Рецензии



ЗАПРЕЩЕННАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

Производство компаний Русь-Медиа и PS TVC (Россия), 2009. Режиссер Константин Максимов.

В ролях: Игорь Петренко, Александр Балуев, Владимир Вдовиченков, Тина Канделаки, Любовь Толкалина, Анна Ходюш, Валерий Гурьев, Лев Прыгунов и др. 1 ч. 40 мин.

Билеты на просмотр картины «Запрещенная реальность» должны гласить: перед посещением обязательно прочесть книгу «Смерш-2» Василия Головачёва. Иначе зритель сильно рискует остаться один на один с вопросом: что это было?

А был там военный контрразведчик Матвей, который вывалился из самолета, но выжил. Был его напарник со страшной фамилией Курыло, который захватил психотронное оружие и рвется во власть. Был непонятно откуда взявшийся Внутренний круг, который борется за равновесие. О том, что это за круг, в фильме не сообщается, как и о многих других вещах. Кажется, режиссер решил, что при наличии спецэффектов сюжет вовсе не обязателен. Все ведь так красиво взрывается, к тому же в картине присутствует Тина Канделаки… чего ж еще надо?

Ах да, нужны еще драки. Их много. Но после какого-то момента зритель понимает, что Матвею даже фингала не поставят, и смотреть на экран становится совсем скучно. Сцена же, в которой один безоружный контрразведчик укладывает целую роту вооруженных солдат (не вспотев при этом), становится уже Рубиконом…

Режиссер все же объясняет, что Матвей – избранный, и только он может остановить зло, вселившееся своими щупальцами в несчастного Курыло. Визуально зло выглядит как нечто среднее между коричневым осьминогом и кустом. Может быть, режиссер таким образом проводит аллегорию с нефтяными трубами, опутавшими российских чиновников? Тогда становится понятен смысл фамилии Курыло – это наши Курилы, за которые идет битва! А Матвей – честный бизнесмен, пытающийся разорвать сырьевую зависимость.российской экономики.

Жаль, что авторы картины все же не это хотели сказать. Тогда в фильме был бы хоть какой-то смысл или, на крайний случай, сатира. Перспективы проекта можно оценить немного переделанной фразой из самого фильма: у него много шансов в прокате… если только все ослепнут и оглохнут одновременно.

Юлия Рыженкова



ПАНДОРУМ (PANI)ORUM)

Производство компаний Constanlln Him Produktlon и Impact Pictures (Германия –США), 2009. Режиссер Кристиан Альварт.

В ролях: Деннис Куэйд, Бен Фостер, Чунг Ле и др. 1 ч. 48 мин.

Говорят, что знаменитый редактор и писатель Джон Кэмпбелл-мл. когда-то посчитал тему о «поколении, достигшем цели», одной из самых интересных и перспективных в научной фантастике. Говорят также, что когда он предложил друзьям-фантастам отметиться в теме, откликнулись Хайнлайн, Саймак, Олдисс, Лейнстер.чем еще более подняли интерес. Именно поэтому поклонники космической НФ, прочитав анонс фильма «Пандорум», вполне могли загореться желанием сходить в кинотеатр.

События действительно развиваются на огромном космическом корабле, летящем к далекой землеподобной планете. В анабиозе находятся десятки тысяч переселенцев, обслуживают.полет смены космонавтов, которые по очереди выходят из анабиоза. В центре повествования – двое проснувшихся и обнаруживших, что происходит что-то не то. А еще им мешают осознавать происходящее частичная амнезия и опасность заполучить «пандорум» – профессиональную болезнь космонавтов, напоминающую маниакально-депрессивный психоз. А может, они уже заболели?

Чтобы реанимировать корабль, младшему космонавту надо пробраться по коридорам и «перезагрузить реактор». По дороге ему встречаются оголодавшие и одичавшие космонавты из других смен, а также огромное количество непонятно откуда взявшихся злобных мутантов. Собственно, НФ на этом заканчивается. А начинается тупое коридорное «мочилово». Кто играл в «Квейк», «Анреал» и другие подобные шутеры, увидит много знакомого: темные коридоры, стробоскоп-но-зеленое освещение и кучи орущих зомбаков за каждым углом. А задуматься, откуда на корабле гравитация при неработающем-то реакторе, героям, наверное, некогда?

В результате получился дешевый, бессмысленный, громкий и нестрашный хоррор-боевик, который не спасают ни участие голливудской звезды средней величины (Деннис Куэйд), ни подобие неожиданной концовки. Наблюдается рождение нового Уве Бола?

Тимофей Озеров



АНТИХРИСТ (ANTICHRIST)

Производство: Zentropa Entertainments, ZDF/Arte и др.

(Дания –Германия –франция –Швеция –Италия –Польша), 2009.

Режиссер Ларе фон Триер. В ролях: Уиллем Дефо, Шарлотта Генсбур. 1 ч. 40 мин.

Когда к женщине приходят трое нищих – скорбь, боль и отчаяние, – кто-то должен умереть. Таков месседж Ларса фон Триера. Фильм призван показать сатанинскую природу женщины. Злая дамская сущность таится не где-нибудь, а в физиологии.

Мужчин понять можно: женская биология, женская логика кажутся им чуждыми и оттого пугающими. Триер развивает тему вширь и вглубь, нагнетая обстановку и тревожа прах стариков-психологов веточкой от векового дуба. Но в целом тема подана в лоб, поэтому скучна. Фильм кажется слабоватым для Триера. «Догвилль» и «Танцующая в темноте» впечатляют сильнее.

Главный герой фильма – психотерапевт, отягощенный гордыней. Вместе с женой он переживает трагедию: в то время как они занимались сексом, их сын выпал из окна. Мужчина забирав! погруженную в скорбь и депрессию жену из больницы и начинает лечить ее сам, заставив выбросить назначенные лекарства. «Я знаю все твои страхи, тревоги, проблемы. Я знаю тебя наизусть», – говорит он супруге. И в этом его главная ошибка.

Так кто же тут Антихрист? Женщина? Мистический лес? Страх? Антихристом в данном случае видится психотерапевт – гордыня его столь сильна, что позволяет проявиться темной стороне женской натуры. И неприятности не заставляют себя ждать.

Фильм нужно показывать в качестве учебного пособия всем, кто работает с такой тонкой материей, как психика человека: «Вот так – не надо!». Лишь возомнишь себя Господом Богом, душеведом и человекознатцем, потянешь на себя проблемы того, с кем работаешь.

Актеры играют на грани гениальности. Фильм, посвященный Тарковскому, содержит и визуальные аллюзии на творчество великого режиссера. Всё выстроено, чтобы вести за собой на дно. куда падает женщина. Много неприятных физиологических подробностей.

Смотреть рекомендуется все-таки тем, у кого стальные нервы и не слишком юный возраст.

Елена Навроцкая



ДЕЛО № 39 (CASE ЛЬ 39)

Производство компаний Anonymous Content, Case 39 Productions и Misher Films, 2009. Режиссер Кристиан Алверт.

В ролях: Рене Зельвегер, Иэн Макшэйн, Джодель Ферланд, Каллум Кит Ренни, Брэдли Купер, Керри О\'Мэлли и др. 1 ч. 49 мин.

Работник социальной службы Эмили Дженкинс (Рене Зельвегер) спасает от родителей-извергов девочку Лилит Салливан (Джодель Ферланд), которую едва не сожгли в духовке. Девочка оказывается настолько очаровательной и умной, что бездетная и незамужняя Эмили устанавливает над ней опеку. С этого момента с близкими и родными Эмили начинают происходить необъяснимые вещи…

«Дело № 39» подавалось прокатчиками как фильм ужасов. В действительности же никакой это не фильм ужасов, а самый настоящий психологический триллер с элементами мистики. Вздрогнуть во время просмотра решительно не получается, а вот следить за развитием отношений между героями крайне интересно. Во многом благодаря игре всех, без исключения, актеров.

Хотя, конечно, истинным украшением фильма стала Джодель Ферланд блестяще сыгравшая в свое время Алессу в «Сайлент Хилле». Несмотря на сходство ролей (и там, и здесь ей приходилось вживаться в образ исчадия ада), в «Деле № 39» перед юной актрисой стояли совсем другие задачи. Если в «Сайлент Хилле» Ферланд нужно было зловеще сверкать глазами, нагоняя страх на зрителя, то в новом фильме ей пришлось сыграть и напуганную девчушку, и безобидного ангелочка, и жуткую стерву, способную довести детского психолога до истерики, и злющего демона. При этом всякое перевоплощение удалось ей на славу.

Увы, подобных хвалебных слов нельзя сказать о сюжете. Он старомоден и стандартен. К тому же местами очень нетороплив. Кроме того, источником всех бед и вселенского зла опять выступает скверный ребенок, а появление на экране Джодель Ферланд интриги картине не добавляет. С самого начала становится ясно, что с девочкой что-то не так. Ибо насколько бы скверными ни были родители, они вряд ли додумались бы сжечь своего ребенка в духовке. Повествование из мрака неспешности и предсказуемости вытаскивает лишь весьма оригинальный финал для подобного рода картин.

Степан Кайманов



МУЛЫТРАНЗИТ: ОТТАВА - БРЮССЕЛЬ

Фантастическая анимация, которую мы не замечаем



В каких странах снимают больше всего фантастических мультфильмов? Ответ известен: это Япония и США. Именно там отлично развита специализированная мультиндустрия, научившаяся доставлять производимую ею продукцию в самые отдаленные уголки планеты. В других странах так пока не умеют, а ведь талантливые мультипликаторы и собственные анимационные студии есть практически повсюду. Не теряем ли мы, оставаясь в неведении об их работе, что-то важное, что-то, способное добавить новую, яркую краску в привычную палитру будеи?

Но прежде чем отправиться в путешествие по карте фантастической анимации – два слова о грандах: это позволит нам уточнить их место на упомянутой карте и, соответственно, место всех остальных. В Японии мультиндустрия работает по железным законам рынка – востребованы почти исключительно коммерческие форматы: телесериал, фильм для выпуска на видео, фильм для кинопроката. Исключения есть, и они, как правило, высочайшего качества (такие, как короткометражка Кунио Като, выигравшая «Оскар» в нынешнем году, – «Дом из маленьких кубиков»), но это все-таки исключения.

В США выбор куда более разнообразен. С одной стороны, фильмы и телесериалы для массового зрителя (зачастую на основе популярных франшиз вроде «Звездных войн» или «Людей Икс»), с другой – большое количество арт-проектов «фестивального толка». Скажем, трехминутная экранизация африканской сказки, снятая в Америке на языке йоруба. Тут, как представляется работают два фактора: во-первых, много киношкол, во-вторых, много кинофестивалей и есть даже специальный «Оскар» для короткометражной анимации.

Что касается мультипликаторов других стран, то для них, с одной стороны, никакие пути не закрыты, а с другой – многое зависит от финансирования. Удастся раздобыть денег на полный метр – снимается полный метр, и фильм выходит, как минимум, в национальный прокат. Не удастся – снимается «фестивальное кино», причем нередко на средства местных институций, ведающих развитием культуры. Что ж, давайте посмотрим, каких результотов добилась фантастическая анимация планеты, скажем, за последние пару лет, с 2007-го. И начнем мы с англоязычных государств, у которых так велик соблазн во всем брать пример с США.

Сны голодного астронома

Ближе всего к Штатам расположена Канада, благодаря чему ее мультипликаторы давно и плодотворно работают на американскую мультиндустрию. С другой стороны, как раз поэтому сил и средств на собственные, чисто канадские проекты остается не очень много. За последнее время на экраны вышел единственный полнометражный фантастический анимационный фильм – «Эдисон и Лео» (2008, реж. Нил Берне). Зато постановка эта получилась довольно нетривиальной – кукольная лента о гениальном изобретателе (нет, не том самом Эдисоне, но однофамильце), гениальность которого не мешает ему подворовывать, что плохо лежит, и создавать большие проблемы для собственной семьи. Немного НФ в стим-панковском духе, чуть-чуть индейской мистики и масса черного юмора; блюдо вышло небезынтересным – для взрослого зрителя. Не на детскую аудиторию рассчитан и другой канадский кукольный фильм – короткометражка «Мадам Тутли-Путли» (2007, реж. Крис Лэвис и Мацек Щербовский), собравшая целый урожай призов на фестивалях. За несерьезным названием скрывается мрачная фантасмагория о даме, севшей с огромным багажом в ночной поезд и ставшей жертвой грабителей. Если попытаться следить только за сюжетной канвой, покажется, что фильм оборван на середине. Но если разглядеть лежащий рядом с поверхностью символический слой, станет ясно: это рассказ о путешествии через жизнь, об избавлении от житейского багажа (т.е. о смерти) и о новой надежде… Лента, кстати, сделана в новаторской технике: кукол снабдили человеческим взглядом – были засняты живые актеры, а потом выполнен компьютерный монтаж.

Фантасмагории и откровенный сюр в Канаде, похоже, любят: в 2009 году появился мультфильм «Сон астронома» (реж. Малькольм Сазерленд). рисованный и очень красивый – внешний вид и «начинка» космического корабля изображены в манере индейцев майя. Но вот содержание… словом, лента о том, чем питаются в космосе… чего только не приснится голодному астроному!.. Интересен и тоже довольно сюрреалистичен замысел авторов проекта «Межгалактический кто есть кто» ( www.inter- gatocticwhoswho.com) Кевина Ку-рытника и Кэрол Бичер. На сайте проекта выкладываются короткие анимашки, сделанные по технологии флэш, каждая из которых посвящена отдельному виду живности, встречающейся на некоей планете Зиг-5. Такая форма существования мультипликации сегодня очень востребована. В 2007-м, например, завершилась выкладка в Интернет канадского мини-флэш-сериала «Минуши» (реж. Тайлер Гибб). Тот, кто посмотрит все 19 серий, узнает историю девушки, отправившейся искать брата, которого призвали в армию во время вторжения монстрических инопланетных роботов. Роботы оказались добрыми, земные военные – гадкими, а сериал в целом – не слишком умным, но схватки и погони присутствуют в нем в должном количестве.

Примерно так же, как в Канаде, обстоят дела в Австралии и Новой Зеландии – с той поправкой, что кинематографистов там существенно меньше. А вот с точки зрения эстетики отличия разительные: жители Южного полушария однозначно предпочитают «твердую» НФ. Единственная полнометражная анимация за рассматриваемый период – австралийская «Краденая жизнь» (2007, реж. Жаклин Тюрнюр) – рассказывает о сыщике, прибывшем на астероид, чтобы расследовать таинственное исчезновение одного шахтера. Некоторую пикантность происходящему придает то. что все действующие лица – роботы, и даже не антропоморфные. Впрочем, как доказал успех пиксарое-ского «ВАЛЛ-И», антропоморфность главного героя ныне уже не является обязательной. С «ВАЛЛ-И», кстати, любят сравнивать еще один австралийский мультфильм – семиминутное «Сердце из консервной банки» (2008, реж. Родни Марч). Эту работу можно назвать попыткой запрограммировать эмоциональную реакцию зрителей: судьба робота-щенка, брошенного на мертвой планете, пытающегося подружиться с залетным андроидом и в конце концов отдающего ему собственный элемент питания, обязана вызвать обильное слезотечение. Прочие ленты несколько повеселее – будь то новозеландский «Мозг посла» (2007, реж. Том Рейли), где показаны злоключения головы профессора До… то есть, простите, космического посла, обожающего покурить; или даже арт-проект художника из Мельбурна Саймона О\'Кэрригана «Наездник на бочке с бензином» (2009), который сам автор описывает фразой: «Безумный Макс встречает Франца Кафку».

А что же происходит в бывшей метрополии – Великобритании? Там. как известно, имеется своя международно признанная франшиза – «Доктор Кто». И какие-то анимационные фильмы, связанные с ней, – вещь обычная. За последнее время, в частности, сняли 45-минутный «спешл» о противостоянии Доктора Кто и «величайшего деспота Галактики» – «Бесконечный квест» (2007. реж. Гари Рассел), а также целый мультсериал «К-9» о кибер-собаке из классического «Доктора…», у которой в носу размещен лазер. Все это, скорее, ориентировано на детскую аудиторию, а подростки постарше могут насладиться мини-сериалом «Meta4orce» (2008, реж. Алекс Норрис) о команде из четырех генетически измененных людей, расследующих убийство в Лондоне будущего, полузатопленном в силу глобального потепления. Их историю показали по каналу Би-би-си-2, а сейчас она стала частью развлекательного интернет-портала; там можно посмотреть сами серии, а можно и поиграть в прилагающиеся к ним простенькие игры.

Вообще, у английских аниматоров напророчить ужасные катастрофы собственной столице считается, похоже, хорошим тоном. В «Meta4orce» знаменитый Биг-Бен был со всех сторон окружен водой и в него врезалась лодка. В короткометражке «День, когда роботы проснулись» (2009, реж. Эд Харт-велл) его покрывает мох, а вокруг – такие же замшелые руины. По сюжету, люди оставят Лондон, когда неподалеку в Землю врежется комета. Жизнь остановится, но в один прекрасный день забытые в домах роботы проснутся – и любоваться закатами уже придется им… Из короткометражек заслуживают упоминания еще две работы: «Неисчислимое» (2007, реж. Гергели Цираки; о встрече творца со своим творением) и «Что увидела Кассандра» (2008, реж. Лиам Бразье и Карен Пенман; о сказочном департаменте, который ведает людскими тенями). Честно сказать, негусто для страны с такими мощными кинематографическими традициями.

Может, это общеевропейская тенденция? Давайте посмотрим, что происходит по ту сторону пролива Ла-Манш.

Место на небе.

Во Франции перебоев с фантастическими мультфильмами не наблюдается. И с разнообразием жанров все в порядке. И с охваченностью разновозрастных аудиторий. Сугубо для взрослого, искушенного зрителя предназначен киноальманах «Страх(и) темноты» (2007). Продюсер, арт-директор «Studio Canal+» Этьен Робьяль пригласил трех французов, одного итальянца и двух американцев поставить по анимационной новелле, исследующей человеческие страхи. Получилось очень стильно (лента черно-белая), очень умно – и совершенно невозможно пересматривать эти истории про призрачных самураев и живучих богомолов вторично… На статус семейного кино претендует мультипликационный блокбастер «Охотники на драконов» (2008. реж. Гийом Ивернель и Артур Квак) – киноверсия популярного сериала, которая, в отличие от первоисточника, снята в технике 3D. Довольно простой сюжет о двух пройдохах, которым пришлось спасать фэнтезийный мир от нашествия драконов, не помешал создать действительно захватывающее зрелище… Только детям, наверное, будет интересна лента «Миа и мигу» (2008, реж. Жак-Реми Жирер). Мигу – это такой волшебный народец, живущий на тропическом острове и охраняющий священное дерево жизни. А Миа – имя маленькой девочки, отец которой работает на подрядчика, решившего сделать из острова курорт, что, конечно, не по нраву мигу и грозит уничтожением священного дерева жизни. С одного раза можно догадаться, кто в этом детском мультике победил…

Сериальную нишу во французской анимации заняла экранизация знаменитого комикса Жана-Клода Мезьера «Валериан и Лоре-лина», выходившего с 1967 по 2007 год. Комикс сделан в духе классической литературной фантастики, он рассказывает о приключениях двух агентов из спецслужбы, призванной предотвращать попытки нарушить пространственно-временное единство. С этой целью агенты попадают в разные миры и в разные эпохи. В 2007 –2008 годах вышло 40 эпизодов одноименного сериала (реж. Филипп Видаль, продюсер Люк Бессон), снятого совместно с японскими аниматорами.

Весьма обилен во Франции и урожай короткометражной мультипликации. Тут тоже «расцветают сто цветов». Перво-наперво надо сказать о номинанте на «Оскар» – остроумной и поучительной миниатюре «Даже голуби попадают в рай» (2007, реж. Самуэль Турне). Бойкий священник пытается опередить в ней саму Смерть и успеть продать старику место на небе. Ничего хорошего из этого не выходит… Немного сюра и медитации можно найти в ленте «Слизистый цирк» (2008, реж. Филипп Десфре-тье и Николя Дюфресне) о мальчике, устроившем со своими друзьями улитками настоящее цирковое представление. «Армия любви» (2008. реж. Мелисса Марс и Тома Гериген) поначалу покажется просто музыкальным клипом – но нет, создатели уверяют, что это целый фэнтезийный мюзикл продолжительностью 4 минуты. И наконец, прекрасно отрисованный студентами Школы Жоржа Мельеса фильм «Рука господ» (2008), который можно назвать стимпанков-ской революционной агиткой: персонажи в кого-то стреляют, выпускают на футуристическом печатном станке тираж листовки, потом погибают. Причины бунта остаются за кадром, но когда это французским студентам нужны были особые причины, чтобы побун-товать?

Конечно, галльское изобилие недостижимо ни в одной другой европейской стране – просто потому, что нет особых традиций фантастического кинопроизводства, да и проектов в принципе меньше. Скажем, в Италии сняли одну-единственную анимационную ленту «Школа волшебниц: Тайна потерянного королевства» (2007, реж. Иджинио Страффи). Это полнометражное дополнение к сказочно-фэнтезийному мультсериалу, необычайно популярному среди младших школьниц. В Германии вышло очень много мультфильмов-экранизаций известных детских книг (в том числе «Близнецы» по Э.Кестнеру. «Король Матиуш» по Я.Корчаку, «Три разбойника» по Т.Унгереру). но собственно фантастика (мистика) представлена только картиной «Переполох в Гималаях» (2007, реж. Михаэль Хербиг). Изложение фабулы может показаться мрачноватым (снежный человек похищает австрийскую императрицу, чтобы преподнести ее в дар дьяволу), но на самом деле это комедия. Подлинную мрачность же нужно искать у Яннис Вальц из Бабель-бергской киношколы. В миниатюре «Standby» (2008) изображен пустынный мир. оставшийся после внезапной гибели человечества. Только роботы-прислужники продолжают бессмысленно наводить чистоту в квартирах и на улицах…

Всего одна лента интересующего нас содержания вышла в Ирландии, зато какая – «Тайна книги Келлз» (2009, реж. Томм Мур и Нора Туоми). Книга Келлз – это рукописное Евангелие IX века, созданное в аббатстве Келлз. Послушнику аббатства. 12-летнему Брен-дону, пришлось пережить немало чудесных приключений, чтобы книга была завершена. Уникален изобразительный ряд фильма – он основан на миниатюрах из той самой книги. Для точности следует добавить, что ирландцам помогали французские и бельгийские кинематографисты. В Бельгии, кстати, любят снимать картины фантастические по антуражу, но совершенно иные по сути. К примеру, «Мухнем на Луну» (2008, реж. Бен Стассен). Фантастический элемент как бы и есть (космический полет), однако это фикция: в основе сюжета – противоборство мух и злодеев колорадов, что надежно переводит ленту в раздел современных сказок. Аналогично и с фильмом «Макс и его компания» (2008, реж. Фредерик и Самуэль Гийомы): традиционные мотивы НФ (безумный ученый) «аннигилируются» тем фактом, что герои – этакие стилизованные зверюшки.

Ну, а о том, что происходит в фантастической анимации иных стран и континентов, читайте во второй части обзора. Окончание следует.

Александр РОЙФЕ

Глеб ЕЛИСЕЕВ. ЖИВЫЕ КОРАБЛИ

В наших обзорах, посвященных различным темам и направлениям жанра, мы как-то миновали «историю» о живых кораблях. В кинематографе подобные транспортные средства присутствуют в изобилии, а что в литературной фантастике? Читайте статью нашего постоянного обозревателя.

Привычный образ покорителя Вселенной в научной фантастике – бравый (или не очень) космонавт, запертый в чреве стального космического корабля, готовый отправиться к иным мирам. Подобная картинка стала настолько обычной, что большинство читателей НФ и не представляет иных вариантов. А ведь на заре литературных фантазий, отнесенных ныне к «предыстории фантастики», герои отправлялись в космос вовсе не в металлических цилиндрах. В мифах и легендах живые существа были естественным транспортным средством для полета в заоблачные эмпиреи. Царь Этана из шумеро-аккадского эпоса поднялся в небо на крыльях орла. Обернувшись таким же крылатым хищником, Зевс унес юного Гани-меда в обитель богов. По преданию, даже сам пророк Мухаммед совершил путешествие на небеса верхом на Бураке – существе с лицом человека, телом лошади и павлиньим хвостом.

Да и в более поздние времена животные еще казались вполне реальным средством для межпланетных путешествий. Иногда это были фантастические звери, вроде грифонов и пегасов в рыцарских романах, иногда и более тривиальные птицы. Так, Доминик Гонсалес, герой романа Ф.Годвина «Человек на Луне», долетел до спутницы Земли всего-навсего в упряжке лебедей.

С другой стороны, в религиозной традиции (и не только христианской) существовал еще более привычный и проверенный способ посещения иного мира: посланники Бога, ангелы, поднимали избранных в «горний мир». Впервые это случилось еще с пророком Енохом, которому явились «мужи сияющие» и показали ему тайны космоса. После апокрифа «Книга Еноха» ангелы Господни надолго «прописались» в литературе в виде самого понятного способа полетов к небесам. Даже в XVII веке в книгах А.Кирхера «Экстатическое путешествие» и Д.Уилкинса «Рассуждение относительно иного мира и новой планеты» именно ангелы помогают персонажам посещать планеты Солнечной системы.

У тех же людей, чьи моральные качества подкачали, была возможность обратиться к помощи «темной стороны». Возил же черт кузнеца Вакулу по небу в гоголевской «Ночи перед Рождеством». Да и вполне добропорядочные исследователи неизвестного не пренебрегали помощью демонических сил для посещения других планет. Так, в рассказе И.Кеплера «Сон» демон легко доставляет главного героя на Луну.

Но постепенно, по мере того как торжествовали идеи европейского Просвещения, и ангелы, и демоны начали терять свою правдоподобность в глазах среднего европейца. Дьявол, размахивающий перепончатыми крыльями, из героев обыденного мира все больше и больше переходил в разряд сказок и неправдоподобных вымыслов.

Уже в книгах Д.Уилкинса наряду с ангелами, как «средством передвижения», высказывалась идея использования и неких летающих механизмов, предтеч будущих космических кораблей. И если в XVHt веке героев все еще предпочитали отправлять в космос силой мысли или воображения, то уже в начале XIX в рассказе Э.По «Необыкновенное приключение некоего Ганса Пфааля» открылась эра покорения межпланетного пространства при помощи механических аппаратов. Главный персонаж этого произведения добрался до Луны на воздушном шаре. С этого момента мифические существа и прочие демоны в качестве средства путешествий к иным мирам вроде бы окончательно ушли в прошлое, уступив место пушкам, многоступенчатым ракетам или «космическим качелям».

Мы настолько привыкли к тому, что героев в научно-фантастических произведениях уносят в космос агрегаты из металла, что забыли о древнейшем начале космических странствий. Однако память о нем внутри литературной традиции сохраняется, и в скрытой форме к путешествиям между звезд при помощи духов или живых существ обращаются и современные фантасты.



Души, запертые в механизме

Конечно, в НФ никто не отправляется к звездам при помощи ангельских сущностей или демонических сил. Эту литературную нишу заняли человеческие души, запертые внутри электрических схем и плат компьютеров кораблей будущего. После возникновения самой идеи киборга как существа, объединяющего в себе черты человека и машины, писатели принялись изощряться в изобретении все новых и новых форм этого гибридного создания. А также тех проблем, которые это объединение порождает.

Одной из форм такого слияния оказался синтез человеческого мозга и механизмов космического судна. Среди первых, кто воплотил эту картину на страницах научной фантастики, оказались Т.Скортиа в рассказе «Берега ночи» и К.Смит в рассказе «Втроем к одаривающей звезде».

Однако удачнее всего (да и человечнее) об объединении сознания хомо сапиенса и «летающего железа» написала Э.Маккефри в романе «Корабль, который пел». История полностью парализованной девочки Хельвы, чье тело заключили в специальную капсулу, управляющую всеми системами звездолета, подкупала проработкой психологии главного персонажа. Сходную операцию проделал с космическим кораблем-киборгом «Ольга» и Д.Басе в дилогии «Наполовину сверхчеловек» и «Бог-кит». Кстати, во втором романе американского фантаста появляется один из самых впечатляющих киборгов в истории НФ вообще – полумеханический-полуживой кит.

Другие писатели предпочитали полностью избавляться от тел своих героев, создавая новейшие аналоги невидимых духов ранней фантастики. В их книгах речь шла о человеческом сознании, просто записанном в память компьютера звездолета и способном таким образом управлять им. В некоторых произведениях подобная операция приводила к самым драматическим последствиям. Например, в романе «Бабочки-однодневки» К.О\'Доннелла нарисована сложнейшая история борьбы человеческого разума, внедренного в компьютер звездолета, с противостоящим ему искусственным интеллектом. Еще сильнее драматизировал ситуацию Дж.Мартин в повести «Летящие сквозь ночь», где обезумевшая хозяйка корабля, обладающая психокинетическими силами, не только записала свой разум в корабельный компьютер, но и начала уничтожать собственный экипаж. И справиться с сумасшедшей смог только ее собственный сын-клон, которому также пришлось переместить свое сознание в память машины.

Пожалуй, наиболее подробно тема слияния человеческого сознания и компьютерного интеллекта была описана в романах Д.Моррис «Танцующая в снах», «Сны звездного крейсера» и «Сны Земли». В трилогии американской писательницы подробно изображается, как благодаря постоянному психическому контакту электронные мозги, управляющие космическими крейсерами, входят в симбиотические отношения с экипажами.

Впрочем, киборги-звездолеты и человеческие души, внедренные в компьютер межпланетного транспорта, оказались не самыми экзотическими следствиями возрождения старых тем в Нф. Авторы, более склонные к экстравагантному взгляду на Вселенную, сумели, как и в старину, отправить своих героев в путь по межзвездным просторам на живых существах.



Живьем по вакууму

Судя по всему, одним из первых возродил этот принципиально ненаучный подход к космическим путешествиям Г.Ф.Лавкрафт. В его рассказе «Шепчущий в ночи» разумные крабоподобные и крылатые живые грибы с Плутона добираются до Земли на «неуклюжих, но мощных крыльях, которые способны сопротивляться эфиру». Эти существа могут переносить туда-обратно и пассажиров, но (увы!) только в виде разума, заключенного в механический аппарат. Идея Лавкрафта (как, впрочем, и большинство его идей) в момент публикации показалась и читателям, и другим фантастам слишком причудливой, и продолжателей у нее не нашлось. Однако сама мысль о существах, свободно летающих по пустоте космоса, оказалась не чуждой и прочим писателям.

Фантасты, «заселившие» мириады планет и даже звезд в Галактике живыми существами, конечно же, не могли оставить втуне просторы Млечного Пути. Впрочем, в силу ненаучности предпосылки о жизни в открытом космосе тема эта не стала одной из заметных. Хотя и здесь попадаются любопытные примеры.

В рассказах К.Смита об отдаленном будущем, позднее составившем цикл «Инструменталии человечества», упоминается о чудовищных драконоподобных существах, нападающих на земные корабли и препятствующих космическим полетам. Описанию борьбы с таким монстром было посвящено одно произведение фантаста – рассказ «Игра с кры-содраконом». В уже упоминавшейся повести Дж.Мартина появляются волкрины – огромные живые существа, странствующие по космосу и питающиеся межзвездным водородом.

Интересным поворотом подобной темы стали представления о машинах, создающих в космическом пространстве своеобразные экологические системы. К этой идее, пусть и в зачаточной форме, обращался еще Ф.Сабер-хаген в цикле о берсеркерах – машинах-убийцах, стремящихся уничтожить все живое во Вселенной. Эти аппараты создали сложную систему ремонта и обновления, где есть целые тайные миры-базы, на которых производят новые машины и межзвездные корабли. Значительно более изощренно разработал эту тему Г.Бен-форд в романах «Великая небесная река» и «Приливы света», а также в их продолжениях – «Бешеный залив» и «Путь сквозь сверкающую вечность». Здесь описаны настоящие флора и фауна механических существ, где возникли длинные пищевые цепочки, включающие в себя механизмы-жертвы и механизмы, охотящиеся на них.

И, несомненно,в глубинах космоса должны таиться целые колонии роевых существ, подобных земным насекомым, таких же безумных и неудержимых, как амазонские кочующие муравьи. О них писали У.Тенн в рассказе «До последнего мертвеца» и – в значительно более мягкой форме – Б.Стерлинг в повести «Рой», да и многие другие авторы.

Однако если вне планет есть жизнь, значит, ее можно как-то использовать. Вот тут-то и пробудились у фантастов скрытые подсознательные воспоминания о детстве научно-фантастической литературы, о том, как небеса штурмовали на крыльях живых существ.

В начале писатели отправляли героев на небольшие расстояния, в ближний космос. Английский фантаст Б.Олдисс создал роман «Теплица», действие которого разворачивается в отдаленном будущем, где почти все животные вымерли, а их экологические ниши заняли растения. Среди растений, научившихся передвигаться, своими размерами выделяются огромные паукообразные монстры траверсеры, ткущие паутину, которая соединяет Землю и Луну. Люди цеплялись к лапам этих космических странников и отправлялись к естественному спутнику Земли.

Позднее живые космические корабли появились и на галактических просторах. Французский фантаст Ж.Клейн в рассказе «Иона» описал, как люди создают и укрощают немыслимых космических чудовищ – биосконов. Для того чтобы осуществить приручение взбунтовавшегося био-скона, герою рассказа – укротителю Ришару Мека – пришлось пойти по пути библейского пророка и оказаться проглоченным звездным китом. Отсюда и название рассказа. Другим Ионой в научной фантастике оказался герой цикла рассказов Р.Янга Джонас Старфайндер. Во Вселенной, созданной воображением американского фантаста, люди странствуют по космосу внутри мертвых космических китов. Старфайндер сначала охотился на межзвездных левиафанов, но затем ухитрился подружиться с одним из них, осознав, что киты обладают разумом. Попутно главный герой цикла выяснил, что живые космические хиты умеют значительно больше, нежели мертвые. Например, они еще способны путешествовать во времени (рассказ «Впадина Минданао»). Запоминается и способ, при помощи которого кит общался со Старфайндером и другими людьми: он посылал в их сознание телепатические картинки-идеограммы.

Впрочем, авторам уже этих произведений было ясно, что ничего, кроме красивой и антинаучной картинки, из идеи живых космических кораблей выжать нельзя. Поэтому позднее фантасты так ее и использовали – в качестве причудливой иллюстрации к одному из эпизодов повествования. Например, у Д.Симмонса в дилогии «Песни Гипериона» изображены так называемые Бродяги – отдельная обособившаяся ветвь человечества, обитающая в открытом космосе. Они сумели вывести гигантских космических бабочек, чьи крылья выполняют роль солнечных парусов, и на этих насекомых пересекают относительно небольшие (по космическим масштабам) расстояния. Тема была продолжена в романах «Эндимион» и «Восход Эндимиона», где писатель изобрел и других космических существ, обитающих в орбитальных лесах, созданных Бродягами. Разумеется, не обошелся фантаст в данном случае и без аналогов любимых всеми вакуумных китов. Даже одержимые сугубым наукообразием писатели, вроде П.Уоттса, пусть и в завуалированной форме, но склонны обращаться к образу живых космических кораблей. В его романе «Ложная слепота» звездолет пришельцев, появившийся на окраине Солнечной системы, оказывается своего рода гнездом-ульем для инопланетян, одновременно являющихся и частью оборудования корабля.

И все же большинство фантастов идея живых межпланетных судов не вдохновила. Ее слишком быстро стали воспринимать не как сюжетообразующую, а как антуражную. Во всяком случае, в игровой системе «Вархаммер 40 ООО», ставшей собранием почти всех доселе известных клише фантастики об отдаленном будущем, присутствуют и космические киты-левиафаны, и прочие живые космические корабли. Одна из важнейших рас этой игровой Вселенной – ящероподобные тира-ниды – путешествует по межгалактической пустоте в огромных звездолетах, каждый из которых представляет собой существо-матку, способное порождать прочих членов тиранидского роя. В книгах, чье действие развивается в мире «Вархаммера 40 ООО», персонажам нередко приходится сталкиваться с этими чудовищами. Так, в романе Г.Макнилла «Воины Ультрамара» главный герой – сержант отряда космических десантников Уриэль Вентрис – сумел заразить такой корабль искусственным вирусом и остановить нашествие тиранидов на планету Тарсис Ультра.

В качестве привычного элемента дальнего космоса живые органические корабли используются и в кинематографе (например, в сериале «Лексс», где присутствует корабль, фактически являющийся просто огромной стрекозой), и в мультипликации (скажем, в цикле «Звездный десант», сделанном по мотивам одноименного фильма П.Верхувена. Здесь инопланетяне-арахниды летают по космосу на огромных жуках). Идея стала абсолютно тривиальной, а это жалко. В НФ у полетов живьем по вакууму еще несомненно сохраняется литературная потенция. Уж слишком экстравагантно и непривычно это выглядит, слишком оригинально смотрятся космические киты и жуки на фоне привычных всем «Энтерпрайзов» и «Тысячелетних соколов». Поэтому будем надеяться, что хотя бы изредка, но еще многие авторы подсознательно вспомнят про шумерского царя Этана, стремившегося к звездам верхом на орле, и заставят своих героев повторить его подвиг на страницах фантастических книг.

Рецензии

Уильям Хоуп.КАРНАККИ - охотник за ПРИВИДЕНИЯМИ

Москва, Вече. 2009, пер. Ю. Соколова. (Серия Мастера мистческой прозы)

Поствикторианская Британия дала дорогу целому созвездию родоначальников мистической фантастики и фэнтези. Литература грезы и ужаса вступала в свои права, отвоевывая пространство у реализма и научности. Восходили звезды Блэквуда и лорда Дансени. И не к последним именам на заре этой новой эпохи относился Ходжсон.

Основу издания составил авторский сборник, вышедший в 1913 году. Рассказы объединены общим героем – частным детективом Томасом Карнакки. Ходжсон в процессе написания этих историй оказался в роли мистика поневоле. Издатель требовал от автора необыкновенного, тогда как писатель склонен был показать Карнакки материалистом, разоблачающим подноготную оккультных чудес. В итоге из девяти рассказов в трех предложены рациональные объяснения происходящего. А один («Находка») представляет собой обычный детектив, где нет ни грана мистики. Но Карнакки приходится раз за разом впрямую противостоять демоническим силам. Эта раздвоенность достигает кульминации в итоговом и самом сильном рассказе цикла – «Свинья». Здесь, столкнувшись с силой поистине необоримой, сокрушаемой лишь по воле Божьей – что сам Карнакки в момент спасения признает, – сыщик затем пускается в абсолютно научные толкования самого факта существования демонов. Не следует ли приписать такой взгляд самому автору – сыну добропорядочной Британии, где для борьбы с бесами вызывают не экзорциста, а детектива, защищенного «Электрическим Пентаклем» вместо креста?

Сборник дополнен еще шестью рассказами. Три из них принадлежат циклу о капитане Голте – масоне-контрабандисте. Еще три – внесерийные. Из них «Или, Или, лама савахфани!» – блестящая иллюстрация духовных блужданий Европы начала минувшего века. Может быть, именно в нем четче всего звучит авторское отношение ко всем попыткам измерить сверхъестественное наукой…

Сергей Алексеев



Кирилл Бенедиктов. БЛОКАДА. Кн. 1. ОХОТА НА МОНСТРА

Первый роман цикла «Блокада» из межавторского проекта «Этногенез» переносит читателей в «40-е роковые». Автор, верный мистическому восприятию реальности, берется «расшифровать» две судьбоносные загадки Второй мировой: неожиданную перемену, произошедшую с невзрачным ефрейтором А.Гитлером, и противоестественную веру И.Сталина в то, что Германия никогда не нападет на Советский СОЮЗ.

Роман отличает многообразие планов и большое количество персонажей. По словам автора, «Охота» представляет собой аналог шахматного дебюта, когда фигуры группируются на доске для атаки. Читателям посчастливится побывать по обе стороны фронта, наблюдая за участниками игры, среди которых немало исторических персонажей. Яркость образной подачи, отличающая творчество Бенедиктова, позволит поклонникам по-новому взглянуть на этот трагический период мировой истории.

Экспрессия сюжета достигается в основном за счет интенсивной смены планов. Элементы экшена в отдельных эпизодах не имеют ведущего значения. Куда больше внимания уделено «дворцовым» интригам.

Увлеченно описывая скрытое противостояние придворных в свитах Гитлера и Сталина, автор не забывает уделять внимание портретам главных героев. Дополнительную объемность образам центральных персонажей добавляют краткие реминисценции, словно тени, отброшенные в прошлое участниками игры. Среди них чернее и куда длиннее прочих выделяется тень орла – загадочного артефакта из набора фигурок, объединяющих различные произведения проекта «Этногенез». Одна из «вшитых» в произведение эзотерических концепций выражается в противостоянии внутренней духовной силы и чуждой заемной мощи.

Смогут ли скрытые способности живых людей переломить таинственную власть бездушных предметов, мы узнаем в следующих романах.

Николай Калиниченко



Андрей Битов. ПРЕПОДАВАТЕЛЬ СИММЕТРИИ

Москва: Фортуна, 2009

В середине 80-х в «Юности» появилась необычная публикация. Автором значился некий Э.Тайрд-Боффин. И пояснение: «Перевод с иностранного Андрея Битова». Весь текст состоял из предисловия, трех или четырех глав, сложной таблицы и фразы: «Продолжение, возможно, последует…». Когда-то переводчик прихватил с собой в геологическую экспедицию книгу неизвестного английского автора, которую ему пришлось в ожидании вертолета переводить «приблизительно», без словаря, и пересказывать изнывающим от скуки работягам. Книга потом была утеряна…

Продолжение последовало лишь четверть века спустя. Невооруженным глазом видно, что это литературная мистификация, но для того, чтобы оценить ее по достоинству, требуется предельно тонкая оптика. Это роман в романе, внутри которого рассыпан еще один роман. Это гипертекст, хитросплетениям которого позавидовал бы Милорад Павич.

Автор книги (тот самый Э.Тайрд-Боффин) – молодой журналист, который хочет взять интервью у забытого прозаика и поэта Урбино Ваноски. Но вместо этого узнает удивительную историю из юности писателя. Некий искуситель однажды показал тому фотографии, сделанные не только в разных местах, но и в разные времена: одно представляло собой «Вид неба Трои», другое же – сцену свидания, которое только предстоит. В ожидании этого события молодой человек потерял свою настоящую любовь… Это лишь одна глава. Во второй доктор-психиатр, общаясь с сельским сумасшедшим, утверждающим, что «свалился с Луны», понимает: это правда, «дурачок» способен телепортироваться… Есть глава о литературном кружке «Тристрам-клуб», в котором обсуждается целый ряд фантастических романов, приведенных в виде синопсисов.

Сюжеты отскакивают друг от друга подобно эху и сплетаются в единое размышление о сущности художественного творчества, истоки которого – за пределами нашей реальности.

Андрей Щербак-Жуков



Мария Гинзбург. ПОГАСИТЬ ЧЕРНОЕ ПЛАМЯ

Москва: ЭКСМО(Серия .Эпоха доблести)

Новый роман Марии Гинзбург – продолжение ее книг «Хозяйка четырех стихий» и «Лес великого страха». Это фэнтезийный боевик, где в качестве антуража используется сразу несколько различных традиций (толкиновская, славяно-киевская да еще с добавлением элементов посткатастрофной НФ), мелко нашинкованных, хорошо перемешанных и поданных под соусом этики вольноопределяющихся одиночек.

В цикле Гинзбург единый сюжет отсутствует. Каждая новая книга – новая ситуация, причем из команды персонажей, отобранных для предыдущего действа, кто-то остается, кто-то уходит, кто-то выдвигается на первый план, кто-то оказывается на периферии. В данном случае основой сюжета становится борьба партизан Железного леса против драконообразного императора, который жестоко сбрендил из-за того, что связан с артефактом Эру-стим великой разрушительной силы. Партизаны отбиваются от врага, собирают летучий отряд для операций в столице и в результате заговора все-таки добираются до императора.

Боевик как боевик. Почему об этом стоит писать? Во-первых, Мария Гинзбург постепенно растет как писатель-фантаст. И третий роман в плане литературного качества стоит заметно выше двух первых. Отношения постели заменяются отношениями любви. Описания эротических сцен – проникновением чувств. Батальные эпизоды – особенно сражения партизан и «химмельриттеров», то есть драконокавалерии, – сделаны свежо, оригинально; любителям боёвки их можно рекомендовать без тени сомнения.

Во-вторых, роману дана неожиданная концовка. Мария Гинзбург довела заговор партизан почти до победного конца, а в финале… сделала поправку: одно дело – убить живое существо, другое – уничтожить в нем зло и безумие. А это уже ход на порядок более тонкий, чем положено по канонам незамысловатого крошилова.

Дмитрий Володихин

МУЗЫКА СФЕР. Питер ХЁГ. ТИШИНА. Симпозиум



Питер Хёг – один из самых известных датских писателей. Его роман «Смилла и ее чувство снега», переведенный на несколько языков и успешно экранизированный в Голливуде, представил читателю удивительную историю о снеге и льде, метеорите, поиске жизни на основе неорганических веществ, а также обо всем остальном. В центре его нового романа великий клоун, наделенный уникальным даром.

История жизни Каспера Кроне разбита на кусочки. Они чередуются на страницах романа, решительно пренебрегая временем, словно играя с ним в прятки и показываясь на свет без очереди и без спроса. Вот он выступает на аренах самых известных цирков мира. Вот он – маленький мальчик, засыпающий на руках отца во время ночных переездов. Вот – бредущий по городу после любовной ссоры. Вот проходит реабилитацию после травмы, выявившей его особый талант.

Каспер Кроне умеет слышать.

Он слышит звучание людей и мест, ритмы города и окраин – их уникальные звуковые рисунки, читает мир, как по нотам, и знает, что один человек не остров, и звон колокола – это тоже чей-то звук, вплетенный в другие голоса и мелодии. Вместе, одновременно, сейчас они сливаются в притягательно шумную какофонию, которая и есть жизнь.

Сейчас для него звучат тревожные нотки.

Каспер Кроне – 42 года, характер нордический, не женат – оказывается фигурантом дела о неуплате налогов и рискует оказаться в тюрьме. Однако страшит его не это, а загадочное исчезновение Клары Марии – десятилетней девочки, обладающей притягательным даром тишины.

Вскоре оказывается, что похищение детей поставлено на широкую ногу, и одним ребенком дело не ограничивается. А все похищенные и похитители таинственным образом связаны с землетрясением, изменившим ландшафт и облик Копенгагена.

Роман превосходно иллюстрирует характерную тенденцию, связанную с традиционным разделением литературы и фантастики, а именно продолжающуюся их мирную конвергенцию. Главные места в литературе основного потока все чаще и все увереннее занимают книги, уклончиво атрибутируемые как «романы с элементами фантастического». А авторы мейнстрима все чаще и все охотнее используют идеи, приемы и сюжетные схемы, характерные для фантастического жанра.

Изменившееся, сверхчувственное восприятие главного героя является лишь уловкой, способом показать волшебство жизни – не приукрашенное, но подсвеченное и преувеличенное лишь самую малость. Что позволяет своевольно отнести роман к своего рода нордическому магическому реализму, суровому, но симпатичному. Или возвести его генеалогию к сказкам другого датчанина, Ганса Христиана Андерсена.

Удивительно ли, что поиски клоуном с манерами трикстера, склонным рассматривать свою жизнь как представление, девочки, которая способна даровать ему тишину, на деле оборачиваются поисками трансценденции. Поисками божественного Автора и исполнителя музыки сфер, доступной восприятию Каспера. Не случайно немалую роль в происходящих событиях играет восточная (то есть православная) церковь.

В романе вообще нет случайного. Встречи, события, люди, которые по сюжету могли бы претендовать на случайность, оборачиваются на поверку или результатом замысла персонажей, до поры сокрытого от читателя, или юнгов-ской синхронностью – свойством жизни проводить и пересекать параллельные прямые.

Круговорот действующих лиц – монахинь с загадочной миссией, африканок, мастерски владеющих айкидо, легендарных воров, работающих карманниками, морских офицеров, ставших королями преступного мира, детей с фантастическими способностями, ближе к финалу перестает быть смешением, напоминающим джазовую импровизацию, и обнажает внутренние связи и закономерности, причины и следствия.

Вслед за этим, сразу за наступлением развязки, повествование, совершенно в традиции Хёга, обрывается, едва ли не на полуслове, не давая затихнуть ее последним нотам, резко и беспокойно.

Напоминающий представление роман, пестрый и живой, то по-осеннему элегический, то бодрый, как цирковые марши, не ставит своей целью развлечение читателя.

Насыщенный музыкальными терминами и отсылающий к известным и малоизвестным произведениям классической музыки, роман не ставит своей целью и поучение читателя.

Демонстрируя мир по Касперу Кроне, преисполненный звуков и нуждающийся в божественной тишине, он предлагает читателю сопереживание.

Сергей ШИКАРЕВ

Крупный план: МЫ НЕ ТАК УЖ ПЛОХИ

Московский критик, постоянный автор журнала «Если», решил подлить масла в огонь дискуссий, пылающих последние годы вокруг жанровой критики. Он обратился к читателям с вопросом: «Почему у нашей фантастики нет столь же сильной критики, как у литературы «основного потока»?».

Ответы распределились следующим образом:

Какая фантастика, такая и критика – 17%;

Как это – нет? У нашей фантастики критика не слабее, а зачастую сильнее, чем у «боллитры»! – 27%;

Да критика вообще никому не нужна. Нужны только короткие рецензии, чтобы люди знали, покупать или не покупать книгу – 12%;

Вся критика в фантастике выросла из фэндома: у авторов нет ни приличного профессионального образования, ни настоящей школы – 27%;

Просто «боллитра» сходит со сцены, и там интереснее читать не сами книжки, а то, что о них пишут критики – 7%;

Вот когда фантастика начнет умирать, тогда отличной критики расплодится видимо-невидимо – 10%.

Всего в голосовании приняли участие 410 человек.

Начнем с того ответа, за который подало голоса наименьшее количество читателей. В него была вмонтирована маленькая ловушка. Итак: когда какое-нибудь по-настоящему крупное, сильное, наполненное витальной мощью явление уходит, когда отдает концы великая эпоха, когда прерывается жизнь замечательной личности, появляется море текстов, созданных «в память», «в осмысление», «на роль справочного материала» и т.п. Иными словами, наступает время каталогизации, аналитики, а затем и составления энциклопедий на тему «О…». Допустим, немногие согласились с тем, что «боллитра» уходит со сцены. Старушка еще повоюет, хоть и старушка! Но… у нас нет сейчас ни уровня классики XIX века, ни уровня Серебряного века, ни даже уровня советского «биллона». Честно говоря, по-настоящему сильной критики и в мейнстриме не столь уж много. Зато каталогизация там идет вовсю, поэтому всё больше появляется… нет, не критики, а именно справочно-энцик-лопедических изданий.

А вот и ловушка: предпоследний и последний вопросы были, в сущности, одним целым. Только в последнем звучит сдержанный оптимизм: фантастика еще не умирает, а значит, для нее время каталогизации не наступило. Ждите аналитиков, когда на месте живого тела появится труп. Аналитик в литературе чаще всего – патологоанатом, а не терапевт.

Что ж, читательская аудитория отреагировала здраво: да, мы верим, что до смерти фантастике еще далеко; да, когда это произойдет, может, и будет много хорошей аналитики, но… лучше пусть будет много хороших романов. Зато если соединить две половинки одного вопроса, то получится 17%. Солидная цифра. И она внушает некоторый оптимизм – как по поводу того, что с «боллитрой» не все потеряно, так и по поводу того, что фантастике рано выкликать последний срок.

Как действующий критик я искренне порадовался другой цифре: среди опрошенных нашлось всего 12% тех, кому критика не нужна, тех, кто равнодушен к моему ремеслу. Нужны им аннотации? Некогда заморачиваться на что-то чуть более сложное? Понимаем. Кому поп, кому попадья, а кому и свиной хрящик. Критики, пожалуй, обойдутся остальными 88 с лишним процентами – то есть теми, кто к их работе способен проявить интерес.

Зато обнаружилось 17% тех, кто скептически относится и к нашей фантастике, и к нашей критике, – цифра, которая никого не приведет в восторг. Самая мрачная, пожалуй, цифра изо всех. Автор этих строк далек от того, чтобы объявить этих людей сплошь мизантропами или – упаси Господь! – предателями континента фантастики. Когда такая уйма народа говорит: «Тщательнее надо работать, ребята!», – обращаясь и к фантастам, и к тем, кто пишет об их текстах, самая адекватная реакция – и впрямь задуматься о том, как работать тщательнее…

Но гораздо серьезнее замечание, согласно которому у критиков нет школы, поскольку они представляют собой продукт варения фэндома в собственном соку. Я и сам когда-то писал об этом в статье «Ёрш мохито ин-корпорэйтед». И Дивов писал. И Пузий писал. Да, у большинства наших критиков нет школы. Да, многие в лучшем случае обладают начитанностью и бойким пером, но лишены аналитических способностей, а в худшем – просто берутся не за свое дело.

Да, значительная их часть опутана «корпоративными интересами» и личными привязанностями по рукам и ногам. Того не обидеть, потому что водку вместе пили, того – потому что идейно близок, а ту – потому что женщина красивая…

Что, неправда? Да правда, правда… Это действительные хвори цеха критиков, это самые страшные его язвы на сегодняшний день. И читатель их прекрасно видит, а пресытившись оным зрелищем, начинает тыкать провинившихся носом в «узоры на ковре». Шкодничаете? Так понюхайте свои шкоды!

Конечно, среди фант-критиков есть Галина, Назаренко, Ройфе, Харитонов, В.Березин, С.Алексеев и еще несколько хорошо образованных, филологически подкованных персон, способных профессионально разобрать текст хоть в НФ-журналах, хоть в литературных «толстяках». Зато сколько людей случайных! Сколько откровенной халтуры! И очень трудно шагнуть выше, оттолкнувшись от нынешнего уровня, поскольку нет ни постоянно действующих семинаров, клубов, мастер-классов для критиков, ни специализированных изданий.

Ровно столько же читателей – 27% – жанровой критикой довольны. Конечно, значительная часть тех, кто принял участие в опросе, руководствовалась соображениями патриотическими. Проклятая «боллитра» не пройдет! Ей заслон поставлен прочный! Ее встретит броневой ударный батальон наших доблестных критиков! Но, надо полагать, проголосовало подобным же образом и немалое количество здравомыслящих людей. Тех, кто читает и мейнстримовские журналы, и журналы фантастического профиля, тех, кто может сравнивать критические материалы из обоих источников. Их поддержка дорогого стоит. Товарищ Сухов посмотрел на жен Абдуллы и, сохраняя верность далекой любимой, со вздохом изрек: «А ведь и вы не так уж плохи…». И, наверное, это более адекватная формулировка, чем та, что прозвучала в самом вопросе.

Действительно, каждый год появляются несколько приличных статей, хорошая фантасто-ведческая книжка, пара дюжин сильных рецензий. Есть на чем взгляду остановиться. Другое дело, что мало всего этого. Есть, но мало. Что ж, доверие тех, кто решил ободрить критиков от фантастики, можно перечислить на счет критического цеха… как аванс.

Дмитрий ВОЛОДИХИН

Вл. ГАКОВ. ВОЗВРАЩЕНИЕ КОСМИЧЕСКОГО РОБИНЗОНА



Как правило, ученые, приходя в фантастику, переносят в творчество и свои профессиональные навыки. Но бывают и редкие исключения. Например, Франсис Карсак – ученый-геолог, он всю жизнь писал истории о покорении космических глубин. После Жюля Верна этот писатель был, пожалуй, самым горячо любимым французским фантастом. В этом месяце Франсису Карсаку исполнилось бы 90 лет.

История переводов зарубежной НФ у нас в стране сама по себе фантастична донельзя и, право, стоит любого из уже переведенных «зубодробительных» боевиков. Кто и когда напишет ее – эту парадоксальную, разумом принципиально не постигаемую и совершенно непредсказуемую хронику десятилетиями создававшейся системы «ложного зрения», с помощью которой российские читатели смотрели на литературу малознакомого Зазеркалья?

Ну, положим, массовое появление (в приснопамятную эпоху двух Больших Г. – Главлита и Госкомиздата) многих дутых авторитетов, у себя на родине хорошо если входивших в третьи-четвертые десятки (у нас же директивно обряженных в тоги неприкасаемых корифеев), и, напротив, заговор молчания вокруг авторов иных легко объяснить. Идеология, цензура, а чаще – обыкновенные перестраховка, вкусовщина и невежество…

Но и во времена сравнительно недавние, ознаменованные погружением шестой части суши в одно Большое Д. (Деньги), тоже происходили вещи странные и труднообъяснимые. Книжный рынок не раз вдруг оказывался затоварен переизданиями одних и тех же, причем явно «необязательных» авторов и произведений – да в таких количествах, что и самому фанатичному их поклоннику грозила очевидная опасность переедания! При том, что на ум немедленно приходят десятки же безусловно обязательных, но по непонятным причинам не переведенных по сию пору.

Кстати, не нужно думать, что во времена темного царства идеологической цензуры не случались разного рода парадоксальные и непредсказуемые проколы. Не такой уж всесильной и безошибочной она на поверку оказалась! Взять, к примеру, ту же космическую оперу. Кто только в шестидесятые годы не отметился в ритуальном вытирании ног о злосчастный жанр! Однако произведения эти – хотя бы в порядке информации отечественного читателя – наши издатели переводить при этом отнюдь не торопились! Признанных «оперных» солистов – Эдварда «Дока» Смита, Джека Уильямсона и Эд-монда Гамильтона – печатать более или менее регулярно начали только в «лихие девяностые». А строго дозированные «положительные образцы» раскритикованного жанра, прорвавшиеся к советскому читателю, – те же «Саргассы в Космосе» мало кому в ту пору известного «Эндрю Нортона» (история коего напоминает бессмертную реплику культового тогда фильма «Три плюс два»: «В общем, Джексон оказался женщиной!») – еще больше запутывали истинную картину.

И все же одно произведение настоящей, подлинной космо-оперы увидело свет аж в 1965 году. Причем тиражом невероятным даже в те годы – чуть ли не полмиллиона экземпляров!

Тогда многие советские издательства пробовали свои силы в новом и во всех отношениях привлекательном жанре НФ. Книжкой, о которой идет речь, решило рискнуть на территории в ту пору еще не сильно обжитой terra phantasia вновь созданное на базе Географиздата издательство «Мысль», выпустившее роман никому не ведомого французского автора – Франсиса Карсака. Роман назывался «Робинзоны Космоса» (на языке оригинала он вышел в 1955 году). С тиражом размахнулись истинно по-русски – гулять так гулять. И в годы, когда фантастику не покупали, а доставали с немалым трудом, томик с красными стилизованными кентаврами на обложке можно было увидеть практически на любом книжном развале.

Никто из критиков, впрочем, «оперных» рецидивов в произведении соотечественника и продолжателя дела великого Жюля Верна тогда не разглядел. Прежде всего искались параллели с романом французского классика «Гектор Сервадак». Впрочем, последние были на виду. Неизвестный нам Карсзк также описал космический катаклизм, в результате которого кусок земной поверхности с находившимися там людьми откололся, залетел черт знает куда и был прихвачен гравитационным полем некоей планеты, населенной разумными кентаврами. Еще критики особенно упирали на факт мирного сосуществования землян с аборигенами – ну почти как в фантастике советской!

И позже, когда на русском языке появились другие книги Карсака – «Пришельцы ниоткуда» (1954), «Бегство Земли» (1960) и «Львы Эльдорадо» (1967), – об авторе в печати говорилось, в основном, только хорошее (хотя в то время он еще был жив и здоров). Особенно отмечая гуманизм французского писателя, его социальный оптимизм, миролюбие и даже… интернационализм (раздвигая значение этого термина до галактических масштабов). Отдавалось должное умению Карсака строить увлекательный сюжет, достойное продолжение романтических и познавательных традиций великого соотечественника-классика, и т.п. Словом, наш человек!

Более того, светлый пример француза Карсака как бы оттенял собой ту, по мнению писавших, заокеанскую антигуманную, насквозь упадническую, пронизанную насилием и ксенофобией космическую оперу.

В этих построениях содержались, по меньшей мере, две существенные натяжки, сегодня видные невооруженным глазом. Первая заключалась в том, что не стоило так уж резко проводить черту между творчеством Карсака и космооперой. И вторая: не стоило и ее, горемычную, поливать походя и без разбору.

То, что к Space Opera со спокойной совестью можно отнести и творчество Фрэнсиса Карсака, сомнений уже не вызывает. Его сюжеты, подходы и размах ничем принципиально не отличались от творческой манеры, скажем, теперь уже хорошо известного и у нас признанного короля субжанра Эдмонда Гамильтона. И у того непредвзятый, объективный взгляд всегда отыщет толику хоть и специфически американского, но гуманизма. И Добро у Гамильтона обычно побеждает Зло; и оптимизм гарантирован – в смысле непреложного для автора-американца правила: любые мрак и кровопролитие завершать happy end\'ом. Правда, в эпопеях Гамильтона и иных авторов космооперы мир средь звезд воцаряется исключительно в результате звездных же войн –-например, после победы «хороших парней» над какими-нибудь агрессивными плохишами-негуманоидами. И нет-нет да напомнит о себе расхожая идейка насчет «бремени цивилизованного землянина», несущего отсталому звездному народцу культуру и дары цивилизации, – очевидная трансформация киплинговского «бремени белого человека», к концу прошлого века давшая новые чудовищные всходы…

Но ведь и у гуманного и оптимистичного Карсака мы обнаружим почти то же самое.

В его трилогии, состоящей из романов «Пришельцы ниоткуда», «Этот мир – наш» и «Космос – наш дом», эра всегалактического братства наступает лишь после того, как «нашим» (гуманоидам) удается окончательно побороть каких-то злобных и агрессивных «чужаков» – явно негуманоидных мисликов, гасящих звезды и вообще черт те чем занимающихся на «нашей» галактической полянке! И в более позднем романе, в оригинале названном «Паразиты в гриве льва», а на русский язык переведенном как «Львы Эльдорадо», несмотря на очевидную симпатию автора к отсталым аборигенам, с моральным оправданием профессорского вмешательства высокоразвитых землян все тоже как будто в ажуре…

А уж если перечитать один за другим два романа – тех самых «Звездных королей» и «Бегство Земли» Карсака, – то трудно отделаться от впечатления, что перед тобой единый сериал, написанный одной мастеровитой рукой!

Так что и у Карсака – «опера», самая что ни на есть аутентичная. И ничего тут не попишешь.

Другое дело, что и презренная (в глазах многих критиков) Space Opera может быть мастерской, высокопрофессиональной, держать читателя в напряжении от первой до последней страницы и поражать незаурядной фантазией. Хотя чаще, что греха таить, под привычным словосочетанием скрывается скорее «оперетка». Пошлая и убогая имитация, бесплодное топтание по тропам, проложенным, как правило, другими.

Словом,ничего принципиально нового по сравнению с ситуацией во всех иных жанрах.

И Гамильтон, и Карсак писали, в сущности, одну и ту же разновидность массовой литературы. Ну, может, с незначительными расхождениями, обусловленными, скорее, различиями культурно-историческими. В том же ключе, между прочим, творили и весьма преуспели и Дюма, и уже не раз упоминавшийся Жюль Берн! Уступая классикам, и Гамильтон, и Карсак тем не менее делали свое дело мастерски – увлекательно, размашисто, надежно. И оба, безусловно, обладали счастливым даром держать читателя до самого финала.

Почему так получилось, что в восприятии двух поколений наших читателей Карсак оказался противопоставлен Гамильтону, – сегодня остается только гадать. Фантастика, одним словом…

Так кем же он был, подлинный Франсис Карсак?

К сожалению, даже в статьях французских специалистов информации о жизни ведущего автора национальной Space Opera кот наплакал. Вот что удалось выудить из их более чем скупых текстов.

Под псевдонимом Франсис Карсак в научной фантастике выступал видный ученый – геолог и палеоантрополог Франсуа Борд. Родился он 30 декабря 1919 года в сельском районе исторической провинции Перигор. Будущий ученый и писатель увидел свет не в какой-то деревенской развалюхе – в настоящем замке! Правда, замок был не фамильным, а всего лишь купленным по случаю отцом Франсуа – богатым торговцем Андре Бор-дом, сделавшим состояние в Западной Африке. Мальчик с детства увлекся палеонтологией, которая и привела его после школы в университет Тулузы. Там, правда, не было соответствующего факультета, так что Франсуа Бор-ду пришлось специализироваться по двум соседним дисциплинам – геологии и ботанике.

Затем началась война. Борд отправился на фронт, а после капитуляции Франции в 1941-м демобилизовался и вернулся к научным штудиям в свою alma mater. Теперь его интересовали химия, минералогия и зоология. После немецкой оккупации Франция раскололась надвое. На юге, в Виши, было создано коллаборационистское правительство, а все истинные патриоты либо отправились с де Голлем в эмиграцию, чтобы за пределами родины сражаться с Гитлером, либо остались дома, но вступили в движение Сопротивления. Среди последних оказался и Франсуа Борд.

Любопытно, что в отряде маки - так во Франции прозвали партизан из Сопротивления) будущий геолог и палеонтолог прошел неплохую практику, проведя не один месяц в шахте – шахтер «по легенде», он по приказу партизанского командования занимался там обыкновенным саботажем. Тогда же Борд сочинил свой первый НФ-роман «Над стерильной планетой», который так и не был опубликован при жизни (впервые он вышел только в посмертном полном собрании сочинений Карсака, выпущенном парижским издательством Lef-rancq).

Когда в 1944 году вооруженные силы деголлевской «Свободной Франции» высадились вместе с американцами и англичанами в Нормандии, Борд записался добровольцем в отряд морской пехоты и в ноябре в одном из сражений был ранен осколком гранаты. Демобилизовавшись, он смог завершить прерванное обучение, защитил диссертацию. И по странному совпадению проработал всю оставшуюся жизнь не где-нибудь, а в университете города Бордо! После защиты диссертации – профессором, а в последние десятилетия – директором им же созданной лаборатории по истории и геологии четвертичного периода. Специальностью Борда-палеонтолога была типология орудий каменного века, и труды французского ученого заслужили признание не только у него на родине, но и за рубежом.

Первые пробы пера писателя Карсака – то есть те, которые, увидели свет в журналах и издательствах, – относятся к середине 1950-х. Дебютировав НФ-рассказом «Пятно ржавчины» (1954), Карсак впоследствии написал почти два десятка произведений малой формы, из коих наиболее известны «Генезис» (1958), «Ответ марсиан» (1959, в соавторстве с легендарным мистификатором Жаком Бер-жье), а также «Горы судьбы» (1971). А последним опубликованным рассказом французского писателя стал вышедший посмертно «Тот, кто создал Большую Воду» (1982).

И все-таки короткая форма осталась для Карсака неким «пикником на обочине» – магистралью же в данном случае следует считать роман. И не какой-нибудь, а остросюжетный, масштабный, научно-фантастический. Словом, космическая опера.

Тему романа-дебюта «Пришельцы ниоткуда» (1954), которую можно перефразировать так: «Гуманоиды всех цивилизаций, соединяйтесь!» (перед лицом агрессии чужаков-негуманоидов), продолжили романы «Этот мир – наш» и «Космос – наш дом», вышедшие в 1962 году и образовавшие условную трилогию. Все три романа хорошо известны нашему читателю, да и пересказывать сюжеты кос-моопер, с одной стороны, сизифов труд, а с другой – аморально. Зачем лишать удовольствия тех, кому еще предстоит это пиршество! Пусть не духа, но уж тела – точно.

Стоит лишь обратить внимание на деталь, для нашего читателя вовсе не очевидную. Вторая книга трилогии легко вписывается в накатанную тему летящего к неведомой цели «звездного ковчега», на борту которого сменяются поколения. Но в то же время роман читается и как тонкая аллюзия на войну в Алжире – эдакая этнографическая притча на тему сложных взаимоотношений метрополии с решившей отсоединиться колонией-провинцией.

Фантазией Карсака судьба не обделила. В романе «Робинзоны Космоса», как уже говорилось, невольные космические колонисты отправлялись к пункту назначения на… куске земной поверхности, оторванной у нашей планеты. А если вернуться к теме «звездного ковчега», то совершенно неожиданное ее решение – удовлетворяющее вкусам и размаху истинных «оперных меломанов»! – Карсак предложил в одном из своих лучших произведений, романе «Бегство Земли». Там, как помнит читатель, действие происходит в далеком будущем, когда, не дожидаясь предсказанного учеными неизбежного взрыва Солнца, в долгое звездное плавание отправляется невиданный космический корабль – земной шар целиком, «снятый» нашими далекими потомками с привычной орбиты!

Карсак действительно во многом продолжил традиции, заложенные во французской фантастике Жюлем Верном и Жозефом Рони-старшим. У первого он взял оптимистический взгляд на возможности науки и техники, с помощью которых можно противостоять даже космической катастрофе. А второй заразил Карсака оптимизмом иного рода – контакт с представителями иной жизни в Космосе не только возможен, но и обязательно состоится! К вящей славе и процветанию контактеров!

Однако правильно подмечено: то, что смотрится вполне естественно в ранней молодости, становится нелепым в старости. Научная фантастика далеко ушла от своих романтических грез пятидесятых и шестидесятых – трудно этого не видеть. Другой вопрос, приносит ли вам данная констатация радость…

Мне не приходилось слышать о каких-либо новых романах Карсака, опубликованных после «Львов Эльдорадо». Но даже если таковые имеются, – что маловероятно, – то, значит, прошли они практически незамеченными. Фантастическую вселенную за последние десятилетия порядком обжили и изьездили вдоль и поперек, и время одиноких неунывающих робинзонов, увы, кончилось…

Борд-Карсак умер 30 апреля 1981 года. Писатель ушел из жизни и литературы на чужбине, в американском штате Аризона, куда был приглашен на чтение лекций. Свершилось это печальное событие тихо и незаметно. Настолько тихо, что даже в 1987 году автор предисловия к французскому тому недоброй памяти отечественной Библиотеки фантастики в 24 томах, ничтоже сум-няшеся, писал о Карсаке исключительно в настоящем времени: «Под этим псевдонимом печатает фантастические произведения ученый-геолог Франсуа Борд» и т.д. Впрочем, это отнюдь не самая впечатляющая оплошность подобного рода. К примеру, в авторитетнейшем американском журнале «Locus» Карсака умудрились похоронить… дважды! Перепутав с умершим ранее другим французским ученым, носившим схожую фамилию…

Курсор

Хоррор приходит в кинематограф Беларуси. Режиссер Андрей Кудиенко приступил к работе над первым в истории белорусского кино фильмом ужасов под названием «Маса-кра». В основе сюжета картины – роман Проспера Ме-риме «Докис», действие которого происходит в середине XIX века, на фоне восстания Кастуся Калиновского 1863 года. В картине принимают участие как белорусские, так и российские актеры – Дмитрий Миллер, Андрей Назимов, Мария Курденевич, Александр Колбышев, Оксана Лесная. Сами съемки ведутся под патронажем студии «Беларусьфильм» и проходят во дворце князей Четвер-тинских.



World Fantasy Award вручались на Всемирном фэнтези-конвенге, который проходил в Сан-Хосе на переломе октября-ноября. Приз за лучший фэнтези-роман разделили «Призрачный год» Джеффри Форда и «Нежные кусочки» Марго Лэнаган, лучшей повестью стала «Если ангелы дерутся» Ричарда Боуэ-са, рассказом – «26 обезьян и бездна» Киджа Джонсона. Признанием того факта, что и на Западе переживает взлет городская фэнтези, стал приз за лучшую антологию – «Бумажные города: Антология городской фэнтези» (составитель Екатерина Седая). Лучшим авторским сборником названа «Тонущая жизнь» Джеффри Форда, а призы за вклад в жанр получили Зллен Эшер и Джейн Йолен.



Итоги необычного конкурса подвел партнер журнала «Если» – американский журнал «Magazine of Fantasy & Science $ Fiction». Конкурс назывался «Выиграй 2010 долларов в 2010 году» и объявлен был аж в 1980 году. Тогдашний редактор журнала Эд Ферман предложил читателям сделать предсказание, какая из научно-фантастических идей получит распространение в мире через 30 лет, пообещав выплатить победителю немалые по тем временам деньги. Инфляция доллара существенно снизила ценность приза, однако журнал обещание выполнил, выбрав самое верное из 2700 предположений. Лучшим футурологом стал Ален Макнилл, предсказавший, что в 2010 году будут повсеместно распространены карманные компьютеры.



«Дорогой Дракула» – так начал свое письмо мальчик Сэм, обожающий «ужастики» и решивший на Хеллоуин написать знаменитому вампиру. И как иногда Санта-Клаус является детям в ответ на рождественские письма, Сэму явился граф. Кинокомпания Kickstart Entertainment приобрела права на анимационную экранизацию известного комикса Джошуа Уильямсона, который так и называется – «Дорогой Дракула». Сценарий пишет сам Уильямсон.



«Безумный Макс 4» наконец сдвинулся с мертвой точки. Фильм режиссера Джорджа Миллера будет непосредственным продолжением третьей части серии. Однако Мэла Гибсона в нем, скорее всего, увидеть не придется. Том Харди сыграет не сына Макса Рокатански, как это обещалось, а его самого. В ленте также будет задействована знаменитая Шарлиз Терон. Съемки картины, получившей подзаголовок «Дорога ярости», начнутся летом 2010 года в Австралии.



В Израиле на местном конвенте (ICon), проходившем в начале октября в Тель-Авиве, вручались НФ-премии, названные «Геф-фен» – в честь редактора и переводчика Амоса Геффена, одного из основателей Израильского фантастического общества. Лучшим переводным НФ-романом был назван «Этот бессмертный» Роджера Желязны, лучшим переводным фэнтези-романом – «Шляпа, полная небес» Терри Пратчетта, лучшим израильским романом – «Гидромания» Ассафа Гаврона, лучшим израильским рассказом – «Планета горящей звезды» Яэла Михаэли.



Наша фантастика вызывает все больший интерес у западного читателя. Вслед за весьма успешным проникновением на иноязычный рынок Сергея Лукьяненко туда потянулись и другие отечественные авторы. Так, издательство Tor Books в феврале 2010 года издаст в США дебютный роман Алексея Пехова «Крадущийся в тенях». Переводчиком книги стал англичанин Эндрю Бромфилд, известный своими переводами братьев Стругацких, Михаила Булгакова, Бориса Акунина, Виктора Пелевина. Сам Пехов принимал участие в подготовке романа к англоязычной публикации – например, ему пришлось переиначить отдельные сюжетные линии романа. К списку авторов, пробившихся на Запад, можно добавить и Дмитрия Глуховского, чья книга «Метро 2033» выходит в известном английском издательстве «Gollancz» в декабре 2009 года.



Культовый ситком «Красный Карлик», к радости фанатов, после 10-летнего перерыва вернется на телеэкраны. По информации от одного из исполнителей главных ролей Роберта Ллевеллина (андроид Критен), сейчас идет работа над сценарием, а съемки начнутся в будущем году. С 1988 по 1999 год вышло восемь сезонов этого популярного британского комедийного Нф-сериала. «Красный Карлик» – звездолет, команда которого погибла в результате аварии. Спустя миллион лет на корабле очнулся единственный выживший – уборщик Дэйв Листер. Кроме него на борту существуют спятивший компьютер, говорящая голограмма начальника Дэйва, самовлюбленный негр (результат мил-лионолетней эволюции кошачьих из любимой кошки Дэйва), андроид-истерик, а также разумные тостеры. В этом году вышел трехсерийный минисериал «Красный Карлик: Назад на Землю», его успех и послужил толчком к возрождению полноценного сериала.



Третий крымский открытый фестиваль фантастики «Созвездие Аю-Даг» состоялся с 15 по 18 октября в поселке Партенит (Крым). Фестиваль проводился на базе лечебно-оздоровительного комплекса «Айвазовское» на берегу моря. В мероприятиях приняли участие сто сорок гостей из России, Украины, Латвии, Израиля. В рамках фестиваля состоялись мастер-классы А.Первушина «Нф и фантбоевик в НФ-антураже», Д.Казакова «Мистика и городская фэнтези», Д.Володихина «Рецензия на фантастическое произведение», семинары, презентация журнала «Наука и жизнь», круглый стол «Наука и научная фантастика», доклады, концерты и др. Вручалось множество премий: например, Премия им. А.Грина «Золотая цепь» (Елене Хаецкой за роман «Звездные гусары»), Премия им. Л.Козинец «Фиолетовый кристалл» (Симоне Вилар за роман «Светорада Медовая»).

Агентство F-пресс

Personalia

Элизабет Беар (BEAR, Elizabeth)

Американская писательница Сара Беар Элизабет Вишневски, пишущая под псевдонимом Элизабет Беар, родилась в 1971 году в Хартфорде (штат Коннектикут) и после окончания школы перепробовала множество профессий – газетного репортера, редактора, менеджера по транспортировкам в экспортно-импортной фирме, успела выпустить руководство для пациентов больницы, а также «по утрам пекла сладости в кондитерской».

В научной фантастике Элизабет беар дебютировала в 2003 году рассказами «Говори!» и «Тигр! Тигр!». С тех пор опубликовала более четырех десятков рассказов и повестей, лучшие из которых составили сборник «Цепи, от которых вы отказались» (2006). Помимо этого, трилогию о Дженни Кейси, тетралогию «Прометеев век» и восемь одиночных романов (один в соавторстве с Сарой Монетт). В 2005 году Элизабет Беар была удостоена Премии имени Джона Кэмпбелла как самый многообещающий молодой автор, а тремя годами позже получила премию «Хьюго» за рассказ «Линия прилива», и в 2009 году еще одну – за короткую повесть «Шоггот в цвету» (2008). Кроме того, четыре произведения Беар номинировались «а Британскую премию по научной фантастике и на Премию имени Филипа Дика.



КАЛУГИН Алексей Александрович

(Биобиблиографические сведения об авторе см. в № в за этот год) Корр.: Как вы считаете, к работе писателя применимо выражение: «И медведя можно научить на велосипеде кататься»?

А.Калугин: Медведя, действительно, можно научить кататься на велосипеде. Но ездить на нем мишка сможет только по кругу, на арене цирка. Глядя на него, все будут смеяться. И ни одному здравомыслящему человеку не придет в голову пригласить его участвовать в Тур де Франс. То же самое относится и к писателям.



КОННОЛЛИ Лоуренс (CONNOLLY, Lawrence С.)

Американский писатель и музыкант Лоуренс Коннолли в основном про-

явил себя в жанрах «хоррор» и фэнтези. Первые рассказы – «Тараканы» и «Свяжи осу» – он опубликовал в 1980 году в журналах «Amazing Stories» и -Fantastic Stories». С тех пор вышло еще два с лишним десятка рассказов и повестей Коинолли. Пишет также детективы и музыкальные «саундтреки» к собственным произведениям.



ЛОГИНОВ Святослав Владимирович

(Биобиблиографические сведения об авторе см. в № 4за этот год)

Корр: Вы по полгода живете в глухой деревне. Неужто при этом вы исповедуете принцип, сформулированный Маяковским: «Землю попашет, попишет стихи»?

С.Логинов: Нет, конечно. Я поступаю ровно наоборот. Проснувшись утром, сажусь писать рассказ. А когда голова станет тяжелой, отправляюсь на пашню: перекапывать грядки, окучивать картошку, вносить навоз под будущий урожай. Огород – это важно, но рассказ важнее.



ЛОКХАРД Джордж

под этим псевдонимом пишет грузинский фантаст Георгий Эгриселаш-вили. Родился в 1976 году в Тбилиси, где проживает по сей день. Получил высшее техническое образование, занимается веб-дизайном.

Дебютом автора стал роман-дилогия «Гнев Дракона» (2000), получивший на фестивале «Звездный мост» приз за лучший НФ-дебют (2001). С тех пор выпустил романы -Восход Черного Солнца» (2001), «Черное пламя» (2002), несколько повестей и более 40 рассказов. Пишет как фэнтези, так и «не строгую» (самоопределение автора) НФ. Любимая тема – «описание гипотетической разумной расы драконов, жителей планеты Дракия», которым писатель посвятил целый сайт.



МОНЕТТ Сара (МОNЕТТЕ, Sarah)

американская писательница и филолог Сара Монетт родилась в Оук-Ри-дже (штат Теннесси). Окончив университет с дипломом филолога, Монетт защитила диссертацию и работала по специальности. В настоящее время преподает литературу XVII века в одном из университетов штата Висконсин. В фантастической литературе Монетт дебютировала в 2002 году, опубликовав рассказ «Три письма Королевы Эльфов». Впоследствии выпустила еще два десятка рассказов и повестей, лучшие из которых составили сборник «Костяной ключ» (2007), а также тетралогию о Мелюзине и (в соавторстве с Элизабет Беар) роман «В компании волков» (2007). В 2006 –2007 годах Сара Монетт дважды номинировалась на Премию имени Джона Кэмпбелла.



РЕЙНОЛДС Алнстер (REYNOLDS, Alastair)

английский ученый и писатель Алистер Рейнолдс родился в 1966 году в Бэрри (Южный Уэльс) и закончил Университет Ньюкасла по специальности