотизированная огнем и яростью, полыхающими в них. Она еще никогда не встречала человека, подобного ему. Кейл был невероятно страстен, а чувства, которые он внушал ей, были еще сильнее, чем то, что испытывал он сам.
— Я пытался держаться подальше от тебя, — говорил он, цедя слова сквозь стиснутые зубы. — Я, наверно, протоптал дорожку на террасе вашего домика для гостей — целыми ночами расхаживал взад-вперед, пытался удержаться от того, чтобы отправиться разыскивать тебя. И изо всех сил старался не думать, что ты попала в какую-то беду. Но так и не убедил себя…
Одно слово резануло ей слух.
— В беду? Ты думаешь, что я попала в беду?
— А что еще я могу подумать, если ты встречаешься с частным сыщиком? Что он делает для тебя, Джо? Что он ищет? Информацию? Человека? Кого?
Она с шумом втянула в себя воздух.
— Ты следил за мной? Ты — следил — за мной?!
— Да. Вчера вечером, когда ты встречалась в кафе с Альвином Шоу. Я хотел знать, почему…
— Кейл…
Джо была ошеломлена, испугана, не могла найти слов. Она поспешно отстранилась от Кейла. Ей было необходимо, чтобы никто не знал, что она наняла Шоу. Она делала все, чтобы это осталось тайной. И вот…
Она поспешила успокоить себя. Нет. Шоу не мог ничего рассказать Кейлу. Ни один нормальный частный сыщик не станет делиться секретами своего клиента с кем бы то ни было, будь то даже бывший разведчик. К тому же, если бы Кейл думал, что сможет что-нибудь узнать от Шоу, он не стал бы расспрашивать сейчас ее. Так что волноваться, собственно, было особенно не из-за чего. Просто дело висело на волоске, и даже та малость, которую, видимо, удалось разузнать Кейлу, могла оказаться опасной. И одна мысль о том несчастье, которое могло произойти из-за этого, смертельно напугала Джо.
Она могла бы дать Кейлу десяток объяснений, но видела, что он ни одному не поверит.
— Неважно, почему я с ним встречаюсь. Достаточно того, что я прошу вас оставить меня в покое и не вмешиваться в мои дела. — Джо с трудом сдерживала слезы: она представила себе, что будет, если ей не удастся его убедить. Если он будет продолжать свое «расследование», он разрушит несколько жизней… — Займитесь своим делом: подготовкой к моей свадьбе. И не думайте обо мне.
Он несколько мгновений смотрел ей в глаза.
— И ты сможешь не думать обо мне?
Джо попыталась придумать ложь, на которую он купится, ложь, которую она сумеет заставить себя произнести вслух. И не придумала.
— Нет, — призналась она. — Не смогу.
Кейл притянул ее к себе и впился губами в ее губы. Желание охватило ее, словно тело только и ждало этого момента. Она не сразу сумела осознать то, что с нею происходит. Его язык коснулся ее губ, потом проник в глубину ее рта. Колени у нее подогнулись, ее тело обмякло и сделалось таким податливым, что ей показалось, словно она и впрямь сейчас растает и сольется с Кейлом.
Да, она и в самом деле попала в беду. И часть этой беды — сам Кейл. Он ворвался в ее жизнь как раз тогда, когда ему не было в ней места. И все же она не могла заставить себя прогнать его. Он касался ее, волновал ее, заставил выворачиваться наизнанку от желания, как ни один мужчина до него. Скоро они расстанутся. Но до тех пор…
И внезапно Джо сдалась и позволила себе увидеть всю правду. В этот миг она не хотела ничего, кроме одного: слиться с Кейлом, познать всю меру наслаждения, которое он может дать ей и которое она способна дать ему. Где-то на уровне подсознания она нуждалась в нем, хотела его, должна была отдаться ему.
Ее груди набухли и напряглись, когда он целовал и обнимал ее. Внизу живота возникло ощущение тяжести, почти болезненное ощущение. Ветерок слегка охлаждал ее кожу, но огонь, бушевавший внутри, вышел из-под контроля.
Она почувствовала, как расстегнулась «молния» сзади у нее на платье, как его рука прикоснулась к ее коже, лаская и обжигая. Его пальцы скользили вдоль ее позвоночника, возбуждая каждый нерв, пробуждая чувственность и желание…
Джоанна не могла больше не обращать внимания на то, что с ней происходит, не могла больше бороться с собой. Сейчас ей хотелось забыть все и отдаться ему. Все, кроме… Нет, от одного она не могла отказаться — ведь тут речь шла не только о ней. Она отвела голову назад и судорожно вздохнула.
— Кейл…
Он замер. Потом медленно отвел голову назад, так, чтобы видеть ее лицо.
— Я хочу попросить тебя об одной вещи… Насчет Шоу… сейчас.
Он потряс головой, пытаясь привести мысли в порядок.
— Шоу? Что Шоу?
— Пожалуйста, забудь о нем.
Кейл наморщил лоб, пытаясь переварить ее слова.
— Что?
Ее сердце так колотилось, что она едва слышала собственный голос.
— Забудь, что ты видел меня с Шоу. И не пытайся больше узнать что-то обо мне или моей семье. Это для меня очень важно.
До него наконец дошло. Он взял ее двумя пальцами за подбородок и внимательно посмотрел ей в глаза.
— Ты боишься, Джо? Чего?
Джо судорожно сглотнула. Она могла бы знать заранее! Он слишком умен и опытен, чтобы не задать этого вопроса, даже в ту минуту, когда занимается любовью.
— Дело не в том, чего я боюсь. Дело в том, чего я хочу. Я хочу тебя…
Кейл перевел дух, веря и не веря тому, что услышал.
— Ты серьезно?
— Да. Да, я серьезно. Я хочу быть с тобой, Кейл. Но…
Он взял ее лицо в ладони.
— Видит Бог, как я хочу быть с тобой! И ты знаешь это. Но какое отношение это имеет к тому, что я должен забыть о Шоу?
— Никакого. Но это важно. Шоу оказал мне лично услугу. Тебя это не касается. Поэтому забудь о нем — ради меня. Это все, чего я прошу.
— Это все?
— Да.
Желание кипело в его теле, борясь с потребностью сделать все, чтобы обеспечить ей счастье и безопасность. Нет, с этим надо разобраться. Неважно, что говорили она или он и что будет дальше…
— Это что же, ультиматум? Либо я забываю о Шоу, либо мы не будем заниматься любовью?
— Джо!!!
Она резко обернулась.
— Кайли…
Глаза Кайли были расширены от изумления.
— Господи, что вы делаете?
Джо осознала, что стоит, положив руки на плечи Кейла. Она поспешно отдернула руки и отступила на несколько шагов. Появление Кайли испугало ее, и все же она еще чувствовала жар желания. Она собиралась отдаться ему, и теперь ей нужно было время, чтобы прийти в себя. А для этого нужно было не видеть Кейла.
— Солнышко, я искала тебя, но наткнулась на Кейла, — Джо посмотрела на него. — Кейл, не могли бы вы оставить нас вдвоем?
Он посмотрел на Джо, на Кайли, снова на Джо, шагнул к ней и застегнул «молнию» у нее на платье.
— Хорошо.
Джо на миг прикрыла глаза. Про «молнию» она совсем забыла!
— До встречи.
Когда он удалился настолько, что не мог их слышать, Кайли выпалила:
— Джо, я не понимаю. Я же думала, что ты любишь Брета! Господи, ты ведь за него выходишь замуж…
Мозг Джо лихорадочно работал, подыскивая объяснение, которое Кайли могла бы принять. Но так ничего и не нашел.
— Не знаю, радость моя, — вздохнула Джо. — Может быть, я сделана это именно потому, что выхожу замуж. То, что ты сейчас видела, — это ничего не значит. Просто у меня нервы не в порядке, вот и все.
— Но если Брет узнает…
— Ничего он не узнает, можешь мне поверить. То, что здесь было, не имеет к нему никакого отношения.
— Это, конечно, в какой-то мере правда, но если дело обстоит так, к кому тогда это имеет отношение?
— Можно считать, что это был мой последний невинный флирт, сестренка, — невесело улыбнулась Джо.
— Ну, если ты так считаешь… — по лицу Кайли было видно, что она ей не верит. — Но это так не похоже на тебя. Ты никогда ни с кем не флиртовала.
Джо заставила себя непринужденно рассмеяться.
— Ну вот и решила отыграться напоследок. Когда же и пофлиртовать, как не перед свадьбой?
— А мне кажется, что как раз перед свадьбой флиртовать и не стоит…
Джо стиснула руки.
— Ну что я могу сказать? Да, ты права.
Кайли принялась грызть и без того обкусанный ноготь.
— Ты все равно собираешься выйти замуж за Брета?
— Конечно, — Джо мягко заставила Кайли вынуть палец изо рта.
— Будь осторожней с Кейлом, ладно? Я имею в виду, он не похож на человека, с которым можно играть безнаказанно.
— Я знаю. Ты права, — Джо улыбнулась. — Но не беспокойся. Я думаю, после всего этого между нами больше ничего не будет.
Ей очень хотелось бы поверить в то, что она говорила, но в действительности она пыталась передать Кайли уверенность, которой у нее самой не хватало.
— Ну что, пойдем посмотреть эскизы твоего платья? Его, правда, уже шьют, но ты хотя бы увидишь, как оно будет выглядеть.
Кайли покачала головой.
— Нет. Я лучше вернусь к себе. Мне хочется прилечь.
— Может быть, ты слишком много ходила для первого раза? — встревожилась Джоанна.
— Может быть. Но это ничего, к ужину я точно встану.
Джо вздохнула с облегчением.
— Ну вот и молодец. Я тобой горжусь.
Кайли покачала головой.
— Зря. Я ведь спустилась только из-за тебя, Джо. Если бы я могла сделать как мне хочется, я бы забаррикадировала свою дверь и вообще не вылезала. Но я не могу. У тебя сейчас столько дел… Я должна хоть как-то помочь тебе.
— Я очень рада. Нет, в самом деле!
Взгляд Кайли оставался беспокойным.
— И потом, нельзя быть такой трусихой. Не могу же я всю жизнь прятаться от людей! К тому же и лейтенант Робинсон мне не позволит…
— Забудь о нем. Ты не обязана встречаться с ним до тех пор, пока не будешь готова к этому. Я сумею удерживать его на расстоянии еще некоторое время.
Прядь волос упала на лицо Кайли. Девушка откинула ее в сторону и улыбнулась.
— Заботливая старшая сестрица…
Джо обняла ее за плечи и прижала к себе.
— Я взяла на себя эту обязанность, как только ты родилась, и не собираюсь бросать ее, пока жива.
6
— Пожалуйста, Джоанна, разверните голову вот так.
Джо добросовестно выполняла все требования Антона Карбена, одного из лучших светских фотографов на Восточном побережье. Ее родители, а позднее Абигейл приглашали его на все семейные праздники. Джо знала его всю жизнь. И все же сейчас ей хотелось быть где угодно, только не здесь.
Солнце било ей в глаза, и жемчуга, радужные блестки и бисер блестели на белом шелке ее свадебного платья. Между кадрами к ней подбегали помощники фотографа, чтобы одернуть шлейф ее платья или поправить фату — облако тюля, волочившееся за ней на несколько ярдов. Джо про себя скрипела зубами.
Они поправляли и переставляли горшки и шпалеры кремовых гиацинтов, пастельных нарциссов, бледных роз и малиновых тюльпанов, на фоне которых снималась Джо, — ненужная роскошь в пышном саду Абигейл. Еще двое помощников загоняли в кадр ручных лебедей.
— Хорошо. Улыбочку пошире! — И Антон сделал широкий жест. — Я хочу, чтобы вы выглядели сияющей от радости. Сияющей, милая Джоанна!
Джо чувствовала себя не более сияющей, чем кусок ветчины, но тем не менее добросовестно улыбалась. Так лучше? Возможно. На самом деле ей было все равно.
Во время одного из перерывов, когда Антон с помощниками перезаряжали пленку, Маргарет, в шляпке с перышками и лентами, подошла, чтобы подбодрить ее.
— Все чудесно, Джоанна! Как вы себя чувствуете?
— Я уже устала.
Она с трудом сдерживала раздражение. Ассистентка припудривала ей лицо.
— Долго еще? — спросила Джо.
— Антон все еще не уверен, что сделал нужный снимок.
— Ну куда ему еще? Он и так уже отснял три катушки… — начала было Джо, но вовремя одернула себя, заметив в своем голосе истерические нотки. Маргарет здесь ни при чем, и несправедливо срывать на ней свое раздражение. — Простите, Маргарет.
Та рассмеялась с сочувственным и понимающим видом.
— Ничего, дорогая, не беспокойтесь. Я еще не видела ни одной невесты, которая к свадьбе не превратилась бы в комок нервов.
— А, так значит, это нормально! А то я уже начала беспокоиться… — Джо не смогла сдержать иронии и прикрыла лицо рукавом.
— Нам очень повезло, что удалось вызвать Антона так быстро. Ему пришлось изменить свое расписание, чтобы попасть сюда. Он сказал, что никогда не простил бы себе, если бы вам пришлось обратиться к какому-нибудь второсортному фотографу.
— Ну, от скромности он не умрет! — усмехнулась Джо.
— Он всегда стремится к совершенству. И именно поэтому он — один из лучших фотографов, — продолжала свои восхваления Маргарет.
— Да, конечно.
Психовать из-за этой пытки было не только невежливо по отношению к Маргарет, но и просто неразумно.
— Дорогая, ваше платье просто изумительно. Я должна была знать, что беспокоиться мне об этом не стоит. Вы не могли не получить платье к сроку! Вы очаровательно смотритесь.
— Благодарю вас.
Джо пыталась поддернуть глубокое декольте, но наконец сдалась. В конце концов, не такое уж оно и низкое. Нет, конечно, если бы она делала это платье сама, она сшила бы его иначе, но оно в самом деле очень милое. Конни выбрала то, что надо. Впрочем, Джо в этом и не сомневалась.
— Джоанна! — окликнул ее Антон. — У нас все готово. Давайте сделаем еще несколько.
— Еще несколько? Чего, катушек пленки или снимков?
Антон рассмеялся.
— Я вижу, вы меня хорошо знаете!
— Ну еще бы! Вы ведь меня с детства снимали. Все мои фотографии…
— Портреты, дорогая! Фотографии делают на пляже…
— Ах, да, конечно. Вы делали все мои портреты, от рождения до окончания колледжа. И каждый раз чуть не сводили меня с ума.
Антон театральным жестом поднес пальцы к губам и поцеловал их.
— Снимать вас, Джоанна, это истинная мука! Вы так прекрасны, что ни одна камера не в состоянии это передать. — Он помолчал секунду, подумал, потом добавил: — Ну, разумеется, кроме моей.
— О-ох! Ну ладно, Антон. Давайте дальше.
— Очень хорошо. Приступим.
Антон прищурился, разглядывая ее.
— Нет. Радость у вас выходит неубедительно, — покачал головой он. — Давайте попробуем изобразить задумчивый, скромный вид. Если при этом еще удастся добиться некой воздушности, это будет идеально. Наклоните голову — вот так, и еще чуть влево, — и опустите глаза, так, словно вы думаете о своем возлюбленном, о человеке, за которого вы выходите замуж, о человеке, которого вы любите.
Да, но ведь она любит Кейла!
Нет, это не любовь. Чувство, которое они испытывают друг к другу, называется похотью, желанием, физическим влечением. И еще была между ними некая связь, которая позволяла ему угадывать конец ее недосказанных фраз, а ей давала знать, что Кейл так просто не оставит ее в покое. И не только это. Но ведь если бы она действительно любила Кейла, она бы рассказала ему о возникших проблемах, разве нет? И разорвала бы помолвку с Бретом…
— Джоанна! Ау! О чем вы думаете, дорогая моя?
— Извините.
Она склонила голову под требуемым углом и попыталась сообразить, почему она вдруг подумала о Кейле. Ах, да. Антон сказал ей, чтобы она подумала о человеке, которого любит, и она подумала о Кейле. Но ведь она вовсе не влюблена в него! Нет-нет, это невозможно. Это просто оттого, что она все время думает о нем, хочет быть с ним…
— Джоанна, дорогая, постарайтесь сосредоточиться! Мне нужно, чтобы ваше лицо выражало нежность, задумчивость, радужные надежды, любовь, расцветающую полным цветом!
— Хорошо, Антон.
Несколько часов назад, проведя некоторое время в мучительных размышлениях, она наконец призналась себе, что хочет его не меньше, чем он хочет ее. И только появление Кайли помешало им тогда заняться любовью…
Джо прекрасно сознавала, что вступает на зыбкую почву. За неделю до своей свадьбы, в тетином поместье, где вовсю идут приготовления к свадьбе… Но ей было уже все равно.
Да, все это так. Но любовь? Любовь не начинается так легко и быстро, любовь не возникает в таких обстоятельствах. Она не любит Кейла. Она просто не может любить его. Кейл…
— Ну вот! — воскликнул довольный Антон, щелкнув камерой. — Это куда лучше. На самом деле, это просто превосходно! Что может быть прекраснее, чем портрет влюбленной женщины!
Джо вздрогнула. Влюбленной?
— Нет, нет, нет! — завопил Антон. — Не шевелитесь! Вот сейчас было как раз то, что надо. Сосредоточьтесь. Соберитесь!
Но Джо отошла в сторону.
— Извините, но это все, на что я способна. Вам придется обойтись тем, что есть, — устало сказала она.